А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

»– Прошу простить мою неучтивость, мистер Фэрчайлд, – продолжала хозяйка. – Я до сих пор не знаю, кто вы и зачем прибыли в Крэншоу-Парк. Представьтесь, и я окажу вам достойный прием. Я Розалинда Крэншоу.Ответить Джек не успел: в комнату вошла Лайза. Но это была уже не раскрасневшаяся, растрепанная девчонка, которую он встретил в глубине парка. С уложенными на затылке волосами, в скромном белом платье, она казалась свежей, как весенняя маргаритка. Простота платья подчеркивала поразительную красоту аметистово-синих глаз и нежно-розовых губ.– Моя старшая дочь Лайза, мистер Фэрчайлд.– Мы познакомились несколько лет назад в Лондоне, мэм, – сообщил Джек, не в силах отвести взгляд от Лайзы.Девушка прикоснулась к материнской щеке приветственным поцелуем, а потом с потупленным взглядом повернулась к гостю:– Мистер Фэрчайлд, спасибо вам за мою сестру. Не знаю, что с ней стряслось. – И она метнула в Джека проказливый взгляд из-под ресниц.– Стало быть, вы знакомы! – воодушевилась Розалинда, – Лайза, дорогая, ты непременно должна рассказать мне про нашего обаятельного гостя.Тем временем восхищенный Джек наблюдал, как на лице Лайзы сменяются чувства, не ускользая от его опытного взгляда. Ее глаза сначала опечалились, потом гневно вспыхнули и наконец потеплели в приятном предвкушении мести. Она заставит его поплатиться за самовольный поцелуй. Уголки ее губ дрогнули и приподнялись в лукавой улыбке.– Мама, я уверена, что мистер Фэрчайлд не захочет вспоминать прошлое – ведь большинство людей стремится поскорее забыть его. Особенно таких, как мистер Фэрчайлд.– Совершенно верно, мисс Крэншоу. – Джек усмехнулся и достал письмо от Артура. – К счастью, у меня имеется рекомендательное письмо, в котором все мои достоинства преувеличены, а былые промахи не упомянуты ни словом. Письмо от мистера Артура Пейли. С моими родственниками вы знакомы. Мой дед живет в часе езды отсюда, в замке Татли.– Он служит у лорда Татли? – вежливо осведомилась Розалинда Крэншоу, беря письмо.– Нет, мэм. Лорд Татли – мой дед. С Артуром мы также состоим в родстве.– Лорд Татли – ваш дед? – не помня себя от радости, воскликнула миссис Крэншоу. – Не может быть!Джек задумался: почему его фамилия ничего ей не сказала? Не знать о наследнике своего соседа, лорда Татли, она не могла. Впрочем, семейство Крэншоу редко бывало в Лондоне, а если и бывало, то вряд ли вращалось в высшем свете. Сплетнями Крэншоу не интересовались – иначе не принимали бы у себя лорда Баррингтона. А дед Джека был спесив и не считал нужным поддерживать знакомство с торгашами.– Теперь припоминаю, – довольно продолжала Розалинда Крэншоу, – мне говорили, что наследник барона – некий лондонский повеса.– Мама! – возмутилась Лайза.Розалинда Крэншоу не сразу поняла свою оплошность, а когда поняла, смущенно заулыбалась:– Дорогой мой, я не хотела оскорбить вас. Просто повторила, что слышала.Джек примирительно улыбнулся, пока все рассаживались вокруг чайного столика: дамы на диване, а Джек – на довольно жестком стуле в стиле хепплуайт.– Так значит, когда-нибудь, вы поселитесь по соседству, мистер Фэрчайлд? – продолжала миссис Крэншоу, жмурясь от удовольствия. – Нет, лорду Татли я не желаю зла, Боже упаси!Джек принял поданную чашку чаю и отпил, обдумывая ответ. Его собеседница пыталась выведать, унаследует ли Джек титул, а если да, будет ли он достойной партией для мисс Селии – впрочем, для нее он староват.– Несомненно, я поселюсь в замке Татли, мэм, – когда унаследую титул. Но мой дед крепок здоровьем, так что это случится еще очень не скоро. А пока я обосновался в Миддлдейле и практикую право. Это моя страсть – надеюсь, она поможет мне оказать ценную услугу вашему супругу, если он решит обращаться ко мне теперь, когда мистер Педигрю вышел в отставку.– Я поговорю с ним, – пообещала Розалинда, удивленно моргая огромными сапфировыми глазами. Сообразив, что ее гость зарабатывает на хлеб своим трудом, она явно оторопела.– Видите ли, миссис Крэншоу, я не из тех, кто только и ждет, когда богатые родственники испустят дух. Мой отец был преуспевающим торговцем и сумел приучить меня к труду, хотя я и знал, что когда-нибудь займу место в палате лордов. – Джек едва заметно усмехнулся, рисуя такой приукрашенный портрет отца. Однако он чувствовал, что миссис Крэншоу может стать ценной союзницей, достаточно расположить ее к себе.– Юноша, мой супруг высоко оценит ваши принципы, – объявила Розалинда и одобрительно улыбнулась. – Могу с уверенностью сказать, что он наймет вас в поверенные.– Папа наймет мистера Фэрчайлда? – переспросила Лайза, скептически глядя на гостя поверх чашки. – Не представляю себе пресловутого мистера Фэрчайлда в роли провинциального поверенного!– Пресловутого? – изумленно переспросила Розалинда. – Лайза, дорогая, прежде ты никогда не бывала такой грубой.Джек, не таясь, усмехнулся, но мудро промолчал.– Напротив, мама, бывала, – с вызовом возразила Лайза, – и не раз.– Она шутит, – поспешила заверить Джека Розалинда.– Полно, мама, иначе скоро мистер Фэрчайлд уверует, что я примерная дочь. – Лайза отставила чашку, приняла развязную позу и забарабанила пальцами по столу, покачивая головой. – Нет, мама, я ни за что не поверю, что человек с таким богатым опытом, как у мистера Фэрчайлда, будет счастлив в сельской глуши. Самое лучшее для него – немедленно вернуться в Лондон.– К моему решению поселиться здесь счастье не имеет никакого отношения. Я просто выполняю свой долг.– И я тоже, – многозначительно отозвалась Лайза и подняла бровь.Джек вскинул подбородок и расцвел дразнящей улыбкой.– А вас, мисс Крэншоу, надо полагать, не радует мое соседство?– Что вы, мистер Фэрчайлд, ничего подобного! – торопливо заверила Розалинда Крэншоу.Но Лайза молчала. Выпрямившись, она разглядывала поднос с закусками так, словно выбрать самый лакомый кусочек было в сто раз важнее разговора с Джеком.– Нет, мистер Фэрчайлд, – наконец ответила она. – Дело в том, что я не люблю разочарований. А желать вам добра, по-моему, бессмысленно.– Весьма польщен.– Не моя вина, что вы проигрались в пух и прах, как многие лондонские бездельники.– Лайза! – укоризненно воскликнула ее мать. – Что за манеры! Надо полагать, ваше знакомство в Лондоне было не из приятных?Джек со злорадством заметил, что у Лайзы покраснели уши. Насладившись ее смущением, он обратился к ее матери с признанием, которое рано или поздно все равно пришлось бы сделать:– Наследства я не проиграл. Просто заплатил карточные долги отца. Простите мне эту прямоту, но я спешил опередить нелицеприятные слухи.Лайза отложила кекс и повернулась к нему:– Благородный поступок, клянусь честью!– В самом деле, – согласилась се мать. – Мистер Фэрчайлд, вам надо всего лишь найти богатую невесту, и все уладится само собой.– Если бы я мог, мэм!.. Но я не сторонник женитьбы по необходимости. Брак по расчету – преступление против природы, не так ли, мисс Крэншоу?Он впился в нее взглядом, и насмешка на ее лице сменилась печалью. Эта извечная грусть казалась ему сорняком на роскошной клумбе. Джек хотел бы вырвать его с корнем.– Не хотите ли узнать историю нашей семьи, мистер Фэрчайлд? – нарушила неловкое молчание Розалинда Крэншоу, меняя тему с изяществом груженой телеги. – Мы незнатны, но нам есть чем гордиться.Чашка Лайзы со стуком опустилась на блюдце, между бровями обозначилась болезненная морщинка. Поначалу Джек решил, что Лайза застыдилась, предчувствуя, что мать прибавит лишние ветви к чахлому фамильному древу. Джека всегда забавляло, как ловко потомки конокрадов превращали их в придворных XIV века. Но на этот раз оказалось, что все гораздо сложнее.– Что с тобой, милая? – ласково спросила мать, коснувшись ладонью плеча Лайзы.Усилием воли Лайза стерла со лба морщинку, повернулась и с выражением неподдельной преданности поцеловала мать в щеку.– Ничего, мама, прости меня. Всего лишь легкое недомогание.– Давай расскажем мистеру Фэрчайлду, дорогая, – Розалинда поднялась и подвела гостя к первому портрету. – Это отец мистера Крэншоу, известный всему Девонширу мировой судья.Джек кивнул и поднял брови.– Таким предком можно гордиться, мэм.– Но для вас это пустяк, мистер Фэрчайлд, – заметила Лайза, нехотя присоединившаяся к экскурсии.– Мне, как поверенному, известно, как важна роль мирового судьи, – ответил Джек. – Выступать в королевском суде в Вестминстере, конечно, почетно, но простым людям зачастую приходится довольствоваться судом в родном городе или деревне, и надеяться только на то, что судья верно толкует законы. Я убежден, что закон – лучший друг гражданина. Да сохранит Господь мировые суды! – с пафосом закончил он, превратив импровизированную проповедь в пародию.Лайза смотрела на него, как на душевнобольного во время приступа. Ее мать зааплодировала и рассмеялась.– Верно, верно, мистер Фэрчайлд. – Она расцвела, словно вдруг обрела самое дорогое. – Я так рада, что вы настроены серьезно. Я уже устала внушать Лайзе, как важно чтить память предков.– Мама, умоляю!.. Мистер Фэрчайлд – аристократ. Какое ему дело до наших ничтожных предков?Но Розалинда не слушала ее, с гордостью перечисляя, кто изображен на портретах. Дойдя до противоположной стороны галереи, где висели портреты ее родственников, она прямо-таки засияла. Судя по благоговейному тону, Розалинда считала себя гораздо более благородной особой, чем своего мужа. Остановившись у одного особенно скверно написанного портрета в тусклых тонах и в массивной позолоченной раме, Розалинда величественным жестом указала на изображенную на нем задумчивую молодую даму – волоокую, с длинным носом и губами сердечком, разодетую в бархат, меха и кисейный чепчик, безумно модный в прошлом веке.– А это, – чуть не лопаясь от гордости, провозгласила Розалинда, пристально следя за реакцией Джека, – моя родственница Мария Клементина Собеская. Она была женой короля-изгнанника Якова III. Мария приходилась внучкой польскому королю Яну III и была одной из богатейших наследниц Европы.– Мама, мы ей седьмая вода на киселе, – глухо напомнила Лайза.– Право, детка, давность лет еще никому не мешала хвалиться голубой кровью. Чем древнее род, тем лучше.– Впечатляющая родословная, миссис Крэншоу, – сказал Джек, зная, что без его похвал экскурсия не закончится.Два лакея распахнули дверь, и Розалинда обрадовалась новому поводу для гордости.– А вот и лорд Баррингтон! Когда у нашей Лайзы и его светлости появятся дети, они будут настоящими аристократами – так, дорогая?Джек заметил, как вздрогнула Лайза при виде Баррингтона, но она тут же взяла себя в руки, расправила плечи, вскинула подбородок. Вспомнив, что видел Лайзу такой сегодня утром, Джек заподозрил, что смелой девушке всю жизнь приходится скрывать свои истинные чувства.– Добрый день, милорд! – обратилась Розалинда к Баррингтону.Виконт начал хмуриться уже издалека. Окинув Джека быстрым, но внимательным взглядом, он повернулся к Лайзе, словно Джек не заслуживал приветствия.– Кто этот человек? – Виконт ждал ответа, Лайза молчала.– Милорд, это мистер Джек Фэрчайлд, внук лорда Татли, – вмешалась Розалинда.– Ах да. – Виконт не улыбнулся, но его глаза оживились. – Рад знакомству, Фэрчайлд.– Мы как-то перекинулись в карты у Будла, милорд, – дружелюбно напомнил Джек.Виконт ответил ему взглядом сверху вниз.– Может быть, может быть… Да, теперь припоминаю. Наследник Татли? Что привело вас в Крэншоу-Парк?– Я предложил мистеру Крэншоу услуги поверенного.Баррингтон на миг оторопел, потом запрокинул голову и разразился лающим смехом. Неприятный звук эхом отразился от высокого потолка. Лайза и Джек многозначительно переглянулись. Заметив, что его никто не поддержал, Баррингтон оборвал смех и прокашлялся.– Забавно, Фэрчайлд, а на самом деле?– Это правда, милорд. Я решил изведать радостей пасторальной жизни. Мистер Педигрю вышел в отставку, а я занял его место. Если у вас найдется для меня работа, буду рад взяться за нее.Виконт прищурил глаза, явно не веря, что представитель бомонда способен вынести такое унижение.– Так вы не шутите? – наконец понял он.– Ничуть, – сухо отозвался Джек.Обезьянье лицо Баррингтона осклабилось.– Отлично. Нам понадобится поверенный вместо Педигрю. Крэншоу взял меня в дело.– Повезло, – невозмутимо сказал Джек.– Я позабочусь, чтобы завтра же утром Крэншоу заехал к вам. Мне он доверяет безоговорочно.В последнем заявлении прозвучала не похвальба, а угроза.– Как только Лайза и его светлость поженятся, мы все заживем дружной семьей, – объявила Розалинда. – Мистер Фэрчайлд, и все-таки я должна поблагодарить вас за спасение Селии. Не согласитесь ли вы навестить нас завтра вечером? Мы устраиваем праздник для наших арендаторов и соседей – без церемоний, в узком кругу. Соберется человек семьдесят, не больше. Будем рады принять вас, как особого гостя. А всей семьей мы соберемся до начала праздника – часов в пять.– Охотно принимаю приглашение, мэм. – Джек склонился в полупоклоне, мимоходом заметив злорадную усмешку виконта.Джек прекрасно знал, о чем тот думает. Виконт ни за что не упустит случая унизить Джека, наняв его в поверенные. Это самый надежный способ повелевать им, следить, чтобы единственный аристократ, в Миддлдейле не обольстил богатую наследницу прежде, чем, он, Баррингтон, поведет ее к алтарю. Если бы виконт знал, в каком отчаянном положении очутился Джек, то повременил бы злорадствовать. Джеку было нечего терять, и он решил сделать все возможное, чтобы спасти Лайзу Крэншоу от брака с титулованной, но гнусной особой. Глава 7 Лайза до сих пор не знала, скрипеть ей зубами или радоваться оттого, что в ее жизни опять появился Джек Фэрчайлд. Эта карта досталась ей по чистейшей случайности, внесла элемент непредсказуемости в игру, которая, казалось, уже безнадежно проиграна. Несмотря на бесцеремонное вмешательство Джека в ее дела, Лайза чувствовала, что он искренне тревожится за нее, хотя насчет причин заблуждалась. Родители не видели недостатков лорда Баррингтона, поскольку Лайза старательно утаивала от них правду. Только Джек Фэрчайлд знал, за какое ничтожество ее выдают замуж. Не догадывался, да и не мог догадываться он только о том, почему Лайза не протестует.Стремление Джека называть вещи своими именами грозило существенно осложнить ей жизнь. Но вместе с тем он невольно подал Лайзе надежду на отсрочку смертного приговора. Замечания Джека о значении правосудия заставили се вновь задуматься о совете, который она дала местному лавочнику.Полгода назад подозрительный пожар лишил Джейкоба Дэвиса дома и бакалейной лавки. Лайза не без оснований полагала, что лорд Баррингтон причастен к этому пожару, но улик и возможных мотивов у нее не было. Сумев доказать, что виконт виновен в поджоге, она смогла бы преспокойно расторгнуть помолвку.Движимая этой надеждой, Лайза приложила поистине геркулесовы усилия, чтобы еще раз тайно встретиться с мистером Дэвисом. Договорившись с ним через горничную, она ускользнула из дома перед самым званым ужином, незадолго до четырех, когда десятки слуг уже готовили к сбору гостей лужайку и парк, развешивали ленты и фонарики. На террасе репетировали музыканты, мажордом метался по дому, отдавая распоряжения. В доме воцарилась атмосфера ликования: праздника долго ждали, разговоров об этом шумном событии должно было хватить округе на целый год.Лайзу могли хватиться сразу же после прибытия джентльменов, но в суете матери все равно было не до нее. На случай возможного опоздания Лайза посвятила в свои планы Селию и попросила чем-нибудь объяснить ее опоздание.Она сбежала из дома через кухню и, никем не замеченная, поспешила к ограде сада. Кратчайший путь к цели лежал через Берч-роуд, ведущей по холму в олений заповедник. Лайзу немного смущало то, что дорога хорошо просматривалась со всех сторон, зато по ней можно было добраться до места и обратно, сэкономив почти полчаса. Если повезет, скоро она будет дома.Лайза шагала быстро и решительно, стараясь не цепляться подолом вечернего платья за колючие ветки. Остановившись, чтобы перевести дыхание, она забралась на насыпь вдоль дороги, влезла на гребень, спрыгнула на дорогу и очутилась прямо перед несущейся во весь опор каретой. Побелевший от страха кучер выпучил глаза и во весь голос завопил, натягивая вожжи:– Посторонись!Испуганные лошади заржали и встали на дыбы. Ахнув, Лайза отшатнулась как раз вовремя, чтобы бешено вращающееся колесо не задело ее. Не помня себя от страха, она вспрыгнула на насыпь, на мгновение замерла на гребне, не удержала равновесия и скатилась по откосу.– Мисс Крэншоу! – послышался крик. – Стой, черт бы тебя побрал! Останови карету!– Не могу, сэр! – отозвался другой голос. – Рад бы, да не могу!.. Тпру-у-у! Тише, тише. Готово, сэр.– Мисс Крэншоу!Лежа у поросшего травой подножия насыпи и потирая ушибленный бок, Лайза узнала голос Джека Фэрчайлда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27