А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мистер Мейсон – мой адвокат. Я хотела находиться поближе к его секретарше, и он снял для меня эту квартиру. Мне здесь удобно. И хотя я лишена ложной скромности, но терпеть не могу, когда мне мешают выкурить утреннюю сигару.
С минуту полицейский колебался, потом все же приказал:
– Осмотрите-ка все, ребята.
– На случай, если вам неизвестно, предупреждаю, что это – вопиющее нарушение закона, – сказала миссис Бейсон, плотнее заворачиваясь в простыню.
Полицейские торопливо осмотрели квартиру.
– Значит, – сказал старший с подозрением в голосе, – вы уже вставали и завтракали?
Миссис Бейсон пожала плечами.
– Я не расслышала как вас зовут: доктор Ватсон или, может быть, сам Холмс?
Один из полицейских громко хмыкнул.
– Где ваши вещи?
– Я их еще не привезла.
– И вы обычно зажариваете тосты до угольного состояния, забываете в духовке ветчину и варите яйца, пока они не потрескаются и не окаменеют?
– Всем моим мужьям не нравилось, как я готовлю, – вздохнула миссис Бейсон, внимательно посмотрела на тлеющий кончик сигары и добавила с улыбкой: – Правда, против всего остального возражений у них не имелось, молодой человек.
С минуту полицейский молча смотрел на нее в немом удивлении, а потом, словно решившись, сказал:
– Вставайте и одевайтесь. Мы вас доставим на допрос к окружному прокурору. И вас тоже, мисс Стрит. Билл, позвони в прокуратуру, скажи, что мы выезжаем.

15

Бэзил Уилсон, заместитель окружного прокурора, вошел в кабинет и кивком приветствовал собравшихся. Два судебных исполнителя стояли у дверей. Уилсон был человеком лет пятидесяти, с седыми усами, голос у него оказался приятного низкого тембра.
– Посмотрим, все ли собрались, – сказал он. – Сильвия Оксман, Матильда Бейсон, Фрэнк Оксман, Чарльз Дункан, Перри Мейсон, Делла Стрит, Пол Дрейк, Дик Перкинс, Артур Маннинг, Джордж Бэлграйд.
– Фрэнка Оксмана здесь нет, – сказал один из исполнителей. – Его нет в отеле, вероятно, ускользнул через заднюю дверь. Портье клянется, что не видел его. Но мы надеемся задержать его с минуты на минуту, – особой уверенности в его голосе не было.
– Но он нам необходим, – раздраженно сказал заместитель окружного прокурора. – Он – важный свидетель. Мы можем начать слушание без него, но его показания совершенно необходимы. Найдите его! Пока что нам придется воспользоваться его письменным заявлением. Но тем не менее, ищите. Для него же хуже, что он исчез после того, как ему была вручена повестка о вызове в Суд.
Мейсон бросил украдкой взгляд на Дрейка, и тот многозначительно прикрыл один глаз, незаметно кивнул головой.
– Господа, я хочу, чтобы вы отдали себе отчет, в каком оказались положении, – сказал Бэзил Уилсон. – Всем вам вручены повестки и вам придется давать показания Большому Жюри. Каждого из вас приведут к присяге. Я для того и собрал вас здесь, чтобы сказать, что не буду слишком суров к тем, кто по неведению последовал совету мистера Мейсона. Но сейчас вы должны честно и откровенно изложить все, что известно по делу об убийстве Сэмуэля Грэйба.
– Поскольку мне отводится роль главного злодея, – весело сказал Мейсон, – то я хотел бы сказать несколько слов свою защиту.
– Ваше заявление меня не особенно интересует, мистер Мейсон, поспешно сказал заместитель окружного прокурора. – Что вы сделали лично мне известно. Вы поставили себя в положение укрывателя преступника и скрылись от правосудия сами.
– Но ведь никого нельзя обвинить в укрывательстве преступника, если последний никакого преступления не совершал, – сказал Мейсон.
Уилсон крепко сжал губы под седыми усами.
– Если вы надеетесь найти лазейку для Сильвии Оксман то, очевидно, ваши прошлые удачи, в основном чисто случайные, просто ударили вам в голову.
– Тот пистолет, – спокойно сказал Мейсон, – который полиция нашла в комнате Сильвии, был ей подброшен кем-то, кто знал, что она в этом отеле. Он и бросил оружие в вентиляционное отверстие. Найдите того, кто это сделал, и вы найдете убийцу.
– Это мы уже слышали, – возразил Уилсон, – конечно, все это вы можете рассказывать присяжным, но не думаю, чтобы хоть самый сентиментальный из них поверил в подобную сказку.
– Хорошо. Мистер Маннинг, расскажите всем, что знаете.
– Мистер Грэйб покончил с собой, – глубоко вздохнув ответил Артур Маннинг.
– Что? – воскликнул Бэзил Уилсон.
– Покончил с собой, – четко проговорил Маннинг.
– Это невозможно.
– Продолжайте, мистер Маннинг, и расскажите господину заместителю прокурора все, что говорили мне.
– Все случилось так: Сэмуэль Грэйб хранил в левом ящике стола автоматический пистолет. Он бы левша. Как мне кажется, он стал запускать руку в общую кассу. Когда он узнал, что мистер Дункан собирается расторгнуть партнерство, он испугался, что при проверке книг все раскроется, и покончил с собой. Дело в том, что Дункан и Грэйб в свое время заключили договор – если кто-то из них покончил бы жизнь самоубийством, другой не получил бы ни цента страховки, если бы он умер своей смертью, то была бы выплачена страховка в двадцать тысяч, а если бы его убили, то – сорок тысяч долларов. Вот почему, когда Чарли Дункан обнаружил труп Грэйба, покончившего с собой, он тут же сообразил, что такая смерть лишает его сорока тысяч. Поэтому он постарался удалить из приемной судебного исполнителя и Мейсона, подобрал под столом упавший туда пистолет Грэйба и выбросил его за борт. Федеральный...
Бэзил Уилсон, нахмурясь, смотрел на Маннинга.
– Вы отдаете себе отчет в том, что говорите? – спросил наконец заместитель окружного прокурора.
– Конечно.
– У вас есть доказательства или это просто предположения?
– Да, и вы сами сможете проверить – Грэйб был убит из собственного пистолета. Дункан позаботился о том, чтобы остаться одному.
– Вовсе нет, – взорвался Чарльз Дункан. – Мейсон, вам придется подтвердить, что я нажал кнопку сигнализации еще до того, как вы вышли из кабинета, ведь так?
– Так, – подтвердил Мейсон.
– А сколько времени прошло между тем, как зажегся сигнал, и тем, как вы появились в кабинете, Маннинг? – продолжал Дункан.
– Ну не знаю...
– Но ведь не больше пяти-шести секунд, не так ли?
– Я не могу точно сказать о времени, зато могу доказать, что мистер Грэйб убит из его собственного пистолета.
– Как? – спросил Дункан.
– Помните, как вы однажды соревновались с Грэйбом, кто лучше стреляет? Так вот, тогда одна из пуль попала в подпорку склада под казино. Я выковырял ее оттуда, и она в точности соответствует той пуле, которой был застрелен Грэйб.
– А если даже и так? – спросил Дункан. – Это ведь ровно ничего не доказывает. А насчет страховки вы вообще ошибаетесь. Никакой страховки не было.
– Как не было? – удивился Маннинг. – Я сам присутствовал при том, как вы подписывали бумаги. Может, вы забыли, но...
– Нет, я помню это, Артур, – перебил его Дункан. – Но только Сэмми не успел оформить необходимые документы у врача, так что полисов мы так я не получили.
По лицу Маннинга было видно, что он ошеломлен.
– То есть, вы хотите сказать, что страхование не состоялось? – с трудом выговорил он.
– Совершенно верно, – подтвердил Дункан. – Потому для меня было абсолютно безразлично, сам ли Сэмми застрелился или его убили.
Заместитель окружного прокурора с торжеством посмотрел на Мейсона.
– В таком случае, ваши показания, мистер Маннинг, теряют свою силу. Я согласен с тем, что Грэйб был убит из своего пистолета. Наши эксперты по баллистике установили, что именно тот пистолет, который найден у Сильвии Оксман, был оружием убийства. Если вы хотите доказать, что это пистолет Грэйба, тем лучше. Потому что таким образом еще проще объяснить появление отпечатков пальцев Сильвии Оксман на стекле стола Грэйба. Она оперлась на него, когда выхватила из стола пистолет.
– А как насчет Фрэнка Оксмана? – спросил Мейсон. – Почему он исчез?
– Возможно, он просто не хочет огласки. Во всяком случае, показания мистера Оксмана в точности согласуются с показаниями мистера Бэлграйда.
Бэлграйд кивнул, откашлялся и торжественно сказал:
– Я следил за Сильвией Оксман. Видел, как она вошла в приемную. Когда она еще там находилась, по коридору прошел Фрэнк Оксман и почти сразу же вышел обратно, через семь-восемь секунд. После его ухода туда вошел мистер Мейсон. Потом вышла Сильвия Оксман и стала ходить по игровому залу. Затем пришли Чарльз Дункан и мистер Перкинс. Потом Перкинс и Мейсон вышли из коридора, еще через минуту появился мистер Дункан, а Сильвия Оксман вышла на палубу. Я пошел за ней на палубу и увидел, как...
– Извините, – перебил его Дункан, – значит, вы заметили, что я вышел из приемной через несколько секунд после Мейсона и Перкинса?
– Да.
– В таком случае, – обратился Дункан к заместителю прокурора, – мои показания подтверждаются...
– Нет, не подтверждаются! – вмешался Мейсон. – На то, чтобы подобрать пистолет и выбросить в иллюминатор, хватило бы и трех секунд.
– Поскольку это дело ведет наше учреждение, – сказал Бэзил Уилсон, то могу заверить вас, Дункан, что мы не считаем вас виновным. Все факты свидетельствуют против Сильвин Оксман. Вы хотите сделать какое-нибудь заявление, миссис Оксман?
– Нет, – сказал Мейсон, – не хочет.
Уилсон нахмурился.
– Должен ли я вас понимать, что вы, как адвокат, советуете ей не делать заявления?
– Вот именно.
– Большое Жюри обратит это против вас, – предупредил Уилсон.
– Ладно, – кивнул Мейсон, – вы понимаете, она просто не может сделать заявление, не вмешивая меня в это дело.
Заместитель окружного прокурора перебрал на столе бумаги и сказал:
– Что ж, в таком случае, пройдем в зал заседания Большого жюри... Что вы сказали, мистер Мейсон?
– Сказал, что она не может сделать заявления, не затрагивая меня.
– Это понял, но если бы вы потрудились объяснить подробнее, я был бы вам весьма обязан.
– Миссис Оксман отправилась в «Рог изобилия», чтобы повидаться с Сэмом Грэйбом, – начал Мейсон. – Она нашла дверь кабинета открытой. Толкнув ее, миссис Оксман увидела, что Сэм Грэйб мертв. Он сидел точно в том же положении, в котором нашла его полиция, а перед ним на столе лежали ее долговые расписки на сумму в семь с половиной тысяч долларов. И тут ее спугнул звуковой сигнал, который указывал на то, что кто-то идет по коридору. Она испугалась и, не зная, как ей лучше поступить, выбежала в приемную, уселась в кресло и притворилась, что читает журнал. Несколько мгновений спустя в приемную вошел я и увидел миссис Оксман. Я что-то сказал ей, потом заметил, что дверь приоткрыта, толкнул ее и...
– Подождите минуточку, – перебил его заместитель прокурора, – я должен зафиксировать это ваше признание. – Он кивнул стенографистке.
– Признание? – удивился Мейсон.
– Продолжайте, продолжайте, – сказал Бэзил Уилсон, – мы не станем придираться к словам. Вы ведь уже признали, что толкнули дверь, признали и то, что Сильвия Оксман, когда вы пришли, была в приемной, и до этого в кабинете Грэйба. Вы, господа, – обратился заместитель прокурора к судебным исполнителям, – слышали это?
Исполнители закивали головами. Уилсон обвел всех присутствующих взглядом, и они тоже молча кивнули в знак согласия.
– Так и отметим в протоколе, – сказал заместитель прокурора стенографистке, – все присутствующие в комнате ответили утвердительно.
– Добавите, что и я тоже кивнул, – сказал Мейсон с улыбкой, как видно, наслаждаясь происходящим. – Так вот, как я уже сказал, я вошел в кабинет и нашел там тело Грэйба. Сильвия Оксман в это мгновение направилась к выходу из приемной. Я схватил ее и спросил, что она тут делает, и она призналась, что была в кабинете. Тогда я велел ей уйти. После этого я открыл ящик стола Грэйба, положил туда семь с половиной тысяч долларов – истинную стоимость расписок Сильвии Оксман, взял со стола расписки, щелкнул зажигалкой и сжег их.
– Что вы сделали? – спросил заместитель прокурора, широко раскрыв глаза.
– Сжег долговые расписки.
– Да разве вы не понимали, что, делая это, совершаете преступление?
– Какое?
– Вы уничтожили вещественные доказательства. Эти расписки могли послужить мотивом для убийства.
– Неужели? В первый раз такое слышу. Лично я не считаю их никакими вещественными доказательствами. И поэтому я не повинен ни в чем подобном. Кроме того, я заплатил за них, а не просто забрал.
– Подождите, – нахмурясь сказал Уилсон, – это расходится с показаниями мистера Оксмана.
– Верно, – согласился Мейсон.
– Боюсь, однако, Большое Жюри посчитается скорее с показаниями Фрэнка Оксмана, чем с вашими.
– Что ж, это дело Большого Жюри. Хотя, как мне кажется, Суд все-таки предпочтет мои показания под присягой. Впрочем, мистер Оксман может сам выступить перед Большим Жюри и подтвердить свои показания.
– Не желаю спорить с вами по этому поводу, – нахмурился заместитель окружного прокурора. – Что вы можете еще заявить?
– Сразу же после того, как я сжег расписки, раздался сигнал, что кто-то идет по коридору. Я прошел обратно в приемную и захлопнул за собой дверь как раз в тот момент, когда появились Дункан и Перкинс. Мне кажется, что все происшедшее далее мистер Дункан изложил совершенно правильно. Ах, да, он забыл одну небольшую деталь. Вы помните, мистер Перкинс, что Дункан сразу же подошел к подсобному помещению, заявив, что хочет открыть его. Схватился за ручку и хотел повернуть рычажок, которым набиралась комбинация цифр. И тут вы посоветовали ему не открывать это помещение.
– Верно, – сказал Перкинс.
– Это правда? – спросил Мейсон у Дункана.
Дункан пожевал незажженную сигарету, потом неохотно кивнул. Мейсон усмехнулся и сказал заместителю окружного прокурора:
– Вот вам и разгадка убийства.
– Что вы имеете в виду?
– Неужели я должен вам все разжевывать? Неужели вы еще не поняли?
Бэзил Уилсон вспыхнул и с достоинством сказал:
– Я вижу, мистер Мейсон, что согласно вашему собственному признанию, вы поставили себя в положение соучастника преступления. Вы помогли Сильвии Оксман скрыться. Вы нарушили свой долг адвоката и слуги закона.
Мейсон достал сигарету, понюхал ее и снова усмехнулся.
– Где же все-таки был все это время мистер Маннинг?
– Вам это известно, – сказал Дункан, – в зале. Как только я нажал кнопку сигнала, он пришел в кабинет и стал охранять его. Разве не так, Артур?
– Так, – сказал Маннинг, – хотя и прошло несколько секунд, прежде чем я дошел до кабинета.
Мейсон подавил смешок. Заместитель прокурора кисло заметил:
– По-моему, нет повода для смеха.
– Вы видели, как Дункан набирал комбинацию на диске двери подсобного помещения? – спросил Мейсон у Перкинса.
– Да.
– И он набирал комбинацию простыми поворотами диска, даже не глядя на циферблат, не так ли?
– Не могу сказать точно. Помню только, что он сказал, что хочет открыть эту дверь.
– Все так и было. Но только он вовсе не открывал ее, а наоборот, закрывал, вот и все.
– Да вы спятили! – крикнул Дункан. – Зачем бы мне это понадобилось?
– Затем, что ваш сообщник, Артур Маннинг, застрелил Грэйба. И тут его врасплох застала Сильвия Оксман. Ему некуда было от нее спрятаться, кроме как в подсобном помещении в кабинете. Вы договорились между собой насчет этого убийства. Грэйб начал было уже следить за вами. Вы подготовили себе самое тщательное алиби, отправились в Лос-Анджелес, чтобы начать дело о расторжении партнерства. Вы знали, что Грэйб непременно вызовет к себе Маннинга за чем-нибудь и тот должен был выхватить из ящика пистолет, застрелить Грэйба, оставить пистолет таким образом, чтобы это выглядело как самоубийство, потом выскользнуть из кабинета и захлопнуть за собой дверь. Грэйб вызвал Маннинга, тот, не возбудив никаких подозрения Грэйба подошел к столу, выхватил из ящика пистолет и выстрелил в Грэйба как раз в ту минуту, когда затарахтел мотор очередного катера. Но это же самое тарахтение заглушило и звук сигнала, возвещавшего, что по коридору идет Сильвия Оксман. И прежде, чем Маннинг успел опомниться, за дверью кабинета послышался голос Сильвии: «Есть здесь кто-нибудь?» Ему оставался единственный выход, которым он и воспользовался. Проскользнув в подсобное помещение, он притаился там, но запереть изнутри дверь за собой не мог.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19