А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Это просто какой-то бродяга. Не Беллз. Откуда, черт подери, он может быть здесь?
– Как дела, малыш Майки?
Услышав прямо у себя за спиной этот голос, Тоцци подскочил. Он повернул голову и увидел ухмыляющегося ему в лицо Беллза. Его низко опущенный пистолет упирался в спину Тоцци. Сердце Тоцци забилось в горле.
Стекла очков Джины блеснули. Она не произнесла ни слова.
– Не следовало уходить, не попрощавшись с хозяином, малыш Майки. Это невежливо.
Тоцци развернулся к нему лицом, потянув за наручники и заставил Джину сделать то же самое. Беллз отступил на полшага, продолжая целиться в живот Тоцци. Тоцци заставил себя смотреть прямо в смеющиеся глаза этого сукиного сына. Не может такого быть.
– Каким образом? – спросил он.
Беллз пожал плечами:
– По волшебству.
У Тоцци отнялся язык.
Но Беллз был страшно собой доволен.
– Что вы скажете, если мы все вернемся ко мне и разделаем индейку? Как тебе это. Джина?
– Почему бы тебе не сделать это прямо здесь? – огрызнулась она из-под воротника. – Когда вокруг полно людей.
Беллз покосился на толпу на Колумбус-авеню в двадцати футах от них и ухмыльнулся ей в лицо:
– Они довольно далеко. Мы тут практически одни. Могу сделать это прямо здесь, если ты хочешь, Джина. А ты как думаешь, Майки? Смогу я провернуть это?
Тоцци не ответил. Он безоружен, прикован к Джине, смертельно устал, на теневой стороне улицы Беллз, конечно, сможет провернуть это.
– Ставлю пятерку, что застрелю вас обоих и буду уже на полпути к Джерси, пока кто-нибудь что-нибудь заметит.
Тоцци не сомневался, что Беллз совершенно прав. И тут внезапно его охватило абсолютное спокойствие. Да, если Беллз захочет, он может убить его, и в данных обстоятельствах ничего с этим не поделаешь. Ну, так и плевать – больше он не боится.
– Так что же, Майки? Спорим? Всего на пять долларов. – Беллз шагнул чуть вперед, нацелив пистолет на Тоцци.
Джина отпустила воротник.
– Ради всего...
Беллз сердито зыркнул на нее:
– Я не с тобой разговариваю. Я разговариваю с малышом Майки. – По лицу у него расплылась улыбка. – Так как же, малыш Майки? Принимаешь пари?
– Знаешь, Беллз, мне действительно все равно, что ты будешь делать. Все в твоих руках. Я не могу остановить тебя. И ничего не могу сделать. – Тоцци успокоился. Его пульс бился ровно.
Беллз нахмурился:
– Ты хочешь сказать, что все в моих руках?
– Именно так. Делай то, что считаешь нужным, Беллз. Я не могу тебе помешать.
Вокруг рта Беллза тени образовали глубокие морщины, довольная ухмылка сменилась мрачным выражением. Тоцци отнял у него всю радость победы. Совсем не интересно убивать, если жертва не боится. Тоцци вывернул ситуацию наизнанку и бросил ее Беллзу в лицо. Чистое айкидо.
Лицо Беллза вновь преобразилось: на него вернулась змеиная улыбка.
– Это ж, Майки, какой-то психологический выверт. Может, ты думаешь, что можешь подвергнуть меня психоанализу? Подумай еще раз, дружище.
Тоцци просто пожал плечами. Он выглядел утомленным.
Ухмылка Беллза погасла. Рука с пистолетом опустилась вниз.
Не раздумывая ни секунды, Тоцци сильно ударил Беллза по руке, и пистолет со стуком упал на тротуар. Тоцци ногой отбросил его в тень от балкона, где спал бродяга. Пистолет с металлическим звяканьем ударился о мусорный ящик.
Беллз повернулся на звук, и в ту же секунду Тоцци ударил его коленом в пах. Но Джина опередила его, ударив Беллза ногой, и колено Тоцци угодило Беллзу в лицо, потому что тот согнулся от боли после удара, нанесенного Джиной.
– Бутерброд! – закричала Джина, и Тоцци сразу понял, о чем она подумала.
Они шагнули вперед, обойдя Беллза с двух сторон, и зацепили его своими скованными наручниками запястьями под подбородком, рывком подтянули вверх и назад, бросив спиной на асфальт. Беллз застонал, перекатился на бок и обхватил рука ми затылок.
Тоцци улыбнулся Джине:
– Почему ты раньше не могла так отлично действовать?
– А ты?
– Ладно. Надо найти пистолет.
Они хотели было направиться в затененное место, но тут внезапно раздался крик Беллза:
– Стоп!
И Тоцци почувствовал, как что-то резануло его по икре. Он отступил в сторону и увидел, что Беллз лежит на земле, задрав штанину, а в руке у него поблескивает лезвие ножа.
– Назад, – приказал он, размахивая ножом и не давая им приблизиться к себе. Он ползком продвигался в тень от балкона, нащупывая свободной рукой пистолет.
Джина, готовая ринуться вперед, дернула Тоцци за руку. Тоцци ощупал ногу. Боли он не чувствовал, но штанина была разрезана, а на руке он ощутил кровь.
– Пошли, – снова дернула его Джина, – пока он не нашел пистолет.
Беллз ощупывал тротуар возле ног спящего бродяги, и вдруг из темноты возникло бессмысленное лицо.
– Это мое! – хрипло взвизгнула женщина. Сумасшедшая с горящими глазами, шапкой густых курчавых волос на голове, плоскогрудая, она привыкла защищать свою территорию.
Беллз угрожающе взмахнул ножом перед ее лицом:
– Пошла прочь, сука.
Она сунула ему в лицо пистолет:
– Сам пошел прочь!
Беллз, как паук, на четвереньках отполз назад. Он взглянул на Тоцци и Джину, затем бросил взгляд на женщину. Пристально глядя в глаза Тоцци, он ухмыльнулся, подняв нож острием вверх. Лезвие сверкнуло, как свеча.
– А собственно, кому нужен пистолет? – Он стал медленно подниматься на ноги, морщась от боли.
– Бежим! – Джина дернула за наручники.
Но Тоцци не двинулся с места. Его первым побуждением было схватиться с Беллзом, он был уверен, что отобьет удар ножа, но тут он вспомнил, что они с Джиной представляют собой сиамских близнецов. Он никогда не применял приемов айкидо, будучи с кем-нибудь в паре, а сейчас не время экспериментировать.
Он стал неохотно отступать в сторону толпы на Колумбус-авеню, так как Джина все время дергала за наручник, но ему это не нравилось. Беллз – сумасшедший, он жаждет крови. А там полно народу. Невозможно предсказать, что сделает Беллз. Нельзя просто убежать. Беллзу нравится брать заложников, а в такой толпе есть из кого выбирать. Тоцци мысленно представил, как Беллз выхватывает из коляски малыша, только начинающего ходить или совсем грудного, и держит нож у его горла. Они с Джиной не могут просто сбежать, чтобы спастись самим. Нужно держать Беллза в напряжении, занять собой его мысли, заставить его преследовать их, пока они не найдут полицейского, пару полицейских, много полицейских, у которых чертовски много пушек и которые смогут вышибить мозги из этого больного ублюдка.
– Куда же вы? – произнес Беллз. Он стоял на ногах, пошатываясь, все еще держа руку на затылке. Затем сделал несколько неуверенных шагов вперед.
Тоцци оглянулся. Джина, вне себя, тянула его, вынуждая идти быстрее. Тоцци ясно слышал шум толпы – детские возгласы восторга и удивления, голоса родителей, призывающих их посмотреть туда или сюда. На другой стороне улицы, по мере того как в них закачивали воздух, поднимались гигантские фигуры Лесного Дятла, Человека-Паука, Барта Симпсона. Еще дальше, раскачиваясь и выпячивая грудь, оживали Гарфильд, Розовая Пантера, Багс Банни, Бетти Буп верхом на месяце и Гуфи в костюме Санта-Клауса. Он посмотрел вниз на сумасшедшую с пистолетом в руке, потом перевел взгляд на Беллза, который, будто в танце, заплетающимися шагами двигался в их направлении. Чистый дурдом.
– Куда же вы? – повторил Беллз, и в голосе его послышались злые ноты.
– А ты куда собрался? – осведомился Тоцци.
Джина с такой силой дергала его за руку, что та того и гляди была готова вырваться из сустава. Чтобы остановить Джину, он схватил ее за запястье. Но это было все равно что пытаться удержать дикую лошадь. Так они и ввинтились в толпу: Тоцци, пятясь назад, Беллз, неуклюже двигаясь вперед, Джина, увлекая за собой Тоцци.
Тоцци не отрывал глаз от Беллза, стремясь удержать его взгляд на себе, стараясь не обращать внимания на голоса, раздающиеся вокруг, – детские голоса. Он не хотел смотреть на детей и не хотел, чтобы на них смотрел Беллз. Тоцци не хотел, чтобы они его отвлекали, и не хотел, чтобы при взгляде на них у Беллза появились какие-нибудь идеи.
– Пошли же! Пошли! – Джина все дергала его за руку, но он, не обращая на нее внимания, медленно отступал назад, стараясь, чтобы Беллз не отставал от них.
Беллз держал нож в прижатой к боку руке, лезвием вниз, и в карнавальной суете никто его не замечал. Никто, кроме одного маленького мальчика, только что научившегося ходить, с длинными темными ресницами, упакованного в зеленовато-голубой зимний комбинезон. Поводок надетых поверх комбинезона красных вожжей был привязан к прогулочной коляске, в которой крепко спал ребенок поменьше. Руки матери лежали на ручке коляски, но ни она, ни ее муж не обращали на детей внимания. Они смотрели на гигантского Барта Симпсона и потому не заметили, что их маленький сын протянул руку к яркому блестящему предмету в руке убийцы. Сердце у Тоцци упало, когда он представил, что сейчас произойдет. Малыш схватит Беллза за ногу, а Беллз, воспользовавшись предоставившейся возможностью, перережет поводок и схватит ребенка. Нож, приставленный к зимнему комбинезону. Еще один заложник. О Господи, нет...
– Беллз!
Тоцци посмотрел на ребенка, молясь в душе, чтобы тот не коснулся Беллза и Беллз не заметил его. Но Беллз проследил за взглядом Тоцци и увидел у своих ног малыша.
Малыш протянул руку к блестящему предмету. Беллз прижал лезвие плашмя к рукаву синего зимнего комбинезона. Потом посмотрел на Тоцци и ухмыльнулся.
– Беллз, – повторил Тоцци. – Беллз...
И тут Тоцци увидел над плечом Беллза глупое круглое лицо. Он не поверил своим глазам. Это был Живчик.
– Эй, Беллз! Беллз! Сюда! – Лицо Живчика блестело от пота.
– Майкл!
– Тоцци!
Тоцци нахмурился и стал всматриваться в лица окружавших его людей. Сквозь толпу к ним пробирались Гиббонс и Лоррейн. Гиббонс? Тоцци сверлил взглядом лицо своего напарника. Выглядел тот ужасно, но был жив. Жив!
Гиббонс приставил сложенные ладони ко рту и закричал, показывая на Живчика:
– У него мой экскалибур!
Тоцци нахмурил брови. Какого черта экскалибур вдруг оказался у Живчика? Он взглянул на малыша. Беллз просунул лезвие ножа под ремень вожжей и пытался перерезать его. Родители ребенка ничего не замечали. Их вниманием полностью завладел Барт Симпсон. Дрожащий как осиновый лист Живчик находился на расстоянии вытянутой руки от Беллза. Тоцци не видел, где находится револьвер Гиббонса, но в руках Живчика он вряд ли мог сослужить им хорошую службу. Живчик никогда не осмелится нажать на спуск, во всяком случае он не станет стрелять в Беллза. Да в этих обстоятельствах Тоцци и не хотел бы, чтобы Живчик сделал это. В такой толпе он точно попадет в кого-нибудь рядом с Беллзом. Например, в этого малыша. Дерьмо!
Но когда он увидел, что красный ремешок уже почти перерезан, Тоцци передумал. Надо застрелить этого подонка. Убить его. Давай, Живчик. Стреляй, пока он не схватил ребенка.
Джина перестала тянуть Тоцци за руку. Она не сводила глаз с брата:
– Живчик! Что ты делаешь?
Живчик поднял револьвер и приставил его ствол к затылку Беллза.
Внутри у Тоцци все опустилось. Живчику не нужно было подходить вплотную к Беллзу. Теперь Беллз мог что-нибудь предпринять. Он знал, у кого револьвер, и знал, где находится Живчик. К тому же Живчику не стоило медлить. Надо было сразу же стрелять, пока у него была эта возможность. Беллз продолжал перерезать ремешок. Казалось, он не замечает, что в его затылок упирается ствол пистолета.
Расталкивая людей, Гиббонс пытался пробраться к Живчику:
– Полегче, парень. Полегче.
Рука Живчика отчаянно тряслась. Казалось, он вот-вот заплачет. Он все время оглядывался на Лоррейн, но она была в полном смятении.
– В чем дело? – спрашивала она. – Говори же, говори...
Живчик скривил рот в клоунской гримасе:
– Я, я... не знаю.
Люди вокруг них заметили нервничающего парня с револьвером в руке и в панике пытались убраться подальше от этого места. Мать малыша закричала и дернула за красный поводок, но Беллз ухватился за ремни и не отпускал их.
– Джош! Джош! – кричала женщина, не сводя глаз с ножа, уже почти перерезавшего внутреннюю прокладку поводка. На лице ее мужа было такое выражение, будто он понимает, что должен сделать что-то героическое, но не знает, с чего начать, поэтому вместо этого он вместе с женой стал звать ребенка:
– Джош! Сейчас же иди сюда! Джош!
Тоцци рванулся вперед, увлекая за собой Джину. Он схватил поводок посередине, готовый отвести беду от ребенка, молясь, чтобы поводок не оборвался.
Прежде чем что-то предпринять, он обернулся. Куда же, черт побери, деваются копы, когда они нужны? И тут он понял, насколько плотной была толпа. Такое же столпотворение, как на Таймс-сквер под Новый год. Даже конная полиция с трудом могла бы пробраться сквозь такую толпу, а это означает, что чудесного спасения от кавалерии ждать не приходится.
Он посмотрел на нож. Лезвие было плашмя прижато к груди малыша, пальцы этой же руки крепко сжимали ремни. Слабое движение кисти, и Беллз легко проткнет комбинезон.
Беллз ухмылялся Тоцци в лицо. Попробуй сделай что-нибудь!
Тоцци медленно выдохнул и поймал взгляд Гиббонса.
– Кто-нибудь может рассказать смешной анекдот? – крикнул он.
Улыбка Беллза стала еще шире, но он не произнес ни слова. Гиббонс кивнул в сторону Живчика:
– Слышал о том, как один парень захотел заделаться членом организации?
– Нет. – Тоцци не сводил глаз с Беллза.
Гиббонс стоял спиной к толпе и смотрел на Живчика.
– Ну вот, был такой парень, который так хотел этого, что пообещал своему капо прикончить умника, надувшего капо и всучившего ему фальшивые деньги.
Беллз вскинул голову и засмеялся. Он посмотрел на Гиббонса.
– Я слышал этот анекдот, но он звучит по-другому. – Он покосился на экскалибур. Держался он так, будто в руках Живчика был не револьвер, а хлопушка.
Гиббонс взглянул на Беллза.
– Ну и как же, по-твоему?
– Тот маленький ублюдок, который хотел примазаться к мафии, он и подсунул другому эти фальшивые деньги.
– Неправда... – еле слышно вякнул Живчик.
Беллз развернулся и уставился на Живчика.
– Да, этот маленький ублюдок дал другому парню, который считал его своим другом, тридцать две косых фальшивыми банкнотами, а тот парень отдал их капо, не зная, что это простые бумажки. Интересно, где же этот ублюдок взял их? Как вы думаете? Может, чтобы добыть их, подстрелил какого-то агента ФБР возле шоссе на Джерси? Как вы считаете, может такое быть?
Живчик целился из экскалибура прямо Беллзу в лицо, но он гак дрожал и потел, будто это Беллз держал его под прицелом.
– Нет-нет-нет... Все совсем не так. Нет...
– Ах, нет? Так скажи нам, Живчик, где ты был вчера ночью, когда подстрелили этого агента? А?
Внезапно Тоцци вспомнил, что прошлой ночью Живчик куда-то исчезал. Он увидел его уже после трех в «Звездном свете», когда Беллз и Будда беседовали в задней комнате. Тоцци не знал точно, когда стреляли в Петерсена, но он лучше был осведомлен о том, что делал ночью Беллз, чем о перемещениях Живчика.
Живчик мигал без остановки.
– Т-т-ты совсем спятил, Беллз. Это точно.
– Давай, давай. Живчик, расскажи нам, где ты был вчера ночью. Есть у тебя алиби?
Губы Живчика дрожали. Он не мог выдавить ни слова.
– Рассказать тебе о моем алиби. Живчик? Ну так послушай. Примерно с двух до четырех я был с Буддой. – Беллз взглянул на Тоцци и ухмыльнулся. – А до того я был с твоей сестрой, Живчик. Я ушел от нее около половины второго. Хочешь, спроси у нее.
Внутри у Тоцци все перевернулось. Лицо его запылало. Он чувствовал себя так, будто его предали. Бессознательно ухватившись покрепче за красный поводок, он дернул его. Беллз дернул поводок к себе.
– Мама! – вдруг закричал ребенок.
– Джош!
Тоцци пристально посмотрел на Джину:
– Это правда?
Ее глаза перебегали с одного лица на другое, но она ничего не ответила.
– Ма-ма!
– Джошуа! Джош...
В дальнем конце Семьдесят восьмой улицы завизжали шины. Тоцци оглянулся и увидел, как там, где заканчивалось скопление народа, посередине улицы рядом с синим фургоном наружного наблюдения остановился серый «линкольн». Дверцы машины распахнулись, и из нее выскочили Будда и его гориллы.
– Вот они! – закричал один из них, и они бросились в толпу.
– Я говорила тебе, что они едут за нами, – сказала Гиббон-су Лоррейн.
– Взять его! – закричал Будда своим обезьянам из-за спин людей.
Беллз повернулся к орущим мафиози, и Тоцци внезапно дернул за поводок, выхватив ребенка из рук Беллза. Он подтянул к себе малыша, как рыбу на леске, и перекинул его матери.
– Взять его, черт бы вас побрал! – зарычал Будда.
Живчик побелел. Его колени подкосились. Экскалибур выпал из его руки и загремел по тротуару. Он посмотрел вниз, но Гиббонс уже подскочил и схватил револьвер.
Беллз ухмыльнулся прямо в лицо Живчику. Внезапно конец лезвия ножа уперся в дрожащий подбородок Живчика.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28