А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Все в порядке, Сэлир. Я ненадолго отбываю в Виргинию.
Широкое лицо мавра выразило удивление, и он с подозрением посмотрел на Стивена.
— Могу я вас сопровождать, мисси?
Она успокаивающе коснулась его руки.
— В этом нет необходимости, Сэлир.
— Нам следует поторопиться, миледи, — отрывисто сказал Стивен, подходя к Патриции и заботливо накидывая капюшон накидки ей на голову. Она с удивлением отметила его резкий тон и ответила коротким кивком.
Сэлир открыл им дверь, и Стивен взял ее под руку. Они вышли в дождливую ночь. Их ждал экипаж, и Стивен помог Патриции сесть в него, затем сам уселся напротив.
Патриция бросила последний беспокойный взгляд на свой дом. Хмурый Сэлир все еще стоял у открытой двери. Рир-дона не было видно.
В пути Стивен не пытался заговорить с Патрицией, и это вполне ее устраивало. Было бы очень тяжело поддерживать с ним пустячный разговор, тем более на личную тему.
Из-за ливня ничего не было видно, да Патриция и не смотрела по сторонам. Ее мысли были заняты событиями этой ночи. Всякий раз, когда она украдкой поглядывала на Стивена Керкленда, тот пребывал в глубокой задумчивости. Порой казалось, что он потерял чувство времени и пространства. Патриция равнодушно пожала плечами. Какое это имеет значение? Она находится в полном его распоряжении.
Равномерное покачивание экипажа и непрерывный стук дождя по крыше ее убаюкивали. Вскоре ее глаза закрылись. Патриция не заметила, когда Стивен подсел поближе и подставил ей под голову свои колени. Она блаженно вздохнула и уснула.
Стивен задумчиво смотрел на лицо спящей женщины. Не хотелось верить, что его подозрения оправданны. Он осторожно обвел пальцами контур нежной щеки, затем с мрачным выражением лица откинулся на сиденье и закрыл глаза.
Вдали на горизонте уже появились первые слабые проблески зари, окрасившей небо в золотисто-багровые тона. Стивен потряс Патрицию, и она мгновенно проснулась, в смущении обнаружив, что спала на его коленях.
Стивен вышел из экипажа, и она увидела, что он приблизился к небольшой группе людей, стоящих неподалеку и ожидающих его прибытия. Патриция не представляла, где они находились, но полагала, что это, должно быть, какая-нибудь укромная бухта, которую Стивен использовал для каперства. Она увидела неподалеку покачивающийся на волнах корабль. Всеобщее внимание привлек баркас, приближающийся к берегу. Патриция вышла из экипажа и размяла онемевшие конечности. Дождь прекратился, и воздух был свежим и бодрящим. Она оставалась у экипажа, пока Стивен не вернулся к ней.
— Следует поторопиться, миледи.
Он молча повел ее к баркасу, который подошел к берегу. Все остальные уже сидели в лодке, и Стивен, взяв Патрицию на руки, вошел в воду. Он поместил ее на одну из скамеек рядом с молодой девушкой, затем сам забрался в лодку. Короткий кивок боцману, и шестеро матросов повернули баркас к кораблю.
Патриция с любопытством посмотрела на молодую девушку. На голове у нее был повязан яркий платок. Она выглядела весьма удрученной, как и сама Патриция, и обе женщины мимолетно улыбнулись друг другу, прежде чем девушка повернулась к морю.
Стивен Керкленд тихо разговаривал с сидящим рядом мужчиной. Патриция сразу его узнала. Это был тот самый человек, которого она видела со Стивеном в казино. Сейчас они явно говорили о ней, так как время от времени поглядывали в ее сторону. Патриция чувствовала себя подобно некоему редкому экземпляру насекомого в бутылке, который изучают и обсуждают, поэтому она плотнее запахнула накидку и отвернулась.
Вскоре нос баркаса ткнулся в борт стоящего на якоре судна. Один из матросов ухватился за веревочный трап, свисающий с поручней, и держал его натянутым, чтобы женщины могли подняться на борт. Девушка, предусмотрительно надевшая мужские панталоны, быстро вскарабкалась по шаткой лестнице, в то время как Патриция, в длинном платье и накидке, взбиралась более медленно и осторожно. Несколько раз она теряла опору и ее нога соскальзывала с веревочной перекладины, но Стивен Керкленд вовремя поддерживал ее своей твердой рукой.
Наконец Патриция оказалась в небольшой каюте. Двое из команды дружески ей кивнули, втащив дорожный сундук. Когда матросы удалились, она заглянула туда и поняла, что он принадлежит молодой девушке, которая куда-то исчезла со Стивеном, как только они поднялись на борт. В этот момент Патриция с ужасом осознала, что совершенно не позаботилась об одежде для себя.
Она сняла накидку, но прежде чем повесила ее на деревянную вешалку на стене, корабль неожиданно качнуло, и он пришел в движение. Патриция ухватилась за ближайший припайтованный стул и крепко за него держалась, чтобы не упасть.
Убедившись, что может сохранять равновесие, Патриция отпустила спинку стула и поспешила к иллюминатору. Приподнявшись на цыпочки, она выглянула наружу. Это было не первое ее морское путешествие, и при других обстоятельствах она отнеслась бы к нему с удовольствием. На море она всегда испытывала спокойствие и безмятежность, чего ей всегда не хватало на берегу. Океан простирался до горизонта, где восходящее солнце золотистыми бликами отражалось на поверхности воды.
Патриция оторвалась от захватывающего дух зрелища, когда дверь открылась и в каюту вошла молодая девушка. Патриция тепло ей улыбнулась, поскольку не намеревалась вымещать на ком-либо свое недовольство Керклендом.
— Я — Патриция Фэрчайлд. Кажется, мы будем спутницами в этом путешествии.
Барбара Керкленд улыбнулась в ответ и с любопытством посмотрела на незнакомку. Ей было непонятно, почему эта женщина оказалась на корабле. Объяснение Стивена, что он взял ее лишь в качестве пассажирки, чтобы доставить в Виргинию, было слишком несерьезным и не могло удовлетворить любопытства Барбары. Ее карие глаза смотрели на спутницу с нескрываемым интересом. Может быть, она любовница Стивена?
— Здравствуйте, — вежливо ответила девушка. — Я — Барбара Керкленд.
Глаза Патриции любопытно блеснули, и она еще раз внимательно посмотрела на девушку. «Барбара выглядит слишком взрослой, чтобы быть дочерью Стивена. Впрочем, он мог жениться очень молодым. Может быть, она его сестра? Ну, конечно, сестра!» — решила она, утвердительно кивнув головой.
— Вы сестра капитана Керкленда? — спросила Патриция. Барбара покачала головой.
— Нет, мы очень дальние родственники. — Она слишком поздно вспомнила, что Стивен ее предостерег не обсуждать свои родственные отношения с незнакомыми.
— Давайте решим, кто займет верхнюю койку, а кто нижнюю, — предложила Патриция, чтобы как-то сгладить возникшее напряжение.
— Мне все равно. Выбирайте, — сказала Барбара. Ее глаза возбужденно блестели. — Здесь так интересно! Это мое первое плавание по морю, и мне нравится все!
Патриция вспомнила, как волновалась во время своего первого путешествия, когда прибыла в колонии с отцом. Она не могла разделить, но хорошо понимала восторг девушки и весело сказала:
— Кажется, сегодня чудесная погода. Не стоит терять время, сидя в каюте.
— Вы правы! — согласилась Барбара. — Пойдемте на палубу.
Улыбка исчезла с лица Патриции и сменилась напряженным выражением. Ей вовсе не хотелось встречаться со Стивеном Керклендом. Она была уверена, что он наверху отдает команды матросам.
— Пожалуй, я еще немного побуду в каюте, — сказала она.
Девушка некоторое время внимательно изучала Патрицию, пока та приводила себя в порядок перед зеркалом.
Импульсивность Барбары часто мешала ей в жизни. Она также была склонна к поспешным выводам. Ее первое впечатление о Патриции Фэрчайлд было благоприятным. Та сразу ей понравилась. Такую красивую женщину она еще никогда не видела. Однако Барбара инстинктивно почувствовала по тому, как Патриция произнесла имя Стивена, что ее отношения с ним непросты.
— Вы давно знаете Стивена? — спросила она. Патриция повернула голову и скептически улыбнулась ей через плечо.
— По мне, слишком давно, — мрачно ответила она.
Это утверждение было подобно мячику, подброшенному вверх играющему щенку. Он был подхвачен, прежде чем ударился о землю!
— О, я поняла! — с чувством сказала Барбара. — Вы и Стивен — любовники, и у вас произошла размолвка! — Она забралась на верхнюю койку и уселась там, скрестив под собой ноги. Затем задумчиво подперла рукой голову. Ее дерзкое личико светилось надеждой. — О, это так интересно! Вы должны все мне рассказать!
В обычной обстановке Патриция, наверно, обиделась бы на такую дерзость, но непосредственность Барбары была столь заразительна, что Патриция лишь криво усмехнулась.
— Подобная дерзость принята в вашей семье, госпожа Керкленд? — Веселый блеск в глазах Патриции смягчил резкость ее вопроса.
Барбара осталась невозмутимой, хотя задумчиво нахмурилась, размышляя над брошенным ей обвинением.
— Да, моя мать говорит, что истинные Керкленды рождаются с темными волосами, синими глазами и плохими манерами. — Она добродушно хихикнула. — А отец говорит, что я возмещаю недостаток первых двух качеств избытком третьего.
Патриция в ответ рассмеялась:
— Думаю, ваш отец прав.
— Означает ли это, что вы не собираетесь рассказывать мне о вашей размолвке со Стивеном? — уныло спросила Барбара.
— Вынуждена вас разочаровать, дорогая, но мне нечего рассказывать, — ответила Патриция.
Барбара подвинулась на край койки и свесила ноги.
— Я уверена, что вы поведаете мне обо всем позже, но должна сказать, что ваше мнение о Стивене ошибочно. Он прекрасный человек!
Патриция недоверчиво покачала головой.
«Ты наивная, доверчивая простофиля, малышка, — подумала она с нежностью. — Никому нельзя полностью доверять».
— Что касается Томаса Сазерленда, то здесь я полностью с вами согласна. Он ужасный болван! — продолжала Барбара, выразительно качнув головой. — Но это никак не относится к Стивену. — Она спрыгнула с койки, как бы подчеркивая справедливость своих слов.
— А кто такой Томас Сазерленд? — с нежной усмешкой спросила Патриция.
— Это тот человек в лодке, что разговаривал со Стивеном сегодня утром.
— О, вы имеете в виду того симпатичного молодого брюнета? — лукаво сказала Патриция. Ее глаза весело блестели.
— Я бы не сказала, что он симпатичен. Вы действительно так думаете? — спросила Барбара, равнодушно пожимая плечами.
— Конечно, — ответила Патриция, явно наслаждаясь беседой.
Прошло довольно много времени с тех пор, как у нее была возможность поболтать с какой-нибудь подружкой. Размышляя об этом, она была вынуждена признать, что большая часть ее жизни проходила среди мужчин, и эта очаровательная девчонка была приятным исключением.
Внезапно ее взгляд помрачнел. Она почти забыла об обстоятельствах, которые ее сюда привели. Невинная болтовня юной спутницы ее отвлекла. Лицо Патриции покрылось краской, когда она вспомнила, на что ей пришлось пойти, чтобы попасть на этот корабль. Разве можно рассказать такое этой милой девушке? «О, моя невинная юность, — печально подумала она. — Куда ты девалась?»
Погруженная в свои мысли, Патриция непроизвольно скрестила руки на груди и опустилась на стул. «Наслаждайся юностью, Барбара Керкленд. Наслаждайся каждым мгновением, пока можешь».
Барбара заметила внезапную перемену в настроении Патриции и ощутила ее печаль. Она всей душой ей сочувствовала и поняла, какой глупой выглядела в ее глазах.
— Пожалуй, я поднимусь на палубу. Вы уверены, что не хотите пойти со мной, Патриция? — доброжелательно спросила она.
Патриция отбросила свои мрачные мысли и мягко улыбнулась:
— Нет, не сейчас, дорогая.
Барбара задержалась у двери и, взглянув через плечо, тихо сказала:
— Я не знаю, какие отношения у вас со Стивеном, но надеюсь, они не станут серьезным препятствием для нашей дружбы.
Патриция ответила ей теплым взглядом.
— Я тоже на это надеюсь, Барбара.
Глава 8
Барбара ушла, а Патриция легла на койку и, несмотря на сумбур в голове, уснула глубоким сном. Через несколько часов ее разбудил легкий стук в дверь. Патриция приподнялась, сбитая с толку, и обстоятельства прошлого вечера снова всплыли в ее памяти.
Тот, кто стоял за дверью, по-видимому, был настроен решительно, потому что стук стал настойчивее. Наконец она открыла дверь.
За дверью оказался мальчик лет одиннадцати-двенадцати, он держал поднос с едой. Паренек был приятной наружности с обилием веснушек на лице, в жилете и штанах из неотбеленного полотна. Белая рубашка с длинными рукавами прикрывала его тщедушную грудь. Хотя он был довольно худощав, его ноги в грубых белых чулках выглядели мускулистыми и стройными.
Паренек широко улыбнулся Патриции, и она почувствовала, что эта улыбка скорее выражала облегчение, чем приветствие.
— Меня зовут Дэниел, мэм. Я принес еду. Капитан спрашивает, не захворали ли вы, поскольку в полдень не явились к столу. Он просил передать, что если вы плохо себя чувствуете, то примите его соболезнования, а если нет, то он должен вам напомнить, что это не такая уж приятная прогулка. Так он сказал, не я, мэм, — добавил мальчик, оправдываясь.
Парнишка вошел в каюту и поставил поднос на стол в углу.
То ли Патриция уже привыкла к язвительным замечаниям Стивена, то ли была так голодна, что не могла дольше терпеть, но она не обратила внимания на явное оскорбление.
— Скажи капитану Керкленду, что я вполне здорова, Дэниел, и спасибо тебе за услугу.
Паренек вернулся к двери и снял свою треуголку, обнажив ярко-рыжие волосы, аккуратно зачесанные назад и связанные на затылке черной лентой.
— Что-нибудь еще угодно, мэм?
— Пока нет, Дэниел, — сказала Патриция с благодарной улыбкой. — Спасибо.
Она села за стол и поспешно налила себе чашку чаю. На подносе лежал большой кусок тушеного мяса. Патриция осторожно его попробовала и обнаружила, что оно довольно вкусное. Тогда она расслабилась и, намазав маслом галету, начала поглощать аппетитное блюдо.
Патриция наслаждалась уже второй чашкой чаю, когда в каюту ураганом ворвалась Барбара. Ее лицо пылало от необычайного возбуждения.
— Это самое потрясающее событие в моей жизни! — воскликнула она, плюхнувшись на стул напротив Патриции. — Трудно поверить, что, живя все время в Бостоне, я ни разу не путешествовала на корабле! — Она с восторгом сжала руку Патриции. — О, ты непременно должна подняться на палубу и увидеть, как красив океан.
— Погоди, — попыталась сдержать ее Патриция со снисходительным смехом. Ей с трудом удалось поставить чашку на стол, не расплескав содержимого. — Говоришь, подняться на палубу? — сказала она, с сомнением нахмурив брови. — Для того, кто никогда не был в море, ты довольно быстро усвоила морскую терминологию.
— О, Том мне все объяснил. — Она снова вскочила, слишком взволнованная, чтобы усидеть на месте. — Перед корабля называется носом, а зад — кормой. — Барбара подняла руку. — Левая сторона — это левый борт, а правая — правый, — сообщила она, сопровождая свои слова соответствующими жестами. Затем посмотрела на Патрицию, ожидая ее похвалы.
— Я просто потрясена, — смеясь, сказала Патриция, — и не в состоянии все это запомнить. Но что будет, если ты повернешься лицом в другую сторону?
— Не пытайся сбить меня с толку, — предупредила Барбара с веселым блеском в глазах. — Теперь мне все известно. А знаешь ли ты, что часть трюма заполнена водой? Они называют это, кажется, балластом или как-то в этом роде. Там же они хранят пищу и холодную пресную воду в бочках, которые плавают в трюме. Разве это не удивительно?
— Да, но я думаю, что настоящая цель балласта — сохранять остойчивость корабля, дорогая, — сказала Патриция со снисходительной улыбкой.
— И еще я хочу изучить паруса, хотя не знаю, смогу ли запомнить все названия. Фок! Топсель! Грот! Кризис-марс! Бизань! Им нет конца! Как только моряки это помнят? — Она беспомощно взмахнула руками. — Том говорит, что если я не изучу все паруса до прихода в Виргинию, ему придется снова взять меня в плавание.
— Том? Не тот ли это Том, которого ты называла болваном? — насмешливо спросила Патриция. В ее глазах сверкали веселые искорки.
Барбара нахмурилась, и на ее щеках вдруг обозначились восхитительные ямочки.
— Да, но, может быть, я ошибалась. Он действительно очень симпатичный, особенно когда смеется. И от него приятно пахнет!
Патриция в этот момент поднесла чашку чаю ко рту.
— Что? — спросила она, поперхнувшись и с трудом проглотив жидкость.
— Приятно пахнет, — повторила Барбара, ничуть не смутившись. — От Роберта Тиздейла всегда пахнет… камфорным мылом. А запах Тома приятный, как у Стивена. — Она посмотрела своими круглыми карими глазами на Патрицию. — Ты понимаешь, что я имею в виду?
— Соблазнительный запах, — уточнила Патриция.
— Вот именно, — подтвердила Барбара. Обе женщины согласно кивнули.
Патриция совсем утратила чувство времени. Она знала только, что уже довольно поздно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28