А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Ваши слова пахнут изменой, капитан, — осторожно заметил Чарлз Рирдон. «Проклятие! Эти чертовы борцы за независимость ни в грош не ставят короля!» Однако он нуждается в этом человеке, и сейчас не время спорить с ним о политике.
— Измена? Кому, мистер Рирдон? Моя верность Виргинии ни у кого не вызывает сомнений. Кажется, скорее вы, бостонцы, страдаете от того, что не можете окончательно определиться, каким властям быть верными.
Чарлз нервно засмеялся и бросил умоляющий взгляд на Патрицию, которая молча слушала их препирательства. Стивен Керкленд совсем не глуп, подумала она. Чарлз напрасно полагает, что сможет легко обмануть капитана и переправить ее с ним в Виргинию. Он очень осторожен и не намерен рисковать своей свободой только ради того, чтобы завоевать ее симпатию.
Патриция начала тасовать карты.
— Сыграешь, Чарлз?
— Пожалуй, нет, — ответил он, испытав облегчение от того, что сменилась тема разговора.
Патриция обратилась к Стивену со сдержанной улыбкой:
— С каких ставок вы хотели бы начать, капитан Керкленд?
Стивен посмотрел на нее, прищурившись.
— Кажется, в прошлый раз вы упомянули о высоких ставках, миледи.
Патриция вопросительно вскинула брови.
— Но как высоки они должны быть по-вашему, капитан? — Она насмешливо взглянула на Рирдона. — Должна сказать, что меня и Чарлза не интересует ваша старая усадьба в Виргинии.
— О, я уверен, до нее дело не дойдет. — Глаза Стивена весело блеснули. — Видите ли, я не собираюсь проигрывать, и меня, в свою очередь, интересует, какова будет ваша ставка в этой игре.
— Меня восхищает ваша уверенность, капитан. Может быть, ограничимся пятью тысячами фунтов? — решительно предложила она.
Стивен улыбнулся:
— У меня другое предложение, Патриция.
Она посмотрела ему в глаза через стол.
— Какое же?
— Ночь, проведенная вместе.
Патриция скрыла свое негодование за внешним бесстрастием.
— Это весьма дерзкое предложение! Но мне непонятны условия, капитан. Вы полагаете, что я должна играть ради удовольствия провести ночь с вами, а вы — ради удовольствия провести ночь со мной?
Стивен усмехнулся:
— Все очень просто, Патриция. Если вы проиграете, то должны будете провести ночь со мной.
— А если выиграю, капитан?
— Назовите свои условия, — коротко ответил он. Его темные глаза были непроницаемы.
— Мне крайне необходимо как можно скорее попасть в Виргинию, и я знаю, что завтра вы туда отплываете на своем судне.
— Вас ввели в заблуждение, миледи. Вам должно быть известно, что бостонская гавань закрыта для всех кораблей, кроме британских, и было бы преступлением нарушить этот закон.
Патриция согласно кивнула.
— Хорошо, капитан. Тогда я скажу по-другому. Я хочу, чтобы вы обеспечили мне место на любом корабле, отправляющемся завтра в Виргинию.
— Я незнаком с расписанием, миледи, и потому не могу гарантировать выполнение этого условия.
— О, думаю, сможете, капитан, — сказала Патриция. Стивен на несколько секунд задумался.
— Так, значит, если я правильно вас понял, вы согласны провести со мной ночь в случае моего выигрыша, а в случае проигрыша я должен обеспечить вам место на каком-нибудь корабле, отходящем в Виргинию?
Патриция устремила на Чарлза тревожный взгляд. Настал решительный момент. Рирдон достал из кармана носовой платок и вытер вспотевший лоб. Ему было стыдно смотреть ей в глаза. Он не предвидел такого поворота событий. Он не ожидал, что этот наглец может сделать такое возмутительное предложение. Чарлз повернулся к ним спиной и, быстро налив себе стаканчик виски у буфета, нервно проглотил спиртное одним глотком.
Патриция молчала, надеясь, что Чарлз подаст ей знак, освобождающий ее от данного ему обещания. Когда же тот предательски повернулся спиной, она поняла, что ее надежды напрасны и придется принять ужасные условия игры.
Стивен Керкленд был неглуп. Он давно понял, что Рирдон умышленно вовлекает его в игру. Стивен мысленно вернулся к встрече, которая состоялась час назад на втором этаже кирпичной таверны на Юнион-стрит. Там присутствовали многие известные виги, члены организации «Сыны свободы», выступающие за независимость американских колоний.
Чарлза Рирдона давно подозревали как британского шпиона в связи с его явным интересом к передвижениям Стивена Керкленда, и члены организации убедили того продолжить общение с англичанином, чтобы узнать, какую цель тот преследует.
Заметив неистовый взгляд Патриции, устремленный на своего делового партнера, Стивен понял, что она действовала не по собственному желанию, а по указке Рирдона. Эта мысль уязвила его самолюбие. До этого момента он не предполагал, что Рирдон его обманул, заставив поверить, что Патриция добровольно помогала ему осуществить свой план. Неужели Рирдон настолько ей дорог, что она готова пожертвовать ради него даже своей честью? Что ж, она сполна за это заплатит.
— Я еще раньше вас предупреждал, Патриция, что всегда играю только по-крупному. Жду вашего ответа, миледи, — холодно произнес он.
Патриция какое-то мгновение колебалась, затем с решительным видом подвинула колоду карт на середину стола.
— Может быть, приступим к делу, капитан?
Она не подняла головы на звук закрывающейся двери, когда Чарлз Рирдон поспешно покинул комнату.
Глава 6
Казалось, результат игры был предопределен с самого начала. Госпожа Удача прочно обосновалась на стороне Керкленда. Патриция храбро сражалась, но он в каждой партии неизбежно выходил победителем.
Патриция чувствовала, что теряет самообладание, тогда как Стивен, напротив, выглядел весьма спокойным, подобно матадору, уверенно изматывающему раненого быка болезненными уколами, прежде чем нанести смертельный удар.
Проиграв последнюю партию, Патриция закрыла глаза и опустила голову на сложенные на столе руки. Ее тело оцепенело, но разум никак не мог смириться с мрачной реальностью — пришла пора расплачиваться за проигрыш. «Как я могла согласиться на такие условия? — спрашивала она себя. — Можно ли его уговорить изменить ставку?»
Стивен сидел, спокойно наблюдая за ее муками.
— Может быть, попробуем сыграть еще и в шахматы?
Довольно странно, но он предложил это без тени насмешки, пристально изучая превосходную линию ее точеного профиля. «Боже, как она красива», — восхищенно подумал Стивен.
Она открыла глаза и встретила его страстный взгляд.
— Капитан, я не собираюсь вас умолять о пощаде.
— Пожалуйста, не надо, Патриция. Мы играли по-честному, и, проиграв, я был готов выполнить свои обязательства.
— Может, существует нечто более ценное, что я могла бы вам предложить?
— Я могу подумать, что вы намерены отказаться от своего слова. — Его голос был совершенно бесстрастным.
Патриция подняла голову и посмотрела ему в лицо. В ее зеленых глазах блеснуло негодование.
— Я не отказываюсь от своего слова, капитан, но вы должны понять, как это для меня мучительно. — Ее подбородок дрожал от волнения. — Я ведь не какая-нибудь проститутка, капитан Керкленд.
— Вы стали ею, мадам, в тот самый момент, когда поставили на карту свое тело.
Она покраснела от такого откровенного заявления и почувствовала, что все ее надежды рушатся.
— Неужели у вас не хватит благородства, чтобы освободить меня от подобного обязательства? — безнадежно спросила она.
— Боюсь, что нет, Патриция. Я всегда плачу свои долги и вправе ждать того же от других. — Он отодвинул стул и встал. — Не стоит тянуть, миледи, — мягко сказал Стивен. Он обошел стол и помог ей подняться. Патриция протянул^ дрожащую руку.
Его теплая ладонь коснулась ее ледяных пальцев.
— Как холодна ваша рука, Патриция, — с тревогой сказал Стивен. Он взял ее другую руку и обе прижал к своей груди.
Ноги у Патриции тоже дрожали. Она ощущала слабость от его близости. В полном оцепенении она позволила ему без всякого сопротивления вывести себя из комнаты и увлечь в спальню.
Лампа освещала комнату мягким золотистым светом, создавая уютную, спокойную атмосферу. Она разительно отличалась от состояния Патриции. Беспомощно оглядывая спальню, девушка повернулась к стоящей перед ней высокой фигуре.
Стивен медленно протянул к ней руки и привлек к себе. Она все еще оставалась неподвижной, когда он склонил голову и прильнул к ее губам.
Горячий поцелуй вывел Патрицию из гипнотического состояния. Безразличие и вялость сменились потрясением от происходящего.
Вместе с потрясением возникло сопротивление.
Природный инстинкт самосохранения возобладал над нелепыми обязательствами, и она начала бороться, чтобы прервать поцелуй.
Стивен поднял голову.
— Что это значит, Патриция? Вы сопротивляетесь? — спросил он насмешливо.
Выражение его лица было настороженным, и он пытался оценить ее реакцию, не выпуская из своих объятий. Она встретила его удивленный взгляд, по-прежнему пытаясь высвободиться.
— Капитан Керкленд, давайте посмотрим правде в глаза. Вся эта затея была безумной с самого начала, и вы это знаете!
— Я ничего не знаю, — возразил Стивен с явным раздражением. Он так внезапно ее отпустил, что она едва не потеряла равновесие. — Правда в том, что вы поставили на кон себя, надеясь выиграть поездку в Виргинию. А теперь, кажется, намерены увильнуть от уплаты проигрыша?
Ее апатию как рукой сняло. Последние слова Стивена окончательно привели ее в чувство. Патриция с горечью поняла, в какое ужасное положение себя поставила, и теперь пришло время платить по счету. Ее глаза сердито вспыхнули.
— Хорошо, капитан Керкленд. Уговор дороже денег. Если вы настаиваете, то покончим с этим раз и навсегда.
Патриция со злостью начала расстегивать пуговицы своего платья, и ее прежнее смятение сменилось негодованием.
Стивен наблюдал за ней, скрестив руки на груди.
— Ваше возмущение довольно забавно, миледи. И к тому же не соответствует вашей профессии. Вы сделали ставку, явно рассчитывая на выигрыш.
— Я не думала, что проиграю, — искренне призналась Патриция. Ее платье упало на пол, и она сердито отшвырнула его ногой. — Однако я к вашим услугам.
Ее сорочку постигла та же участь, что и платье, и теперь она стояла перед ним только в кружевном корсете и в черных чулках.
Стивен медленно скользил по ее телу обжигающим взглядом. Она почувствовала, что краснеет при виде откровенной страсти в его глазах. Взгляд Стивена задержался на красной подвязке над гладким коленом ее правой ноги.
Сильные руки обхватили Патрицию и притянули к мускулистому телу. Теплая ладонь медленно скользнула к шее и приподняла подбородок. Патриция беспомощно наблюдала, как приближаются его губы, и в полном безразличии закрыла глаза, сдаваясь.
Она ощутила возбуждающий мужской запах, твердость его тела и всем существом откликнулась на непреодолимый призыв. Настойчивый поцелуй Стивена заставил ее раскрыть губы и принять его трепещущий язык. Голова у Патриции закружилась, и через несколько секунд ее прежнее сопротивление сменилось ожиданием необычайного наслаждения.
Когда его рука начала блуждать по изгибу ее спины, она затрепетала в ответ от этого возбуждающего прикосновения. Стивен Керкленд оказался единственным мужчиной, который вызвал у нее такие чувства, и она со стоном наслаждения полностью отдалась во власть его ласк.
«Боже, какая я развратная!» — подумала Патриция и еще крепче прижалась к нему. Желание продлить это мгновение было превыше всего. Проигрыш уже был забыт, как и негодование, которое она испытывала прежде.
С ее губ сорвалось его имя, когда он снова к ним приник. Руки Патриции обвились вокруг шеи Стивена, он поднял ее и понес на постель. Она чувствовала силу его широких, могучих плеч под ладным камзолом моряка.
Стивен осторожно опустил ее на постель, не прерывая поцелуя. Потом он слегка отстранился. Она продолжала лежать на спине, испытывая необычайное потрясение. Прежде она и не подозревала о своей чувственности, и сейчас все ее тело жаждало мужской ласки.
— Значит, для вас действительно очень важно попасть в Виргинию? — спросил он с оттенком презрения.
Ее веки затрепетали и удивленно приоткрылись. При виде презрения в его глазах предвкушение наслаждения мгновенно испарилось.
Патриция ошеломленно села на постели. Стивен печально покачал головой.
— Можете верить или нет, мадам, но я надеялся, что вы не пойдете на эту сделку.
Стивен схватил ее за плечи и, поставив на колени, притянул к своей груди. Затем грубо впился поцелуем в ее губы. Патриция попыталась освободиться, испытывая жгучую обиду.
Стивен поднял голову и оттолкнул Патрицию. Она безвольно упала на спину и лежала, сгорая от стыда и унижения. Он явно ее презирал.
— Мы неизбежно окажемся в одной постели, Патриция Фэрчайлд. Мы оба это знаем, но будь я проклят, если воспользуюсь тем, что выиграл в карты, — прорычал он. — Нет, ты ляжешь со мной и будешь вынуждена признаться, если не мне, то по крайней мере себе, что сделала это по своей воле!
Она с изумлением почувствовала, как он сорвал подвязку с ее ноги.
— Я сохраню это на память о нашем разговоре. — Стивен порывисто направился к двери. — Оденьтесь. Я подожду вас внизу. Мы отплываем немедленно.
Патриция была не уверена, что до конца его поняла. Она едва смогла вымолвить слова, застревавшие в горле:
— Вы хотите сказать, что все-таки берете меня с собой в Виргинию?
Его губы насмешливо скривились.
— Совершенно верно, мадам Фэрчайлд. Все, что вам для этого было нужно, — это попросить меня как следует.
Несколько мгновений Патриция лежала в полном оцепенении, и в наступившей тишине было слышно только, как хлопнула дверь за Стивеном, когда тот вышел из комнаты.
Глава 7
Рирдон тревожно взглянул на Патрицию, когда та спускалась по лестнице. Он беспокойно ходил взад-вперед, поджидая ее. В доме никого не было, кроме Сэлира, который терпеливо стоял на своем обычном месте у двери, и Керклен-да, прислонившегося к стене и курившего сигару. Никто из мужчин не разговаривал друг с другом с тех пор, как Стивен спустился вниз.
Стараясь казаться равнодушным, Керкленд тем не менее с большим интересом наблюдал за Рирдоном. Он был не уверен, что Патриция от него зависит, но не сомневался, что ее поездка в Виргинию непосредственно связана с этим человеком.
Чарлз встретил Патрицию у подножия лестницы с радостной улыбкой.
— Слава Богу, ты выиграла! Не могу передать, как ужасно я себя чувствовал, когда ты согласилась на такую ставку, — сказал он, оправдываясь.
Она отстранила его руку, пытавшуюся обнять ее за плечи.
— Я проиграла, Чарлз, — сказала она бесстрастно. Рирдон удивленно отпрянул.
— Ничего не понимаю. Тогда почему же ты отплываешь с капитаном?..
— Все очень просто, Чарлз. Я проиграла, но капитан Керкленд тем не менее согласился взять меня с собой. — Она почувствовала мучительную боль в груди, когда Рирдон вдруг облегченно улыбнулся. «Господи, да ему совершенно безразлична моя судьба!» — подумала она.
Чарлз отвел ее в сторону, где Керкленд не мог их видеть, и достал толстый пакет из кармана сюртука. Взяв сумочку, которая свисала с руки Патриции, он сунул туда пакет. Плотно закрыв сумочку, он вернул ее владелице.
— Когда прибудешь в Уильямсберг, пойди в таверну «Кинг» и спроси человека по имени Эмиль Текери, — заговорщически прошептал Рирдон. — Скажи, что ты от меня, и передай ему этот пакет.
— А что, если его там не будет? — устало спросила она. — Где еще я смогу его найти?
— Он обязательно будет на месте, Патриция, — раздраженно ответил Рирдон.
Он робко улыбнулся, увидев беспокойство в ее глазах, и тайком оглядел комнату.
— Извини, ангел. Я не хотел тебя огорчать, — прошептал он. — От своевременной доставки этого пакета зависит очень многое.
— В таком случае, Чарлз, почему ты не хочешь сказать, где еще можно будет найти Эмиля Текери?
— Ты только объявись в таверне, и он сам тебя найдет, — уверил ее Рирдон.
— Как же он сможет меня найти, Чарлз? Ведь мы незнакомы, — возразила Патриция.
— Он бывал здесь прежде, ангел, и знает, как ты выглядишь. Он обязательно тебя найдет, — успокоил ее Чарлз.
Увидев, как Сэлир помогает Керкленду надеть плащ, Чарлз положил руку на плечо Патриции и подтолкнул ее к двери, затем наклонился и поцеловал ее в щеку.
— Приятного путешествия, ангел.
— Это не воскресная прогулка, Чарлз, — резко заметила она.
Только Сэлир обратил внимание, что Керкленд внезапно резко повернулся и ошеломленно посмотрел на Патрицию. При этом его загорелое лицо побелело от потрясения. Ангел! Сколько раз он слышал это слово из уст Джеффри Каннингема!
Сэлир взял коричневую накидку, которую обычно надевала Патриция, и укутал ее плечи.
— Вас что-то тревожит, мисси? — с участием спросил он. Сэлир наблюдал за поведением всей троицы, и ему стало ясно, что его любимая хозяйка в затруднении. — Могу я чем-то вам помочь?
Патриция благодарно улыбнулась:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28