А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

В отеле работали люди только высочайшей квалификации, но владелец тем не менее считал своим долгом постоянно контролировать их работу, а если в том была нужда, вносить поправки и изменения.
Каждое утро в половине десятого Дюлон покидал свой кабинет и делал обход отеля. Он всегда был очень приветлив со служащими, но его острый глаз моментально подмечал даже самые мелкие недостатки. Осмотр начинался с прачечной; Дюлон всегда находил несколько минут, чтобы переговорить с работающими там женщинами. Потом Жак спускался в винный погреб и беседовал со смотрителем, которого привез из Франции. После этого обходил три ресторана, обсуждал меню с метрдотелем, шел на кухню, разговаривал с поваром и так далее.
Утренний осмотр требовал времени. Наконец Дюлон появлялся в холле и подчеркнуто вежливо беседовал со стариками – их он очаровывал с первого взгляда.
Итак, Дюлон заметил Мэгги:
– Кто это была?
– Только что прибыл мистер Корнелий Ванце, месье. С ним его сиделка.
– Ах да, мистер Ванце. Инвалид. – Дюлон улыбнулся. – Этот Ванце умеет выбирать сиделок.
– Кажется, да, месье, – поклонился Превен.
Дюлон кивнул и прошел на террасу. По традиции побеседовал с отдыхающими там стариками. Потом направился к бассейну, в котором плавали богатые гости.

Брейди, Мэгги и Майк осматривались и улыбались, глядя друг на друга. Они только что подъехали к своему коттеджу. Служащие отеля ушли. Мэгги отклонила их предложение помочь разгрузить багаж. У стены домика стояли приготовленные в честь их прибытия две бутылки шампанского в ведерке со льдом. Там же красовались прекрасные цветы и корзина с разными фруктами.
– Шикарно, – произнес Брейди. – Мне нравится такая жизнь. Люблю купаться в роскоши за чужой счет. Майк, открой бутылочку шампанского. Будем пользоваться предоставленными нам возможностями.
Мэгги, обследовав коттедж, обнаружила в нем три спальни, три ванные комнаты и даже небольшую кухню.
– О! – простонала она. – Какой шик! Вы только посмотрите на это!
– Да, это лучший отель в мире, – согласился Брейди. – Предлагаю выпить!
Чуть позже, потягивая шампанское, Брейди сказал:
– Мэгги, нельзя терять ни минуты. Тебе надо идти на разведку. Свое задание ты знаешь. Нам надо выяснить, где находится сейф.
– Кое-что я уже сделала. Администратор совсем ошалел, когда увидел меня. Если мне удастся побыть с ним наедине минут десять, я выясню все, что нам нужно.
– Тогда действуй. Постарайся застать его одного.

Анита увидела очертания фигуры Мануэля в иллюминаторе и поднялась по трапу. Он ждал ее и приветствовал, едва женщина показалась на пороге. Здесь же находился и Фуентес, нервно грызя ногти. Анита присела на скамью и положила руки на засаленный стол.
– Я уже кое-что предпринял, – сообщил Мануэль, усаживаясь напротив Аниты. – Прежде всего, я разузнал о твоем муже. Педро все еще без сознания, но он выживет. Ему обеспечен прекрасный уход, не волнуйся.
Анита сжала кулаки и крепко зажмурилась.
Мануэль, внимательно наблюдая за ней, поразился выражению самоотверженной любви, которое появилось на лице женщины.
– Полиция пытается установить его личность, – продолжал он, – но у них ничего не выходит. Я предупредил наших людей, чтобы они молчали. Когда Педро придет в сознание, он тоже будет скорее всего молчать. Не так уж все и плохо. У нас есть время, чтобы осуществить твой план.
Анита внимательно посмотрела на него.
– Педро выживет?
– Да. Один из санитаров, работающих в больнице, мой хороший знакомый. Он сказал, что Педро тяжело ранен, но у него есть все шансы выкарабкаться.
По лицу Аниты потекли слезы.
– Мы должны немного выждать, чтобы Педро смог выдержать такую поездку, – произнес Мануэль. – В создавшейся ситуации нельзя спешить. Если мы слишком рано вызволим его из рук полиции, он может не выжить. Понимаешь? Как видишь, я думаю не только о деньгах, но и твоем муже тоже.
Анита кивнула.
– Вот и хорошо. Я подумал над твоим планом. Мы должны прибегнуть к шантажу, и очень серьезному, иначе нам не вызволить Педро.
– Шантаж? – Анита непонимающе уставилась на Мануэля.
– Отец Уорентона, конечно, заплатит за своего сына. Он не пожалеет пяти миллионов. Но освободить Педро будет гораздо сложнее. Полиция наверняка окажет сопротивление. Именно поэтому я за шантаж.
– Какой шантаж? Я ничего не понимаю.
– Отель «Спаниш-бей» считается самым лучшим в мире. Для богатых туристов он является символом их процветания. Даже если они не живут в отеле, то все равно стараются доказать, что изредка там останавливаются. Если их спрашивают, обедали ли они в «Спаниш-бей», они чувствуют себя просто обязанными ответить утвердительно. У меня есть приятель в муниципалитете. По его мнению, доходы города сократились бы в два раза, исчезни «Спаниш-бей». Владельцем отеля является Жак Дюлон. Он друг нашего мэра. Если Дюлон узнает, что в его отеле заложена бомба и бомба взорвется, если Педро не отпустят на свободу, он сделает все, чтобы уговорить мэра и полицию. Мы должны убедить Дюлона, что взрыв бомбы на несколько месяцев выведет отель из строя.
– А если мэр и полиция поймут, что ты блефуешь? – спросила Анита.
– Я никогда не блефую, – жестко усмехнулся Мануэль. – Всегда говорю очень серьезно. Твоя задача – найти в отеле место, где можно подложить бомбу.
Анита широко раскрыла глаза.
– У тебя есть бомба?
– Да, – кивнул Мануэль. – Через несколько дней у меня будет две бомбы. У меня много друзей. Один человек, которого я спас от тридцати лет тюрьмы, является экспертом по взрывчатым веществам. Он уже изготовил одну бомбу и сейчас делает вторую. Первая бомба не представляет большой опасности. Вылетит несколько стекол – и все. Вторая сможет серьезно разрушить отель. Захватив заложников, нам останется только нажать одну из кнопок. После взрыва маленькой бомбы Дюлон поймет, что мы не шутим. После взрыва большой от отеля останутся руины. Щеки Аниты зарделись.
– Это великолепный план! Ты сдержал свое слово. Где я должна спрятать бомбу?
– Маленькую – лучше всего в холле. Она вряд ли кого-нибудь убьет или покалечит, но шуму будет много.
– А большую?
– Над этим я долго думал. По моему мнению, сердце отеля – это кухня. Мы пригрозим, что взорвем кухню. На Дюлона это подействует. Итак, большую бомбу ты спрячешь на кухне.
– Это не так-то просто сделать, – вздохнула Анита. – На кухне постоянно кто-то находится. Она ведь работает и днем, и ночью.
– Ты должна решить эту проблему, если тебе дорог твой муж. У нас есть время. Подумай над этим. Я не вижу другой возможности освободить Педро. Это единственный путь.
Анита кивнула и поднялась.
– Я найду такое место, – сказала она. – Ты умный человек, Мануэль, спасибо тебе.
Когда Анита ушла, Фуентес завопил:
– Кого волнует этот Педро?! Пять миллионов долларов! На кой черт нам эти бомбы?
– Если получится, Педро уйдет с нами, – холодно произнес Мануэль. – Я дал ей слово, я его выполню.
– Одумайся! – взмолился Фуентес. – Зачем нам эти бомбы?
– Если ты не согласен, можешь идти, – ответил Мануэль. – Иди в порт, там тебя схватит полиция. Так что выбирай. Или ты работаешь со мной, или уходишь.
Некоторое время Фуентес молчал. Он понял, что выбора у него нет. Ничего не оставалось, как работать с Мануэлем.
– Я с тобой, – хрипло произнес Фуентес.
– Хорошо сказано, – Мануэль похлопал его по плечу. – За это надо выпить. Но помни, если я пью с человеком, который говорит со мной о деле, это означает, что между нами заключен договор.
Они взглянули друг другу в глаза.
– Договорились, – натянуто улыбнулся Фуентес.
Восемь детективов Парадиз-Сити и еще шестеро, присланных из Майами, прочесывали Секомб в поисках Фуентеса. У них имелась фотография раненого Педро, но эту фотографию никто не узнавал. Никто также не знал, куда подевался Фуентес. Кубинцам было невыгодно портить отношения с Мануэлем.
Всеобщее молчание раздражало полицейских. Они заходили буквально в каждый дом, стучались в каждую дверь, спрашивая всех одно и то же:
– Вы видели этих мужчин? – И показывали фотографии.
Лепски и Якоби прочесывали район гавани. След к Фуентесу вел через Лу Салинсбери, богатого владельца яхты, который когда-то выпросил в полиции разрешение на ношение оружия для Фуентеса. Но Салинсбери давно отказался от услуг сторожа, так как укатил на Багамы. Фуентес оружие так и не сдал.
Лепски полагал, что кто-нибудь из сторожей должен знать Фуентеса.
Двигаясь по набережной, Лепски жевал котлету и ворчал. Было уже за полночь, а он все вспоминал о цыпленке, которого оставил на стойке бара в клубе Гарри Аткина.
– Цыпленок в винном соусе с грибами! – стонал он, пережевывая котлету. – Макс, ты можешь себе такое представить?
– Гарри сохранит его для тебя в холодильнике, – успокаивал его Якоби. – Можешь пригласить и меня на ленч.
Лепски хмыкнул.
– Ты слишком много думаешь о еде, Макс.
– А что в этом плохого? Интересно, чем занимаются те два парня?
Детективы замедлили шаг. На скамье сидели двое и пили пиво. На поясе у каждого висел пистолет. Вероятно, это были ночные сторожа.
Лепски представился, показал жетон и спросил о парнях на фотографиях.
Один из сторожей, коренастый пожилой мужчина, взглянув на фото, передал его своему более молодому напарнику.
– Кажется, это Фуентес. Он работал когда-то на мистера Салинсбери. Узнаешь его, Жак?
– Да, это он. Кубинец.
Коренастый взглянул на Лепски.
– Он в чем-то замешан?
– Не думаю. Но он мог бы дать нам кое-какие сведения, – ответил Том. – Вы не знаете, где его найти?
– Здесь он больше не работает. Я не видел его уже несколько недель.
Тот, кто был помоложе, сказал:
– Может, вам стоит поговорить с Мануэлем Торесом? Они с Фуентесом друзья. У Тореса рыбацкий бот. Он стоит на другом конце порта. Третья стоянка. Пожалуй, только Мануэль знает, где Фуентес.
– Мануэль Торес? – переспросил Лепски. – Кто это?
– Еще один грязный кубинец. Я вообще-то ничего не имею против кубинцев, но этот… Тот еще тип. У него есть бот и лавка на рынке. Торгует сувенирами. Важная птица.
– Важная птица? – удивился Лепски.
– Для кубинцев. У него масса друзей, которые вечно ошиваются на его корыте.
Поблагодарив сторожей, Лепски и Якоби направились в дальний конец порта.
– Надо познакомиться с этим Торесом, – заинтересованно сказал Лепски.
Детективы проделали немалый путь. Миновав дорогие яхты, они наконец добрались до пристани, где теснились рыбацкие боты. Оба полицейских взмокли от пота.
Мимо них торопливо прошла низкорослая кубинка. Увидев мужчин, она метнула на них боязливый взгляд. Ни Лепски, ни Якоби не могли даже предположить, что эта жена раненого грабителя. Они приняли Аниту за портовую проститутку.
На стоянке номер три находился рыбацкий бот Мануэля. Сходни были убраны, но иллюминаторы светились.
Лепски крикнул:
– Эй, Торес, полиция!
Как раз в этот момент Мануэль и Фуентес чокались стаканами.
Фуентес побледнел, как полотно. Мануэль, похлопав его по руке, тихо произнес:
– Не волнуйся, я улажу это дело.
Он быстро отодвинулся в сторону и поднял крышку люка.
– Полезай вниз и сиди там тихо. Ничего не бойся.
Фуентес нырнул в люк, а Торес вышел на палубу.
– Мануэль Торес? – громко спросил Лепски.
– Да, а что случилось?
– Мы хотим с вами поговорить.
Мануэль сбросил на берег сходни и сошел на причал. Лепски предъявил ему свой жетон.
– Где Роберто Фуентес?
– Роберто Фуентес? – переспросил Мануэль, улыбаясь.
– Да, черт возьми! Ты не глухой! Мы разыскиваем его по делу об убийстве. Сукин сын должен дать показания. Где он?
– Дело об убийстве? – удивился Мануэль. – А, кое-что проясняется! Так я и думал, что здесь нечисто…
– Что проясняется?
– Роберто приходил вчера вечером. Он мне показался слишком взволнованным. Сказал, что ему необходимо срочно вернуться в Гавану. Просил одолжить ему денег. Я всегда стараюсь помогать друзьям и дал ему сто долларов. Вы, господин полицейский, поступили бы на моем месте точно так же. – Мануэль горестно вздохнул. – В общем, Роберто взял лодку и теперь, наверное, уже в Гаване.
– Какую лодку? – пробурчал Лепски.
– Не знаю. У него есть друзья в порту. Многие из них рыбачат. Некоторые плавают в Гавану. Мы, кубинцы, стараемся поддерживать друг друга. – Мануэль пожал плечами. – Про лодку я ничего не знаю.
Лепски ткнул пальцем в грудь Мануэля.
– Приятель, я подозреваю, что Фуентес находится на твоей грязной посудине, а ты мне лжешь!
– Господин полицейский, меня в порту знают очень многие и подтвердят, что я всегда говорю только правду. Пожалуйста, можете обыскать мое скромное жилище. Но вы никого там не найдете. Скорее всего, Фуентес сейчас гостит у своих родственников в Гаване. У вас есть ордер на обыск? Это, конечно, формальность, но ее следует соблюдать.
Лепски умерил свой пыл.
– Послушай, умник, ты ведь можешь стать соучастником преступления. Не боишься тюрьмы? Говори, Фуентес на твоей посудине?
Мануэль отрицательно покачал головой.
– Он уже в Гаване. Можете опросить всех кубинцев. Если у вас есть ордер на обыск, поднимайтесь на борт и ищите.
Лепски медлил. Он знал, что если обыщет бот и никого там не найдет, этот кубинец может запросто подать жалобу на имя мэра. Лепски не хотелось наживать неприятности, и он решил сначала доложить обо всем шефу.
Мануэль, наблюдая за детективом, успокоился.
– Я хочу спать, господин полицейский, – сказал он. – У меня тяжелая работа. Вам тоже пора отдыхать. Спокойной ночи.
Он почтительно кивнул Тому, поднялся на борт, убрал сходни и исчез в каюте.
– Похоже, он говорит правду, – заметил Якоби.
– Черт бы его побрал, – проворчал Лепски. – Он говорит такую же правду, как если бы я утверждал, что являюсь Гретой Гарбо.
Глава 4
Мария была в прекрасном настроении. К удивлению Уилбура, она заявила, что сегодня они будут ужинать в ресторане «Импресс», который открыт только для постояльцев отеля.
– Но ты ведь говорила, что там, как на кладбище, – изумился Уилбур, завязывая галстук. – Может, выберем что-нибудь повеселее? Мы могли бы потанцевать.
– Нет, будем ужинать в «Импрессе». Я хочу показать этим самодовольным старухам, что мои драгоценности лучше.
– Как хочешь, – согласился муж. – Тогда я достану бриллианты.
Он подошел к сейфу, который Дюлон вмуровал в стену специально для них, открыл его и достал шкатулку, обтянутую красной кожей.
Поставив шкатулку на туалетный столик, Уорентон облачился в смокинг, сел и стал наблюдать, как жена украшает себя бриллиантами. Она как раз надевала ожерелье, подаренное отцом Уилбура. Мария была красивой темноволосой женщиной, и мерцание бриллиантов делало ее неотразимой.

Когда Мэгги подкатила Брейди, сидевшего в коляске, к ресторану «Импресс», ее появление произвело фурор. Старики уже сидели за столиками, официанты подавали напитки. Метрдотель, порхая от столика к столику, расточал улыбки и рекомендовал отведать те или иные деликатесы. Так он пытался пробудить аппетит старых господ.
Заметив Мэгги, метрдотель подозвал помощника, отдал ему меню, а сам направился к Брейди, не забывая улыбаться в адрес медсестры.
– Мистер Ванце! – проворковал он. – Я счастлив видеть вас здесь. Как вы и хотели, ваш столик в глубине зала. Позвольте, мадам, я помогу…
– Я сама справлюсь, – улыбнулась Мэгги. – Покажите только, как добраться до столика.
По залу пополз шепоток:
– Кто это? Какая прелестная медсестра! Они, наверное, недавно прибыли.
Когда Мэгги уселась за столик, метрдотель протянул ей и Брейди меню.
– Если позволите, могу порекомендовать…
– Проваливай отсюда! – пробурчал Брейди старческим голосом. – Сам разберусь! Я еще не идиот.
Улыбка метрдотеля поблекла, но Мэгги сделала ему знак, что, мол, пациент человек тяжелый и обижаться на него не стоит. Поклонившись, метрдотель отошел.
– Милый, зачем быть таким грубым? – прошептала Мэгги.
– Детка, я только играю свою роль.
Брейди взял меню. Цены, проставленные напротив названий блюд, повергли его в шок.
– Ну и заведеньице, – пробормотал он. – Да здесь настоящие разбойники.
Перечитав меню, Брейди поразмыслил и остановился на «морском языке», который стоил тридцать пять долларов.
– Возьмем «морской язык», – сказал он.
У Мэгги вытянулось лицо.
– Но я не люблю рыбу. Лучше я съем курицу по-мэрилендски.
– Посмотри на цену!
– Ты же сказал, что у нас будет миллион. Я умираю от голода!
– Если нам не повезет, мне придется платить из своего кармана, – проворчал Брейди. – Закажем «морской язык».
– Не повезет? – озабоченно переспросила Мэгги. – Но ты говорил…
– Тихо, – прошипел Брейди. – Веди себя, как медсестра. Ты должна отвечать только тогда, когда я тебя спрашиваю.
Мэгги вздохнула и стала намазывать маслом булочку.
Когда принесли «морской язык», Мэгги оживилась. Язык был в сметанно-винном соусе, гарнирован трюфелями, жареными устрицами и кусочками омара.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15