А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Приступайте!
Ивик представила шарик. Золотой, тяжелый, с металлическим блеском. Протянула вперед ладонь.
… Этим и отличается Медиана от Тверди. Это не совсем физический мир, хотя мы и выходим в него физическим телом. Здесь можно усилием мысли создавать реальные предметы. В принципе - любые. Строить города, дома, машины. Самые талантливые гэйны могут создавать приблизительные образы животных и людей. Изменять свое тело, превращаясь во что-то иное.
Можно создавать оружие - и это оружие будет убивать реально. Важно лишь представить его воздействие на врага. А вот еда, созданная в Медиане, не насытит, к сожалению. Иначе гэйны легко могли бы накормить весь мир. Для того, чтобы еда насыщала, надо представить и создать каждую отдельную молекулу аминокислот, сахаров, жиров, которые смогут проникнуть сквозь клетки кишечника и быть использованы организмом. И уже из этих молекул должна быть построена пища. Нет, вполне съедобные и вкусные вещи создать можно, но на тонком уровне невозможно сделать их такими, чтобы организм усвоил и воспринял эту еду.
Гораздо проще вообразить оружие. Пуля должна всего лишь обладать скоростью и массой, чтобы разорвать живые ткани. Луч может резать и сжигать. Неважно, из чего построено оружие на молекулярном уровне - важно лишь его действие.
Основное, чему учат в квенсене - это создание и использование оружия в Медиане. Все остальное - лишь вспомогательное. Именно поэтому каждый талантливый ребенок - на вес золота. Поэтому в гэйны берут и девочек - одних мальчиков никогда не будет достаточно, берут и самых слабых, болезненных, неспособных, казалось бы, воевать.
Как говорит хессин иль Рой, солдатом можно сделать каждого или почти каждого человека. Гэйном - лишь того, кто способен к этому от природы…
Как ни напрягалась Ивик, на ладони ее появлялись лишь желтые крупицы или сероватые куски, похожие на пемзу. Она с досадой стряхивала их на почву и пыталась снова. Успокаивало лишь то, что и у ее соседей дела шли не лучше. Ивик временами оглядывалась по сторонам - нет, никто еще не создал ни одного приличного предмета.
Не так-то это просто - творить в Медиане. Всем приходится вначале учиться.
Под конец занятия Ивик удалось сотворить бесформенный ноздреватый кусок не-пойми-чего, однако уже почти нужного размера, хотя и серый, под цвет вещества Медианы, но с желтоватым оттенком. Меро похвалила ее, Ивик раздулась от гордости - далеко не всем удалось сотворить что-нибудь цельное. Ашен, Скеро, Лоренс и Дзиро достигли примерно тех же результатов - серых кусков непонятной формы. У всех остальных дела шли еще хуже. Меро скомандовала возвращение. Они снова оказались в том же самом зале - оказывается, здесь был постоянный ограниченный вход, отсюда и ходили на тренировки в Медиану, в ее замкнутую, хорошо охраняемую область.
— Квиссаны, не огорчайтесь и не считайте, что потерпели неудачу. Никто не может сразу, попав в Медиану, начать творить. Для этого нужно не только воображение, но и внутренняя энергия, и способность ею управлять. Вы научитесь. Жду вас на следующем занятии!
Уроков Медианы Ивик ждала с нетерпением. Да и остальные, по-видимому, тоже. В Медиане даже находиться было приятно, а творить - настоящее удовольствие. Даже, казалось бы, скучные вещи - простые геометрические тела и камни. С каждым разом получалось все лучше, и росла уверенность в своих силах. Кроме того, здесь не спрашивали домашних заданий, не устраивали опросов и контрольных. Не было никакой конкуренции, наоборот, попытки ребят сравнивать свои достижения Меро всегда останавливала. Не было баллов, и не было никаких требований - только игра и творчество. Меро, на обычных занятиях скупая на похвалу, здесь щедро хвалила каждого за малейшее достижение.
Через несколько занятий Ивик сотворила вполне приличный золотой шар. Стала осваивать новые предметы. Она продвигалась вперед очень неплохо, иногда ревниво поглядывая на других. Ей так надоело быть худшей во всем! Хоть в чем-то она должна превосходить остальных? Где-то должно быть ее призвание, ее сила? И правда, ей казалось, что здесь она - среди лучших. Правда, Скеро все равно была на одном уровне с ней или даже впереди. Скеро и тут поспевала быстрее и лучше других. С этим надо было просто смириться - вот такой великий человек, у которого все всегда получается. Хотя иногда Ивик жалела про себя, что попала в один сен со Скеро - но тут же корила себя за эти недостойные мысли и зависть. У Ашен тоже получалось неплохо, а вот Дана заметно отставала от других. Хуже нее был только Верт. Но как-то Ивик услышала, как Меро объясняет Дане причину этого отставания - оказывается, быстро научаются творить предметы те ребята, кто обладает талантами к живописи, скульптуре, словом - прикладным искусствам, умеет создавать зрительные образы. И гораздо хуже, когда образы преимущественно слуховые, как у Даны - она одаренный музыкант и привыкла мыслить слишком абстрактными вещами, которые нельзя быстро и легко воплотить в вещественную форму. Зато потом, когда "слуховики" овладевают искусством творения в Медиане, они оказываются в бою эффективнее "прикладников". Их оружие бывает настолько страшным, энергетически насыщенным и оригинальным, что именно такие люди - не обязательно, конечно, но случается - становятся лидерами. Эти рассуждения странным образом успокоили Ивик, и она вообще перестала обращать внимание на то, у кого получается лучше, у кого хуже. Раз на самом деле скорость обучения ничего не значит…
Одновременно начались и азы ориентирования в Медиане. Квиссаны учились пользоваться келлогом - универсальным прибором для определения Врат в разные миры, учились находить эти Врата по признакам местности в Медиане. Гэйн должен уметь войти в нужный мир, да еще и в нужной точке, а это не так просто. Потом, когда ориентирование в пространстве будет освоено, начнутся еще и манипуляции со временем - определенные действия в Медиане могут сдвинуть личное время человека назад или вперед. Но эти манипуляции требуют великой осторожности и сложных расчетов.
Вскоре квиссаны посетили Лайс - первый чужой мир, который довелось увидеть Ивик.
Именно этот мир дал приют большинству выживших дейтринов после гибели их мира. Дейтры обитали в Лайсе в специально отведенных зонах или на островах. И до сих пор кое-где оставались маленькие островки поселений - в основном, христианских миссий и монастырей. Остальные же переселились в Новый Дейтрос, открытый всего 15 лет назад, за 3 года до рождения Ивик.
Квиссаны много слышали, читали и видели фильмов о Лайсе. И все же видеть иной мир собственными глазами - это совершенно другое. Они вошли в безлюдную местность, где шумела роща, словно осенняя - на самом деле здесь стояло лето. Просто в Лайсе листва всегда желто-красная, поля золотой травы, сочные, рыжие стебли и листья. Ивик не удержалась и сорвала с дерева ярко-желтый живой листок. Ашен нарвала целый букет и дома, в тренте, поставила на тумбочку в стакан с водой.
Занятия в Медиане, как и три свободных вечера в неделю, очень скрасили и облегчили жизнь. Все остальное было по-прежнему - та же гора домашних заданий, зубрежка, сдача "хвостов", физподготовка, трайн, синяки и боль в мышцах. Вскоре выпал снег, поначалу это казалось прекрасным и удивительным, но очень быстро надоело. Квиссанам выдали зимнюю форму, утепленные куртки, штаны и береты. Но на построениях было очень холодно, шевелиться нельзя, за четверть часа можно было совершенно закоченеть. На тренировках холода никто не замечал, конечно. Зато ботинки сильно скользили на утоптанной снежной дороге, Ивик постоянно падала, это стало уже привычным. Вскоре квиссанам выдали лыжи, и вместо обычных кроссов днем они бегали на лыжах. Начались настоящие морозы, и на каждой тренировке отмораживались носы и кончики пальцев, до нечувствительной белизны, и по возвращении в тренту полагалось растереть отмороженные места спиртом, который по такому случаю выдавала куратор сена.
И к этому можно было привыкнуть.
Бегая на лыжах, так же, как и во время обычных кроссов, брали тяжелый "Клосс" за спину, надевали ремни с имитацией боезапаса, мешок с защитным комплектом, иногда надевали и противогазы. Все это стало уже привычным. Уже бегать просто так, без выкладки, казалось слишком легким.
Ивик заметила, что перестала бояться трайна. Отжимания и разные силовые упражнения перестали быть невыносимой мукой. Просто привыкла. К тому же появились интересные компоненты. Преподаватель иль Дрей стал обучать их боевым приемам.
— Запомните, - сказал он, - вы еще очень долго не сможете противостоять на Тверди обычному противнику. Большинство девочек не смогут этого никогда. У вас никогда не будет достаточной мышечной массы. Техника могла бы это компенсировать, но у нас нет возможности дать вам технику на уровне мастера. Большая часть того, чем мы занимались до сих пор, нужно только для развития ловкости и координации. В боевой обстановке никто из вас не должен даже пытаться применять те приемы, которые мы до сих пор изучали. А вот что вы будете применять, если попадете в ситуацию прямого взаимодействия с противником, мы начнем изучать сейчас.
Выворачиваться, когда тебя хватают за руку, за шиворот. Обезоруживать противника ударом по запястью. Бить точно ногой в коленную чашечку, по голени, в кадык, в нос и в глаза сомкнутыми пальцами. Уходить от ударов. Применять подручные предметы. Тренировались часто со старшими квиссанами или с охранниками из части гэйн-велар, которая располагалась рядом с квенсеном.
Это было иногда чревато травмами, болезненными синяками на голени или разбитым носом. Зато это было увлекательно, и явно полезно в повседневной жизни, эти занятия нравились всем, даже самым слабым.
Время промелькнуло незаметно, пришло Рождество. Все младшие квиссаны ехали домой на рождественские каникулы. На этот раз уезжала и Дана. Ашен поговорила с родителями и пригласила ее к себе домой.
Ивик исповедалась перед Рождеством прямо в церквушке квенсена, здешний молодой и веселый отец Рам нравился ей гораздо больше приходского священника в Шим-Варте.
Сочельник квиссаны должны были встречать дома, но еще до отъезда устроили небольшой, насколько возможно в пост, совместный праздник. Школьный театр давал рождественскую постановку - и пьесу написал кто-то из старших квиссанов, называлась она "Белая ночь". Красивая сказка о снежинках, которые долго ждали возможности выпасть на землю, и наконец пришли вместе с Младенцем Иисусом, танцуя и покрывая землю белым ковром, о маленькой больной принцессе, которая мечтала увидеть белый снег. Сказка была трогательная и нежная. Ивик смотрела на танцующих на сцене девочек и ребят, на оркестр (там сидела и Дана), выводящий легкую тонкую мелодию, и ее снова и снова посещала мысль о дикой несовместимости происходящего с их нормальной, реальной жизнью. Эту музыку написали, эту сказку поставили и играли старшие квиссаны, которые давно уже ходили в боевые патрули, хорошо умели убивать, и казалось бы, давно должны были очерстветь и отупеть от всего этого. Но ведь, думала Ивик, и вообще ВСЕ сказки, которые я читала в детстве, фильмы, которые смотрела, все это создано гэйнами. Теми же самыми людьми, которые защищают Дейтрос. Странно все это. В других мирах это не так. Чем отличается искусство, например, Тримы от дейтрийского? Ивик не знала, она этих различий не видела или пока не могла понять.
После спектакля были танцы в спортзале, который по такому случаю украсили белыми полотнищами и сверкающими разноцветными звездами из фольги. Дана снова играла на скрипке, а потом ее сменили, и она пошла танцевать - ее сразу пригласил Дэйм, и до конца танцевал уже только с ней. Ивик никто долго не приглашал, и она расстроенно стояла у стеночки, но потом к ней подошел Клайд.
— Ты ни с кем не танцуешь? Может, пойдем?
И она танцевала с Клайдом. Он был ниже ее ростом, слишком хрупкий и не очень-то ей нравился. Но по крайней мере, ее хоть кто-то пригласил.
Потом сен собрался в тренте, в мальчишеской спальне. Несколько коек сдвинули, на них положили большую фанерку, и выложили припасы - у кого что было. Сэкономленные куски из столовой, домашние посылки - копченые колбаски, пироги, конфеты, вяленая рыба, кексы, орехи. Ивик тоже принесла свои остатки, початую банку варенья из дома и шоколадку, которую берегла на черный день. Припасов вообще оказалось много. В первые месяцы квиссаны были до того голодны, что съедали сразу все, что попадало в руки. Сейчас, оказывается, все уже стали откладывать, припрятывать, а может, родители просто стали больше посылать, увидев похудевших детей с голодным блеском в глазах.
— А кому шеманки? - Верт поднял небольшой бутылек с прозрачной жидкостью. По комнате прокатился одобрительный гул.
— А налей! - Скеро подставила стакан. Стали разливать сорокаградусную настойку - в просторечии шеманку. Но ее было мало, и хотя разливали на донышки, хватило только нескольким мальчишкам и Скеро, девочки из ее компании брезгливо отказались. Остальным никто и не предлагал. Ивик схватила с импровизированного стола какой-то кекс и села с подругами в уголке - у стола просто не осталось места. Еще несколько мальчишек, аутсайдеров - Клайд, Чен, Дирза сидели по отдельности, остальные сгрудились вокруг "стола" - вокруг Скеро.
— Ну, выпьем за нас! - Скеро высоко подняла стакан, потом зажмурилась и опрокинула его содержимое в рот. Ее передернуло, - Эх, хорошо! - заявила она.
— Как ты можешь пить такую гадость, - сказала маленькая Намис.
— Сама ты гадость, - пренебрежительно заметил Нэш.
Скеро поспешно закусила соленым огурцом.
— Это от четвертого курса, - гордо сказал Верт, - мне корешок дал.
— А они где берут? - спросила Скеро. На ее глазах выступили слезы.
— В Лансе. Они же ездят по выходным, нас тоже потом будут отпускать.
— Угу, - сказала Ашен подругам, - Дэйм тоже ездит. Помните, он нам жаренок привозил?
— Помню, - Дана отчего-то покраснела, - Ашен, а почему Дэйм не поедет сейчас… он сказал, он не поедет домой на каникулы.
— Старших не всех отпускают, - огорченно вздохнула Ашен, - какая-то часть всегда должна оставатьс я в квенсене, для охраны. Квенсен же одна из стратегических целей, дарайцы всегда стараются сюда проникнуть.
— А гэйн-вэлар, они же тут служат, их не хватит?
— В Медиане же кому-то надо защищать, - предположила Ивик. Ашен кивнула.
— Вот именно. Гэйн-вэлар, они только физически сильные, а так толку-то от них…
Подруг никто не слышал, они говорили между собой, тихонько. За столом громко хохотали, и все перекрывал резкий голос Скеро.
— Я не люблю красное вино! Мне в детстве мама делала всегда морс, водичку такую, с вареньем. Красненькую. Один раз я смотрю на кухне, кувшин стоит, ну я и хватанула… мне года четыре было. Такой гадостью показалось! С тех пор вот все могу - пиво могу, белое, шеманку могу, настойки, а красное вино так и противно.
— А мне отец дал попробовать шеманку в пять лет, я попросил, он и дал… я тоже долго плевался, - рассказывал Верт.
— А надо было выпить и еще попросить! - перебила его Скеро, - может, задумался бы, стоило ли давать.
Несколько человек захихикали.
— А ну, давайте клори! - велела Скеро, - я тут музыку сочинила на стихи Венда иль Харана.
Она стала перебирать струны. Все уважительно замолкли. Голос у Скеро был не очень хороший - слишком резкий, низкий, скажем так, петь она не умела. Зато мелодия получилась отличная, и стихи известного гэйна иль Харана были потрясающими.
…мы встретимся вновь* в перекрестье созвездий, которые ждут нас от века до века, в хрустальных бокалах ловя отраженье бесчисленных звёзд, опрокинутых Богом на счастье живущим в бездонных колодцах, накрытых прозрачным, декабрьским небом…
Скеро пела и пела, слушать ее было в общем приятно, потом клори попала в руки к кому-то из мальчишек. Тилл, голос которого еще не начал ломаться и был звеняще-пронзительным, чистым, спел "Балладу о друге", это было очень красиво, Ивик почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Потом пел Нэш, какие-то частушки, он петь не умел, да и было это неинтересно, Ивик подумала, что могла бы тоже что-нибудь спеть. Она уже могла аккомпанировать на клори, а песен знала множество еще с детства. Всем бы понравилось. Но кто же будет ее слушать?
А Дана могла бы сыграть на скрипке, но кого это интересует? Никого. Ивик вдруг почувствовала себя одиноко и тоскливо. И здесь, в квенсене - все то же самое, что и везде. В счет идут только громкий голос, наглость, место в иерархии. Слабые никого не интересуют, они всегда с краю, всегда аутсайдеры. Хорошо еще, что есть Дана и Ашен. Подруги. Настоящие. Лучше, чем Диссе, потому что Диссе не гэйна, у нее совсем другие представления о жизни, она понять не может, как это здорово - выходить в Медиану и творить, или писать песни, просто так, для себя.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43