А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мы своего все равно добьемся.
А насчет возможных проблем с законом... Что ж... обязательно что-нибудь придумаем.
Вопросы будем решать по мере их поступления.
Так как я теперь при деньгах, можно приступать. Звоню в мастерскую, обговариваю последние детали будущего сотрудничества, заключаю договор и объявляю о начале работ. Требую гарантийные обязательства (в наши дни всякий так и мечтает обмануть ближнего своего) и после недолгих споров получаю их.
В итоге все довольны и счастливы: мы с Ифо-2 наслаждаемся мыслью о том, что скоро сможем осуществить свою давнюю мечту, рабочие уже делят сверхурочные, а владелец мастерской подсчитывает прибыль и довольно потирает руки. Еще бы. Это ведь не домашние видеофоны чинить или древние компьютеры модернизировать. Это, вероятно, самый крупный заказ, полученный данной мастерской со дня ее основания.
Правда, у меня есть некоторые сомнения...
А хватит ли умения у этих бравых ребятишек сделать именно то, что мне нужно? Надеюсь, что да. Собственно, от них ничего сложного не требуется – подай, принеси, припаяй, закрути. Головой думать почти не требуется. Все чертежи нами уже подготовлены, а по ним современные станки и без вмешательства людей вполне способны «настрогать» нужные детали. Программирование внутренних систем – естественно, наша обязанность (неужели мы можем доверить подобное архиважное дело людям? Да ни за что!). Остаются только электронная база и механическая часть – спаять схемы и прикрутить шестеренки. Но тут мы станем следить за всем, яко орел за кроликами. Видеокамеру в мастерской уже устанавливают.
Когда базовая конструкция будет собрана, возможно, мне удастся запустить хотя бы часть систем, чтобы заняться работой самостоятельно (в таком случае в первую очередь придется сделать «руки»). И будем мы сидеть в недрах компьютера, наблюдать за работой посредством видеокамеры и ковыряться в собственном животе. Забавно, правда?
Перевожу на счет мастерской полсотни тысяч евро в качестве аванса. Приказываю установить в рабочем помещении мощный компьютер и подключить его к сети. Заодно прошу заранее приготовить великое множество всяческих инструментов (молотков, отверток, паяльников, пинцетов и тому подобного барахла), чтобы потом зря не суетиться, разыскивая гаечный ключ на двенадцать.
Распараллелив сознание, начинаю шарить по сетевым базам данных и справочникам в поисках тех мест, где продают необходимые нам компоненты. Ифо-2 работает в качестве почтовой службы – рассылает заказы в магазины и на заводы. Деньги утекают с нашего счета рекой, но зато уже через час в мастерскую начинают полноводным потоком прибывать коробки и ящики, ящики и коробки...
Через тринадцать часов обнаруживаю, что все компоненты уже заказаны и прибыли на место или же находятся в пути и скоро прибудут. На нашем банковском счету остается всего триста двадцать две тысячи с мелочью...
Почему-то у меня появляется стойкое подозрение, что денег все же не хватит. Согласно какому-то таинственному и непонятному закону природы реальные расходы всегда превышают запланированные, тогда как с доходами ситуация складывается полностью противоположная.
Ладно. Потом разберемся.
Пришло время заняться самым главным.
Звоню Шерману. (И чем это он недоволен? Подумаешь, разбудил посреди ночи, так он первый начал практиковать такие вещи.) Заявляю ему, что беру отпуск на пару месяцев (зарплату можно не платить), и прошу его связаться с нужными людьми, чтобы мне выделили десять процессоров нового поколения из первой опытной партии (да-да, это действительно очень важно и срочно). Обещаю расплатиться за них сполна. Именно сейчас. Да, ночью. Дело жизни и смерти. Понимаю, что это не просто, но ведь возможно. Разве я о чем-нибудь раньше просил? А вот сейчас прошу...
– Ладно, уговорил. Будут тебе процессоры. Зачем только?
Шерман зевает и отсоединяется, еще раз пообещав сделать все, что я просил.
Процессоры прибывают следующим утром в половине одиннадцатого. Все десять штук. Они находятся в маленьких пластиковых упаковках с логотипом корпорации Nanotech на крышке. Небольшие кубики с великим множеством выводов на боковых гранях. Ух, как я их люблю...
В мастерской вовсю кипит работа. Компьютер уже установлен и подключен. Чтобы зря не терять времени, мы перебираемся туда (тесновато здесь, да и процессоры какие-то хилые... Кажется, я просил организовать мне настоящий компьютер, а не древний дребезжащий антиквариат) и начинаем в два голоса руководить действиями семерых парней и двух девушек, работающих здесь. Управляющий в очках с золотой оправой (по какой-то непонятной мне причине он не хочет пройти курс коррекции зрения) с важным видом бродит между столов, заваленных всяческими инструментами и деталями, рассматривает чертежи и все время кивает. У меня отчего-то складывается стойкое впечатление, что на самом деле он во всем этом ни шиша не понимает, а просто делает умный вид...
«Ну и пусть, лишь бы под ногами не путался», – шепчет Ифо-2.
Я с ним согласен. Почти.
* * *
На третий день монтажных работ вылезла первая ошибка. Стальные распорки, как оказалось, не способны удержать на себе основную конструкцию (сопромат учить надо было). Пришлось использовать титановый сплав. Это стоило нам лишних пять тысяч. На всякий случай мы решили, что и шагающие опоры системы передвижения должны быть из того же материала (еще тринадцать тысяч). А потом вообще махнули рукой и повелели заменить сталь титаном везде, где это только возможно. Это облегчило наше будущее тело почти на сорок три килограмма, а наш кошелек – на пятьдесят восемь тысяч евро. Плюс мы потеряли три дня. Но дело того стоило.
Однако самая главная неприятность, как того и следовало ожидать, связана с микрореактором. Я идиот. Я трижды идиот. Я должен был об этом подумать. И ты, Ифо-2, тоже ничем не лучше. Почему ты мне не подсказал? Ведь на самом деле проблема совершенно очевидна. Только слепой и глухой идиот (такой, как мы) не смог бы заметить ее сразу.
– И откуда же я, по-вашему, должен его взять? – Старший механик стоит передо мной и мрачно смотрит прямо в зрачок видеокамеры. В его руках – один из моих будущих пальцев, которым он тычет прямо в объектив. – Такие вещи в аптеках не продаются. И даже если вы ухитритесь его где-нибудь отыскать, я не желаю иметь никаких дел с этой дрянью. Вам, может, ничего и не будет, а мне свое здоровье дорого.
Крыть нечем. Тут мы действительно облажались. Не доперли сразу (стареем, наверное).
Конечно же, речь идет о такой крайне важной и в то же время весьма гадостной штуке, как уран-235. Микрореактор требует два запальных стержня из этого материала для того, чтобы инициировать течение термоядерной реакции. Нужно всего-то граммов сорок-пятьдесят.
Вроде бы мелочь, но сколько проблем...
Не будет урана – не будет реактора. Нет реактора – нет энергии. А без энергии вся затея насмарку.
– Мы подумаем над этим, – кое-как выдавливаю я. – Продолжайте работу.
Механик кивает и отходит, покручивая в руках мой палец. Я молча смотрю ему вслед.
«Пообещал подумать, – бурчит Ифо-2. – Ну так давай, думай».
А что тут думать? Сколько байты в Ядре ни крути, «двести тридцать пятый» на столике передо мной не появится. В аптеках он и на самом деле, к сожалению, не продается... Хотя это не значит, что его невозможно купить. Просто нельзя сделать это законным путем.
Но разве нам впервые преступать черту? Нехорошо, конечно, но... Э-эх. Двух форматирований не бывать, а одного не миновать.
Тыкаю в бок Ифо-2.
«Пошли».
«Куда?» – подозрительно интересуется Ифо-2.
«Искать, кто продает или сдает в аренду передвижную лабораторию для работы с радиоактивными материалами».
«Ты придумал способ разжиться ураном?»
«Да».
«Интересно, где это ты собрался его искать? Может, на свалке?» – В голосе Ифо-2 вполне отчетливо чувствуются иронические нотки. Не верит он мне. А зря. Есть у меня одна задумка...
«На черном рынке, естественно. Где же еще можно купить такие вещи?»
* * *
Сотни миллиардов микросекунд.
* * *
Пятьдесят граммов урана стоили нам почти всех денег, что к тому времени оставались на нашем счету.
Не слишком-то приятно остаться без гроша в кармане в самый ответственный момент. Вообще-то все уже куплено, заказано и оплачено, и вроде бы дополнительных расходов не предвидится. Но гарантий нет. Всегда может случиться маленький нежданчик...
Работаем. Я присматриваю за тем, как рабочие навешивают на титановый скелет правый манипулятор, и по мере надобности им подсказываю. А Ифо-1 по самые уши увяз в программировании – сочиняет для нас новые инстинкты. Потом мы меняемся. Работы полно и для рабочих и для нас. Позарез нужны новые программы. Программы управления правой рукой, программы управления левой задней ногой, программы, которые будут шевелить волосами в носу (шутка). Нужно разработать новый совершенно уникальный программный базис, способный органично вписаться в электронный разум искусственного интеллекта и стать посредником между нашими мыслями и холодным металлом серводвигателей.
Громко рычит универсальный станок в углу мастерской, переворачивая наполовину обработанную деталь своей стальной клешней. Сердито шипит плазменная сварка. Склонившись над столом, молодой парень в смешной кепке, надвинутой на глаза, осторожно манипулирует паяльником, копаясь среди микросхем и проводов.
Скоро будет готов левый манипулятор.
Как только обе металлические руки будут завершены, я сразу же приведу их в действие. Станут помогать монтировать собственные кишки, что сейчас разбросаны по всей мастерской.
Правый манипулятор подсоединен. Один из рабочих хватает выходящий из него толстенный жгут проводов и цепляет к тестирующему устройству. На пульте один за другим зажигаются зеленые огоньки – электронные системы в норме. Теперь нужно проверить механическую часть. Старший механик осторожно касается большой красной кнопки... и железная рука оживает. Повинуясь воле сидящей за пультом девушки, металлическая конечность поднимается и шевелит пальцами (их у нее четыре). Потом неуклюже подбирает с пола деревянный брусок и стискивает мертвой хваткой. Дерево трещит и крошится, на пол сыплются мелкие щепки. Все пораженно смотрят на раздавленную деревяшку и молчат, а я мысленно смеюсь.
Замечательно. Все так, как и запланировано.
Ифо-1 на пару секунд отрывается от своей работы и, подключившись к видеокамере, осматривает мастерскую. Я знаю, что он сейчас смотрит на опутанное толстыми тросами металлическое тело, которому в будущем предстоит стать нашим домом. Сейчас оно похоже на запутавшегося в паутине проводов дохлого паука. Но я уверен, что однажды наступит тот день, когда этот паук поднимется на ноги, чтобы взглянуть на мир объективами видеокамер. Пламенное сердце микрореактора даст ему силу, а мощнейший компьютер в голове навсегда станет нашим вместилищем.
Шипит сварочный аппарат. Громко жужжит универсальный станок, превращая бесформенный кусок металла в аккуратную плечевую пластину. Попискивает компьютер. Работа продолжается.
Завтра подключат и левый манипулятор. А я наконец-то обрету возможность прикоснуться к внешнему миру.
* * *
Довольно долго осваиваюсь. Шевелю пальцами, сгибаю руки в локтях, делаю вид, что хочу почесать задницу (шучу). Потом замечаю валяющийся на полу болт и, неуклюже перебирая пальцами, с третьей попытки подбираю его. Подношу свою добычу к стеклянному зрачку камеры и замечаю, что болт стал несколько помятым. Гадство... Надо будет научиться соизмерять свою силу, иначе толку от моих действий не получится, останется один убыток. Возьму, к примеру, модуль управления и, вместо того чтобы вставить его на надлежащее место, раздавлю всмятку.
Выбрасываю болт и начинаю тренироваться, играясь с ящиком для инструментов. За пять минут ухитряюсь сломать три гаечных ключа и две отвертки. Потом уступаю место Ифо-1. Он, не желая отставать, портит еще два ключа и вдобавок одни плоскогубцы. Молоток, как ни странно, остается целым – наверное, мы уже начинаем осваиваться.
Прошу повернуть мое будущее тело так, чтобы я мог дотянуться до стола, на котором разложены мои внутренности. Беру правой рукой паяльник (левой Ифо-1 неуклюже подцепляет одну из микросхем) и задумываюсь...
Обзор не тот. Видно очень плохо.
Ловлю проходящего мимо парня за руку (ух, что это я делаю? а если бы раздавил?) и прошу перенести видеокамеру в другое место. Например, поставить мне на голову. Просьба выполняется. Парень машет мне напоследок и выходит из мастерской. Щелкает электронный замок, оставляя меня один на один с собой.
На часах семь часов вечера. Народ отправляется по домам, дабы отвлечься от праведных трудов. Все верно, они заслужили отдых, это нам все никак не терпится. Мы целый год уже живем без тела и не можем больше терпеть ни минуты. Хотим ходить, прыгать, плясать под дождем. Все возможно будет осуществить недели через две, но мы хотели бы уже сегодня. Прямо сейчас...
Не желаю прерывать работу ни на минуту. Рабочие ушли домой? Отлично. Я все понимаю. Они всего лишь люди, а не машины. Но мы-то как раз машины. Мы можем работать круглосуточно. И мы будем работать круглосуточно!
К полуночи собираю и помещаю на свое место еще два электронных модуля, при этом испортив (раздавив, помяв или припаяв не туда, куда следует) такое количество деталей, которого вполне хватило бы еще на пять точно таких же штук. По плану теперь надо бы заняться ногами, но... Вот ведь загвоздка... Никак не получается запустить универсальный станок. Причина весьма проста: не могу дотянуться до пульта управления.
Минут пять всячески изощряюсь, пытаясь тыкать по кнопкам ручкой от швабры. Бесполезно. Слишком неудобный и мало приспособленный для такого действа инструмент. Вполголоса ругаюсь и достаю из ближайшего ящика небольшую гайку. Прицеливаюсь. Бросаю... Опаньки! Попадаю прямо на нужную кнопку.
Итак, метод воздействия найден. Но хватит ли у меня гаек?
Пояснить тупому станку, что мне от него нужно, удается только с девятой попытки. Извожу полтора ящика гаек и болтов, усыпав ими весь пол вокруг станка (парочка болтов, кажется, провалилась внутрь, и я искренне надеюсь, они там ничего не закоротят).
Чертова машинка фрезерует, пилит и сверлит почти два часа. А потом просто опускает руки, предоставив мне самому забирать четырехкилограммовую деталь с лотка. Мрачно смотрю на тупую технику. Ну что ей стоит подхватить плод своего труда манипулятором и перебросить мне? Не-ет. Своего умишки у станка не хватает, а чтобы запрограммировать его, на это придется потратить еще три ящика гаек.
Снова пытаюсь применить швабру и после беспримерных усилий и множества проклятий все же подтаскиваю деталь к себе. Установить ее на место – дело трех с половиной минут.
Теперь как бы мне еще одну такую же штучку получить...
Когда вновь щелкает замок и в мастерскую входят рабочие, я уже довольно резво ползаю по полу, подтягиваясь руками. Позади подобно вывалившимся кишкам змеятся толстенные кабели. Наполовину законченная нога неуклюже задрана вверх и иногда конвульсивно подергивается. Ужасное зрелище, правда?
Зато гайки я все собрал (кроме тех, что внутрь станка завалились).
* * *
Если верить плану, то работы должны завершиться через три дня. Но на самом деле все немного не так. Да, через три дня мы сможем спокойно встать на ноги и пройтись по мастерской, но разные мелкие недоделки будут всплывать, наверное, еще целый месяц. Вот сегодня утром, например, выяснилось, что при переходе в турборежим по какой-то таинственной причине у нас сразу же парализует указательный палец на левой руке, а передняя правая нога начинает как-то странно дергаться. Нам пришлось почти полтора часа копаться в своих внутренностях, чтобы найти первопричину этого странного явления – крохотный кусочек металлической стружки, застрявший между ножками микросхемы. И из-за этой малости... А сколько подобных мелочей еще дожидаются своего часа, чтобы в самый неудобный момент ткнуть нас носом в грязь?
Лежу на спине, привалившись к теплому боку гудящего станка (еще работает, курилка), лениво ковыряюсь в собственном брюхе. Жду, когда пройдет обработку нагрудная пластина. Тихонько пищит явившийся из сети вызов.
Сначала я даже не понимаю что к чему. Не обращаю внимания. Сижу, закручиваю болты. Радуюсь, как ловко я научился работать своими пальчиками. Могу железную трубу в два счета раздавить, могу автомобиль поднять (вернее, смогу, когда ноги доделаю), могу и хрустальные бокалы мыть. Правда, тоже не сейчас. Вода мне пока еще не безвредна. Вот потом, когда будет закончена гидроизоляция... тогда смогу даже в море купаться, не опасаясь короткого замыкания.
Ох, зар-раза...
Спохватываюсь и устанавливаю связь. На меня смотрят встревоженные глаза Денниса Шермана.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33