А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Едкий запах нашатырного спирта щекотал его ноздри, в голове стучало. Ощущение было такое, словно он много часов провел на слепящем свету. Джейкоб медленно восстанавливал в памяти события вчерашнего дня. Последнее, что он видел перед тем, как потерять сознание, были глаза Буббакуба. Маленькие черные бусины пристально смотрели на него из-под пси-шлема. Пил сохранял абсолютную бесстрастность. Единственный на корабле. В следующее мгновение Джейкоб пошатнулся и рухнул у его ног. Он пришел в себя и принялся записывать, но на бумаге все выходило как-то путано и нескладно. Джейкоб в сердцах перечеркнул записи и быстро начертил несколько знаков на компактном тринари.
– Прошу прощения, – он взглянул на своего собеседника, – вы что-то сказали? Тот покачал головой.
– Мне, наверное, не следует совать нос не в свое дело. Просто любопытство одолело. – Он помолчал. – Вы… вы ведь пытаетесь спасти проект, не так ли?
– Да.
– Тогда вы самый отчаянный парень в мире. – В голосе инженера прозвучала горечь. – Извините меня. Я больше не стану вам мешать.
Он повернулся, чтобы уйти. Джейкоб, поколебавшись, спросил:
– Вы не хотите мне помочь?
Инженер стремительно развернулся.
– К вашим услугам!
Джейкоб улыбнулся.
– Для начала мне нужны щетка и совок.
– Я мигом! – Добровольный помощник исчез в мгновение ока. Джейкоб в задумчивости побарабанил пальцами по столу, затем решительно собрал разбросанные листы и сунул их в карман.
Глава 18
ФОКУС
– Знаете, начальник лаборатории никому не позволяет входить туда без его разрешения. Джейкоб оторвался от своего занятия.
– Ну надо же, – он скорчил гримасу, – а я об этом и не знал! Дорогой Дональдсон, я всего лишь хочу вскрыть замок, чтобы найти нужное мне лекарство.
Добровольный сообщник, нервно прохаживаясь за его спиной, продолжал бубнить о том, что никогда в жизни ему и в голову не могло прийти, что он окажется втянутым в кражу со взломом.
Джейкоб чуть отодвинулся От двери. Комната качнулась перед глазами, ему даже пришлось ухватиться за стену. В сумраке лабораторного коридора глаза, уставшие после возни с замком, с трудом различали предметы.
– Я уже говорил вам, Дональдсон, – несколько раздраженно сказал он, – у нас нет выбора. Какие улики мы можем предъявить? Пыльное пятно и бестолковую теорию? Пораскиньте-ка мозгами, дружище! В нынешней ситуации нас играючи обведут вокруг пальца, а к настоящим уликам и близко не подпустят. А улики нам нужны, как воздух! – Джейкоб потер шею. – Нет уж, нам все придется делать самим и только самим… разумеется, если вы все еще хотите помогать мне.
Главный механик откашлялся и обиженно прохрипел:
– Вы же прекрасно знаете, что я вас не брошу.
– Хорошо, – кивнул Джейкоб, – приношу свои извинения. Не подадите ли мне вон ту штуку? Нет-нет, ту, что с крючком на конце. Отлично. А теперь вам лучше отправиться к входным дверям и понаблюдать за туннелем. Я должен успеть спрятать инструменты, прежде чем меня кто-либо увидит. И осторожней, я натянул там веревку!
Дональдсон встал у входа и, прислонившись к стене, уставился на Джейкоба, то и дело стирая пот со лба.
Этот Демва выглядит очень рассудительным и логичным, но его фантазии… Дональдсон поежился. Но самое страшное, что и новые, и прежние факты точно выстраиваются в безумную теорию парня. Что ж, охота за уликами весьма увлекательна! А вдруг все-таки парень чокнутый? Он вздохнул и выглянул в туннель. Все тихо. Да, прогнило что-то на Меркурии. И нужны решительные действия. Иначе придется навсегда забыть о Солнце и солнечных кораблях.
Замок оказался самым обычным, из тех, что открываются старинными ключами с бородкой и выемками. Словом, не было ничего проще. Джейкоб давно уже заметил, что на Меркурии очень мало современных конструкций. На планете, где магнитное поле Солнца проникает везде и всюду, пришлось бы экранировать все электронные устройства. Хотя особых затрат и не понадобилось бы, на Земле подобное мотовство сочли бы совершенно излишним. Да и кому могло прийти в голову проникать в фотолабораторию тайком? Причем со старинными отмычками?
Джейкоб усмехнулся: похоже, его познания медвежатника на сей раз не слишком ему помогают. Подрастерял он былую сноровку. Инструменты не слушались, пальцы были как деревянные. Он ругнулся про себя. При таких темпах и за ночь не управиться.
«Позволь мне».
Джейкоб скрипнул зубами и медленно вытащил отмычку из замка. «Спокойствие! Не надо персонифицировать самого себя. Ты, набор асоциальных привычек! Я же тебя усыпил. Если ты станешь действовать как полноценная и независимая личность, то доведешь нас… доведешь меня до полноценной шизофрения».
«Ну и кто тут персонифицирует?»
Джейкоб невольно улыбнулся.
«Мне следовало остаться на Земле. Еще три года покоя и тишины, и мой разум был бы полностью очищен от всякой дряни. А теперь придется пробудить все те навыки, которые я хотел… вынужден был подавить». «Ну так не тяни же».
Джейкоб вздохнул. Когда создавалась схема для подавления определенных психологических качеств, предполагалось, что она не будет жесткой. Иначе у него и в самом деле возникли бы проблемы. А получилось так, что аморальный и хладнокровный мистер Хайд, проявляясь то тут, то там, постоянно напоминал о себе. Правда, он находился под неусыпным контролем. Врачи считали, что в случаях чрезвычайных Джейкоб может обращаться за помощью к своему двойнику.
Но специалисты не учли одного момента: Джейкоб не только подавлял и контролировал темные стороны своей натуры. Он еще и персонифицировал их. Эта способность скорее всего и явилась причиной его тяжелых психологических проблем в прошлом. Он совершил ошибку, попытавшись полностью отсечь ненавистного двойника, тогда как требовалось лишь усыпить его на самом дне подсознания.
«Так ты позволишь попробовать мне?»
Джейкоб схватил другую отмычку. Сталь на ощупь был а гладкой и очень холодной.
«Заткнись. Ты не личность, ты всего лишь талант, связанный, к сожалению, с совершенно определенной реакцией нервной системы… подобно хорошо поставленному певческому голосу, способному проявить себя только на сцене».
«Ну и прекрасно, воспользуйся же этим талантом. Ведь дверь уже почти открыта!»
Джейкоб осторожно отодвинул от себя инструменты. «Правильно ли я поступаю? А если тогда, на корабле, у меня и в самом деле был приступ безумия? Ведь моя гипотеза вовсе не бесспорна. И эта вспышка синей боли в Бахе… Как я могу выпускать на волю этого ублюдка, если внутри у меня что-то разладилось?»
Джейкоб чувствовал, что вот-вот впадет в транс. Усилием воли он попытался предотвратить приступ. Но воли хватило ненадолго. Он постарался расслабиться и начал отсчет. Иглы иррационального ужаса пронзили мозг. Барьер страха. Джейкоб привычно преодолел его, продолжая считать.
При счете двенадцать он скомандовал себе: «Назад!» В мгновение ока мозг одолел обратный путь к реальности. Джейкоб открыл глаза, внимательно, прислушался к собственным ощущениям. Легкое покалывание пробежало по ладоням, осторожно подобралось к кончикам пальцев, словно собака, вернувшаяся в старый дом и обнюхивающая забытые вещи.
Все хорошо. Джейкоб почувствовал облегчение. «Этическое начало во мне не уменьшилось. Я – по-прежнему я. И руками управляю я сам, а не какая-то посторонняя сила». Все хорошо.
Он взял в руки отмычку. Пальцы послушно прильнули к прохладному металлу. Джейкоб вставил отмычку в замок и мягко повернул. Послышался легкий щелчок. Дверь открылась.
– Надо же, удалось! – Удивление Дональдсона немного задело Джейкоба.
– Разумеется. – Раздражение тут же схлынуло. Он с удовлетворением отметил, что без труда смог удержаться от резкости – на сей раз мистер Хайд, похоже, пребывал в благодушном настроении. Джейкоб толкнул дверь и вошел.
Слева вдоль стены выстроились стеллажи с многочисленными выдвижными ящиками. Напротив располагались столы с фотоаналитическим оборудованием. В дальнем конце лаборатории виднелась приоткрытая дверь в кладовку с химикатами.
Джейкоб принялся внимательно изучать надписи на ящиках, жестом пригласив Дональдсона присоединиться. Механик отошел к противоположному концу стеллажа. Уже через несколько минут он приглушенно воскликнул:
– Я нашел их!
Джейкоб поспешил к инженеру. Тот рассматривал содержимое ящика рядом с проектором. В нишах, обитых мягкой тканью, покоились кассеты с фотозаписями. На каждой из кассет имелась этикетка с указанием даты и времени съемки и номера прибора. Около десятка углублений пустовало. Джейкоб вытащил одну из кассет и взглянул на своего помощника.
– Это все не то. Кто-то уже побывал здесь. Нужные нам записи исчезни.
– Исчезли? Вы имеете в виду, что их украли?! Но как?
Джейкоб пожал плечами.
– Вполне вероятно, похитители проникли сюда тем же способом, что и мы. Хотя у них мог быть и ключ. С уверенностью можно сказать лишь одно: все последние записи исчезли.
– Значит, у нас нет никаких доказательств?
– Никаких. Но мы можем попытаться добыть их.
– Уж не хотите ли вы сказать, что нам нужно вломиться еще и в жилище Буббакуба? Черт! А вы уверены, что эти записи вообще существуют? Что их не уничтожили? Зачем их хранить? У меня есть предложение: давайте выбираться отсюда, и пусть доктор Кеплер и доктор де Сильва сами убедятся в исчезновении кассет. Это будет хоть какой-то довод в пользу вашей теории. Джейкоб, подумав, кивнул.
– Хорошо. Покажите-ка ваши руки.
Дональдсон послушно выставил ладони. Тонкий слой пластика, покрывавший руки механика, был цел. Затем Джейкоб внимательно осмотрел свои ладони.
– Так, оставляем все как было. Задвиньте ящики, но больше ни к чему не прикасайтесь.
И вдруг снаружи раздался грохот, затем послышалась какая-то приглушенная возня. Сообщники замерли. Похоже, сработала нехитрая ловушка – в коридоре, у входа, Джейкоб натянул веревку на случай неожиданных посетителей. Путь к отступлению был отрезан.
Они бросились к кладовке с химикатами. Едва Джейкоб успел прикрыть дверь, как послышалось металлическое позвякивание: кто-то пытался открыть замок. Дверь тихо скрипнула. Джейкоб сунул руку в карман. Так и есть! Он забыл отмычки в лаборатории! Пальцы нащупали маленькое круглое зеркало. Мягкие шаги раздавались уже всего в нескольких футах от двери в каморку. Не колеблясь, Джейкоб вытащил зеркальце. Стараясь не шуметь, он опустился на колени и, пристроив зеркало под нужным углом у довольно большой щели между дверью и полом, попытался разглядеть, что происходит в лаборатории.
Доктор Мартин стояла у стеллажа, перебирая связку ключей и время от времени кидая быстрые взгляды в сторону входной двери. Джейкобу показалось, что она очень возбуждена. Хотя по изображению в крошечном зеркальце, да еще в таком ракурсе, трудно было сказать что-либо определенное.
Дональдсон попытался из-за плеча Джейкоба заглянуть в зеркало. Тот раздраженно взмахнул рукой, требуя не мешать, но Дональдсон, внезапно потеряв равновесие, всем телом навалился на него сверху. Джейкоб заскрипел зубами, стараясь удержаться и не вывалиться из кладовки прямо к ногам изумленной Милли Мартин. Ценой невероятного усилия ему удалось не упасть, но зеркальце, выпав из ослабевшей руки, с негромким звяканьем покатилось по полу.
Дональдсон, тяжело сопя и чересчур усердно стараясь не шуметь, отполз назад. Джейкоб криво улыбнулся. Надо быть абсолютно глухим, чтобы не услышать этот чудовищный шум.
– Кто… кто здесь? – Голос Мартин дрогнул.
Джейкоб поднялся на ноги и принялся отряхиваться с нарочитым шумом. Снаружи послышались быстрые удаляющиеся шаги. Кинув уничтожающий взгляд на Дональдсона, скорчившегося в углу с самым несчастным видом, он открыл дверь и шагнул в лабораторию.
– Милли, постойте.
Доктор Мартин застыла на месте. Съежившись, она медленно обернулась. При виде Джейкоба маска страха, обезобразившая красивые черты ее тонкого лица, исчезла, уступив место смеси облегчения и стыда. Мартин густо покраснела.
– Какого черта вы здесь делаете?!
– Наблюдаю за вами, Милли. Подобное времяпрепровождение и само по себе не лишено приятности, но в данную минуту оно особенно увлекательно.
– Вы что, шпионите за мной?!
Джейкоб направился к ней, от души надеясь, что у Дональдсона хватит ума не выползать из укрытия.
– И не только за вами, моя дорогая Милли Я шпионю за всеми. На Меркурии творится что-то неладное. Здесь каждый предпочитает дуть в свою дуду, да еще с такой фальшью! К примеру, вы, Милли. Мне давно казалось, что вы знаете куда больше, чем говорите.
– Я не понимаю, о чем вы, – холодно ответила Мартин, уже полностью придя в себя. – И неудивительно. Ни в ваших словах, ни в ваших поступках нет и следа разумности, вам требуется серьезная медицинская помощь, мистер Демва. – Она повернулась, чтобы выйти из лаборатории.
– Возможно, что и так, – серьезно кивнул Джейкоб, – но, быть может, вам также требуется сейчас помощь, например, для того, чтобы объяснить, зачем вы здесь.
Мартин окаменела.
– Я получила ключ от Дуэйна Кеплера. Что вы на это скажете?
– А упомянутый Дуэйн Кеплер поставлен о том в известность? – саркастически осведомился Джейкоб.
Мартин, ничего не ответив, снова густо покраснела.
Джейкоб улыбнулся.
– Несколько кассет с данными, полученными во время последнего прыжка, исчезли… Все они относятся к тому отрезку времени, когда уважаемый Буббакуб развлекался с реликвией летаней. Милли, вы, случайно, не знаете, где они?
Мартин пристально взглянула на него.
– Вы шутите… Но кто… Нет, этого не может быть… – В полном замешательстве она покачала головой.
– Это вы взяли их?
– Нет!
– Тогда кто?
– Я не знаю. Откуда я могу знать?! И по какому праву вы устраиваете этот допрос?!
– Я прямо сейчас могу позвонить Хелен де Сильве и сообщить ей все, что здесь произошло, – с угрозой сказал Джейкоб. – Дверь в фотолабораторию была открыта, внутри я обнаружил вас, Милли. У вас в кармане ключе вашими отпечатками. Я ни секунды не сомневаюсь, что комендант прикажет назначить расследование. Сразу же выяснится, что пропали кассеты с записями. Как вы полагаете, что скажет комендант базы? Милли, вы кого-то прикрываете. Если вы прямо сейчас не выложите все, что знаете, то даю вам слово, в самое ближайшее время у вас будут серьезные неприятности. Вы знаете не хуже меня, что на базе у многих так и чешутся руки, и если найдется козел отпущения…
Мартин с шумом втянула в себя воздух.
– Я… я не знаю…
Джейкоб мягко взял ее за локоть и подвел к стулу. Затем вернулся к двери и защелкнул замок.
Джейкоб прикрыл глаза и, стараясь успокоиться и обрести равновесие, досчитал до десяти. Затем вернулся к Мартин. Та сидела, прислонившись спиной к стеллажу и спрятав лицо в ладонях. Краем глаза Джейкоб заметил, как из каморки с химикатами выглянула голова Дональдсона. Он резко махнул рукой, голова Дональдсона мгновенно исчезла.
Джейкоб подошел к ящику, который собиралась открыть Мартин перед тем, как услышала шум. Вот оно что! Он вытащил из ящика мини-камеру Ла Рока и отнес к столу с аппаратурой. Подключив камеру, он быстро просмотрел ее содержимое. Большая часть записанной информации не представляла никакого интереса. Зарисовки Ла Рока по разным поводам. На звуковое сопровождение Джейкоб не обращал никакого внимания. Наедине с самим собой репортер оказался даже еще более многословным, чем обычно. Внезапно неторопливые планы солнечного корабля с нескончаемыми комментариями Ла Рока прервались. Мгновение Джейкоб с недоумением вглядывался в новую картинку. Затем откинулся на стуле и громко расхохотался.
Это столь удивило Милдред Мартин, казалось, полностью погруженную в свои страдания, что она подняла на Джейкоба покрасневшие от слез глаза. Он добродушно кивнул ей.
– Вы хоть знаете, что здесь искали?
– Да, – хрипло ответила она, – я хотела вернуть Питеру его камеру, чтобы он мог записать свой рассказ. Мне казалось, что после того, как соляриане столь жестоко поступили с ним…
– Он все еще под замком?
– Да. Посчитали, что так будет безопаснее. Раз соляриане воздействовали на него один раз, то могут и повторить.
– А чья идея насчет камеры?
– Питера, конечно. Он очень хотел записать свои мысли о случившемся.
Я решила, это вряд ли кому повредит…
– А как насчет того, чтобы передать подозреваемому оружие?
– Нет-нет! Глушитель должен был быть выведен из строя. Бубб… – она замолчала.
– Договаривайте уж, раз начали.
Мартин опустила глаза.
– Буббакуб пообещал встретиться со мной в комнате, где заперт Питер, и вывести глушитель из строя. Он хотел тем самым показать, что не держит зла на Питера.
Джейкоб вздохнул.
– Зло терзает его, – пробормотал он.
– Что?
– Покажите-ка ваши руки.
Мартин замялась. Джейкоб нахмурился, и она покорно выставила изящные ладони.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37