А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Разрешите, я помогу вам взойти на борт.
Она последний раз оглянулась на берег, прекрасно осознавая тщетность своих надежд. В это ночное время на море пусто. Никто не поможет ей сейчас. Луиджи даже бровью не повел, когда она отчаянно барахталась в объятиях его хозяина.
– Франческа?
Она посмотрела на Макса Донелли, затем перевела взгляд на свисающую с яхты лестницу. Никак не меньше ста футов, с содроганием подумала Франческа, но она была полна решимости пережить любую неприятность, нежели принять помощь этого человека.
– Не дотрагивайтесь до меня, – холодно сказала она. И, глубоко вздохнув, решительно шагнула к лестнице. Крепко держась за перекладины, она начала карабкаться вверх. Она полностью сосредоточилась на подъеме и совсем упустила из виду, что ветер взбивает подол ее платья, словно шелковую пену, оголяя ее ноги и бедра перед стоявшим внизу мужчиной.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она докарабкалась до конца лестницы, и тут Франческа оказалась лицом к лицу с симпатичного вида человеком в офицерской фуражке.
– Вы капитан? – спросила она.
Он приложил ладонь к козырьку и, улыбнувшись, произнес:
– Bonsoir, mademoiselle.
Франческа пристально посмотрела на него.
– Меня насильно привезли сюда, – сказала она.
– Pardon? – Он по-прежнему улыбался.
– Я говорю…
– Боюсь, что капитан Дюсаж знает только по-французски, cara, – заметил поднявшийся следом Макс, тут же переключившись на разговор с капитаном “Млечного Пути”.
Франческа стояла, изо всех сил пытаясь сдержать истерический смех. Матрос, который говорит только по-итальянски, и капитан, который знает только французский. А почему бы и нет? “Млечный Путь” вполне мог плавать под “Веселым Роджером”. Пиратский корабль, команда которого пополняется за счет отбросов разных портов всего земного шара, а в каюте хозяина лежит какая-нибудь “Черная Борода”.
Она окинула Дюсажа ледяным взглядом, но он даже не заметил этого, поскольку был занят разговором с Донелли. О чем толкует ему Макс? С ее познаниями во французском разве что разберешь? Внезапно ей вспомнилась мадам Монсерат, которая пыталась вбить разговорный французский в ленивые головки учениц частной школы. Ах, если бы Франческа тогда относилась к занятиям более прилежно! Может, Макс дает распоряжение поднять якорь и выйти в открытое море? Гнев, бушевавший в ней до этого, уступил место страху, который влажными волнами пополз по коже.
Что будет потом? Все может случиться. Все что угодно.
Дюсаж отошел, а Макс повел ее дальше. Франческа уперлась.
– Вы поплатитесь за это, – резко бросила она. – Чарлз знает, что я с вами, помните об этом.
Макс фыркнул.
– К чему такой драматизм, Франческа? Что вы себе навоображали?
Я не хочу идти с вами, черт побери! Вам придется…
– А вам придется выбирать, – тихо сказал он. – Либо вы спокойно идете со мной, либо…
Отбросив рукой волосы назад, Франческа посмотрела ему прямо в глаза.
– Либо что? – Она вызывающе вскинула подбородок. – Что вы сделаете, а? Прикажете одному из ваших ребят заковать меня в кандалы и оттащить в вашу каюту?
Донелли улыбнулся одними уголками губ. Он еще смеется над ней! Чтоб ему провалиться!
– Это потрясающая идея, cara. Я никогда не играл в такие игры, но звучит очень заманчиво.
Щеки Франчески залило краской.
– Есть еще закон! – прошипела она. – Я позабочусь о том, чтобы вы заплатили сполна за содеянное!
Он со смехом увлек ее вперед. Этот человек был так силен, что ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Ее каблучки быстро застучали по надраенной деревянной палубе.
– Уже начал. Мои люди теперь будут долго смеяться, вспоминая ночь, когда их хозяин силой затащил женщину на борт.
– Представляю, с какой охотой они все к вам идут, – сказала она, пытаясь вырваться из его рук. – Представляю…
– Да, особенно если прослышат о Жан-Поле.
– Жан-Поле? – Франческа скривилась, поскольку в это время он одной рукой крепко сжал ее запястье, а другой распахнул дверь. – Кто это? Матрос, вздернутый на корабельную дыбу?
Она не договорила, поскольку Макс ввел ее в просторную, со вкусом обставленную столовую. Она увидела накрытый на двоих стол из полированной березы, в середине которого стояли свечи и цветы, а с двух сторон – приборы из серебра и китайского фарфора. А на потолке сверкала огнями хрустальная люстра.
– Жан-Поль, – спокойно ответил Макс, – лучший повар по эту сторону Пиренеев. – Он захлопнул дверь и, прислонившись к ней, сложил руки на груди. – Я вижу, вы разочарованы, cara. – Его голос был полон иронии. – Вы ожидали увидеть за дверью что-то другое?
Франческа вспыхнула.
– Что это? – спросила она. Макс поднял брови.
– Может быть, лучше, если мы сначала выясним, чем это не является, – сказал он, направляясь к встроенному в противоположную стену бару. – Например, вы теперь точно знаете, что это не моя каюта. – Он нажал на кнопку, и зеркальная панель отошла в сторону, открывая взору полки со шведским хрусталем. – И что здесь нет огромной, во всю комнату, кровати, покрытой черными атласными простынями.
Она сглотнула.
– Хорошо. Может, я вправду подумала…
– А то, что вы видите, – сказал он, доставая из маленького холодильника бутылку шампанского, – называется кафе “Донелли”. – Он содрал с шампанского фольгу и, слегка подергав пробку, дождался, пока прозвучит хлопок.
– Но вы же сказали, что приглашаете меня в свой любимый ресторан.
– А я это и сделал, – миролюбиво ответил он. – Я по возможности стараюсь обедать на борту своей яхты. – Донелли наполнил два хрустальных бокала пенящимся напитком. – Я и сплю на яхте. – Он протянул один из бокалов Франческе и улыбнулся. – Вот и все мои дьявольские ухищрения, cara.
Правда ли это? Она густо покраснела.
– Это ничего не значит. Вы воспользовались моим положением. Вы… вы накачали меня вином и потом…
Раздался стук в дверь, и вошел стюард в белой униформе.
– Bonsoir, monsieur, mademoiselle.
Макс повернулся к нему и заговорил с ним по-французски. Его речь была быстрой и почти непонятной, но отдельные слова все же ей удалось уловить. “Homard”. “Pate”. “Salade verte”. “Profiteroles au chocolat”. “Espresso”…
Франческа закрыла глаза, но тут же и открыла их. Все правда. Он распоряжается насчет ужина. И действительно ради этого привез ее сюда.
Ну и что? При чем тут это? Главное – что она очутилась здесь против собственной воли. Макс Донелли просто похитил ее, и всем на это наплевать! Тот матрос, Луиджи, даже слышал, как она кричала, и видел, как отчаянно боролась с Максом Донелли, но и бровью не повел. Капитан Дюсаж не проявил к ней ни малейшего интереса, хотя видел, что Донелли буквально потащил ее вниз. А теперь этот стюард: стоит от нее в трех футах, ловит каждое слово хозяина, а ее словно бы и нет совсем.
Когда дверь за стюардом закрылась, Макс повернулся к ней.
– Я взял на себя смелость и заказал блюда для обоих. Омары, паштет, зеленый салат.
– У вас что, команда состоит сплошь из глухих? – Франческа поджала губы. – Или они все слепые?
Он вскинул брови.
– Если для вас очень важно, cara…
– Я хочу, чтобы меня доставили на берег. Немедленно.
– В то время как Жан-Поль уже начал готовить для нас стол? – Он улыбнулся и протянул ей бокал с шампанским. – Вы оскорбите его чувства.
– Вы уже влили в меня достаточно вина, благодарю покорно.
– Еще одно гнусное преступление из моего арсенала, – лукаво ответил он. – Люблю связывать женщин и заставлять их пить шампанское.
– Вы пользуетесь моим положением. Это вино…
– От вина вы просто немного повеселели. Разве это так страшно?
– А что касается Жан-Поля, – словно не слыша его, продолжала она, – мне плевать на его чувства. Я хочу…
– Вы ведете себя словно избалованный ребенок, – вдруг резко сказал Донелли. – В этой жизни люди не всегда получают то, что им хочется, Франческа. Вам следовало бы уже знать это.
– Да что вы говорите? Вы затащили меня на эту проклятую посудину.
– А что бы вы сказали, если бы я просто попросил вас поехать со мной? Согласились бы?
Она кончиком языка провела по губам.
– Я… я не знаю.
– А если по правде, cara? Франческа вздохнула.
– Ну, хорошо, – сказала она. – Думаю, не согласилась бы. Но вы не можете осуждать меня за это.
– Нет. Не могу, – мрачно ответил Макс. – Ваш сводный брат напичкал вашу голову ядом против меня.
– Не ядом. Чарлз рассказал мне…
– Главное в том, что вы отвергли бы мое приглашение. – Повернувшись, он дотронулся до панели на стене. Зазвучала тихая музыка. – В результате мы ужинали бы в каком-то другом месте, где бы вовсю муссировалась сильно приукрашенная история нашей встречи.
История нашей встречи. Франческа с трудом сглотнула. Его слова придали особый смысл произошедшим событиям. Своеобразную интимность, словно… словно…
– Что само по себе было бы глупо, потому что мы и так стали поводом для сплетен в Монако. – Он с улыбкой вытащил из холодильника бутылку вина и откупорил ее. – Зачем же мне было везти вас еще куда-то и давать пищу дополнительным слухам?
Франческа наблюдала, как он кладет в бокал лед и наливает минеральную воду.
– В казино вас это, по-моему, не беспокоило, – медленно произнесла она.
– К моему большому сожалению. – Растерянная улыбка тронула его губы, когда он вручал ей бокал. – Боюсь, что я переборщил. Публичные демонстрации – не в моем стиле.
Да, подумала она, скорее всего. Чарлз говорил, что Макс Донелли не любит яркий свет, а сегодня вечером он оказался как раз в самом фокусе. Теперь, когда его злость прошла, он, видимо, сожалеет о своем поступке.
Но если бы он не вел себя столь безрассудно, если бы не заставил играть Чарлза по высоким ставкам, она не была бы сейчас здесь.
Ее щеки запылали. Она быстро отвернулась и приложила к лицу прохладный бокал.
– Наверное, вы правы, – сказала она. – Если бы мы пошли в ресторан, то чувствовали бы себя словно в центре цирковой арены.
– Точно. – Он подошел к Франческе сзади и легонько тронул ее за плечо. – А теперь, – тихо произнес он, – вы ужинаете со мной?
Франческа медленно повернулась и посмотрела ему в глаза.
– Я… я не знаю. Я…
У него на скулах заиграли желваки.
– Хорошо, – сказал он. – Я понял. – Она смотрела, как он поставил свой бокал и направился к двери. – Я велю Луиджи приготовить катер.
– Нет. – Сердце в груди странно запрыгало, словно сбившись с ритма и теперь пытаясь в него попасть. – Нет, – повторила она, когда он повернулся к ней. – Все в порядке. Отказываться глупо. Я хочу сказать, что теперь, когда мы уже здесь и ужин почти готов… – Голос ее дрогнул. – Я остаюсь.
Лицо Макса засияло.
– Я рад, – ответил он. От этих слов дрожь пробежала по спине Франчески.
Ужин был не просто хорош, как обещал Макс, он был великолепен. Бархатистый паштет, вкусные ароматные мидии. Даже салаты, украшенные кружевным узором из грецких орехов и прозрачных ломтиков сыра, выглядели необычно, а нежная приправа придавала им неповторимый вкус.
Когда подали омаров, Франческа уже вовсю смеялась, слушая рассказ Макса о том ужасном дне, когда он впервые попробовал мидии.
– Они были словно резиновые пули; надеюсь, вы понимаете, что я хочу сказать? Я их жевал, жевал, но они нисколько не уменьшались и не становились мягче. А я сижу на почетном месте рядом с хозяйкой.
Она со смехом отодвинула свою тарелку, поставила локти на стол и подперла ладонями подбородок. Чарлз бы, конечно, сейчас ее не одобрил, так же как и манеру есть омаров одновременно руками и вилкой. “Так вкуснее”, – сказал Макс, и он был прав. Мясо, выковырянное из панциря, казалось вкуснее. Макс…
Франческа заморгала. Когда это случилось? Когда она стала в мыслях называть его Максом? Он десять раз за сегодняшний вечер просил звать его по имени, а она отказывалась. А теперь, сама того не желая, она не только обращается к нему по имени, но и про себя называет его так.
Она улыбнулась, наблюдая за тем, как он выбрал себе клешню омара и с треском разломал ее. Все произошло, видимо, где-то после того, как стюард подал омаров. В конце концов, как можно называть человека мистером Донелли, если на пару с ним выковыриваешь руками мясо омаров?
– Понравилось?
– Да, – призналась она. – Вкусно.
– Я рад. – Он лукаво улыбнулся. – Только оставьте место для десерта, иначе Жан-Поль будет разочарован.
И Макс стал увлекательно рассказывать о шоколадных профитролях и о всякой всячине, но, хоть Франческа и улыбалась его словам, на самом деле она почти не обращала внимания на содержание этих историй. Вместо этого она изучала его удивительно живое лицо и выразительные жесты, и внезапно ей пришла в голову мысль, что она очень легко могла бы по уши влюбиться в Макса Донелли.
Но об этом думать уже поздно. Она поставила себя в дурацкое положение вчерашней ночью: сначала, совершенно потеряв голову и шокировав и себя и его, бросилась ему в объятия, а потом убежала, словно испуганная школьница. Что он должен был подумать о ней? И что думает сейчас? Щеки девушки запылали. Ответ ясен. Что он может подумать о женщине, которую выиграл в карты и которую предложили ему в качестве залога? Она почувствовала, как задрожали руки, вытерла их о салфетку и осторожно сложила на коленях.
Макс сразу заметил происшедшую в ней перемену.
– Что случилось, cara? Она покачала головой.
– Ничего особенного. Просто… просто я подумала, что уже поздно. Наверное, мне пора домой.
– Тут что-то не то, cara. Минуту назад у вас было такое живое лицо, а теперь…
От страха у нее замерло сердце.
– Не надо, – поневоле вырвалось у нее.
– Простите меня. Я знаю, что вам неприятно, когда я вас так называю.
Она покачала головой и склонилась над столом, волосы, словно светлое облачко, закрыли ее лицо.
– Я… я имею в виду, не надо продолжать все это.
Макс нахмурился:
– Я не понимаю.
Она глубоко вздохнула, прежде чем поднять на него глаза.
– Вы завоевали право держать меня около себя всю ночь. Вы наверняка понимаете, насколько мне неловко.
– Вы думаете, я для этого пошел на сделку с Чарлзом? Для того, чтобы унизить вас? – взволнованно произнес он. – У меня не было таких намерений, Франческа. Мы с вашим сводным братом играли по самым высоким ставкам.
– Не надо мне рассказывать, – оборвала она его. – Я же все видела.
– Видеть-то вы видели, но не так все поняли. – Макс оттолкнулся вместе со стулом от стола. – Чарлз согласился вместо наличных денег поставить что-нибудь другое.
– Пожалуйста. Прошу вас, не…
– Это означало, что ему придется рискнуть чем-то особо ценным. – Он сделал паузу, а Франческа явственно услышала биение собственного сердца. – А что у него может быть дороже вас?
Вопрос повис в тишине. Франческа глядела на Макса, пытаясь найти в ответ слова, полные достоинства, но язык словно прилип к нёбу. Она неотрывно смотрела на него, а он не сводил с нее своих черных, как обсидиан, ласковых глаз.
Внезапно ей стало-душно. Она быстро отодвинула стул и встала.
– Пожалуйста, отвезите меня в Монако.
– Франческа, вы не можете до бесконечности бегать от меня. – Макс порывисто встал и направился вокруг стола к ней. Движения его напоминали подбирающуюся к своей жертве гибкую рысь. – Мои люди часто повторяют: “Чему быть, того не миновать”. – Он рукой коснулся ее затылка. – Это судьба, cara. Почему вы боитесь признать, что это перст судьбы? – Его пальцы стали теребить ей волосы.
– Пожалуйста, – в горле пересохло, слова звучали неубедительно, словно осыпающийся песок в прожженной солнцем пустыне, – прошу вас, Макс, отвезите меня обратно.
– Нет, не сейчас.
– Вы же говорили, что я смогу уехать, когда захочу. Ну вот, я…
– Сначала потанцуйте со мной, Франческа. Она вытаращила глаза:
– Что?
– Один танец, – ответил он, обнимая ее, – а потом я сделаю все, что вы попросите.
– Макс…
– Обещаю. – Он начал двигаться в такт музыке, которая негромко играла в течение всего вечера, и постепенно увлек и ее. Ее тело, вначале скованное и напряженное, неожиданно стало податливым в его руках.
Тысячи предупреждающих иголочек вонзились в ее кожу, но как она могла оттолкнуть его? Он так крепко держал ее, и кроме того… О Господи. Ей вовсе не хотелось его отталкивать – наоборот, она хотела прижаться к нему так сильно, чтобы чувствовать биение его сердца, такое же частое, как и у нее в груди.
Макс рукой обхватил ее затылок, она вздохнула и положила голову ему на плечо. Нагнувшись, он коснулся губами ее виска, Франческа почувствовала его теплое дыхание.
Почему ей так приятно в его объятиях? Ведь Макс Донелли совсем чужой для нее человек. Мало того – он враг ее сводного брата, а значит, и ее враг. Этот человек всего несколько часов тому назад опозорил Чарлза и ее самое. Он что, думает, она забыла об этом?
Франческа попыталась отстраниться, но Макс не отпустил ее. Его рука скользнула к ее шее, и он снова прижал ее голову к себе. Нет, подумала она, нет, но ее тело предательски не хотело слушаться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19