А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 




Валерий Елманов
Знак небес


Обреченный век Ц 4



Валерий Елманов
Знак небес

Моим дорогим любимым сестрам
Валентине СЕРГЕЕВОЙ,
Тамаре ДЕМИНОЙ
и Людмиле ПАНИНОЙ
с пожеланием всяческих благ,
здоровья и счастья,
посвящаю я эту книгу.


Да ведают потомки православных
Земли родной минувшую судьбу,
Своих царей великих поминают
За их труды, за славу, за добро…
А. С. Пушкин

ПРОЛОГ
РУССКИЕ КОРАБЛИ В ГАВАНЯХ ЛАНГЕДОКА

Separo tea ab Ecclesia mllitante atque triumphante Отлучаю тебя от Церкви воинствующей и торжествующей (лат.).

.
Прямо в центре Южной Франции лежит огромная плодородная равнина. Сразу за нею высятся могучие Пиренеи, а еще чуть дальше лежат несколько христианских королевств, которые постепенно и методично вытесняют мусульман со своего полуострова. Там почти всегда идет воина.
Здесь же, в благодатных краях, щедро залитых солнцем, сражения до недавнего времени в основном случались только на любовном фронте. И неслучайно лучшие трубадуры того времени происходили родом именно из этого края, столицей которого являлась роскошная Тулуза. Этот город в ту пору превосходил по могуществу и блеску даже Париж и по праву считался некоронованной столицей всей Южной Франции.
Ее государи – Раймониды любили роскошь и негу, утонченные забавы и философские беседы. Графы Тулузские проявляли снисходительность к своим подданным, даже если те несколько уклонялись в своих верованиях от строгих канонов святой католической церкви. Они были снисходительны к ним до того, что однажды вызвали самый настоящий гнев римского престола, который объявил им воину.
Впрочем, даже сейчас, взглянув на эти места, никак нельзя было сказать, что здесь уже добрый десяток лет ведутся боевые действия. Во всяком случае, все так же плодоносили виноградники, мирно цвели оливковые рощи, а тучные нивы по-прежнему приносили богатые урожаи.
Но двум всадникам, неспешно скачущим по дороге, ведущей к Тулузе, было не до любования красотами южной природы, пробуждающейся под лучами яркого, хотя еще и не очень жаркого солнышка. Да и откуда ему быть жарким, когда только начал отсчет первый весенний месяц. Они были заняты беседой.
– А что такое вообще церковь? Это организация, которая, пользуясь предрассудками и людскими суевериями, норовит встать посредником между людьми и богом Чтобы соблюсти равноправие – ведь не пишем же мы Бог Сварог, Бог Перун, Богиня Мокошь и т. д., здесь и далее к словам бог, богородица, аллах, библия и т. д. автор применил правила прежнего советского правописания.

. Причем самовольно, ведь сам бог их на это отнюдь не уполномочивал, – седовласый мужчина, восседающий на вороном жеребце, замолчал и ожидающе покосился на своего спутника.
Тот был явно не согласен, но возразил учтиво:
– Но ведь они несут добро людям, отец. Добро, утешение и слово божье. Учат жить по святым заповедям Христа.
Седовласый в ответ лишь насмешливо хмыкнул, заявив:
– Вначале они залезают к тебе в кошель, со словом божьим на устах выгребают все, что там есть, а уж потом произносят… это свое утешение, но только ровно на ту сумму, которую у тебя выгребли. А что до слова божьего, то почем нам знать, какое оно на самом деле. Или ты и впрямь думаешь, что в библии и прочих священных текстах каждая буква начертана с божьего соизволения?
Молодой собеседник седовласого человека, юноша лет двадцати, осторожно заметил:
– Знаешь, батюшка, сдается мне, что святой престол в Риме был прав, подозревая тебя в ереси. А ведь ты ныне должен ежедневно и ежечасно доказывать иное – что ты благонравный католик и что, как и подобает графу Тулузскому, неустанно призываешь своих подданных следовать твоему примеру.
– И тогда этот паяц с митрой на голове, уверившись в искренности правителя, отстанет от Раймона VI Раймон VI (1156–1222) – с 1194 г. герцог Нарбоннский, граф Тулузский, маркиз Прованский. Владел также графствами Мельгей и Сен-Жиль, виконтствами Нимским и Арльским. Эти обширные владения в Лангедоке делали его наиболее могущественным властелином всей Юго-Восточной Франции и позволяли полностью контролировать реку Рону, включая ее выход к Средиземному морю.

, – горько усмехнулся седовласый и протянул: – Если бы все было так просто, тогда мы не сидели бы с тобой здесь, в Тулузе, и не ждали бы, когда по велению своего короля французское войско подойдет для осады нашего города. Поверь, сын, в этом мире даже родственные узы ничто, когда речь идет о дележе власти. Иначе Филипп Август никогда бы не отправил в наши края своих рыцарей, да еще под командованием наследного принца. Все-таки он мой кузен Филипп II Август (1165–1223) – король Франции с 1180 г., двоюродный брат Раймона VI, мать которого, принцесса Констанция, была родной сестрой отца Филиппа – короля Франции Людовика VII (1137–1180). Наследный принц, о котором говорится в тексте, – старший сын Филиппа Августа, будущий король Франции Людовик VIII (1223–1226).

.
– Мы отобьемся, – уверенно произнес молодой человек и, гордо вскинув голову вверх, еще раз повторил: – Мы непременно отобьемся.
– Вспомни Марманд Марманд – первый город в Тулузском графстве, который осмелился оказать сопротивление французскому войску. Был взят в 1219 г., и все его жители, включая стариков, женщин и детей, вырезаны.

, – посуровел лицом Раймон.
– Тулуза не Марманд, – упрямо тряхнул головой молодой граф Молодой граф – будущий наследник всех титулов своего отца, последний граф Тулузский Раймон VII (1197–1279). Сын Раймона VI и Жанны Английской, дочери короля Генриха II Плантагенета, сестры королей Англии Ричарда I Львиное Сердце и Иоанна Безземельного.

. – Ее так просто не взять, если только будет кому оборонять город. Вот почему я еще раз настоятельно прошу тебя – воспрети жителям покидать Тулузу. Вчера из города ушли еще две семьи. Ушли, чтобы сесть на корабли из Руси, которые вот уже полгода стоят в наших морских гаванях.
– Разве по-христиански запрещать человеку бежать от смерти? – задумчиво протянул его отец. – Они чувствуют свою обреченность, и они правы. Я не берусь спорить – возможно, в этот раз мы и впрямь отобьемся, но тем самым только отсрочим свой конец. Пойми, сынок, что это не обычная воина двух государей. В этом случае мы еще имели бы шансы на спасение. Рим объявил крестовый поход Крестовый поход против еретиков-катаров на юге Франции был объявлен папой римским Иннокентием III (1198–1216).

, натравил на нас всех рыцарей – вот что страшно. Знаешь, когда мне окончательно стало ясно, что мы проиграем? Когда с разницей всего в год произошли два события. Во-первых, погиб твой тесть Педро II Педро II, король Арагона – одного из самых могущественных христианских государств в Испании. Погиб 12 сентября 1213 г. в битве с французами. Раймон VII был в браке с его дочерью Санчо Арагонской, сестрой его же мачехи Элеоноры.

. Во-вторых, Филипп Август разбил своих врагов при Бувине и Ла-Рош-о-Муане В битвах при Бувине и Ла-Рош-о-Муане, состоявшихся в 1214 г., французские войска одержали убедительную победу над коалицией, состоящей из английского короля Иоанна Безземельного, его зятя, императора Священной Римской империи Оттона IV Брауншвейгского и графа Фландрского Фердинанда Португальского, после чего Филипп II Август стал самым могущественным государем христианского мира.

. Тем самым он окончательно развязал себе руки на севере и может теперь вплотную заняться югом, то есть нами с тобой, мой мальчик. И теперь смотри, что получается – на престолах тех стран, которые могли бы нам помочь, сидят дети Имеются в виду король Арагона Яков (Хайме) I (1213–1276), взошедший на трон в восьмилетнем возрасте, и Генрих III (1216–1272), которому английская корона досталась, когда ему было девять лет.

, да и когда они подрастут, нам от них тоже ничего хорошего ждать не придется, судя по их наставникам Имеется в виду прежде всего будущий святой Петр Ноласко (1189–1256), активный участник крестового похода против катаров, который был воспитателем Хайме Арагонского.

. Следовательно, помощи ждать неоткуда, а в одиночку нам все равно не выстоять. Главное же – против нас римский папа, то есть у Филиппа и в этом отношении руки развязаны.
– Но почему церковь так страстно желает истребить катаров Катары, которых еще называли альбигойцами по имени города Альбы, – религиозное течение Западной Европы в XII–XIII вв. Наиболее сильно было распространено на юге Франции, где даже имело своих епископов, а также в ряде городов Италии. Считалось наиболее опасным для римской церкви и было подвергнуто беспощадному уничтожению.

? Ну, еретики, конечно, но они же никого не трогают.
– Во-первых, они постоянный живой упрек для римской курии. Ты посмотри, как живут эти святоши. Если я тебе начну перечислять всех любовниц нашего трубадура Архиепископом Тулузы в это время был Фолькет Марсельскип (ум. в 1231 г.) – сын марсельского купца и известный трубадур. В 1200 г. постригся в цистерцианском монастыре Торонет в Провансе, где сделался аббатом. Был беспощадным жестоким врагом катаров и графа Тулузского Раймона VI.

, то у меня пальцев на руках не хватит. Причем порой он развлекается с двумя, а то и с тремя сразу. А взять епископа Каркассонского, благочестивого Ги из Во-де-Сернея. Сколько он развратил девочек, даже не дожидаясь их конфирмации Конфирмация (от лат. confirmation – утверждение) – так называемое таинство миропомазания, один из католических обрядов, проводимых с детьми в возрасте от 7 до 12 лет.

, – уму непостижимо.
– Однако же о папском легате Арно-Амальрике Арно-Амальрик (ум. в 1225 г.) – стал в 1204 г. папским легатом, то есть представителем Римского папы, архиепископ Нарбонн-ский с 1212 г., предводитель первого крестового похода против катаров.

ты такого сказать не можешь.
– Такого – нет. Но у него, да ты и сам знаешь это, грехи намного страшнее. Вспомни, что этот зверь в сутане сказал французским рыцарям десять лет назад, когда они осаждали мой милый славный Безье? Резня в Безье произошла 22 июля 1209 г.

– и, прикрыв глаза, старый граф медленно процитировал: – «Убивайте всех, бог признает своих». А костры в Минерве и Лаворе? Это ведь тоже его работа. И этот зверь называет себя служителем божьим, – произнес он с горечью. – Так что поверь, сын, римская церковь не успокоится до тех пор, пока не выжжет каленым железом весь наш благословенный юг. Ты думаешь, просто для еретиков утвердили кары на Латеранском соборе? На IV Латеранском соборе, состоявшемся в 1215 году, были установлены многочисленные карательные меры, направленные против еретиков.

Не-ет, милый. Они в первую очередь предназначены для нашего края.
– Но почему, почему?!
– Я же сказал тебе, что они – живой упрек. И сам папа, и прочие уже давно наплевали на заповеди Христа, да еще так смачно, а тут катары показывают, как на самом деле должны себя вести и верующие, и, особенно, священнослужители. Народ-то не дурак. Он умеет сравнивать, и это сравнение явно не в пользу Рима Катары полностью отвергали насилие, стараясь на деле соблюдать все заветы Христа. Их ритуалы были поразительно сходны с церемониями ранней церкви, а их духовенство, то есть те, кто проходил обряд крещения Духом (церемония называлась consolamentum – утешение), добровольно обрекало себя на очень тяжелые обязанности. Так, например, они должны были полностью воздерживаться от любых сексуальных связей, даже находясь в браке, и от любой животной пищи. Им позволялась только рыба, поскольку у нее холодная кровь и отсутствует духовный жар. Помимо этого, они соблюдали длительные посты на хлебе и воде и обязаны были почти все время молиться, читая «Отче наш» – единственную молитву, которую они признавали.

. Те сегодня только возвеличивать себя и могут. Сам вспомни. Ведь еще совсем недавно папы именовали себя наместниками святого Петра, а сейчас они уже о-го-го – наместники Христа Впервые объявил себя наместником Христа папа Иннокентий III (1198–1216).

. Ты что же, всерьез думаешь, что это он сам назначил их? Да он давно плачет там, на небесах горючими слезами, глядя, как его имя ежедневно и ежечасно позорит церковь.
– И только в этом все дело? – прошептал сын.
– Нет, но это самая главная причина. А так разногласий у них хватает. Того же Христа, например, возьми. Церковь считает его кем? Богом, который родился, чтобы искупить людские грехи своими муками. А у катар он кто? Только ангел, небесный посланец, который пришел указать людям путь к спасению. И даже страдания его были не настоящими, а мнимыми, ведь плоть ангельскую ни один палач на самом деле прибить к кресту не смог бы при всем желании. И дева Мария у них тоже ангел. Да, кстати, о кресте, – оживился отец. – Ведомо ли тебе, что они и его отвергают, говоря, что нельзя поклоняться орудию позорной пытки? Впрочем, они и воскрешение Христа во плоти тоже не признают.
– Не признают?! – ахнул молодой граф.
– Разумеется, – усмехнулся Раймон VI. – Сам посуди. Если отталкиваться от их убеждений, то все выглядит вполне логично. Ангел же не может умереть, верно? Следовательно, воскреснуть ему тоже не дано.
– Да христиане ли они вообще?!
– Смотря из чего исходить, – спокойно, почти равнодушно пожал плечами старый граф. – Если понимать под нашей верой главным образом божественность Христа – тогда нет. А если смотреть на то, как они себя ведут, как живут, верят, молятся, сравнить их епископов с католическими, то тогда выходит, что они-то и есть самые настоящие христиане, а все прочие – увы.
– Ну, тогда им на Руси будет хорошо. Еретики едут в гости к схизматикам, – усмехнулся молодой Раймон.
– Не думаю, – вздохнул его отец. – Та церковь, что победила, везде одинакова. Она везде цепляется за власть и всюду в первую очередь боится конкурентов, среди которых самыми главными почитает отнюдь не чужие веры, вроде мусульманства. Посмотри вокруг и ответь мне, кого Рим истребляет наиболее беспощадно? Молчишь, а я тебе скажу. В первую очередь они устраивают гонения на еретиков, которые верят почти так же, разве лишь самую чуточку иначе. То же самое и у схизматиков. А почему? Потому, что они конкуренты, которые, дай им волю, могут и деньги отнять, и власти лишить. А церкви только деньги с властью и нужны.
– На словах-то они… – возразил было сын, но старый граф только пренебрежительно махнул рукой.
– На словах мы все намного лучше. Чтобы судить о чем-то, смотри на дела. Тогда и поймешь, что церковь – сплошное лицемерие, как у нас, так и у восточных христиан, иначе они не благословляли бы любую власть, каким бы мерзавцем ни был тот или иной правитель. Главное для всех них – это деньги и власть, – повторил он жестко.
– Но папы часто враждуют с императорами, – возразил молодой граф.
– Лишь в тех случаях, когда дело касается денег и власти, – последовал категоричный ответ.
– Однако я читал, что у восточных схизматиков такой нетерпимости нет. В той же Византии и ариане Ариане – религиозное течение, названное по имени епископа Ария (256–336), утверждавшего, что Христос являлся обычным человеком, которого бог-отец просто вдохновил, после чего он и стал проповедовать новую веру. Они отрицали и догмат о троичности божества.

в войске у императора служили и монофизиты Монофизиты отрицали человеческую сущность Христа, оставляя за ним только божественное начало.

, и прочие. Да и среди священников у них не водится таких мерзостей, как у наших.
– Знаю, – кивнул старый граф. – Но это только потому, что у них в каждом государстве свой глава церкви, и каждый из них подчиняется своему правителю. А что было бы, если бы он был у них один-единственный, как у нас, да еще имел свою территорию, свои земли, ну, пусть хотя бы в той же Руси, то есть не зависел бы ни от одного короля, ни от одного императора? Неужели ты думаешь, что там не было бы такой же дряни, как у нас, а то и побольше? Просто им сейчас такой воли не дают, какая у папы римского имеется, вот они и не распоясались до конца. Кстати, читал я один манускрипт, так там описывается, что византийский император Алексей I только в море утопил Алексей I Комнин (1081–1118) – византийский император. Жестоко преследовал ереси павликиан и богомилов.

десять тысяч своих еретиков. А сколько человек он спалил на кострах, и вовсе не сосчитать. Разумеется, все это по требованию церкви. Так что и там она зверствует. Но в тех краях инакомыслящие, может, и выживут, а в наших…
Он вежливо повернул своего коня ближе к обочине и учтиво уступил дорогу большому крестьянскому возу, нагруженному всякой домашней утварью, едущему навстречу. На целой горе всевозможного скарба гордо возвышался совсем юный широкоплечий малый в белой рубахе. Остальные домочадцы шли возле телеги.
1 2 3 4 5 6