А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Что случилось одиннадцать раз.
Теперь стало понятно, почему они предпочли бросить основные силы с севера – здесь их прикрывали гребни кратеров. Они могли подойти на расстояние пары километров от базы, прежде чем окажутся на открытой местности. Их усилители в боекостюмах соответствовали по возможности нашим, и километр они покрывали менее чем за секунду.
Брилл приказала открыть огонь немедленно. Скорее просто для того, чтобы снять напряжение, нанести существенный урон шансов почти не было. Хотя кого-то они, конечно, зацепили. По крайней мере, тахионные ракеты сработали впечатляюще – разворотили гребни кратеров.
Тельциане тоже стреляли, чем-то очень похожим на наши тахионные ракеты. Но попадали они редко, все наши люди были защищены траншеями, а если ракета не встречала препятствия, она продолжала двигаться по прямой и уносилась в бесконечность. Удалось им подбить переносной лазер, и сотрясение, просочившееся к нам сквозь скалу, заставило меня пожелать более глубокого убежища. Хотя бы метров на двадцать.
Гигаваттные лазеры по-прежнему не желали нацеливаться, и толку от них не было совсем. Тельциане предусмотрительно избегали секторов поражения. Но это было, как оказалось, к счастью, потому что Чарли отвлекся от лазерных мониторов и взглянул на демонстратор.
– Проклятье!
– Что там, Чарли? – Я не отрывал взгляд от мониторов. Ждал какой-нибудь неприятности.
– Корабль, крейсер – он исчез! – Я поднял голову. Он был прав – сияли только красные точки десантных катеров.
– Куда же он девался? – логично поинтересовался я.
– Сейчас посмотрим. – Он запрограммировал дисплей на обратное развертывание записи и уменьшил шкалу масштаба. Показалась точка крейсера и рядом с ней три зеленые точки – наш «беглец» атаковал противника всего двумя робоснарядами. Но ему помогали законы физики. Вместо того чтобы войти в поле коллапсара, он обогнул его по У-образной орбите и выскочил с другой стороны на 0,9 световой. Робоснаряды шли на 0,99 световой и мчались прямо на крейсер тельциан. Наша планета находилась в тысяче световых секунд от коллапсара, поэтому у тельциан было всего десять секунд, чтобы засечь наш штурмовик и робоснаряды. А на такой скорости особого значения не имеет, что вас поразит, – нова-бомба или гайка.
Первый робоснаряд уничтожил крейсер, второй врезался в планету. Штурмовик прошел всего в паре сотен километров над поверхностью и унесся в пространство, тормозя на двадцати пяти «же». Месяца через два он вернется назад. Но тельциане не собирались ждать так долго. Они уже довольно близко подобрались к нашим траншеям, чтобы обе стороны могли начать действенный лазерный огонь, но продолжали оставаться в зоне огня гранатометов и ракет. Солидных размеров скала становилась для противника хорошим прикрытием от наших лазеров, гранаты и ракеты же уничтожали их десятками.
Поначалу люди Брилл имели громадное преимущество: укрывшись в траншеях, они несли потери только от случайного удачного выстрела или слишком хорошо пущенной гранаты (тельциане бросали их вручную – и на несколько сот метров). Мы потеряли четверых, зато противник, похоже, лишился половины состава.
Теперь же основная часть тельциан имела возможность использовать кратеры и воронки как укрытия. Бой постепенно перешел к индивидуальным лазерным дуэлям, лишь изредка вступали гранаты и ракетометы. Но ведь глупо было бы тратить тахионную ракету на одного-единственного тельцианина, когда неизвестно, сколько еще у них солдат в резерве.
Меня подсознательно беспокоила какая-то мысль, связанная с робоснарядом, что врезался в планету. Теперь, с затишьем, я понял, наконец, в чем дело.
Когда робоснаряд столкнулся с планетой на собственной скорости, что получилось в результате? Я задал вопрос компьютеру, выяснил, какая в результате столкновения высвободилась энергия, потом сравнил данные с геологическими сведениями в памяти машины.
Энергия столкновения в двадцать раз превосходила самое мощное землетрясение из когда-либо зарегистрированных.
– Все наверх! Немедленно! – Я врубил общую частоту связи. Прихлопнул кнопку, включавшую автоматическую дегерметизацию и шлюзование и отрывавшую тоннель, что вел из Координаторе кой на поверхность.
– Что за черт, Уиль…
– Землетрясение! Уходим! Сколько у нас времени?
Холлибоу и Чарли поспешили за мной. Кот остался сидеть на столе, равнодушно умываясь, и у меня мелькнула безумная мысль посадить его в свой боекостюм – таким образом кота перевезли на базу. Но он не выдержал бы в нем и нескольких минут. Куда разумнее и милосерднее было бы испарить его одним лазерным импульсом. Но тут дверь задвинулась, и мы начали взбираться по лестнице. Всю дорогу и немного дольше меня не покидала мысль о несчастном животном, погибшем под тоннами обломков, медленно умиравшем, пока воздух вырывался наружу.
– В траншеях безопаснее? – спросил Чарли.
– Не знаю, – сказал я. – Никогда не попадал в землетрясение. Траншею может сжать, и нас тогда раздавит.
Снаружи было удивительно темно. Дорадус уже почти опустился за горизонт, и мониторы компенсировали низкий уровень освещения.
По открытому месту слева ударил вражеский лазер, скользнул по опоре гигаваттника, извергнув сноп искр. Нас еще не заметили. Мы сообща решили, что в траншеях будет все-таки безопаснее, и тремя прыжками достигли ближайшей.
Траншею занимало четыре человека, один – серьезно раненный или уже мертвый. Оказавшись на дне, я перевел конвертор на двойное усиление, чтобы рассмотреть наших соседей. Нам повезло, здесь имелся гранатометчик, кроме того, стоял и ракетомет. Я едва разобрал имена на шлемах. Мы были в командирской траншее, но Брилл нас еще не заметила. Она осторожно выглядывала наружу, в самом дальнем конце траншеи, руководя перемещением двух фланговых отделений. Когда они благополучно достигли укрытия, она нырнула обратно в окоп.
– Это вы, майор?
– Это я, – сказал я, помедлив. Нет ли здесь тех, что жаждали заполучить мой скальп?
– Что случилось? Говорят, землетрясение? – Она не знала о столкновении робоснаряда с планетой. Я объяснил как можно кратко.
– Из шлюза никто пока не выходил, – сказала она. – Думаю, они укрылись в стазис-поле.
– До купола им не дальше, чем до шлюза. Наверное, часть не приняла мое предупреждение всерьез.
Я включил общую частоту для проверки, и тут нас накрыло.
Грунт ушел из-под ног, потом вернулся на место, подбросил нас в воздух. Я успел заметить разбросанные в беспорядке оранжевые и желтые светящиеся овалы – кратеры от взрывов нова-бомб. Приземлился я на ноги, но грунт танцевал подо мной, как бешеное животное, и устоять не было никакой возможности. С низким гулом, просочившимся в костюм, наша база рухнула сама в себя. Купол стазис-поля благополучно и грациозно переместился на новую, более низкую позицию.
Бедный кот. Я надеялся, что у остальных достало здравого смысла перейти в купол.
Какая-то фигура выбралась, пошатываясь из ближайшей к нам траншеи. Я не сразу понял, что это тельцианин. На таком расстоянии мой лазер прожег сквозную дыру в его шлеме, он сделал еще два шага и упал. Еще одна голова появилась над краем траншеи. Я снес верхушку шлема, прежде чем тот успел поднять оружие.
Я никак не мог сориентироваться. Целым остался только купол поля. Все лазеры-гигаваттники были погребены под обломками, но один включился, и ослепительный мерцающий луч пронизывал крутящееся облако испарявшегося камня.
Очевидно, я оказался на вражеской территории. Ступая по трясущейся земле, я направился к куполу.
Я не мог связаться ни с кем из взводных. Все они, кроме Брилл, ушли, наверное, в купол. Я вызвал Холлибоу и велел выгонять всех из купола наружу. Если следующая волна атаки не уступит по численности первой, нам понадобятся все люди.
Толчки постепенно затихли, и я наконец добрался до «своей» траншеи – это была, так сказать, кухонная траншея, так как ее занимали только Орбан и Рудковский.
– Похоже, вам придется начинать с нуля, рядовой.
– Это ничего, сэр.
Загудел вызов. Это была Холлибоу.
– Сэр, в куполе только десять человек.
– А остальные? Не ушли с базы? – времени у них было вполне достаточно.
– Я не знаю, сэр.
– Ладно. Произведите расчет и дайте мне данные по численности, чем мы располагаем. – Я еще раз попробовал частоту взводных, снова молчание.
Мы выждали несколько минут, но враг признаков активности не подавал. Видно, ждал подкреплений.
– Сэр, мне ответило пятьдесят три человека. Наверное, некоторые без сознания. – Это Холлибоу.
– Хорошо. Пускай не сводят глаз…
И тут пошла вторая волна атаки. Десантные катера выскочили из-за горизонта. Они тормозились, развернувшись в нашу сторону.
– Ракетометы – огонь! – завопила Холлибоу. Но никто еще не успел добраться до запускателя или до гранатомета. Лазер на таком расстоянии особого вреда причинить не мог.
Размерами эти катера в четыре или пять раз превосходили катера первой волны. Один из них опустился в километре от нас, едва успел замереть на месте, как началась высадка. Тельциан было более полусотни, очевидно, 64. Умножить на восемь – получается 512. Нам их не удержать.
– Слушайте все, говорит майор Манделла. – Я старался говорить спокойно и негромко. – Сейчас мы отступим под защиту стазис-поля. Быстро, но сохраняя порядок. Те, кто относится к четвертому и второму взводу, – прикрывают отход первого и третьего. Первый и третий, отойти на половину расстояния до купола и дать прикрытие второму и четвертому. Они дойдут до самого купола и прикроют потом вас.
Не следовало употреблять это слово «отступление», его в уставе не имелось. Рефлекс ретрограда. Ретроградом оказался не только я. Стрелять начали всего восемь или десять человек, остальные бросились наутек. Орбан и Рудковский исчезли мгновенно. Я сделал несколько выстрелов, тщательно целясь, добежал до края траншеи, вылез наверх и направился к куполу.
Тельциане пускали ракеты, но большинство из них шли слишком высоко. Двоих все же разорвало, когда я покрыл почти половину расстояния до купола. Я укрылся за обломком скалы и осторожно осмотрелся. Только два или три тельцианина находились в пределах лазерного огня, и я решил, что лучше зря не выдавать себя. Добежав до границы стазис-поля, я обернулся и начал стрелять. Почти сразу стало ясно, что я только привлекаю к себе внимание, потому что к куполу бежал только еще один человек.
Почти рядом со мной пронеслась ракета, я мог бы ее коснуться. Тогда я напружинил ноги, оттолкнулся и финишировал внутри купола в не очень благородной позе.

Глава 7

Ракета, которая едва не задела меня, плавно проплыла сквозь серые сумерки купола, слегка приподнявшись в самом конце, когда она исчезла за противоположной границей поля. Оказавшись на той стороне, ей было суждено мгновенно испариться, так как вся энергия, потерянная ею при вторжении в стазис-поле, должна была вернуться в виде тепла. У самого входа в купол лежало девять мертвых. Этого следовало ожидать, хотя такие вещи заранее не говорят солдатам.
Боекостюмы их были в порядке – иначе они не добрались бы до купола, – но в неразберихе боя и отступления была повреждена особая изолирующая прослойка, предохранявшая от воздействия стазис-поля. Едва они оказались внутри поля, как вся электрохимическая активность в их организмах прекратилась, и они погибли на месте. И поскольку ни одна молекула не могла двигаться здесь быстрее, чем со скоростью 16,3 метра в секунду, они тут же замерзли до каменной твердости, температура их тел установилась где-то около 0,426 по Кельвину.
Я решил пока не переворачивать их, чтобы узнать имена. Потом. Нужно было сначала развернуть хоть какую-то оборону, пока тельциане не проникли в купол. Если они только выберут этот вариант.
Красноречивыми жестами я собрал людей в центре купола, у хвоста шлюпки, где хранилось оружие.
Оружия было вдосталь, так как наша численность уменьшилась в три раза. Раздав всем шпаги и щиты, я начертил на снегу вопрос: «Хорошие лучники, поднять руку». Вызвалось пятеро, я назначил еще троих, чтобы использовать все луки. Двадцать стрел на каждый лук. Это было самое эффективное оружие в наших условиях несмотря на медленный полет, стрелы были почти невидимы и разили насмерть: наконечники были с алмазным острием.
Я расположил лучников вокруг шлюпки (посадочные опоры дадут им дополнительную защиту) и между каждой парой лучников поставил других людей: копейщиков, наличников, солдата с алебардой и дюжину метателей ножей. Теоретически мы таким образом могли встретить врага на любой дистанции – от границы купола до рукопашной.
На самом же деле при таком соотношении сил – 600 против 42 – они могли бы входить в поле с камнями вместо копий и щитов и закидать нас, как говорится, шапками.
Если они только уже знакомы были со стазис-полем. Мы ждали несколько часов. И даже начали уже скучать, насколько вообще это возможно в ожидании смерти. Поговорить нельзя, смотреть не на что, кроме серой стены купола, серого снега, серого корпуса шлюпки и однообразно серых солдат.
Некоторые, еще заинтересованные боем, следили за нижним краем поля, ожидая появления противника. Поэтому мы несколько секунд не могли сообразить, что происходит, когда началась атака. Облако дротиков пронзило стенку купола, направляясь точно к его центру.
Щиты были достаточно большие и прикрывали человека почти полностью, стоило лишь присесть. Те, кто в этот момент повернулся спиной к месту атаки или Дремал, могли надеяться только на удачу – предупредить их не было возможности.
Нам повезло, мы потеряли всего пятерых. В том числе одного лучника, Шубика. Я поднял его лук, мы ожидали немедленной атаки самих тельциан.
Они не спешили. Полчаса спустя я прошел вдоль цепочки солдат и жестами объяснил, что в случае нападения каждый должен подтолкнуть стоящего справа.
Именно это спасло мне жизнь. Вторая туча дротиков появилась с другой стороны несколько часов спустя. Я почувствовал толчок, толкнул соседа справа, обернулся и увидел, как летят дротики. Я едва успел прикрыться щитом. Положив на снег лук, я начал вытаскивать застрявшие в нем дротики, когда началась настоящая атака.
Невероятное, жуткое это было зрелище. Около трехсот тельциан одновременно вошли в купол, плечом к плечу, взяв нас в кольцо. Они шагали вперед, у каждого имелся круглый щит, едва прикрывавший его массивную грудь. Они метали дротики. Я поставил щит вертикально перед собой, у нижнего края имелось специальное ребро, и, выпустив первую стрелу, понял, что у нас есть шанс. Стрела ударила тельцианина в центр щита, пробила его насквозь и пронзила изоляцию его костюма.
Это было избиение. Дротики никакого вреда нам не причиняли, хотя когда один из них проплыл у меня над головой, появившись из-за спины, по коже пробежали мурашки.
Двадцатью стрелами я убил двадцать тельциан. Когда кончились стрелы, я попытался бросать их же дротики, но тельцианские щиты оказались непроницаемыми для их наконечников.
Половину тельциан мы уничтожили стрелами и копьями прежде, чем они подобрались к нам на расстояние рукопашного боя. Я вытащил шпагу и приготовился. Их все еще было в три раза больше, чем нас.
Когда до тельциан осталось метров десять, в бой вступили метатели ножей-чакр. Хотя летящий диск ножа легко было заметить и ему требовалось полсекунды, чтобы покрыть расстояние до шеренг противника, большинство тельциан попыталось закрыться щитами. Тяжелые, острые, как бритва, ножи пробивали щиты словно картонки.
В рукопашную первыми вступили наличники. Палица достигала двух метров в длину, на конце ее имелось обоюдоострое лезвие. Но с ними тельциане расправились хладнокровно – они просто хватали это лезвие и умирали. Пока человек пытался вырвать палицу из мертвой хватки трупа, второй тельцианин, вооруженный метровой длины ятаганом, делал шаг вперед и убивал его.
Кроме ятаганов, у них имелось что-то вроде резинового лассо – эластичный шнур с куском колючей проволоки на конце и грузиком для метания. Это было опасное оружие, потому что, если бросающий промахивался, эластичный шнур тянул грузик и проволоку обратно и приканчивал его. Но тельциане бросали эти штуки весьма метко, целясь по не защищенным щитами ступням и лодыжкам. Став спина к спине с рядовым Эриксоном, мы ухитрились остаться в живых еще на несколько минут. Когда от тельциан осталось дюжины две, они просто повернулись кругом и замаршировали обратно. Мы побросали им вслед дротики, убили еще троих, но преследовать не решились.
Нас оставалось двадцать восемь. Убитых тельциан было раз в десять больше, но радоваться было нечему. Они могут повторить все сначала, со свеженькими тремя сотнями.
Мы собрали разбросанные тут и там стрелы и копья и снова заняли круговую оборону вокруг шлюпки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25