А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Она уже объяснила, что Шен — ее главная проблема, потому что камера, используемая для записи докладов вахтенного офицера, захватывает его самого и часть его консоли. Более того, пояснила она, Шен ее личная проблема. После этого Терри Чан ударила его кулаком в живот, отчего он согнулся, и ткнула коленом в грудь, заботясь о том, чтобы не оставить следов на лице.
Как напоминание о том, кто здесь главный. В отношении этого Шен не имел никаких иллюзий. Ему уже довелось познакомиться с их командиром, когда этот наглый ублюдок захватил мостик, убив предварительно четырех членов экипажа. Это произошло двенадцать часов назад. У Шена в ушах до сих пор звучали приглушенные выстрелы, доносившиеся из-за двери и сопровождавшиеся просьбами часовых открыть эту проклятую дверь, чтобы они могли вести огонь по нападающим. Лейтенант Харрис отказала им в этом и выдержала четыре смерти, отчаянно пытаясь послать на Кайфенг сигнал тревоги. В конце концов, младший офицер Дэвидсон признала, что ничего не может сделать — передатчик поврежден и требует значительного ремонта. После этого лейтенант Харрис сдала мостик врагу.
«Нет, — мысленно поправил себя Шен, — лейтенант Харрис просто сдалась».
Он оглянулся через плечо — Эллен Харрис понуро сидела в своем кресле, пристегнутая ремнем. Рядом с ней стоял ее страж. Этот человек приказал называть его командиром роты Ноном, но Шен уже дал ему кличку «Шакал». Это он последним появился на мостике в забрызганной кровью военной форме, собственноручно застрелив четырех человек, но сохраняя при этом самоуверенность нового хозяина. Это он убил из лазерного пистолета двух часовых и пригрозил, что расправится с остальными за оказанное сопротивление.
Сгорбившись в собственном кресле, думая о том, что можно предпринять, чтобы остановить их, Шен не переставал поражаться тому, как быстро Нон подчинил лейтенанта Харрис. Это произошло на его глазах, и заключительный эпизод сцены особенно крепко врезался в память. Эллен Харрис попросила Дэвидсона помочь наладить связь с «Лю». Нон поблагодарил ее и, протянув руку, провел пальцем по щеке лейтенанта. Кровь, смешанная со слезами, оставила на лице Эллен размазанное красное пятно. После этого Харрис сдалась окончательно.
Сейчас Шакал разговаривал с ней, сокрушая остатки ее воли и не подозревая, что уже добился поставленной цели.
— Где вы живете на Кайфенге? — небрежно, почти по-дружески спросил он.
— В Таррахаузе.
— Да. — Шену показалось, что он видит, как улыбнулся Шакал. — Так указано в вашем личном деле. У вас есть дети. Двое. Остаются с вашим мужем, пока вы на дежурстве? — Харрис, наверное, кивнула — голос Шакала звучал уверенно. — У вас есть их голопортреты? — Пауза… какое-то движение. — Чудесные мальчики.
В следующее мгновение Нон уже оказался за спиной Шена, неслышно пролетев пару метров.
«Если бы только у меня был кинжал, — подумал Шен. — Или хотя бы ножницы… отвертка».
Чтобы убить Шакала, хватило бы одного точного удара. Но под рукой не было ничего, и Шен чувствовал свое полное бессилие.
Нон передал голопортрет Терри Чан.
— Введите их в файл, — сказал он. — Возможные саботажники.
Шакал вернулся к пульту лейтенанта Харрис и исчез из виду
— А теперь будьте добры повторить инструкции вашей команде. Пусть знают, что вы помогаете нам.
— Станция… — Нон хмыкнул:
— Говорите повеселее. Побольше жизни. Если мне покажется, что вы пытаетесь сорвать сеанс связи, вашим детям придется ответить за это.
— Станция является собственностью Конфедерации Капеллы и обслуживает его Небесную Мудрость, канцлера Сунь-Цзы Ляо. — Голос сорвался, ее душили слезы, но Эллен тут же взяла себя в руки. — Наш долг как лояльных подданных Конфедерации заключается в том, чтобы оказывать всяческую помощь Дому Хирицу. Поэтому мы не предпримем никаких попыток, явных или тайных, сообщить о действительном положении дел на станции.
— Очень хорошо, — похвалил ее Нон. — Полагаю, можно начинать.
Пока лейтенант Дэвидсон работала на своей консоли под пристальным взглядом своего «сторожа», Шен осторожно потянулся за лежащим перед ним компьютером. Руки его дрожали. Терри Чан бросила на Шена сердитый взгляд, но, увидев, что он делает, кивнула. Должно быть, кто-то уже ввел ее в курс дел, рассказав о работе команды мостика. Каждый час дежурный у главной панели управления обязан заносить в вахтенный журнал запись о происходящем на мостике. Шен решил, что займется этим сейчас, пока Эллен Харрис записывает фальсифицированное сообщение.
Он открыл раздел «Примечания» и задумался, постукивая стилом по экрану. Что же записать? Воспользоваться возможностью, чтобы привести мысли в порядок?
08. 45. Стал лояльным подданным Конфедерации Капеллы.
Не гражданином. Подданным. Шен зажмурился, сдерживая слезы отчаяния и злости. Он вырос на Кайфенге свободным гражданином Федеративного Содружества, но всегда ощущал тесную связь со своими капелланскими, или, скорее, китайскими, предками. Чтобы не забывать об этом, достаточно посмотреть в зеркало. Темные, миндалевидные глаза. Желтоватая кожа. Густые черные волосы, которые он всегда подстригал покороче из-за работы при низкой гравитации.
А потом был еще Кайфенг, планета преимущественно сельскохозяйственного назначения. Всего четыре настоящих больших города и много фермерских поселений, где сохранялись китайские традиции, несмотря на почти тридцатилетнее правление Федеративного Содружества. Особо почитались традиции, связанные с местными праздниками и ритуалами, призванными даровать плодородие. Вот почему возрождение Супремата Сарны, соединение свобод Федеративного Содружества с китайским наследием, сохраненным и поощряемым династией Ляо, казалось воплощением мечты. Мечты его родины и его народа.
Мечты, не прожившей и года.
И от Сунь-Цзы Ляо прощения не будет. Три мира Супремата Сарны не пожелали попасть в число тех, кто приветствовал возвращение капелланского правления. В период хаоса, вызванного вторжением Ляо-Марика в пределы Федеративного Содружества, планеты Кайфенг, Сарна и Сахалин провозгласили себя независимым альянсом, стоящим в оппозиции к Конфедерации Капеллы.
И вот теперь Сунь-Цзы явился. Но не в роли освободителя, а в роли завоевателя. А в Конфедерации все, ставшие подданными в результате войны, автоматически, без учета прежнего социального положения или образования, переводятся в касту слуг. Становятся рабами, недостойными человеческого обращения и используемыми для ручного труда. Теоретически гражданство можно получить после пятидесяти лет верной службы. Но на практике гражданами становились лишь представители следующего поколения, родившиеся в условиях режима Ляо. Лишь они избавлялись от бремени принадлежности к низшей касте.
— Младший офицер Дэвидсон, вы не поможете мне?
Слова сами сорвались с его языка, прежде чем он успел все как следует обдумать. Отрывать ее от работы под пристальным наблюдением сторожей было рискованно. Кроме того, на мостике присутствовал капелланский специалист, который мог почуять что-то неладное, нарушающее привычный ритм работ.
К счастью, сама Дэвидсон не подала и виду, что что-то не так. Она сидела в стороне от остальных, ее лица никто не видел, а потому у нее было время и возможность овладеть эмоциями.
— Да, конечно, — спокойно сказала она. Шен почувствовал, как пересохло во рту. Он ощущал на себе внимательный взгляд Терри Чан, по тому, как потеплела шея, понял, что и Шакал не сводит с него глаз.
— Мне нужно угловое отклонение Кайфенга. Для записи. — Он посмотрел на Терри Чан, стараясь выглядеть запуганным и удрученным. Это оказалось не так уж и трудно. — Думаю, мне не стоит вставать, чтобы заглянуть в таблицы.
— Верно. — Дэвидсон грустно улыбнулась и кивнула. Потом посмотрела на экран. — Отметь: четыре точка два девять.
Шен сделал запись, напряженно размышляя. Зачем он это сделал? Просто посмотреть, поддержит ли его Дэвидсон? Что ж, она его не выдала. И что теперь делать с этой информацией? Все дело в том, что поделать ничего нельзя. И понять это можно было раньше, не совершая таких вот глупостей. Ему и нельзя ничего делать.
«Жди, — приказал себе Шен. — Не время пытаться отправить предупреждение. Пока все эти Хирицу не утратили бдительности. Пока сам Шакал на мостике». На «шаттле» до Кайфенга неделя пути. У него еще будет много времени, когда эти люди уйдут.
Но Шен понимал, что с каждым отправленным сфальсифицированным сообщением его воля к сопротивлению будет ослабевать, как это произошло с лейтенантом Харрис. Сотрудничество — это политика. Фраза врезалась в память еще со времен курсов Военной академии. В условиях, когда планеты постоянно переходили из рук в руки в период Войн за Наследие, перемежавшихся непрерывными пограничными стычками, население оккупированных миров часто делало выбор в пользу простого сотрудничества, а не сопротивления.
Он все еще размышлял об этом, когда ход рассуждений прервал резкий голос Шакала:
— Тишина на мостике. Эллен, приготовьтесь к записи. И не волнуйтесь, я знаю, что вы прекрасно справитесь. Сделаете то, чем будет гордиться ваша новая нация, ваша семья. Шен! Продолжайте вести запись в журнале. Пусть будет видно, что вы заняты. Всем остальным отойти назад, чтобы не попасть в камеру.
Ти By Нон и Терри Чан сели у консолей слева от Шена. Справа часовой подплыл к стене, чтобы зацепиться за что-нибудь. Капелланский специалист остался рядом с младшим офицером Дэвидсон, чье место не попадало в камеру.
— Запись, — сказала Дэвидсон.
Шен старался не слушать то, что говорила лейтенант Харрис, а говорила она о проведении ремонтных работ, давно откладывавшихся из-за большого движения через станцию. Он продолжал печатать.
08. 50. Сотрудничество — это политика.
Внезапно Шен с такой силой ударил ключом по экрану, что тот треснул. Схватив портативный компьютер, он запустил его в стоящего рядом с Дэвидсон капелланца. Прибор попал тому в ухо и отбросил в сторону. Выиграв несколько драгоценных секунд, Шен воспользовался ими, чтобы крикнуть:
— Военные силы Капеллы захватили станцию и вскоре нападут на Кайфенг. Не доверяйте дальнейшим сообщениям. Информируйте Сарну. Приготовьтесь к…
Первый выстрел пришелся в левое плечо, второй — в левый бок. Шен подался вправо, словно пытаясь убежать от боли, а голова уже кружилась от запаха прожженного комбинезона и обугленной плоти. За спиной кричала лейтенант Харрис, называя его глупым, самовлюбленным негодяем. Шену хотелось плакать и смеяться. Он посмотрел на младшего офицера Дэвидсон и прохрипел что-то невнятное.
Предупрежденная Шеном, она стояла у панели, а ее пальцы летали по клавишам, отсылая предупреждение. Ей удалось набрать все сообщение и несколько раз ударить по кнопке «Передача», прежде чем сбитый с ног «сторож» поднялся и отбросил ее от панели сильным ударом в висок. Что случилось с ней дальше, Шен не видел — Терри Чан схватила его за волосы и рванула к себе. В висок ему уткнулось дуло лазерного пистолета. Дверь открылась — на мостик хлынули враги.
«Не важно, — подумал он. — Я вас победил.
08. 55. Победил Дом Хирицу».
— Ушло? — спросил Шакал. Голос его предвещал смерть. — Сообщение ушло?
Ему ответил не «сторож» Дэвидсон, а кто-то другой.
Человек, голоса которого Шен еще не слышал:
— Нет, не ушло.
Краем глаза Шен видел только дуло пистолета, прижатое к его виску, и часть руки Терри Чан. Новый голос принадлежал женщине, и в нем чувствовались сила и власть. Шен сразу поверил ей, и его охватило отчаяние. У него ничего не получилось.
Голос зазвенел снова:
— Глупо думать, что мы не предусмотрели такую попытку. Пульт связи мостика отключен. Сообщение должно быть передано из центра связи. В записи. Вы ничего не добились.
Шен услышал, как тихонько заплакала Дэвидсон, и почувствовал, что и по его щеке ползут слезы. Нужно взять себя в руки.
— Мы пытались, — сказал он, обращаясь к невидимой женщине. — Другие узнают, что мы пытались.
— И потерпели неудачу, — небрежно ответил голос. — Эллен Харрис, докажите нам свою преданность. Вынесите приговор этим двоим. Они — ваши люди. Пусть ответят за свое преступление, или вы ответите за них.
Наступила тишина, и в душе Шена зародилась надежда на то, что лейтенант поймет их жертву. Но надежда тут же умерла, когда он услышал ее четкий ответ:
— Я предлагаю собрать обе команды у переднего стыковочного шлюза. Пусть посмотрят, как неподчинившихся выбросят в космос. Это решит проблему дисциплины.
— Да, решит. И пусть все поймут, что даже малейшая дерзость будет рассматриваться как тягчайшее преступление, караемое смертью. — После небольшой паузы голос обратился уже к Шакалу: — Вы хорошо с ней поработали, Ти. Полагаю, неприятностей больше ждать не от кого, так что передайте руководство этой операцией командиру копья Арису Суню. Ваше присутствие необходимо на борту «Тао-те».
Шен уже ничего не чувствовал, кроме полного отчаяния. В его душе поселился холод, и ему казалось, что даже боль исчезла вместе с надеждой. Но боль напомнила о себе еще раз, когда он услышал последние слова этой властной женщины:
— Передайте Арису Суню, что в награду за верную службу Эллен Харрис позволено самой открыть шлюз.
Арис Сунь вплыл в ступицу гравитационной палубы. Похожая на огромное колесо гигантской прялки — тысяча двести метров в диаметре и сорок метров в глубину, — она медленно вращалась, и войти в нее можно было только через центр, где центробежные силы проявлялись в меньшей степени.
Цепляясь за поручни, он стал пробираться к внешнему колесу, где поддерживалась стандартная терранская гравитация. По мере продвижения его вес все возрастал, и когда Арис вышел на самый дальний уровень, то весил уже шестьдесят пять килограммов. Пройдя еще немного, он оказался у двери кают-компании, занятой на время Вирджинией Йорк.
Арис был доволен собой. Не потому, что взял верх над Ти By Ноном. В душе ему было даже немного стыдно за то, что по его вине командир роты предстал не в лучшем виде и чуть было не потерял лицо. Но воля Мастера Дома должна соблюдаться, а она заключалась в сохранении элемента внезапности. И, в конце концов, Вирджиния Йорк все еще во главе Дома Хирицу, а Ти By Нон всего лишь ее офицер. Арис хорошо послужил Мастеру Дома и заслужил право быть довольным собой.
Но приятное чувство гордости удовлетворения быстро растаяло, когда, пройдя по коридорам, Арис заметил отсутствие охраны. Ощущение беспокойства и даже тревоги быстро овладело им, вытеснив легкую эйфорию. По меньшей мере один пехотинец должен стоять в конце коридора. А так как время еще раннее, чтобы Мастер Дома легла спать, то у двери надо бы находиться кому-то из младших пилотов на случай, если ей потребуется послать кого-то с поручением.
Нет, все это не имеет никакого смысла. Арис вытащил лазерный пистолет и прижался спиной к гладкой, металлической стене. Держа пистолет наготове, он проскользнул мимо закрытой двери и перескочил на противоположную сторону коридора.
Может быть, Вирджиния Йорк возвратилась на «Тао-те»? Решила, что нужно проконтролировать подготовку к нападению, или просто пришла к выводу, что в ее присутствии на станции уже нет необходимости. Мысль эта показалась Арису вполне убедительной, и он, опустив пистолет, вошел в комнату.
Почти.
Арис протянул руку к закрытой двери, чтобы нажать кнопку, и тут же отдернул ее, прежде чем панель начала отходить в сторону. Затем подождал, пока дверь закроется, и повторил ту же операцию. Из темной комнаты не донеслось ни звука. Ни намека на движение. На четвертый раз он впрыгнул с разворотом в сторону, чтобы не маячить на светлом фоне коридора.
Арис стоял, прижавшись к стене, и по-прежнему ничего не чувствовал и не слышал. Струившийся из коридора свет позволял увидеть, что в комнате никого нет. Никого живого.
Вирджиния Йорк сидела у стола, опустив голову, словно спала. Арис ощутил запах смерти, крови и расставшегося со всем плотским тела. Справа от стола, запихнутые в угол, лежали два трупа. Он стоял, опустив руку со ставшим ненужным пистолетом. Потом подошел ближе и заметил на полу лужицу крови, стекшей со стола. Арис сглотнул и заставил себя собраться, пока силы еще не совсем покинули его.
Дверь уже закрылась, а он все еще стоял, зная, что его мир снова погружается во мрак.
VII
«Шаттл» «Тао-те»
Точка перехода системы Кайфенг
Супремат Сарны
Рубеж Хаоса
11 июля 3058 г.
— Смерть Вирджинии Йорк — это тяжелая, трагическая потеря для Дома Хирицу. В течение тринадцати лет она указывала нам путь. Многие из нас не знали другого Мастера Дома. Многих из нас не было бы здесь, если бы не ее воля.
Ти By Нон сделал паузу, обведя взглядом собравшихся воинов. Арису показалось, что он немного задержался на нем, словно выделяя из всех.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29