А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Кроме того, склады могут подвергнуться ограблению в случае неожиданного нападения. Не исключено также, что кого-либо из членов комитета попытаются похитить. И тогда секрет уже перестанет быть секретом, и в космосе разведется столько кораблей, сколько червей в Батканском море.
– Я всегда считал, что чем меньшее число лиц располагает секретными сведениями, тем лучше, – заявил бадаец, похлопывая себя по квадратной голове. – И даже если все мы погибнем, Лористанзийский Банк найдет способ передать информацию нашим преемникам.
– Да, но только спустя десять лет сомнений и смуты, – отрезал Орел.
– Возможно, нам удастся договориться, что в случае катастрофы секрет автоматически становится достоянием всех пяти миров, – с готовностью отозвался шолиец. – При этом мы не будем упоминать о десятилетнем промежутке, чтобы не наводить авантюристов на Лористанзийский Банк, поскольку широко известно, что десять лет как раз являются сроком, во время которого запрещено вскрывать неиспользуемые депозитные сейфы.
– Почему бы просто не вручить все сведения самому Банку? – кисло пробормотал котонец.
Посланник Шола усмехнулся:
– На то есть несколько оснований. Предположим, катастрофа все-таки произошла. Спустя десять лет сейфы Лористанзийского Банка автоматически открываются, и глазам первого попавшегося рядового служащего предстает секрет генераторов космической энергии. Во-вторых…
– Первого аргумента вполне достаточно, – сказал котонец. – Возможно, ныне действующая система действительно самая надежная.
– Дублирование сведений призвано защитить нас в случае, если один из пакетов с чертежами будет утрачен. А то, что секретная информация поделена между представителями разных миров, является гарантией продолжительности нашего сотрудничества, так как все мы зависим друг от друга, – заметил лористанзиец.
– А теперь, – резко перебил шолиец, – перейдем к вопросу размещения пяти торговых узлов и восьмисот посреднических кораблей…
Кто-то из Сынов выступил с сообщением о нуждах его миров, что привело котонца в состояние крайнего раздражения.
– Нам на Акхабатсе придется потратить три недели на то, чтобы привести в рабочее состояние сборочный цех, – проговорил котонец.
– Этим займется наш отдел, – заметил лористанзиец.
– И не меньше недели уйдет на то, чтобы восстановить испорченный генератор, – продолжал Сын Котона. – Какой-то подлец, заметьте, с Земли, проделал на своем корабле тоннель. Этот дурак сдернул рычаг общего питания, и Акхабатс уцелел только потому, что одна из плат была снята для замены.
Лористанзиец пожал плечами, лязгнув тяжелой желтой челюстью:
– Да и шкалы, естественно, были сбиты. На что только надеялся этот идиот?
– Человеческий разум не перестает быть загадкой, – произнес в ответ Орел.
– Что у нас следующее на повестке дня? – шолиец сделал нетерпеливый жест. – Если больше вопросов нет…
– Мы завершили обсуждение всех намеченных вопросов, – подытожил посланник Бадау. – Давайте проведем обмен и разъедемся.
С этими словами он расстегнул мыслительный браслет на запястье и передал его Орлу, сидящему слева от него, который в свою очередь передал такой же браслет шолийцу; тот отдал свой лористанзийцу, лористанзиец котонцу, а котонец бадайцу.
– Теперь до следующего года, – удовлетворенно промычал Сын Бадау. – А нам на Акхабатсе предстоит еще месяц каторжной работы.
Пэдди постарался стушеваться, насколько это вообще возможно для человека, прикованного цепью к ярко освещенной платформе на астероиде. Может, поглощенные беседой посланники забудут его на крохотной планете, что в любом случае означало бы неминуемую смерть.
Если отключат гравитационное устройство, весь воздух рассеется в космическом вакууме, и он задохнется, да еще и поднимется над астероидом, прикованный к планетке. Впрочем, подобная «удача» ему не грозила. Когда все пятеро поднялись со своих мест, Блэкторн почувствовал на себе пристальный взгляд котонца. Котонец жестом подозвал охрану и отдал приказ:
– Отвяжите приговоренного от скалы и казните его.
– Должен ли я перевести то, что вы сказали, мой лорд? – насмешливо осведомился Пэдди.
Котонец проигнорировал реплику землянина. Блэкторн смотрел, как к нему приближались кудтийцы, великаны с пунцовой морщинистой кожей в черной униформе. Каждый из них был в три раза больше него самого. «Вот она, смерть», – подумал Пэдди. Как это произойдет? Пуля? Или кривой кудтийский нож, что висит за поясом у каждого из чудовищ? Или просто огромные лапы свернут ему шею?
Кудтийцы высились над человеком, проявляя не большее злорадство или враждебность, чем фермер, выбирающий цыпленка для жаркого. Один из охранников склонился с ключом у ног Пэдди и потянул за цепь, в то время как второй вцепился Блэкторну в плечо. Сердце Пэдди бешено колотилось, он почувствовал, как к его горлу подступил кисловатый вкус страха. Печально было умереть вдали от родной Земли, от рук странных безразличных существ.

Глава третья

Кудтиец высвободил ногу Блэкторна. В отчаянном рывке Пэдди упал на колени, вцепился зубами в огромную лапу присевшего на корточки охранника и, выдернув у него из-за пояса нож, вонзил его в ногу другого. Хватка кудтийца ослабела. Пэдди почувствовал это и, как заяц, стремглав выскочил из ямы.
Наблюдавший эту сцену шолиец выхватил небольшой пистолет, прицелился и выстрелил. Пэдди метнулся в сторону, всполох голубых ионов сверкнул у него над ухом.
Кудтийцы неуклюже бросились за ним. Их огромные морды не выразили ни малейшей эмоции. Очередной радиационный заряд просвистел рядом с Блэкторном, и он сделал отчаянный вираж. Мозг его бешено работал. Так можно убежать на край света. А край света уже очень близко. Куда потом? На корабль? Нет, там подстерегает шолиец с пистолетом. Куда же? На нижнее полушарие? Но они и там не отстанут от него.
Бетонная кладка разверзлась у Блэкторна под ногами, открыв перед ним залитую тусклым сиянием пропасть. Здесь, в отверстии стягивающего астероид болта, он сможет хотя бы опереться спиной о стену. По крайней мере, они не станут стрелять из опасения нарушить гравитационное поле…
Гравитация! К черту гравитацию! Плевать и на собственную смерть, и на всех остальных! Но неужели они могли оставить гравитационную систему без охраны?
Он слетел вниз по лестнице, перепрыгивая через четыре ступени, и, с трудом преодолевая плотное гравитационное поле, попал в небольшое бетонное помещение. Внутри на опорах был укреплен черный ящик в десять футов шириной, тяжелые кабели отходили от него к источнику энергии. Пэдди сделал глубокий вдох, тяжело ступая, пересек комнату и потянул на себя рычаг питания.
Генераторы остановились, и гравитационное поле растворилось. Пэдди повис в невесомости. Воздух вырывался в космическое пространство со скоростью одиннадцать футов в секунду. Невероятная сила, словно мощнейший взрыв, расперла грудь Пэдди изнутри. Воздух пробил его горло и с силой вырвался изо рта. Блэкторн почувствовал мгновенную слабость в членах и нарастающий шум в ушах и ощутил, как глаза его вылезают из орбит.
Он невероятным усилием притянул себя к рычагу и вернул его в прежнее положение, на нормальный уровень гравитации. Казалось, теперь он был полновластным хозяином в этом маленьком мире, властителем жизни и смерти. «Слишком поздно, – мелькнуло в его оцепеневшем сознании, – бесполезно что-либо предпринимать». Воздух покинул планету со скоростью звука, если не еще быстрее. Вернуть его можно было лишь гравитационным ускорением.
По крайней мере, в течение часа астероид будет пребывать в абсолютном вакууме, и за это время все живое в этом крохотном мире погибнет. Но нет – Пэдди почувствовал, что натяжение его кожи понемногу спадало и горло перестало трепетать. Он открыл рот и глотнул воздуха. Воздух – во всяком случае, в помещении – еще очень разреженный – тончайшая пленка, удержанная молекулярным притяжением и гравитацией самого астероида – просочился сквозь щели и сконцентрировался вокруг гравитационного механизма.
Пэдди с усилием поднялся по лестнице, преодолевая сопротивление, необычайно высокой вблизи механизма силы притяжения. Он ощутил, что по мере того как он удалялся от прибора, атмосфера становилась все разреженней. Едва показавшись на поверхности, он очутился практически в вакууме. В двадцати футах от него лежал распростертый в луже темной крови кудтиец. Около лодки Пэдди увидел повалившихся друг на друга пятерых Сынов Лангтрии. Блэкторн отшатнулся и в ужасе закрыл глаза.
Им было совершено самое ужасающее преступление в истории космоса. Геноцид, осквернение священных мест, предательство всей Вселенной были ничто по сравнению с тем, что он совершил. От его руки погибли Сыны Лангтрии!
Пэдди облизал опухшие губы. Обыкновенный поворот рычага потребовал от него немалых усилий. Он знал, что тюремщики прикончили бы его и даже не оглянулись, чтобы взглянуть на его предсмертные судороги. Блэкторн поднял голову и посмотрел поверх светящейся трубки на корабли посланников.
Все пять аппаратов неподвижно висели в воздухе, выстроившись в линию. Ха, неужели эти тупицы не испытывают страха? Конечно, им могли приказать не смотреть на экраны, чтобы никто из них не смог по движению губ понять, о чем идет речь.
Пэдди посмотрел на лодку с томлением влюбленного, ожидающего встречи с возлюбленной. Его глаза с лопнувшими кровеносными сосудами застилала розовая пелена, из носа текла струйка крови. Сто футов, отделявших его от лодки, показались ему тысячью. От подъема на два фута над бетонной поверхностью у него перехватило дыхание. Пэдди прислонился к крылу лодки, чтобы отдышаться и собраться с мыслями.
Как обычно выключают гравитационную систему?
В скафандре, чтобы избежать гибели в вакууме? И есть ли где-нибудь поблизости соответствующее снаряжение? Блэкторн тут же обнаружил нужный скафандр, висевший за топливным баком, и влез в него с поспешностью, на которую только был способен в теперешнем своем состоянии.
Надев на голову прозрачный шлем, Блэкторн открыл подачу кислорода. Ах, как сладок чистый плотный воздух, словно глоток ключевой воды!
Однако у Пэдди не было времени насладиться полнотой дыхания. Вперед – если не хочешь угодить в нервно-паралитический скафандр. Блэкторн впрыгнул в лодку и пронесся над погибшим миром. Заметив тела Сынов, он приостановился. На костлявом предплечье шолийца что-то блеснуло. Пэдди наклонился и снял с его руки золотой браслет. Такие же браслеты были у котонца, кожаного посланника Бадау, Орла и желтого, как яичный желток, лористанзийца.
Позвякивая пятью браслетами, Пэдди взбежал на борт, поднял трап и сел в кресло пилота. Он осмотрел панель управления и, найдя рычаг регулирования высоты, поднял аппарат в воздух. Держась на, небольшой высоте от поверхности, он медленно направил лодку на противоположную сторону астероида.
Затем, как можно дольше оставаясь под прикрытием крохотной планеты, Блэкторн повернул акселератор, и маленький корабль взвился ввысь, ввысь, ввысь – и растворился в бездонном колодце космического пространства, усеянном звездной галькой.
А теперь, когда он на свободе, – на свободе! – надо было заняться генераторами.
Блэкторн устало откинулся на спинку кресла и погрузился в оцепенение…

***

Пэдди осмотрел корабль; блеск стекла и металла, осветителей, новейшая экипировка и отделка кабины радовали глаз. Блэкторн не мог отказать себе в удовольствии насладиться приятным зрелищем и предавался комфорту, как гурман, смакующий во рту вкус изысканного соуса.
Поднявшись с кресла, он почувствовал себя как будто заново рожденным. Эта лодка стала для него символом новой жизни и возрождения. Прошлое казалось ему настолько отдаленным, как будто Пэдди Блэкторн, заключенный тюрьмы Акхабатса, и Пэдди Блэкторн, стоящий на палубе, устланной блестящим алым покрытием, ровным, как яичная скорлупа, были совершенно разными людьми.
Пэдди хлопнул ладонями по бедрам и улыбнулся заслуженной удаче. Он радовался не только тому, что оказался на свободе, что само по себе уже немало, но и тому, что ему удалось разыграть убийственную шутку со своими палачами, великолепную шутку, которая впишет его имя в историю. Так уж устроен человек, что независимо от внешних обстоятельств радуется и горюет всегда одинаково; и торжество Пэдди ничем не отличалось от торжества бродяги, которому удалось выкупать своего обидчика в сточной канаве.
Пэдди прогуливался по кораблю, наслаждаясь доставшимся ему призом, который, видимо, был специально спроектирован для межпланетных круизов. На борту не оказалось ни больших запасов продовольствия, ни оружия.
Внутреннее убранство соответствовало назначению корабля. Предназначенная для официальных церемоний Сынов Лангтрии, лодка была отделана редкой породой дерева, произрастающего на одной из отдаленных планет, инкрустированного черными и золотисто-зелеными вкраплениями. Диван, стоявший в глубине кабины, был обит темно-фиолетовой тканью, на полу лежал красный ковер с рисунком, напоминавшим сахарные розы. Пэдди вернулся к панели управления и осмотрел навигационные приборы. Лодку сконструировали, не считаясь с затратами, и она была оснащена оборудованием, по большей части не знакомым Блэкторну. Доска приборов пестрела рычагами, шкалами, кнопками, назначения которых он не знал. Пэдди предпочел ни к чему не прикасаться, так как предполагал, что любая из кнопок могла оказаться подачей сигнала SOS.

***

Блэкторн вернулся к дивану и стал изучать светящуюся груду золотых браслетов. К каждому браслету была прикреплена тонкая квадратная пластина. Пэдди с благоговением отступил назад.
– Здесь, – произнес он, – собраны все сокровища, накопленные за всю историю Вселенной. Богатств всей Земли не хватило бы, чтобы выкупить эти браслеты…
И я, Пэдди Блэкторн, держу их сейчас в своих руках.
Ну, а теперь осталось только открыть их и узнать, как обращаться с генераторами, чтобы в следующий раз избежать взрыва…
Пэдди щелкнул по крышке первой пластины и развернул жесткий пергамент. Начертанная громоздкими бадайскими иероглифами надпись гласила:

КАМБОРОДЖИЙСКОЕ КОПЬЕ, 10.
ЗАВЕТ СУМАСШЕДШЕГО, СТРАНИЦА 100.

– Что это такое? – удивленно поднял брови Пэдди.
Он застыл в недоумении. Неужели здесь какая-то ужасная ошибка?
– Ладно, – сказал он сам себе, – сейчас разберемся.
Блэкторн открыл вторую пластину. Как и в первой, в ней содержался кусок пергамента с надписью на феразийском, которую Пэдди не смог разобрать. Тогда он взял третий браслет и, раскрыв его, прочитал аккуратную шолийскую клинопись:

ЯДРО, ЧЕРНАЯ СТЕНА.
ТРИ НАВЕРХ, ДВА В СТОРОНУ.
ОБЛУЧИТЬ: 685, 1444, 2590, 3001 АНГСТРЕМ.
ФОТОГРАФИЯ.

Пэдди со стоном нажал на пластину четвертого браслета. Там лежал ключ с выгравированным на нем лористанзийским шрифтом из перемежающихся петель и палочек посланием.
Пергамент на котонском гласил:

ТИХИЙСКОЕ ПЛАТО, ГДЕ АРМАГЕТ ПОКАЗЫВАЕТ ГЕРОЕВ ИЗУМЛЕННЫМ ЗВЕЗДАМ ПОД МОЕЙ МОГУЩЕСТВЕННОЙ ПРАВОЙ РУКОЙ.

Пэдди опустился на диван.
– Золотая лихорадка, вот что это! – воскликнул он. – Подумать только, что ради какого-то ключа я рисковал жизнью. Выкинуть их всех за борт и покончить с этим!
Однако Блэкторн обернул четыре полоски пергамента вокруг ключа и вложил его в один из браслетов, который затем застегнул у себя на запястье.
«А теперь домой! – подумал он. – Покой и тишина и никаких космических приключений, хотя…» – Пэдди задумчиво потер подбородок. Ему по-прежнему угрожала опасность. Да, ему удалось унести ноги с астероида, однако космическое пространство гудело, как осиное гнездо, от наводнивших его лангтрийских кораблей.
Погони как будто не было, но его могли легко перехватить на ближайшем посту. Предупредительные сигналы распространялись со скоростью мысли. Описание лодки и самого Пэдди к этому времени достигло уже, вероятно, самых отдаленных мест. Теперь вся Вселенная начнет охоту на Пэдди. Власти отложат расследования обыкновенных нарушений и бросят силы всех пяти миров на поимку опасного преступника, Пэдди Блэкторна.
Охвативший его минутный ужас утих и сменился мучительным беспокойством. Он уже представлял себе расклеенные в каждом баре, почтовом отделении и транспортном агентстве обитаемой Вселенной плакаты с его фотографией и обращением:

РАЗЫСКИВАЕТСЯ – ЗА МЕЖПЛАНЕТНОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ! – ПЭДДИ БЛЭКТОРН, ЗЕМЛЯНИН. ОПАСЕН!
РОСТ ШЕСТЬ ФУТОВ;
ВЕС СТО ВОСЕМЬДЕСЯТ ФУНТОВ.
ВОЗРАСТ – ОКОЛО ТРИДЦАТИ. РЫЖИЕ ВОЛОСЫ, КАРИЕ ГЛАЗА, СЛОМАННЫЙ НОС.

– А потом, – проворчал Пэдди, – появятся отпечатки моих пальцев, языка, моя психограмма. Опубликуют мои приметы с припиской:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16