А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Мы обсуждали такую версию, – сказал аль-Расул. – Слишком невероятное совпадение. Неизвестные преступники избирают для запутывания следов именно эту машину– машину грабителя музеев! Нет, господин Седар, все произошло иначе.– Не поделили добычу?– Едва ли. Я объясню. Если бы сообщник или сообщники Холбрука и его приятеля решили захватить ценности, они стреляли бы, по всей вероятности, изнутри машины – и уж во всяком случае аккуратнее. А там стреляли снаружи, из «М 16», весь «опель» Холбрука изрешетили. Найдена гильза и от пистолетного патрона – возможно, Холбрук отстреливался. Но главное – скарабей.– Почему? – удивился Седар.– Преступники перевозили похищенные экспонаты не навалом в багажнике, а в чем-то: сумке, саквояже, кейсе, так?– Конечно…– И скарабей выпал, когда эту сумку или кейс открывали. Но зачем сообщникам Холбрука открывать кейс на ночной дороге? Они бы и без того знали, что там находится. Я предполагаю, господин Седар, – и оснований для этого более чем достаточно, – что герру Холбруку элементарно не повезло. Его ограбила одна из банд, что в изобилии гнездятся в трущобах.Седар в отчаянии схватился за голову.– Но это значит, что наши экспонаты утрачены навсегда!– Нет. – Аль-Расул покачал головой. – У меня есть идея. Собственно, потому я и пришел… Мне понадобится ваша помощь.– Какая идея? – Директор подался вперед, в глазах его вспыхнул огонек надежды.– Эти банды, господин Седар, состоят, как правило, из людей крайне невежественных. Золото от меди они, пожалуй, сумеют отличить, но разобраться в истинной ценности археологических находок…– И что же?– Господин Седар, я прошу вас временно скрыть от прессы факт ограбления музея.– Зачем?Аль-Расул пристально посмотрел на директора.– Если в газетах будет объявлено, что из музея украдены очень ценные экспонаты, бандиты могут сообразить что к чему, и вот тогда мы действительно никогда не найдем похищенного. Скорее всего, они избавятся от добычи – скажем, утопят. В таких случаях осторожность часто берет верх над жадностью – ведь, попадись они в руки полиции, на снисхождение могут не рассчитывать… Но если бандиты примут содержимое кейса Холбрука за безделушки, они начнут продавать их. Вот тут-то мы и ухватимся за ниточку.– Да, я понял, – медленно проговорил Гамаль Седар. – Но это не так легко осуществить.– Почему? Об ограблении знают немногие. Предупредите их, чтобы молчали.– Я не об этом. Экспонаты… Некоторые имеют широкую известность, посетители приходят в музей специально, чтобы посмотреть на них. Например, бронзовый стилет, найденный Джулианом Прендергастом в тысяча девятьсот двадцать пятом году. Как объяснить отсутствие этого произведения искусства в экспозиции?– Мм… – Аль-Расул побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Всего было украдено сто тридцать семь экспонатов, так?– Да.– Сколько из них так же знамениты, как стилет Прендергаста?– Ну… – замялся Седар. – Может быть, десять… Двенадцать…– И можно предполагать, что на отсутствие остальных не обратят внимания?– Вероятно.– Тогда вот что, – решительно заявил аль-Расул. – Закройте пятый корпус еще на одни сутки, объясните это работами по совершенствованию экспозиции или чем хотите. За это время в полицейской лаборатории по вашим фотографиям и описаниям, под руководством ваших специалистов будут изготовлены копии тех десяти-двенадцати экспонатов. А потом помещайте их в витрины и открывайте музей.– Да, – лицо Седара просветлело, – это выход… О, как я признателен вам, господин аль-Расул, как много вы делаете для меня, для науки…– Для закона, – поправил начальник полиции. 6 В четыреста шестом номере каирского отеля «Луксор» ассистент египетско-ассирийского отдела Британского музея Дэвид Сэйл вновь развернул на столе свиток папируса, раскрыл исписанную до половины толстую тетрадь и вооружился авторучкой. Но сегодня, вопреки обыкновению, он работал недолго, не более получаса, после чего отбросил ручку, подпер подбородок ладонью и угрюмо уставился на древний папирус.Все напрасно! Еще недавно Сэйлу казалось, что он на пороге открытия – и вот он зашел в тупик.С 1822 года, когда Жану Франсуа Шампольону удалось прочесть иероглифы Розеттского камня – испещренной надписями базальтовой плиты, откопанной наполеоновским солдатом в дельте Нила в августе 1799 года, – считалось, что в египетской письменности нет более тайн для науки и не существует отныне иероглифического текста, который был бы непонятен специалисту. Но в руки Дэвида Сэйла попал такой текст! Два года назад он за бесценок приобрел в арабской лавчонке невесть как попавший туда папирус приблизительно эпохи Тутмоса I. Одного взгляда хватило Сэйлу, чтобы у него загорелись глаза. Да, это походило на иероглифы, но лишь походило! Контуры знаков разительно отличались от иератического или демотического письма. Между тем подлинность папируса не вызывала у Сэйла сомнений.Ученый предположил, что имеет дело с разновидностью жреческой тайнописи, своеобразным шифром. Разгадать этот шифр, открыть еще одну страницу истории стало целью всей научной деятельности Дэвида Сэйла. Он применял различные методы, включая компьютерный анализ, и даже добился кое-каких результатов, прочел отдельные слова… А вот дальше не продвинулся. Надпись на папирусе была слишком коротка. Вот если бы разыскать другие тексты, написанные тем же шифром! Дэвид Сэйл искал – увы, безрезультатно.В дверь постучали.– Открыто, – отозвался Сэйл.В комнату вошел тридцатидвухлетний помощник Сэйла Билл Гловер, научный сотрудник того же отдела Британского музея.– Как дела, Дэйв? – бодро спросил он.– А ты не догадываешься? – скривился Дэвид Сэйл. – Чем потешаться над бедным ученым, достал бы лучше из холодильника чего-нибудь освежающего.– Кока-кола подойдет? – Билл распахнул дверцу холодильника и перебросил банку Сэйлу, который поймал ее на лету. – А ведь я принес тебе новости, Дэйв. " – Хорошие? – Открытая банка зашипела.– Пока не знаю. Вот послушай. – Гловер развалился в кресле напротив Сэйла. – Я связался с Ричардом Харви…– А… Тот старичок, с которым ты в свое время частенько болтал по Интернету? Археолог-любитель?– Вот-вот. Я рассказал ему о нашей проблеме… – Сэйл вздрогнул, и Гловер поспешил успокоить его. – В общих чертах, конечно. Мол, имеется загадочный текст, хорошо бы найти аналог, не слышал ли он чего.– А он, разумеется, не только слышал, – съязвил Сэйл, – но и точно указал место, где этот аналог находится. Гловер хмыкнул.– Может статься, что и так.– Что? – Вальяжная поза Сэйла мигом сменилась едва ли не охотничьей стойкой.– Расслабься, – засмеялся Гловер. – Возможно, это пустышка, но наметка интересная. Старик Харви – личность чрезвычайно эрудированная, даром что любитель. Помимо всего прочего, он коллекционирует старые археологические журналы. Так вот, он выслал мне копию статьи из «Археологического журнала» за тысяча девятьсот двадцать пятый год. Называется статья «Неизвестный фараон», написал ее какой-то Джулиан Прендергаст…– Прендергаст? Постой… – Сэйл наморщил лоб, припоминая. – Ах, ну да. Был такой ученый, правда, ничего значительного он не совершил. И что же он пишет?– В тысяча девятьсот двадцать пятом году он вместе с одним французом раскопал гробницу в Долине царей – подробности узнаешь сам из статьи, она у меня в компьютере. Так вот, по утверждению Прендергаста, в склепе они обнаружили камень с непонятным текстом. Знаки напоминали иероглифы, но таковыми не являлись…– В какой музей передали камень?– В том-то и дело, что ни в какой! Арабские рабочие Прендергаста решили грабануть склеп, а там была хитрая ловушка. В общем, гробницу засыпало вместе с камнем. Прендергаст указывает точное расположение гробницы. Я проверил… Так вот, с тех пор там никто не пробовал копать!– Странно, – пробормотал Сэйл.– Да нет, ничуть. Гробница оказалась разграбленной еще в древности, так что, кроме бронзового стилета, Прендергаст ничего в ней не нашел. А завал там огромный. Кто станет тратить уйму денег и усилий ради одной плиты с каким-то текстом? К тому же она могла разбиться вдребезги.– Да. – Сэйл поднялся, поставил на холодильник опустевшую банку из-под кока-колы. – Сколько денег осталось у нас на счету, Билл?– Хочешь раскопать плиту?– Непременно… Но сначала хочу взглянуть на статью Прендергаста. Пошли к тебе. Кстати, за аренду компьютера ты заплатил?– Я заплатил за полгода вперед, и правильно сделал, – пробурчал Гловер, – потому что с твоими проектами я в скором времени не смогу заплатить и за чашку кофе.– Пустяки, Билл! Истина стоит жертв. 7 Бульдозеры натужно ревели. Не мудрствуя лукаво Сэйл решил действовать энергично. Три недели в Долине царей кипела напряженная круглосуточная работа в четыре смены – Сэйл не считался с расходами. К сегодняшнему вечеру бульдозеристы добрались до указанной Сэйлом и Гловером отметки; наступало время более тонких методов, не изменившихся с рождения археологии, – копать лопатами? потом руками разгребать песок, щебень, убирать крупные обломки…– Глуши моторы! – во все горло заорал Сэйл. Тяжелые машины замерли. Дэвид Сэйл подошел к техническому руководителю работ:– Финиш. Уводите бульдозеры. Теперь мне нужны только десять землекопов.– Как прикажете, мистер Сэйл.Бульдозеры покинули зону раскопок. Сэйл и Гловер принялись махать лопатами вместе с рабочими.Четыре часа спустя один из рабочих наткнулся на человеческий скелет. Чуть поодаль были найдены останки второго незадачливого грабителя. Сэйл подал знак отбоя и оперся на черенок лопаты.– Хватит на сегодня, ребята. Все свободны. Когда рабочие ушли, Сэйл сказал Гловеру:– Продолжаем копать. Осталось немного… Уже виден верх саркофага. Согласно статье Прендергаста, стена с тайником расположена вон там…Археологи вновь навалились на лопаты. К счастью, стена была засыпана в основном песком, крупные осколки камней попадались редко, и у Сэйла зародилась надежда, что плиту с текстом удастся отрыть неповрежденной.Стену расчистили довольно быстро. Пустая ниша тайника свидетельствовала о том, что археологи не ошиблись в выборе направления.Уровень песка понижался. Сэйл копал прямо под тайником, Гловер – правее.Вскоре лопата Сэйла ударилась обо что-то твердое, но не о каменный пол – до него еще не дошли. Сердце ученого заколотилось.– Билл…Гловер бросил лопату и опустился на колени. В четыре руки археологи принялись лихорадочно разгребать песок. Минуту спустя перед их глазами появился фрагмент плиты.– Да, Билл! – в восторге закричал Сэйл. – То самое, те же знаки!Через пятнадцать минут плита была очищена целиком. Дэвид Сэйл любовался ею, как золотоискатель редкостным самородком.– Будь я проклят, если теперь не расшифрую эти криптограммы, – заявил он. – Билл, неси фотоаппарат, он в машине.Они сделали несколько снимков.– А куда девать камень? – спросил Гловер.– Погрузим в багажник, пусть пока там полежит. Завтра объявлю о прекращении работ за отсутствием результатов. Потом несколько недель интеллектуального штурма – да, только несколько недель, учитывая мои достижения, Билл! – и научный мир будет потрясен…– Не запрягай фаэтон впереди лошади, – предостерег осторожный Гловер.– Я знаю, что говорю. Ну, берем же эту замечательную, эту чудесную, великолепную плиту. Слава Джулиану Прендергасту и старику Харви!Вдвоем они с трудом донесли камень до машины и положили в багажник. По пути в отель Гловер спросил:– Тебе понадобится компьютер, Дэйв?Арендованный учеными компьютер установили в номере Гловера, потому что Биллу частенько приходилось общаться с коллегами из разных стран, выполняя поручения занятого своими изысканиями Сэйла. Платить же за два компьютера не имело смысла – Сэйл привык работать по старинке, с авторучкой и бумагой.– Нет, пока нет, – ответил Сэйл. – Сейчас отпечатаешь снимки, принесешь их мне и можешь отдыхать.– Мне хотелось бы присутствовать, Дэйв.– Смотреть, как я буду скрипеть пером? Зачем?– Ладно, – надулся Гловер. – Пусть вся слава достанется блистательному Дэвиду Сэйлу…– Даже не думай об этом, – серьезно возразил Сэйл. – На обложке книги будут стоять два имени. Что бы я сделал без твоей неоценимой поддержки?Гловер заметно оживился и остаток пути насвистывал «Что толку трезветь, когда все равно напьешься?» из репертуара Джо Джексона.На стоянке отеля Гловер проверил, надежно ли заперт багажник (хотя воры вряд ли польстились бы на тяжеленную плиту), и умчался печатать фотографии. Сэйл получил их еще влажными.В эту ночь он совсем не спал, а в три последующие отдыхал по два-три часа. На четвертые сутки совершенно изможденный Сэйл вызвал Гловера.– Билл, мне нужны династические списки шумеров и компиляции вавилонского жреца Бероса.– Господи, Дэйв! – ахнул Гловер. – Тебе нужны не списки, а двадцать четыре часа сна!– Как скоро ты сумеешь доставить списки, Билл?– Поговорю с кем-нибудь по Интернету… Но почему шумеры, Дэйв?– Потому что… – Сэйл потер пальцами воспалившиеся веки. – Я пока не уверен, но… Похоже, что смысл этого египетского текста как-то соотносится с более древней шумерской культурой. Надо проверить, уточнить…Как только Гловер ушел, Сэйл достал из ящика стола толстую книгу, изданную в Париже в 1901 году. Это были богато иллюстрированные гравюрами и рисунками воспоминания Эмиля Бругша, открывшего в 1881 году недалеко от Долины царей (за грядой фиванских холмов) катакомбы, куда жрецы перенесли мумии многих фараонов. Таким образом жрецы, как видно, хотели уберечь останки от бесчинств грабителей…Сэйл до рези в глазах вглядывался в иллюстрации. Нетрудно было различить черты лиц хорошо сохранившихся мумий.– Рамсес Второй, – бормотал Сэйл, перелистывая страницы. – Сети Первый… Сети, Рамсес, працари шумеров… Не может быть… Я или радикально заблуждаюсь, или вообще схожу с ума…Гловер принес необходимые распечатки. Сэйл торопливо зарылся в них, не удостоив помощника ни взглядом, ни словом. Гловер тихо удалился.Сэйл ударил кулаком по столу.– Но расшифровка еще не закончена! – выкрикнул он.Однако к вечеру работа была завершена – куда быстрее, чем за две недели, ведь ученый не щадил себя.Перед ним лежали переводы текстов папируса и плиты на современный английский язык. Сэйл был убежден, что в его методы не вкралась ошибка. Однако то, что он прочел, казалось совершенно невероятным.– Но следует ли понимать это буквально, нет ли тут мистического, религиозного смысла? – вслух рассуждал Сэйл. – Но шумеры… Рамсес… – Сэйл порывисто вскочил и рухнул обратно в кресло, сраженный приступом головной боли. – К черту, – прошептал он. – Завтра в музей… Кое-как добравшись до кровати, он тут же уснул. 8 Гамаль Седар, оторвавшись от бумаг, поднял взгляд на стоявшего перед его столом Дэвида Сэйла. Они были немного знакомы – Сэйл частенько посещал археологический музей, а директор всегда радовался случаю поговорить по-английски.– Добрый день, мистер Сэйл. Чем я могу помочь вам?– Сущий пустяк, мистер Седар. Я пишу статью о Джулиане Прендергасте – полубиографическую, полунаучную… И прошу у вас разрешения поработать с его находками. Особенно меня интересует бронзовый стилет, найденный в двадцать пятом году.Сэйл не сомневался в немедленном любезном согласии директора и очень удивился, когда Седар замялся и предложил ему сесть.– Что ж, мистер Сэйл… Конечно… Но, по правде сказать, не понимаю, чем вас так привлекает стилет. Он сфотографирован, измерен, описан, внесен в каталоги. Подробную информацию о нем вы найдете в любом издании нашего музея, и не только. Хотите, я дам вам книгу, которая…– Нет-нет! Я хочу видеть оригинал.– Пожалуйста. Он в первом зале пятого корпуса. Неужели вы никогда не видели его?– Видел – за стеклом витрины. Но в руках не держал. Мистер Седар, вы ученый, как и я. Странно, что моя просьба кажется вам обременительной.В кабинете воцарилось тягостное молчание.– Боюсь, исполнить вашу просьбу невозможно, мистер Сэйл.Англичанин похолодел. Отказ! Это может означать только одно: кто-то опередил его, кто-то разгадал тайну стилета… Но тогда… По какой причине экспонат все еще в музее, а не в лабораториях специалистов?– Почему? – срывающимся голосом спросил англичанин.Гамаль Седар колебался. Копия, лежащая в музейном зале, издали выглядит убедительно, но это издали. Стоит Дэвиду Сэйлу, профессиональному египтологу, взять ее в руки, и он мгновенно распознает подделку.– Мистер Сэйл, – вкрадчивым голосом начал Седар, – не скрою, вы поставили меня в чрезвычайно неудобное положение. Но для нас с вами интересы науки превыше всего. Поэтому я прошу вас сохранить в строгой тайне то, что я вам сейчас скажу.– Обещаю, – теряясь в догадках, проговорил Сэйл.– Так вот, – вздохнул Седар, – стилета нет в экспозиции. Это копия.По спине Дэвида Сэйла пробежал холодок.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40