А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

У нас, скелетов, мало общего с плотным, то есть с плотским, то есть… короче говоря, у нас с вами мало общего. Но за предложение спасибо.
— А мне кажется, способ все-таки есть, — сказала Глоха. — Возможно, профессор имел в виду, что если ты поможешь кому-то, этот кто-то раздобудет тебе душу в каком-то другом месте.
— Не исключено, — с некоторым удивлением согласился Косто. — Только здешние края не самые приятные для одуш евленных путешественников. Душно тут очень, из-за этого вулкана, да и душ из пепла никакую душу не порадует.
— Тогда, может быть, ты пойдешь с нами? — предложила Глоха. — Вероятность встретить подходящую душу в дороге больше, чем сидя на месте. В любом случае попытка того стоит.
— Мысль неплохая, — согласился скелет. — Если, конечно, вы не против моей компании.
— Друг моего внука мой друг, — заверил его Трент.
— Ты ведь к тому же и друг кентавра Че, — заметила Глоха. — Кажется, я слышала что-то на сей счет.
— Да, мы с ним находили общий язык, — сдержанно подтвердил Косто.
— Ну что ж, давай путешествовать вместе, во всяком случае до той поры, пока ты не уяснишь точнее, как разжиться душой, — промолвила Глоха, несколько удивляясь собственной прыти. До сих пор ей не доводилось иметь дело с ходячими скелетами. Однако дело скорее всего было в том, что она все еще скучала по Синтии и подсознательно подыскивала ей замену. Косто имел репутацию надежного спутника, верного и отзывчивого товарища. Именно таким он показал себя во время путешествия с Дольфом, которому, тогда девятилетнему мальчику, без помощи и наставления пришлось бы плохо. Самые лучшие отзывы о Косто Глоха не раз слышала от самого принца. Ей казалось, что участие скелета сделает их поиск еще более увлекательным, не говоря уж о том, что Косто способен оказать им неоценимую помощь. Если странствуешь по земле, то такой попутчик может быть более чем полезен.
— А есть ли поблизости какое-нибудь живое существо? — спросил Трент.
— Только костяная блоха, от которой мне так и не удалось избавиться, — ответил Косто. — Вообще-то я стараюсь не трогать живых существ, но должен признаться, что костяные блохи меня донимают.
— Но как блоха может досаждать тому, у кого нет плоти? — удивилась Глоха.
— Костяная блоха вгрызается в кости и даже пытается добраться до мозга костей, которым она питается. А без костного мозга я не смогу оставаться в вашем мире и вынужден буду сойти со сцены. Такая перспектива меня не воодушевляет.
— В таком случае ты, наверное, не будешь возражать, если я превращу эту блоху во что-нибудь другое?
— Не только не буду, но и с удовольствием полюбуюсь ее преображением.
— Где она?
Косто указал на прогрызенное в костяной стене его жилища углубление: сидевшее там крохотное насекомое продолжало рьяно вгрызаться в кость. Трент потянулся к блохе рукой, и неожиданно на ее месте возник пирожковый куст с висевшим на ветке свежеиспеченным пирогом.
— Вот здорово! — воскликнула Глоха, только сейчас понявшая, как она проголодалась. — Только пирог аж дымится, в руки не возьмешь.
— У меня есть столовые приборы, — промолвил Косто, доставая тонкие костяные палочки. — Вообще-то я их настрогал, чтобы щели затыкать, но они могут пригодиться и вам.
— Ага, в качестве палочек для еды, — согласился Трент, ловко взяв обе палочки в одну руку.
— Ими что, есть можно? — удивленно спросила Глоха.
— Можно. Ты тоже сумеешь, только надо попрактиковаться. Косто, будь добр, сорви пирог с куста и положи на стол. Нам пора подкрепиться.
Голыми костяными пальцами скелет сорвал с ветки обжигающе горячий пирог и положил его на костяной стол. Глоха, будучи поменьше и полегче, примостилась на краешке стола, по другую сторону от пирога.
— Смотри, как это делается, — молвил Трент и, ткнув палочками в пирог, ловко извлек оттуда и поднес ко рту кусочек распространявшей дразнящий запах начинки.
Глоха тоже взялась за палочки и попыталась проделать такую же процедуру. Ухватить кусочек ей удалось, но вот донести до рта — увы. Однако сдаваться девушка не собиралась — ее подстегивали и самолюбие, и голод. Несколько попыток оказались неудачными, но в конце концов она справилась с поставленной задачей.
Дело кончилось тем, что гоблинша с волшебником умяли пирог полностью. Тренту, значительно превосходившему спутницу и ростом, и весом, естественно, досталось больше, однако и Глоха наелась досыта.
Тем временем стемнело. Косто развел из не годных больше ни на что костяных обломков костер: света и тепла он давал мало, но много и не требовалось. Все были довольны тем, что имеется.
— Думаю, нам лучше заночевать здесь, — сказал Трент. — Возможно, к утру вулкан о нас забудет.
— А почему это вас так беспокоит? — спросил Косто. — Я, например, выходя из дома, делаюсь похожим на ком из пепла, так что гора попросту не обращает на меня внимания.
— Как же мы до этого не додумались! — воскликнула Глоха.
— У вас черепа забиты мозгами, поэтому там мало места для мыслей, — сочувственно промолвил скелет.
— Должно быть, ты прав, — отозвался Трен, прежде чем девушка нашлась с ответом.
— Мы, живые существа, по сравнению с вами частенько оказываемся в невыигрышном положении. Меня, например, просто удивляет твое желание заполучить душу и присоединиться к нам. Разве ты не знаешь, что это сделает тебя смертным?
— Ну, половинка души так далеко не заведет, — возразил Косто. — Душа живого человека способна к регенерации и может восстановиться из половинки до целой, но в моем случае дело будет обстоять иначе. Моя половинка просто позволит мне постоянно проживать в Ксанфе, вне тыквы. Это единственное, что мне от нее нужно.
— Может случиться, что она предложит тебе гораздо больше того, на что ты рассчитываешь, — заметил Трент.
— Тогда я вежливо откажусь от ее предложения, — отозвался Косто. — Мне требуется одно — возможность постоянного пребывания в этом мире.
Взгляды Глохи и Трента мимолетно пересеклись, и она догадалась, о чем думает волшебник. Скелет, отроду не имевший души, просто понятия не имеет о возможных последствиях одушевления. И объяснить ему, что душа может сделать его совсем другим, скорее всего невозможно.
Но тут Глоху посетила любопытная мысль.
— Косто, а как же твои близкие, жена и дети? — спросила она. — Ведь если ты сделаешься одушевленным, а они останутся бездушными, то вас ждет разлука. Разве они смогут жить здесь, не имея душ?
— Никоим образом. Однако я надеюсь, что смогу разделить свою половинку на равные доли, чтобы и Скелли, и детишкам досталось по частице. В конце концов, мы, скелеты, не отягощены плотью, и в отличие от людей нам для одушевления требуется не так уж много.
Глоха кивнула. Это был достойный ответ. Трент превратил пирожковию в одеялию, и каждый, завернувшись в сорванное одеяло, устроился в своем уголке. Завернувшись в одеяло и пристроив головку на сложенных крыльях, Глоха нашла, что на костяном полу тоже можно устроиться с удобством, однако чего-то ей недоставало. Девушка постаралась понять, чего именно: некоторое время ей пришлось гоняться за упорно ускользавшей мыслью, но она проявила упорство и ухватила-таки беглянку. Тут-то и стало ясно, что недостает ей компании крылатого гоблина.
Глоха попыталась себе его представить. Странно, но лицо и фигура мужчины ее мечты оказались точь-в-точь как у Трента. Крылатый волшебник, да и только! Девушка понимала, что это глупо, но никакой другой образ перед ее мысленным взором не представал. В итоге ее сморил сон: ей даже показалось, будто утро наступило раньше, чем закончился вечер. Встав спозаранку, Глоха расправила крылья и, повернув коленную чашечку, отворила дверь. Створка бесшумно повернулась на гладких суставах, и девушка выглянула наружу.
Окрестности устилал толстый пепельный ковер. Выглядел он по-своему прелестно: все острые углы были смягчены, все неровности сглажены. Равнина походила на всколыхнувшееся и замершее серое моря. Сама гора не ярилась и выглядела вполне мирно, над ее вершиной клубилось лишь несколько светлых облаков.
— Ваши шляпы уже готовы, — послышался позади голос Косто. Глоха встрепенулась — она и забыла, что скелеты не спят.
— Спасибо, — промолвила девушка, принимая из его рук широкополую, сплетенную из костяной соломки шляпу. Сверху она была засыпала пеплом так, что издали ее обладатель и впрямь походил на припорошенную кочку или пепельный ком.
Крылатая гоблинша ступила за костяной порог и чуть не провалилась по колено. Пришлось раскинуть крылья и пролететь над пепельным ковром к ближайшему оврагу, где Глоха занялась тем, что лучше всего делать без свидетелей. Гора никак не реагировала: то ли сработал трюк со шляпой, то ли Попа просто спал.
По возвращении к костяной хижине она приметила цепочку тянущихся к другому оврагу следов Трента. Девушка была слишком хорошо воспитана, чтобы начать строить на сей счет догадки, однако вполне вероятно, он искал уединения по тем же причинам, что и она.
Войдя в дом, Глоха увидела раскидистую конфетницу: волшебник предусмотрительно позаботился о завтраке. Мысленно поблагодарив его, она сорвала самую большую и сладкую конфету, которую с удовольствием съела.
Затем вся троица отправилась в путь. Косто в шляпе выглядел более чем потешно, поскольку любые предметы одежды не слишком хорошо гармонируют со скелетами как таковыми, но маскировка себя вполне оправдывала. Вулкан, как видно, особой наблюдательностью не отличался и путников не замечал. Вернувшись на прежнюю тропу, они снова приблизились к подножию горы: так или иначе это был единственный возможный путь. По их приближении Попа выдул несколько басовитых нот, но это вовсе не было нападением. Шляпы надежно скрывали всю троицу, а испускать газы во сне дело самое обычное. Такое случается не только с вулканами.
Когда тропа, обогнув вулкан, пошла прямо на юг, Глоха вздохнула с облегчением.
— Уфф! Я все время боялась, что гора проснется и насыплет нам на макушки еще больше пеплу.
Земля содрогнулась. В недрах горы послышался рокот. В небо выстрелил сердитый столб дыма.
— Опа! — воскликнула девушка, чуть не назвав гору по имени. — Она меня услышала.
— Идем, не задерживаемся! — поторопил Трент. Они поспешили дальше, однако вулкан находился еще слишком близко. С ужасающим громом обращенная к ним стена конуса раскололась, и из образовавшейся щели по направлению к беглецам устремился мутный поток вулканических газов.
— Поскольку вы относитесь к живым существам, я посоветовал бы вам держаться подальше от этих испарений, — заботливо предостерег Косто. — Я видел, как они окутывали некоторых животных.
— Да? И что с ними случалось.
— Крупные неприятности. Собственно говоря, после этого их едва ли следовало называть жив отными, поскольку быть жив ыми они переставали быть очень быстро. Это из их останков я и построил свой дом.
— Ясно, — сказал Трент и помчался со всех ног. Однако тропа вела вниз по склону, и волна испарений катилась быстрее, чем он мог бежать. Глоха расправила крылья и взлетела. Она могла держаться над газами, но волшебник такой возможности не имел.
— Мне от всего этого вреда никакого, — промолвил Косто, не ускоряя шага, — но вот вам лучше принять меры. Если они у вас на такой случай предусмотрены.
— Придется мне тебя превратить, — задыхаясь на бегу крикнул Трент Глохе. — В птицу рок. Унесешь нас обоих.
— Давай, — отозвалась она, снижаясь, чтобы попасть в зону действия чар.
Газовый вал уже настигал человека и скелет, когда оба они оказались подхваченными гигантскими когтями. Потом Глоха перехватила спутников поудобнее — каждый из них оказался сидящим в сформированной согнутыми когтями клети — и стала набирать высоту. Ветер, поднятый взмахами могучих крыльев, разогнал зловонные газы, о чем она ничуточки не пожалела.
Однако вулкан разобиделся до крайности. Он выбросил в направлении Глохи струю пепла, раскаленного до такой степени, что он светился. Окажись она ближе к жерлу, этого было бы достаточно, чтобы опалить ей крылья, однако к счастью, она находилось уже у самой границы его владений. Теперь предусмотрительность волшебника девушка оценила в полной мере: преврати он ее в птицу рок раньше, гора несомненно сбила бы ее камнем или слизнула высунутым из кратера языком пламени.
Оказавшись вне зоны поражения смертоносного конуса, Глоха стала присматривать место для приземления, но птице такого размера требовалась соответствующая посадочная площадка, а на пересеченной местности таковой не обнаруживалось. Поэтому она продолжала держать курс на юг, пока, на удивление скоро, не увидела зияющую щель Провала. Этот факт вызвал у нее сразу несколько мыслей — во-первых, девушка поняла, что гигантская птица рок за один взмах крыльев преодолевает гораздо большее расстояние, чем маленькая крылатая гоблинша, во-вторых, что еще рано и она толком не выспалась, а в-третьих, что, раз она так легко и быстро долетела до Провала, то ничто не мешает ей продолжить путь тем же манером, пока они не окажутся над пещерой Кромби, исходной точки их путешествия. Оттуда можно будет отправиться на юго-восток, в указанном вторым сыном Хамфри направлении.
На лету сонную Глоху посетила светлая греза. Ей пригрезилось, будто она листает толстую книгу, но никак не может прочесть заполняющий страницы текст. Разобрать удалось лишь заголовок: «Глава 5. ХХХХХХХ». То была ее собственная история! За заголовком следовало еще несколько исписанных страниц, а вот с середины следующей главы пошли пустые. Всего в книге было пронумеровано двенадцать глав, но в последних шести никакого текста не имелось. Из чего, очевидно, следовало, что эта история еще не закончена.
Потом мелькнул невидимый хвост, и разносящая светлые грезы дневная кобылица Ромашка галопом умчалась выполнять следующее задание.
Глоха не могла не подивиться тому, что почти половина ее истории уже рассказана, в то время как поиски практически не сдвинулись с места. Из этого она сделала вывод, что как ни приятно путешествовать в хорошей компании, ей все же не мешает поторопиться.
Правда тут перед ней встал другой вопрос: а как определить местоположение пещеры Кромби? Добиралась она туда по подземным рекам, а выбиралась запутанными туннелями, и как выглядит та местность с высоты птичьего полета не представляла себе даже приблизительно. «Может быть, — подумала она, — проще будет сесть возле того места, где мы выбрались из подземного мира. Это должно быть где-то справа. А там, глядишь, Косто или Трент сообразят, куда идти дальше».
Как оказалось, птицы рок имеют прекрасное зрение, и пребывая в облике гигантской птицы, Глоха различала многие элементы ландшафта. Вскоре ей удалось углядеть окрестности пещеры Конпутера, в том числе и русалочье озеро. Это место показалось ей подходящим для приземления. По крайней мере в озере не растут деревья.
Спланировав к воде, Глоха разжала когти, и оба ее спутника плюхнулись в озеро. Девушка за них не тревожилась: скелет, которому все равно не нужно дышать, просто выйдет из озера по дну, а Тренту не дадут утонуть русалки.
Сделав круг, она убедилась в том, что не ошиблась. Три прелестницы уже окружили Трента. Правда, одна из них метнулась было в сторону Косто, но тут же повернула обратно. Должно быть, разглядела, что он не наделен интересующими ее плотскими атрибутами. Глоха ей не сочувствовала.
Со второго захода она плюхнулась в озеро сама. Плюх получился что надо, но озеро показалось ей мельче, чем виделось сверху — ноги почти мгновенно коснулись дна. Потом она сообразила, что с глубиной все было в порядке, просто при ее погружении большая часть воды расплескалась. Выплеснуло на берег и русалок, тут же принявшихся с недовольным видом приводить в порядок свои растрепавшиеся волосы.
Глоха подошла к Тренту, и волшебник вернул ей естественное обличье.
— Прошу прощение за беспокойство, — сказала она.
— Ничего, все в порядке, — процедила Ясена сквозь стиснутые зубы. — Неделя-другая, и озеро наполнится. Ну а мы что же… Нам придется пока перетоптаться на бережку.
— Быть может, так долго ждать и не придется, — отозвался Трент, после чего стал превращать облепившие дно расплесканного озера тину и ракушки в огромные, наполненные водой пузыри водяники. Стоило проткнуть такую ягодку, как из нее начинала струиться вода. Он трудился вовсю, и скоро эти струи, смешавшись со стекавшими по склонам потоками, наполнили ложе озера примерно наполовину. Русалкам это позволило вернуться в родную стихию, а Глохе и Косто смыть тину. Трента уже ополоснули струи из водяники.
— Спасибо, волшебник — прощебетала Махогония, — Думаю, ты мог бы разложить свою одежду на берегу для просушки, а сам окунуться в озеро. Мы, пожалуй, забудем о твоих годах. В конце концов выглядишь ты молодым, а о настоящем возрасте тебе ничто не мешало и умолчать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43