А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

От ярости он едва
видел Аду, однако желал ее с такой силой, о существовании которой и не
подозревал. Да, теперь он знал, что делать, - когда ему подвернется
случай.
- У-тю-тю! - пропела Ада и на этот раз действительно коснулась его
члена.
Арло исхитрился. Он не стал лезть вперед, а резко крутанулся. Кожа
содралась с обеих сторон, и казалось, даже кости сжались, но он все-таки
вырвался, выскользнул из узкого места!
Зато Ада исчезла. Теперь она была такой же быстроногой, как и он, и
знала пещеры достаточно хорошо, чтобы спрятаться. Он не смог ее поймать.
Вероятно, к лучшему. Арло заключил с Хтоном сделку, дабы сохранить
девочке жизнь, но в тот момент с радостью готов был убить ее сам.

- Миньонетка? - переспросила Кокена, и на лице ее появились морщины,
делавшие ее старше.
- Отец велел спросить у тебя, - сказал Арло, и тело его нервно
напряглось. На этот раз он был рад, что одежда помогает скрыть напряжение.
- Бедокур сказал, что миньонетка, как и саламандра, означает смерть... что
это подобия, как жизнь и смерть Атона. Он...
- Доктор Бедокур - сумасшедший, - сказала Кокена.
- Да. Он говорит, что он сумасшедший полностью, а отец - наполовину.
Только, кажется, он имеет в виду совсем не то, что мы. Но Бедокур всегда
говорит мне правду, хотя и по-своему, а он сказал, что отца посадили в
тюрьму за любовь к миньонетке. И еще он сказал, что моя бабушка была
миньонеткой, и я - четверть-миньон. Разве можно посадить человека в тюрьму
за то, что он любит свою мать? Я люблю тебя...
Чтобы удержаться. Кокена уперлась о горячую стену. Арло подхватил ее
под другую руку, боясь, что она упадет.
- Что с тобой?
Мать овладела собой.
- Как твои дела с Адой?
Кокена встречалась с Адой лишь однажды. Это было ужасно - Кокена не
выказала ни малейшей ревности и радушно протянула навстречу девочке руки -
Ада же убежала. Арло отреагировал обычной вспышкой гнева, но не смог
поймать Аду, чтобы вернуть ее или объясниться. Она обращалась с Арло,
Атоном и Бедокуром, понемногу раздражая всех, - но Кокена, которая не
имела к ней ничего, кроме любви, была отвергнута. Одна из тех вещей, что
огорчали Арло, - и все же его влекла к Аде возрастающая страсть. Словно
ему _н_р_а_в_и_л_а_с_ь_ извращенность, словно что-то в нем хотело
причинять боль и испытывать ее - и это вызывало отвращение. Подозревая,
что дело в его наследственности, он и собрался наконец спросить об этом у
матери.
- Она чертовски невыносима, - сказал он. - Но порой страшно мила. Мне
то хочется убить ее, то... - Арло осекся, неуверенный, много ли он может
себе позволить. Например, вряд ли Кокену обрадует случай в газовой
расщелине. Ничего, собственно, не произошло, но будь он чуть проворнее...
- Она юная женщина, а ты юный мужчина, - сказала Кокена. - Тебе
естественно желать ее. Это не стыдно.
В таком случае почему мать никогда не рассказывала ему про половой
акт? Очевидно, где-то _т_а_и_л_с_я_ стыд.
- Но я больше всего хочу ее тогда, когда больше всего ненавижу! -
воскликнул он.
Кокена села в кресло-качалку. Оно было из камня и передавало ее телу
тепло от стен и пола. Арло исходил от жары потом, но его мать совершенно
не потела. У нее явно был нарушен механизм теплообмена организма.
- Да, тебе пора узнать. Но должна предупредить: в этом боль - для
твоего отца, для меня, да и для тебя тоже.
- Потому что я на четверть миньон! - догадался он.
- Да. Я надеялась, что миньонская составляющая будет в тебе
подавлена, но, кажется, этого не произошло. Поэтому тебе лучше узнать
правду, чтобы уметь с этим справляться, как твой отец.
- Он любит и ненавидит _т_е_б_я_? - ужаснулся Арло. Никто не смел
ненавидеть Кокену!
Она слабо улыбнулась:
- Нет. Он никогда не причинял мне боли. Но пока он не победил свою
химеру, было очень плохо. На его руках много крови, большую часть его злых
поступков нужно выбросить из головы, потому что он не знал. Я молюсь,
чтобы на твоих руках ее не было.
- Чего он не знал? - сокрушенно воскликнул Арло. Порой его родители
были хуже Бедокура и нора и изводили его туманными ответами.
- Все началось с твоего дедушки Аврелия Пятого, отца Атона. Аврелий
женился на дочери Десятого, во всех отношениях замечательной женщине,
которую любили хвеи. Но через два года она умерла при родах, ибо в
некоторых отношениях планета Хвея весьма первобытна. С горя Аврелий
отправился в космос и там попал под власть миньонетки. Ее привлекла к
Аврелию его страшная печаль, а также чувство вины из-за того, что он ее
любит.
- Не понимаю, почему он на ней не женился?
- Миньон - запретная планета. Аврелий нарушил галактический закон,
сперва тем, что отправился туда, а потом тем, что привез Злобу к себе
домой. Так что...
- Злоба! - Это слово упоминали норны. - Что за имя?
Кокена коснулась его плеча.
- Тебе нелегко, сынок. Потерпи вместе со мной.
- Извини.
Кокена говорила об очень важном, и он не имел права ее перебивать.
Можно было отложить свои вопросы.
- У всех миньонеток такие имена. Ярость, Агония, Боль, Жуть,
Невзгода...
Арло снова едва не перебил ее, но сделал вид, что поперхнулся. Он
должен не спорить, а слушать.
Кокена улыбнулась, и он увидел в ее улыбке то, за что отец полюбил
ее.
- Да, поначалу это кажется странным. Но они верны своей природе, как
мы верны своей. Дело в том, что чувства у миньонеток перевернуты. Наша
любовь, красота, радость воспринимаются ими как ненависть, уродство,
отвращение, и наоборот. Они - чувственные телепатки и потому воспринимают
эти чувства непосредственно. Ненависть мужчины для них божественная
любовь, но любовь эта может быть смертельной. В сущности, миньонетки
бессмертны, их почти ничто не может убить, и они веками остаются красивыми
и молодыми. К тому же они похожи друг на друга, пока ты не узнаешь их
лучше. Так они и живут, пока их не настигнет чья-то любовь - и тогда они
умирают. Их имена, собственно, выражают их привязанности.
Она перевела дыхание, как бы собираясь с силами.
- Мужчины планеты Миньон близки к норме, но им приходится учиться
ненавидеть тех, кого они любят. Они бьют своих жен и даже пытаются убить,
зная, что только так сохранят их. В результате у мужчин с Миньона сильно
развиты садистские черты, связанные с любовью. Вот почему эта планета под
запретом. Такого рода любовь уже принесла в истории Древней Земли слишком
много бед и привела бы к уничтожению цивилизованных культур галактики.
Злоба оставалась с Аврелием один год и родила ему Атона. К этому
времени Аврелий смирился со смертью дочери Десятого и начал любить Злобу
без чувства вины. Он не понимал - вероятно, не позволял себе понять, - что
она бежала от его любви. Поэтому Атон рос без матери...
В культуре Миньона есть одна особенность. Женщины живут веками, а
мужчины обычно умирают в пятьдесят лет. Очевидно, за этот срок их
ненависть обращается в любовь, садизм ослабевает, и когда это происходит,
их казнят другие мужчины. Эта печальная, но почетная кончина известна под
эвфемизмом "неосторожность". Но миньонетка не становится вдовой: она
выходит замуж за своего сына.
- Ч_т_о_? - воскликнул Арло. Все его знания о человеческой культуре
убеждали его в запретности кровосмешения.
- Это естественный для них порядок, - продолжала Кокена, хотя он
видел, что она страдает от дурных предчувствий. Кокена, дочь Четвертого с
планеты Хвея, была исконно консервативной, истинным ребенком своего мира.
Однако она сумела приспособиться к своему чрезвычайному положению - к
любви полуминьона Атона. Она была терпима. - Миньонетка становится женой
своего сына, а после него - своего внука, который является ее сыном, а
после него - следующих своих потомков мужчин, хотя каждому из них она
мать. Она рожает одних мальчиков до тех пор, пока наконец не состарится.
Тогда она рожает девочку, которая и занимает ее место.
- Но если моя бабушка... - Подразумеваемое ошеломило Арло.
- Аврелий был человек, а не миньон. Он не мог принять законов
Миньона. Тогда Злоба отправилась на, поиски своего сына Атона. - Кокена
умолкла, словно собираясь с новыми силами, и на этот раз Арло отлично
понял, почему. - Ты должен понять. Она была с виду молодой красивой
женщиной, она появилась как возлюбленная, а не как мать, и он не знал...
Молодая и красивая. Это как-то сразу ослабило его отвращение. Но
второй вопрос вряд ли можно было обойти так просто.
- Мой отец Атон... женился на своей... _м_а_т_е_р_и_?
- Да. Свадебного обряда не было, поскольку ей приходилось скрывать
свою личность от властей. Официально он был помолвлен со мной, но...
- Я убью ее! - крикнул Арло, исполненный каким-то новым гневом.
- Нет. Она давным-давно умерла... к тому же она была не такая уж
плохая. Я встречалась с ней. Знала ее. То, кем она была, что она делала,
определялось ее генами, ее культурой. Все мы - плоды своей
наследственности! С объективной точки зрения нет истинного и ложного.
- Д_о_л_ж_н_о_ быть, - сказал Арло.
- Я никогда не встречала более умной, обаятельной, умелой и любящей
женщины, если не считать парадоксальной перевернутости ее чувств. Сейчас я
вижу, что миньонетка владеет в Атоне лишь его половиной, и я люблю его за
это не меньше, чем за его человеческую сторону, которая превосходна. -
Кокона вновь умолкла. - Но я любила бы его и без того...
- Атон не женился бы на тебе, будь она жива! - воскликнул Арло. - Как
ты можешь...
- Быть второй любовью не так уж плохо, - сказала Кокена. Арло
заколотило, когда он вспомнил, что то же самое сказал отец. Атон и Кокена,
такие разные на поверхности, обладали одинаковой природой и прекрасно
подходили друг другу. - Первая любовь может быть буйной, безрассудной,
тяжелой; вторая же опирается на опыт. Я жалею только о том, что миньонетке
пришлось умереть, чтобы наш брак стал возможным.
- Неужели он не женился бы на тебе, пока не умерла его мать? Я убью
его! - воскликнул Арло, содрогаясь от гнева, но понимая, что это пустое
бахвальство. У него не было ни сил, ни желания убивать отца, просто ему
хотелось выразить свою поддержку Кокене. Собственно, он стал уже
повторяться - но мысль о необходимости смерти матери для женитьбы жутким
образом засела в его голове.
- Ты - на четверть миньон, - сказала Кокона. - Убить отца... это тоже
путь миньона. Мужчин, которые живут слишком долго, убивают их сыновья,
которым не терпится исполнить свои супружеские обязанности.
От этих слов Арло похолодел. Все его недавние страсти и безумия
свелись к одному: кровь миньона жаждала в нем садистской любви.
Неудивительно, что его роман с Алой протекает так бурно! Придется все
изменить.
- Надеюсь, во мне больше от Аврелия, чем от миньонетки, - сказал
Арло. - Как я хотел бы познакомиться с этим отважным стариком!
- Его брат Вениамин еще жив - у доктора Бедекера время от времени с
ним какие-то дела. Вениамин очень похож на Аврелия.
- Да? - "Это очень интересно!" - Сумею ли я когда-нибудь встретиться
с Вениамином?
- Для этого тебе придется покинуть пещеры или ему спуститься в них. И
то и другое маловероятно.
Все верно. Очень интригующее начало, а в конце - тупик. Арло вернулся
к исходной теме:
- И все-таки ты должна быть _п_е_р_в_ы_м_ выбором Атона, а не вторым!
- Нет. Это был брак по расчету: Первый сын Старшего Пятого, Третья
дочь Старшего Четвертого. Очень выгодный с общественной точки зрения - но
мы ни разу не встречались и познакомились лишь после романа Атона с
миньонеткой. Он знал ее с самого детства. Она его первая женщина... а я
готова была быть хоть сотой, только бы последней. Познав ее, он выбрал
меня - это величайший подарок в моей жизни.
"Кокена и словом не обмолвилась против миньонетки!"
- Кто убил ее?
- Атон.
Арло вновь опешил.
- О_н_ убил свою жену... свою мать? Почему? Как?
- Своей любовью.

Арло искал Аду, желая объясниться, извиниться. Но она избегала его.
Ее золотые пряди развевались, когда она проносилась по пещерным туннелям.
Наверняка она думала, что он хочет вновь ее ударить. После заключения
договора с Хтоном она боялась не пещерных тварей, а самого Арло.
- Подожди! Подожди! - звал он. Но она не слушала.
Преследуя девочку, он далеко ушел от сада, пересек реку, в которой
обитали рыбообразные хищники, разрывающие на куски всех несведущих, и
попал в прошибающие ознобом ледяные пещеры. Он редко забредал сюда,
поскольку здесь было очень скользко и к тому же холодно. Но он не мог
отступить, пока не заставит себя выслушать.
Ада кружилась вокруг сталагмита.
- Ой! - крикнула она, когда тепло ее руки растопило сверкающий лед и
она лишилась опоры. Ноги у девочки заскользили, и она без всякого вреда
для себя изящно упала. - Ой! - повторила она и покатилась вниз по
извилистой ледяной реке на голой заднице, подняв ноги и руки и медленно
вращаясь.
Арло плюхнулся на живот и последовал за ней. Тончайший слой воды на
льду сводил трение на нет. Жар погони делал соприкосновение со льдом
весьма возбуждающим. Вид Ады, вращающейся с привлекательно раскинутыми
конечностями, возбуждал его по-иному. Первое бы он объяснил. Тогда как...
Ледяная река, покинув ущелье, впадала в ледяное озеро. Волосатые
пещерные птицы тут же упорхнули, едва на середине озера появилось двое
людей. Поверхность была покрыта обломками ледяных сталактитов. Арло сметал
их со своего пути руками и ногами и наблюдал, как они катятся и со звоном
разбиваются об отвесную обледеневшую скалу берега. Забавное зрелище, но он
попал сюда не за этим.
Скольжение Ады замедлилось. Более тяжелый Арло продолжал катиться. Он
вытянул руку и, оказавшись рядом с Алой, поймал ее за ногу и подтянул к
себе.
- Я хочу рассказать тебе о миньонетке, - выдохнул он.
Челюсть у нее очень мило опустилась.
- Ты _з_н_а_е_ш_ь_?
- Да. Я - на четверть миньон. Моей бабушкой была миньонетка Злоба. От
нее я унаследовал садистские склонности. Но их можно подавить. Мой отец
подавляет... и я тоже буду. Я люблю тебя.
На мгновение Арло показалось, что Ада не так его поняла. Ее лицо
перекосилось от притворной боли.
- Что с тобой? - спросил он, и в нем вспыхнуло прежнее раздражение. -
Я сказал, что люблю тебя! - А внутри он гадал, правда ли это, или же
замечание Кокены о буйстве первой любви служило предупреждением. Никогда
раньше он не испытывал такого рода любви...
Вдруг Ада улыбнулась. Она протянула руку и ущипнула его за самое
нескромное место.
- Докажи!
И тут же уперлась в него ногами и с силой оттолкнулась.
Девочка покатилась по льду в одну сторону, он - в другую. Ее поступок
был по-своему забавен и однако же приводил Арло в ярость. В любом случае,
это вызов. Он непреклонно будет доказывать свою любовь - зная, что не в
шутку угрожает своей четвертинке миньона, он, тем не менее, решился.
Арло достиг каменной стены, уперся в нее ногами и оттолкнулся. Его
понесло в обратную сторону, к Аде. Но она успела оттолкнуться от
противоположной стены и проскочила мимо него.
- Ку-ку, глупышка! - крикнула она, весело махнув рукой.
Арло становилось все жарче, а его ягодицам - холоднее. Он достиг
стены и оттолкнулся под таким углом, чтобы попасть прямо на нее. Но
девочка вновь миновала его, приведя Арло в бешенство.
- Плохо стараешься! - воскликнула она.
Полный решимости, он придумал стратегию получше. До того, как
оттолкнуться от стены, он посмотрел, в каком направлении движется она, и
выбрал угол так, чтобы пересечь линию ее движения. Ада была не в силах
изменить его, так как скользила по инерции, и когда они наконец
поравнялись, Арло схватил ее за длинные волосы.
Он безжалостно дернул, и ее волосы погасили их инерцию. Когда она с
разинутым ртом и вытаращенными глазами закружилась вокруг него, он об этом
пожалел. Но Ада лишь рассмеялась, а он опять разъярился.
Арло подтащил девочку к себе. Она охотно позволила это сделать: ноги
у нее были раздвинуты, с пяток капала холодная вода, ягодицы белели в тех
местах, где их охладил лед.
Ада поцеловала его, мгновенно пробудив в нем жажду ее тела, затем
уперлась ступнями ему в живот и снова отпихнулась.
Но дважды на одну уловку он не попадется! Арло по-прежнему держал
девчонку за волосы. Она взбрыкнула, но никуда деться от него не смогла.
Арло подтянул ее обратно, пытаясь обхватить распростертые руки и манящие
ноги.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24