А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

- Покачивая бедрами, мимо Стаса продефилировала Наташка.
- Да так, с одним козликом бесед
ую.
- Ты про кого это? Про меня?… Ах ты, сучара болотная!
Стас, поморщившись, положил трубку.
- Ну вот. Надыбал дельце на свою голову.
Пройдя в комнату, он включил компьютер, с ходу зарядил справочным компакт-диском. Совершив ряд незамысловатых манипуляций, извлек адрес Чипиного отца.
Спасибо господам пиратам! Благодаря им с информацией стало значительно проще при наличии денег. Удовлетворенно насвистывая, Зимин аккуратно переписал адресок все на тот же блокнотный лист, свернул его пополам и сунул в нагрудный карман.
- Вот так, зяблик. Кое-что и мы вычислять умеем.
Приблизившаяся сзади Наташка прижалась к нему грудью, порывисто обняла.
- Опять собираешься проливать чью-то кровь?
- А что делать? Приходится. Куда ни плюнь, кругом одни доноры.
- Обидно.
- Еще бы. Кровь проливать всегда обидно. Даже порезав палец. Про какое-нибудь ущелье Панджшера я уже не говорю.
- А что такое - этот самый… Панджшер? - Последнее слово Наташка едва выговорила.
- Да так, заповедник один. В далекой и жаркой стране.
- Где много-много диких обезьян?
- Где много-много диких крокодилов. - Стас протянул Наташке пачку банкнот. - Бери, королева. Сделай себе какую-нибудь умопомрачительную прическу. Хотя нет, это долго. Лучше купи красивую побрякушку. Сумеешь?
- Еще спрашиваешь. Лишь бы денег хватило! - Шевеля губами, Наталья восторженно пересчитала банкноты. - А ты куда?
- Да так. Надо навестить одно парнокопытное. А то как бы оно не испортило жизнь Витюше.
- Какому еще Витюше?
- Есть тут один герой… - Зимин за шею притянул Наташку к себе, чмокнул в щеку. Она подставила губы, но ожидаемого не получила. Хмыкнув, Стас отстранил девушку. Подойдя к комоду, достал пистолет, сунул за пояс.
- В прошлый раз у тебя был револьвер.
- А сейчас мне нравится «стечкин». Я переменчив, Натали. Совсем как уральская погода. Кстати, оставь запасные ключи соседям. Пусть, что ли, рыбок прикармливают в наше отсутствие. Вернемся, устроим рыбалку.
- Боже мой, какой ты варвар!
- А я и не отрицаю.

* * *
Дверь ему, разумеется, не открыли. Сначала как следует рассмотрели в глазок, потом спросили: «Кто там?»
- Милиция. - Стас Зимин показал стеклышку глазка проездной билет. - Ваш сын нагадил у директора в кабинете. Словом, надо составить протокол, заодно и анализы взять. В смысле, значит, ДНК и резус-фактора.
Загремели засовы. В дверном проеме показалась лысоватая голова дородного мужчины. Волосатая грудь, массивная золотая цепь - словом, весь джентльменский набор. Статус лысого было определить несложно.
- Что, много нагадил?
- Прилично. Килограмма на полтора. А главное - жидко. Налицо явный дисбактериоз.
- Так… А еще разок можно взглянуть на удостоверение?
- Разумеется. Держи, крокодил. - Стас сунул мужчине завернутую в целлофан бутылку «Посольской». - Поговорим в комнате. И скажи хозяйке, чтобы приготовила какой-нибудь закуски.
- Не понял?
- А что тут понимать. - Стас посмотрел на вырванный из блокнота листок. - Ляписьев Андрей Леонидович?
- Не Ляписьев, а Ляписов.
- Вот и давай, Ляписов, не дергайся, принимай гостей, как положено. - Стас незаметным движением достал «стечкин», ткнул стволом в тугое пузо мужчины. - Да не волнуйся ты так! Я же сказал: пока хочу только поговорить.

Глава 6
Торгаш уже заканчивал свое покаянное повествование, когда коротко пискнул в кармане сотовый телефон - тот самый, что остался еще от покойного Станка. Поправив на лице маску, Лумарь вышел в соседнюю комнату.
- Ну?
- Они в парке, босс! В Зеленой роще. Развешивают по деревьям скворечники.
- Ты что, барсик, пива перебрал?
- Зуб даю! Баба с водилой внизу толкутся, а самый толстый по деревьям ползает и эти самые ящики к стволам конопатит.
- А зачем?
- Вот и мы думаем - на фига? Может, тут закидуха какая?
- Хм-м… Значит, говоришь, скворечники… - Лумарь яростно потер чешущийся под маской лоб. - Ладно, сейчас закончим тут с делами и приедем.
Отключившись, он вернулся в гостиную. Трясущимися руками заместитель директора авторынка выкладывал из потайной ниши последние денежные пачки. По белому лицу его стекали крупные капли пота, нижняя челюсть звучно клацала, выдавая отчетливую дробь.
- Видал? - Гутя, стоявший за спиной торгаша, замысловато повертел в воздухе рукой. - Стоило Шкворику чуть нажать, и раскололся гад. А минуту назад вкручивал, что ничего больше нет.
Гутя искренне ликовал, но Лумарь уже играл в иную игру - ту, которую его исполнители пока не понимали.
- Ну что же, и такое бывает. Может, человек запамятовал. - Подойдя ближе, новоявленный наставник молодого поколения шевельнул стволом «калаша» стопку купюр. - Это все?
- Чем хотите поклянусь! - Жалкая гримаса исказила лицо мужчины. - А про деньги я правда забыл. Перепрятывал месяц назад и забыл. Вот теперь вспомнил.
- Ладно, проехали. - Лумарь ощутил прилив непривычного великодушия. Автоматный ствол еще раз ерзнул, отодвигая деньги обратно к мужчине. - Забирай свою заначку. Мы не беспредельщики.
- Так я же добровольно отдаю!
- Потому и возвращаем, что добровольно. Будешь паинькой - еще и замом останешься.
- А директор рынка…
- Вот директора рынка, уж не обижайся, мы сменим. Чую, не договориться нам с ним. И еще… обещай не трепать языком. Чтоб никто и ничего до поры до времени.
- Да вы что! Чтобы я своих кому-то сдал!… - В глазах торгаша блеснула столь неподдельная преданность, что Лумарь невольно усмехнулся. «Свои» и «чужие» сумели поменяться местами в течение какого-нибудь получаса. Все-таки великая штука - страх! Людей превращает в пластилин.
- Верим, не шебуршись. - Лумарь сунул автомат в сумку. - Короче, будь на стреме, подбирай нужных людей, заноси в списочек, кого следует вычистить. А недельки через две-три готовься к смене власти.
Голова торговца с энтузиазмом затряслась.
- Понял. Прямо с завтрашнего дня и начну.
- Вот и молодец. Я ведь насчет директорства еще не окончательно решил. Может, даже тебя и поставим. Сам-то как думаешь? Одолеешь должность?
- Я, конечно, постараюсь.
- Стало быть, договорились. - Лумарь кивнул Гуте со Шквориком на выход. - Ну все, сваливаем. У пацанов новости для нас появились…
Еще через полчаса все на том же лоснящемся «пежо», к которому троица успела основательно привыкнуть и, должно быть, уже считала своим, они добрались до Зеленой рощи. Встретил их взволнованный Лешик. Размахивая длинными руками и часто путаясь, он поведал непонятную историю о скворечниках. При этом докладывал он с таким подъемом, словно рассказывал о найденных им сокровищах.
- Интересно! И сколько же они развесили этих ящиков?
- А хрен их знает. Штук, может, шесть или семь. Этот толстый хорошо по деревьям лазит. По внешнему виду даже не скажешь. Вон на ту высокую березу так сразу две штуки приладил.
- Ну-ка, дай бинокль. - Лумарь поднес мощную оптику к глазам, внимательно вгляделся. Скворечники показались ему самыми обыкновенными, возможно, несколько самодельными, но в общем подозрений они не вызывали.
- А внутрь они ничего не совали?
- Вроде нет.
Лумарь неожиданно подумал, что в качестве тайника скворечники действительно могут подойти. Один чемодан камешков - и десяток скворечников… В самом деле, почему бы и нет?
- Кто у нас вякал насчет скалолазания? Вроде ты, Гутя? - Он оглянулся на тощего напарника. - Ну что, попробуешь?
- Могу, конечно, только зачем?
- Затем, что надо бы вблизи глянуть на эти ящички. Может, что и найдем внутри.
Двинувшись вразвалочку к березе, Гутя очень скоро доказал всем присутствующим, что звание бывшего скалолаза, как и мастерство нынешнего форточника, он готов отстоять в любом честном соревновании. Уже через пять минут оба скворечника лежали на земле, а тот же Гутя пяткой разламывал их на составные части.
- Почему-то пусто… - Присев на корточки, Лумарь подобрал одну из досок, недоуменно покрутил в руках. - Что-то не вкуриваю, какого фига они их тут развешивали?
Сказать подельникам было нечего.
- Может, они потом собирались туда что-нибудь прятать.
- Тогда надо бы обратно повесить.
- Что вешать-то? Эти щепки? - Лумарь, выпрямившись, пнул раскуроченные обломки. - Ладно, дергаем отсюда. Как видно, без языка не разобраться.
- Без чего? - недопонял Лешик.
- Это, типа, без стукача, - пояснил более сообразительный Гутя. Взглянув на него, Лумарь одобрительно улыбнулся. Бывший скалолаз горделиво расправил плечи, Лешик же, напротив, заметно приуныл. В борьбе за симпатии главаря намечалась явная конкуренция, и киллер мимоходом подумал, что роль вождя ему определенно нравится. Судя по всему, молодняк его слушался, а главное - готов был слушаться и далее.

* * *
- А еще этих фуфыриков попробуй. Оливки называются. Под водяру - самое то. - Ляписов Андрей Леонидович развалился с заалевшим лицом на диване. Ковыряясь вилкой в выставленных на столик салатах, Стас Зимин расположился напротив за столом.
- Нам, братан, сразу надо было встретиться. Битый битого всегда поймет. - Ляписов подался вперед. - Ты вот не стал губешки раздувать, и я тебя уважаю. Обычное дело, полаялись - и ша! С пузырем на мировую.
- Ничего оливки. - Стас одобрительно кивнул. - С лимончиком.
- А я что говорю! Та еще бацилла. Это тебе не в кандее ногти обгладывать.
- Тут ты прав. - Стас протянул руку к бутылке. - Ну что, еще по одной?
- Давай, раз такое дело! - Ляписов примирительно махнул рукой. - Коли щенки вместе учатся, чего нам друг от дружки бегать?
- Я и не бегу.
- Молодец! Сам пришел - и молодец!
Подняв перед собой рюмку, Стас прищурился:
- Где казачишь, Андрюша? Часом, не ракетчик?
- А ты откуда знаешь? - Ляписов хитровато улыбнулся.
- По глазам догадался.
Ляписов сипло рассмеялся:
- А ты, наверное, кот. Что, угадал? Вижу, что в яблочко! Бабочки - они таких любят.
- Каких «таких»?
- Да очень уж фэйс у тебя занимательный. Кстати, откуда столько шрамов?
- Машина с деревом поздоровалась, а я мордой в стекло въехал.
- Понятно. Может, все же перекинемся в картишки? Я это дело люблю.
- Со временем нелады, - отправив в рот очередную оливку, отозвался Стас. - А то бы с удовольствием.
- Я вот что хотел спросить: где ты такую волыну отхватил?
- Хороший вопрос. - Зимин кивнул одобрительно.
- Сейчас ведь таких не выпускают.
- Уже, наверное, и не будут. Хотя машинка действительно хорошая.
Ляписов снова развалился на диване, распластал руки по пуфикам.
- Не, я в натуре говорю. Ты - парень что надо. Может, зайдешь как-нибудь к нашему бригадиру? Я познакомлю.
- А что, как-нибудь зайду обязательно.
- Давай, что ли, повторим?
- Кто же против? - Стас разлил по рюмкам остатки «Посольской». - А насчет сына все-таки послушай доброго совета. Не будешь пороть, он тебя первого подставит. Это, Андрюша, статистика. Либо на рыбалку вози, либо ремнем учи. А иначе на кой хрен ему такой отец нужен. И не заступайся в другой раз. Пусть сам выкручивается. По крайней мере, в литерку не превратится.
Ляписов с чувством протянул руку:
- Вот ей-бо! Другому бы за такие слова… А тебе верю!
Стас нехотя пожал потную ладонь, со вздохом поднялся:
- Ладно, пора мне, Андрюша. Дел еще невпроворот.
- Понимаю. Дела - это святое. Но ты завсегда заходи. Хоть даже без пузыря. - Ляписов неожиданно засмеялся. - А ловко ты насчет директора завернул! Я ведь почти поверил. Это, значит, будто он там нагадил.
- Не нагадил, так нагадит когда-нибудь. Если не будешь учить.
- Все понял. Я же сказал!
Уже в прихожей они наткнулись на Чипу - младшего из рода Ляписовых.
- Па, это тот самый… - Паренек поперхнулся от звонкой затрещины. И тут же загнусавил: - Ты чего? Он меня ремнем выдрал!
- И я сейчас выдеру! - Ляписов-старший еще раз врезал по кумполу сыну.
- Только не по голове, - предостерег Зимин. - Он же дураком у тебя вырастет. Стягивай штаны и ремнем по заду. Это проверено. А по голове не надо.
Последнее, что он видел, выходя за дверь, это распоясывающегося Ляписова-старшего. Юркое чадо кусалось и царапалось, но отцовские волосатые руки схватили чадо крепко.

Глава 7
- Диана Мещерова, директор кафе «Золотой телец». Факс, телефоны-патефоны, прочая лабуда.
- Наверное, телка его.
- Ну, телки этого мосла нас пока не интересуют…
Чуть приоткрыв глаза, Дмитрий Харитонов повернул голову. Судя по звукам, они находились в подвале. Капала где-то вода, и эхо чужих шагов отражалось от мрачного свода, теряясь в затхлой темноте. Справа и слева громоздились какие-то мешки, рулоны, ведра, пахло кирпичной крошкой и кошачьим дерьмом. Словом, местечко было еще то…
Дмитрий попытался пошевелиться и тут же поморщился. Под темечком полыхнула тяжелая пульсирующая боль. То ли сказывался удар нунчака, то ли продолжал действовать ядовитый аэрозоль. Сквозь боль пришло понимание, что в руках у них находится визитная карточка Дианы. Значит, успели, стервецы, обшарить. По давней привычке ничего секретного Дмитрий с собой не носил, однако Диана любила напоминать ему о себе, без спросу рассовывая по карманам свои усыпанные вензелями визитки.
- Гляди-ка, не подох.
Некто приземистый и плечистый подошел к жестяной бочке, набрав воды в банку, плеснул в лицо Дмитрию, опустился рядом на корточки.
- Никак очухался, баклан?
- Чего ты его спрашиваешь, и так видно, что очухался.
Холодные пальцы подцепили подбородок Дмитрия, рывком дернули. По горлу скользнуло холодное лезвие.
- Что ж, давай побазарим. Так кто ты есть, упырек?
Зрение окончательно вернулось к нему, и Харитонов разглядел двоих. Один массивный, с мрачной неподвижной физиономией, второй - высокий, с азиатскими чертами лица и кудельками темных волос на лбу. Если первый напоминал сталевара с картин давних советских времен, второй, напротив, выглядел вполне благообразно. Судя по всему, именно он и был здесь за пахана. Смуглое лицо, зауженный разрез глаз, шрам у виска в форме птички. Внешность далеко не аристократическая, однако особое выражение лица, умение смотреть пристально и тяжело выдавали в нем человека с характером. Одежка у главного также была соответствующей: костюм-тройка, фирменная рубашка, туфли с матовым блеском на чищеных носках. Из нагрудного кармана топорщилась трубка сотового телефона, на кисти болтался массивный золотой браслет с часами. Наверняка, прежде чем спуститься в подвал, этот красавец выбрался из какого-нибудь навороченного «БМВ». А этот приземистый был при нем вроде охранника-бультерьера. Впрочем, был еще и третий. Этот маячил в отдалении, и в нем Дмитрий с некоторым трудом признал недавнего обладателя нунчака. Язык во рту вяло шевельнулся. Не в силах вымолвить ни слова, Харитонов лишь качнул головой. Тот, что стоял в отдалении, шагнул ближе, не особо раздумывая, пнул под ребра. Пнул, видимо, крепко, потому что тело изрядно тряхнуло, однако боли он не почувствовал, значит, все еще пребывал в шоковом состоянии.
- Я так прикидываю, это уваровский отморозок. Зоху-то кто на шпагат посадил? Они. И Костяя шприцами нашпиговали, как ежа.
- Это они могут.
- Да точно говорю, из уваровской команды. Типа - город без наркотиков и все такое. Они же по всей стране успели о себе растрезвонить. Совсем оборзели в последнее время. Уже и ментов начали сажать.
- Может, и Чику они пришили? - подал голос мастер нунчака. - Он ведь с нашими тоже якшался. Муса, давай спросим его про Чику?
- При чем тут Чика? - Пахан покривился. - Что этот недоносок может знать!
- Спросим как следует, все скажет.
- А то мы не знаем, кто под нас копает. Дурак ты, Финик. И нечего было нас сюда вызывать.
- Так я же думал…
- Думал, важную птаху поймал? Хрена тебе! Это, Финик, не птаха, а обыкновенная сявка. Носом чую, ни с каким Уваровым он не связан. В натуре, какой-нибудь лох.
- Ничего себе лох. Варана-то он грамотно сделал.
- Твой Варан салом да шерстью оброс. Мышей ловить перестал. У тренажеров его сто лет не видели. Только и знает, что с девочками в постельке кувыркаться. Такого разве что дошколята не уделают.
- Этот на дошколенка не похож.
- Ты, стручок, на рожу его погляди! - подал голос приземистый. - Обычный лох. Нашел кого в подвал тащить! И наколок путевых нет.
- На руке вроде есть одна. Парашюты с крестом и циферки какие-то.
- Это, Финик, «вэдэвэ». Типа, значит, десантура. А циферки - группа крови. Для лепил, чтобы знали, что вливать при отключке.
- Тогда понятно… - Тот, кого называли Фиником, озадаченно поскреб в затылке. - С ним-то что теперь делать?
- Ты меня об этом спрашиваешь?
- Так ведь я это… в смысле пожеланий.
- Какие тут могут быть пожелания? Он нас видел, чем занимаемся - знает, вот и урегулируй проблему. Нам лишний головняк не нужен. - Приземистый обернулся к пахану: - Я правильно меркую, Муса?
- Правильно, Шапсо. Все правильно.
- А если его все-таки подослали? - неуверенно предположил Финик.
На лице смуглолицего отразились усталость и раздражение.
- Если его подослали, тем более стоит припугнуть недоносков. Хватит, поигрались!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34