А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

один раз переступив кровавый порог, человек по сути своей становится опасным. Значит, и во второй раз не усомнится, - переступит с большей решимостью. И тем же ножиком уже не поцарапает, а засадит его по самую рукоятку. В свое время с ним тоже так было, и лучше других он знал, как первая робость перерастает в нервное исступление, а последнее в свою очередь превращается в профессионально выверенное хладнокровие.
С внутренним напряжением он вдруг припомнил о своих тренировках с Марго, о том, с каким энтузиазмом она отрабатывала удары на тяжелых мешках. Припомнил и то, что уже на протяжении двух месяцев по тем или иным причинам ему приходилось спать с кем угодно, но только не с нею. Казалось бы, пустяк, но для обидчивых женских натур это могло стать подлинным бедствием. А уж для Марго, которую с детских лет предавали самые близкие люди, и все немногочисленные друзья которой были зверски убиты бандитами, подобное охлаждение с его стороны могло стать подлинной катастрофой. В одиночестве не живут, а выживают, и не всякий характер от этого становится добрее и покладистее. Скорее - наоборот.
Долгое время Зимин искренне надеялся, что рыжеволосая молодая красавица сумеет найти ему замену. Молодость на то и молодость, чтобы увлекаться и забывать. А уж на Марго-то кавалеры заглядывались со всех сторон. Собственно, и завлекать никого бы не пришлось, сами слетались бы десятками и сотнями. Только позови и свистни. Но ни свистеть, ни звать девушка не собиралась. Бедная дурочка любила только Стаса.
Он припомнил, как гуляли они в жаркие «медовые» дни по улицам родного города и как яркая внешность Маргариты то и дело впутывала их в разные неприятности. Порой она нарочно дразнила окружающих, словно лишний раз желала опробовать крепость его кулаков. И Стас не обманывал ее надежд, разбивая в кровь чужие губы и собственные костяшки, заставляя падать к ее ногам блатовитых стиляг и дородных качков. Уже тогда ему показалось, что все происходящее ничуть не пугает ее, приводя в неописуемый восторг. И ясно было, что уступать Мариночке Марго не будет. Как бы то ни было, но в цивилизованный диалог двух своенравных ведьмочек Зимин не очень-то верил. Потому и не стал больше ждать, погнав машину к горе Волчьей. Точного места Мариночка в своем электронном послании не указала, но Стас в этом и не нуждался. К Волчьей он сам не раз возил Марго. Очень уж красивое было место. Там же они провели одну из самых памятных своих ночей, растянув палатку среди низенького скального сосняка. Сидя на замшелых скалах, пекли на костерке картошку, восторженно встречали рассвет и, чокаясь жестяными кружками, пили пузырящееся шампанское. Видимо, там же Марго решила разобраться и со своей соперницей. То ли хотела таким образом окончательно поставить точку в своих растрепанных чувствах, то ли сознательно выбирала место подальше и поглуше.
Ехать, на ночь глядя, представлялось Зимину не самым мудрым решением, но еще сложнее оказалось сидеть и ждать неизвестности. А потому на взятом со служебной стоянки «Опеле» он, не мудрствуя лукаво, разогнался до ста сорока километров в час. Конечно, его видели на гаишных постах, конечно, ловили радарами, но ловить отчего-то не пытались. То ли было лень, то ли знали номера Харитоновских ребят. Димка был парнем свойским - умудрялся дружить и с властью, и с блатными, имел бездну друзей среди пожарников и дорожных инспекторов. «Каждому свое!» - любил восклицать на этот счет Тимофей Лосев, - «Стасику - бабы, а Димке - друзья и приятели!». Как бы то ни было, но сейчас это сослужило добрую службу, и до нужного места Зимин добрался всего-то минут за сорок.
Ночь плотным меховым одеялом окутывала землю, и только редкие звезды проблескивали сквозь пелену туч. Напряженно припоминая их давний маршрут, Стас сбросил скорость до черепашьей и вскоре свернул на проселочную дорогу. Встречные кусты царапали корпус «Опеля», какие-то зверьки выскакивали под свет фар и снова ныряли в темноту. Он не знал в точности, что именно следует искать, однако удача очень скоро улыбнулась ему. Будь это пепельный «БМВ» Лосева или вызывающе черный «жигуленок» Маркелова, Зимин наверняка бы проехал мимо. Однако не заметить среди черноты леса ослепительно белую «Мазду» Мариночки было невозможно. Резко ударив по тормозам, Стас какое-то время просидел неподвижно, потом достал из бардачка фонарь и выбрался наружу.
Играть роль следопыта в ночном лесу ему не очень улыбалось, и все же кое-какие навыки у него имелись. Стараясь не спешить, Зимин осмотрел «Мазду» со всех сторон, потрогал ладонью остывший капот, посветил фонарем внутрь. Было ясно, что пассажирки покинули машину достаточно давно. Должны были бы уже вернуться, но не вернулись. То есть если бы вернулась одна, это можно было бы еще как-то объяснить, но в том-то и заключался фокус, что обратно к машине не вернулись обе. По крайней мере, какой-то ясности он добился. Девушки приехали сюда вместе, и что-то с ними здесь произошло. В сущности, Стасу оставалась самая малость - а именно выяснить, что же именно с ними стряслось.
Опустившись на корточки и внимательно всматриваясь в почву, Зимин неспешно двинулся вперед. Ночь диктовала свои правила поиска, и он не спешил. По счастью, влажноватый суглинок неплохо хранил следы, и Стас без труда отличил спортивные кроссовки Марго от фирменных туфлей Мариночки. Благодаря остреньким каблучкам последней, сотруднику «Кандагара» удалось не потерять след до самого ручья. Здесь располагалось что-то вроде небольшой поляны, и, боясь столкнуться с самым страшным, Стас ускорил движение. Очень скоро ему пришлось споткнуться. На этот раз разволноваться его заставили иные следы - следы мужчин, перекрывавшие след девушек.
Усилием воли Зимин заставил себя остановиться. Сделав несколько медлительных вдохов и выдохов, почти насильно успокоил разогнавшийся пульс. Внимание следовало удвоить и утроить. Во всяком случае, траву он теперь исследовал справа и слева от себя, опасаясь упустить какие-либо детали. При этом бывший спецназовец не забывал бдительно прислушиваться, по опыту зная, сколь обманчивой может быть тишина. Он снова работал - и работал в полную силу.
Очень скоро общая картина прояснилась. Чужаков было как минимум двое, и какое-то время они хоронились за кустами, наблюдая за девушками. Что характерно - не плевались и не курили, и этот момент Зимину очень не понравился. Один профессионал всегда способен почувствовать близость другого, и здесь наблюдалось нечто подобное. А еще чуть погодя Стас с содроганием разглядел на жухлой траве пятна крови. Стиснув зубы, он поднялся на ноги. Луч света от мощного фонаря заметался по смолистым сосновым стволам, заиграл блестками на каплях ночной влаги. И снова ему повезло, - почти сразу он увидел то, что искал. А точнее говоря - то, чего никак не ожидал здесь увидеть. С деревьев была содрана кора, и свежие подтеки смолы еще не успели скрыть утонувшие в древесине шарики дроби. Обнаружь Стас следы пуль, удивление его было бы значительно меньшим, но стволы были обезображены не пулями, а дробью. Он знал, что у Мариночки имеется свой пистолет, как знал и то, что спортивная Марго принципиально не воспользовалась бы оружием. Но в данном случае Зимина встретило открытие иного рода - открытие по всем параметрам препоганое. Следовало признать, что шарахнуло это по сознанию более чем основательно. Устало уронив руку с фонарем, Стас вяло опустился на корточки.
Не подлежало сомнению, что на крохотной поляне близ ручья совсем недавно раздавались выстрелы. Но стреляли не из дамских пистолетиков, - стреляли дробью и стреляли из охотничьего ружья. Выводы напрашивались самые скверные. По всему выходило, что кровь принадлежала одной из девушек, а ружье… Ружье, разумеется, принадлежало обладателям мужских следов…

Глава 10
Бесшумный рыбиной «Лексус» стремительно перемещался по ночным улицам - и даже не перемещался - плыл, напоминая огромную, выбравшуюся на охоту щуку. Как обычно Магистр не поленился тщательно провериться, но хвоста, конечно же, не было. Впрочем, если бы даже был, он легко бы сумел избавиться от него. Помогли бы и мощный движок, и безукоризненное знание города.
Забавно, но в отличие от большей части россиян Магистр не испытывал привязанности к импортным машинам. Тем не менее, еще больше он не любил машины отечественного розлива. Любая механика, будь то отлаженный и пристреленный «Стечкин», компактная рация или могучая «Исудзу-Труппер», означала для него прежде всего рабочий инструмент. Оружие было необходимо, чтобы стрелять без осечек, рация - для установления надежной и помехозащищенной связи, машина - для быстрой езды. И все! Никакой сопливой лирики, никаких объятий с дешевыми наворотами и лакированным металлом! Его суровое отношение к технике усугублялось еще и тем, что машинами он пользовался достаточно часто. Потому и не желал засорять голову трухой вроде свечей зажигания, особенностей инжекторных двигателей и новомодных смесей для карбюраторов. Тому же Тренеру подобная чушь наверняка приходилась по вкусу, а вот Магистр был слеплен из иного теста. Кому-то в этом мире нравится склеивать, строить и свинчивать, люди же его типа любили только разрушать. А потому в силу названных причин он старался приобретать исключительно престижные иномарки, всерьез полагая, что дорогие машины не будут обременять его мыслями о вечном ремонте и техосмотрах. Как бы то ни было, но до сих пор подобная политика себя оправдывала. Машины Магистру служили вполне исправно, а мозг оставался девственно свеж, не допуская мучительных дум о запасных покрышках, дополнительном утеплении двигателя, о смазочных материалах. Вот и сейчас он катил по улицам на пепельном «Лексусе-400», снабженном «блатными» номерами, с удовольствием подмечая, как смущенно отворачивают взор в сторону выбравшиеся на промысел служащие ГИБДД. Да и как им было не отворачиваться, если свою долю они успели получить сполна. Практически в открытую торгуя теми же мигалками или специальными номерами, труженики дорог взимали досрочную плату за беспрепятственную езду. Сам Магистр не видел в этом ничего предосудительного. Торгуют же в метро и троллейбусах проездными билетами, вот и здесь существовало нечто подобное. Есть бабки, покупай право на проезд! И не удивляйся, когда встречные постовые будут брать тебе под козырек. В них эти правила тоже были вбиты крепко-накрепко…
Поймав глазами знакомый силуэт, он скинул скорость и, обогнав прохожего, мягко притормозил. Не изменив шага, молодой человек приблизился к «Лексусу», стремительно юркнул на заднее сидение. Магистр продолжал сидеть прямо, сложив руки на оплетенном кожей руле, даже не пытаясь оборачиваться. Без того было ясно, что каждое слово его будет услышано. Глухих и непонятливых в его тайной армии не водилось.
- Здорово, Чтец! Ты готов?
- Само собой! - скупо откликнулся послушник.
- Вот и славно. Пакет с начинкой слева от тебя, там же пульт управления. Место акции - бывший парк пионеров, центральная аллея. Клиент - мужчина пятидесяти лет, в плаще и кепке. Гулять будет с собачкой, так что узнаешь.
- Что за порода?
- Молодец, правильно спрашиваешь. Порода - доберман-пинчер.
- Круто!
- Не волнуйся, тебе с ним драться не придется. Справа по аллее расположена бетонная тумба, - на нее и поставишь устройство. Боевая часть - скрыта под жестяным дном. Бомба - в виде банки.
- Помню. Тренер нас с такими штучками знакомил.
- Тем лучше. Поставишь мину на тумбу, сориентируешь так, чтобы ударило на уровне груди. Сам с пультом будешь находиться метрах в семи-восьми.
- А меня там не достанет?
- Тренер дал гарантию.
- Ну, если Тренер…
- Сразу после сделанного уходи. А то и впрямь доберман покусает.
- Понял.
- Если понял, вылезай. Объект появится на месте минут через двадцать…
Кивнув, послушник выбрался из «Лексуса», ровным шагом двинулся в сторону парка. Проводив его оценивающим взглядом, Магистр подумал, что ученик на сей раз попался выдержанный. Не нервничал и не трусил. Да и спрашивать о жертве ничего не стал. Значит, что-либо подобное уже когда-то делал. Настоящий легионер! Кажется, и Тренер Чтеца выделял среди прочих. Наверное, имело смысл запомнить паренька.
Он снова огляделся. Пожалуй, можно было и уезжать, но сегодняшняя акция представлялась ему особой, и послушника следовало подстраховать. Подстраховать, а заодно и лишний раз проверить…
Спустя десять минут он был уже на месте. Зловещая тумба возвышалась чуть впереди, а от аллеи Магистра прикрывал лишь куцый сиреневый куст. Преграда, конечно, несерьезная, но фонари в парке не горели и если стоять неподвижно, заметить его будет довольно сложно. Тем не менее, опустив руку в карман, Магистр огладил ладонью рукоять «Парабеллума», неспешно извлек тяжелое оружие. Древнюю эту архаику он тоже не слишком уважал, но машинка работала исправно, а убойностью могла поспорить даже с могучей «Гюрзой». Наемные киллеры обычно оставляли свои погремушки на месте преступления, однако Магистр не был обычным наемником, - он сам нанимал и сам выбирал будущие жертвы. Именно по этой причине не видел особой нужды избавляться от добротного инструмента. Тем более, что использовал он оружие крайне редко. Возможно, сегодня в нем также не возникнет нужды, однако следовало предусмотреть любую мелочь, а потому привычными движениями он навинтил на ствол легкий алюминиевый глушитель, развернулся к аллее правым боком - точь-в-точь как дуэлянт прошлых веков.
Это было проделано вовремя, поскольку уже через минуту Магистр разглядел шагающего по аллее послушника. Паренек и впрямь попался тертый - возле тумбы задержался всего-то секунды на три или четыре. Должно быть, все свои действия отрепетировал загодя. Магистр даже толком не разглядел, как он выложил из кармана бомбу. Пройдя еще немного, исполнитель оглянулся по сторонам, быстро шагнул в кусты. Магистр довольно улыбнулся. Следовало признать, что в рядах салажат попадались опытные кадры. Так или иначе, но работал паренек грамотно и практически не суетился. Ждать оставалось недолго, и, прикрыв глаза, Магистр привычно отключился от всего внешнего, совершив очередной нырок в подсознание. Грудь его замерла, пульс стал вдвое реже. А еще чуть погодя уже на «всплытии» он переключил все свое внимание на слух. Постарался свернуть все звуки в узкий сектор, сосредоточившись на одном-единственном направлении. Давняя закалка не подвела. Он и сейчас угадал появление жертвы задолго до того, как всполошился послушник. Сначала Магистр услышал сопение семенящего пса, чуть позже уловил неторопливые шаги мужчины…
На этот раз они приговорили к смерти не случайную пешку, - бомба предназначалась следователю, занимающемуся делом о поджоге крестов. И пусть бы себе занимался - все равно ничего бы не накопал, но им нужна была помпа. Будет реклама, будет и отклик. Заодно и куратор самолично узнает, что они здесь не сидят сложа руки. Лишняя шумиха пойдет им только на пользу, добавит желанных очков. Правильно говорил Жирик: без прессы и телевидения террор давно бы заглох на корню. В сущности, террористы давно превратились во внештатных актеров. Они послушно играли привычные роли, и мир с азартом им рукоплескал. Так уж устроены люди, - могут скрежетать зубами и посыпать голову пеплом, однако попробуй - откажи им в показе очередной кровавой хроники, и тут же взбунтуются. Зрелище - вот что делало террористов господами этого мира. Именно они позволяли плебсу отвлекаться от скучноватой философии мира, умудряясь превращать самые целомудренные религии в эффективнейшее оружие. Вот и нечего было открывать «Америку», - его группа также станет заботиться о «грамотном» освещении событий. Тем более, что сделать это будет крайне несложно: кого нужно поправят, кому надо, дадут хорошего пинкаря, а самым сообразительным щедро отсыплют деньжат.
Само собой припомнилось, как первые его послушники проходили проверку смертью. Задача была поставлена предельно жестко: убивали во имя Клана, не имея абсолютно никаких мотивов. Кому-то предлагалось завалить «черного», кого-то науськивали на бомжей, а некоторым счастливчикам выпадало и вовсе абстрактное: подрезать седьмого по счету мужчину, выходящего из вечернего бутика. Отказчиков тогда оказалось всего трое, но и им нашлось применение. Специально для них разработали целую программу охоты и последующего уничтожения. Самое забавное, что принятый на службу молодняк ничуть не тушевался, принимая жестокие правила игры с откровенным азартом. Магистр учил их быть сильными, и, ощущая в себе проблески первой силы, они хмелели точно от наркотика. Собственно, сила и была наркотиком. Уж Магистру-то это было отлично известно, и так их учили на занятиях многоопытные инструкторы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38