А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вникнув в суть метода, Мирр одобрительно кивнул: казалось вполне естественным заполнить промежутки между кадрами показом другого фильма. Этим объяснялась необычная яркость экрана. Так или не так? Яркость экрана превышала нормальную раза в четыре… к тому же, где обещанные буйные девственницы? В этот момент сидящий рядом ангелочек хрюкнул от удовольствия.Мирр бросил на соседа подозрительный взгляд, быстро стянул с него очки, напялил на свой собственный нос… и тут же был захвачен видом вздымающейся в небывалой оргии плоти, каковой вид в сочетании с соответствующими звуковыми эффектами создал у него твердое убеждение, что если и есть в этой компании девственницы, пребывать им в этом благостном состоянии осталось считанные секунды. По телу Мирра разлилось тепло.Мальчишка потянул его за рукав.— Отдай очки!— Не отдам. — Мирр снял очки и сложил их.— Но я же заплатил тебе!— Ну и что? — твердо возразил Мирр. — Наверняка есть какой-нибудь закон, который запрещает показ таких фильмов несовершеннолетним.— Конечно есть, дубина! Иначе за что платить? Давай очки!— Ничего не поделаешь. — Мирр протянул мальчишке желтые очки. — Посмотри на Флуффо — куда лучше будет.— Ах, Флуффо… Ну-ка, мистер, давай очки, а то будут неприятности.Мирр самодовольно ухмыльнулся.— После того, что я перенес, о каких еще неприятностях ты говоришь?— Отпустите меня! — завопил мальчишка. — Не трогайте меня! Отпустите!— Погоди, погоди, — встревоженно прошептал Мирр. — Может, мы еще…— Нет, я не хочу смотреть во взрослые очки — там делают что-то ужасное! Пожалуйста, не заставляйте меня смотреть! — завопил негодяй еще громче, голосом истеричным и чрезвычайно убедительным. — Я пришел посмотреть Песика-Оранжика и Флуффо! Уберите руку! Что вы со мной делаете!— Замолчи сию секунду! — прошептал Мирр, суя мальчишке кулак под нос.— А то я расквашу тебе физиономию!— Да неужели? — произнес ворчливый голос прямо за спиной Мирра. Кто-то очень сильный перетащил его через спинку кресла, заломил руку за спину и повел по проходу. Женщины в крайних креслах злобно шипели оскорбления с удивительной меткостью и весьма болезненно попадая ему сумочками по голове. Мирр попробовал вырваться, но его противник наверняка знал рукопашный бой не понаслышке. Тяжелую дверь он открыл чрезвычайно просто — стукнув по ней головой Мирра, и оба оказались в фойе.Привлеченная шумом, из боковой двери вышла женщина начальственного вида, с голубыми волосами и в пенсне.— Одного выловил, мисс Харли! — объявил вышибала. — Развращал малолетнего, попался с поличным. Как насчет премии?Мирр энергично замотал головой:— Это просто смешно! Я его и пальцем не тронул! Я только…— Заткнись! — Силач неодобрительно встряхнул его. — Я видел все сам, мисс Харли. Так что с моей премией?— Давайте сначала выслушаем оправдания джентльмена, — сказала дама, и слова эти музыкой прозвучали в ушах Мирра. Женщина подошла поближе, поправила пенсне, вгляделась, смертельно побледнела и отшатнулась. — Так это ты!!! — произнесла она сдавленным голосом. — Опять принялся за старое? Неужели детям никогда не будет от тебя покоя?— О чем вы? — возмутился Мирр, слишком шокированный, чтобы радоваться первой обнаруженной им ниточке в прошлое.Обвиняющий перст мне Харли уперся в нос несчастного Мирра.— Замаскироваться хотел? Бороду отрастил? Да я тебя где хочешь узнаю! Ты и раньше приставал к детям! Ты — чудовище!«Только не это», — подумал Мирр, прислушиваясь, как чересчур знакомое слово эхом отражается от стенок его черепной коробки. Изобразив на лице нечто, по его мнению означающее улыбку, он сказал:— Давайте поговорим спокойно, в кабинете.— Из-за таких как ты и прогорает мое предприятие! — сказала мисс Харли, отрицательно покачав головой и, переведя взгляд на голову Мирра, добавила: — Свистни, Симпкинс!На границе поля зрения Мирра появилась огромная лапа с зажатым в ней свистком, секундой позже раздался пронзительный ультразвуковой вопль. Люди, шедшие в кино, останавливались, перешептываясь и рассматривая Мирра с очевидным презрением. Плечи его безвольно опустились — свобода уходила. Полиция уже спешит к нему, и через несколько минут он будет передан в руки Легиона, успев узнать о себе только то, что за ним уже числится по крайней мере один случай совращения малолетних. Тогда он и в самом деле чудовище и заслуживает всего, что случится.— Сегодня в городе много оскаров, — благодушно произнесла мисс Харли.— Спорим, они прибегут первыми?— Надеюсь, а то полиция слишком мягкосердечна! — Крепкие руки еще раз тряханули безвольно обмякшее тело Мирра. — Нам надо было еще в восемьдесят третьем вышвырнуть с Аспатрии всех синежопиков. Это правительство виновато! Тогда мы как следует проучили их, так зачем же теперь позволять им разгуливать по нашим городам, пугая невинных детишек?— Невинный ребенок, как же! — не мог удержаться от протеста Мирр, хотя при упоминании об оскарах он, как всегда, похолодел. — Этот маленький него… Но постойте! Но ведь это мы выиграли войну в восемьдесят третьем!— Да неужели? — Великан от души расхохотался. — Что-то непохоже! Где ты увидишь, чтобы наши парни разгуливали босиком? Разве они носят такое?..— Разгорячившись, он отпустил руку Мирра и ухватился за его куртку. — Вы только гляньте на это барахло, мисс Харли! Это же бумага!!!Почувствовав, что точка приложения силы переместилась, Мирр рванулся к выходу из кинотеатра. Раздался громкий треск рвущейся то ли ткани, то ли бумаги, и куртка Мирра, уже достаточно пострадавшая от дневных эскапад, развалилась окончательно. Одетый только в рубашку с короткими рукавами и короткие брюки, он выскочил на улицу и, испытывая удивительное чувство, что нечто подобное уже случалось с ним, повернул налево и помчался, как газель, едва касаясь земли. Он приготовился отбиваться от доброхотов, которые могли бы попытаться схватить его, но странно — никто на изъявлял такого желания. Люди, которых при обычных обстоятельствах несомненно заинтересовал бы вид не совсем одетого человека, сломя голову бегущего по городу, на сей раз боязливо жались к стенам и смотрели не на Мирра, а вконец улицы, в том направлении куда он бежал. Прищурившись, чтобы защитить глаза от лучей заходящего солнца, он тоже посмотрел и с искаженным от страха лицом остановился как вкопанный.Блистая бронзовыми мускулами, к нему бежали два оскара.Мирр не помнил, встречался ли он с подобными существами в прошлом, но сопоставить их вид с описаниями Динкля не составило ни малейшего труда. Безволосые купола черепов, металлическим оттенок нагих тел, массивные мускулистые торсы, тонкие талии, мощные бедра. Вот они остановились, прервав легкий бег, беззвучно посовещались секунду-другую и — как будто в самом деле могли читать чужие мысли — безошибочно устремились прямо к Мирру, сверкая рубиновыми глазами.— Боже мой! — проквакал Мирр. Время, которое он простоял, объятый ужасом, показалось ему вечностью. Стряхнув оцепенение, он бросился в боковую аллею, открывшуюся между двумя магазинчиками. Подстегнутое мощной дозой адреналина, отчаявшееся тело Мирра развило скорость, по сравнению с которой его прошлые подвиги казались сущим пустяком. Сознавая, что бьет галактический рекорд в спринте, Мирр отважился обернуться и увидел, что аллея за ним пуста. Он начал уже поздравлять себя со спасением, как стена в нескольких метрах позади него буквально взорвалась обломками кирпичей, и оскары, решившие сократить дорогу и пройти напрямик через дом, появились из облака пыли, протягивая к Мирру стальные пальцы.Испустив крик, от которого у него самого заложило уши, и собрав последние силы, он ухитрился на несколько шагов оторваться от преследователей. Завернув за угол, он увидел перед собой смутно знакомую дверь и поблекшую вывеску над ней:КОРПОРАЦИЯ ПЛАЩИ АКМЕМирр распахнул дверь и пронесся вверх по неосвещенной лестнице. На одной лестничной клетке он успел прочесть над одной из дверей:ДАМСКАЯ КОМНАТА только для служащих АКМЕ«Надоело прятаться в сортирах», — подумал Мирр, но в этот момент входная дверь разлетелась в щепки, и бронзовые великаны, чьи глаза кровью горели в темноте, рванулись к нему.Мирр шмыгнул в туалет и тут же понял, что попался в ловушку. В крохотной комнатенке, грязной и запущенной — не пользовались ею, наверное, лет сто или больше — была всего одна дверь и одно крохотное окошко, до которого к тому же невозможно было дотянуться.Хватаясь за последнюю соломинку, он повернулся, чтобы закрыть дверь, но было уже поздно.Оскары стояли в дверном проеме и, слегка пригнувшись, смотрели на него.Тупо тряся головой, Мирр отпрянул. Пятки его соприкоснулись с чем-то, выступающим из пола, и он рухнул на древний унитаз, ударившись с такой силой, что душа его чуть не рассталась с телом.Комната наполнилась странным гудением, и прямо на глазах окаменевшего, потрясенного Мирра грозные фигуры оскаров поблекли и растворились в воздухе. 7 Несколько секунд, каждая из которых громовым ударом отдавалась у него в голове, Мирр таращился на пустое пространство, которое только что занимали бронзовые великаны. Куда они подевались? Казалось совершенно невозможным, чтобы такие массивные и в высшей степени реальные создания исчезли, не оставив следа. Ведь нужно же верить собственным глазам? Или не нужно?Потрясение, вызванное внезапной отсрочкой смертного приговора, потихоньку выветрилось, и окружающее начало приобретать форму и цвет. Мирр заметил, что вокруг происходит нечто странное. Стены и потолок с каждой секундой становились все чище и светлее, трещины в штукатурке затягивались, а краска — что противоречило естественному ходу вещей — меняла цвет и обновлялась!Неизвестно откуда доносилось настойчивое энергичное гудение, а свет в окошке мигал с пугающей быстротой. Жуя нижнюю губу, Мирр попытался связать эти эффекты с неким недавним случаем… перед его мысленным взором всплыл мечущийся по аквариуму аспатрианский омар… отдельные части головоломки соединились в единое целое… и Мирр громко застонал от отчаяния.Оскары отнюдь не канули в небытие. Они остались, какими были, накрепко запертые в 2386-ом году от рождества Христова! Это он — Войнан Мирр — растворился в эфире на их глазах!Его занесло в работающую машину Времени!— Со мной не могло этого случиться! — громко сказал он и упрямо затряс головой, но мозг его выуживал из недавнего прошлого все новые и новые факты. Официант в «Голубой лягушке» назвал свой портативный аппарат «одноступенчатым интравертором», а это предполагало наличие и других типов, среди которых мог оказаться и двухступенчатый экстравертор и… вообще что угодно!Если интравертор изменял течение времени внутри себя, никоим образом не воздействуя на окружающий мир, то экстравертор — мозг Мирра упрямо сражался с неизвестными понятиями — поддерживал нормальное течение времени внутри себя и заставлял Вселенную стариться или молодеть. Термин «двухступенчатый» подразумевал, что у оператора есть выбор, куда направить машину: в прошлое или в будущее Но Мирр не управлял машиной, в которой очутился случайно! Он не имел ни малейшего представления о том, где у нее выключатель, в какую сторону движется машина, и какому идиоту пришло в голову запрятать ее в туалете на фабрике, производящей дождевики!Решив сделать хоть что-то, Мирр вскочил на ноги, гудение тут же смолкло, а из окошка полился ровный яркий свет. Он повернулся и задумчиво посмотрел на шаткий потрескавшийся унитаз, гоня прочь мысли о том, что где-то внутри него замаскировано устройство, включающее машину времени, когда кто-нибудь присаживался по своим делам. Мир Мирра и без того уже исказился до неузнаваемости, но ведь должен же быть предел несуразностям! Торопясь выбраться из сферы действия машины, Мирр выскочил на лестничную клетку и огляделся. В здании было тихо но теперь оно имело вид, вполне обитаемый, и это обстоятельство в сочетании с почти новенькой краской на стенах дало Мирру основание заключить, что путешествовал он в прошлое. Оставался нерешенным один вопрос — на сколько лет?Ошеломленный, с трясущимися от напряжения конечностями, Мирр открыл дверь слева от себя, прислушался, шагнул вперед и очутился в большой комнате, приспособленной, очевидно, под научную лабораторию. Ожидавший увидеть ряды швейных машин Мирр, не обращая внимания на раскиданные всюду инструменты, мотки проволоки и электронные потроха, первым делом шагнул к висевшему на стене календарю и почувствовал, как у него слабеют колени. На календаре стояла дата 2292, и это могло означать только одно — он углубился в историю на целых девяносто четыре года!Мирр прижал ладонь ко лбу, пытаясь заново осмыслить ситуацию. Как узнать о своем прошлом, если оно в будущем? Каким образом воссоединиться с родителями, если их еще нет на свете?Окинув помещение полубезумным взором, он заметил на рабочем столе газету, на которой лежали остатки чего-то, напоминающего пирог со свининой. Мирр стряхнул их на пол. Дата под заголовком — 3 июня 2292 года— совпадала с календарем. Мирр все еще уныло глазел на цифры, когда дверь лаборатории с треском распахнулась.— Руки вверх! — рявкнул мужской голос. — И постарайся не делать лишних движений, потому что у меня пистолет и направлен он как раз на твой четвертый позвонок позвонок!Мирр отрешенно поднял руки:— Послушайте, я совсем не вор!— Об этом буду судить я, — объявил голос, — но мне кажется, что ведешь ты себя как вор вор.— Укравший поганую газету! — вскричал Мирр, выведенный из себя очередной несправедливостью судьбы и манерой противника повторять последние слова предложений. — Всего-то!— А вдруг я записал важную информацию на этой газете газете.— Записал?— Нет, но ты этого никогда не узнаешь… Повернись и покажи мне свое лицо!Мирр тяжело вздохнул и повернулся. Пухлый краснолицый коротышка, держащий его на прицеле, вздрогнул от удивления.— Это ты ты… — прошептал он.— Конечно, — Мирр был удивлен не меньше собеседника, но сохранил достаточно самообладания, чтобы перехватить инициативу.— А ты разве не знаешь? — ответил коротышка, снова возвращая ее.— Я-то знаю, мне просто хотелось удостовериться, знаешь ли ты…— Откуда? Я тебя ни разу в жизни не видел.— Когда я повернулся, ты сказал: «Это ты!»— Я сказал не так!— Верно, ты сказал: «Это ты ты!»— Насмехаешься над людскими недостатками! — На цветущей физиономии появилось презрительное выражение. — Мне казалось, этот вид грубости вывелся еще в девятнадцатом веке.— Я не смеюсь, — нетерпеливо сказал Мирр. — Я просто говорю тебе, что случилось случилось.— Никак не угомонишься? — коротышка размахивал пистолетом уже перед самым лицом Мирра. — Я ни секунды не буду колебаться, если мне придется воспользоваться вот этим этим! Ну, отвечай, кто ты?— Ты и сам знаешь!— Я тебя никогда раньше не видел, просто ты похож на одного моего знакомого. Как тебя зовут?— Войнан Мирр.— Таких имен не бывает! — взвизгнул коротышка, и его щеки обрели опасный в его возрасте вишневый оттенок. — Предупреждаю, еще одна шутка, и все это плохо кончится!— Но это мое имя по крайней мере, мне так кажется, — ответил Мирр, прилагая отчаянные усилия, чтобы дрожание голоса не выдало его жалости к самому себе. — Понимаешь, я потерял память.— Так я тебе и поверил!— Это правда.— Больше всего ты похож на шпиона, который охотится за моими идеями. Меня-то ты знаешь, надеюсь? Профессор Арман Леже, изобретатель!— Откуда мне знать тебя, если я даже про себя ничего не знаю? — грубо ответил Мирр. — Повторяю, я потерял всю память о прошлой жизни!Леже продолжал, не отрываясь, смотреть на него, и постепенно в его взгляде появилось несколько неуместное выражение удовольствия.— Я знаю, что делать! — воскликнул он, лучась наслаждением. — И как только это не пришло мне в голову сразу же! Я проверю тебя на своем правдоискателе! Вот идеальный случай испытать его!— Правдоискатель? Испытать? — Мирр в свою очередь уставился на Леже. До него постепенно доходило, что он угодил в лапы ученого-маньяка. Наружностью Леже, с его щечками-помидорчиками и венчиком седых волос, походил на жизнерадостного монаха, но внешность обманчива и, судя по первому впечатлению, он способен был с такой же легкостью засунуть мозг жертвы неудавшегося эксперимента в банку с формалином, с какой жена фермера укладывает в бочку капусту для засолки. Любопытный дефект речи, благодаря которому Леже напоминал робота со слетевшей шестеренкой, вполне мог быть признаком того, что сей изобретатель давно уже изжил в себе все человеческое.— Вы не имеете права испытывать на мне машину, — твердо сказал Мирр.— Это запрещено законом!— Но ведь никто не узнает!— Оскары… — Поняв, что бесполезно угрожать маньяку существами, которые появятся только через столетие, Мирр замолк.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17