А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Шаукат Эхсан

Пламя страсти


 

Здесь выложена электронная книга Пламя страсти автора по имени Шаукат Эхсан. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Шаукат Эхсан - Пламя страсти.

Размер архива с книгой Пламя страсти равняется 104.96 KB

Пламя страсти - Шаукат Эхсан => скачать бесплатную электронную книгу



Эхсан ШАУКАТ
ПЛАМЯ СТРАСТИ


1
Сквозь сон Эвелин показалось, что откуда-то доносился бой барабанов.
Открыв глаза, она поняла, что барабаны - вовсе не сон, врывающиеся в
спальню звуки с каждой минутой становились все более отчетливыми.
Торжественный марш! Эвелин спрыгнула с кровати и подбежала к окну. В
просвет густой листвы растущего у дома дерева она увидела на плацу,
начинавшемся сразу за лужайкой, солдат, построенных в каре. Что-то
случилось! Но что именно? Чтобы рассмотреть получше, Эвелин нагнулась
вперед...
- Мисс-сахиб Эвелин, что вы делаете? Ведь вы не одеты! А если
кто-нибудь вас увидит?
Эвелин вздрогнула и отвернулась от окна. Из-за барабанного боя она не
услышала, как в комнату вошла Миана, ее няня-туземка.
- Миана, что там случилось? Зачем собрали всех солдат?
- Не надо смотреть, мисс-сахиб, для вас там нет ничего интересного.
Они будут наказывать провинившегося сипая, вот и все дела.
- А в чем его вина? И что же они теперь будут с ним делать? Неужели
расстреляют?
- Нет, нет. Наверное, сержант Фариг прикажет наказать его плетями.
Проступок не так уж серьезен.
- Но что же такого он совершил? Расскажи мне, Миана.
- Хватит об этом, мисс-сахиб. Это не женское дело. Ваша мать будет
сердится, если узнает, что вы суете нос в дела военных. Кстати, мне пора
нести чай. А вы одевайтесь поскорее!
С этими словами располневшая с годами смуглокожая няня, тяжело ступая
по половицам, вышла из небольшой, но со вкусом обставленной комнаты.
Эвелин подождала, пока шаги Мианы стихли в конце коридора. Подойдя к
платяному шкафу, взялась за ручку. В этот момент вновь раздался призывный
грохот барабанов. Эвелин схватила халат, накинула его на ночную рубашку,
подцепила босоножки и тихонько отворила дверь. В коридоре никого. Бесшумно
преодолев его, Эвелин спустилась по лестнице и вышла на свежий утренний
воздух. Остановилась и осмотрелась. И здесь никого. Пригнувшись, она
побежала к густому кустарнику, который тянулся сразу же за калиткой в
невысоком заборе, сложенном из желтых каменных плит. Осторожно раздвинув
ветки, Эвелин увидела парадный плац...
Седьмой Ее Величества Королевы Виктории уланский полк был выстроен в
полном составе. Взоры всех шеренг были обращены к центру плаца, где
высился неотесанный деревянный столб. Здесь стоял сержант-сикх,
отличавшийся могучим телосложением и густой черной бородой. Барабанный бой
усилился. Послышалась отрывистая команда и двое ординарцев вывели из строя
высокого человека, горделивая осанка которого указывала на его
принадлежность к племени тхали. Эвелин видела его впервые. Ростом
незнакомец явно превосходил шесть футов, он был до пояса обнажен, грудь
отливала бронзой в лучах утреннего солнца.
Стражи подвели тхальца вплотную к деревянному столбу, вытянули вперед
его руки и накинули на запястья веревку. Через минуту он был крепко
привязан к столбу, и тут же раздалась новая команда. Барабаны забили в
полную силу. Чернобородый сержант, похожий на индийского Геркулеса, поднял
что-то с земли. Это была знаменитая плеть-"девятихвостка", ее составляли
длинные и тяжелые бичи из кожи, выделанной особым способом. Каждый "хвост"
заканчивался туго скрученным узлом. Говорили, что мало кто может вынести
наказание "девятихвосткой", если за нее берется специалист. А глядя на
сикха-сержанта, можно было ручаться, что он это дело знает...
"Девятихвостка" взвилась высоко в воздух и со свистом рассекла его.
Первый удар обрушился на жертву. Эвелин впилась взглядом в тхальца, но тот
стоял по-прежнему прямо, только прикрыл глаза... Перед каждым ударом
зловещий свист предупреждал, что сейчас твердые как сталь узлы начнут
сдирать кожу и вопьются в мясо. И спина тхальца готовилась к встрече со
страшным бичом, он вздрагивал за долю секунды до соприкосновения с орудием
пытки.
- Двадцать шесть!.. Двадцать семь!
На лице наказываемого не отражались ни боль, ни страдание. Может
быть, он владел секретом йоги, умел отводить от себя любые ощущения, в том
числе и болевые?
- Тридцать три!.. Тридцать четыре!
Вся спина привязанного к столбу человека уже представляла собой
сплошное кровавое месиво, с боков свисали узкие рваные полоски кожи. Не
отрываясь, Эвелин смотрела на происходящее. Сердце ее часто билось.
Человек у столба был несгибаем, жестокая пытка не достигала нужных палачу
результатов...
- Сорок пять!.. Сорок шесть!
Эвелин почувствовала, как на нее накатывает волна страшного
возбуждения. Ей вдруг захотелось, чтобы боль от ударов "девятихвостки"
стала еще мучительнее.
- Быстрее, - прошептала она. - Сильнее!.. Бей его! Сильнее!
Теперь Эвелин ловила каждое движение бича. Прильнув к кустарнику, она
ощутила, как охватившее ее возбуждение сменяется острым дотоле неведомым
удовольствием...
И вдруг тхалец покачнулся. Окровавленное туловище накренилось, ноги
подкосились... Через секунду у столба лежало нечто бесформенное... Но не
безжизненное - издали было видно, как измученное тело то и дело сводили
судороги...
Эвелин закрыла глаза. Ее подташнивало, ноги и руки онемели. Между
ногами почему-то стало мокро. От этого ощущения затошнило еще больше.
Потом надвинулся непонятный страх. Собрав все силы, Эвелин в последний раз
посмотрела на кровоточащее тело и бросилась к дому.

Солнце собиралось садиться. Настенные часы пробили пять раз. Птицы в
саду сбились в суетливые стаи, своим щебетанием возвещая о скорой
прохладе. Послышался удаленный звук горна, предназначенный для солдат Ее
Величества и говорил о завершении очередного дня их службы. Миссис
Элизабет Беллингэм, жена командира полка, торопилась покинуть сад, мелкими
шажками она семенила по посыпанной белым песком дорожке. Чтобы не
запачкать длинную темно-синюю юбку, она аккуратно приподняла ее край и
придерживала в дюйме от земли.
- Эвелин, ты не забыла про сегодняшний вечер? Пора одеваться!
- Она в ванной, мэм-сахиб, - ответила вездесущая Миана.
Когда до Эвелин долетели слова матери, она уже держала в руках
полотенце. Перед ней на деревянном столике стояло небольшое круглое
зеркало. Эвелин внимательно осмотрела свое лицо. В зеркале отразились
большие голубые глаза и маленький, чуть вздернутый нос. Когда-то в детстве
у нее были веснушки, теперь не осталось ни одной. Она приоткрыла рот и
оскалила зубы. Все в порядке. Хотя не совсем - у одного еще в прошлом году
обломился кусочек. Но это незаметно. Эвелин плотно сжала губы, они
показались ей бледными. Чтобы покраснели, надо их немного покусать. Так
хорошо...
Забросив за спину длинные светлые волосы, она взяла зеркало в руку и
поднесла к грудям, снизу, сперва к одной, потом к другой. Критически
посмотрела сверху и осталась довольна: в зеркале отражались почти
идеальные полусферы почти молочного цвета. И в центре каждого - как будто
ягоды лесной земляники... Двигая зеркало вниз, Эвелин опустила его на
уровень живота, а рукой обвела круглое углубление пупка. Сдвинула руку еще
ниже, к пушистому холмику, сплошь покрытому вьющимися золотистыми
волосами. Здесь она заколебалась, бросила быстрый взгляд на дверь, чтобы
убедиться что она закрыта. Вытянула вперед одну ногу и положила на стул,
стоящий рядом со столом. Осторожно поместила зеркало между ногами...
Раздвинула рукой густо заросшие складки больших губ. Когда те открылись,
появились другие, совсем маленькие губки... Эвелин нагнулась и нетерпеливо
заглянула в узкий розовый канал... Еще раз смущенно оглянувшись на дверь,
вдвинула чуть-чуть указательный палец в розовый вход. Тут же испугавшись
вынула его и начала нежно массировать гладкую и влажную плоть. Сначала
движения пальца были круговыми, потом стали продольными, более резкими,
палец своей подушечкой надавливал на алеющую, трепещущую кожу малых губ.
Назад, вниз и обратно - к животу! Снова назад и обратно вверх! Еще! Еще!
Еще! Инстинкт подсказывал Эвелин, что в этих движениях чего-то не хватает.
А что, если потрогать эту маленькую почку, слегка нависающую над входом в
раскрывающуюся глубину, если придавить этот комочек, а потом отпустить...
Как это приятно! Какое наслаждение! А если этому пальцу (он совсем мокрый)
помогать другим?
- Мисс-сахиб Эвелин, вы готовы?
В панике Эвелин выпрямилась, убрала ногу со стула, положила зеркало
на столик.
- Ваша мама ждет вас.
- Да, Миана, зайди пожалуйста. Ты поможешь мне одеться.
Грузная няня, переваливаясь точно утка с боку на бок, вошла в
комнату. В руках она держала новое платье Эвелин, сшитое из оранжевых
кружев. Миана помогла девушке расчесать длинные волосы, вдвоем они
разделили их на два отливавшие золотом крыла, сплели тяжелые косы, которые
уложили на голове в виде короны. Потом няня затянула на Эвелин корсет из
китового уса - это сделало талию девушки удивительно узкой. После этого
Миана поднесла Эвелин нижнюю юбку с накрахмаленным криолином и ловко
надела ее сверху, через голову. Еще три минуты и на Эвелин уже было
бальное кружевное платье. В то время, как Миана, неуклюже шевеля толстыми
пальцами застегивала одну за другой перламутровые пуговицы на спине
воспитанницы, Эвелин решила вернуться к тем вопросам, которые уже задавала
утром.
- Миана, пожалуйста, скажи - за что сегодня наказывали сипая?
- Когда вы перестанете быть такой назойливой, мисс-сахиб? С вашим
любопытством легко можно напроситься на неприятности.
- Но я не спрашиваю ничего особенного. Мне просто интересно.
- Да я толком и не знаю в чем дело. Ведь этот сипай - с севера, а
здесь многие из тех мест пользуются дурной славой.
- Ну и что, что с севера? Чем он провинился?
- Я сказала, что не знаю. Наверное, отказался выполнить какой-нибудь
приказ... Скорее, вам уже пора.
Эвелин вздохнула. В гарнизоне Миана славилась тем, что была в курсе
всех повседневных дел. Что бы ни произошло в семье английского офицера или
в жизни солдат-сипаев, в тот же день это становилось ей известным. И в
общем-то Миане нравилось, когда ее приглашали на чашку чая, чтобы
посплетничать. Но иногда, по непонятными причинам, Миана делалась
неприступной, из нее невозможно было вытянуть ни слова. Эвелин поняла, что
сейчас как раз такой случай и с этим ничего не поделаешь...

Зал, в котором все было готово к танцам, сиял множеством огней. На
эстраде расположился военный оркестр, сегодня он был представлен
музыкантами кавалерийского полка - это было заметно по алым мундирам,
расшитым золотыми галунами. Красавец-дирижер взмахнул палочкой и полились
звуки первого вальса. Женские платья, по большей части выписанные из
Англии, соперничали друг с другом в стремлении не отстать от парижской
моды. Среди блестящих офицерских мундиров попадались клетчатые юбки
шотландцев, забавно выглядевшие над волосатыми ногами...
На расставленных вдоль стен креслах восседали мамаши, не спускавшие
глаз с дочерей, вальсировавших с молодыми офицерами. Женатые офицеры не
танцевали, вместе со старшими командирами они собрались в противоположном
от оркестра конце зала. Смуглокожие слуги лавировали меж ними, ловко держа
на вытянутой руке поднос с фужерами. Однако, наибольшее удовольствие от
бала получали, казалось, те, кто был вне зала. Снаружи, у каждого окна
толпились закутанные в сари женщины, у многих на руках были дети.
Завороженно наблюдали они за непонятным поведением круживших парами белых
людей, расширенные глаза с изумлением вопрошали, как можно прилюдно
предаваться столь интимному ритуалу.
Откинув голову назад, Эвелин танцевала с недавно прибывшим в Индию
лейтенантом. Ей нравился вальс, и она охотно отдавала себя во власть ритма
музыки и крепких рук партнера. Опьяняющий экстаз сделал тело воздушным,
невесомым, ни о чем не хотелось думать, а закрыть глаза и кружиться,
кружиться...
Внезапно Эвелин услышала голос своего отца. Да, это был он. Сейчас
она и ее кавалер были возле группы офицеров, в центре которой стояли
полковник Беллингэм и майор Грэнвилл.
- Что будем делать с сипаем? Ему сегодня здорово досталось? - спросил
Грэнвилл.
- С Абулшером? Вообще-то он неплохой парень. Только, как все эти
тхальцы, слишком уж своевольный. Может заупрямиться и не выполнить приказ.
Но выгонять его не стоит. Он ведь настоящий кудесник по части лошадей. Они
слушаются его, как никого другого. Лучше всего было бы приставить его
конюхом в дом к кому-нибудь из старших офицеров. Может быть, к вам,
Грэнвилл?
- Нет, спасибо, у меня хороший конюх. Но я знаю, что ваша Эвелин
часто ездит верхом по окрестностям. Причем одна. А это небезопасно! Что
если вам взять Абулшера для Эвелин? Он стал бы, как раньше говорили, ее
грумом.
- Гм, пожалуй, это хорошая идея. Завтра же утром поговорю об этом с
Фаригом. Говорят, что на севере, у мусульман, принято относиться к
женщинам с особым почтением. Во всяком случае, собственных жен они так
оберегают, что держат их взаперти.
И оба рассмиялись.
Сердце Эвелин замерло, потом учащенно забилось. С эстрады неслись
последние аккорды очередного танца. Эвелин кивнула лейтенанту, извинилась
и торопливо направилась в сторону дамской туалетной комнаты. Но не вошла
туда, а устремилась к выходу. Притвратник открыл ей дверь и Эвелин вышла в
сад.
Попав из ярко освщенного зала в темноту, она остановилась.
Наступившая ночь полнилась треском цикад и кваканьем древесных лягушек. А
где-то далеко раздавался вой голодной гиены. Понемногу глаза Эвелин
освоились, и она зашагала к конюшням, темневшим за оградой. Пройдя
половину пути, она замедлила шаги. "Что я делаю? Куда иду? К нему? А
зачем? Что я ему скажу?". Но ответов не было, перед глазами стояло
манившее к себе бронзовое тело, вздрагивающая перед каждым ударом бича
спина, стекающие по ней ручейки крови...
За спиной девушки послышались тяжелые шаги. Испуганно оглянувшись,
она узнала Насима, слугу своего отца. Он тоже узнал ее.
- Мисс-сахиб Эвелин, что вы здесь делаете?
- Я... я хочу видеть... Абулшера.
- Абулшера?!
- Да, его. Он теперь будет заниматься моими лошадьми, об этом я и
хотела бы с ним поговорить.
- Зачем вам утруждать себя, мисс-сахиб? Я передам ему все ваши
распоряжения. И прослежу, чтобы все было сделано.
- Нет, мне... мне надо самой. Будь добр, вызови Абулшера сюда.
- Как вами угодно, мисс-сахиб.
Задержав на Эвелин удивленный взгляд, Насим удалился. Она стала
ждать. Времия тянулось томительно долго. Сейчас в Эвелин боролись два
противолаположных желания: броситься бежать отсюда и видеть человека,
притягивавшего к себе, подобно магниту. Танцы еще, конечно, продолжаются.
Там, среди огней и цветов, так уютно... И главное - безопасно. Эвелин уже
сделала шаг, но неведомая сила сковала ее движения. "Господи, как это
глупо. Чего я боюсь? Он всего-навсего слуга. Какая я дура! Надо взять себя
в руки... Господи, пусть он выйдет..."
- Мисс-сахиб...
Голос был тихим, но в ушах Эвелин произнесенное слово прозвучало как
выстрел.
- Вы... ты...
Нужные слова не шли на ум Эвелин. Лицо тхальца выражало недоумение.
- Вы звали меня?
Только теперь Эвелин взглянула на него. Ее удивило, что вблизи
Абулшер оказался еще выше, чем представлялось издали. Тхалец был одет в
длинную белую рубаху навыпуск, она доходила ему до колен. На голове не
было чалмы, черные волосы были коротко подстрижены. Несмотря на темноту,
Эвелин рассмотрела его глаза - зеленые и холодные.
- Вы хотели видеть меня? - повторил тхалец.
- Да... Я... ты будешь моим грумом, и я хочу покататься верхом завтра
утром, еще до завтрака... Так что подготовь Вулкана к половине восьмого. А
себе можешь взять Дэзи.
- Понятно. Будет сделано. Это все, мисс-сахиб?
В заданном вопросе можно было различить замаскированную усмешку.
- Да, все. Но... - она запнулась. - Надеюсь, ты можешь ехать верхом?
- Я не болен.
Эвелин почувствовала, что у нее краснеют щеки. Своим вопросом она
хотела выразить сострадание, а тхалец делал вид, что не понимает этого.
Нахмурив брови, Эвелин промолвила:
- Так что, для тебя это нормально, когда тебя бьют?
Тотчас зеленые глаза остекленели. И даже как будто засветились в
темноте, подобно кошачьим. В какой-то момент Эвелин показалось, что
Абулшер готов ударить ее. Следующая фраза далась ему явно с трудом.
- Это все, мисс-сахиб?
- Да, - прошептала она.
- Я буду ровно в семь тридцать у вашего дома, мисс-са скотина! Я тебе
это припомню! Я научу тебя, как себя нужно вести!" Вдруг Эвелин
сообразила, что грозится точно так же, как ее отец, когда устраивает
очередной разнос туземцам. Это дало ей разрядку. Улыбнувшись, Эвелин пошла
по дорожке, ведущей к зданию, в котором еще полчаса назад она так
безмятежно отдавалась ритму вальса. В дверях парадного входа она
столкнулась с Фрэнсисом.
- Эвелин, ну куда же вы пропали? Ваша матушка вне себя!
- Я ходила к конюхам, чтобы распорядится на счет лошадей на за
скотина! Я тебе это припомню! Я научу тебя, как себя нужно вести!" Вдруг
Эвелин сообразила, что грозится точно так же, как ее отец, когда
устраивает очередной разнос туземцам. Это дало ей разрядку. Улыбнувшись,
Эвелин пошла по дорожке, ведущей к зданию, в котором еще полчаса назад она
так безмятежно отдавалась ритму вальса. В дверях парадного входа она
столкнулась с Фрэнсисом.
- Эвелин, ну куда же вы пропали? Ваша матушка вне себя!
- Я ходила к конюхам, чтобы распорядится на счет лошадей на завтра.
- Но я бы сделал это для вас, надо было только сказать мне. Как вы
можете одна ходить ночью по местам, где живут туземцы? Они не любят, когда
белые интересуются их жизнью. Я уж не говорю, что ваша мама волнуется...
Эвелин увидела, что ее мать как раз спускается с лестницы. Ее лицо не
предвещало ничего хорошего, сейчас разразится скандал.
- Быстро, Фрэнсис, пошли танцевать!
Он понимающе улыбнулся и взял ее под руку.
- Хорошо, Эвелин, но больше вы не делайте так.
И снова она погрузилась в волны музыки... Чувствовала у себя на талии
сильную руку. Опустив веки, представляла себе, что эта рука принадлежит
человеку с зелеными глазами...

Уже целый час они ехали верхом. Эвелин впереди, Абулшер следовал за
ней на почтительном расстоянии. Она плохо выспалась, всю ночь во сне
кто-то гнался за ней. Несколько раз она пробовала заговорить со своим
провожатым, но каждый раз он отвечал вежливо, но односложно. Это злило
Эвелин.
- Поворачиваем обратно, - скомандовала она.
Не говоря ни слова, тхалец развернул свою лошадь. Теперь девушка
видела его спину. Неожиданно Эвелин захотелось замахнуться хлыстом и со
всей силой ударить по белой рубашке - так, чтобы на ней выступила кровь...
- Почему ваши мужчины так плохо относятся к своим женам?
- Почему плохо, мисс-сахиб?
- Они у вас сидят взаперти, у них нет никаких развлечений.
- Это не так, мисс-сахиб. Развлечений у них хватает.
Опять в его словах чувствовалась скрытая усмешка.
- Никакие развлечения не могут заменить свободу, - повысила голос
Эвелин.
Абулшер не ответил. Весь путь до дома они проехали в полном молчании.
У ворот Эвелин спрыгнула на землю, небрежну бросила тхальцу поводья и
кивком головы дала понять, что на сегодня он свободен.

3
Легенда утверждает, что когда Улисс после долгих странствий
возвратился в родную Итаку, то первыми, кто приветствовали его там, были
собаки. Сходными обстоятельствами было ознаменовано возвращение полковника
Беллингэма. Еще до того как часовые на посту у главных гарнизонных ворот
встали по стойке "смирно", дюжина тощих беспородных псов заливистым лаем
известила округу о возвращении миссии из Сахраджа.
Перед прибывшими распахнулись ворота. Первым через них проследовал на
мерине каурой масти сам полковник, за ним, также верхом, - группа младших
офицеров-англичан, а далее прошагали шеренги пеших солдат-туземцев. Все
выглядели усталыми. На парадном плацу процессия остановилась, к полковнику
подошел майор-шотландец:
- Добро пожаловать, сэр. Все прошло успешно?
- Да, спасибо. Есть, правда, одна деталь, но малосущественная. Я
потом расскажу подробно.
Бородатый солдат-сикх схватил лошадь за узду и придержал стремя,
чтобы полковнику было удобней спуститься на землю. Беллингэм кивнул
молодым офицерам, дав понять, что поручает им распустить по казармам
солдат. Ему предстоял доклад генералу, но он решил, что успеет по пути
зайти в клуб офицерского собрания и там выпить чего-нибудь
прохладительного.
Солдаты терпеливо ожидали. Наконец, послышалась команда:
- Вольно! Разойтись!

Эвелин знала, что Абулшер вернулся. Этот день тянулся как никогда
долго. Ей удалось мельком увидеть его вблизи конюшен, и она успела сказать
ему, что придет после ужина, в одиннадцать вечера, на полянку у ручья. Он
не любил, когда Эвелин заранее назначала свидания, но она была уверена,
что отказать ей он не посмеет. И вот уже скоро, через несколько минут, ей
пора идти туда. Эвелин потянулась на кровати. Ожидание близкой встречи
вызвало томительное жжение в месте, которое давно жаждало мужчину...
Она решила посмотреть на себя в зеркало при свете свечи. Поставила
подсвечники по обе стороны от зеркала и стащила через голову рубашку. Ей
всегда нравилось рассматривать свое тело, но после того, как ее жизнь
изменилась, она чаще занималась этим. Ей казалось, что каждое свидание с
Абулшером оставляет на ее теле пусть не очень заметный, но новый след.
Неужели то, что он делал с ее грудью, с ягодицами, с интимными складками
внизу - неужели от этого нет даже слабых отметин?
Но как она ни всматривалась в отражение, никаких изменений обнаружить
не удавалось. По-прежнему удлиненная шея плавно переходит в округлые
плечи... Те же крупные груди, которые при таком освещении кажутся похожими
на две большие груши. Если перемещать свечу то выше, то ниже, тогда тени
от грудей то сокращаются, то удлиняются... Можно выбрать любую форму... И
талия совсем не изменилась - такая же тонкая. Даже, пожалуй, слишком
тонкая - ведь именно ей приходится поддерживать этот объемистый бюст.
Медленно повернувшись, Эвелин осмотрела спину, ровную, с едва
проглядываемыми мышцами, и выпукло-солидные шары ягодиц, подпираемые
сильными и широкими бедрами... И удивительно стройные, длинные ноги.
Конечно, нельзя назвать ее тело абсолютно идеальным. Но идеально
красивые женские тела бывают лишь у мраморных статуй. В ее же теле -
Эвелин теперь знала это - было все, что нужно для любви и гармонии
соединения с мужчиной.
Она поставила подсвечник на стол и взяла маленький керамический
сосуд. Этот сосуд дала ей Миана, в нем была смесь цветочных масел. Миана
сказала, что этими маслами в Индии принято натирать невесту перед первой
брачной ночью.
Отлив чуть-чуть масла в ладонь, Эвелин принялась натирать грудь,
живот, ноги, втирая ароматную жидкость в кожу, от чего она заблестела, как
полированная слоновая кость. Потом Эвелин накинула прямо на голое тело
легкий плащ, завязала волосы узлом и, крадучись, вышла из дома в темноту
ночи.
Абулшер спокойно сидел у ручья, рядом с невысоким цветущим кустом.
Светила луна и было видно, что цветы, сплошь покрывавшие куст, очень
похожи на каллы - в центре каждой широко раскрытой белой чашечки торчал
желтый стержень с красной головкой. Эвелин подошла и села рядом с
тхальцем. Он взглянул на нее и улыбнулся, сверкнув белыми зубами.
- Салам, мисс-сахиб.
- Салам, Абулшер. Как там, в Сахрадже, трудно было?
- Нет. Все кончилось хорошо, хвала Аллаху.
Эвелин выжидала, но он не сделал ни единого движения к ней. По ее
спине пробежали мурашки, еще немного и начнется настоящий озноб. Она
решила сделать первый шаг. Подошла и села к нему на колени. Сцепила руки
вокруг его шеи и притянула к себе, ловя жадным ртом его губы. Но к ее
изумлению, он отдернул голову назад. Их глаза встретились.
- Абулшер, ты что, больше не хочешь меня?
- Я этого не говорил.
- Тогда почему ты отказываешься?
Она хотела спросить: "Почему ты отказываешься поцеловать меня?", но
вдруг сообразила, что он ни разу за все время не поцеловал ее. Знает ли он
вообще слово "поцелуй"? Эта мысль разозлила ее. Изо всей силы она толкнула
его в грудь и навалилась сверху. Некоторое время Абулшер лежал неподвижно,
как будто его чем-то оглушили. Потом взял ее за волосы и столкнул с себя.
За те секунды, пока его тело было под ней, и она прижималась к нему, ее
желание стало неукротимым. В один миг она сбросила плащ. Лучи лунного
света упали на белоснежное тело. Если бы сейчас неподалеку летела птица,
то ей с высоты показалось бы, что там, у ручья, распустилась гигантская
камелия.
Эвелин легла прямо на траву, подняла и развела в стороны ноги, чтобы
Абулшеру был виден палевый мех, прикрывающий вход в нее... Но тхалец
продолжал сидеть, как ни в чем не бывало. Тогда она вскочила и бросилась
на него, осыпая градом ударов... Длинные ногти царапали кожу и одежду. А
ноги стремились обхватить его кольцом.
Сперва он не реагировал, но затем Эвелин почувствовала, как в нем
закипает глухой гнев. Он вновь схватил ее за волосы и стряхнул с себя, как
назойливого щенка. Сбросив, не дал опомниться и лег на нее. И тут же
всадил свой член между дрожащих гладких бедер..
Он даже не снял брюки, просто расстегнул их. В грудь Эвелин вжались
металлические пуговицы его рубашки, они оставили на белой коже отпечатки
гербов Ее Королевского Величества. Тяжелые удары, следующие один за другим
в бешеном ритме, отдавались по всему животу Эвелин, они приносили и
щемящую боль и томящее наслаждение. От каждого удара у молодой женщины
вырывался непроизвольный крик... Абулшер наотмашь ударил ее по лицу.
Толчки замедлились, но теперь за очередным движением следовала звонкая
пощечина и сдавленное ругательство.
- Шлюха!.. Сука!.. Подлая белая сука!
Почувствовав, что по глубоко введенному органу пробежал первый
импульс оргазма, он стремительно извлек его из разгоряченных влажных недр,
подхватил рукой и направил, словно пожарный шланг, в лицо распростертой на
земле Эвелин.

Тропический дождь, как всегда, с самого начала зарядил в полную силу,
струи воды образовали плотный занавес. Тугие капли барабанили по крыше
дома, но они не могли заглушить иные звуки, доносившиеся непонятно откуда.
Слышалась музыка, исполняемая национальным оркестром, и пение множества
женских голосов. Эвелин оторвалась от книги и прислушалась. Миана, которая
сидела рядом и что-то шила, тоже подняла голову.
- Что это за пение, Миана? Сегодня какой-нибудь праздник?
- Нет, мисс-сахиб, это готовят невесту к свадьбе.
- Невесту? А чью?
- Да вот, женится один из тхальцев. А женщины одевают невесту и поют.
Таков свадебный обряд.
- Как интересно! А что, может мы пойдем и посмотрим?
- Хорошо, если вы хотите. Но как же миссис-сахиб? Ей это не
понравится, она будет сердится...
- Мы ненадолго, она не узнает.
Миана тяжело поднялась, надела на голову повязку и приготовила зонтик
для Эвелин.
Пройдя через парк, они пересекли площадь и оказались у ограды,
тянувшейся вдоль приземистых жилищ туземцев. Пока они шли, дождь перестал,
выглянуло солнце. Дом, где готовились к свадьбе, отыскать было нетрудно,
оттуда неслось нескончаемое пение. Они вошли прямо в прямоугольный двор,
переполненный женщинами. Эвелин едва не зажмурилась от пестроты окружавших
ее красок. Здесь, как на палитре художника, смешалось множество цветов и
оттенков - зеленые и оливковые, желтые и шафрановые, красные и багровые,
синие и голубые сари женщин ярко светились на уже сиявшем вовсю солнце.
Темная кожа блестела - для подобного события ни одна женщина не пожалела
масла.

Пламя страсти - Шаукат Эхсан => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Пламя страсти автора Шаукат Эхсан дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Пламя страсти у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Пламя страсти своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Шаукат Эхсан - Пламя страсти.
Если после завершения чтения книги Пламя страсти вы захотите почитать и другие книги Шаукат Эхсан, тогда зайдите на страницу писателя Шаукат Эхсан - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Пламя страсти, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Шаукат Эхсан, написавшего книгу Пламя страсти, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Пламя страсти; Шаукат Эхсан, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн