А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Как загипнотизированный, Элиас медленно взял кольцо и приблизил его к губам. Камень повернулся, и бледные губы вампира подхватили выпавшую из тайного углубления пилюлю.Судорожно сжалось горло, адская боль длилась лишь мгновение, не успев отразиться на лице. Безжизненное тело мягко упало на скамейку.— Аминь, — произнес Горн, пряча в руках револьвер. Глава 24.ПУТАНАЯ СЕТЬ Шеф полиции тщетно пытался добиться от забинтованного по всем направлениям Мяча каких-либо объяснений. Даже Томас Мун, обычно молчаливый наблюдатель, казался заинтересованным. Слишком просто и как-то неинтересно кончалось такое дело.Рут, еле сдерживая рыдания, не отрываясь, смотрела на дверь, откуда должен был появиться Горн.— То, что я скажу сейчас, — раздался, наконец, его голос, и верховный комиссар, плотно закрыв дверь, опустился в свое кресло, — должно остаться между нами.Дюссельдорфский убийца — Петер Кюртен — пойман и сознался. Преступлений по количеству окажется больше, чем мы ожидали, мотивы же останутся невыясненными.Несколько видных экспертов займутся его психикой, и с пеной у рта каждый станет доказывать что-то согласно своей теории. Процесс привлечет всеобщее внимание, в газетах будут публиковаться подробные статьи, последняя несостоявшаяся жертва получит награду и ангажемент в фильм, все дюссельдорфские чины полиции — повышение, город даст торжественный банкет — словом, если забыть о несчастных трупах — все будет в порядке. И никто, кроме нас — пяти человек, сидящих в этой комнате, не узнает, как все это было на самом деле.Я приехал сюда с определенной теорией, что убийца должен быть человеком исключительного ума и ловкости, преступник по натуре, одержимый, кроме того, навязчивой идеей.Я редко ошибаюсь, с первого же взгляда доктор Миллер показался мне очень подозрительным. Скажу даже, что вдвойне подозрительным, и все из-за мелочи, пустяка — цвета глаз. Я знал, что в молодости у него были голубые глаза, а не зеленые, как сейчас. Я навел справки и узнал о его друге, профессоре Нате, живущем в Румынии, а также о бывшей любовнице, у которой от него родился сын. Попутно с этим выяснилось, что директор страхового общества Мюних — известный аферист. Между прочим, он арестован сегодня утром по моему приказанию, как раз в тот момент, когда собирался бежать, захватив с собой содержимое сейфов. Я оставил его в покое на некоторое время, поручив двум опытным агентам следить за ним.Во время моего визита я незаметно сфотографировал его и сличил с присланной из Берлина карточкой. Снимки оказались тождественными. Расчет его был очень прост: сыграть на панике дюссельдорфских жителей и, сорвав значительную сумму, удрать. Однако не в нем дело.Под видом врача я навестил внезапно заболевшую Эльзу Шлемам, бывшую любовницу Миллера. Мне нужно было получить у нее сведения о докторе и его сыне. Ее болезнь показалась мне весьма необычной.Я довольно сведущ в токсикологии, и сразу установил, что женщина отравлена. Оказалось, что Эльза послала Якоба — прожженного плута — за малиной в аптеку и, выпив ее, больше уже не вставала с постели. Случайно в пакетике сохранилась одна ягода, я взял ее с собой, произвел анализ, и последние сомнения отпали: это была аква-тофана. Это зелье мало известно в Европе, отличается особыми характерными признаками и не имеет противоядия. Единственное, чем я мог помочь несчастной, — это послал ей большую дозу морфия, чтобы облегчить страдания и ускорить конец.Кому-то, очевидно, надо было устранить ее как опасную свидетельницу, способную что-то рассказать или просто кого-то узнать. Логически рассуждая, я понял, что это могло понадобиться ее сыну или доктору.Я подослал Зоммера, инспектора Зоммера, уже прекрасно себя зарекомендовавшего, в пивную, где муж Эльзы рассказал своим друзьям следующее: неизвестный господин встретил на улице тетку Румпель, укрывательницу краденого и заступницу всех подонков, и, узнав из разговора, что жена столяра лежит больная, просил передать ей пакетик и сто марок.Конечно, исходя из психологии человека, все было рассчитано заранее — и тетка Румпель поступила именно так, как от нее ждали: она поймала Якоба и продала ему пакетик безобидной, по ее мнению, малины, прикарманив сто марок.Лица незнакомца она, естественно, разглядеть не могла.Следующим моим шагом был ночной визит к фрау Эльзе. Я загримировался под доктора Миллера и пришел к умирающей. Столяр Шлеман был в это время в пивной.Бедная женщина, приняв меня за своего бывшего возлюбленного, подробно описала наружность и характер сына, между прочим, она упомянула об одной очень важной детали, которая помогла мне свести воедино все мои предположения о догадке, — глаза Элиаса были странного и очень редко встречающегося оттенка — зеленые, в то время как у его отца, доктора Миллера — голубые. Волосы у Элиаса были рыжими.Фрау Эльза, обессиленная ядом и морфием, тихо умерла на моих глазах, и тогда я совершил святотатство — да простит мне Бог! Снял с ее груди медальон, с которым она не расставалась.Рассмотрев потом в кабинете свою добычу, я был потрясен: одна фотография изображала доктора Миллера примерно лет двадцати, а другая — молодого человека, похожего на него, как две капли воды, — только с неприятным выражением лица.Отец и сын были двойниками…Но почему так смутился доктор, когда я вскользь заметил, будучи у него, об изменении с возрастом цвета глаз? И почему под ногтями последней жертвы, которую мне пришлось осматривать, были не седые и не рыжие, а темные волосы?У столяра Шлемана была тайная типография для печатания нелегальных прокламаций на ферме, которую он арендовал. Ферма, принадлежащая вместе с имением доктору Миллеру: около Бейрата. Одно из писем убийцы написано на клочке бумаги, прошедшей через ротационную машину.Для того, чтобы разобраться во всех этих обстоятельствах, а также выяснить причастность столяра к делу, я поместил в газете объявление, что некое лицо желает купить подержанную ротационку, хотя бы и старой системы, и получил несколько предложений — в том числе и от столяра.Нагрянув на ферму, я нашел в старой молотилке ротационную машину и без труда установил тождественность бумаги, найденной на ферме, и той, на которой было написано одно из писем убийцы. Еще одна нить вела к доктору Миллеру.Его сын Элиас удрал из дому мальчишкой, и больше о нем никто ничего не слышал. Фрау Эльза говорила, что она будто бы видела его год назад, еще до начала убийств, но она не может утверждать это наверняка.Вначале у меня была такая версия: сын нашел своего отца, и один из них почему-то скрывается, загораживая собой другого. Но это предположение не выдержало критики, и я стал докапываться до истины.Слуга доктора — тупой кретин. От него я смог добиться только того, что доктор пьет кофе по утрам не в спальне, а в кабинете — иными словами, слуга всегда видит его одетым. При этом поразительна крепость старика, несмотря на внешний хилый вид.Когда я познакомился с вами, Рут, и узнал, что ваш отец археолог, я сразу же составил план действий — и, дав вам перепечатывать глупейшую статью, отправился к вашему отцу.Ученые, также как литераторы и артисты, обычно знают друг друга. Добродушный археолог дал мне адрес доктора Ната, друга доктора Миллера, живущего в Румынии, и я послал ему самое дипломатичное письмо, какое я писал когда-либо, следуя своему правилу: зная психологию человека, знаешь все. Исходя из этого, я часто прибегаю к эффектам, и огорошиваю собеседника неожиданностями. Таким образом я обычно добивался положительных результатов.Достопочтенный профессор откликнулся на мое послание и ответил обстоятельным письмом.Доктор Франц Миллер жил в заброшенной хижине, в глухой части Карпат, совершенно один и беспрепятственно предавался своим исследованиям оккультного характера, главным образом, токсикологии и демонологии.Как известно, Карпаты и прилегающие к ним страны являются рассадником «вампиризма». Вампиры, упыри, вурдалаки и тому подобные сказочные существа — считаются, у местных жителей, во всяком случае, чуть ли не обыденным явлением.Вера жителей в то, что некоторые люди, особенно умершие насильственной смертью, становятся вампирами и мучают потом своих убийц, требуя жертв и крови, разделяется всем населением.С точки зрения чистого оккультизма, все это вполне понятно и объяснимо, но если человек начинает подходить к этим явлениям с обывательской точки зрения, то это кажется более запутанным и сложным.Все это я говорю вам для того, чтобы вы представили себе обстановку, в которой вдруг появился молодой человек, как две капли похожий на доктора: разница была только в возрасте, цвете волос и глаз. Немногие обратили на это внимание — мало ли что бывает?Молодой человек поселился вместе с доктором, они жили в полном уединении, и больше года их никто не видел. Потом Миллер появился в городе, а затем спешно уехал на родину, не повидавшись со своими старыми друзьями.Молодой человек, по его словам, уехал неизвестно куда.Профессору Нату, видевшему его мельком, доктор показался несколько странным, но он не придал этому значения, объяснив причуды старика переменой положения: Миллер получил огромное наследство и из бедняка-ученого сделался миллионером.Откуда, правда, он мог узнать о наследстве в своей глуши — оставалось неизвестным.У меня на этот счет были свои соображения, и, как оказалось, я не ошибся.Фрейлин Рут, сама того не подозревая, познакомилась с Элиасом прошлым летом, когда жила около Бейрата. Ее рассказ подтвердил мои догадки, кроме того, я узнал, что Элиас всегда носил кольцо с изумрудом. Замечу, что изумруд является знаком высшего могущества и власти крови. Очень часто его носят безумные…Рассчитав, что Элиас постарается снова встретиться с Рут, я поехал с ней на ферму ее отца, и там, на полянке, мы случайно нашли кольцо с изумрудом. Собственно говоря, оно и послужило поводом к ее откровенности — Элиас внушил ей такой ужас, что она боялась даже заговорить о нем.Вернувшись на поляну, якобы за блокнотом, я столкнулся там с доктором Миллером, и мы любезно раскланялись. Почему бы доктору не гулять возле своего имения? Но я знал, он гуляет там не случайно. Пропажа кольца должна была очень его беспокоить. Было ясно, что он постарается во что бы то ни стало разыскать пропажу.Теперь вам, конечно, ясно, что Миллер и Элиас — одно и то же лицо. Сын, с детства ненавидя отца за свою незаконнорожденность, узнав, что отцу досталось огромное состояние, отправился на его розыски. Убить старика нетрудно — тем более в Карпатах, где найти труп невозможно. Элиас с дьявольским расчетом использовал свое сходство с отцом и, загримировавшись под старика, приехал в Дюссельдорф.Из старых знакомых его никто не мог выдать — через тридцать-сорок лет в памяти стираются все лица, а единственного человека, который мог его узнать, — свою мать, — он отравил тогда, когда положение стало опасным.Если бы Элиас провел с отцом больше года взаперти где-нибудь в другом месте, не в Карпатах, все могло бы быть иначе. Он, убрав со своего пути отца и мать, не пошел бы по пути кровавых преступлений, но, начитавшись книг по демонологии и обладая соответствующими задатками…Гениальный, но извращенный ум воспринял эту страшную науку по-своему; в результате получился ужасный тип вампира и изворотливый преступник, маньяк, страдающий манией величия, садист — все, что хотите.Для меня Элиас был не обычным преступником. Я понимал, что он настолько умен, может быть, даже гениален, что в борьбе с ним нужны особые средства. Он относился ко мне свысока, считая, что я не способен разгадать его игру. История с кольцом несколько насторожила его. Элиас понял, что я знаю кое-что и от меня ему амулет не получить, разве что он окажется у Рут. Я имел все основания опасаться за нее, и поэтому поручил опытным агентам ее охранять.Тем временем для Элиаса была подготовлена западня: я фиктивно уволил Мяча, дав ему определенное задание, и распространил слух, что, будучи недоволен деятельностью местных агентов, выписываю из Берлина инспектора Рейхгольда, причем подчеркнул, что не только никогда не работал с ним, но даже не знаю, как он выглядит.Если вы скажете, что проще было бы арестовать Миллера, то не забудьте, что убийство старика не относилось к дюссельдорфской серии, а мне важен был убийца, совершивший десятки преступлений. Пока же, несмотря на все логические построения, у меня не было прямых улик против него, и Элиас отлично знал это.Единственный человек, который может похвастаться тем, что удивил меня, — это инспектор Зоммер.Сообщение о том, что Элиас был убит известным преступником Кюртеном, бывшим его товарищем, поразило меня и, главное, разрушило мою версию. До сих пор я был уверен, что Элиас — убийца.Поиски трупа ни к чему не привели, но неутомимый Зоммер дал мне еще две подсказки: во-первых, Кюртен, простой рабочий, часто бывал у доктора Миллера, причем его визиты совпадали с убийствами — то есть происходили на другой день; во-вторых, Кюртен, по словам соседей, страдал галлюцинациями.Доктор Миллер решил пойти на обман и ударить с неожиданной стороны: он подкупил маленькую актрису Кэтти Финк, явившуюся к фрейлин Рут под видом моей жены, и наговорившую ей таких вещей обо мне, что у бедной девушки волосы встали дыбом. Когда через несколько часов доктор Миллер попросил ее руки, она согласилась, и он без труда узнал, что изумруд у меня.Известие о вашей свадьбе, Рут, я принял очень спокойно, потому что этот фокус для нас, старых сыщиков, давно уже не нов.Только молодые, неопытные девушки могут попасться в подобную ловушку — но когда вы мне сказали, что ваш жених уезжает и свадьба состоится через две недели, я понял, что на этот раз доктор угодил в мою западню.Ночью в Дюссельдорфе появилось привидение, Я ставил на карту все — и применил несколько необычный прием.Загримировавшись под Элиаса, а сделать это было нетрудно, имея под рукой его портрет в медальоне я пришел к Кюртену. Немногие актеры могут похвастаться таким успехом.Он рассказал мне даже больше, чем я мог надеяться, — мой визит к доктору Миллеру был только трюком для удовлетворения собственного тщеславия.Вместо старика, с постели поднялся Элиас и, увидев своего двойника, чуть не лишился чувств.Думаю, что никаких объяснений из реальной жизни он не понял и приписал мое вторжение потусторонним силам. Захваченная с туалетного столика гребенка с рыжими волосами больше уже не была нужна. Последние сомнения отпали.Элиас, приехав в Дюссельдорф, встретился со своим старым товарищем Кюртеном. Тот, жестокий, но бесхитростный преступник, соблазнившись богатством, убил его. Конечно, Элиас не открыл ему своей двойной жизни, ведь он только начинал ее. Кюртен, стащив труп в овраг и забросав его листьями, ничуть не волновался, что кто-нибудь хватится молодого Шлемана, так как был уверен в том, что о его приезде никому неизвестно.По-видимому, Кюртен очень торопился и не проверил, довел ли он до конца свое черное дело, благодаря этому Элиас выжил. Тогда-то у него и зародился план мести.Досконально зная особенности Кюртена, Элиас являлся к нему по ночам как вампир, привидение и толкал на все новые убийства. Это Элиас писал письма, сбивавшие с толку полицию. Это Элиас до мельчайших подробностей продумывал очередное преступление. Это он — настоящий убийца, а Кюртен только слепое орудие, загнанный в тупик человек, терроризированный своей «жертвой».Не спорю, что он преступник по существу и, кроме того, настоящий садист — находил в этом удовольствие, да еще убедившись в собственной безопасности. Но, в конце концов, связь с привидением расшатала ему нервы настолько, что он обратился за советом к Миллеру, о котором ходили слухи, что он знает самого дьявола.Нетрудно догадаться, что «доктор», зная обо всех событиях побольше самого рассказчика, направил его в нужном себе направлении.Мяч, приехав в Берлин, совершил чудо гримерного искусства — совершенно преобразился; убедившись, что Элиас наблюдает за ним, он как инспектор Рейхгольд поехал в Дюссельдорф. В кармане его были бумаги на это имя. Проводы, ловко инсценированные агентами берлинской полиции, окончательно сбили с толку Элиаса, и он не почуял подвоха.Преступник оглушил (он был уверен в этом) мнимого инспектора, сбросил его в туннель под поезд и, загримировавшись, приехал сюда, в Дюссельдорф, как Рейхгольд. Все сошло очень гладко.Если бы я не был уверен в исключительных способностях Мяча, я бы никогда не смог даже мечтать, о выполнении столь сложного плана. К счастью, наш дорогой Мяч справился с заданием и не особенно пострадал.Мюних получил от Элиаса предупреждение закрывать свою лавочку. Узнав об этом, я сделал вывод, что Элиас хочет представить его как дюссельдорфского убийцу, и, одурачив таким образом меня, преспокойно увезти Рут и скрыться за границей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14