А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Мне нужно восемьдесят тонн кондюллоя, который мистер Дрейк заказал для
Фридонии. Прямо сейчас. Вы знаете что-нибудь об этом?
- Я видела бумаги. - Ему показалось, что она была смущена. - Я
думала, что металл уже отправлен.
- Нет.
- Тогда он должен быть готов к отправке, - пыталась уверить она. -
Мне известно, что ваш дядя покупал кондюллой через мистера Гаста и его
помощников приблизительного год тому назад. Он купил около трехсот тонн.
- Хорошо, - улыбнулся Дженкинс с облегчением. Он знал, что Мартин
Бранд не подведет Фридонию. - Пожалуйста, скажите дяде...
- Можете поговорить с ним, - прервала его девушка, и Дженкинс услышал
голос Мартина, низкий и хриплый от волнения. - Ники, что с тобой? Ты
ранен?
- Нет. - Он пытался говорить спокойно. - Но у меня плохие новости с
Фридонии...
- Осторожно, Ники, - предупредил его Бранд. - Нас могут подслушать, а
ты знаешь, что такое сплетни. Я встречу тебя на аварийном космодроме.
Аварийный космодром располагался на отдаленной, изолированной от
города возвышенности. Синтетический воздух там был немного разреженным.
Из-за парагравитации голые холмы Палласпорта казались немного
наклоненными. Крутая дорога серпантином шли к вершине.
Дженкинс завел судно в отсек, обитый свинцом. Служитель измерил
степень зараженности корпуса корабля и прикрепил предупреждающую табличку.
Ник вошел в здание и подставил руку для антирадиационной инъекции.
- Надо взять кожную пробу, - предупредил служащий. - Эти уколы не
очень эффективны, и вы можете умереть от радиации, ничего не почувствовав.
Дженкинс мрачно кивнул, ища глазами дядю.
Мартин Бранд не пришел. Никто не отвечал на фотофонный вызов. От
волнения Дженкинс то и дело смотрел на часы. Сейчас было семнадцать десять
по мандатному времени. Офис, наверное, уже закончил работу, но дядя
обещал...
- Ники!
Радостное приветствие Бранда эхом отдалось по пустынному залу
ожидания. Ему было уже за сорок, но он сохранял стройность, и только
черная грива волнистых волос была чуть посеребрена на висках. Его
красноватое с выдающимися скулами лицо отличалось выражением детской
открытости.
- Слава богу, что ты не попал в зону взрыва, Ник, - Бранд схватил его
за руку. - Я разговаривал со старым О'Банионом, и он сказал, что Дрейк и
Мак-Джи и остальные в плохом состоянии.
- Они умирают, - прошептал Дженкинс.
- Извини, что я опоздал. - На цветущем лице Бранда появилась гримаса
сожаления. - Но какие-то слухи проникли на рынок, кто-то сообщил, что вся
лаборатория на Фридонии взорвана. Акции нашей компании упали за десять
минут на десять пунктов. Мне пришлось задержаться в офисе".
Дженкинс сглотнул и попытался говорить. Его вера в выдающегося
родственника придавала ему силы. И он был рад думать о деле, а не о
радиационной болезни.
- А ты?
- Да, это небольшая финансовая проблема, - Бранд беспечно кивнул и
понизил голос. - Я запустил ответный слух, что "Сити инкорпорейтед" должна
слиться с Интерпланетной Ассоциацией. Я заставил этих умников думать, что
они смогут купить "Сити" по дешевке. До закрытия биржи акции поднялись на
шестнадцать пунктов. - Бранд хихикнул. - Очень сожалею по поводу наших
друзей там, на Обании. - Он кивнул в сторону темного неба. - Но этот
случай принес мне, однако, четыре миллиона дохода. - Взглянув на
украшенные бриллиантами часы, он резко повернулся. - Ну, пошли, Ники,
пообедаем в Торе. У тебя есть какой-то багаж?
Дженкинс отрицательно покачал головой и попытался заглушить в себе
неприятное чувство, вызванное реакцией дяди на трагедию.
- Ничего страшного, - продолжал Бранд. - Купим все необходимое в
Торе. Ты должен побыть здесь, пока не отдохнешь. Ты выглядишь усталым,
хотя и не попал в аварию. Я надеюсь, ты передумал на счет офиса здесь...
- Подожди, - Дженкинс схватил его за руку. - Я должен поговорить с
тобой наедине.
- Хорошо, Ники.
Они вышли из здания. Маленькое солнце вставало над искаженным
пейзажем. Паллас не подчинялся мандатному времени. Голые пики гор казались
созданными из дикого света и густой ночи. Из неестественный наклон
создавал впечатление, что они все падали на него огромной неуправляемой
лавиной.
- Поговорим вечером, Ники. - Бранд кивнул на шофера в форме,
сидевшего за рулем огромной электромашины, неожиданно подъехавшей к ним. -
Сейчас нет времени. Мы подберем пару людей и отправимся к Сантьяго. Он
подает обед всегда вовремя.
- Минуточку, - запротестовал Дженкинс. - Я хочу поговорить с тобой по
поводу взрыва. Это очень важно...
Он осекся.
- Хорошо, хорошо - улыбаясь, Бранд ждал пока Ник сядет в машину. -
Некоторые держатели акций ассоциации интересовались слиянием двух
компаний. Используя некоторые методы финансовой инженерии, мы можем
сделать из этого нечто более прибыльное, нежели просто сплетни. Мы сегодня
поговорим об этом.
- Пожалуйста, - прошептал Дженкинс, но Бранд уже повернулся к шоферу.
- Офис мистера Гаста.
Он вновь обратил лицо к Дженкинсу и настойчиво произнес:
- Ники, ты должен забыть Фридонию. Я знаю, что эта трагедия потрясла
тебя, но мы собираемся построить нечто грандиозное на ее руинах. Если это
удастся, нам не нужна будет Фридония.
Дженкинс утонул в мягком сидении. Ошеломленный безжалостной энергией
хитроумного магната, он чувствовал себя слишком усталым, чтобы вызвать в
памяти молодого идеалиста, писавшего о безграничной свободе человечества.
Он даже был не в силах спросить о Джей Хардин.
Шойер быстро вел машину по улице, окружавшей искусственно насыпанную
гору. Когда Дженкинс работал на Фридонии, Палласпорт казался ему
великолепным оплотом человека в открытом космосе, но сейчас город угнетал
его.
Здания из листового металла и окрашенного стекла казались слишком
хрупкими и безвкусными.
Мужчины и женщины здесь говорили на языках всей Солнечной системы.
Ник думал, что они должны были выглядеть храбрыми и выносливыми бойцами с
вечной ночью, но видел лишь усталых и истощенных людей. Он вспомнил
циничное высказывание своего дяди: они все хищники, прибывающие на
астероиды, чтобы захватить свою долю добычи и увезти ее на свои планеты в
личных ракетах.
Но эти люди боролись за установление контроля над неистощимым запасом
расщепляемых элементов. Благодаря свободной энергии люди в Палласе смогут
жить в комфорте, а не как кочевники, разбившие лагерь в пустыне.
Неограниченная энергия сити-материи превратит сонные уродливые холмы
за этими бедными улицами в прекрасные горы, покрытые зеленью, создаст
более совершенную цивилизацию, мир, где тяжелые социальные последствия
недостатка энергии никогда не будут оставлять свой жестокий отпечаток.
- Посмотри-ка сюда, Ники. - Бранд тронул его за плечо. - Это наше
новое здание, построенное после того, как ты уехал. Оно на три этажа выше,
чем башня Интерпланетной Ассоциации!
Дженкинс вздрогнул и устало выпрямился. Он увидел отливающие золотом
массивные буквы "Сити инкорпорейтед".
- Стоило двести миллионов, - гордо сообщил Бранд. - Но подожди, ты
еще увидишь офис, который я построил для тебя в рекламном отделе,
отделанный сосной, ну прямо как на Земле. Она здесь более дорогая, чем
платина...
"Двести миллионов, - с тоской подумал Дженкинс. - Это дороже, чем
кондюллой, который был так нужен для катушки генератора, и кабеля, и
других деталей, необходимых для передатчика на Фридонии. Двести миллионов
были путем к освобожденной энергии. Они могли открыть новую жизнь для всех
планет.
- ...встретиться с Адамом Гастом, - вновь услышал он голос Мартина
Бранда. - Самый умный адвокат в Мандате. Это он защищал старину Дрейка,
помнишь? Он выбил нам лицензию на исследования. Я работаю с ним с тех пор.
Вот его офис.
Машина проезжала бедные кварталы. Усталые люди с мрачными лицами
спешили по тротуарам. На их лицах читалось предчувствие беды. Бранд
показал на потемневшую табличку над баром, где судя по всему собирались
отбросы общества нескольких планет. Табличка гласила: "Адам Гаст,
адвокат".
- Ужасная улица, - небрежно бросил Бранд. - Но Гаст не хочет
переезжать. Он вышел из низов, и я думаю, что его корни здесь. Он
повернулся к водителю: - Посигналь ему.
После гудка они некоторое время ждали на обочине.
Дженкинс наблюдал за мужчинами с болезненными лицами и вызывающе
накрашенными женщинами, прилетевшими сюда из разных миров. Худощавые
местные астериты, бородатые каллистийцы, полные венерианцы, загоревшие
марсиане и земляне с печальными глазами. Они стремились в бар, выходя из
ломбардов, грязных столовых, дешевых магазинов, надеясь на короткую
передышку от своего отчаяния, и покидали его в пьяном забытьи.
"Свободная энергия изменила бы и эту улицу, - думал Дженкинс, -
прибежище людей, проигравших битву за уран и торий". Он не мог смириться с
видом этих людей, искалеченных и выброшенных на обочину жизни, умирающих
от недостатка энергии. Он знал, что передатчик Бранда мог вылечить их.
- Адам, старина, - вдруг закричал Бранд. - Вот познакомься с моим
племянником.
Адам Гаст спустился по узкой темной лестнице между баром и
венецианским рестораном - невысокого роста полноватый человек с редкими
черными волосами и близко посаженными глазами, маленькой заостренной
бородкой. Подчеркнутая элегантность его костюма казалась неуместной на
этой нищей улице. Но Дженкинсу казалось, что это лицо с тонкими губами и
острым носом несет на себе общий отпечаток мрачного отчаяния.
- Привет, Дженкинс, - резко сказал Гаст.
Его голос был высоким, с неприятным металлическим оттенком. Он сел на
заднее сидение и резким жестом открыл толстый портфель руками, похожими на
желтые клешни.
- Извини меня, Ник - пробормотал Бранд, пересаживаясь к Гасту. - У
тебя вскоре будет компания. Мы заедем за моей секретаршей. Такая девушка,
как мисс Хардин заинтересуется тобой, героем Фридонии. - Он хихикнул. -
Правда, Адам?
Гаст недовольно кивнул и склонился над своими документами.
- Вот наша стратегия, - сказал он. - Если ты хочешь форсировать
слияние...
Дженкинс напрягся. Он был рад, что они были поглощены обсуждением
сложных компромиссов, подводных течений, которые дядя называл финансовой
инженерией, и не могли видеть его реакцию. Ник старался убедить себя, что
женщина ничего не значит для человека, которому осталось жить всего
неделю, но не мог сдержать волнения от ожидания встречи с Джей.
Она жила на более престижной улице, жители которой принадлежали к
когорте победителей в скрытой войне, которую вел Мандат. На витринах
магазинов этой улицы были выставлены каллистийские меха и редкие продукты
с Венеры, блестящие побрякушки с Марса, книги, наряды и драгоценности с
Земли - дорогие, доставленные сюда издалека товары.
Она ждала, стоя на хромированной лестнице скромного дома. Один ее вид
заставил Ника забыть о смерти, коварно притаившейся в его теле, и снова
ощутить острую боль сожаления.
- Джей, - радостно приветствовал ее Бранд. - Познакомься, это Ники.
Дженкинс мгновение не мог говорить. Девушка направилась к машине, но
при виде его остановилась и подняла руки в непроизвольном оборонительном
жесте. Она оказалась выше, чем он помнил. Ее расширенные от удивления
глаза были темно-голубыми, словно Вега.
- Ну что, нравится, Ники? - хихикнул Бранд.
Дженкинс молча кивнул. Девушка стояла, стройная и очень красивая, в
коротком жакете из голубого каллистийского меха. Ее волосы рассыпались по
плечам - золотые, как проблески Солнца.
- Привет, Ники, - ее мелодичный голос казался нарочито приветливым.
Она сдержанно пожала ему руку, и он почувствовал дрожь ее пальцев.
Она села рядом с ним и с улыбкой обратилась к Бранду.
- Мы с Ником старые друзья.
"Неужели?" - подумал Дженкинс. Он повернулся, чтобы рассмотреть лицо,
которое так долго пытался забыть. Светлая кожа, резко очерченный рот,
решительный подбородок, высокие скулы... В ней чувствовался сильный
характер, но он не мог понять ее.
- Я очень расстроена, - ее голос дрожал от волнения, - по поводу
аварии. Мистер Бранд сообщил мне. Я знаю капитана Мак-Джи - он привозил
запросы в офис. Такой маленький славный человечек. - Ее голубые глаза
потемнели и засветились сочувствием. - Вы уверены, что он безнадежен?
- Абсолютно, - Дженкинс не мог скрыть боль в своем голосе и добавил
коротко и резко: - Они все обречены!
- Но вы не пострадали?
Дженкинс сглотнул; он не мог говорить, а только покачал головой. Он
ощутил непреодолимое желание рассказать ей все. Он хотел быть беспощадным.
Жажда мести поможет ему установить передатчик Бранда.
Джей, казалось, ощутила его боль и, чтобы отвлечь его, начала
щебетать о чудесах Терран-Торан. Дженкинс пытался расслабиться рядом с
ней. Он слушал мелодию ее голоса и старался не думать о тени смерти,
нависшей над ним.

12
В девушке, казалось, пульсировала сама жизнь. Наблюдая за тонкими
чертами ее лица и глубокой голубизной глаз, Дженкинс впитывал ее жизненную
энергию. Ему очень хотелось расспросить ее.
- Скажите мне, Джей...
Ник воспользовался случаем, когда Бранд и Адамс углубились в свои
документы и подняли стеклянную перегородку, отделявшую заднее сидение от
водителя.
- Почему вы работаете на моего дядю сейчас? - Он не мог сдержать
напряжения в голосе. - Два года назад вы вздрагивали только от упоминания
его имени.
Она посмотрела на него. Ее глаза были внимательными и серьезными.
- Извините, Ник. - Голос ее звучал сдавленно. - Я думала, что ваш
дядя авантюрист. Видите ли, мой отец потерял большую часть своего
состояния на одном из его проектов, и поэтому мне пришлось пойти работать.
Я встретила вашего дядю позже и поняла, что ошибалась. Я рада, что работаю
в "Сити инкорпорейтед" сейчас.
Дженкинс улыбнулся ей, потому что почувствовал, что когда-то
порванная связь между ними восстанавливается.
- Это прекрасно, - согласился он, - что вы участвуете в усмирении
антиматерии. Я думаю, что это самый великий подвиг, который когда-либо
совершал человек.
- И самый опасный. - Она смотрела на него с благоговением. - Я всегда
тянулась к таким людям как вы, как бедный старина Мак-Джи, как те, кто
сейчас умирают от сити-шока. - Ее приглушенный голос выдавал волнение. -
Скажите мне, вы ходите по острию ножа, почему же продолжаете работать в
этом аду?
- Разве вы не знаете? - ответил Дженкинс вопросом на вопрос. - Разве
вы не читали книгу моего дяди?
Она кивнула.
- И все же, я не понимаю.
Дженкинс пытался найти слова, чтобы передать ей чувство восхищения,
которое он испытывал, перечитывая "Неограниченную энергию", и которое он
испытал вновь, когда думал о том, за что отдают свои жизни те люди,
которые умирают сейчас на Обании.
- Подумайте, что способна сделать дрейфующая порода, - настаивал он.
- Как она может изменить все!
Она слегка нахмурилась.
- Энергия - это основа богатства, даже жизни. - Он помолчал, подбирая
слова. - Энергия при умелом применении создает новые материальные
ценности. У людей накоплены огромные материальные богатства и значительное
количество знаний, но человечеству не хватает энергии, и этот
энергетический голод уродует нам жизнь. Он делает людей озлобленными, он
убивает их тем или иным способом!
Ник сделал жест отчаяния.
- Свободная энергия передатчика Бранда может изменить человеческую
жизнь. - Он изо всех сил старался достучаться до Джей, но его слова
казались ему самому неуклюжими и неубедительными. - Передатчик может
решить проблему энергетического голода. Он сделает жизнь людей здоровой и
прекрасной.
- Отличная идея, Ник. - На минуту ему показалось, что Джей поняла
его, пока не увидел морщинки на ее лбу. - Очень благородная мечта, и я
восхищаюсь вами, но человечество еще не готово к восприятию благородных
идей, и я боюсь, что вы никогда не достигнете своей утопической цели.
- Страх и жадность, происходящие от нищеты, не присущи людям от
природы, - настаивал он. - Свобода энергии может изменить их...
Но Дженкинс вынужден был умолкнуть, потому что понял, что она
перестала слушать. Машина подъезжала к основному космодрому, который
находился на вершине искусственной горы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23