А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

.. разумеется, отец. Все что пожелаете.— Мне нужен всего лишь алтарь, на полчаса, — улыбнулся отец Ал. — Никакой проповеди, думаю, не понадобится.Но он ошибся. Когда он начал служить мессу в капеллу заглянул прохожий, остановился, пораженный, а затем тихо вошел, отыскал скамью и преклонил колени. Когда отец Ал поднял голову готовый начать «Верую», то в изумлении увидел сидевшую перед ним группу людей, состоящую из хорошо одетых путешественников, портовых механиков, членов космодромных команд и нескольких джентльменов с трехдневными бородами, в промасленных с заплатами и с мешками на коленях спецовках. Любопытно, как у любого крупного космопорта всегда образовывался собственный район злачных мест, даже если он находился в миллионах АЕ* астрономических единиц

от любой обитаемой планеты. И еще удивительней то, сколько католиков вылезло из щелей пластиковых сооружений при звуке алтарного колокола.При таких обстоятельствах, он счел себя обязанным прочесть проповедь, которая всегда была у него наготове. Вот о чем он поведал:— Братья и сестры мои, хотя мы находимся в капелле Святого Франциска, позвольте напомнить о священнослужителе, в честь которого был основан мой собственный орден — о святом Видиконе Катодском, принявшем мученическую смерть за веру. Это был незаурядный человек. Во время пребывания в семинарии он не переставал мыслить категориями действительности, а не того, что должно произойти в будущем. Он был, конечно, иезуитом.Он обладал довольно странным воззрением, окрашенным чувством юмора. Когда он занимался преподавательской деятельностью, его студенты гадали, не верит ли он в Финаля тверже, чем в Христа. Многие молодые люди принимали его шутки всерьез и шли в святые ордена. Его епископ был в восторге от таких проявлений веры, но с опаской смотрел на причины большого наплыва. Потом об этом прослышал Ватикан. У Курии тоже имелись свои сомнения о его чувстве юмора, его перевели в Рим, где могли держать под наблюдением.Для удобства слежки его сделали главным инженером Ватиканского Телевидения.Сегодня это понятие вызывает недоумение. «Телевидение» было похоже на ЗМТ, но с плоским изображением. ЗМТ сначала означало в сокращении «трехмерное телевидение». Да, это было много веков назад — в лето Господа Нашего 2020-е.Отца Видикона опечалила необходимость расстаться с преподаванием, но обрадовала возможность по-настоящему поработать с телевизионным оборудованием. Близость к папе нимало не умерила его энтузиазма и юмора. Он по прежнему упорно называл Творца «Космическим Катодом»... Хвала Творцу, от Коего исходят электроны! Хвала Ему, Источнику всего, что нам знакомо! Тому, Чей порядок средь звезд не потух! Ибо в машинах Он — истинный Дух! — Отец Видикон, — сделал ему выговор монсиньор, — такая песня отдает богохульством.— Она всего лишь непочтительна, монсиньор. — Отец Видикон присмотрелся к осциллоскопу и подправил пьедестал на второй камере. — Но впрочем, вы же доминиканец.— А что бы это значило?— Просто вы, возможно, слышали не то, что я сказал. — Отец Видикон склонился над переключателем и набрал цветные полосы.— В его словах есть резон. — Брат Энсон оторвался от поисков неисправности в схеме платы ТБК. — Я лично счел ее вполне почтительной.— Еще бы, ведь ее спели. — Монсиньор знал, что брат Энсон был францисканцем. — Сколько я еще должен задерживать репетицию, отец Видикон? У меня ждут архиепископ и два кардинала!— Вы сможете начать, когда трубка камеры заработает, монсиньор. — Отец Видикон снова набрал вторую камеру и убедился, что осциллоскоп показывал все-таки верно. — Если вы торопитесь привести сюда кардиналов, имейте в виду, что может быть поломка.— Мне непонятно, как красная мантия может вызвать столько бед, — пробурчал монсиньор.— Еще бы, ведь вы режиссер. Но эти старые плюмбиконовые трубки не любят красное. — Отец Видикон подправил цветность. — Конечно, если бы вы уговорили Его Святейшество предоставить нам несколько камер с цифровыми платами...— Отец Видикон, вы же знаете, сколько они стоят! А мы уже век, как Церковь Бедных!— Скорее четыре века, монсиньор — с тех пор, как Кальвин сманил от нас буржуазию.— У нас столько же католиков сколько было в 1390 году, — решительно возразил брат Энсон.— Да, и тот год был сразу после «черной смерти», не так ли? А с тех пор население земного шара немного выросло. Мне не по душе быть пессимистом, брат Энсон, но у нас лишь десятая часть тех верующих, какие шли к нам в 1960 году. А судя по притягательности, демонстрируемой Преподобным Суном, нам еще повезет, если мы сумеем сохранить к концу года десятую часть и этой паствы.— Сейчас у нас кризис с камерами, — напомнил им монсиньор, — вы не могли бы воздержаться от обсуждения кризиса веры до тех пор, пока не будут налажены камеры?— О, они уже работают. — Отец Видикон включил общий рубильник и откинулся от пульта управления камерами. — Сейчас они будут работать для вас превосходно, пока вы не начнете запись.Монсиньор побагровел.— А с чего бы им поломаться тогда?— С того, что именно тогда они будут вам нужней всего, — усмехнулся отец Видикон. — Телевизионное оборудование подвластно закону Мэрфи, монсиньор.— Я желал бы, чтобы вы чуть меньше волновались из-за закона Мэрфи и чуть больше из-за Христова закона!Отец Видикон пожал плечами.— Если целью Господа является отдать власть над энтропией в руки Беса Противоречия, то кто я такой, чтобы спрашивать Его?— Ради всего святого, отец, какое имеет отношение Бес Противоречия к закону Мэрфи? — воскликнул монсиньор.Отец Видикон пожал плечами.— Энтропия есть потеря энергии в системе, что является самопогублением, а это и есть противоречие. И закон Мэрфи — противоречие. Следовательно, они оба, и Бес являются следствием Общей Константации Финаля «Противоречивость вселенной стремиться к максимуму».— Отец Видикон, — резко сказал монсиньор. — Когда-нибудь вас сожгут, как еретика.— О, только не в нашу эпоху. Если Церковь проклянет меня, я могу, подобно многим из нашей прежней паствы вступить в церковь Преподобного Суна. — Увидев, что монсиньор делается пурпурным, он повернулся к двери, быстро добавив. — Тем не менее, монсиньор, будь я на вашем месте, то не забыл бы прежде, чем скомандовать «пошла запись» прочесть «Литанию Камер».— Этот образчик богохульства? — взорвался монсиньор. — Отец Видикон, вы же знаете, что Церковь никогда официально не провозглашала святую Клару покровительницей телевидения!— И все же, она ведь видела, как умер святой Франциск, хотя находилась в то время в двадцати милях от него — первый католический случай «телевидения», «видения на далекое расстояние». — Отец Видикон помахал указательным пальцем. — А святой Генессий является официально признанным покровителем деятелей шоу-бизнеса.— Актеров, разрешите напомнить. А у нас здесь таковых нет!— Да, знаю. Я видел ваши программы. Но помяните хоть святого Иуду, монсиньор.— Покровителя отчаявшихся? Зачем?— Нет покровителя пропащих людей, а с такими древними камерами, он вам понадобится.Дверь открылась и вошел монах.— Отец Видикон, вас вызывают к Его Святейшеству.Отец Видикон побледнел.— Вам лучше самому помянуть святого Иуду, отец, — злорадно посоветовал монсиньор. Затем лицо его смягчилось. — И, помоги нам Господи — нам всем тоже не помешает.Отец Видикон преклонил колени и облобызал папский перстень с облегчением — если ему подали для целования перстень, то дела обстоят не гак уж плохо.— Встаньте, отец, — мрачно велел ему папа Климент.Отец Видикон поднялся на ноги.— Полноте, Ваше Святейшество! Вы же знаете, что все это было просто забавы ради! Немного непочтительно, но тем не менее это только шутка! В действительности я не верю в демона Максвелла, во всяком случае, полностью. И я знаю, что Общая Константация Финаля на самом деле заблуждение — противоречивость в нас самих, а не во вселенной. И святая Клара...— Мир, отец Видикон, — устало сказал Его Святейшество. — Я уверен, что ваши шутки не угрожают существованию Церкви, а непочтительность меня не особенно беспокоит. Если Христос мог пошутить, то и нам не возбраняется.Отец Видикон удивился.— Разве Христос шутил?— Он ведь принял человеческое воплощение, не так ли? Но я позвал вас сюда по более серьезной причине, чем ваше утверждение, что Христос выступил в качестве муниципального инженера, когда сказал, что Петр это камень, и на сем камне Он выстроит Церковь Свою.— О! — Отец Видикон попытался принять подобающий степенный вид. — Если дело в финансировании обратной связи в громкоговорителях собора святого Петра, то я сделаю все, что в моих силах, но...— Нет, положение, боюсь, почти критическое. — На углах губ папы появился намек на улыбку. — Вам, конечно, известно, что за последние двадцать лет верующие покидали нас все возрастающими толпами.Отец Видикон пожал плечами.— А чего еще можно ожидать, Ваше Святейшество? При телевидении, обратившем всех к вселенскому образу мыслей, они все больше и больше склонялись к мистицизму, нуждаясь в доктринах, охватывающих весь Космос и заставляющих их ощущать себя значительно интегрированными с ним; но Церковь по-прежнему предлагает лишь окаменелую догму и логические рассуждения. Конечно, они обратятся к экстазникам, к видео-демагогу, вроде Преподобного Суна, с его окрошкой из тайпинского христианства и дзен-буддизма...— Да, да, я знаком с этими теориями, — отмахнулся от слов отца Видикона Его Святейшество, прикрывая другой ладонью глаза. — Не надо мне вашего маклюэновского жаргона, отец. Но вам будет приятно узнать, что Совет только что окончательно решил, какие части теорий Шардена совместимы с католической доктриной.— Значит Ваше Святейшество уговорили их наконец согласиться на это! — Отец Видикон испустил сильный вздох облегчения. — Наконец-то!— Да, я думаю, как неплохо было быть папой, скажем, в 1890 году, — согласился Его Святейшество. — Когда святой престол имел чуть больше власти и меньше надобности убеждать. — Он тоже тяжело вздохнул и сцепил руки на столе. — И произошло это как раз вовремя. В понедельник утром Преподобный Сун выступает с речью на Генеральной Ассамблее, и ни за что не угадаете на какую тему.— Что Церковь — камень на шее всех стран мира, — мрачно кивнул отец Видикон. — Священники, мол, не передают по наследству свои гены, католики не пытаются контролировать рождаемость и таким образом вносят свой вклад в перенаселение, церковные земли не облагаются налогом — все это стало довольно избитой риторикой.— В самом деле, большинство его последователей могут процитировать эти тезисы досконально. Но на сей раз, как заверяют меня мои источники, он намерен зайти куда дальше — попросить Ассамблею рекомендовать всем странам-членам ООН принять законодательные акты, делающие эти «злоупотребления» противозаконными.Отец Видикон присвистнул.— А так как во всех странах большой процент избирателей составляют сунниты...— То это равнозначно объявлению римско-католической церкви вне закона. Да. — Кивнул Его Святейшество. — И вряд ли нужно напоминать вам, отец, что в нынешнем итальянском правительстве большинство принадлежит коммунистам-суннитам.Отец Видикон содрогнулся.— Они начнут с аннексии Ватикана! — Перед глазами у него внезапно возникло кошмарное видение молитвенного собрания суннитов в Сикстинской капелле.— Мы будем подыскивать новое жилье, — сухо обронил папа. — Поэтому, как вы понимаете, отец, будет важно, чтобы я сначала сообщил верующим всего мира о недавнем решении Совета.— Ваше Святейшество выступит по телевидению! — воскликнул отец Видикон. — Но это же чудесно! Вы будете...— Я краснею, отец Видикон. Мне хорошо известно, что вы считаете меня обладающим врожденной привлекательностью для видеосредств.— У вас харизма Иоанна-Павла II с притягательностью Ионна XXIII! — стоял на своем отец Видикон. — Но какая потеря, что вы не появляетесь на студии!— Мне не нравится видеть себя главным гвоздем программы в интермедии, — саркастически отозвался Его Святейшество. — И все же, боюсь, что это необходимо. Курия переговорила с Евровидением, Афровидением, Паназиавидением, Панамеривидением и даже с Интервидением. Все они, даже коммунисты, согласились передавать нас пятнадцать минут...— Кардинал Белуга — гений дипломатии, — пробормотал отец Видикон.— Да, и все эти страны встревожены ростом в своих пределах церкви Суна, так как из этого следует, что немалая часть их граждан подчиняется приказам из Сингапура. При таких обстоятельствах мы становимся, на их взгляд, меньшим из двух зол.— Полагаю это комплимент, — с сомнением протянул отец Видикон.— Давайте считать именно так, идет? Узким местом будут, конечно, американские коммерческие телесети. Они согласны передать мое выступление только в воскресенье утром.— Да, религия их волнует только тогда когда она начинает влиять на сбыт товаров, — задумчиво проговорил отец Видикон. — Как я понимаю, Ваше Святейшество выступит около двух ночи?— Да, в Чикаго это будет раннее утро. Другие страны согласились записать выступление и прокрутить его в более подходящий час. Выступление пойдет, конечно, через спутник...— Пока мы его оплачиваем.— Естественно. И если с нашей стороны будут какие-то неполадки в трансляции, то телесети не будут обязаны дать нам дополнительное время.— Ваше Святейшество! — раскинул руки отец Видикон. — Вы меня обижаете! Ну, конечно, я позабочусь чтобы с трансляцией не произошло никаких накладок!— Я не хотел вас обидеть, отец Видикон — но я хорошо знаю, что данный мной передатчик не самая последняя модель.— А что можно приобрести на пожертвования? Кроме того, Ваше Святейшество, в 1990 году фирма «Бритиш Маркони» изготовляла превосходные передатчики! Нет, Италия и Южная Франция будут принимать нас идеально. Но не помешает, если вы сможете купить несколько запасных частей для трансформатора, подающего ток на земной станции спутника...— Что б там ни было. Покупайте все, что вам нужно, отец Видикон. Главное обеспечьте передачу нашего сигнала. А теперь можете идти.— Не беспокойтесь, Ваше Святейшество! Ваш голос услышат, а ваше лицо увидят, даже если против меня поднимутся все силы тьмы!— Включая демона Максвелла? — сурово молвил Его Святейшество. — И беса Противоречия?— Не беспокойтесь, Ваше Святейшество. — Отец Видикон соединил в кольцо большой и средний пальцы. — С ними я уже справлялся.— Добрые души слетелись словно голуби домой, — пропел отец Видикон, — или слетятся, услышав маленькую речь нашего папы. — Он закрыл съемную панель передатчика. — Вот! Все компоненты в лучшем виде! Я даже смахнул пыль со всех плат... Как там тот запасной передатчик, брат Энсон?— Пока я заменил два чипа переменного тока, — ответил брат Энсон из недр древнего агрегата. — Не потому, что они не исправны, просто у меня возникли свои сомнения.— Никогда не буду сомневаться в предчувствиях францисканца. — Отец Видикон сплел пальцы на животе и откинулся на спинку стула. — Вы проверили трансформатор к наземной станции?— Трансформатор. — Из агрегата высунулись покрытые пылью голова и плечи брата Энсона. — Вы имеете в виду тот огромный резистор в сером ящике?Отец Видикон кивнул.— Тот самый.— Немножко примитивный, не правда ли?Отец Видикон пожал плечами.— Сейчас нет времени доставать лучший, и деньги мне отпустили только на такой в ту пору, как меня «повысили», произведя в главные инженеры. Кроме того, нам действительно надо сбросить всего лишь 50000 ваттный сигнал нашего передатчика до той величины, с какой способна справиться наземная станция.Брат Энсон пожал плечами.— Как скажете, отец. Правда, эта штука вызовет небольшие помехи.— Ну, мы не можем работать идеально, во всяком случае при таком бюджете, какой нам отпущен. Просто надо помнить, брат, что большая часть нашей паствы по-прежнему живет в нищете; чашка проса для нее нужней, чем четкое изображение.— С этим я не могу спорить. Так или иначе, я проверил этот резистор. Сколько Ом он даст?— Примерно столько же, сколько и вы, брат. Как он выдержал испытание?— Отлично, отец. Он исправен.— Или будет таков, пока мы не выйдем в эфир, — кивнул отец Видикон. — Ну, у меня есть под рукой два запасных. Пусть случится наихудшее, что может случится! Я противоречивей, чем Мэрфи!Дверь со стуком распахнулась, и к косяку бессильно прислонился монсиньор.— Отец... Видикон! — задыхаясь выговорил он. — Произошла... катастрофа!— Мэрфи, — пробормотал про себя брат Энсон, но отец Видикон был уже на ногах. — Что такое, монсиньор? Что случилось?— Преподобный Сун! Он пронюхал о планах папы и уговорил ООН назначить его выступление в пятницу утром!Какую-то секунду отец Видикон стоял не двигаясь, ошарашенный. А затем резко бросил:— Телесети! Они могут выпустить Его Святейшество пораньше?— Кардинал Белуга сидит сейчас на трех телефонах, пытаясь устроить, это дело!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28