А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

кажущийся беспорядок Вселенной не является
иллюзорным, связанным с неспособностью простых смертных проникнуть в
божественное предназначение. На самом деле единственная и всеобщая
реальность, суть Хаос, а у Вселенной, в конечном счете, нет другой
структуры, кроме Его Величества Чистого Случая, абсолютно безразличного к
намерениям Человека".
"Какая ирония судьбы! - подумал Чинг. - Видеть людей, которые
отчаянно стараются верить в Бога - верховного организатора, но кончают
тем, что начинают служить Хаосу! И в то же время как можно мечтать о более
Хаотичной ситуации?!"
Оторвавшись от своих размышлений, он сказал:
- Очень хорошо. Вы тотчас отправитесь на Меркурий.
- Есть, Главный Агент! - вытянулся Дунтов.
Он четко развернулся и вышел.
Задумчиво провожая его взглядом, Чинг спрашивал себя, не заключается
ли определенная доля истины в поведении таких людей.
Ведь в какой-то мере Братство можно было сравнить с религиозным
орденом. Разве религия определялась только верой в какого-нибудь бога? Не
могла ли она просто отражать убежденность в том, что где-то существует
нечто высшее, чем человек и его деятельность - нечто такое, что
неподвластно абсолютному порядку, не нечто идеальное, которое человек
всегда пытался определить для себя? В самом деле, какая разница, если это
нечто, это всемогущество не было богом или смертным, а только всеобщей
тенденцией Вселенной и всех ее составляющих - атомов и галактик -
тенденцией, направленной к все более возраставшей энтропии, то есть,
другими словами, к Хаосу? Может быть, Хаос и был тем самым бессмертным
богом, бесконечным, всемогущим.
Брат Фелипе прервал размышления Главного Агента.
- Можем мы считать, что дела идут, как надо, не правда ли? Этот
Дунтов, может быть, не особенно умен, но он точно выполняет все приказы
и...
- Он возвращается!
В зал ворвался доктор Шнеевайс, неистово размахивая своими короткими
ручками.
Лицо его покраснело от возбуждения.
- Кто возвращается? - хором спросили Ответственные Агенты.
- Зонд "Прометей"! - воскликнул Шнеевайс. - Он вернулся с Синюса 61.
Ультралюминесцентная тяга полностью себя оправдала. Пленка в процессе
монтажа.
В зале стало шумно. Сам Роберт Чинг вскочил со своего кресла с
радостной улыбкой. Наконец-то! Первая фаза проекта "Прометей" прошла
успешно! Зонд доставит первые изображения планеты, находящейся за
пределами Солнечной системы. Несомненно, это открывало новую страницу в
истории человечества, однако Чинг заглядывал далеко в будущее: для него
это было началом заката Гегемонии, началом неизбежного Хаоса.
Что покажет пленка? Вдруг это обитаемая планета за пределами
Солнечной системы, вне досягаемости цепких лап Гегемонии? И может быть,
даже...
- Идемте со мной! - воскликнул Шнеевайс. - Сейчас в кинозале все
будет готово.
- В самом деле, - согласился Чинг, - мне не терпится увидеть это
собственными глазами.
Все присутствовавшие дружно встали со своих мест и углубились в
коридоры астероида.
В скоростном лифте с искусственной гравитацией Чинг не переставал
думать об этом, и тысячи вопросов не давали ему покоя. Есть ли у Синюса 61
обитаемая планета? Или даже несколько планет?
Есть ли там разумная цивилизация, выполняющая свое высокое
предначертание в соседстве с этим далеким солнцем?
Выйдя из лифта и пройдя высеченным в камне коридором, Братья попали в
небольшой зал, где несколько рядов кресел выстроились перед экраном.
В то время как Чинг и другие Братья рассаживались перед ним, Шнеевайс
о чем-то разговаривал с техником, после чего лицо физика расплылось от
удовольствия, а Чингу пришлось сдержаться, чтобы не приказать ему тотчас
же начать отчет. Но обещанный спектакль стоил нескольких минут терпения.
- То, что вы сейчас увидите, - объявил Шнеевайс, - всего лишь монтаж
самого важного материала, заснятого со значительно большей скоростью. Тем
не менее, я предпочитаю дать вам возможность самим сделать надлежащие
выводы. Поехали!
Фильм начался с изображения ночного неба, усеянного неподвижными
звездами.
Скоро одна из них начала отделяться от остальных, с каждым новым
кадром увеличиваться в размерах, пока не превратилась в широкий диск.
В глубине зала послышался голос Шнеевайса.
- Мы приближаемся к Синюсу 61. В системе пять планет...
На экране появились голые скалы, хаотические нагромождения, резко
контрастирующие с черной бархатистостью космоса.
- Внешняя планета, - продолжал комментировать Шнеевайс. - На окраине
системы. Мертвая, лишенная атмосферы. Размерами похожа на Луну.
Тотчас же на экране промелькнули одна за другой две огромные планеты.
Первая была испещрена красными, оранжевыми и желтыми полосами. Вторая -
исчерчена голубыми полосами и голубовато-зелеными.
- Два газообразных гиганта, размерами с наши Уран и Сатурн
соответственно, - сказал Шнеевайс. - А теперь вы видите небольшую
внутреннюю планету, диаметр которой равен приблизительно двум третям
диаметра Титана.
Это был небольшой черный диск с резко очерченным сиянием близкой
звезды контуром.
- А вот вторая планета! - Шнеевайс сделал театральную паузу. - 1,09
диаметра Земли, кислородно-азотная атмосфера, уровень гравитации 0,94.
Вода в жидком виде! Смотрите же!
Голубовато-зеленый диск, который скачками увеличивался в размерах, -
сначала с горошину, потом с апельсин, с дыню - занял весь экран, вызвав у
Чинга вздох восхищения. Можно было ясно различить океаны, четыре
континента зеленовато-коричневого оттенка, шапки льда на полюсах,
извилистые реки, острова, облака...
Перспектива снова изменилась: камера засняла обширную часть одного из
континентов. Показались зеленые массивы - скорее всего, леса - реки,
голубые озера.
Ж_и_з_н_ь_!
Камера спустилась еще ниже, и детали стали четче: деревья, зеленые
поля и обработанные участки. Сомнений больше не было: ровные полосы
насаждений, изгороди у подножий курганов...
- Да, свидетельства пребывания мыслящих существ!
Шнеевайс торжествовал.
- Но есть кое-что поинтереснее. Смотрите!
Казалось, что теперь камера скачками двинулась к поверхности. Она
задержалась на какой-то миг над плотиной, под которой воды широкой и
полноводной реки низвергались в море. Затем еще одно изменение плана, и на
экране появился...
Город! Высокие серебристые здания, которые на протяжении десятков
километров обступили берега реки и доходили до самого моря. Дамбы на реке.
Широкие дороги, связывавшие город с провинцией.
Вдруг пейзаж опрокинулся, как будто гигантская волна ударила в зонд.
Голубое небо, снежно-белые облака. Потом...
Потом металлическое веретенообразное тело красного цвета заполнило
экран. Передняя часть его была прозрачной, а ряд люков или выхлопных сопл
опоясывал середину, тогда как задняя часть казалась удлиненной за счет
чего-то похожего на голубоватый соленоид.
Затем все исчезло.
- Вы отдаете себе отчет, что все это значит? - воскликнул Чинг.
- Конечно! - ответил Шнеевайс. - Это другая цивилизация, достигшая
значительно более высокого уровня развития! Кроме того...
- Несомненно, - перебил его Чинг с внезапным раздражением. - Но не
это самое главное. Подумать только: мы обнаружили мыслящие существа в
первой же системе, которую решили исследовать, в ближайшем соседстве от
нашей, если иметь в виду галактические масштабы. Разве не ясно, что отсюда
следует? Галактика должна просто кишеть разумными расами - сотнями,
тысячами, может быть, миллионами! Хаос, Братья, в своем неподражаемом
облике! Факторы СЛучайности без счета! Вот настоящее лицо Хаоса:
бесконечная Вселенная с бесчисленными цивилизациями, абсолютно отличными
одна от другой!
- Хаос! В самом деле Хаос! Конец Гегемонии! Крах Порядка!
Все говорили одновременно. Роберт Чинг поднял руку.
- Да, и...
Неожиданно раздался вой сирен. Тревога! К астероиду приближался
посторонний объект. Могло ли так случиться, что Гегемония...
Высказав вслух мрачные мысли Чинга, Н'Гана заметил:
- Тревога! Надо ж, в тот самый момент, когда...
- Быстрей! - скомандовал Чинг. - В обсерваторию!
Преследуемые непрекращавшимися звуковыми сигналами, руководители
Братства бросились по скоростным лифтам, которые за несколько секунд
доставили их в самое сердце астероида в непосредственной близости от
ядерного реактора.
Казалось, что они поднимаются прямо в космос: довольно странное
чувство в конце подъема. Полное состояние невесомости. А вокруг - сверху,
снизу - космическая тьма, мерцающая звездами. И только почти прозрачная
верхняя крыша лифта, странная "прореха в пространстве" портила иллюзию,
создаваемую огромным сферическим экраном, который в самом центре
астероида, в точке, где исчезала сила тяжести, был похож на гигантскую
оболочку прозрачного яйца.
Какой бы иллюзией это ни было, Чинг не смог преодолеть головокружение
в тот момент, когда он пристально всматривался в "пространство", пытаясь
обнаружить нарушителя. В этом помещении он чувствовал себя значительно
ближе к Истине, ему казалось, что здесь возникал какой-то особый контакт с
Хаосом. Он довольно часто посещал эту обсерваторию, чтобы лишний раз
проникнуться чувством бесконечности Вселенной, чтобы еще раз увидеть,
пощупать Хаос, в структуре которого человек был всего лишь карликом -
карликом меняющимся...
Однако непрерывное завывание напомнило ему, что сейчас не время для
размышлений.
- Ну, и? - спросил он у кажущейся безлюдной тьмы вокруг себя. - Вам
удалось определить траекторию объекта?
Усиленный невидимыми динамиками, чей-то голос, шедший, казалось,
прямо из космоса, ответил:
- Объект установлен, Главный Агент.
В псевдо-пространстве перед Чингом начала увеличиваться в размерах
ярко-красная точка, которая превратилась в диск, быстро приближавшийся к
астероиду.
Но диск этот летел не со стороны Солнца или Земли! Он летел
с_н_а_р_у_ж_и_, со стороны Сатурна или Юпитера.
- Откуда он? - спросил Чинг.
- Мы еще не можем определить это с большой точностью, Главный Агент,
- ответил все тот же призрачный голос. - Однако, мы рассчитали его путь от
орбиты Плутона - и пока все. Такое впечатление, что он летит ниоткуда.
Если только это не происки Гегемонии, то объект появился из межзвездного
пространства.
Чинг обвел взглядом тех, кто его окружал, и задержался на Шнеевайсе.
Глаза физика были устремлены на объект, форма которого вырисовывалась все
отчетливее: больше не могло быть сомнений, они видели перед собой дискоид.
Да, но каких размеров? Для этого было необходимо знать расстояние до
него.
- Расстояние? - осведомился Чинг.
- Три километра, - ответил оператор лаконично.
- Невероятно! - воскликнул Шнеевайс. - Это значит, что его диаметр
всего около трех метров! Проверьте еще раз!
В наступившей опять тишине было видно, что поведение объекта
изменилось, он перестал увеличиваться, как будто он остался на постоянной
орбите вокруг астероида на высоте не более двух километров.
Он пролетел над головами наблюдавших за ним Братьев, исчез у них за
спиной, появился у них из-под ног, чтобы подняться прямо перед ними вверх
и продолжать свое вращение. "Однако слишком уж большая у него скорость, -
подумал Чинг, - трудно объяснить обычными законами астрофизики".
- Расстояние 1580 метров, - послышался все тот же бесстрастный голос.
- Мы предприняли необходимые контрмеры. Он продолжает вращаться вокруг
астероида. Но крутится он чертовски быстро. Несомненно, это космический
корабль.
- Не может быть, - возразил Шнеевайс. - Уж слишком он мал...
- Дайте нам максимальное увеличение, - скомандовал Чинг.
Тотчас же "пространство", которое их окружало, потеряло свои
очертания, как будто сместилось. Затем оно стабилизировалось, и
изображение снова стало четким.
Далекие звезды остались яркими точками, а черная пустота пространства
- все такой же черной и пустой. Вроде бы ничего не изменилось, кроме...
Кроме неопознанного объекта, который оказался ракетой ярко-красного
цвета диаметром метра четыре, с выхлопными соплами, опоясавшими
центральную часть, и с голубоватым соленоидом сзади.
В то же время ракета безостановочно продолжала свой путь, Шнеевайс
воскликнул:
- Теперь вы понимаете? Надеюсь, вы понимаете? Тот же тип ракеты,
который был заснят зондом, только значительно меньших размеров. Он, должно
быть, следовал за сигналами оттуда!
- С самого Синюса! - воскликнул Фелипе.
- С самих звезд!
- Мы приняли радиосигнал, - вмешался все тот же безразличный голос. -
Передана формула водорода.
- То есть как это принято при межзвездных сообщениях! - возликовал
Шнеевайс.
- Пошлите ответ, - сказал Чинг.
Послышалось завывание, свист, затем странный ритмичный звук, серия
"бип", прерываемых паузами, не обозначавшими, казалось, ничего
конкретного, раздался в зале обсерватории, в то время как объект продолжал
свое безостановочное вращение.
Чинг почувствовал, что ему становится плохо. Как будто он остается в
одиночестве в открытом космосе, в полной зависимости от этого объекта,
который, чувствуя, что за ним наблюдают, следят за каждым его шагом,
продолжал, тем не менее, все так же вызывающе вести себя с какой-то прямо
сверхчеловеческой самоуверенностью.
- Бип - бип - бип.
Пауза.
- Бип.
Пауза.
- Бип - бип - бип - бип.
Пауза.
- Бип.
Пауза.
- Бип - бип - бип - бип - бип - бип.
Пауза. Затем долгая пауза. Затем все сначала.
- Что же это? - спросил Чинг. - Что-то мне этот ритм напоминает...
- Три, один, четыре, один, шесть, - повторил задумчиво Шнеевайс. -
Ну, конечно же! Пи! Число Пи с приближением до четвертого знака,
записанное для бесконечного повторения. Он говорит нам, что понимает нашу
математическую систему, что наше исчисление на десятичной основе!
- Он говорит нам, что он существует, и что он продукт разума, -
добавил Чинг. - Он признает в нас людей, обладающих разумом.
Вдруг красная ракета покинула свою орбиту и, быстро уменьшаясь в
размерах, направилась в сторону внешних планет по траектории, которая
обрывалась на орбите Плутона. Чингу даже не надо было уточнять
направление: это мог быть только Синюс 61.
Затем, в тот момент, когда еще ее форма различалась на экране, ракета
неожиданно задрожала и как будто провалилась в пустоту.
Братья остались в одиночестве в бесконечном пространстве среди тысячи
звезд.
Но Роберт Чинг знал, что они больше не одиноки и больше никогда
одиноки не будут, ведь мириады красных, голубых, желтых, белых точек,
которые их окружали, больше не были просто холодными и равнодушными
звездами. Отныне на Братьев были направлены взоры сотен тысяч цивилизаций,
рассеянных в бесконечности пространства и времени.
Вселенная наконец-то приоткрыла свое лицо Человеку, и Роберт Чинг
различал его очертания.
Это был лик Хаоса.

8
Учитывая только тот факт, что он пытается
сохранить островок Социальной Энтропии, окруженный
морем враждебного Хаоса, служитель Порядка должен
вообразить все опасности, которые подстерегают
его.
Служителю Хаоса, с другой стороны, нечего
воображать эти опасности: он знает, что они собой
представляют.
(Грегор Марковиц. "Теория Социальной Энтропии")
Одетый в просторный комбинезон сотрудника Отдела Обслуживания, Борис
Джонсон прогуливался по зеленому скверику, расположенному прямо перед
парадной лестницей Министерства Опеки Меркурия.
Это было самое высокое здание, за исключением самого экологического
купола.
Фасад из белого пластика вздымался к прозрачному ультрафиолетовому
куполу, который служил единственной защитой поселенцев от дыхания
невероятно плотной и едкой атмосферы планеты. Покинуть это убежище значило
обречь себя на немедленную смерть: Гегемония не могла придумать более
совершенной тюрьмы для своих подданных. А сияющий диск совсем близкой
звезды, почти что физическое присутствие которой чувствовалось, несмотря
на защитные чувства опалового купола, постоянно стоял на близком
горизонте, чтобы напомнить обитателям о ненадежности их пребывания на этой
негостеприимной планете.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20