А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Например, из обыкновенного бул
ыжника Ц железо, золото или колбасу. Для этого просто нужно, Ц он так и ск
азал «просто», Ц расщепить атомы на составные части и сложить из этих ча
стей новые атомы.
Ц Увлекательнейшая вещь! Ц немедленно откликнулся юноша.
Ц Их много, этих увлекательнейших вещей, Ц снова усмехнулся пожилой па
ссажир. Ц Но вот вопрос, какую же из них осуществлять?
Ц Ту, что целесообразнее, Ц вмешался вдруг пассажир, сидевший в углу.
Ц А что считать целесообразным? Ц тотчас же накинулся на него юноша. Ц
Каков критерий?
Ц Ну, например, затраты человеческого труда. Это, конечно, прежде всего. П
отом затраты энергии. И не вообще, разумеется, а с учетом общего ее баланса
в данное время, наличия данного сырья. Затем сложность и дальность транс
портировки. Да мало ли что еще…
Ц О… Ц несколько разочарованно протянул юноша. Ц Вы, я вижу, из тех, кто
считает все на свете.
Ц Сотрудник Планового бюро, Ц поклонился с лукавой улыбкой пассажир и,
помедлив, добавил: Ц Вы ведь знаете, мы не скупимся на любые эксперименты
Ц сколько угодно смелые и самого большого масштаба. Но… Ц он оглядел со
беседников, как бы желая убедиться, интересует ли их эта тема, и продолжал
: Ц Когда речь идет о нормальной эксплуатации, тут слово берет математик
а. Возьмите, к примеру, плотину через Берингов пролив с ее насосами, перека
чивающими воды Тихого океана в Арктику. С современной точки зрения это с
ооружение не так уж совершенно. В самом деле, вдумайтесь хорошенько: чтоб
ы поддерживать теплый климат в северном полушарии, нужно добыть уранову
ю руду, извлечь из нее расщепляющиеся материалы, доставить к плотине и за
грузить реакторы. Конечно, почти все это делается автоматически, но почт
и, а не все. В этом отношении якутский рудник-автомат стоит на более высок
ой ступени. Однажды запущенный, он будет работать пятьдесят один год без
всякого вмешательства человека. А вот наш самолет, Ц неожиданно законч
ил он, Ц во многом устарел.
Девушка с русыми косами, в легком платье, внимательно слушавшая разговор
, оглядела внутренность салона.
Ц Я имею в виду не удобства для пассажиров и не летные качества, Ц чуть у
лыбнулся сотрудник Планового бюро. Ц Но обращали вы когда-нибудь внима
ние на пилота?
Игорь невольно вздрогнул. Он даже отодвинулся в глубь коридора.
Ц Пилота? Ц переспросила девушка. В голосе ее прозвучало легкое удивле
ние. Ц Но ведь он сидит где-то там в своей кабине. Он невидимка.
Ц Не только невидимка, но и ничегонеделайка. И знаете, это одна из интере
снейших проблем нашего времени. Пока в воздухе происходят случаи, подобн
ые тем, которые когда-то где-то уже бывали, можете спокойно положиться на
машину. Но если произойдет что-то непредвиденное, случай, для которого в «
памяти» у машины нет аналогий, она бессильна. Вот из-за чего и летит квали
фицированный водитель. Сотни пилотов болтаются в воздухе, несут простое
дежурство, вместо того чтобы заниматься творческой деятельностью, как э
то подобает людям. При этом каждый случай их вмешательства в работу маши
ны рассматривается как чрезвычайное происшествие. Во всех машинах дела
ются необходимые изменения, чтобы подобный случай уже никогда не мог пов
ториться. Таким образом, после каждого случая в воздухе вероятность прои
сшествий вообще уменьшается. И у пилотов все меньше работы. Так же обстои
т дело и с нашим пилотом. Конечно, он честно служит обществу, но мы лишаем е
го естественной радости труда. Это просто жестоко.
Ц Ну, он делает, конечно, что-нибудь, Ц возразила девушка, Ц этот пилот.

Ц Да, читает, диктует, может быть, сочиняет поэму. Разумеется. Но ведь это н
е решение вопроса.
Ц А часто ему приходится работать?
Ц Я понял только одно, Ц сказал полушутя, полувсерьез пожилой пассажир,
Ц пилоты будут вечно кататься на самолетах. Потому что, если даже остане
тся вероятность одного несчастного случая на всех авиалиниях за десять
лет, Контроль безопасности все равно заставит на всех самолетах летать п
илотов. Я сталкивался с этой организацией. Я ее знаю.
Ц Они беспокоятся о пассажирах, Ц ответил сотрудник Планового бюро. Ц
И в принципе они правы. Задача, однако…
В этот момент Игорь ощутил три легких толчка в грудь: машина управления в
ызывала его. В первый раз за последние два года.
Вызов не был аварийным. Когда он вошел в кабину, зеленая лампочка сигнали
зировала: «Все в порядке». Игорь сел в кресло и внимательно оглядел табло.
Немым языком сигналов машина сообщала о том, что случилось, и о принятых м
ерах. «Система охлаждения», Ц прочел он на табло. «Не подавалась охлажда
ющая жидкость», Ц докладывал откинувшийся бленкер. «Насос в порядке»,
Ц бодро рапортовал его сосед. «Неисправность в трубопроводе», делала вы
вод машина. И докладывала: «Продута система», «Подача возобновилась». Ну,
с таким пустяком справится и ребенок.
Игорь глубоко задумался, сидя в кресле. Три легких толчка в грудь вернули
его к действительности. Лампочка горела оранжевым светом. «Не подается о
хлаждающая жидкость», Ц прочел он. Значит, засорение было устранено тол
ько временно!
Быстро, быстрее, чем это сделал бы человек, машина обследовала каждый уча
сток подающей системы и сделала неожиданное заключение: «Все в порядке».

Однако сигнал «Не подается охлаждающая жидкость» продолжал ярко горет
ь. Подали весть моторы. «Перегрев стенок камеры сгорания», Ц вспыхнул си
гнал на табло.
Игорь почувствовал, как руки его потянулись к клавишам пульта управлени
я. Но он не имел на это права Ц лампочка горела оранжевым светом.
Машина быстрее, чем это сделал бы Игорь, нашла, что можно предпринять в так
ом случае. Замигали лампочки контроля приборов. Машина решила проверить
, исправны ли сигнализирующие приборы. Молодец машина! Правильное решени
е! К тому времени, когда он это сообразил, машина уже проверила всю систему
сигнализации. Все оказалось в порядке, только какая-то неясность возник
ла с указателем работоспособности насоса.
«Черт с ним, с прибором, включить запасный насос! Ц в азарте подумал Игор
ь. Ц Ведь моторы греются…» Он даже приподнялся в кресле. «Включен запасн
ый насос», Ц прочел он с облегчением.
На этот раз машина пришла к решению, может быть, на одну лишь десятую секун
ду позже Игоря.
Конечно, она методично и хладнокровно перебрала сначала все варианты, за
тем, сравнив друг с другом, отбросила все, кроме единственно правильного.
У Игоря же это было первой мыслью, пришедшей в голову, почти импульсивным
порывом. Тем не менее Игорь почувствовал глубокое удовлетворение: в сущн
ости, он одержал победу над машиной. Вот что значит живой человеческий оп
ыт, пусть даже и не вполне осознанный, опыт, заключенный в клетках мозга и
в мускулах его руки, которая сама потянулась к кнопке «второй насос». И пи
лоты кое на что годятся, черт возьми!
Лампочка успокоенно светила зеленым светом, а он все сидел в кресле. Мото
ры давно просигнализировали, что температура нормальная. Табло явно нам
екало, что пилот здесь, в кабине, совершенно лишний.
Но Игорь не спешил уходить. Он пережил редчайшее ощущение: он не прикосну
лся ни к одной кнопке, но все же как бы управлял машиной. Игра?
Пусть игра! Но ведь это игра в работу, в работу пилота, которая ему противо
показана в силу его должности.
И тут лампочка зажглась оранжевым светом в третий раз. Такого не случало
сь за всю историю существования трансконтинентальных линий. Само по себ
е это уже было сверхпроисшествием.
Однако настоящее изумление охватило пилота, когда он взглянул на табло.
«Второй насос неисправен», Ц профессорски спокойно констатировал при
бор. Как, второй насос вышел из строя? Плохо дело, третьего-то ведь нет.
Вспыхнул экран манипулятора. Машина взялась за починку. Игорь видел на э
кране, как механические руки быстро и споро ощупывали насос, замкнутый в
тесном пространстве, куда не доберется рука человека. Что за чертовщина!
Все было на месте.
«Снять крышку!» Ц чуть не крикнул Игорь, но механические пальцы уже отви
нчивали ее. Они проникли внутрь и выполнили все, что мог придумать Игорь, и
тем не менее неисправность не была устранена.
«Нижний патрубок!» Ц промелькнуло в голове у Игоря. Он опоздал. Пальцы за
винчивали крышку с быстротой, не позволяющей следить за их движениями, и
накинулись на нижний патрубок. Не ограничиваясь нижним патрубком, желез
ные пальцы разобрали, прочистили и собрали все, что только отвинчивалось
. Машина делала тысячу страховочных, может быть, совсем бесполезных дейс
твий, а время уходило…
Игорь почувствовал, что и у него начинают путаться мысли. Что делать? Вдру
г его осенило: «Засорился соединительный шланг!» Тот короткий шланг, что
соединяет оба насоса: основной и запасной. Он подумал об этом только пото
му, что однажды, играя с товарищем в «Логическую сообразительность» и по
льзуясь для этого схемой моторов самолета, сам придумал это повреждение
и заставил партнера искать его по косвенным признакам. Ну да, этим партне
ром был Алексей! Тогда Игорь выиграл одно очко. Лешка, быстрый на соображе
ние Лешка, не смог догадаться! Ведь и тогда он сначала продул всю систему о
хлаждения, а затем уже включил запасной насос. И соединительный шланг, ко
роткий, всего в несколько сантиметров, отросток, оказался непродутым.
Машина, ясно, не знала об этом случае! Она делала все, кроме единственного,
простого и необходимого сейчас действия. Наконец, перепробовав все, на ч
то она была способна, машина сдалась. Лампочка вспыхнула красным тревожн
ым светом.
Пора! Игорь наклонился вперед… Моторы уже были близки к истерике! И тут он
услышал приказ, прозвучавший в его ушах как удар грома.
«Ничего не делать!» Он почти растерянно огляделся вокруг.
«Не вмешивайтесь», Ц подтвердил голос.
Вслед за этим он услышал легкое, совсем легкое постукивание внутри пласт
массового корпуса прибора, что был подвешен к кабине перед отлетом.
Кнопки на пульте управления стали сами вдавливаться, точно человек-неви
димка коснулся их рyками. Вновь вспыхнул экран. Кто-то медленно, почеловеч
ески, искал повреждение.
Но ведь этот кто-то не знает про соединительный шланг! Это известно тольк
о Алексею. Игорь поднялся с кресла, но его снова остановил приказ: «Ни с ме
ста!» Невидимка знал про соединительный шланг.
Он включил продув, и, как и рассчитывал Игорь, система охлаждения тотчас ж
е заработала.
Самое время! Игорь вытер вспотевший лоб. Еще несколько секунд Ц и моторы
вышли бы из строя.
Да, переживаний сегодня хватало!…
Он посидел еще немного, чтобы успокоиться. Все работало нормально. Тогда
он вышел из кабины.
Пассажиры занимались своими делами, даже не подозревая о том, что только
что разыгралось в кабине самолета. Прошло всего семь минут!
Ц Вот такой эксперимент мы сейчас и ставим, говорил сотрудник Плановог
о бюро, поблескивая своими живыми глазами и поглядывая на собеседника.
Ц С полного согласия Контроля безопасности, конечно. Однако, кажется, мы
садимся.
Лайнер сбавлял высоту. Игорь снова прошел в кабину и сидел там в царствен
ном бездействии, пока колеса не остановились у начертанной на поле линии
и все двери автоматически не раскрылись.
Он сошел на землю последним.
Вибролет попался старой конструкции, и Игорь мог наслаждаться сколько у
годно, нажимая кнопки управления. Но Ц странное дело! Ц это не доставлял
о ему сейчас удовольствия. Более того: он находил обременительным держат
ь пальцы на клавишах.
Сегодня утром он летал лучше. Руки были свободны, мысль тоже, крылья подчи
нялись почти бессознательным желаниям. Это походило на полет во сне.
Полет? Да, тогда, утром, было ощущение полета.
Сейчас же он просто перемещался в пространстве.
Обыкновенная транспортная операция, которой приходится заниматься поч
ти всем людям Земли примерно так же, как раньше, если верить старым фильма
м, когда на работу ездили на велосипедах.
Алексей сидел в небольшой комнате перед пультом управления Ц точной ко
пией того, перед которым пережил волнующие минуты час назад Игорь.
Рядом стояло еще одно кресло и еще один пульт.
Ц Вот так я и летаю, Ц сказал Лешка, обведя рукой свое хозяйство. Ц Не от
рываясь от Земли.
Он посмотрел на Игоря и засмеялся.
Ц Зато я работаю, Ц добавил он. Ц Веду сразу сто самолетов. Следователь
но, случаев для вмешательства в работу машин у меня в сто раз больше, чем у
тебя. Сегодня выпросил еще десять рейсов Ц еле уговорил. Запасной пульт
поставили. Это если два случая произойдут сразу. По теории вероятности…

Ц Ах, эта теория! Ц махнул рукой Игорь. Ц Сегодня я с ней познакомился н
а практике.
Ц И твой лайнер оказался среди этих десяти. Представляю, как ты был разоч
арован, когда выяснилось, что тебе не надо помогать машине! Такие же ощуще
ния, вероятно, испытывал последний извозчик или последний шофер. Твоя пе
сенка спета, Игорек!
Ц Я просто люблю летать.
Ц Кто же теперь не летает! И чем ощущения пилота отличаются от ощущений п
ассажиров? Хочешь настоящих ощущений Ц иди ко мне в напарники. Правда, ле
тать уже не придется. Для моей профессии это совершенно излишняя роскошь
. Зато интересная работа. Имей в виду, что всех пилотов с будущего года все
равно с самолетов снимут. Даже испытания будут производиться автоматич
ескипрограммным устройством.
Рыжее лицо Лешки смеялось, веснушки расползались, нос сиял. Он не считал н
ужным выводить веснушки или менять форму ушей Ц растопыренных, похожих
на приставленные к голове ладони, Ц Лешка считал, что вполне можно жить и
таким, каким создала природа.
Ц У тебя, брат, ведь есть и другие профессии! Ты можешь выбирать. Ну, будешь
летающим биологом в конце концов. Ведь твой заповедник и предназначен д
ля осмотра с воздуха. Уверяю тебя, все это не так трагично, как тебе кажетс
я.
…В самом деле! Что изменилось в мире? Ощущения, которые испытываешь, когда
управляешь машиной? Этих ощущений даже прибавится, если Игорь пойдет в н
аземные дежурные. Полет? Чудеснее полета на вибролете без пульта управле
ния еще свет не видел.
Романтика? Да, романтика нужна! Но она есть в любом деле. И в том, что делает
Лешка, очень много романтики, хотя он ее и не признает.
Игорь вышел на улицу и подозвал к себе вибролет. Подбежал старый, наивный,
романтичный вибролет с кнопками, натыканными на крохотном пульте. Игорю
захотелось почесать у него за ушами, как он делал это с осликом Васькой, ко
гда был мальчиком. Ослик Васька и лужа, в которой водились головастики, сы
грали немалую роль в его увлечении биологией.
Игорь сел в кресло и положил пальцы на клавиши.
Ц Лети! Ц приказал он.
Кресло не шелохнулось.
Тогда он нажал на кнопку, мягкую и расшатанную, она легко осела Ц за спино
й Игоря раскрылись крылья, и вибролет полетел.


АРКАДИЙ СТРУГАЦКИЙ, БОРИС С
ТРУГАЦКИЙ
ШЕСТЬ СПИЧЕК



Инспектор отложил в сторону блокнот и сказал:
Ц Сложное дело, товарищ Леман. Да, странное дело.
Ц Не нахожу, Ц сказал директор института,
Ц Не находите?
Ц Нет, не нахожу. По-моему, все ясно.
Директор говорил очень сухо, внимательно разглядывая пустую, залитую ас
фальтом и солнцем площадь под окном. У него давно болела шея, на площади не
происходило ровно ничего интересного.
Но он упрямо сидел отвернувшись. Так он выражал свой протест. Директор бы
л молод и самолюбив. Он отлично понимал, что имеет в виду инспектор, но не с
читал инспектора в праве касаться этой стороны дела. Спокойная настойчи
вость инспектора его раздражала. «Вникает, Ц думал он со злостью. Ц Все
ясно, как шоколад, Ц но вникает!» Ц А мне вот не все ясно, Ц сказал инспек
тор.
Директор пожал плечами, взглянул на часы и встал.
Ц Простите, товарищ Рыбников, Ц сказал он. Ц У меня через пять минут сем
инар. Если я вам не нужен…
Ц Пожалуйста, товарищ Леман. Но мне хотелось бы поговорить еще с этим… «л
ичным лаборантом». Горчинский, кажется?
Ц Горчинский. Он еще не вернулся. Как только вернется, его сейчас же приг
ласят к вам.
Директор кивнул и вышел. Инспектор, прищурившись, поглядел ему вслед. «Ле
гковат, голубчик, Ц подумал он. Ц Ладно, дойдет очередь и до тебя».
Сначала следовало разобраться в главном. На первый взгляд действительн
о все было как будто ясно. Инспектор Управления охраны труда Рыбников уж
е сейчас мог бы приняться за «Отчет по делу Комлина Андрея Андреевича, на
чальника физической лаборатории Центрального института мозга».
Андрей Андреевич Комлин производил на себе опасные эксперименты и уже ч
етвертый день лежит на больничной койке в полусне-полубреду, запрокинув
щетинистую круглую голову, покрытую странными кольцеобразными синяка
ми.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30