А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Внимание, внимание. Это здание будет разрушено с помощью взрыва через шестьдесят минут...
Под прикрытием голоса из громкоговорителя Сара осторожно отползла от колодца на другую сторону коридора. Она притаилась у противоположной стены, в небольшом углублении напротив колодца, когда луч света от фонаря Бленкеншипа прорезал тьму.
– Послушайте, Сара, – позвал он, медленно продвигаясь вперед... Мы поговорим... Может быть, договоримся... Я не уйду отсюда раньше, чем за одну-две минуты... Вам некому помочь, кроме меня. Так же, как и Даниелсу. Знаете, он ранен... Ранен очень серьезно. Вы можете помочь ему...
Сара поняла по мере его приближения, что у нее оставался только один шанс. Всего один. Она прижалась к стене. Если он заметит ее до того, как достигнет открытого колодца лифта, для нее все будет кончено. Но если нет...
Десять шагов от него... пять... луч все еще не нащупал ее. Три... «Сделай еще шаг, – мысленно понукала она его. Еще один, и...»
В этот момент свет упал на нее, она вскочила на ноги и метнулась всем своим туловищем и изо всей силы в грудь Бленкеншипу. Впечатление было такое" как будто она ударилась о гранитную глыбу. Еще до того, как она осознала свою полную неудачу, Бленкеншип уже схватил ее руками, как железными клещами, и стал сдавливать.
– Ни за что, – произнес он, громко рассмеявшись и еще сильнее сжимая ее. – Ни за...
Сара почувствовала, как его корпус покачнулся, захват рук ослабел. Он сделал один шаг назад. Она поняла это. И тут что-то произошло. Он потерял равновесие, стал падать назад в левую сторону... падать в колодец. Все еще крепко сжимая Сару, так что она не могла вырваться, Бленкеншип завопил.
– Нога!.. Господи, моя нога!..
Он взвыл снова и еще раз зарычал, заваливаясь назад, как показалось Саре, в каком-то замедленном движении. Она лихорадочно пыталась разобраться, что происходит, что ей надо сделать, когда голень Бленкеншипа с хрустом переломилась и одновременно раздался оглушающий рев. Он попал ногой в щель между металлической планкой и бетонным полом. Той небольшой силы, с которой она бросилась на него, оказалось достаточно, чтобы помешать ему восстановить равновесие. Теперь он быстро падал навзничь, его нога переломилась и согнулась пониже колена.
Все еще не потеряв сознание и хрипя в агонии, он повис вверх тормашками над черной пропастью, ухватившись за кисть правой руки Сары, тянул ее в пропасть вслед за собой. Потом, жалобно застонав, отпустил ее руку.
* * *
Сара совсем не подготовилась к падению, когда Бленкеншип вдруг разжал свою руку. В эту секунду рой мыслей закружился в ее разгоряченной голове. Надо катиться... расслабиться... приземлиться на ноги... на задницу... на бок... оттолкнуться, когда коснешься земли... вытянуться... Ей так отчаянно хотелось что-то сделать, чтобы не погибнуть, что она оказалась совершенно неподготовленной к самому удару, который последовал после непродолжительного полета с высоты не более шести футов. Она тяжело упала на пологую кучу мусора, которая высилась из подвала почти на два этажа вверх.
Цепляясь за куски бетона и другие обломки, она задержала свое падение вниз. С полминуты она лежала, переводя дыхание. Ушибы были сильными, но, видимо, не настолько существенными, чтобы помешать ей двигаться. Над ней во тьме продолжал стонать Бленкеншип. Она поняла, что он не потерял сознание, потому что висел вверх тормашками. Не происходило рефлекторного расширения кровеносных сосудов, не сокращался приток крови к голове. Не наступал милосердный провал в беспамятство.
Она вглядывалась во мрак. Теперь глаза ее освоились с обстановкой. Она стала различать небольшую разницу в светотенях колодца выше и ниже себя в тех местах, где раньше, видимо, были двери лифта первого и цокольного этажей. Она уже было начала спускаться понемногу вниз, когда вдруг вспомнила про ключи. Бленкеншип положил их в карман больничного халата. Она была почти уверена в этом. Без ключей у нее не было иного выхода, как найти окно и попытаться оторвать оградительные доски.
Осталось пятьдесят минут. А может быть, и меньше. Сможет ли она залезть в карман к Бленкеншипу, когда он висит вниз головой? Она повернулась и стала карабкаться по куче вверх. Она будет искать ключи, пока в запасе останется полчаса, решила она. И если не найдет ключей, то постарается пролезть через окно первого этажа.
– Ели, – крикнула она. – Послушайте. Я как раз под вами. Мне нужны ключи. Не можете ли вы снять свой халат и бросить его вниз?
Наверху продолжались тихие, жалобные стоны. Сара поднялась еще на фут. Она находилась теперь напротив верхней точки фрамуги первого этажа. Но она достигла верха кучи. Выше подняться Сара не могла. Бленкеншип находился совсем рядом. Всего в нескольких футах над ее головой, не дальше. Она пыталась представить себе, как висят его вытянутые вниз руки и как свисает халат. Если она подпрыгнет, достанет ли до халата? Может ли она повиснуть на нем, чтобы стянуть халат. А что, если ключи уже выпали из кармана? Она встала на ноги на самой верхушке кучи, упершись спиной в стенку колодца. Тяжелое дыхание Бленкеншипа, казалось, шло с расстояния вытянутой руки. Но все равно она ничего не видела.
Одна попытка, всего одна, и хватит.
Сара уперлась ногой в стенку позади себя, оттолкнулась и подпрыгнула. Бленкеншип вскрикнул, когда его коснулись ее вытянутые руки, искавшие на ощупь халат. Она пролетела в темноте, тяжело свалилась на неподатливую кучу и покатилась вниз к двери цокольного этажа. У подножия кучи выкатилась из колодца лифта и свалилась в нескольких футах от нее на пол цокольного этажа. Из ее груди со свистом вырвался воздух. Она лежала, помятая, всхлипывая, стараясь восстановить дыхание, вернуть себе самообладание, восстановить волю к дальнейшей борьбе. Вдруг она сообразила, что сжимала в руке халат Бленкеншипа.
Связка ключей находилась в правом кармане.
С трудом Сара захромала к лестнице, затем спустилась в подвальное помещение, стала звать Мэта по имени и пошла на звук его голоса в комнату, которая чуть не превратилась в их общую могилу. Тьма была удручающей.
– Ужасы кончились, – прошептала она, притрагиваясь к его лицу кончиками пальцев. – Ключи Бленкеншипа у меня. Теперь нам надо выбраться отсюда, и я отправлюсь к Аннали.
Сара поцеловала его и протянулась за спину, где он был привязан к трубе.
– Это какая-то проволока, – пояснил он. – Она ножом режет мои запястья. Боюсь, что ты вряд ли что сделаешь в темноте без кусачек.
– Давай попробую.
– Сара, Бленкеншип – сатана. Он приказал убить Розу и Уоррена Фезлера. Он соединил проводами взрывчатку с ключом зажигания на моторе судна Колина Смита и подстроил так, что за это арестовали Эттингера. Он все это состряпал, абсолютно все... Синг тоже погиб. Его застрелил Бленкеншип, причем сделал так, что опять же подозрение падет на Эттингера. Он почти уже целиком управился с делами. Ты оставалась единственной занозой и... Ой! Поосторожней, ужасно больно.
– Прости, Мэт. Не получается. Проволока слишком толстая...
– Ну что же. У нас остается минут сорок. Свяжись с Пэрисом. Пусть он приостановит всю эту операцию со взрывом и пришлет сюда людей. Погиб ли Бленкеншип?
– Может быть. Не знаю. Послушай. Прямо за внешними воротами в туннеле установлен телефон. Я сейчас же вернусь.
– Поторопись, – попросил он. – Мне совершенно не хочется оставаться здесь. Думаю, что это несчастливое место.
Она поцеловала его в голову, потом как можно быстрее пошла по коридору и через двое ворот безопасности. До того момента, пока она не сняла трубку, ей и в голову ле приходило, что телефон за вторыми воротами может быть отсоединен. Но раздался гудок, который прозвучал в ее ушах как торжественный гимн.
– Мне надо соединиться с мистером Пэрисом, – сказала она телефонистке. – Говорит доктор Болдуин. Срочное дело.
– Он у себя в кабинете, – ответила девушка. – Я только что соединила его. Он все еще разговаривает.
– Прервите его разговор, – велела Сара.
Через несколько секунд раздался голос Гленна Пэриса. Как только она услышала его, Сара поняла, что кошмары теперь действительно закончились. Последняя проблема – время взрыва здания «Чилтон» – была теперь под контролем. Она кратко ему изложила, что произошло, и попросила его, чтобы он кого-нибудь направил в подвальное помещение с фонарями и кусачками.
– Нам понадобятся также носилки для Бленкеншипа, – добавила она. – А может быть, и для Мэта тоже. Я не уверена, что он сможет идти. Думаю, нам понадобится также хирург-ортопед. Не знаю, как нам удастся извлечь Ели из того места, где он теперь находится.
– Не беспокойтесь, – заверил ее Пэрис. – Я обо всем позабочусь сам. Оставайтесь там, где вы находитесь, у ворот безопасности. Я задержу время взрыва и тут же поспешу вам на помощь.
– Спасибо.
– И, Сара...
– Да?
– Вы молодчина. Проделали чертовски хорошую работу.
– Спасибо, сэр. Пожалуйста, поторопитесь. Есть еще одна проблема. Она связана с Аннали Эттингер. И чтобы справиться с этим делом, мне может понадобиться и ваша, и доктора Снайдера помощь.
– За нами дело не станет.
Сара вздохнула и села на пол. Ее джинсы и рубашка были порваны. Десятки царапин и порезов на лице, ногах и руках кровоточили. Хотя более мучительными для нее, чем собственные раны, оказались сообщенные Мэтом сведения о Розе Суарес. Роза так хотела, чтобы все закончилось хорошо.
Уже через несколько минут Сара услышала в соединительном туннеле торопливые шаги. Вскоре Гленн Пэрис показался в запретной зоне здания «Чилтон». Она улыбался и приветливо махал захваченными с собой фонариками.
– Вверху все остановлено, – выпалил он, задыхаясь. – Как хорошо, что вы меня застали. Я уже собирался уходить на церемонию взрыва.
– Ну, я готова была в случае необходимости бежать к смотровой платформе.
Пэрис вошел вместе с ней в адскую темноту подвального помещения.
– Вы, наверное, не слышали о гибели Калина Смита, – сказал он, освещая дорогу фонариком. – Я только что сидел в своем кабинете и думал о нем.
– Мэт рассказал мне. Он сказал, что его убил Бленкеншип, но подстроил так, как будто это сделал Питер Эттингер.
– Вот сукин сын.
– Мэт находится вот здесь, с левой стороны, – показала Сара. – Мэт, дорогой, мы уже здесь.
– Слышу.
Пэрис остановился у двери в комнату и осветил ее внутренность с порога.
– Рабочие с кусачками сейчас подойдут, Мэт, – сказал он. – Они появятся с минуты на минуту. А пока, если вы немного можете продержаться, то я попросил бы Сару отвести меня к Бленкеншипу.
Сара колебалась.
– Идите, идите, – заявил Мэт. – Я уже много часов просидел здесь в одиночестве. Посижу немного еще.
Она взяла фонарик и повела Пэриса к отверстию в колодце лифта на цокольном этаже.
– Он свисает с порога второго...
Сара замолчала посередине фразы, направив луч света вверх и ахнула. На нее капнуло несколько густых капель крови. Она подалась в колодец и осветила пространство прямо над головой, у второго этажа. Часть ноги Бленкеншипа осталась в щели. Но самого его не было.
– Его там не...
Хрипя от боли и ярости, из темноты вывалился Бленкеншип, кувырком скатываясь с кучи мусора. Он столкнулся с Сарой, сбив ее с ног на бетонный пол. Сара взвизгнула, когда Бленкеншип схватил ее за коленку. К ним быстро подскочил Пэрис и наступил ногой на кисть его руки. Он не поднимал ногу, пока Бленкеншип не разжал руку. Потом Пэрис осветил фонариком лицо Бленкеншипа. Главврач походил на призрак – измазанный запекшейся кровью, бледный как смерть.
– Вы выслали группу помощи? – спросила Сара.
Пэрис не ответил. Он начал злобно бить Бленкеншипа ногой по лицу.
– Ты погубил меня, сукин сын, – приговаривал он. – Я вложил каждый цент, который могла выклянчить или занять больница, в это твое диетическое дерьмо, потому что ты поклялся, что тут все в порядке. Ты и не заикнулся, что там сидит чертов вирус, ублюдок. Ничего не сказал.
– Вы знаете об этом? – спросила пораженная Сара.
– Да, знаю. Я не кретин. К тому времени, когда я понял, как этот порошок действует на женщин, было уже поздно. Мы уже слишком глубоко влезли в это дело. Я все знаю также и о деньгах, Ели. Колин наводил справки относительно вас и о вашем липовом фонде с самого начала. И эта чертова лаборатория вон там... я узнал о ней много месяцев назад. Мы уже выявили два ваших счета. Но как только я вернусь к себе в кабинет, я наведу в этом порядок. А потом я решу, оставаться мне тут или смыться. Я собирался уехать подальше от всего, что здесь произошло. Моя карьера и репутация пошли коту под хвост, все винят меня за тех женщин. Но теперь я узнал от Сары, что все, кто мог бы притянуть меня к делу с этим чертовым порошком, погибли. Вы ведь это сказали, Сара, правда?
Он снова ударил Бленкеншипа носком ботинка, на этот раз в грудь. Не успела Сара моргнуть глазом, как Пэрис повернулся и схватил ее за волосы.
– Сожалею, что вынужден сделать это, – сказал он, не обращая внимания на ее вопли, – мне действительно жаль. – Он запустил руку в ее карман и вынул оттуда ключи Бленкеншипа. – Извините также, что я не отложил этот взрыв, – добавил он. – Обычно я не лгу.
Он заставил Сару лечь на живот и клейкой лентой связал ей за спиной руки. Потом поднял ее на ноги и потащил обратно в подвальное помещение.
– Я передумал строить на этом месте исследовательский центр, – объявил он. – Думаю, что лучше будет засыпать и заровнять это место, устроить тут парковочную стоянку... или, может быть, теннисные корты. Полагаю, что вы предпочитаете находиться внизу со своим адвокатом, нежели наверху с этим чудовищем.
– Пожалуйста, Гленн, – просила его Сара, когда он силой увлекал ее вниз по лестнице. Пожалуйста, не делайте этого. Умоляю вас. Я знаю, что лично вы никого не тронули. Я подтвержу это перед всеми.
– Виноват. У меня действительно нет выбора. Но я обещаю, что вы ничего не почувствуете.
Он втолкнул ее в помещение, которое опять превращалось в могилу. Не обращая внимания на мольбу Мэта и попытки Сары обратиться к здравому смыслу, Пэрис привязал ее к обнаженному брусу на другой от Мэта стороне, прикрепил также и колени.
Потом, не оглянувшись, он оставил их в темноте и торопливо вышел вон из здания «Чилтон».
Вскоре через динамики было объявлено, что до взрыва остается пятнадцать минут.
Глава 44
– ...Мы надеемся и мечтаем о том, что новый институт медицинских знаний станет золотым мостом между нашей быстро развивающейся медицинской технологией и более таинственным целебным искусством, выработанным в течение столетий во всем мире...
Гленн Пэрис с гордостью принял еще один, взрыв аплодисментов со стороны ответственных работников и других обладателей билетов, которые сидели на смотровой платформе, Было великолепное, ясное, солнечное утро, почти безветренное – отличные условия для предстоящего спектакля. Весь двор был заполнен народом – пациенты, сотрудники, посетители наблюдали из окон и даже с крыши. Здание «Чилтон» стояло одиноко на дальней стороне лужайки, свергнутая с престола королева перед толпой в ожидании гильотины.
– ...А теперь, перед тем как победитель лотереи поднимется к рубильнику и наступит торжественный момент, я хотел бы объявить минуту молчания в память Колина Смита, финансового директора этой больницы, который погиб вчера из-за трагического несчастного случая на судне... Я намерен рекомендовать совету директоров назвать одно крыло нового института именем Колина. Его будет очень не хватать... А теперь, губернатор, господин мэр, уважаемые коллеги и все, кто в течение многих лет сохраняли верность Медицинскому центру Бостона, – теперь мне доставляет удовольствие объявить победителя лотереи. Благодаря неустанным стараниям наших распространителей лотерейных билетов и сборщиков пожертвований нам удалось собрать почти тридцать три тысячи долларов для нового института... Спасибо, благодарю вас. Победительница здесь, рядом со мной. Это, – он взглянул на карточку, – миссис Глэдис Робертсон из Вест-Роксбури.
Под аккомпанемент негромких аплодисментов к Пэрису подошла нервно улыбающаяся женщина средних лет в цветастом платье и что-то шепнула ему на ухо.
– О, прошу прощения, – сказал Пэрис в микрофон. – Наша победительница – мисс Глэдис Робинсон. Вообще-то я не врач, но, видно, почерк у меня, как у доктора. – Пэрис явно наслаждался грохнувшим взрывом смеха. – Итак, значит, мисс Глэдис Робинсон из Вест-Роксбури, – повторил он еще раз. – Для вас наступил торжественный момент, вы займете свое место в истории. Мистер Крокер, будет ли зажигаться зеленый свет?.. Отлично. Мисс Робинсон, сначала прозвучит барабанный бой.
Пэрис указал направо. Из среды зрителей поднялись пять человек с барабанами. Это вызвало возгласы одобрения в толпе. Барабанный бой начался негромко, затем громкость стала нарастать. Пэрис ждал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47