А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Дело мазевое! Пальцы разбросал и решил забить?
Кудря сверкнул своими бешеными глазами.
— Я эту болотную хмарь достану! Заворачивай машину, я ему за дезу кайф обломаю!
— Дезы не было, — холодно проронил Сергун. — Раз наших вальнули, значит этот шмаровой дал тебе нормальную наколку. Только не предупредил, что узкоглазого встречать будут. А теперь побурли решалкой, кто виноват. Или отмазываться будешь?
Кудря прямо в машине полез в драку, и если бы Сергун не был за рулем, то неизвестно чем бы она закончилась. Хорек сидел за ними, вжавшись в сиденье, и жалобно ныл:
— Братки, та вы шо? У вас совсем крышняк съехал…Я еще жить хочу!
Машина виляла из стороны в сторону, пока Сергун резко не затормозил прямо посреди улицы какой-то станицы. Из-за забора выглянула любопытная бабка и тут же спряталась, встретившись взглядом с лютыми глазами Кудри.
— Кончай бычить, — первым взял себя в руки Сергун и опять тронулся с места. Он пытался совладать со своим гневом и вцепился в руль так, что побелели костяшки пальцев. Кудря не смотрел на него, потирая предплечье, в которое ощутимо ввалил Сергун. Всю оставшуюся дорогу ехали молча. Уже в Ворыпаевке провели «разбор полета», но Кудря остался при своем мнении — во всем виноват шмаровой, с него и спрос. Но спрашивать было не с кого, тот сам куда-то сгинул, никто из заширенных о нем ничего не слышал.
Сергун видел, что братки тоже недовольны последними неудачами, все уже мысленно разделили между собой предполагаемую добычу. А тут два раза подряд порожняк. Они уже высказывались в адрес Кудри, гнали волну, что он не думает о корешах. Без бобла нынче и в нужник в городе не попадешь.
— Кончай сливать кипяток! Не возникайте! — затыкал он им рот.
Но братва все равно возникала и заводилась. Сергун вспомнил, что сегодня в трудную минуту они все рванули спасать свою задницу и даже не подумали оглянуться — как там их корефан, который к тому же и старшой над ними. А ведь они слиняли именно потому, что сильно в нем разочаровались, воспользовались случаем показать, что он уже не авторитет для них. Сергун, правда, рванул вместе с ними, но только потому, что один бы не справился с этой казачьей зондеркомандой, которую Куренной организовал гораздо лучше, чем Кудря своих братков — пытался оправдаться в собственных глазах Сергун.
Если бы Кудря не остался валяться на пыльной дороге возле новоорлянских владений, сейчас бы они лаялись, как два бешеных пса — подумал Сергей. Потому что еще накануне стрелки, всего лишь вчера, Сергун сцепился с Кудрей, доказывая, что зря он чикнул Олежку. Кудря тогда примчался к нему на своей тачке — глаза бешеные, на месте не усидит, как будто у него в заднице ежик дергается.
— Я Бэмби завалил, — сразу с порога заявил, словно только эту тему они и перетирали в последнее время.
— Ты совсем опух, на кой братана Куренного завалил? У нас проблем мало? Теперь с казаками будем в войну играть.
— Так нихто не бачил, — сплюнул сквозь зубы Кудря. — И чего ты тут развонялся? Хто у нас старшой?
Сергун недобро взглянул на Кудрю и жестко ответил:
— Старшого недолго и хальнуть.
Он сказал это так уверенно, что Кудря даже опешил. Но тут же пришел в себя.
— Не дави косяка, — посоветовал он Сергуну, мгновенно закипая. — Пока я старшой, я дела решаю. Чикнул — и чикнул. На ноги его теперь не поставишь. — Потом сбавил тон и перевел тему. — Лучше давай о деле поговорим. Мы с ним одну мазу перетирали. Верняк маза. Большие бабки можно наварить.
— Ну? — заинтересовался Сергун. Когда речь шла о больших деньгах, он готов был на все. Даже к большим неприятностям, которые повлекло за собой убийство брата Куренного и могло вызвать войну с казаками. Правда, был тут один не совсем ясный момент, но к нему Сергун собирался вернуться, как только узнает, что за маза появилась на горизонте.
— Из Первоуральска вагон с рыжьем идет. Левак. В Новороссийск. Бэмби держал это дело на контроле. Теперь мне по наследству перешло, — засмеялся довольно Кудря.
— А он тебе не парил бабку в красных кедах? — засомневался Сергун, не очень веря в такую удачу. Целый вагон с золотом! Это же всю Ворыпаевку можно купить!
— Шоб Бэмби мне парил мозги? Та ты шо? — самодовольно усмехнулся Кудря. — Я ж ему был нужен. Затем и на стрелку позвал. Он против брата пошел.
— Как это? — не понял Сергун и опять не поверил Кудре. Он знал о взаимоотношениях братьев Куренных и о том, что старший не жаловал младшего, держал его в ежовых рукавицах. Младший, конечно, трепыхался, но открыто воевать против брата боялся. Кишка тонка, не зря у него кликуха Бэмби была. Молодняк, одним словом.
— Та не хотел он с ним делиться. Говорил — братан его жучил, развернуться не давал. Ну когда Бэмби по вагонам рыбачил. А когда у них общие удойные дела были — на бабки зажимал.
— А-а, родовая месть, — понял Сергун.
— Та, може, й так. Но я думаю, скорее сам хотел все бабки себе намыть.
— Ну и? — начал подгонять Кудрю Сергун. Ему не терпелось узнать, как же можно захватить целый вагон с золотом.
— Я мобилу у Бэмби замел, когда чикнул его. Он говорил — ему должны охранники позвонить из вагона, когда уже подъезжать на станцию будут. А его голоса они не знают. Сергун уже все понял и радостно хлопнул себя по ляжке.
— Ну ты и молоток, Кудря! Давай наших поднимать. В курс введем, план разработаем.
Все было уже на мази. План разработали быстро. Особого ума не надо, когда единственный владелец наколки прижмурился, а его мобила в надежных руках. Кудря и Сергун предвкушали удачное дело и так бы оно и вышло, если бы от казачков не пришла срочная депеша — Куренной желал встретиться с ворыпаевскими. Не приехать было нельзя, казаки расценили бы это как полное неуважение к себе. А ворыпаевские не могли себе позволить воевать с теми, кто бок о бок с ними делил территорию края. Война с сильным противником им вовсе ни к чему. Навоевались уже, хватит. Теперь, когда у каждого своя территория, они не мешали друг другу зарабатывать свой кусок хлеба с маслом и икрой.
— Слухай, Кудря, а это же из-за тебя Куренной стрелку забивает, — предположил сегодня утром Сергун. — Вроде никаких общих дел у нас не намечалось.
— Да брось, — отмахнулся Кудря, — никто меня не засек, ночь была, ни единой души. Может, они нам что предложить хотят. По старой дружбе, — засмеялся он.
— Шевели шариками, Кудря, — осадил его Сергун. — Куренного не проведешь. Он мужик ушлый. Я его как облупленного знаю. На этот раз давай я буду вести переговоры.
— Шо это ты надумал? — удивился Кудря.
— Чую задницей, кореш, дело стремное. Я предчувствию доверяю. Оно меня никогда не обманывает.
— Ну давай, если ты у нас такой умнявый. Я без балды не горю желанием подставляться, если Куренной что-то просек насчет братана.
Предчувствие действительно не обмануло Сергуна. Куренной откуда-то пробил про Кудрю, тот на стрелке катил телегу, да так неубедительно, что сразу стало ясно — дело пахнет керосином. Вот же гад — сам облажался, остальные едва ноги унесли. Хорошо, что Сергун убедил Кудрю не брать с собой мобильный Бэмби, и теперь он по наследству — Сергун ухмыльнулся, вспомнил слова Кудри — достался ему. Так же, как и власть. Теперь Сергун центровой, это даже не подлежит обсуждению, братва безо всякого тут же передала все полномочия ближайшему корешу Кудри.
Сергун прикидывал, как лучше заквасить ограбление вагона и попивал лимонад, развалясь на кровати. Он отправил братву оттянуться только потому, что знал — после такого облома им нужен расслабон. А соображалка у них и в трезвом состоянии не слишком фурычит. Времени оставалось не так уж много, но Сергун уже понял, как будет действовать.
В окно постучали — перед глазами Сергуна замаячила взлохмаченная голова Хорька. Его худощавое остренькое личико как нельзя лучше соответствовало его кликухе.
— Чего тебе? — спросил сердито Сергун, приоткрыв окно. Он недолюбливал Хорька за его хитрость и льстивость.
— Братва интересуется, когда на обсуждалово двигать.
— А где они?
— Та в массажном кабинете, — заулыбался Хорек, показывая свои зубы шифером.
— Вам лишь бы балду гонять.
— А шо еще делать? — искренне удивился Хорек. — Дань собрали, вчера повоевали, завтра опять воевать пойдем. Так надо же и культурно отдохнуть.
— Культурно…Знаю я ваше «культурно». Не набухались там?
— Как можно? Что мы — без понятия? Перед делом ни-ни! — заверил Хорек Сергуна и шмыгнул носом.
— Нехай уже идут, — приказал Сергун и закрыл окно прямо перед носом у Хорька. Тот развернулся и пошел своей вихляющей походкой. Застиранные штаны сползали с его тощего зада, вид был задрипанный, как будто он целыми днями перетаскивал навоз, а не занимался чистым и доходным делом, — раздраженно подумал Сергун. И на что он только свои бабки тратит? Другие братки кто машину уже прикупил, хоть и подержанную, кто дом отстроил, а этот как голь перекатная. Но на Хорька можно было положиться — поручить любое мелкое дело и больше о нем не думать.
Обсуждали предстоящее дело шумно, как всегда.
— Мы им поначалу устроим шоковую терапию, — Сергун недобро ухмыльнулся и обвел всех своими белесыми глазами.
— А шо это такое? — спросил любопытный Хорек, который частенько проявлял чудеса невежества.
— Газеты надо читать, — подсказал ему Шнур.
— Подпалим на хрен их кабак. Казачки там завсегда тусуются. Деморализуем их.
— А это шо такое? — опять поинтересовался Хорек.
— Ну ты у нас совсем по пояс деревянный. Тебе люди советуют газеты читать — вот и читай, — не стал объяснять Сергун.
— Напугаем их, — сжалился Шнур над непонятливым Хорьком.
— Ну, таких налякаешь… — засомневался Хорек…
— Так это только начало. И пострелять придется, ты не переживай, Хорек, — засмеялся Жмых — здоровенный лобастый парень, на фоне которого Хорек выглядел как недоразвитый подросток.
— А где припаркуемся? — деловито спросил Шнур. — Главное, нас не должны увидеть раньше времени.
— Да и позже нежелательно… Темнота — друг партизана. Как стемнеет, так и двинем. Я там знаю одну улицу, куда заброшенный сад выходит. Там и перекочумаримся пока. Через этот сад можно незаметно к кабаку пробраться, никто и не заметит.
— Люблю огонь! — вдруг мечтательно провозгласил Хорек и все рассмеялись.
— Тогда тебе и карты в руки. Ты у нас маленький, верткий, как хорек. Подползешь да подпалишь. А мы тебя в садку подстрахуем.
Хорек бесшабашно махнул рукой.
— Ой, сколько я уже этих хат попалил!
— Пироман хренов… — криво улыбнулся Сергун. — Смотри — шоб огонь было видно по всей Орлянке. Спалим казачье гнездо, укоротим их в мясо.
— Мы им за Кудрю весь кайф обломаем, — радостно заявил Хорек. — Будут знать, как наших займать!
Все опять рассмеялись. Перед делом братки оживились, а приятно проведенное время в «массажном кабинете» подняло настроение. Не зря они вложили кое-какой капитал из общего фонда в оборудование оздоровительного комплекса «Лилия». Гошка Дзыга, затеявший это дело, довольно быстро отбил бабки, и теперь всем «пайщикам» делал скидку пятьдесят процентов. Мог бы, конечно, и бесплатно пускать. Но, как он объяснил, — бизнес есть бизнес. Кудря уважал людей, которые вносили в застоявшуюся жизнь Ворыпаевки свежую струю. Так что и он, и его братки проводили свой досуг в сауне, а хорошенько попарившись — в «массажном кабинете» и чувствовали себя нуворишами, сливками местного общества. Генка все оборудовал, как в заграничном кино — в сауне пар был не простой, а с ароматными травами, которые источали различные цветочные запахи и услаждали посетителей. В небольшой бассейн с ледяной водой они ныряли с воплями и диким хохотом. А массажный кабинет был особо всеми любим, потому что его обслуживали вьетнамские девушки, невесть как попавшие в Ворыпаевку. Видимо, они много поколесили по России, прежде чем осесть в относительно спокойном городке Ворыпаевке. Девушки вполне прилично говорили на русском, их мужья торговали на рынке и никогда не спорили о цене за право торговать во владениях банды Кудри. Вьетнамки отличались своей молчаливостью и вежливостью, что особо ценилось посетителями «Лилии». А уж с их мастерством делать массаж ни одна местная массажистка на могла сравниться. Их тоненькие худенькие ручки с сильными жесткими пальцами разминали мышцы клиентов так, что те аж постанывали от боли. Шнуру было приглянулась одна — тоненькая желтомазенькая с удивительным для этой местности именем — Ту, но ее муж, прознав про это, пошел со своей кодлой к Кудре. О чем они говорили, никому не было известно. Но Кудря Шнура предупредил:
— Ты этих ниндзя не нервируй. У нас своя мафия — у них своя. Не смотри, что они как спички. За ними тоже сила есть. Тебе что, своих баб мало?
— Больно она мне нужна, — обиделся Шнур на Кудрю за то, что он взял сторону этих зверьков, а не своего кореша. — А зачем она мне на спину садилась, когда массаж делала? Я думал — намекает, что не против перепихнуться. Откуда я знал, что ей так удобнее? Подумаешь, лапнул пару раз. Сразу мужу надо доносить! Наши бы в жизни не раскололись, а извлекли бы из этой ситуации свою выгоду, — разразился Шнур целой тирадой. Говорить он умел, язык у него был хорошо подвешен. Не зря закончил мореходку и лет пять подряд плавал по морям и океанам, приписанный к Новороссийскому порту. После какого-то скандала его списали с судна и разобиженный Шнур подался в бандиты. Любил рискованную жизнь, а в новом деле он получал ее в полной мере. После предупреждения Кудри он так разобиделся на Ту, что перестал к ней ходить. Подумаешь, краля какая. Видал он таких в портовых борделях, куда захаживал, когда в загранку ходил. Что-то ни одна нос не воротила, а только старалась понравиться русскому моряку, потому что деньги он платил хорошие, никогда на чаевые не скупился. А какая разница, за что деньги получить? За массаж или перепих? Что — убудет от нее? Другие вьетнамские девушки делали массаж не хуже, а дура Ту теперь долго вспоминать его будет, потому что он и с ней никогда не скупился. Расплачиваясь за массаж, всегда оставлял больше положенного.
План операции составили, единогласно утвердили и всей братвой отправились в кабак с красивым названием «Южная звезда» дожидаться темноты. Хорек заметно нервничал, но вовсе не от страха. Он предвкушал, как пустит петуха в излюбленном месте отдыха казаков. Пить водку, как и уговаривались, не стали. Шнур сначала ворчал, но Сергун ему напомнил, как казаки заставили их пуститься в бегство. Зато наелись до отвала, пожрать все они любили. Потом уже, когда сели в машину и потрюхали в Новоорлянскую, все как-то затихли и только сосредоточенно смотрели в окно. Остановились у заброшенного сада, Жмых знал, где можно затаится. Бабка у него была из новоорлянских, он здесь каждую улочку еще с детства изучил. Сергун остался сидеть в машине, Хорек пулей выскочил на дорогу и готов уже был рвануть к кабаку, прямо подпрыгивая от нетерпения. Он вертел своей острой харей во все стороны, как будто принюхивался к чему-то — настоящий хищный зверек, только мелкого калибра, — подумал Сергун.
— Погоди, двиганутый, — придержал его Шнур. — Подойдем поближе, обстановку изучим. А потом и подпалишь их, свиней гладких…
Время тянулось медленно, Сергун уже подумал, не засыпалась ли братва. Но тогда бы он услышал стрельбу — ночью звуки выстрелов разносятся далеко. Он смотрел в окно, не отрывая взгляда, и наконец увидел небольшой огонь, который возник в ночи, как красивый огненный цветок. Потом пламя разрослось, пошло вширь, а затем огонь взметнулся вверх. Пора бы уже появиться братве, но что-то они замешкались, и Сергун прислушивался к каждому звуку. Почему-то он ждал именно звук выстрела. И действительно — услышал одиночный выстрел, а вскоре из кустов на дорогу вышли братки, сопровождая какого-то хмыря. Когда его втолкнули в машину, Сергун сразу узнал его.
13
Ирина вдохновенно лепила творожники и слышала из комнаты азартные вопли Васи:
— Есть! Сдох, Железная Башка! Провались, проклятый!
Он азартно щелкал мышкой и отрывать его было бесполезно. Вася полностью ушел в виртуальный мир. Подарила на свою голову компьютер, — подумала огорченная Ирина. Дело в том, что теперь проверять Васины уроки было крайне сложно. Он твердил, что все уже сделал, наскоро листал перед ее глазами тетради с записями, а поди узнай — когда эти записи сделаны, если чисел он не проставлял.
— Мы в свое время писали дату, потом «Классная работа», — вспоминала свое школьное детство Ирина в назидание Васе.
— А мы числа не пишем. И так запоминаем, — парировал Вася. — И вообще, тетя Ира, что вы так переживаете? Школа — это моя частная жизнь. Что заработаю — то и получу. А мне нет интереса получать двойки, папа обещал выпороть.
— Он что — и вправду тебя бьет? — испугалась Ирина.
— Да нет, что вы, — успокоил ее Вася. — Он только обещает.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27