А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Он пошел на свет, стараясь не шуметь и держаться в отдалении от идущего впереди человека.
Когда просторные кладовые сменились тесными каморками, идти стало легче. Неожиданно раздался скрежет, шаги стихли. Но там уже должна быть стена, сейчас он его поймает. Подстегиваемый азартом, Коннор вытащил меч и двинулся вперед.
Дверь перед ним была приоткрыта, в щель просачивался свет. Коннор просунул меч и шагнул сам, налегая на дверь плечом.
Лорд узнал Мойру в тот самый миг, когда она с криком бросилась на него, пытаясь достать ножом. Отшвырнув меч, Коннор схватил ее за запястье, отводя лезвие от своего лица.
– Хотите добавить мне еще один шрам?
Он отпустил ее, и она, выронив нож, бессильно припала к Коннору.
– Господи, – простонала Мойра, – я же могла вас зарезать!
Поддерживая ее одной рукой, Коннор наклонился и подобрал оружие.
– Разве что попытались бы, – сказал он, ловя себя на том, что улыбается. Подбросив нож и ухватив его за лезвие, он протянул его Мойре. – Думаете, я не смог бы защититься?
– И нечего смеяться, – пробурчала Мойра, отчего Коннор заулыбался еще шире.
Дрожащими руками она выхватила у него нож и сунула в висевшие на поясе ножны.
«Так он еще ухмыляется?!» – окончательно рассердилась Мойра и замахнулась на него кулачками.
– Нет, вы решительно хотите меня убить! – Коннор поймал ее руки и поднес к губам. – Да вы совсем замерзли! – Он поправил на ней одеяло, обнял ее и прижал к себе, чувствуя сотрясавшую ее дрожь.
Постепенно Мойра перестала дрожать. Коннор ослабил руки и вдохнул свежий аромат распущенных волос.
– Что вы здесь делаете, Мойра? – шепотом спросил Коннор. – А что, если б это был не я, а кто-то другой?
Мойра подалась назад и посмотрела ему в глаза.
– Но ведь ничего такого не случилось. Просто я кое-что вспомнила… Мне кажется, я знаю, где надо искать.
– И вы не могли подождать до утра? Или послать за мной?
– Было уже поздно… а мне не спалось. – Она опустила глаза, щеки ее порозовели.
«Уж не я ли причина ее бессонницы? Глупости, – тут же одернул себя Коннор. – У нее и без меня достаточно забот».
Откуда-то из глубины коридора донесся глухой звук, как будто что-то упало. Мойра вцепилась Коннору в руку.
– Что это? – прошептала она, глядя на него расширившимися от ужаса глазами.
– Тихо, – шепнул он.
Звук послышался снова, слабый, но вполне отчетливый. Отправить Мойру наверх за помощью или взять ее с собой?
– Идите назад, скажите Уиллу, что мы что-то услышали, и я пошел узнать.
– Не пойду, – сердито зашептала Мойра ему в ухо. – Пока я буду идти, пока разыщу Уилла да мы придем сюда, кто знает, что может случиться. – Она вытащила нож. – Там впереди так тесно, что двум мужчинам и поместиться-то трудно, не то что драться.
Коннору ужасно не хотелось тащить Мойру с собой, но надо же узнать, в чем дело. Может, это как раз то, что они искали.
Глухие удары где-то впереди послышались снова.
– Хорошо, – пробормотал Коннор, – стойте здесь, а я пойду посмотрю, что там. Только никуда не уходите, я скоро вернусь. – Он погасил фонарь и растворился в темноте.
Мойра немного постояла и, судорожно сжимая в руке нож, двинулась следом.
Глава четырнадцатая
Мойра шла, нащупывая ногами путь, и чуть не закричала от страха, когда ее рука натолкнулась на что-то мокрое и скользкое. Сердце в груди билось так гулко, что она уже не могла понять, слышатся ли еще те странные звуки, которые должны были бы стать громче.
Тьма окутывала ее, словно холодное, влажное покрывало. Холод пробирал до костей. Мойра, сотрясаясь всем телом, еле передвигала ноги.
Но нельзя же бросить Коннора на произвол судьбы, мало ли что может с ним случиться. Если что, она побежит за помощью.
Коридор стал таким узким, что Мойра касалась плечами стен, пол был усыпан каменными обломками. Жаль, она не взяла с собой фонарь, коридор должен скоро кончиться, а ей совсем не хотелось неожиданно натолкнуться на Коннора.
Мойра остановилась и, сдерживая дыхание, прислушалась. Где-то капала вода, да стучало в висках. Больше ничего.
Внезапно что-то большое и тяжелое обрушилось на нее спереди. С трудом удерживая крик, она со всего размаху села на пол.
– Господи! – прорычал Коннор, и далее последовала целая цепочка ругательств, каких Мойра не слыхала с тех пор, как уехала от своих братьев. – Вы что, не могли сделать, как вам сказали?! Надо будет вам примочку поставить.
– Уже не надо, – пробормотала она сквозь слезы. – Там один сплошной синяк. – Ягодицы так болели, словно пол был утыкан иголками.
– Могу.
Коннор оторвал ее от пола и поставил на ноги.
– Тихо, – прошептал он.
Оба замерли, вслушиваясь. Стояла полная тишина, нарушаемая лишь их дыханием.
Коннор пробурчал что-то сквозь зубы.
– Мы их спугнули, – расстроено проговорил он. – Ладно, пошли. – Он взял ее за локоть и подтолкнул вперед.
– Вы что-нибудь нашли? – шепотом спросила Мойра.
– Ничего. – Коннор сказал это еле слышно, но Мойра поняла: он очень рассержен. – Да и вряд ли что-нибудь уже найду, мы наделали столько шума. – Коридор стал немного шире, и они пошли быстрее. – Даже если там кто-то и был, то давно ушел, если не совсем дурак. Но взглянуть все же не мешает.
Коннор зажег фонарь, осветив все вокруг мягким желтым светом. У него было хмурое, недовольное лицо.
Мойра потупилась. И чего ей не стоялось на месте?
– Пойдете за мной, – сказал Коннор.
– Вы берете меня с собой? – воскликнула Мойра и тут же прикусила язык. Чему тут удивляться – он просто не доверяет ей, вот и все.
Они двинулись вперед. Мойра старалась держаться поближе к Коннору. Коридор был узкий – мечом здесь не замахнуться. Впрочем, она успела заметить, что Коннор достал из-за голенища сапога кинжал.
Ничего не было слышно, кроме их собственных шагов, хотя они и старались ступать осторожно.
– Стойте, – шепнул Коннор, прислушиваясь к тишине и с помощью фонаря оглядывая коридор. – Здесь сплошная стена и больше ничего, – недовольно произнес он, ощупывая швы между каменными глыбами. – Я бы еще мог подумать, что кто-то делает подкоп снаружи, но там скала. – Он посмотрел направо, налево, припоминая, какая сторона выходит к мысу. – Но если там сплошная скала, то ведь можно было использовать ее как стену фундамента, разве не так? – Коннор повернулся к Мойре. – Если б там была сплошная скала, кладка не понадобилась бы! Возвращаемся. Я вам расскажу, когда выйдем. Сейчас мы все равно не узнаем, за стеной ли крысы и где они вообще. – Он распахнул тяжелую дверь и внимательно осмотрел петли. – У вас есть ключ от нее?
– Есть, но она была не заперта. – Мойра передернула плечами. – Наверно, ее отпер Хью… или еще кто-то… когда они находились здесь. До этого она всегда была на замке, по крайней мере еще до нападения Маккарти.
– Ключ есть только у вас? – Коннор вытащил из петли замок и поднес его к свету. – Посмотрите, он был взломан, скорее всего кинжалом. – Он показал царапины на ржавом железе. – Хотя я не понимаю, как они вообще проникли в подземелье.
– От первой двери имеется несколько ключей. А сам замок не сломан? – Мойра протянула нужный ключ.
– Посмотрим. – Коннор сунул его в замочную скважину. – Вроде нет. – Он повесил замок, запер его и положил ключ в кошель, привешенный к поясу. – Пойдемте отсюда.
– Постойте, милорд. Вы идете слишком быстро. Я так не могу.
Коннор вспомнил, как он упал на нее и придавил к полу. Господи, что он творит?
– Простите, – пробормотал он. – Я забылся.
– Я поняла. Давайте лучше я пойду первая.
Голос ее звучал устало. Что ее сюда принесло?
Решила сама разыскать потайной ход? Коннор почувствовал, что его снова начинает одолевать гнев. Как она смела подвергать такой опасности себя и свое дитя?
Коннор сжал зубы. Вместо того чтобы ругать ее, неплохо бы посмотреть на себя. Он сам виноват – не догадался проверить подземелье. Ладно, утром будет видно, что делать дальше.
Всю оставшуюся часть пути он шел за Мойрой. Заперев на замок входную дверь и погасив фонарь, он довел ее до крыльца. Молодая женщина с трудом стала подниматься по ступенькам. Коннор, выругавшись себе под нос, сунул ей фонарь и поднял ее на руки.
Мойра не сопротивлялась, и это подтверждало, что она смертельно устала. Коннор пронес ее через холл, осторожно ступая между спящими, потом вверх по винтовой лестнице и поставил на ноги у дверей ее спальни.
– Вы в порядке? – спросил он. – Может, позвать Бриджит?
– Не надо, пусть спит. Будет лучше, если она не узнает, что я бродила по подземелью. – Мойра вяло улыбнулась. – А то она меня отругает. – Покойной ночи. – Мойра исчезла за дверью.
Коннор подавил в себе желание немедленно лечь в постель. Ему надо было сходить в казармы и поставить у подземелья часовых.
Он поплелся вниз, размышляя о том, с какой видимой легкостью Рэнналфу удавалось руководить несколькими замками одновременно. Коннору очень не хватало этого умения. Хотя, возможно, ему недоставало именно того, что его брат приобрел, живя вдали от «Клиффорда».
Коннор тряхнул головой. Хватит, не нужно думать все время об одном и том же. Он просто устал и расстроен.
Во дворе Коннор постоял, чувствуя, как прохладный ночной воздух проясняет его мысли. Надо сделать то, что необходимо, и – спать. Завтра все прояснится, он был в этом уверен.
Утром Падриг, не ожидавший, что хозяин еще спит, вошел в спальню, напевая, притом фальшиво, какую-то непристойную песенку, и со всего маха бабахнул дверью об стену.
– Черт… – пробурчал Коннор, вылезая из-под одеяла и по привычке хватаясь за меч.
– Господи! – закричал от неожиданности Падриг, роняя ворох одежды, который нес в руках.
В коридоре кто-то завизжал: на пороге, зажав рот рукой, с вытаращенными глазами стояла молоденькая горничная.
Коннор выпустил меч, и тот со стуком упал на пол. Бормоча проклятия, он быстро завернулся в одеяло.
Неподалеку хлопнула дверь.
– Что здесь происходит? – послышался голос Мойры. – Мейви, что случилось?
Горничная показала рукой на дверь. Мойра заглянула в комнату и улыбнулась.
– Милорд, я была бы вам очень благодарна, если б вы не пугали моих служанок. – Отозвав Мейви, Мойра снова появилась в дверях. – Ну вот, теперь эта глупая девчонка станет вздыхать по вас, – осуждающе проговорила она, но глаза ее смеялись.
– Это Падрига надо благодарить, – проворчал Коннор. – Если б он не орал, я бы тихонько себе спал и никого не беспокоил. – Он с усмешкой посмотрел на оруженосца, растерянно застывшего у кровати. – Я пошутил, Падриг. – Мне уже давно следовало быть на ногах и заниматься делом. Просто вчерашние события меня вымотали. – Он выразительно посмотрел на Мойру.
Пусть она гадает, какие именно. Он на самом деле плохо спал – то ли из-за поцелуев Мойры, то ли от беспокоивших его воспоминаний о том, как она, одна, бродила в темноте по подземелью.
Если Мойра будет и дальше смотреть на него так, то одеяло вряд ли скроет его возбуждение.
– Падриг, принеси мне воды умыться, – приказал он в надежде, что ему станет легче, если отвлечься от пристального взгляда молодой женщины. Волоча за собой одеяло, он подошел к окну и распахнул ставни. В комнату хлынул свет.
Падриг суетливо собирал разбросанную по полу одежду.
– Быстрее, Падриг.
– Сейчас, милорд, – поклонился оруженосец и торопливо бросился к двери, схватив со стола кувшин.
Они остались одни, и пронзительное ощущение от взгляда Мойры усилилось еще больше. Коннор сел на кровать.
– Знаете, Мойра, лучше держитесь подальше, если не хотите, чтобы что-нибудь случилось. По утрам мне трудно совладать со своим телом. Лучше не искушать судьбу… – Коннор поднял глаза. Она стояла так близко, что, если б он только захотел, мог бы повалить ее на постель.
Ее прохладные пальцы легли ему на плечо, потом спустились чуть ниже. Коннор судорожно вздохнул.
– Господи Иисусе, вы сводите меня с ума, – пробормотал Коннор, закрывая глаза. Но ее лицо не исчезло, он все равно видел его перед собой.
Мойра крепко взяла его за руку и повернула спиной к свету.
– Кто это сделал? – негодующим шепотом спросила она.
У него екнуло сердце. Так вот на что она смотрит.
– Это ерунда. – Он попытался высвободиться, но она не выпускала его руку.
В ярком утреннем свете Мойра отчетливо увидела то, что было прежде незаметно. Загорелая кожа была сплошь покрыта тонкими, длинными полосками. Мойра медленно провела пальцами по его спине, нащупывая множество других, совсем незаметных шрамов. Это были очень давние следы побоев.
Взяв за подбородок, женщина повернула Коннора лицом к себе.
– Что это, Коннор?
В его потемневших глазах стояли боль и смятение.
– Оставьте, Мойра, я же сказал, это ерунда.
– Такие шрамы не остаются от случайных царапин, – проговорила она.
Ее голос звучал ровно, но твердо. Она не успокоится, пока не узнает, кто делал такое с ним. Кто так жестоко избивал… беззащитного ребенка?
Мойра хотела еще раз дотронуться до него, но Коннор схватил ее руку и отвел в сторону.
– Хватит!
Поддерживая одеяло, он повернулся так, чтобы она не видела его спину. Ей было все ясно и без слов. Наверное она не имела права заставлять его вспоминать то, о чем ему хотелось забыть, но у нее сердце разрывалось при мысли о жестоких обидах, нанесенных ему в детстве, столь тяжких, что он даже теперь не мог вспомнить о них без боли… и стыда.
– Коннор, простите, я не хотела…
Не хотела напоминать ему о побоях, не хотела его расстраивать, но не сожалела о том, что увидела эти шрамы, поскольку они показали ей, что под маской сильного, решительного человека скрывается ранимая душа.
Перед ней был не только воин, властный господин, но еще и просто человек, к которому ее потянуло с такой силой, что она чуть не задохнулась.
Дверь со скрипом отворилась, застав обоих врасплох. Вошел Падриг, неся кувшин и ведро с горячей водой.
– Вас побрить, милорд? – Веселый голос оруженосца прозвучал как-то странно в напряженной тишине комнаты. Как видно, молодой человек ничего не заметил. Насвистывая что-то, он налил воды в таз и вдруг увидал Мойру. Свист оборвался. – Ой, прошу прощения, милорд, леди Мойра, – забормотал, краснея, Падриг, переводя взгляд с одного на другую. – Я прервал вашу беседу. Мне прийти позже?
Его растерянное лицо яснее ясного показывало, как все происходящее в комнате смотрится со стороны. Мойра, такая же красная от смущения, как и Падриг, выпрямилась и отошла от столба балдахина. Слава богу, он не заявился раньше, когда она гладила спину Коннора.
– Ничего, мне пора идти, – сказала она, направляясь к выходу.
– Мойра! – Она остановилась у самой двери и, собравшись с духом, обернулась. Коннор стоял спиной к окну, лицо его было в тени; судя по голосу, он уже успел справиться с собой. – Мы поговорим, и скоро.
Мойра кивнула и выскользнула из комнаты.
Глава пятнадцатая
Коннор быстро умылся и оделся. Он не собирался спать так долго и пренебрегать своими каждодневными упражнениями. Но так уж получилось. А еще Мойра своими вопросами о шрамах растревожила его душу, и теперь надо было успокоиться, выбросить из головы прошлое и думать о настоящем.
У него было предчувствие, что сегодня он откроет тайну обрыва и тогда сумеет по-настоящему защитить Мойру и ее дитя.
Явившись в казарму этой ночью – то есть скорее уже утром, – он поднял с постели Уилла и отправил его в подземелье – охранять дверь в узкий коридор. Тот был, естественно, недоволен, но мгновенно повеселел, как только Коннор сообщил ему, что он может прихватить с собой сэра Айвора – пусть поскучает в темном подземелье вместе с ним.
Что касается Д'Ати, то Коннор не знал, чем объяснить произошедшую с ним перемену, но то, что в последние несколько дней тот действительно стал спокойнее и разумнее, бросалось в глаза. Возможно, на него повлиял Уилл, только Коннору не верилось, что все настолько просто. И все же нельзя отрицать, что человек может так круто измениться. В конце концов, самому Коннору для этого потребовалось несколько лет упорных усилий.
Однако стоило только Мойре спросить о шрамах на спине, как его охватило такое смятение чувств, что теперь Коннор засомневался, в самом ли деле он изменился, а если и так, то затронули ли эти перемены его душу. Когда она стала водить рукой по старым отметинам, он снова почувствовал себя запуганным ребенком, прячущимся от всех. В те времена, стоило только кому-то посмотреть на него, и ему казалось, что все видят, какой он слабый и трусливый.
Пронзительный взгляд Мойры снова разбудил в его душе того боязливого ребенка, и это выводило Коннора из себя. Хотелось гневно оттолкнуть ее. Или бежать подальше, чтобы она не могла больше заглянуть в его душу.
Но одно он усвоил твердо: бегство не решает проблем, а только усугубляет их. Он больше не побежит.
Коннор надеялся, что, когда снова увидится с Мойрой, ему хватит сил спрятать в себе трусливого ребенка, чтобы она не смогла его обнаружить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20