А-П

П-Я

 по ссылке 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Лестер Энн

Ставка на любовь


 

Здесь выложена электронная книга Ставка на любовь автора по имени Лестер Энн. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Лестер Энн - Ставка на любовь.

Размер архива с книгой Ставка на любовь равняется 76.93 KB

Ставка на любовь - Лестер Энн => скачать бесплатную электронную книгу



OCR: Ната; Spellcheck: suisen
«Ставка на любовь»: Панорама; Москва; 2005
ISBN 5-7024-1673-2
Аннотация
Единственный человек, от которого была без ума юная очаровательная Флоренс, обманул и предал ее. С тех пор для нее, талантливой художницы, мир потускнел, утратил все свои яркие краски, став серым и унылым. Что с того, что она единственная дочь миллиардера и ей доступно то, о чем не могут даже мечтать многие другие люди? Любовь не купишь… Однако мрачные мысли теряют свою власть над душой Флоренс, когда на пороге ее дома появляется веселый и неугомонный Говард Севидж, друг ее детства…
Энн Лестер
Ставка на любовь
Пролог
Сэр Чарльз Коверндейл пил утренний кофе, по обыкновению, сидя в одиночестве за длинным столом. Правую стену комнаты занимал огромный, преисполненный строгого парадного изящества буфет в стиле «ампир», с портиком на двух колоннах. Левую – выполненный в той же манере посудный шкаф-горка, демонстрирующий коллекционный «веджвуд». Напольные часы в корпусе из черного дерева в виде башни Вестминстерского аббатства, размеренно пробили восемь. Он сделал глоток из чашки, поставил ее на блюдце и развернул свежий номер «Файнэншнл таймc». После гимнастики, короткой пробежки трусцой в парке и контрастного душа его гладко выбритое, сдержано благоухающее туалетной водой лицо семидесятилетнего человека не покидало выражение бодрости и отличного настроения.
Он окинул хозяйским взглядом колонки биржевых новостей – тут все было в порядке. Акции «Интернэйшнл вуден корпорейшн» на лондонской и токийской биржах поднялись еще на несколько пунктов, цены на целлюлозу продолжали расти… И пролистнул еще пару газетных страниц. Нет ли каких-либо пространных статей, касающихся непосредственно его персоны? На прошлой неделе, после того как сразу две крупнейшие американо-канадские, шведская и бразильская компании в одночасье стали дочерними предприятиями возглавляемой им корпорации, газеты заговорили о нем как об «императоре древесины».
Вспомнив сейчас об этом, сэр Чарльз слегка поморщился. Звание, которым его удостоили, звучало несколько нелепо, хотя и было, по сути, верным. Он был председателем совета директоров крупнейшей корпорации по добыче и переработке древесины. В самой Англии и в Скандинавии, на юге и на севере американского континента сотни тысяч людей валили лес, занимались его трелевкой, разделкой на бревна, брус и доски и перевозкой всего этого на автомобилях-трейлерах, на железнодорожных платформах и кораблях-лесовозах. Безостановочно, как в Европе, так и в Америке, действовали деревообрабатывающие и целлюлозно-бумажные комбинаты… Да, это была империя, которой управлял сэр Чарльз из своего кабинета, расположенного в одном из небоскребов лондонского Сити.
В «Файнэншнл таймc» о нем на этот раз не было ни слова. Он с облегчением вздохнул, поскольку не любил лишнее паблисити, отложил газету, допил кофе и встал. Часы, громко зашипев, пробили четверть девятого. Пора было ехать в офис. За окном на дорожке парка как всегда был виден темно-зеленый «ролс-ройс», за рулем которого, белея сединой из-под форменной фуражки, сидел Джордж Макинтош.
Сэр Чарльз улыбнулся, вспомнив, как неделю назад по пути из дома в Сити он рассказал Джорджу, каким званием был удостоен в прессе. Оба посмеялись, и тот, в свою очередь, назвал себя еще более нелепо – «личным шофером императора древесины».
Сэр Чарльз снял надетый специально для утреннего кофе короткий шелковый халат, бросив его на спинку стула, и остался в серых брюках, такой же жилетке, в белой рубашке с накрахмаленным жестким воротничком и черном шелковом галстуке, удлиненный узел которого был скромно элегантен. Оставалось пройти в гардеробную, облачиться в серый двубортный пиджак, с едва выглядывающим из нагрудного карманчика уголком черного, в тон галстуку, шелкового платка, и можно было бы ехать…
– Доброе утро, дорогой! – В столовую вошла жена. – Как я рада, что застала тебя.
– Привет, Эвелин, я думал, ты еще спишь. – Он шагнул к ней, привычно потянулся к ее щеке, и миссис Коверндейл пришлось слегка наклонить голову, чтобы принять его нежный утренний поцелуй. При этом мысли сэра Чарльза на мгновение пришли в полный беспорядок, поскольку он невольно скользнул взглядом в вырез ее халата и в этот момент смог думать лишь о том, что прошлой ночью как мужчина оказался на высоте.
Даже без привычных высоких каблуков Эвелин была заметно выше мужа. Но это обстоятельство никого из них не смущало. Бывшая прима некогда известной лондонской балетной труппы «Нью балей групп», танцевавшая на лучших сценах мира, на самом взлете вдруг прервала свою карьеру, чтобы неожиданно для всех стать леди Коверндейл и родить дочь.
Газеты-сплетницы, такие как «Санди таймc» и «Дейли мирор», вдоволь тогда пошумели об этом, предлагая читателям свои версии случившегося. Но все их предположения были далеки от истины, поскольку такое понятие как любовь в них напрочь отсутствовало.
Эвелин поправила роскошные рыжие волосы, собранные в пучок на затылке. Плавность движений, легкость походки все еще были свойственны этой красивой пятидесятипятилетней женщине. Внешне она не старела, сохраняя молодость благодаря современной косметологии, диетологии, пластической хирургии. И миллиардное состояние ее мужа играло здесь не последнюю роль, позволяя одерживать верх в нелегкой борьбе с законами природы.
– Дорогой, меня огорчает Флоренс. – Стоило ей заговорить о дочери, как выражение лица у нее изменилось, став озабоченно-грустным. – Я звонила ей, пока ты пил кофе… Кажется, у девочки снова депрессия.
Какого черта?! – с досадой подумал сэр Чарльз. Ведь Фло молода, хороша собой, талантлива.
Он посмотрел на жену нарочито спокойно и попросил:
– Не волнуйся так, Эвелин. Всего год с лишним прошел, как Фло рассталась с Аланом Бруком. Потом эта размолвка с другом детства… Надо подождать. Уверен, время все исправит.
– Во вторник, – скорбно сообщила ему жена, не принимая в расчет его спокойствие, – я беседовала с ее психоаналитиком, доктором Гриффитом… Дело может кончиться психиатрической клиникой.
– Вот как?! Но мистер Гриффит может ошибаться! – испуганно возразил сэр Чарльз. – Эти психоаналитики раздают рекомендации направо и налево, основываясь непонятно на чем! Они ведь ни за что не отвечают!
– По его мнению, Флоренс надо эмоционально встряхнуться. Разумеется, в положительном смысле. Понимаешь? – упрямо продолжала Эвелин. – Ей следует куда-нибудь поехать и отдохнуть в хорошей веселой компании. Придумай что-нибудь, прошу тебя! Но так, чтобы предложение исходило не от нас с тобой, а от ее друзей, иначе она не согласится…
– От друзей?! – растерянно переспросил он.
Сэр Чарльз переживал за дочь не меньше, чем его жена. Когда Флоренс родилась, ему уже стукнуло сорок пять. Это был его поздний, единственный и любимый ребенок. И хотя она давно уже превратилась в молодую красивую женщину, к тому же, благодаря его стараниям, хорошо образованную, – закрытая частная школа в графстве Эссекс, колледж в Кэмбридже, потом Сорбонна и степень доктора искусствоведения, – он не раз ловил себя на том, что продолжает думать о ней, как о ребенке. Еще бы, ведь нельзя же было всерьез воспринимать тот образ жизни, который выбрала Флоренс!
Он тяжело вздохнул, невольно перечисляя в памяти еще раз все, чем расстраивала его дочь в последнее время. Эта своенравная девчонка ютилась в квартирке-студии в мансарде старого дома в районе Челси – без лифта, мусоропровода, о кондиционере и говорить не приходилось, хорошо хоть там была горячая вода…
Ее сотрудничество с двумя-тремя элитарными журналами, редкие публикации статей по вопросам изобразительного искусства вряд ли могли принести доход и удовлетворение. Да и кто их читал?! Ну, разве что университетская профессура, студенты, да еще такие же, как она сама, художники. И то наверняка не все… Усердное, до изнеможения, писание картин маслом, участие в выставках, не давшее пока никаких результатов…
И это при ее-то возможностях! Ведь стоило ей только намекнуть, и мастерская была бы устроена прямо тут, в доме, на третьем этаже. Нет? Пожалуйста, он готов был возвести для этой цели павильон со стеклянной крышей в западной части парка, оплаченный проект этого оригинального сооружения, над которым потрудился знаменитый итальянский архитектор и дизайнер Мончинелли, давно ждал своего часа в ящике письменного стола…
Элитарные журналы? Да она могла бы иметь собственное издание, публиковаться хоть в каждом номере! Участие в выставках? Извольте, название «Флоренс Коверндейл, Арт Гэлэри» звучало бы неплохо, не так ли? Он консультировался со специалистами в этой области бизнеса, и если бы только дочь захотела, отрыл бы специально для нее выставочный зал в центре Лондона!
Но она решила проявить самостоятельность, без родительской опеки добиться признания и успеха. Так что оплата жилья и прочие расходы стали ее проблемами. Что ж, хорошо, ему это даже нравилось. Всего пара джинсов, грубые ботинки, наподобие армейских, куртка, свитер, ковбойки и футболки на смену… – вот и весь гардероб юной леди!
Однако Эвелин под сомнительным предлогом, что ей крайне необходим совет искусствоведа для приобретения шляпки или еще какой-то там чепухи, удалось недавно выманить эту добровольную затворницу из мастерской и поводить по центральным магазинам. Там Фло не смогла устоять и позволила матери купить для нее кое-что из одежды. Но она не проследила за процессом, и вещей в результате оказалось так много, что посыльные, доставлявшие их потом из разных магазинов к ней на верхотуру в Челси, буквально оборвали звонок.
Обо всем этом и о многом другом, что касалось дочери, сэр Чарльз узнавал не только со слов жены, а, вернее, не столько… С тех пор как у Флоренс произошел разрыв отношений с Аланом Бруком, бывшим, сокурсником по Сорбонне, ныне популярным телеведущим, сэр Чарльз регулярно получал информацию о ее делах от хорошо оплачиваемого специалиста. Надо было хотя бы на шаг опережать развитие событий, чтобы не позволить повториться ситуации, от которой дочь все еще не могла оправиться.
* * *
– У тебя появилась дурацкая манера выпадать из разговора, который с тобой ведут! – Жена нетерпеливо тронула его за плечо. – Ты меня слышишь?!
– А?! Что… – Взгляд сэра Чарльза почему-то скользнул по стене в другой конец комнаты. Туда, где над камином, широкую мраморную полку которого украшали два бронзовых канделябра, висел портрет деда.
– Прошу тебя! – настойчиво повторила жена. – Придумай что-нибудь!
– Конечно, дорогая! Обещаю! Сделаю все, что в моих силах! А сейчас, извини, должен идти…
Дед, отличившийся в англо-бурской войне, а позже и на дипломатическом поприще, взыскующе смотрел на него из тяжелой золоченой рамы, но сэр Чарльз уже взял себя в руки. И к тому моменту, когда он оказался на своем месте в «ролс-ройсе», план действий в целом уже сложился в его голове. Оставалось уточнить кое-какие детали.
1
Небольшой круизный теплоход «Премиум» уже месяц стоял на приколе в порту Чарлстон, штат Южная Каролина. Спущенный на воду в год окончания Второй мировой войны и построенный, следовательно, по довоенному проекту, он обводами широкого белого корпуса и надстроек, а также высокой прямой трубой напоминал о дизайне ушедшей эпохи. Впрочем, взглянув на него, любой, мало-мальски понимающий в корабельном деле человек, мог бы назвать его старым щеголем и оказался бы прав.
Оснащенный мощной машиной и современными навигационными приборами, внешне ухоженный, «Премиум» был комфортабельным плавучим отелем, рассчитанным на прием богатых постояльцев, решивших расслабиться и отдохнуть от трудов праведных. До начала пятидесятых он успел проделать немало круизов из Америки в Европу и обратно и совершил два кругосветных перехода, повторив маршруты известного мореплавателя Фернана Магеллана и королевского пирата, адмирала сэра Фрэнсиса Дрейка.
Потом госдепартамент США срочно выкупил судно у туристической фирмы, специализировавшейся на морских круизах, и передал его только что созданной международной организации, в которой объединилось несколько Центральноамериканских стран.
Перед передачей «Премиум» отогнали в Норфолк на капитальный ремонт, во время которого дооснастили всем необходимым, превратив в идеальное место для дипломатических переговоров. Тогда-то каюта номер тринадцать на второй палубе по левому борту и была напичкана специальной аппаратурой, позволявшей видеть и слышать все, что происходит в любом, даже самом отдаленном отсеке, и негласно утратила статус пассажирской. Хотя, если смотреть из коридора, ее дверь ничем, кроме номера, не отличалась от дверей остальных кают-аппартаментов. А молодых людей, располагавшихся в ней, в то время как на борту находились президенты, премьеры, министры иностранных дел стран новой организации, вполне можно было принять за дипломатов, участников саммита.
Впрочем, «переговоры на воде» проводились редко, судно следующие десять лет по большей части простаивало, либо перегонялось на всякий случай из одного порта в другой, являясь запасной площадкой, на которой можно было бы при необходимости развернуть дипломатическую игру.
В конце концов, пытаясь свести на нет дефицит бюджета, организация отказалась от эксплуатации «Премиума» и продала его. Далее в течение пяти лет, выставляясь на торги, теплоход не раз переходил из рук в руки, пока буквально месяц назад не был куплен «императором древесины», сэром Чарльзом Коверндейлом.
Это известие застало судно в Чарлстоне. И, пока шло переоформление документов на нового собственника, капитан Микис Панайтиди, старый грек, управлявший «Премиумом» в течение последних десяти лет, неоднократно звонил в Лондон, подробно рассказывал Чарльзу Коверндейлу о достоинствах приобретения, в том числе и об особенностях каюты номер тринадцать. В последний раз в достаточно короткой телефонной беседе, похожей скорее на инструктаж, босс сказал:
– Сегодня в Нью-Йорк утренним рейсом вылетел мой представитель, мистер Джон Рич. Как только он окажется на судне, его следует поселить в этой самой, специальной каюте.
– Слушаюсь! – ответил Микис Панайтиди. – Именно так я и поступлю. – И, чтобы хоть немного прояснить для себя ситуацию, спросил: – Какие еще будут указания?
– Обо всем остальном вам сообщит мистер Рич, будете выполнять его распоряжения.
И действительно, на другой день к вечеру на причале у трапа появился мужчина с небольшим чемоданом в руке. Он был в легком костюме из жатой хлопчатобумажной ткани, какие обычно покупают туристы, знающие заранее, что в предстоящей поездке у них не будет времени заниматься утюжкой взятой в дорогу одежды.
Прибывший поднялся на палубу и был немедленно препровожден к капитану. Тот ощутил на удивление крепкое рукопожатие этого худощавого, внешне вполне заурядного человека и столкнулся с твердым внимательным взглядом его черных глаз.
– Вот мои верительные грамоты…
Представитель босса сдержано улыбнулся, а в руках у старого грека оказался пакет с бухгалтерской документацией, позволявшей покрывать расходы, связанные с содержанием судна.
– Хорошо.
– И еще вот это. – И он быстрым движением руки извлек визитку из нагрудного кармана пиджака. – Взгляните…
На карточке стояла лаконичная надпись: «Всемирная ассоциация уфологов. Доктор Дж. Рич».
– Да-да, – кивнул капитан, помня о последнем разговоре с боссом. – Пойдемте со мной.
Они спустились на пассажирскую палубу. Коридор, облицованный панелями красного дерева, заканчивался полукруглым читальным салоном с тремя иллюминаторами, уютным кожаным диваном и книжным шкафом, сквозь стекла которого – это было видно даже с большого расстояния – призывно смотрели корешки книг. На столе перед диваном лежали газеты…
– Вот ваша каюта, – сказал капитан, вставив ключ в замочную скважину, повернул пару раз, нажал на ручку и отворил дверь. – Прошу.
Когда представитель босса шагнул в помещение, предназначенное для него, то сразу же посмотрел вправо, наверняка зная, что именно там расположено то, что отличает его временную обитель от всех остальных кают на судне.
– Пожалуйста, закройте дверь, – попросил он, поставил чемодан на пол и снял шляпу, бросив ее на кровать. И когда капитан выполнил его просьбу, взглянул на него, как бы ожидая дальнейших объяснений.
– Аппаратура, конечно, устарела, но зато проста в обращении и работает исправно, – начал Микис Панайтиди, нажав кнопку включения и щелкнув тумблером. – Вот, взгляните, перед вами соседняя каюта…
Рич посмотрел на экран размером с почтовый конверт, на котором появилась четкая черно-белая картинка: два иллюминатора с раздвинутыми шелковыми занавесками, двуспальная кровать под шелковым покрывалом, пара кресел с высокими спинками и стеганой кожаной обивкой, такой же диван, люстра с абажурами-колпачками, два бра в изголовье кровати… Пол застлан толстым ковром, стены забраны темными деревянными панелями. В стене слева от входа – еще дверь, ведущая…
Он оторвал взгляд от экрана и осмотрел каюту, в которой находился.
– Меблировка та же, – заверил его капитан. – Разница, как видите, в том, что вот здесь, на стене и столе, аппаратура и панель управления…
– Понятно, – кивнул Рич.
– Для прослушки надо будет надеть наушники, включаются они тут. – Капитан указал на рычажок. – А вот регулятор громкости…
– Отлично.
– А этот тумблер позволит просматривать служебные помещения и каюты экипажа…
– Меня интересуют только пассажиры.
Слава Богу, хоть так! – подумал Микис Панайтиди и спросил, с интересом посмотрев на собеседника:
– Какие будут инструкции?
– Отправляемся во Флориду, капитан, в Ки-Уэст, там берем на борт миссис Флоренс Коверндейл.
– Дочь сэра Чарльза? – не удержавшись, уточнил старый грек, хотя и понял, о ком идет речь.
– Да, дочь, – повторил представитель босса. – И мне хотелось бы, чтобы она не знала, что судно принадлежит отцу. Поговорите с экипажем, предупредите людей…
– Есть! Будет сделано. Что еще?
– Вместе с ней на борту окажется большая компания молодежи, человек, наверное, тридцать. Список я дам… Предстоит круиз в теплых водах, капитан. Маршрут выбирайте сами: Но так, чтобы можно было время от времени заходить в какой-нибудь порт и говорить по телефону с Лондоном. Понимаете?
– Да. Вполне, мистер Рич. Когда выходим?
– Прямо сейчас, не будем терять время. Возможно, и мисс Коверндейл и кое-кто из этой компании уже в Ки-Уэсте и ждут нас.
Когда капитан покинул каюту, Джон Рич запер дверь, вернулся к столу с аппаратурой и, сев за него, вынул из внутреннего кармана пиджака записную книжку. В ней имелась предварительно собранная информация об участниках предстоящего круиза.
Итак, подумал он, основных действующих лиц, разумеется, кроме дочери мистера Коверндейла, пока не так уж и много. А точнее, всего четверо, и это неплохо. Легче будет в случае чего держать ситуацию под контролем.
Первым номером у нас тут стоит Марджери Шихаб, в девичестве Боул, дочь лорда Боула, лучшая подруга Флоренс, ее сокурсница по колледжу в Кембридже и Сорбонне. Она вот уже три года замужем за дипломатом, атташе по культуре посольства Ливана в Лондоне, Абдулой Шихабом, который, как известно из светской хроники, сказочно богат. В семье трое детей, в настоящее время Марджери снова беременна, уже на седьмом месяце… И, тем не менее, именно к ней сочли возможным обратиться сэр Чарльз и леди Эвелин с деликатной просьбой устроить от собственного имени этот круиз. И она не только поняла их и согласилась, но и сама решила принять участие в небольшом путешествии, чтобы помочь Флоренс встряхнуться…
Джон Рич перевернул несколько страниц, прежде чем нашел следующее имя. Вот – Говард Севидж. Совладелец крупного лондонского издательства «Пеликан-пресс», автор книг по искусству, интеллектуал. Внешне привлекателен, сложен как Аполлон, занимался бодибилдингом, не женат. Женщины от него без ума. Но только не Флоренс. Хотя…
Детектив вздохнул. Она, похоже, все еще продолжала любить Алана Брука, этого красавчика, отпрыска известного клана Бруков, политиков с Восточного побережья США. За последние двадцать лет представители этого семейства трижды занимали высокие посты в Республиканской партии, Конгрессе и Сенате.
Рич горько усмехнулся. Брук-старший, человек крепких моральных устоев, узнав о любвеобильности и непостоянстве Алана, приведшей к разрыву его отношений с дочерью Чарльза Коверндейла, мрачно пошутил в том смысле, что, мол, надо было этого малого еще в детстве кастрировать… Знал ли он, что дело было не только в этом?
Впрочем, шутка эта, достаточно погулявшая по первым полосам светской хроники, вполне могла быть и обычной газетной «уткой». Рич это не выяснял, не было такого поручения. Зато накануне скандальной публикации он по просьбе сэра Чарльза, впервые обратившегося к его услугам, отправился в Париж, чтобы проверить слухи о неверности жениха.
Молодые тогда жили на Монмартре в просторной квартире-студии. Флоренс много работала и начала уже довольно успешно выставляться в одной из небольших галерей, принадлежащих Жану Кювье, известному парижскому покровителю молодых талантов. Увы, слухи о неверности Алана подтвердились. Как и кое-что другое, буквально сразившее наповал родителей девушки. Рич выяснил это, когда июльским воскресным утром Флоренс попыталась объясниться со своим женихом на террасе кафе «Клозери де лила».
Разумеется, никто из них не обратил внимания на человека, сидевшего за столиком чуть поодаль. А тот, заказав чашку кофе и круассан, просматривал газету «Фигаро» в то время как в правом кармане его пиджака во всю работало записывающее устройство размером с наперсток, а чуткий микрофон, способный уловить жужжание мухи на расстоянии трехсот метров, был скрыт в заколке галстука…
Через день запись была представлена заказчику в кабинете его дома в респектабельном предместье. Ричу никогда не забыть, как, услышав взволнованный негромкий голос дочери, сэр Чарльз сник и из пожилого, но все еще крепкого мужчины тут же превратился в старика. Впрочем, и у него самого, много чего повидавшего на своем веку, дрогнуло сердце, когда он присутствовал при объяснении и видел, что Флоренс Коверндейл не сводит полных страдания глаз со своего собеседника. Свидетель краха ее личной жизни, он и сейчас отлично помнил эту сцену, будто все происходило только вчера. В его ушах все еще звучали их голоса:
– Ты же знаешь, Фло, я тебя все еще люблю и долго не смогу забыть. Но после того, что я узнал от твоего врача…
– Алан, врачи тоже ошибаются. Послушай, милый, я знаю сколько угодно случаев, когда после выкидыша женщины опять беременели и у них появлялись прекрасные здоровые дети.
– Думаю, доктор Леблон не стал бы утверждать, что ты больше никогда не сможешь родить, если бы была хоть какая-то надежда.
– Как ты можешь так говорить, это жестоко!
– Прости, Фло, я осознаю, что причиняю тебе боль, но ты же знаешь, я всегда мечтал о большой семье с кучей маленьких бесенят. Поэтому должен оставаться честным с тобой. Будет куда хуже, если мы поженимся, а потом разведемся…
– Послушай, но мы можем усыновить ребенка.
– Нет-нет, дорогая. Чужой ребенок – это не для меня.
– Но как ты можешь так со мной поступать? Это же наше общее горе, а ты вышвыриваешь меня из своей жизни как пустую обертку из-под чипсов… Нет, здесь что-то не так, Алан! И я это чувствую. Лучше сразу признайся, кто она, эта женщина? Неужели ты думаешь, что я ничего не понимаю?.. Это ведь уже не первая твоя измена, да?
– Что ты хочешь услышать в ответ?
– Правду. Думаю, ты должен признаться. Я это заслужила.
– Прости меня, Фло. И… давай без истерики, а? Я же любил тебя. Никто не виноват в том, что так получилось.
– Не виноват?!. Да ты – абсолютная сволочь! Столько месяцев мне приходилось делать вид, что все хорошо. Убеждать себя, что все мои сомнения напрасны. Более того, что они естественны и я просто патологически ревнива. А ты в это время спал с другой… И знаешь, что я тебе скажу? Дело вовсе не в том, что я не смогу иметь детей. Ты просто не хочешь связывать себя семейными узами, потому что пересчитал еще не все юбки. Так что, прощай…
– Думаю, мы оба знаем, куда ты направишься! Наверняка к своему ненаглядному другу Говарду, верно? Может, если бы не было этой странной дружбы между вами, я бы не чувствовал себя третьим лишним…
– Не смей попрекать меня! Кстати, напомню, Говард является также и твоим другом. Он столько раз выручал тебя! Все, с меня довольно…
* * *
Джон Рич провел рукой по черным коротко стриженым волосам, снова заглянул в книжку. Что тут еще было о Говарде Севидже? Да, вот. По просьбе четы Коверндейлов он дважды летал в Квебек уговаривать вернуться домой Флоренс, осевшую там после разрыва с Аланом. В конце концов, бедняжка согласилась…
Тут от размышлений его отвлекли едва различимые звуки суеты на верхней палубе. Кажется, отдают швартовы, догадался он. И, словно в подтверждение этой догадки, под ногами, где-то в недрах судна, вдруг ожила машина, передав нетерпеливую легкую дрожь корпусу «Премиума».
2
В Майами воздух был горячий и влажный, легкий ветер покачивал длинные листья на макушках пальм, пахло океаном. Вот что значит субтропики, подумала Флоренс, выйдя на трап из навеянной кондиционерами прохлады двухэтажного салона «Аэробуса» авиакомпании «Бритиш эйруэйз».
Она чувствовала себя так, словно находилась под контрастным душем в момент, когда после, привычных прохладных струй вдруг неожиданно ударили горячие. Еще бы! После Лондона с его пасмурным, низким небом оказалась здесь, совсем в другом климатическом поясе, к тому же так быстро, что и настроиться на перемену погоды не успела… Пока ей это нравилось. Интересно, какие ощущения будут потом, по возвращении домой? Не придется ли ругать эту взбалмошную Марджери за то, что сумела уговорить ее бросить все и, очертя голову, полететь за тысячи миль?
Подруга позвонила ей в мастерскую позавчера утром, когда Флоренс еще только встала и пила кофе.
– Привет, Фло! – Голос у нее был бодрый.
– А… Привет! – обрадовалась Флоренс. – Сто лет не виделись! Слышала, ты снова беременна… А какой месяц?
– Седьмой. Врач считает, что опять будет мальчишка! А ты как поживаешь?
– Да вот работаю…
– Послушай, есть грандиозная идея! Я ведь звоню тебе, знаешь откуда? Ни за что не догадаешься!
– Раз так говоришь, значит, не из дома… В трубке послышался веселый смех Марджери.
– И не старайся, Фло! Это звонок из Ки-Уэста, штат Флорида! Ну, как тебе это, а?
– Ух ты! – Флоренс даже привстала от неожиданности. – Каким ветром тебя туда занесло?
– Все очень просто. Мне понадобился отдых. Муж зафрахтовал небольшую посудину, оплатил круиз. Собирается компания, кое-кого ты знаешь: Джина Дорстон, Глория… Говард Севидж обещал быть.
– Говард?! – откровенно обрадовалась Флоренс, но договорила с напускным спокойствием: – Ну да, он ведь в Штатах на конгрессе искусствоведов в Филадельфии.
– Так вот, дорогая! – настойчиво тараторила Марджори. – Звоню, чтобы вытащить тебя из Лондона! Бросай все, бери билет на ближайший авиарейс до Майами! Если есть проблемы с деньгами, можешь рассчитывать на меня.
– С этим проблем нет. – Флоренс вздохнула. Банковский счет, с которого ей время от времени все же приходилось снимать некоторые суммы, исправно пополнялся отцом, несмотря на ее неоднократные возражения.
– Тогда прилетай! Что тебя еще может там удерживать?!
– Я же сказала, что работаю.
– Ах, да! Прости, не обижайся, но лучше отложи все дела в сторону. Отдохнешь тут, наберешься впечатлений и тогда с новыми силами…
– Ну, хорошо. – Соблазн начал действовать, Флоренс почти решилась. – А как мы встретимся в Ки-Уэсте?
– Как? Да очень просто! – обрадовано воскликнула Марджори. – Найдешь в порту теплоход «Премиум», вот и все… Название запомнишь?! Или, может, все-таки лучше записать?!
– Думаешь, у меня память дырявая?
– Да кто вас, художников, знает?.. В общем, буду ждать, счастливо добраться! Без тебя не уйдем! Пока!
– До встречи!
Она положила трубку. Привычная тишина мастерской, бесцеремонно нарушенная только что пронесшимся торнадо по имени Марджори, опять вступила в свои права. В огромное, во всю стену окно видны были крытые побуревшей от времени черепицей крыши, высоко торчавшие каминные трубы и телевизионные антенны… И все это, как и улицы внизу, было мокрым. Дождь моросил, не переставая.
Она взглянула на холсты на подрамниках, поставленные вдоль стены, на листы ватмана с рисунками на столе… Цикл живописных и графических работ «Крыши Челси» был почти завершен, осталось написать еще пару картин.
Но желание оказаться там, где солнце и теплый океан, уже охватило ее. Сдерживало пока лишь одно обстоятельство. Не хотелось появляться в полузнакомой компании без мужчины. То есть, конечно, можно было бы оправиться в круиз и без сопровождающего. Кому, собственно, какое дело? Марджори же будет одна. Хотя, нет, пример с подругой не годился. Та была замужем, имела троих детей, это все знали. И, главное, ей безразлично было, что о ней напишут в светской хронике. Захотела, будучи на седьмом месяце, попутешествовать – и отправилась. Решит устроить еще что-нибудь экстравагантное – оглядываться на газеты не станет, пусть врут, что хотят, с нее как с гуся вода.
Флоренс так не могла. Ей приходилось быть осмотрительной. Разрыв ее отношений с Аланом обсуждался в прессе на все лады. Ни матери, ни отцу, не говоря уж о ней самой, покоя тогда не было. Наверняка в мужской половине компании, что соберется на судне, окажется кто-нибудь, кому захочется поволочиться за ней. Она, конечно, поощрять этого не будет ни в коем случае. Но сам по себе факт – чем не тема, для настырных газетчиков? Они живо все обмусолят, перелицуют, раздуют размером с дирижабль…
Да, спасти ее в этом случае сможет лишь Говард Севидж. Если он действительно окажется на борту, его присутствие рядом с ней не станет сенсацией. А чтобы обезопасить себя от ненужных ухажеров, она попросит Говарда кое о чем…
Телефонная трель вновь нарушила тишину. А вот, кажется, и он, догадалась Флоренс, снимая трубку. И не ошиблась.
– Привет, Фло! – Знакомый спокойный голос заставил ее улыбнуться.
– Привет, как ты?
– Я пока в Штатах.

Ставка на любовь - Лестер Энн => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Ставка на любовь автора Лестер Энн дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Ставка на любовь у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Ставка на любовь своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Лестер Энн - Ставка на любовь.
Если после завершения чтения книги Ставка на любовь вы захотите почитать и другие книги Лестер Энн, тогда зайдите на страницу писателя Лестер Энн - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Ставка на любовь, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Лестер Энн, написавшего книгу Ставка на любовь, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Ставка на любовь; Лестер Энн, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 купить духи шанель шанс в интернет магазине 

 Ларина О. В. - Стиль жизни - молодость http://www.libok.net/writer/11904/kniga/47470/larina_o_v/stil_jizni_-_molodost