А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Если получится.
Территория Ордена, База по приему переселенцев и грузов «Россия». 22 год, 6 число 7 месяца, среда, 09.50.
По дороге мне попался навстречу один орденский патруль на двух «Хамви», и мне показалось, что я узнал в сидевшем на переднем пассажирском сидении того самого веснушчатого сержанта, с которым мне довелось столкнуться на дороге после перестрелки, еще на моем первом отрезке пути в этом мире. Больше никого не было, кроме неизменных животных на равнине, даже поезда не попадались.
На левом траверзе промелькнула База "Северная Америка", а затем, совсем вскоре, показалась База «Россия». Блок на въезде с М113 и «Хамви», шлагбаум, вопрос "Do you have any weapon to seal?", благодарность за сотрудничество, после того, как я убрал "сто третий" в брезентовую сумку и туда же бросил кобуру с «Гюрзой». FN-MAG, который я так и возил в этой машине, был уже упакован, все равно воспользоваться им в на ходу было бы проблематично без второго члена экипажа. Считывание идентификационной карты и предупреждение, что я имею право находиться на территории Базы «Россия» без специального разрешения не более трех ночей.
Все по-прежнему, ничего не изменилось. Я проехал по совсем небольшой территории Базы, вырулил на центральную улицу, доехал до круглой площади с фонтанчиком, и свернул за отель «Рогач», где была маленькая, машин на пять-шесть, почти пустая стоянка. Заглушил фырчащий дизель, подхватил из кузова сумку с оружием и сумку с вещами, и пошел в отель.
Прошел через совсем пустой бар, подошел к стойке и похлопал ладонью по бронзовому звонку.
— Right here, coming! (Уже здесь, иду!)
Из подсобки вышла та самая блондинка с уставшим лицом, которая работала в баре вместе с Арамом.
— Hello, can I have a room? (Здравствуйте, могу я получить комнату?)
— А, это вы. Я вас помню. Я говорю по-русски. Я полька, но учила русский в школе. Вам на сколько ночей?
— Я не уверен точно. Может на одну ночь, может быть на две. Даже на три, возможно.
— Не проблема. Оплатите за одну, а если задержитесь — еще заплатите.
— Мне с ванной, пожалуйста.
— Пятнадцать за одну ночь.
Я достал из кармана зажим с банкнотами, выдернул из него десятку и пятерку, положил на стойку. Она дала мне ключ.
— Спасибо. А Арам где?
— Арам сегодня на поезде в Порто Франко поехал, с братом повидаться.
— Вот незадача, а я сейчас в Порто Франко у его брата в мотеле живу. Надеялся увидеться.
— Видите, как получилось. — развела она руками.
— А вас как зовут? — поинтересовался я.
— Агнешка. Можно называть Агнесс. Вы запишитесь в книгу, пожалуйста.
Я повернул к себе книгу записи постояльцев, написал там свое имя и поставил возле него закорючку подписи.
— Спасибо. Приятно отдохнуть вам после дороги.
— Спасибо. Скажите, а у кого можно уточнить, прошел нужный человек «ворота», или еще нет?
— Подходите прямо на иммиграционный контроль нужного направления, и спросите у дежурного.
— Спасибо еще раз.
— Не за что.
По иронии судьбы мне достался тот самый номер, где мы впервые переспали со Светланой. И в этом номере тоже ничего не изменилось, все стояло и лежало на тех же местах, как и тогда. Наверное, я надеялся увидеть какие-нибудь изменения, как знак, что что-то изменилось и в другом, что мне удастся найти выход из той ситуации, в которую я себя загнал. Но все повторялось с точностью до мельчайших деталей. Все так же вполоборота к кровати стоял белый телефон, все так же было застелено покрывало на кровати, чуть наискосок, свисая одним углом до пола. Сознание цеплялось за мелочи, чтобы не останавливаться на главном.
Убрал в шкаф оружейный чехол, распаковал сумку и пошел мыться с дороги. Пыли на мне осело много. Одежду, которую снял с себя, упаковал в полотняный мешок с надписью «Laundry» ("Прачечная") и положил возле кровати. Переоделся в чистое. Посидел на кровати, глядя в окно. Потом махнул рукой, встал, и пошел на выход.
До стеклянной двери в зал иммиграционного контроля было минуты две ходу, и как я не пытался их растянуть, совсем скоро оказался у цели. Толкнул дверь, вошел.
Светланы не было, вместо нее за стойкой сидела среднего роста худенькая девушка в строгих прямоугольных очках и мальчишеской стрижкой с косым пробором, как у примерных мальчиков на картинках для других примерных мальчиков.
— Добрый день. — поздоровался я с ней.
— Здравствуйте. Чем могу вам помочь?
— Я ожидаю одного человека и груз с той стороны. Хотел бы узнать, прибыл он уже или нет?
— Как зовут человека и что за груз?
— Груз — автоматы, а человека зовут Дмитрием.
— Откуда он направляется?
— Знаю только, что из России.
— Давайте попробуем поискать.
Она пролистала какой то список на экране монитора.
— Вчера не было ни одного Дмитрия. Сегодня с утра тоже, и сегодня больше переходов не будет.
— А почему, если не секрет? — полюбопытствовал я.
— Не секрет. Магнитная буря, это мешает. Поэтому следующих ожидаем завтра. У нас завтра четыре сеанса входов. В десять утра, в двенадцать, шестнадцать и двадцать два часа. Но кто именно прибудет — у нас не указано.
— Скажите, а Светлана еще здесь работает?
— Нет, ее перевели.
— В Порт Дели?
Надеюсь, радости в моем голосе она не разобрала.
— Нет, она здесь, на Базе, просто на другой должности. Ее повысили.
Я подумал, было, что можно спокойно возвращаться в отель, но затем представил Светлану, приходящей в бар с подругой, и натыкающейся на меня — и мне даже плохо стало. Решил идти до конца.
— А где мне ее можно найти?
— Она в центральном офисе, это направо отсюда, до станции и снова направо. Там сразу увидите. У дежурного попросите вас соединить.
— Спасибо. Вы знаете, а я ведь только имя знаю, а как мне ее спросить?
— Беляева ее фамилия. А работает она в отделе "Files and Records". (здесь "Архив и Регистрация")
— Спасибо. До свидания.
— Не за что, рада был помочь.
Я снова вышел на улицу, свернул направо, и пошел в сторону металлических конструкций железнодорожной станции. Действительно, перед станцией дорога расходилась в стороны Т-образным перекрестком, и я свернул направо. Еще через сто метров я дошел до трехэтажного здания из поляризованного стекла, со стилизованной пирамидой на фронтоне и небольшой табличкой "Центральный офис".
Здание не было роскошным по понятиям Старого света, но на фоне местной простоты выглядело чуть ли не дворцом. Холл был под стать внешности — белый полированный камень, мебель «хай-тек», широкий стол светлого дерева на хромированных массивных ножках, за которым сидел капрал в орденской форме, с пистолетом за поясом.
— Hello. How can I help you, sir? (Здравствуйте, чем могу вам помочь, сэр?)
— Hello. I" m looking for Svetlana Beliaeva, files and records subdivision. (Здравствуйте. Я ищу светлану Беляеву, подразделение "Архив и Регистрация")
— I" ll check what I can do. Wait a second, please. (Посмотрим, что я могу сделать. Подождите немного, пожалуйста.)
Он снял трубку с широкого плоского телефона с кучей кнопок, соединился с кем-то, спросил, могут ли передать госпоже Беляевой, что к ней посетитель. Затем спросил мое имя, повторил его в трубку, выговаривая как «Ондрей», затем помолчал, подтвердил что-то и повернулся ко мне.
— Can you wait for one minute more, sir? (Вы можете подождать еще минутку?)
— Yes, I can. What for? (Да, могу. А чего?)
— Frankly, I didn" t understand, sir. (Честно говоря, я сам не понял, сэр.)
В этот момент в тишине здания послышались быстрые шаги, на вершине лестницы ведущей в холл появилась Светлана, сбежала вниз и бросилась ко мне с такой силой, что чуть не сшибла с ног. Вцепилась в меня, впилась в губы своими губами, оторвалась и сказала:
— Ты все-таки приехал!
Территория Ордена, База по приему переселенцев и грузов «Россия». 22 год, 6 число 7 месяца, среда, 10.05.
Естественно, я не стал объясняться и выяснять отношения там, в холле их штаб-квартиры, на глазах и без того ополоумевшего капрала. И Светлана тоже не могла оставаться со мной дольше, чем на пару минут — она просто выбежала с какого то совещания. Она стояла, прижавшись ко мне с такой силой, что мне даже было трудно дышать. Я обнял ее, погладил по голове, прижал к себе.
— Тише, тише. Успокойся.
— Ты все же приехал. Я приду к тебе сегодня, я не могу сейчас уйти. Я в семь смогу вырваться отсюда. Жди меня, пожалуйста.
— Хорошо. Я дождусь. Я в "Рогаче".
— Я приду. Все, иди давай! Жди, черт возьми!
И я ушел в отель. Ждать, черт возьми.
Территория Ордена, База по приему переселенцев и грузов «Россия». 22 год, 6 число 7 месяца, среда, 19.15.
Чем можно занять несколько часов томительного ожидания? Я вздремнул пару часов, все же не выспался сегодня, смотрел телевизор, по которому шли новости и какие то старые вестерны, Сэма Пекинпа, кажется, но я не уверен — пропустил начало и одного, и шедшего сразу за ним второго фильма. Сосредоточиться на фильмах все равно не получалось, и я пошел вниз, в бар. Лучше уж принять на грудь в преддверии грядущего объяснения.
В баре сидело трое солдат в «песчанке», но без бронежилетов, шлемов и оружия, они пили пиво. Больше не было никого, лишь за стойкой стояла чернокожая девушка, из тех, которых я раньше видел здесь работающими официантками. Я подошел к ней, попросил "large lager" ("большое светлое"), который она мне немедленно налила. Спросила, предпочитаю я платить сразу или открыть счет? Я предпочел счет, все равно мне еще долго сидеть. Взял с подставки у стойки меню, и, прихватив кружку, пошел за столик.
Есть не хотелось совсем, но я все же выбрал клаб-сэндвич с курицей — и есть просто, и брюхо набьешь. И не развезет после второй кружки. Все же, только вчера ел в последний раз.
На улице тоже было пусто, смотреть не на кого, но в баре висели телевизоры, по которым в записи крутили старые гонки квадроциклов по саванне, те самые "400 миль вокруг Порто Франко". Ладно, хоть это посмотрю, куда так Джей-Джей стремится.
Принесли сэндвич, а точнее — четыре небольших сэндвича, из скрепленных зубочистками тостов, проложенных между ними ломтиками помидора, яйцом, куриной грудкой, салатом и сдобренных майонезом. Вокруг сэндвичей на тарелке была гора картошки «по-французски». Картошка то «по-французски», а вот появилась впервые в Бельгии и к Франции никакого отношения не имеет, что характерно.
Кое-как, запивая пивом, проглотил два сэндвича из четырех. Зато кружка закончилась, можно следующую просить. Показал пальцем на кружку, после чего поднял один палец вверх. Девушка из-за бара одними губами спросила: "One more?" ("Еще одно?"), я кивнул в ответ, она кивнула мне и тут же наполнила следующую.
На стойке лежали местные газеты, я взял одну, развернул. Какие то новости, местные и международные. Много объявлений. Продают, покупают. Машины, оружие, подержанную мебель в связи с переездом, что угодно. Ладно, удачно продать им мебель, что еще скажешь. Посмотрел на часы. Еще больше часа. Это хорошо или плохо? Может и хорошо, сижу вот с пивом и газетой, и не надо никакой женщине объяснять, что она мне, конечно, нравится, но мы же можем остаться друзьями и все такое. Или плохо, потому что уже совсем плохо мне самому, и будь что будет, лишь бы быстрее?
Светлана появилась ровно в семь, когда я уже осушил третью кружку и ожидал четвертую. Против своих собственных ожиданий, я не опьянел совершенно, как будто вместо пива здесь компот пил. Она почти бежала по улице, явно высматривая меня в баре, увидела, лицо осветилось улыбкой, через несколько секунд она села напротив, улыбаясь, слегка запыханная, и спросила:
— А даме пива?
— Дама вроде бы толстеет от пива.
— За один раз не потолстеет. — отмахнулась она. — К тому же я и так два килограмма за месяц набрала, все равно сгонять нужно. Не спорь, закажи немедленно.
Девушка смотрела в нашу сторону, поэтому я просто показал два пальца. Она снова молча кивнула, и принялась наполнять кружки. Светлана молча смотрела на меня и улыбалась.
— Ты чего веселишься? — поинтересовался я.
— А я глазам пока своим не верю. Действительно вернулся.
— Тебя повысили?
— Да, и очень даже повысили. Я возглавила аналитику, хотя по названию она числится архивом.
— И теперь пользуешься служебной информацией в личных целях. — сказал я утвердительно.
— Еще как, но не только в своих, а еще и в твоих личных.
— В моих?
— Да, в твоих. — подвердила она.
Принесли пиво и меню Светлане.
— Я голодная, времени нет поесть. Сейчас, минутку.
Она просмотрела закатанную в пластик карту меню с обеих сторон, и заказала карри с курицей и рисом. Попросила не слишком острый. Затем повернулась ко мне.
— Именно в твоих интересах.
— Объясни.
— Чуть позже. Лучше расскажи, где ты сейчас и как? Что ты сейчас делаешь?
— В общем, в основном я в дороге. — сказал я. — Я начал торговать оружием. Наверное, самое подходящее занятие для меня. Сейчас приехал из Порто Франко, открыл там магазин. Здесь мне надо встретить человека с грузом.
Я ожидал встречного вопроса вроде: "Так ты не за мной приехал?", но такого не последовало. Вместо этого она начала расспрашивать меня о том, где я был, с кем общался, как решил заняться торговлей. Я в ответ выдал исправленную и сокращенную версию своих приключений. Рассказал, что отправился в ППД с колонной Русской Армии, что решил ее опередить и по пути случайно обнаружил засаду. Рассказал, что засаду перебили. Она кивнула, и сказала:
— Я уже это знаю. Ты с командиром колонны приходил получать деньги в наше отделение банка в Аламо.
— Ты за мной следила?
— Нет, и не было такой возможности. — отрицательно покачала головой она. — Я потом стала выяснять.
— Деньги же перевели на счет РА… Они со мной сами рассчитались, оружием.
— Да, но ты указан как один из заявителей. Я разговаривала с банком в Аламо. И еще тебе переводили деньги, две премии по тысяче, из отделения Базы "Северная Америка". А потом ты снова появился в Аламо, и получил сразу за семнадцать человек. Это ты их всех убил, что ли?
— Не всех. И не сам, нас трое было. Фактически, моих двенадцать, но мне помогали, сам бы не справился ни за что.
— А потом тебе снова перевели деньги, техасские «минитмены», еще три тысячи. — продолжила она. — Как ты там оказался?
— Магазин на паях в Аламо. Приходится участвовать в их рейдах тоже, если хочешь жить в городе и пользоваться уважением. Иначе не выйдет.
Она кивнула, как будто подтверждая, что знает правила жизни в Аламо.
— За пару месяцев на тебя мой отдел записал двадцать два бандита и соучастие в уничтожении аж сорока семи.
— Вы ведете записи?
— Мы — "Files and Records". - сказала она, посмотрев на меня как на слабоумного. — Естественно, мы ведем записи и анализируем информацию. У тебя один из лучших результатов среди тех, кто проходил ворота на этой Базе.
— Результат результату рознь. Я снайпер по воинской специальности. У снайперов всегда результат высокий, больше чем у других. Но снайперы действуют в рамках чужой инициативы, просто как еще один вид оружия. Результат — не показатель, в данном случае. Применили снайпера — это как сбросили бомбу удачно. Бах — и куча трупов. Но бомба же не сама наводилась в цель. К тому же здесь очень рельеф способствует.
Здесь я несколько прибеднялся и упрощал, но мне становилось интересно. Даже грядущее объяснение отходило на второй план. Вместо плачущей девушки, прощавшейся со мной и просившей приехать, передо мной сидела вполне уверенная в себе, молодая, красивая и очень даже знающая, чего она добивается, женщина. А вот чего она все же добивается?
— И теперь у тебя есть доля в магазине в Аламо, магазин в Порто Франко, потом ты еще где-нибудь откроешь магазин, и станешь торговцем? Солидным негоциантом? Ты уверен, что у тебя это получится?
— Не знаю. — пожал я плечами. — Но пока мне интересно. Я люблю оружие. Я много езжу по этой земле, встречаю многих людей.
— А банда сутенеров, которую вы искалечили в Порто Франко — одна из встреч? — съехидничала она.
— Тебе их жалко?
— Ни капельки, еще и сама бы добавила. Я просто хотела сказать, что и об этом тоже знаю.
— Вы что, установили за мной слежку?
— Нет. Но если знать первоначальную информацию, ты знаешь, у кого спрашивать дальше и какие вопросы задавать. И тогда появляются новые подробности. У нас ведь почти в каждом городе есть свои офисы, банковские, представительские, военные. А моя должность дает мне возможность задавать любые вопросы и просить что-то выяснить без всяких проблем. Никто не удивляется, и не интересуется, зачем это мне.
— А зачем это тебе?
— Это как раз то, о чем я собираюсь рассказать позже. Скажи лучше, а как ты на армейской базе сумел в РА не попасть? Они ведь должны были пригласить тебя.
— Я плохо приспособлен для действий в строю. Одиночка. И возраст у меня совсем не призывной, сорок лет все же. В таком возрасте легко отклонять предложения.
— А если снайпером? Снайперы всегда одиночки.
— Я уже был снайпером на войне. Больше не хочу.
— Не обиделись?
— Нет, ни капли. Говорю же, я не призывная возрастная категория. Я даже получил право скупать у них трофеи со склада. Чем и торгую.
1 2 3 4 5 6 7 8 9