А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Келли Элисон
Стоит ли верить сердцу
Элисон КЕЛЛИ
Стоит ли верить сердцу?
Анонс
Казалось бы, что общего между Джиной Петрочелли, столичной штучкой, и хозяином скотоводческой фермы в австралийской глубинке Пэришем Данфордом? Она носит модельную обувь, он - грубые ковбойские сапоги. Но сердце твердило Джине, что рано или поздно эти сапоги окажутся в ее спальне.
ПРОЛОГ
- Может, все же не поздно дать отбой? - Джина не спешила к выходу на посадку.
- Поздно, - отрезала Элен. - Мы ведь уже обсудили это.
- Мы ничего не обсуждали, - уточнила Джина, - ты всучила мне билет и велела отправляться.
- И правильно, - усмехнулась рыжая худощавая женщина. - Помнишь, я предупредила, когда нанимала тебя: я босс и, значит, всегда права.
Джина проигнорировала ее улыбку:
- То был самый роковой день в моей жизни.
Она начала работать на Элен Мэтерсон спустя два дня после окончания Сиднейского университета и, быстро поднимаясь по служебной лестнице "Компьюмэгик", в свои двадцать восемь уже была главным программистом, подчиняясь непосредственно Элен, основателю и владелице фирмы. Джина давала консультации в особо сложных случаях, но коньком ее были персональные компьютерные программы по заказу клиента. Если, будучи занятой, она не могла сама взяться за заказ, то передавала его работнику, которого считала достаточно компетентным.
Как и всегда, Элен, не посоветовавшись с нею, не оставив ей никакого выбора, сообщила о поездке, едва Джина переступила порог офиса, вернувшись с катания на лыжах в Новой Зеландии.
"Это нужно моему брату, тебе заказаны билеты на самолет в Квинсленд на воскресенье, оставайся там столько, сколько потребуется, и не возвращайся, пока все не сделаешь!"
Подавив вздох, Джина вернулась к реальности и обнаружила, что Элен выжидающе смотрит на нее.
- Что такое? - нахмурилась Джина.
- Вопросы есть?
- Ага, два. Чем я это заслужила? И не могла бы ты уволить меня прямо сейчас?
- Только идиот станет увольнять своего лучшего программиста, а потом, это тебе же на пользу. Пэриш обещает, что, если его удовлетворит установленная нами программа, он обеспечит нас множеством подобного рода заказов. Кроме тебя, Джина, я никому не могу доверить такую работу.
Получить высокую оценку босса Джине, разумеется, было лестно, но это не прибавило ей желания оказаться в толчее сиднейского аэропорта в понедельник утром, а потом лететь в унылую дыру где-то в центре Квинсленда.
- Ну, не унывай, ради Бога! Думай об этом как о приключении! - убеждала ее Элен, когда с губ Джины опять сорвался вздох. - Это же не край света!
- Нет. Пока. - Джине хотелось отправляться в путешествие по глубинке Австралии примерно так же, как пролить красное вино на белый ковер своей квартиры в пентхаусе.
- На вот. Развлекайся во время полета. - Элен сунула ей в руки три журнала и постучала по одному из них длинным ногтем. - Открой на пятнадцатой странице, - сказала она с таким видом, будто ей, как сестрам Джины, было восемнадцать, а вовсе не сорок один. - При одном взгляде на него на высоте десять тысяч футов испытаешь оргазм!
Джина невольно улыбнулась: Элен неисправима, когда дело касалось мужчин! Но тут объявили рейс.
- Так много писали о забастовке пилотов... В какой автомобильной компании ты заказала прокат?..
Элен хлопнула себя по лбу:
- О, черт, я и забыла!
- Ну, удружила, нечего сказать! Прилечу, а там, в глуши, можно будет передвигаться только на машине!
- Нет, нет! Джина, дорогая! У меня хорошие новости. Тебе не придется добираться машиной от аэропорта Маунт-Айзы до братца: один из его соседей встретит тебя на своем самолете. Его зовут Рон Гэлбрайт, и он доставит тебя прямо к дверям квартиры Пэриша. Ну, почти что к дверям, - поправилась она. В Мелагре есть взлетно-посадочная полоса, и тебя там кто-нибудь встретит.
- Ох, Элен, тоже мне хорошие новости! Ты бы лучше сказала: "Джина, дорогая, планы изменились, лететь не надо".
- Мужайся, дитя, ты летишь. В конце концов, я же не в Антарктиду тебя отправляю! Там, в Мелагре, прекрасный климат!
- Ну, разумеется! Если тебе понадобится, ты станешь утверждать, что и в аду климат что надо!
- Не ворчи, в Мелагре совсем не так плохо, как тебе представляется. Я была однажды на животноводческой ферме, там полно долговязых, трудолюбивых скотоводов. - Она вздохнула и ухмыльнулась. - В честном, пропотевшем трудяге есть что-то тонкосексуальное, такое, что волнует кровь умной искушенной женщины. Поверь мне.
- Боюсь, я не настолько искушенная, чтобы оценить эту тонкость. - И Джина подхватила свой чемодан.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Это был паршивый день. Семнадцать часов тяжкого труда, да еще одно несчастье за другим.
От тяжелой физической работы у Пэриша ныло все тело. Но это так, пустяки. Неожиданно возникшие проблемы - вот что его беспокоило! Сегодня вообще у него все трещало по швам!
Он был на пути к загонам у ручья Чаепития и намеревался восстановить секцию забора на дворе, где клеймили скот, когда у новой "уты", которую он вел, снесло шланг радиатора. Глупо было надеяться, что шланг выдержит больше трех недель, конечно же следовало купить запасной. А теперь придется отрывать Расти от работы и отправлять его за сто восемьдесят километров в Клонкарри. Но эта неприятность не шла ни в какое сравнение с прорванным ограждением в районе центральных ворот.
Вот что внесло еще больший хаос в череду бесконечных дел. Он провозился несколько часов и кое-как поправил ограждение, но, чтобы сделать все как следует, нужно звонить Снэйку и отправлять его на несколько дней в Мелагру. Центральные ворота были особо важны во время второй ревизии, тем более при такой не по сезону высокой температуре.
Обычно на этой стадии засухи ночные температуры достигали семи градусов по Цельсию, а днем было около двадцати пяти. Сегодня же, к тому времени, когда Пэриш вернулся во двор, где клеймили скот, ртутный столбик вылез за тридцать, и тяжкий труд показался еще тяжелее. Он закончил возиться с ограждением около пяти часов, но решил войти в график и использовать каждую минуту дневного света и потому занялся недавно приобретенным жеребцом. Но удовлетворения от выполненной работы как не бывало: нервное животное сбросило его, и он упал головой в грязь. Теперь, слава Богу, лошадь в надежном загоне.
Да уж, день выдался паршивый!
Скрип ворот, отделявших столетний главный дом от других строений усадьбы, резко прозвучал в ночной тишине, и Пэриш, как обычно за последние полгода, мельком подумал, что надо бы их смазать. Не то чтобы он забывал это сделать, просто список первостепенных дел превышал лимит времени: объездка коня, починка изгороди, профилактика механизмов и подготовка ревизии, которая начнется на следующей неделе; до ворот ли тут...
Черт! - мысленно ругнулся он, в который уж раз споткнувшись на пятой ступеньке веранды.
Железная крыша дома, как и ступенька, нуждалась в починке больше, чем ворота в смазке, но, покуда стены и крыша не обвалились, у Пэриша не было ни времени, ни желания заниматься их ремонтом. Сейчас же он способен сделать только три вещи: выпить холодного пива, принять горячий душ и рухнуть в постель. Все же, что требует большей затраты сил, может подождать до его пробуждения завтра в четыре тридцать. Должно же быть какое-то равновесие, авось завтрашний день не станет таким дьявольски тяжелым, как сегодняшний.
Не зажигая огня, он добрался до холодильника; свет оттуда осветил кухню, обставленную только самым необходимым. Вскрывая банку, Пэриш на мгновение представил себе последнюю майскую прохладу, разожженный камин... Нет, даже прохлада не заставила бы его бодрствовать сегодня вечером.
Сделав большой глоток пива, он направился в ванную.
Пэришу показалось, что он и глаз не успел закрыть, когда зазвонил будильник. Он протянул левую руку и прихлопнул его. Звон не утихал.
Непристойно выругавшись, он снова надавил на макушку будильника. Звон продолжался.
Схватив нарушителя, чтобы зашвырнуть куда подальше, Пэриш осознал, что разбудил его телефон. Взглянув мельком на часы, он чуть не застонал - начало двенадцатого. Проклиная все на свете, откинул простыню.
- Иду, иду!
В доме был только один аппарат, на кухне, и к тому времени, когда полуодетый и озябший Пэриш добрался до него, он был не в самом лучшем настроении.
- Данфорд! - рявкнул он, перекрывая шумы дальней связи.
- Пэриш?
Голос сестры в трубке несколько унял его досаду:
- Элен? Что...
- Джина должна была позвонить мне, когда прилетит, но так и не звонила.
- Джина? Какого черта...
- Ты хочешь сказать, что ее нет? - В голосе послышалась паника.
- Нет здесь? Элен, уже ночь. Я с трудом соображаю, о чем ты говоришь...
- Эксперт по компьютерам, которого ты просил прислать!
Он застонал: на фоне всего происшедшего автоматизация отчетности Мелагры была наименьшей из его забот. Особенно в этот час.
- Я упустил это. Извини, Элен. Послушай, я позвоню тебе утром, и мы договоримся, когда ей лучше приехать.
- Пэриш! Я же сказала тебе, что она уже должна была прибыть. Она...
- Сюда?
- Ну да! Ты что, пьян?
- Ни в одном глазу, - зевая, пробормотал он, пытаясь включиться.
- Я звонила тебе еще неделю назад и сказала...
- Да, да. Помню. Слушай, Элен, не паникуй. Наверно, ее рейс опоздал в Айзу и она решила остаться там, а не тащиться сюда...
- Она вовсе не тащится! Какой-то твой товарищ из Маунт-Айзы позвонил и сказал, что пристроит ее на самолет одного из твоих соседей. Некто Гэлбрайт собирался лететь в Мелагру. Но, Пэриш, если ее до сих пор нет, то где... О Господи, они разбились!
- Элен...
- Эти частные самолеты и чартерные всегда...
- Элен! - обрезал он жестче. - Остынь. Они не разбились. Когда легкий самолет идет на посадку, мы здесь его слышим. Я уверен, что узнал бы, если бы с Роном Гэлбрайтом что-нибудь случилось.
- Тогда где же Джина? Почему ее нет? Почему она не звонит?
Только неподдельное отчаяние в голосе сестры заставило его скрыть раздражение.
- Она, поди, очарована общительностью и гостеприимством Рона и, вероятно, сидит сейчас в Примроуз-Даунсе, выкупанная, за первоклассной едой и столетним портвейном. Успокойся. Я позвоню туда и... Как, ты говоришь, ее имя?
- Джина. Джина Петрочелли.
- Я думал, ты пошлешь какого-нибудь парня.
- Эллиот показался мне не слишком надежным.
- Эта Джина - не большой подарок, если не связывается с тобой, как положено.
- Это-то меня и беспокоит. Джина всегда связывается. Она одна из самых ответственных людей, каких я когда-либо встречала.
- Может, она забыла...
- Не смеши! Джина никогда не забывает о деле. Я действительно беспокоюсь, Пэриш.
- Ладно! Ладно! Я свяжусь с Гэлбрайтом и попрошу эту Джину позвонить тебе.
Еще несколько успокаивающих слов, и Пэриш положил трубку, тяжело и протяжно вздохнув. Господи! Он хотел одного - лечь спать! Но, судя по всему, несчастный день никогда не кончится! Смирившись, он набрал номер Гэлбрайта.
Джина громко говорила сама с собой, стараясь отвлечься. У нее пересохло во рту, пока она носилась по грязной посадочной полосе в надежде согреться.
- Я переманю всех ее клиентов, я куплю ее компанию, а ее назначу уборщицей, я...
Звук мотора прервал планы отмщения Элен. Сердце подпрыгнуло, она обернулась на шум и тотчас прикрыла рукой глаза, потому что внезапный свет ударил из-за небольшого вала, идущего параллельно взлетно-посадочной полосе. Только через мгновение она поняла, что это передние фары автомобиля и еще одна, установленная на крыше.
- Слава Богу! Господи! Слава Богу! - горячо шептала она, не двигаясь, пока машина быстро преодолевала темноту, разделявшую их. Это означало, что ее нашли.
Фургон резко затормозил буквально в нескольких футах от нее; Джина не отказала себе в удовольствии дотянуться и потрогать машину. Сквозь капот ее пальцы ощутили мелкую дрожь мотора. Гнев, облегчение, благодарность, шок буквально распирали ее, требуя немедленного выхода. Облегчение, разумеется, принес тот, кто наконец-то встретил ее. К нему она испытала благодарность. Но гнев, который накопился за последние пять с лишним часов, был сильнее. Именно он давал ей возможность не замечать жажду, голод и холод. Сейчас она впервые осознала, как ей было страшно.
- Вы в порядке? - спросил мужчина, выбираясь из-за руля.
Пока он подходил к ней, она обратила внимание на две вещи, во-первых, ее избавитель высок, а во-вторых, - надо же! - теперь, когда она была в безопасности, обнаружилось, что вот-вот разрыдается. Джина старалась успокоиться, но разрывалась между желанием наорать на незнакомца и заплакать, как ребенок, у него на руках.
- Вы в порядке?
Не в силах ничего сказать, она кивнула. И даже попыталась улыбнуться. Обычно она старалась держаться подальше от незнакомых мужчин, но это было целую жизнь назад. А сейчас она даже не спросила, что за пластиковую фляжку он сунул ей в руку. Выпить скорее! Ее руки дрожали, когда она подносила фляжку к губам, измученная жаждой. Жидкость текла по подбородку восхитительная знакомая прохлада, лучше любого шампанского. Господи, была ли вода когда-нибудь так вкусна?
За время безумного четырехкилометрового броска от дома до полосы Пэриш вполне смирился с мыслью, что остаток ночи придется провести, прочесывая загоны Мелагры площадью в шестьдесят квадратных километров в поисках неопытной городской штучки. Тот факт, что в конце этого сумасшедшего дня он обнаружил Джину Петрочелли в целости и сохранности и именно там, где предполагалось, должен вообще-то расцениваться как чудо. Но ведь он мог бы уже спать!
С видимым облегчением Пэриш щелкнул кнопкой радиотелефона в машине.
- Отправляйся обратно в постель, Расти, - сказал он, услышав отклик. С ней все в порядке. - Положив трубку на место, он обратил наконец внимание на женщину и устало потер шею. - Пожалуй, вам имело бы смысл остаться в Айзе - мне совсем не улыбалось заниматься полномасштабными поисками после такого дня, какой у меня был.
- После дня, какой у вас был? - Приезжая открыла рот от изумления, откидывая с лица гриву волос цвета ореха. - Дня, какой у вас был? - Она повысила голос так, будто он не расслышал ее с первого раза. - Я сижу в этом Богом забытом месте без еды, без воды черт знает сколько времени! То здесь жарко, так, что впору скинуть с себя все, до последней нитки, а то... кипела она, - вдруг дьявольский холод... Бог знает, сколько еще надо свитеров поверх этого.
"Этот", на взгляд Пэриша, больше походил на банный халат. Под ним вроде бы скрывалась округлая фигура, но сколько там было одежды, а сколько ее самой, Пэриш сказать бы не смог, хотя признавал, что женщина выказала здравый смысл, борясь с холодом. Впрочем, судя по шести местам багажа, что стоял в нескольких футах от машины, у нее было достаточно одежды, чтобы пережить и антарктическую снежную бурю. Очевидно, эксперт по компьютерам не имела обыкновения путешествовать налегке. При этом она все еще явно трусила, так что им не следовало здесь задерживаться.
- Я сражалась с мухами, москитами, Бог знает с кем! И еще опасалась, что придется иметь дело с целым стадом тех безобразных коров! Так что не надо говорить мне, какой у вас был плохой день!
Бесполезно было втолковывать ей, что пять телок - это еще не стадо. И что упомянутый рогатый скот выращен детьми Расти, и что это вовсе не бомба, чтобы обращаться в бегство. Зачем зря тратить силы?
- Ну, если вы готовы, можем отправляться...
- Я готова уже шесть часов! Можете вы объяснить мне, почему никто не встретил мой самолет?
- За это простите. Оказалось, перепутали несколько телеграмм. Предполагалось, что вы приедете на машине. Считайте, что у всех это был тяжелый день.
- Это был самый дьявольский день! Да и ночь - не пикник! Я звонила домой десять минут, пока не посадила батарейки своего мобильного!
Удивительно, что она только посадила батарейки.
- Мобильный работает до Айзы. Здесь еще нет сети.
- Нет сети... - Она всплеснула руками. - Господи! Я попала в девятнадцатый век! Здесь, наверно, и электричества нет, кондиционеров, холодильников! Ничего нет, кроме жары, грязи, пыли и... и коров!
Даже в более благоприятных обстоятельствах Пэриша мало трогали дамские истерики, и только сознание, что приезжей штучке это простительно, удержало его от предложения заткнуться, или он бросит ее здесь отдыхать на всю ночь.
- Послушайте, почему бы вам не забраться в машину, пока я закину ваш багаж? Полагаю, вы предвкушаете еду и чашку чая.
- Что я действительно предвкушаю, так это сказать Пэришу Данфорду, что именно я думаю о его обхождении с гостями! А уж потом - очень долгий, очень горячий душ.
- Ну, мисс Петрочелли, одно из этих стремлений тщетно, а другое излишне.
- Почему?
- Первое, у нас нет горячей воды. А второе, я и есть Пэриш Данфорд.
- О мой Бог!
Приятно было видеть, как она опешила, услышав его имя.
- О мой Бог! - повторила она, в ужасе поднося руки к губам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14