А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

В мозгу Майка страх боролся со
страхом, ужас с ужасом. Он собрал свои нервы в кулак, заставил сердце
вспомнить о смелости. Зная, что, задержавшись с ответом, он может возбудить
подозрения, Майк наконец вымолвил:
- Они почти получены, мистер Кокли.
- Сколько времени вам еще понадобится?
- Еще час.
- Я хочу получить эту информацию до того, как вы отправитесь спать,
слышите, Мелоун? Я оказал вам доверие. Не заставляйте меня жалеть об этом.
- Хорошо, сэр.
- Я хочу, чтобы операция началась сегодня. Я хочу поймать Нимрона!
- Я свяжусь с вами через час, мистер Кокли.
- Нет, - сказал Кокли. - Я сам свяжусь с вами - через сорок пять минут.
Пошевеливайтесь, Мелоун.
Затем раздался щелчок. Еще минуту Майк сидел с телефонной трубкой в
руке, глядя на нее так, словно из ее пластмассовой коробочки мог выскочить
сам Кокли. Последние слова грозного старика проникли в сознание Майка,
выведя его из ступора. Сорок пять минут. А он даже не знает, что он должен
подготовить.
Сердце забилось снова: его удары звучали словно раскаты грома.
Неожиданно голова у Майка закружилась, колени затряслись. Он
почувствовал, что хочет есть, хотя и был сыт, хочет спать, хотя и выспался.
Тысяча причин, из-за которых он мог бы бросить все и бежать, пронеслись в
его мозгу. Но одна причина - причина, по которой он не должен был этого
делать, а должен был бороться до конца, синеглазая и белокурая причина -
была сильнее, чем вся эта тысяча вместе взятая.
Майк заставил себя дышать глубже, как учил его Пьер, подавить внешние
проявления своего страха. Уже успокоившись, но внутренне продолжая кипеть,
он осмотрел кабинет. Магнитные карточки, которые Мелоун в агонии сбросил со
стола, лежали на ковре, словно мертвые чайки на мертвом побережье. Карточки!
Возможно, в них содержится та информация, которую хочет получить Кокли.
Мелоун должен был ждать телефонного звонка, должен был передать сообщение по
телефону. Майк собрал карточки, вставил их в проигрыватель и включил его. Из
сетчатого динамика, вмонтированного в крышку стола, раздался голос Мелоуна:
- Имеются шесть президентских баз отдыха и четыре бомбоубежища. Эти
записи содержат всю информацию, которую я смог извлечь из письменных файлов.
Они являются изложением сути того, что трансляционный компьютер нашел в
старинных книгах. Каждая из следующих карточек содержит информацию
касательно одного из укрытий, они расположены в порядке убывания
вероятности.
Потом раздался щелчок - машина перешла к следующей карточке. Четвертая
карточка, третье укрытие - верный вариант. Если Кокли получит это и начнет
действовать этой же ночью, то к утру Нимрон и остальные окажутся в ловушке.
Майк не мог допустить этого. Он вынул карточки из проигрывателя и разорвал
первую и третью в клочья. Сунув чистую карточку в записывающее устройство,
он заговорил в микрофон. Он сообщил о наличии трех бомбоубежищ, а прочее
оставил в прежнем виде. Кокли получит информацию о девяти укрытиях вместо
десяти. Нимми и остальные будут в безопасности. Он успел вовремя.
Сорок минут спустя раздался телефонный звонок, потом другой.
На этот раз Майк не медлил.
- Алло?
- Мелоун, вы получили все?
- Да, мистер Кокли. Если вы вставите в свой диктофон чистую карточку и
подсоедините его к телефону, я сброшу вам все на высокой скорости.
Наступила небольшая пауза, затем раздалось:
- Начинайте.
Майк вставил измененный рапорт в проигрыватель, включил его на
максимальную скорость и откинулся в кресле. Десять минут спустя процесс был
завершен.
- Это все, - сказал он Кокли.
Теперь старик явно был в хорошем настроении.
- Мальчик, если это сработает, я подумаю насчет передачи тебе кое-каких
акций. Двести долей в "Прохладной Коле", например.
- Ну что вы, сэр, благодарю вас. Большое вам спасибо.
- Я дам тебе знать, когда мы их схватим, - доверительно сказал Кокли. -
А теперь можешь отправляться спать.
Так Майк и сделал.


Глава 2



Он проснулся по сигналу будильника ровно в восемь часов. Прослушал
распорядок дня и узнал, что идти в студийное здание Шоу ему надлежит не
раньше десяти. Майк встал, заглянул в стенной холодильник, протер все еще
слипающиеся глаза, извлек кусок синте-бекона, несколько настоящих яиц и
банку сока. Процесс поглощения завтрака, жевание и глотание продолжались до
тех пор, пока желудок не прекратил свои голодные вопли. За завтраком Майк
продумывал следующий шаг Он должен принять душ и одеться, а потом попытаться
увидеть Лизу, прежде чем они покинут здание. В плане предусматривался
короткий контакт, чтобы подготовить ее к побегу этой ночью. Он должен был
убедить ее, что он - Майк, что он хочет помочь ей, что она должна
согласиться бежать. Вряд ли это будет легко, в особенности потому, что
сейчас он выглядит совсем иначе - не как тот Майк, которого она знала. Он
покончил с завтраком и отправился в душ.
Через несколько минут он вышел в коридор, двери апартаментов с шорохом
закрылись за ним. Он прошел дальше по коридору и нажал кнопку лифта. В
кабине Майк столкнулся с невысокого роста пареньком, лицо которого было
бледным и худосочным, а зубы - желтыми до самых десен. Униформа была ему
явно велика.
- Верхний этаж, пожалуйста. Парнишка нажал кнопку, и лифт плавно пополз
вверх.


x x x



- Слышали о происшествии, мистер Мелоун? - В голосе мальчишки не было
ни следа страха или почтения.
- О происшествии?
- Об убийстве. Между вторым и третьим этажами найдены три трупа.
- Чьи? - спросил Майк самым невинным тоном.
- Во-первых, мистер Конан. Живет здесь, мелкая сошка. И два
неизвестных. Весьма загадочно, не так ли, мистер Мелоун? Полиция не может
найти концов.
Лифт дернулся и остановился.
Майк сунул мальчишке пятидолларовую бумажку, сохраняя мелоуновские
снисходительные и самоуверенные манеры.
- И в следующий раз чтоб лифт ехал ровнее! - прикрикнул он, вступая на
этаж, где жила Лиза.
ЭТАЖ, ГДЕ ЖИЛА ЛИЗА. Самый звук этого имени доставлял Майку блаженство.
ЛИЗА. Он снова увидит ее, увидит эти небесные глаза и губы, подобные долькам
яблока. Он поразился своим чувствам. Сможет ли он и тут отстранение, как во
время боя, воспринимать, наблюдать и анализировать свое отношение к ней, к
ее словам и движениям? Он сомневался в этом. Он полагал, что скорее всего
станет действовать неразумно и опрометчиво. И он не мог осуждать себя за
это!
У двери он попросил разрешения войти.
- Да? - спросил голос сверху.
- Джейк Мелоун хочет видеть мисс Монваза. Затем наступила пауза -
центральный компьютер сверял его голос с записью голоса Мелоуна. Видимо,
убедившись в том, что подделки нет, компьютер отпер дверь.
Она была там. Волосы, подобные солнечным лучам, губы, подобные розам.
Все это был набор штампов, но все они были правдивы. И Майк вновь ощутил
подтверждение - и на этот раз еще более сильное - своей любви к ней. Это
было совсем не то, что в Шоу. Это было нечто более глубокое, теплое, нечто
необъяснимое.
- Входите, мистер Мелоун, - сказала Лиза голосом, подобным ветру в
ивах.
- Я хотел только, - сказал он, переступая порог, выразить свои лучшие
чувства к вам, мисс Монваза. Я часто прогуливаюсь по этой башне ради
разминки. Я всегда восхищался вашей работой и теперь пользуюсь первым же
удобным случаем сказать вам об этом.
Выражение инстинктивного отвращения исказило: ее черты. Это встревожило
Майка, но тут он сообразил, что она выражает свое отношение к Джейку Меоуну
и его словам, а не к Майку Джоргове и его мыслям. Но он не мог высказать
свои мысли вслух - по крайней мере, не мог этого сделать в комнате,
напичканной электронными ушами. Ее комнаты могли быть вставлены на текущее
прослушивание или же на запись разговоров, а запись могла дожидаться своей
очереди целую неделю. Но у него не было способа проверить это, и он принял
как версию, что их слушают постоянно. Каждый живущий в мире Шоу должен был
сознавать, что любое его слово может быть услышано, Майку нужно было увести
Лизу в коридор. Но для начала завести легкий разговор.
- Я считаю постыдным, - сказал он, - что вам больше не дают ведущие
роли.
- А я считаю это спокойной жизнью! - парировала она.
Лиза была одета в алое трико, поверх - алая туника. Зардевшаяся леди.
Герцогиня в алом. Ее волосы горели, контрастируя с нарядом цвета огня.
- О, я предполагал это. Каждодневная рутина, должно быть, утомляет.
- Слабо сказано. - Она налила себе бокал какого-то напитка, не
предложив ему выпить. Фактически она не предложила ему даже присесть.
"Бог мой!" - подумал Майк. Он никогда не видел ее такой резкой и
язвительной. Она всегда была скорее даже мягкой - со всеми, кроме него.
Сейчас она была недовольна и не скрывала этого. Она непременно должна
загореться идеей побега.
- Возможно, вас снова переведут на хорошие роли, когда один из
теперешних Исполнителей созреет для этого.
- Я искренне надеюсь, что этого не будет.
- Но вы снова должны стать звездой первой величины. У вас должен быть
мужчина, занимающий высокое положение.
- В настоящее время у меня есть такой мужчина, - сказала она, глядя в
черные точки микрофонов. - И этого более чем достаточно, благодарю вас.
Этого более чем достаточно - для того, чтобы ждать.
Его мысли закружились безумным вихрем. У нее есть мужчина, занимающий
высокий пост? Что она имеет в виду? Слова были нацелены прямо в микрофон;
последние она произнесла намеренно громко. Прервав эти сумасшедшие
рассуждения прежде, чем они могли толкнуть его к необдуманным действиям,
Майк решил, что сейчас самое время увлечь ее в коридор - там они смогут
говорить, не боясь быть подслушанными.
- Я думаю, что у нас протекает крыша, - сказал он, пытаясь сказать это
так искренне, как только он мог. В первый раз она повернулась и посмотрела
прямо на него:
- Что, черт побери, вы имеете в виду? Он покраснел.
- Никаких глупостей. Я имел в виду только то, что снег подтаивает и
просачивается сквозь кровлю, а потолке в коридоре водяные разводы. Взгляните
сами. - Он вышел в коридор, приглашая ее последовать его примеру.
- Пусть этими потеками интересуются ремонтники и психи.
- Нет, взгляните же, - сказал он. - Вы увидите, что я ничего не
придумал. Лиза вздохнула и вышла в коридор.
- Где?
Сердце подпрыгнуло, замерло, забилось чаще.
- Я - Майк, - тихим, ровным голосом сказал он.
- Что?
- Майк Джоргова. Мне сделали пластическую итерацию, изменили голос и
состав крови. Настоящий Мелоун мертв. Я.., убил его. Лиза гневно
прищурилась, глаза стали черными бездонными. Она смотрела на него, и эта
минута тянулась бесконечно. А потом взгляд ее стал мягче, словно она успела
обдумать сказанные им слова и не обнаружила в них предательских намеков.
- Вы пытаетесь подловить меня, - сказала она неуверенно.
- Лиза, пожалуйста, выслушай меня и постарайся понять. Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО
Майк. Я вернулся, чтобы забрать тебя отсюда. Мне немедленно нужно твое
согласие!
- Если даже то, что вы говорите - правда, как вы можете освободить
меня?
- Сегодня ночью в подземном гараже будет ожидать аэромобиль с
водителем. Аэромобиль будет наш - подмену произведут сегодня днем на одной
из стоянок Шоу в другой части города. Когда машину припаркуют, водитель
будет уже там; в гараже он сможет выйти и приготовить все.
Ей хотелось верить его словам. Майк ясно читал это по резким морщинкам
в уголках глаз, по нахмуренному лбу.
- У меня сегодня ночью.., гость, - сказала она.
- Кто?
- Анаксемандр Кокли.
Майк вздрогнул. В его сознании сложилась отчетливая картина.
- Это и есть.., мужчина с высокой должностью?
- Да. - Ее голос снова стал тихим голосом прежней Лизы.
- Я убью его!
- И я не буду тебе мешать.
Майк тяжело вздохнул:
- Я приду сегодня в полночь. Оставь двери слегка приоткрытыми.
- В это время мы уже будем в постели, - горько сказала она, и слова ее
срывались с губ, словно погасшие угольки.
Глаза Майка сощурились. Он сжал кулаки.
- В полночь. Я убью его. - Это уже не было объяснение; это была клятва.
- Ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО Майк, - сказала Лиза, касаясь ладонями его лица,
пробегая пальцами по его губам и векам.
- Тебе лучше пойти к себе. Мы не должны вызвать у них подозрений.
Она вернулась в свою гостиную, возвысив голос, чтобы микрофон
безусловно донес до подслушивающих каждое произнесенное слово:
- Вся проклятая крыша может провалиться к чертовой матери. Весь снег в
мире может просочиться внутрь, мистер Мелоун, но мне будет на это наплевать.
- По ее приказу дверь медленно закрылась. Но пока Майк мог видеть Лизу, он
видел и улыбку, адресованную ему.
Он повернулся, дошел до лифта и спустился вниз. Мальчишка прожужжал ему
все уши рассказами о полиции, работающей в вестибюле. Когда двери открылись,
Майк вышел в просторное помещение, где возились одетые в форму люди,
пытавшиеся при помощи странного и зловещего вида аппаратов отыскать
какие-либо следы - запах, пыль, старую жвачку. Он прошел только несколько
ступенек, как из-за ближайшей банкетки, оскалив клыки и рыча, выскочил дог.
Майк попытался обойти его.
Дог не пускал его. Это была собака убитого жильца, скулившая вчера на
лестнице.
- Эй! - прикрикнул полицейский, оттаскивая дога. - Пошел прочь!
Дог упирался всеми четырьмя лапами, зубы его блестели в оскале, на
черных губах пузырилась слюна.
- Благодарю вас, - сказал Майк, стараясь унять дрожь в руках.
- Все в порядке, мистер Мелоун. Его хозяин был убит на лестнице прошлым
вечером. Полагаю, вы об этом слышали?
- Да, только что, в лифте.
- Заварушка. Здесь явно произошла заварушка. Кровь, и куски тел
разбросаны повсюду.
- Есть какие-нибудь догадки? - спросил Майк.
- Еще нет. Подумывали о том, чтобы пустить дога по следу и посмотреть,
куда он нас приведет, но, судя по его отношению к вам, доверять ему нельзя.
Не так ли?
- Ну, разве что я научился убивать во сне, - ответил Майк.
Полицейский усмехнулся.
- Я думаю, что в этой стычке погибли все участники, - сказал он, вновь
обретая серьезность. - Шеф думал иначе, но теперь и он склоняется к этому
выводу. Жилец встретил двух чужаков, пробравшихся в здание Бог весть зачем,
и они стали стрелять в него. Он открыл ответный огонь. Он оказался
проворнее, но это его не спасло.
Майк едва не спросил, когда же кто-нибудь примет во внимание, что труп
привратника был найден в кустах. Вестибюль опустел - полицейские со своими
детекторами покидали здание.
Майк вышел вслед за ними, обогнул толпу и сунул идентификационную
карточку Мелоуна в щель автомата. Он извлек все карточки из карманов
убитого, перед тем как сбросить тело в мусоропровод, и сейчас порадовался,
что ему хватило тогда сообразительности подумать об этом. Карточка выскочила
обратно. Секундой позже на подъемной платформе всплыл серо-зеленый
аэромобиль. Майк открыл дверцу, влез внутрь и запустил аэросистему. Машина
встала на дыбы, потом ее ход стал ровным. Очевидно, все машины, выезжающие
из башен, не действовали на систему сигнализации.
Он никогда не думал об этом, но сейчас это было важно. Грядущей ночью
это может оказаться важным. Майк повернул руль, выехал на шоссе, врубил
максимальную скорость и мысленно вернулся к насущному: этот день ему
предстояло прожить в маске Мелоуна, скрывая свою истинную сущность. Да еще
Кокли...
Снова шел снег. Небо было серым, низким, каким-то полосатым. Повсюду
царила зима. Госпожа Природа завладела даже мыслями Майка, В лобовое стекло
ударилась снежинка. За ней - вторая. Через минуту - третья.


Глава 3



Парковочные автоматы установили аэромобиль Майка на место. В студийный
комплекс он прошел через служебный вход, пользуясь личной карточкой Мелоуна.
Миновав длинный коридор, он проследовал в студию, представлявшую собой как
бы сердцевину яблока, в мякоти которого размещались различные службы и
кабинеты некоторых работников Шоу. Он поднялся в свой офис - офис Мелоуна,
где трудилась дюжина человек. Девушка в прозрачной блузке - признаться, ей
было что показать! - порхнула ему навстречу.
- Мистер Мелоун, - сказала она, моргая накладными ресницами и улыбаясь.
Ее безупречные зубы были искусственными. Майк предположил, что и голубые
глаза девушки были бы карими, если бы она не носила контактных линз,
меняющих цвет радужной оболочки. Вообще-то неподдельной у нее была только
одна вещь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16