А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– О, Брюс, неудивительно, что я так тебя люблю!
– Со мной легко поладить, верно?
– Иногда. – Лидия заметила, что малышка чем-то недовольна. – Брюс…
– Думаю, она хочет более близкого знакомства со своей матерью. – Он приложил дочь к груди Лидии. Не обращая внимания на свою неопытную мать, которая краснела, охала и нервно вздрагивала, девочка, повинуясь инстинкту, присосалась к груди, как рыба-прилипала.
Устроив голову на плече Брюса, Лидия подняла на него глаза.
– Я нравлюсь ей, – произнесла она с восхищением.
– Ага, видимо, она унаследовала примитивные инстинкты своей матери, – подтвердил Брюс со смехом, пряча нос в душистых волосах жены.
Его сердце пело. Рождение ребенка – это настоящее чудо. Лидия подняла на него свои сине-фиалковые глаза:
– Доктор Троубридж приедет?
– Будет здесь с минуты на минуту. Иначе для чего я стрелял из пушек?
– Это ты стрелял?
– Да, мы придумали с ним такой сигнал, чтобы он мог все бросить и примчаться сюда немедленно.
– А я подумала, что нас атаковали британцы! Тебе это не сойдет с рук, Брюс Макгрегор, – пообещала Лидия.
– Рад видеть, что к тебе возвращается твой привычный боевой дух. – Брюс улыбнулся, и в его теплых карих глазах заплясали огоньки. – Док будет разочарован. Ты, похоже, справилась с родами не менее эффективно, чем справляешься со всем остальным.
– Оставила его без заработка? – прыснула Лидия.
– Меня так и подмывает заплатить доктору двойную сумму за опоздание, – сказал Брюс, вспоминая, как его выдворили за дверь, когда Анджела рожала близнецов.
– Брюс, ни один настоящий шотландец не заплатит больше!
– Лидия, я сказал, что меня подмывает, но с ума я еще не сошел.
И Макгрегоры рассмеялись своей маленькой шутке, в то время как темноволосая малышка сосала грудь матери, сжимая кулачком палец отца.
Глава 29
29 октября 1814 года
Отцепив рукав от щепки плохо отструганной доски, Лидия проскользнула мимо окон хижины собирателей устриц, пытаясь высмотреть Брюса. Последние две недели он вместе с Эндрю Грэмом после темноты рыскал по порту. Возвращаясь утром домой, он каждый раз говорил, что «почти напал на след» и вот-вот обнаружит преступника, зажигавшего на берегу голубые огни.
Спустя четыре дня после рождения Изабеллы Балтимор подвергся атаке и с суши, и с моря. Отвечая на отчаянный призыв о подкреплении, Брюс немедленно поднял якорь. Но и на этот раз «олух голубых огней», как окрестили его отчаявшиеся преследователи предателя, помешал его отплытию.
Лидия крутилась как белка в колесе. Крошечное создание отнимало почти все ее время. Изабелле исполнилось четыре недели, и она хорошо спала ночью. К Лидии вернулись жизненные силы, жажда жизни и неравнодушие к коленкам Брюса и другим частям его тела!
В какой-то степени она испытывала благодарность к «олуху голубых огней», державшему Брюса дома, в то время как другие моряки сражались с британским флотом. После рождения ребенка их ночи проходили без любовных игр, согревавших ее кровь.
Вообще-то навязчивая идея мужа поймать своего неуловимого противника начала действовать ей на нервы, а Лидия терпением не отличалась. Устав от долгого невнимания мужа, она решила взять дело в свои руки. Если Брюс не может выследить предателя, то это сделает она!
Утром она слышала, как в разговоре с Эндрю Брюс обмолвился о заброшенном лодочном сарае, который стоял южнее хижины собирателей устриц. Этого для нее оказалось достаточно.
Брюс решил обнаружить предателя, отправив вниз по Темзе под прикрытием темноты ночи свой новый корабль «Отважная леди». Командовать кораблем он уговорил старого капитана Бакли, в то время как они с Эндрю остались на берегу, чтобы выследить предателя, обыскав, если надо, все сооружения вдоль береговой линии.
При свете дня Брюс открыто заправил «Отважную леди» провизией со складов Робби Харриса. Его команда взошла на палубу, проверила снасти, паруса и даже взяла инструменты на случай починки. Невооруженным глазом было видно, что что-то затевается! Для пущей важности Харрис сходил к «Старику Пэдди», чтобы распустить слух о том, будто Макгрегор собирается вечером отчалить, чтобы с вечерним приливом следовать в гавань Нью-Йорка, для чего набирает людей.
Теперь преступник непременно себя выдаст. Так, во всяком случае, они думали.
Но Лидия на сей счет сомневалась. Все было не так просто, как казалось.
«Олух голубых огней» уже выскальзывал из рук Брюса и Эндрю. Очевидно, они не могли обойтись без ее помощи.
Оставив дочь спать под неусыпным оком сестер Хармс, Лидия сняла со стены над камином старый мушкетон, поскольку мушкет и пистолет Брюс и Эндрю забрали. Тяжелое оружие устрашающих пропорций, оно обладало убойной силой в умелых руках, но у нее выглядело неуклюже. Немного поразмыслив, она все же решила, что мушкетон более уместен на стене гостиной, чем в бою. Вооружившись маленьким пистолетом, Лидия вскочила на лошадь и помчалась в город.
Уверенная, что найдет Брюса в лодочном сарае, она двигалась по заброшенной тропинке. От резкого хлопанья крыльев в высокой траве у нее чуть не остановилось сердце. Из гнезда поднялся, словно призрак, и зашипел рассерженный белый гусь, заставив Лидию перепрыгнуть через гору мусора. Споткнувшись, она покачнулась и схватилась за дверную ручку лодочного сарая.
Но едва перешагнула через порог, как от внезапного толчка в спину полетела вперед и, приземлившись со сдавленным криком на колени, откатилась в сторону, желая ускользнуть от нападающего.
– Убирайся, идиот! – Она ударила мужчину локтем в глаз.
Но он навалился на нее, обдавая запахом алкоголя и немытого тела. Тогда она принялась молотить его кулаками и укусила за ухо, но тут же сплюнула, слишком уж мерзкий оказался у него вкус.
– Дерьмо! Паршивый кретин! – кричала она. – Пусти меня.
Распластанная на пыльном полу помещения, используемого моряками и всякими бродягами в качестве прибежища, Лидия продолжала неистово драться, извергая потоки брани. Они катались из стороны в сторону, поднимая тучи пыли и стружки.
Ярость придала Лидии силы. В детстве участвуя в безобидных потасовках с братьями, она знала об уязвимых местах мужского тела. И, боднув головой по горлу, всадила ему колено в пах. Она размахивала кулаками и лягалась с исступлением дикой кошки, пытающейся спасти свою жизнь. Кричала во всю глотку, призывая на голову насильника все мыслимые и немыслимые проклятия и угрозы.
Наконец он швырнул Лидию на перевернутую лодку. Ослабев от изнеможения, она быстро решила сменить тактику. Одолеть его она, конечно же, не сможет. Его физическая сила явно превосходила ее возможности, но это не означало, что победить его у нее нет шансов. Человек, живущий в таких условиях, наверняка туго соображает. Оставалось лишь обхитрить его.
– Тупица! – взвизгнула она и ударила его в глаз. Он дернул ее за волосы.
– Сука!
У Лидии застыла в жилах кровь. Они боролись в кромешной тьме, и если она награждала противника нелестными эпитетами, то он хранил молчание. Стоило ему заговорить, как Лидия узнала, чей это голос, и поняла, какая опасность ей угрожает.
– Адам Фентон?
Она проглотила холодный ком страха, осознав, какую серьезную ошибку допустила. Надо же было попасть по глупости в ситуацию, которая может стоить ей чести, а то и жизни! На мгновение Лидия застыла в оцепенении, лихорадочно обдумывая, что делать дальше. Было ясно, что ни Брюса, ни Эндрю поблизости нет, иначе они услышали бы ее призывы и пришли на выручку.
Винить некого, кроме себя самой. Пока Брюс преследовал призрачного предателя, она нос к носу столкнулась с реальным.
– Значит, ты узнала меня, Лидия?
– Отпусти меня, подонок! – крикнула Лидия, почувствовав, что юбка поднялась выше колен и в бедро ей уперся его член.
Адам Фентон зажал ей ладонью рот.
– Сейчас я получу то, что ты даешь этому хитрому Макгрегору.
Задыхаясь под его рукой, Лидия напрасно пыталась освободиться. Он только еще сильнее вжимал ее в холодные доски пола. Когда Адам попытался стащить с нее панталоны, она завизжала от ярости.
Адам ударил ее по губам. Лидия ощутила во рту привкус крови. Левой рукой он обхватил ее горло и легонько сжал.
– Сделаешь это еще раз, мне придется развлекаться с трупом, – предупредил Фентон. – Так на чем я остановился? Ах да, я сказал, что в школе мы с твоим мужем были друзьями?
Лидии не составило труда понять, что ждет ее впереди. Насилие составляло лишь часть мести Адама Фентона. Он собирался продлить ее муки. Его месть распространялась не только на нее, но и на Брюса, и, возможно, на отвергнувшее его общество.
– Если вы такие добрые друзья, тогда зачем ты это делаешь? – прошептала она в надежде оттянуть неизбежное.
– Брюс – друг всем. У него никогда не было в жизни врагов. Во всяком случае, так он считает, – процедил Фентон сквозь зубы, расстегивая ширинку.
– Ч-что он тебе сделал? – пробормотала Лидия запинаясь, стараясь не думать о том, что он сейчас сделает с ней.
– Я всегда ненавидел его, а он без труда заводил друзей. И все у него получалось легко. Он умеет делать деньги, а такие парни, как я, едва сводят концы с концами. И еще он возвращается из Галифакса настоящим героем! – Фентон с ненавистью взглянул на нее: – Разве ты не видишь, сучка? У него есть все: деньги, внешность, друзья, красивая жена. Весь город ест с его руки! – Он злобно рассмеялся.
Лидия видела отчаяние Фентона. Много лет его снедала зависть. Дело, оказывается, не только в ней.
– Т-ты думаешь, что насилие надо мной изменит ситуацию? – спросила она.
– Теперь поздно менять решение, – сказал Адам. – Разве это не забавно? Я собирался завтра поджечь его корабль.
– Хочешь его разорить? – подсказала она, надеясь занять его разговором.
– Да. Старина Брюс сидит без добычи с тех пор, как я зажигаю голубые огни. И уже не выглядит героем, – усмехнулся он.
– Как это умно! – Лидия лежала под ним в неподвижности и не спускала глаз с его лица.
– Я все лето шел на шаг впереди Брюса, – продолжил Адам Фентон, наслаждаясь своим бахвальством. – Его и лейтенанта Энди. И оставлял повсюду фальшивые следы.
– Наверное, тебе это нравилось, – предположила Лидия. – Смеяться над ними. Надо же, два глупых мужика пытаются перехитрить тебя.
Фентон нахмурился:
– Я вижу тебя насквозь. Но лесть тебе не поможет.
– Я не…
Он ущипнул ее за грудь, заставив вскрикнуть.
– Не так громко, потаскуха. Но чтобы я слышал, как ты меня умоляешь. – Разорвав на ней корсаж, Фентон погладил ее грудь.
Лидия плюнула ему в лицо.
– Мерзкая свинья!
– Интересно, потом ты тоже будешь так думать? – спросил он задумчиво, поглаживая ее шею. Лидия запрокинула голову, словно собралась кричать, и его пальцы стиснули ее горло. – Ни звука.
Ее глаза сверкнули ненавистью, но она промолчала.
– Я знаю, как ты стонешь и визжишь под Брюсом, умоляя о продолжении. – Глаза Фентона блестели. – Странно, что соседи не слышат, как Макгрегоры занимаются любовью.
– Глупости, – прошептала Лидия, испугавшись того, что прочитала в дьявольском выражении его лица.
– Мой кузен все мне рассказывает, – сообщил Фентон со злорадным удовлетворением. – Да, добрый старый Айзек. – И рассмеялся, когда она удивленно ахнула. – Ты маленькая благодетельница, Лидия. Сделала доброе дело, взяв старого пьяницу под свое крыло.
– Этот милый старичок… твой кузен? – пробормотала Лидия, не веря, что Айзек, с которым она подружилась и которому дала кров, мог предать их с Брюсом.
– Да, он мой двоюродный брат и не такой уж старый. Ему за сорок.
Не спуская глаз с Фентона, Лидия покачала головой:
– Ты все это придумал. Я не верю, чтобы Айзек…
– Глупая, – усмехнулся Фэнтон. – Айзек – пьяница и все готов выболтать за пинту джина. – Он дернул ее за волосы. – Значит, Брюс зовет меня «олухом»?
– Он размажет тебя по стене, когда поймает.
Фентон хмыкнул:
– Правда? Сегодня он охотится за Айзеком, который ведет его по ложному следу. А я тем временем веселюсь с его женой.
– Ты собираешься меня убить?
– Нет, если ты меня не вынудишь. У меня есть план получше. Я хочу, чтобы при взгляде на тебя он вспоминал, что я был е тобой. Что я обхитрил его.
Лидия внутренне содрогнулась, почуяв, как белая лошадь смерти переехала ее дух. Адам Фентон, несомненно, сумасшедший. Его пожирала злоба, которую не могли урезонить никакие доводы.
– И тогда ты утолишь свою жажду мести, – пробормотала она, лихорадочно ища путь к спасению. – Тем или иным способом собираешься показать Брюсу и всему городу, что с Адамом Фентоном стоит считаться.
У Фентона разгорелись глаза, и Лидия поняла, сколь желанен для него этот возможный момент будущей скандальной славы. В отчаянии она решила произвести выстрел наобум.
– Но кто, Адам, узнает, что ты изнасиловал жену Брюса на грязном полу? В чем здесь слава? – прошептала она.
И увидела, как ее слова проникли в его потаенные сластолюбивые мечты.
– Брюс узнает. Они все узнают, – заверил он ее и облизнул губы.
– Возможно, Брюс и узнает и еще горстка людей. Друзья Брюса – люди чести. Они сохранят эту тайну до самой могилы.
Перестав сопротивляться его поползновениям, Лидия сжала пальцами его член.
От удивления Фентон качнулся. В его глазах горел огонь желания, мести и господства.
– Что ты задумала, сучка? – прорычал он.
– Есть только один способ сообщить всему городу о том, что ты сделал с Брюсом Макгрегором, – сказала Лидия. – На причале лежит перевернутый баркас. Я заметила его по пути сюда. Можешь себе представить, Адам, что они подумают, когда увидят, что ты это делаешь со мной не скрываясь? Наверняка решат, что я отдалась тебе по доброй воле.
Почуял ли он подвох? Ей бы только освободиться, встать на ноги! Тогда она смогла бы убежать! В противном случае у нее нет шансов. Если бы ей удалось воспользоваться его жаждой власти и славы…
– Ты готова отдаться… – Фентон клюнул на идею, как морской окунь на наживку. – Брюс станет посмешищем. Жена героя отдается в порту! – Он рассмеялся и помог Лидии подняться. – Идемте, миссис Макгрегор, посмотрим, как вы раздвигаете ноги там, где вас может увидеть любой городской пьянчуга и посмеяться.
Сердце Лидии бешено заколотилось. Адам Фентон мог отвести ее куда угодно. Оставалось лишь молиться, чтобы произошло чудо. Фентон выволок ее наружу. Разорванная одежда спадала с ее плеч, и ее обнаженная грудь выделялась в лунном свете бледным пятном.
Подогреваемый мыслями о мести, Адам Фентон собирался осуществить свой план. Он тащил ее в северном направлении вдоль берега к отрезку галечного пляжа на границе с причалом Уотер-стрит. Из его расстегнутой одежды торчали половые органы, укрепляя Лидию в мысли, что Фентон тронулся умом.
Когда она нарочно споткнулась и упала на колено, он попытался ее ударить, но она пригнулась. Тогда он поднял кулак, чтобы повторить попытку, но Лидия вскочила и лягнула его в пах. Фентон согнулся пополам и взвыл. Тяжело дыша и прыгая от боли, он выпустил ее руку.
– Проклятая сучка! Я убью тебя! – взвизгнул Фентон.
Лидия не стала дожидаться, когда он выполнит угрозу. Ее ноги пришли в движение и буквально взмыли над галькой. Едва разбирая в лунном свете дорогу, она припустила мимо таможенной конторы в сторону делового центра.
Она пробежала довольно много, когда, дрожа от страха, приостановилась, решая, куда свернуть. Кто-нибудь из торговцев обязательно поднимет окно, чтобы выяснить причину шума.
Хватая ртом воздух, Лидия юркнула в скрытый от глаз дверной проем, надеясь, что в лабиринте узких улиц Адам Фентон собьется со следа. Было холодно; Лидия потеряла шаль, но страх и желание жить согревали ее.
Господи, помоги! Где Брюс? Наверняка он слышал крики. Весь город должен был слышать, как орал Адам Фентон, пустившийся за ней в погоню. Его угрозы и проклятия, отражаясь от закрытых ставен и каменных фасадов, громыхали, как пустые ракушки в стальном барабане.
Следить за его перемещением Лидии помогали его вопли. Он находился в четырех или шести дверях от того места, где она притаилась.
– Где ты, белобрысая потаскуха? – выл он. – Чертова шлюха!
Готовая в любую минуту ринуться прочь, Лидия подобрала юбку, и тут ее пальцы нащупали что-то твердое.
Оружие! У нее есть пистолет. Она вынула его из кармана, взвела курок. Готово! И подняла его, моля Бога, чтобы с одного выстрела смогла остановить насильника. Лишь одна пуля отделяла ее от неминуемой смерти.
Вынырнув из-за угла, Адам Фентон вырос перед ней так внезапно, что Лидия растерялась. Оружие в ее руках разрядилось, и она увидела вспышку. И взгляд Адама, полный непонимания, когда он вздрогнул от удара.
– Ты выстрелила в меня! Ты, стерва… ты… выстрелила в меня!
Он закачался, схватившись за левую руку. Лидия опустила пистолет, осознав, что ее выстрел оказался не смертельным. Хладнокровного убийства не получилось. Секундное облегчение сменилось ужасом реальности:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33