А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Левый сосок насквозь протыкало что-то похожее на шляпную заколку. И снова, здесь было значительное количество крови вокруг и на жертве. Никаких необычных меток на теле не было. Была, однако, вписанная в круг звезда, сам круг был в форме змеи, пожирающей собственный хвост, и звезда свисала с трубы прямо над телом.
Мы также обнаружили в подвале в деревянном шкафу небольшой серебряный ящичек для драгоценностей. В нем было несколько похожих на серебряные предметов, включая небольшое распятие. Звено для крепления цепочки, казалось, располагалось на неверном конце.
"Я хочу выйти подымить, Эстер. Чувствую необходимость".
"О, конечно", сказала она. "Я бы тоже, если бы еще курила. Бросила четыре года назад".
Она снова поднялась в моей оценке -- она по крайней мере была курильщицей. Искупимый грех, если такие бывают.
Когда мы вышли наружу, она снова расположила меня к себе. Залезла в сумочку и достала две плитки Сникерса.
Я помнил, что не надо делать ей больно, когда выхватил одну плитку, и попытался сам не пораниться, когда ее разворачивал. Очень, очень проголодался.
Мы стояли как раз перед задней дверью подвала и могли видеть тело внутри, когда оба ели, а я еще и курил. Что-то вроде пикника с Филлис. Я слишком устал и слишком проголодался, чтобы выпендриваться. И очень обрадовался, когда в конце концов выяснилось, что Эстер еще и едок.
Я отдал ей пленку и вышел наружу, чтобы пойти домой. Ошибка. Пресса, наконец, появилась здесь. Они возбудились, узнав об убийстве МакГвайра, однако новость о доме Эркман привела их в настоящее бешенство. Здесь были агенты новостей телесети. Репортеры "ДеМойн регистр", целых двое и фотограф. TV-команды из Ватерлоо и Дюбука. Некоторые для этого пропутешествовали две сотни миль. Они хотели историю.
Здесь было также около тридцати граждан, в большинстве соседей, запарковавшиеся в опустевшем хлебном поле через шоссе от дома Эркман. Они стояли довольно далеко, кроме двух -- трех соседок, толковавших с Норрисом.
Ламар, кстати, ненавидит прессу. Его можно понять, ибо в последние несколько лет несколько дел было затрахано ими, и по меньшей мере в двух случаях они не стали с уважением относиться к сделанным не для печати замечаниям. Звучит не ахти как много, но в маленьком, сельском округе штата Айова событие, достойное прессы, у нас происходит примерно раз в три года. Обжегшись, Ламар понятным образом смотрел на прессу со злобой.
К этому времени уже обнаружилось, что дом Эркман стоит на главном шоссе, а так как был разгар дня, и в доме найдено три трупа, то мы привлекли массу внимания. Шесть регулировщиков держали прессу на расстоянии, трое охраняли дом, с сержантом и лейтенантом в придачу. На меня произвело впечатление. Я подошел к Ламару и лейтенанту Кейнцу.
"Похоже, мы привлекли массу внимания, правда?"
Ламар сказал что-то вроде "сукины дети", и лейтенант Кейнц засмеялся. Ламар грубоват, когда злится. Правда, не думает застрелить их, или совершить что-то еще более эффектное. Просто пыхтит, пытаясь придумать пресс-релиз, который не скажет им абсолютно ничего. С годами он в этом весьма поднаторел.
"Ламар, ты уже поговорил с прессой?"
"Угу".
"Что ты им сказал?"
Он вручил мне лист вырванный из блокнота. Там говорилось: "Более одного трупа было обнаружено сегодня утром в доме Эркман. Их имена не разглашаются вплоть до оповещения родственников. Причина смерти неизвестна. Инцидент расследуется".
"Бог мой, Ламар, это же целая статья. Ты когда-нибудь думал о журналистской карьере?"
"Фак`эм!"
Я отправился домой и, сидя за обеденным столом, съел дюжину печений Орео, запивая молоком. Обдумывал предстоящий день. Я офицер разведки департамента и по этой причине имел досье о сатанизме. Подобных дел у нас раньше не было, но я просто этим интересовался и знал нескольких офицеров из столицы штата, которые с таким прежде сталкивались.
Нет сомнений, что здесь присутствуют сатанистские обертоны. Обертоны, черт побери! Смахивало на то, что кто-то воспользовался книгой "сделай сам" о сатанистских ритуальных убийствах. Но насколько я мог судить, это просто не имело смысла. В редких случаях сатанисты действительно устраивают ритуальные жертвоприношения, однако здесь была просто резня. Не церемония, по крайней мере не такая, которую я мог бы сопоставить с тем, что я знаю. У нас присутствовало все, кроме мигающей неоновой вывески с надписью "Культовое убийство сатанистов".
Я знал, что сатанизм привлекает психопатов, но их привлекает множество других мистических и асоциальных идей. Сатанизм, конечно, является и тем и другим. И по этой самой причине он тоже притягивает свою долю социопатических личностей. Но здесь что-то не то. Что-то не складывается.
Я лег в постель, проспал около четырех часов и ухитрился попасть в свою патрульную машину в 22:56. И был направлен прямо на автоаварию с буйно пьяным водителем. Покончил с ним к 01:10. Потом направлен на домашнюю ссору, появившись в 01:22. Чтобы урегулировать ее, заняло почти три часа, а к этому времени я слишком устал, чтобы думать.
Вернулся домой в 06:00 и приготовился наслаждаться днем отдыха. Лег в постель и проспал до 17:00.
Моя жена, Сью, была дома, и началась ее обычная реакция на подобные обстоятельства: сочувствие, раздражение, сочувствие, гнев, сочувствие, гнев, гнев, гнев. К моменту, когда мы подошли к четвертому гневу, обед давно закончился, мое пищеварение пошло ко всем чертям, из офиса звонили дважды, а она пошла в постель сама по себе.
В результате у меня появилось время, чтобы подумать. Не точно то, что я хотел, но лучше, чем быть слишком уставшим. Когда работаешь над убийством, то пока его не раскроешь, оно склонно беспокоить вас безмерно. В этом частном случае у нас не было даже подозреваемого.
Один из звонков из офиса был от Арта, который сказал, что телефон в доме МакГвайра был не в порядке в течении трех дней перед убийством, и что неизвестная женщина поэтому никоем образом не могла звонить оттуда. Здорово. Он катил бочку на Салли, подразумевая, что она что-то напутала. Нелогично, так как именно на ферме МакГвайра мы нашли тело. Я сказал Арту, что хочу потолковать о возможных связях с наркотиками, и он попросил зайти в офис через пару часов.
Было немного заполночь, понедельник, 22 апреля, и так как наш офис расположен в Мейтленде, а я в Мейтленде живу, то я и пошел, чтобы повидаться с Салли и послушать пленку с телефонными переговорами.
Она уже перевела пленку на кассету, потому что разъярилась на нечестный намек, что она ошиблась. Речь шла о МакГвайре, все верно. Я узнал голос.
"Окей, лапушка, что ты о ней думаешь?"
Салли призадумалась на пару секунд. "Она, мне кажется, говорила правду. Она по-настоящему напугана".
Салли одна из редких диспетчеров, которые общаются с людьми по телефону естественно. И у нее инстинкт правильной оценки сказанного. Было бы ошибкой не использовать ее в расследовании.
"Так где же она?"
"Будь я на ее месте, меня никогда бы не нашли... если б я осталась в живых".
Еще одна проблема. Пока что вторая женщина в доме Эркман оставалась неопознанной. Был шанс, что именно она и звонила. Жена Майка тоже знает точнее, знала - Филлис Эркман, и прослушала ленту вместе с несколькими работниками больницы. Голос не принадлежал Филлис.
Но если звонила неопознанная женщина, как она перебралась от МакГвайра к Эркман, и почему? То, как она одета, указывает, что она могла быть раздета до убийства, и, возможно, одевалась, приготавливаясь к побегу. Или, она раздевалась и была захвачена врасплох. Время смерти покажет. Может быть.
"Когда ты раздеваешься, то в каком порядке снимаешь одежду?"
"Тебе ни за что не догадаться".
"Нет, серьезно".
"Ну, вначале верх, потом низ. Потом белье. А что?"
Я сказал ей. Она секунду поразмышляла, потом сказала: "Я думаю, она раздевалась и была захвачена врасплох. Если б было по-другому, на ней бы не было бюстгальтера".
"Но она могла в нем спать".
"Имеешь в виду поддерживающий?" Она улыбнулась. "Большие буфера?"
Я задумался на секунду. "Мне так не кажется... нет, по-моему средние или чуть меньше, мне кажется. Трудно сказать, какие, но не большие.."
"Тогда нет".
"Почему?"
"Нет необходимости. Слишком неудобно, если это не надо по-настоящему. Бюстгальтер обычный?"
"Ну, кружевной, розовый".
"Тогда она раздевалась".
Без раздумий. Мягкое, дружеское презрение, что приходится объяснять очевидное тому, у кого меньше ума.
"Спасибо. Не говори Арту, что я спрашивал".
"Конечно, нет".
Арт ненавидит Салли с тех пор, как она отказалась дать информацию об одном из своих друзей. С тех пор он безуспешно пытается от нее избавиться. Он ей не доверяет, и у него случится припадок, если он узнает, что я обсуждал с ней подробности происшествия. Но пока что она самый красивый диспетчер из тех, что у нас. Он это тоже ненавидит, потому что всегда подозревает, что она пытается нас искушать и все такое. Не то, чтобы она не может. Просто не хочет. Тем хуже для нас.
Арт вернулся в офис и мы прошли в заднюю комнату.
"Тебе не кажется, что здесь замешаны наркотики?"
Он долго смотрел на меня. Он абсолютно ненавидит обсуждать все, что касается его дел с наркотиками, пока его к этому не вынудят.
"Нет".
"Ну, дело может оказаться не тем, на что смахивает".
"Почему бы тебе не оставить все на ОУР? Раз уж они расследуют дело, тогда и мы не станем утруждаться. Дело передано штату - пусть они расхлебывают".
Арт всегда таков. Если предоставляется любая возможность избавиться от ответственности за что-то трудное или сложное, то он сразу хватается за такой шанс. Даже если это означает, что в результате дело скапустится. Но это уже будет не его вина. Он передал его в нужную инстанцию.
"Слушай, Арт, здесь тьма такого, что ОУР не знает, и на узнает никогда. Они здесь не живут. А если в деле не будет прорыва за неделю другую, они переключатся на что-то другое. Кроме того, дело им не "передано". Они помогают нам. Ты же знаешь. Похоже, это наш кусок".
"Что заставляет тебя думать, что здесь не будет прорыва?"
"да то, как все оформлено".
"Ну, не надо говорить так уверенно".
Арт говорит загадочно по двум причинам: либо у него есть какая-то информация, которой он не хочет поделиться со мной, либо он совсем ничего не знает.
***
Я пошел домой, спать, конечно, не мог и закончил тем, что разъезжал по Мейтленду с Даном. Мы говорили об убийствах. Он хотел подробностей, так как не видел ни одного тела. Я рассказал ему чуток, не много. Дан хороший парень, дружелюбный, общительный. В общем, слегка чересчур общительный. Мейтленд -- небольшой город. А Дану нравилось хлебать бесплатное кофе. Купи ему чашечку - и за это он тебя развлечет. Как средневековый менестрель. Купи ему сэндвич - и он превзойдет самого себя. И если вас интересует сцена убийства, вы получите подробности, которые не должны быть всеобщим достоянием. А если купите ему десерт, то он представит дело в картинках, как одиннадцатичасовой телефильм. Сделайте его по-настоящему счастливым и благодушным, и, если он не знает ответа, то сможет с вами посоображать. К несчастью, он не всегда четко сознает, за какую черту соображения заходить не должны.
"Есть подозреваемые, Карл?"
"Нет".
"Бог мой, кто мог совершить такое? Ты знаешь, приятель? Ну, действительно, кто мог такое сделать?"
"Понятия не имею, просто знаю, что кто-то сделал".
Мне было тогда сорок, а Дану двадцать восемь. Я чувствовал, что с ним мне надо играть роль холодного, старого копа. Это нелегко, однако у Дана должно оставаться неверное впечатление, что я всегда уверен в себе. Чтобы заставить его думать, что ему тоже надо быть уверенным в себе. Ибо это случается редко, он склонен действовать слегка неадекватно. И поэтому, стремиться произвести впечатление и снабдить информацией. Такого намерения у меня никогда не было. Но разговор оказался полезным.
"Знаешь", сказал Дан, "я не думаю, что это местный. Честно, никто вокруг такого не мог бы сделать".
"Я не так уверен, Дан".
"Ага, но, чертова зараза, Карл, здесь просто никто..."
"Ну, никто сразу не приходит на ум, Дан. Во это точно".
Пока мы разъезжали по двум квадратным милям Мейтленда, я обратил внимание, что в большинстве домов свет включен. Необычно.
"Тьма домов сегодня освещена".
"Ага, я это уже заметил".
"Жители немного нервничают".
В Мейтленде всего около 250 жилых домов, не считая примерно тридцати квартир над магазинами Главной улицы. Я обратил внимание, что несколько домов темны -- с десяток, примерно.
"Сделай мне одолжение, Дан. Составь список домов, которые темны".
"Зачем?"
"Хочу иметь список людей, которые не нервничают".
"Окей, приятель".
Он высадил меня у моего дома. Там тоже не было темно.
***
Было 01:30. Я совершенно не хотел спать, по TV ничего не было, а в последний раз, когда искал, я не смог найти хорошую книгу ни в книжных магазинах Дюбука, ни в местной библиотеке. Сварил кофе и направился в свою маленькую рабочую зону, включил компьютер, и вызвал программу с базой данных, в которой содержались все, когда-либо арестованные нами за владение или продажу дури. Или о ком имелись хорошие причины их в этом подозревать. Конечно, определенных критериев для поиска у меня не было, поэтому я попросту плавал по списку.
В округе примерно около 22000 жителей, и за период в полтора года я накопил около четырехсот имен с тех пор, как начал проект. Я довольно жестко установил критерии для включения в список, и теперь слегка сетовал, что ранее не был более либеральным.
Просмотрев весь список, я проиндексировал его и выбрал тех, кто был вовлечен в акты насилия. Список сократился до примерно трех сотен. Стер индекс и сделал еще один для тех, кто незаконно вторгался в дома. Примерно семьдесят пять. Сделал новый индекс, оставив тех, кто подозревался в участии в оккультных сектах. Упало до примерно сорока. Дешевая СУБД, может открывать только один индекс за раз. Пришлось купить ее самому, вместе с компьютером и всем прочим программным обеспечением. Департамент оплатил печатные ленты для принтера. Один раз.
Итак, теперь у меня был список. Подозреваемых? Почему бы и нет, надо же с чего-то начинать. Я не выводил списки на печать, поэтому вернулся и сделал каждый индекс заново, вываливая списки на принтер. Девятипинчевый игольчатый принтер. Шумный. Разбудил жену, услышал, как она потопала в ванную комнату наверху. Проклятье, я ненавидел это делать. Она спит чутко, а я веду себя не совсем тихо, особенно когда пытаюсь это делать. На этот раз, например, я, чтобы заглушить звук, положил на принтер одеяло. Я сделал мысленную пометку: надо либо найти одеяло потолще, либо достать пенорезины.
Мой принтер медленный и шумный. Она проснулась на половине первого списка. Я выпил кофе и перед печатью второго списка выждал с полчаса, чтобы дать ей заснуть. Поискал другое одеяло и не смог найти, поэтому чтобы не заходить в спальню, обложил принтер двумя диванными сиденьями и напечатал второй список, с домушниками. Диванные подушки мешали подаче бумаги -пришлось ее трижды заправлять, пока я получил полный список. Оккультисты были последними, поэтому я ждал с некоторым нетерпением, пока не убедился, что она наверняка снова заснула, потом вывалил и его.
Итак, теперь у меня было три списка. Я вручную прошелся по ним, пометив имена, вошедшие во все три списка. Тринадцать. Гораздо лучше. Тринадцать возможных кто, никаких почему. Но надо с чего-то начать.
Было уже 04:45 и я пошел в постель. Слишком много кофе и я не мог заснуть. Снова встал, посмотрел CNN и увидел себя, выходящего из дома Эркман. Наверное у них новостей маловато. Отметил, что не выгляжу внушительным на TV. Излишний вес. У меня рост шесть футов три дюйма, и в то время я весил 250 фунтов. Утешился тем хорошо известным "фактом", что TV добавляет десять фунтов.
Лег спать примерно в 05:30, спал плохо.
4
Вторник, 23 апреля
09:45
Меня разбудил телефон. Специальный агент Горсе хотела меня видеть. Они-то по ночам спят. Почистил зубы, выпил одну чашку кофе, схватил свои списки и поехал в офис. В своей личной машине, а не в патрульной. Так Ламар не сможет меня послать на какой-нибудь дерьмовый вызов. И, конечно, не в форме. По той же причине. Я прихватил револьвер, но таковы уж правила в департаменте.
Кстати, в департаменте у нас имелся собственный следователь по имени Теодор Цимман. Хотел, чтобы его называли Тед, но мы звали его Тео. Вообще-то, Тео прибыл к нам из штата, мне кажется, Огайо или Индианы, или еще откуда-то оттуда, может, Иллинойса, как сейчас я об этом думаю. Вероятно, он был к нам переведен из большего департамента, но так как я не имел доступа к его личному делу, то не мог сказать с определенностью. Во всяком случае, закончил он в Мейтленде, в течении пары лет работая на ДП. Он был нанят департаментом шерифа и сделался следователем, потому что Ламару был нужен кто-нибудь энергичный и выносливый, кто мог бы бегать по всему округу, собирая интервью и делая снимки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30