А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Да хрен с ним, с пальто! - Я двинулся к выходу и прошел две двери, снабженные остроумными табличками: "ЖЕРЕБЦЫ" и "КОБЫЛЫ".
- Давай-ка сюда заглянем напоследок.
- Если уж вам так хочется - ради Бога. Но поосторожнее - пол там скользкий, я все окатил водой из шланга, так что...
- Что ты сделал?
Он озадаченно взглянул на меня.
- Окатил водой из шланга. Я всегда начинаю с туалетов. Если хотите убедиться - смотрите!
- Нет, нет, не стоит. Я думаю, она все-таки объявится. Извини за беспокойство ! - Я постарался не перейти на бег.
- Мистер, вам лучше отоспаться, - заметил он, открывая мне дверь левой рукой.
- Это точно. Сам знаешь, как оно бывает. Встретились, познакомились... Ну, я уж подумал, что мы...
- Нет, не знаю. Я женат и доволен жизнью.
- Счастливец! - я выбежал на улицу. Он запер дверь и махнул мне вслед пистолетом.
Я направился к центру города, ища глазами телефонную будку. Мало того, что я оказался неплохим детективом, я был ещё и классным моряком - и меня вновь захлестнула волна самодовольной гордости. Ибо теперь я точно знал, где она прячется. Ведь Роуз точно указала мне, где её искать. И хотя я допустил один прокол - когда в клубе крикнул "Роуз", а легавым назвал её "Джейн" - теперь это уже не имело значения.
Вставая из-за стола, Роуз сказал мне: "Я спрячусь в гальюне!" Роуз была опытной морячкой и неспроста назвала сортир "гальюном".
Пока я как последний осел сидел я отеле и ломал голову, Роуз спокойненько добралась до Эсбюри-Парка и юркнула на "Морскую принцессу". Больше ей быть негде!
7.
Ночной ресторан я не нашел, поэтому мне пришлось вернуться в гостиничный квартал. Зайдя в вестибюль большого отеля, я отправился в телефон-автомат. Был уже пятый час и я попросил телефонистку звонить в судоремонтную контору до тех пор, пока там кто-нибудь не подойдет. Когда в трубке раздалось сонное "Алло?" - я представился:
- Это Уэйлен с "Морской принцессы". Скажите, моя жена на яхте?
- Нет.
- Точно?
- Мистер Уэйлен, я лег спать только в два часа Она не могла попасть в док - ключ от ворот находится у меня.
- Когда она появится, передайте ей, что я звонил и что я ещё буду звонить.
Повесив трубку, я присел на корточки и раскурил сигару. Теперь я не знал, что и думать.
В кино я много раз видел, как герой, для того, чтобы его звонок не засекли, тут же звонил ещё куда-то. Это всегда срабатывало - в кино. "Морская принцесса" была нашим джокером в колоде, и мне следовало обрубить все тянущиеся к ней концы... Тем более что я увидел в вестибюле толстячка средних лет, у которого на жирной роже было ясно написано: "детектив". Он не спускал с меня глаз.
Я открыл дверь и некоторое время мы молча изучали друг друга.
- Вас что-то интересует? - спросил я наконец.
- Вы! - говорил он вежливо и руки держал на виду. Я подумал, что этот бурдюк с жиром вряд ли сможет со мной потягаться. - Поздновато заглянули к нам на огонек... В телефонной будке решили заночевать?
Ну понятно, это был охранник отеля. Тем не менее, даже если у меня и была рожа рецидивиста, одет я все-таки был прилично. К тому же мне надо было сделать телефонный звонок прикрытия. Я указал пальцем на надпись "Телефон-автомат".
- Это ведь общественный телефон. И работает круглосуточно.
- Так и есть.
- Мне надо ещё позвонить.
- Я же вам не запрещаю. Просто стою.
Я плотно закрыл дверь будки. У меня было только три четвертака. Я опустил одну монету в щель, связался со справочной и спросил номер отеля, в котором я сейчас находился. Потом набрал номер портье и попросил позвать охранника, да побыстрее. Заплатив за десятицентовый звонок двадцать пять, я почувствовал себя страшным богачом. Портье спросил:
- Кто его просит?
- Полиция! - рявкнул я.
Портье поманил моего соглядатая и, пока тот шел к стойке, я повесил трубку и вышел. Только теперь мне вдруг стали понятны все страхи Роуз. Охранник отеля ни с того ни с сего пристально наблюдает за человеком, зашедшим в телефонную будку позвонить... Этот человек - я... и вот уже меня бьет нервная дрожь. Но ведь этот гостиничный охранник вел себя совершенно нормально. Или нет?
Я присел на скамейке на набережной и докурил сигару. Я смотрел на звезды и на прибой - и мечтал опять оказаться вместе с Роуз, на борту "Морской принцессы", подальше от всех этих передряг.
Я вернулся в отель, и ночной портье с ехидцей проинформировал меня, что миссис Андерсон не появлялась и не звонила. Я взял ключ и поднялся в номер. Когда я открыл дверь, моим глазам предстал сущий бедлам. Матрасы были вспороты, сумки вытряхнуты, ящики письменного стола выдвинуты. Как последний болван я шагнул вперед и услышал за спиной свист дубинки - после чего провалился во тьму.
Когда пелена мрака спала с моих глаз, я успел заметить убегающего человека, причем он прихрамывал на одну ногу. Голова гудела и вибрировала, как сдыхающий движок. На макушке вспучилась гигантская шишка и, дотронувшись до нее, я не смог сдержать вопля. Мой бок был точно охвачен огнем. Эта скотина лягнула меня ботинком. Я долго приходил в себя. Поднявшись на ноги, я проковылял к кровати. Мои колени дрожали мелкой дрожью, и я тут же вспомнил свои борцовские подвиги - как я на ватных ногах уходил с ковра. Я присел на край кровати и стал ждать, пока голова вернется в нормальное состояние. Только бы не было сотрясения мозга... Я пошарил по карманам - бумажник с деньгами был на месте.
В ванной я подставил руки под струю холодной воды. Провел пальцами по голове. Крови не было. Я расстегнул рубашку. Левая половина торса посинела, но ребра оказались целы. Я помочился. Не считая острой боли в почках, все было в порядке. Я приложил намоченное водой полотенце ко лбу.
Заперев дверь номера, я спросил у мальчишки-лифтера, не видел ли он хромоногого мужчину. Он отрицательно помотал головой. Впрочем, я не мог точно сказать, точно ли видел хромого.
Я задал тот же вопрос портье
- В течение последних двух часов никто не входил и не выходил кроме вас. Что-то случилось, сэр?
- Нет.
Я двинулся к входной двери. Он окликнул меня.
- У вас расстегнута рубашка, сэр!
Я застегнулся и вышел на улицу. На горизонте появилась бледная полоска света. Морской воздух был лучшим лекарством. Меня обуревали противоречивые чувства: страх, недоумение и - впервые за все время своей интрижки с Роуз злость. Я отправился к центру города и нашел автобусный вокзал. Разменяв доллар, я снова позвонил в судоремонтную. Мне ответил тот же сонный голос, но когда я с представился, голос ожил:
- Ах, это вы, мистер Уэйлен! Мне бы не хотелось выглядеть старым ворчуном, но... Я же сказал вам, что очень поздно лег. Мне необходим сон. То вы меня поднимаете, то, понимаешь, не успел я глаз сомкнуть, приходит ваша жена, теперь опять вы...
Я ощутил прилив сладчайшего восторга.
- Послушайте, вы заработаете десять долларов, если позовете её к телефону!
- А, хорошо, мистер Уэйлен. Ждите!
Минут этак через пятнадцать Роуз подошла к телефону. Дожидаясь её, я чуть ли не пел. Я снова обрел самодовольную уверенность в себе. До Эсбюри а это в тридцати милях отсюда - я бы добрался в миг. Да если надо будет, я зафрахтую катерок и рвану прямо туда. Я резко обернулся - не наблюдает ли кто за мной? От этого поворота мою ушибленную голову словно пробил разряд тока.
Тут меня осенили ещё две идеи. Я все ещё кипел яростью по поводу поставленной шишки и мне хотелось наказать виновника. Раз Роуз на яхте в безопасности, думал я, можно бы сгонять в Нью-Йорк и поискать обоих "Кислых", которых я нашел в телефонной книге, и возможно, разгадать эти тайны. Другая идея заключалась в следующем: мне необходимо распутать этот клубок - по крайней мере предпринять попытку. Теперь будучи уверенным, что федеральный агент и впрямь охотился за Роуз, я хотел раз и навсегда выяснить, в чем же она замешана. Дело тут было вовсе не в моем страхе. То есть, даже если она и объявлена в национальный розыск, думал я, все равно я её не брошу. Но лучше бы знать, с чем я имею дело. И вот мне представился, похоже, последний шанс это выяснить. Мне надо ехать в Нью-Йорк и посмотреть, куда выведет тонюсенькая ниточка, тянущаяся от телефонного справочника. Тут в мои мысли вторгся голос Роуз.
- Откуда ты звонишь? - Она говорила нервной скороговоркой, но её грубоватый голос был исполнен нежности.
- Из телефона-автомата. Не бойся, разговор не засекут. Я обещал ремонтнику десятку. Отдай ему. Ты в норме, милая?
- Да! - Она перешла на шепот. - А ты?
- Все отлично. Искал тебя до посинения. В буквальном смысле...
- Ты где?
- В Атлантик-Сити.
- Боже, да что ты там забыл? Мики, я-то думала, ты меня здесь будешь ждать! Нам надо срочно отплывать.
- Я не сразу разгадал смысл твоей шифровки, - попытался сострить я. Слушай, теперь я и сам хочу во всем разобраться. Пока мы здесь...
- Нет, Мики! - в её голосе зазвенели истерические нотки. - Хватит! Обещай мне, что ты сразу же приедешь сюда и будешь очень осторожен!
- Ладно, но сразу не получится. Я не хочу приводить за собой хвост. Ты не заметила - за тобой не следили?
- Нет. Я успела на автобус на Филадельфию, потом пересела в нью-йоркский поезд. Потом подземкой доехала до Ньюарка, а там взяла такси до Элизабета. И потом, меняя такси, добралась сюда.
- Ну и ну! - Она не переставала меня восхищать. - Теперь слушай: сиди и не высовывайся. Ни о чем не беспокойся. Я скоро буду. Мне ведь тоже придется петлять как зайцу. А в такой ранний час поездов ещё мало. Так что сиди на яхте безвылазно.
- Ладно, но поторопись. Милый, ты точно не ранен?
- Нет. Но звонить я больше не буду. Рискованно. Я делаю отсюда ноги и к вечеру буду с тобой.
- Осторожно, Мики!
- Да. Никуда с яхты не отлучайся.
Я повесил трубку и позвонил в какой-то отель, попросил тамошнего охранника и тут же дал отбой. На всякий случай я позвонил ещё в наш отель и узнал их тарифы. С двумя звонками прикрытия нас не могли засечь - если, конечно, киносценаристы не врали.
Мне повезло - через пять минут отходил прямой автобус-экспресс до Нью-Йорка. Я наблюдал, что за люди в него садятся - среди них не было никого, кто бы напоминал переодетого легавого. Хотя кто мне мог сказать, как должен выглядеть "хвост"! Ясно одно: хромоногий громила не отставал от меня ни шаг с того момента, как я вышел вчера вечером из клуба. Впрочем, он же мог просто проверить все городские отели и найти Мики Андерсона.
До Нью-Йорка было часа четыре езды. Голова моя раскалывалась. Но на Таймс-сквер я выпил кофе и почувствовал себя лучше. Причесаться я не мог из-за шишки, так что пришлось купить себе кепку. Я пошатался по Бродвею, поглазел на спешащих пешеходов и на небоскребы. Их вид меня взбодрил. Я оглянулся по сторонам, точно надеялся увидеть в толпе рожу Хэла. Перво-наперво я решил узнать расписание поездов и автобусов - проще всего это было сделать по телефону. Оказалось, что до Эсбюри-Парка можно добраться в любое время. Теперь мне предстояло немного поработать детективом. Итак, если Роуз рассказала мне правду - а я теперь в этом не сомневался, - все было настолько нелепо и непонятно, что за её рассказом явно должно было скрываться нечто большее. Но единственное, что я мог сделать, - это отправиться на поиски "Кислых", а это заняло бы не больше часа.
Я отправился в район Сотых улиц. Выйдя из метро, я спросил у дворника, как пройти к 113-ой Северной, но он сказал, что я сел не на тот поезд. Пришлось брать такси.
Меня привезли в цветной район. Уильям Кизлы оказался коричневым стариком. Он решил, что я полицейский и стал уверять, что слыхом не слыхивал ни о Вилли Кислом-Немце, ни о Йозефе Фодоре и ужасно обрадовался, услышав от меня, что я ошибся.
Оставался Вилли Кислы на Корк-авеню. Такси привезло меня к покосившейся меблирашке, притулившейся рядом с трущобными домишками и роскошными многоэтажками. Я нажал кнопу звонка в подвал, но мне никто не ответил, тогда я открыл дверь, взбежал по лестнице и позвонил в дверь квартиры.
Дверь открыл коротышка - по виду, бывший жокей. На нем была грязно-серая вололазка, замызганные штаны и тапки на босу ноги. Личико маленькое, все в морщинках. Когда я спросил Вилли Кислого, он как-то странно взглянул на меня и просипел нечто невразумительное. Голос у него, похоже, отсутствовал. Когда я переспросил его, он приложил к уху ладонь трубочкой и попросил меня зайти. Мы стояли в вонючем полутемном коридоре впрочем, лет сто назад, этот дом, возможно, был шикарным отелем. К квартирке наверху бежала покрытая дорожкой лестница с полированным резными перилами. В коридор выходило несколько дубовых дверей, украшенных филигранной резьбой. Внутри дом имел куда более приличный вид, чем снаружи.
Коротышка снова что-то просипел. На мое "Что?" он открыл рот и продемонстрировал беззубые челюсти. Тогда я громко спросил:
- Здесь живет Вилли Кислы? Ки-слы!
Он кивнул.
- У него что-то с носом?
Еще кивок.
- Где он?
Поманив меня к себе, жокей положил было руку мне на плечо, но она там не удержалась и съехала на бедро. Я нагнулся к нему.
- Он... нет! - прохрипел он. Изо рта пахнул затхлый запах плохо переваренной пищи. Мне почудилось, что старик как бы невзначай обыскивает меня.
- А когда он вернется?
- Он...через час. Ждешь?
Я выпрямился.
- Вернусь через час. - Я поднял вверх указательный палец. - Передайте ему, что это очень важно. Пусть он меня дождется.
Коротышка выдавил резиновую улыбку.
- Скажу. Ты кто?
- Друг. - Этот ломаный английский навел меня на мысль. Я подмигнул коротышке и сказал: - Я хочу спросить Вилли о девчонках. О Роуз и куколке по имени Люси. Ты не знаешь такую - Ми-Люси-а?
- Моя передам.
- Лады. Вернусь через час. Пусть Вилли ждет.
- Он ждет.
Я вышел и стал думать, как бы убить час. Зловонное дыхание коротышки не отбило у меня аппетит. На углу я заметил кафешку и съел там яичницу с ветчиной, тост с маслом, выпил соку и кофе. Ко мне вернулось ощущение полноты жизни. Я сидел прямо напротив входа в интересующий меня дом. Интересно, каков этот Вилли? Бок ломило, голова болела, но я чувствовал себя куда хуже после поединков на ковре.
Больше всего меня, конечно, радовал успех, которым увенчались мои поиски Вилли. Да и этот мертвый частный дом меня устраивал. Если он не расколется, я смогу выкупить или выбить из него информацию. Словом, так или иначе, через час я должен все узнать. Я купил сигару и отдыхал, ощущая себя сытым Шерлоком Холмсом. Сам не знаю, зачем я следил за этим домом наверное, не для того, чтобы узнать внешность Вилли заранее. Скорее, у меня возникло подозрение, что все это время Вилли преспокойно сидел у себя и мог в любую минуту сбежать.
В кафешку набилось полно рабочих-строителей в пластиковых шлемах. Они громко галдели. Было уже около полудня и на меня стали бросать косые взгляды, так что я вышел пройтись. По пути купил в газетном киоске пластырь и залепил им ссадину на боку. Пока я стоял на углу и глазел вокруг в поисках аптеки, ко мне подошли два парня и спросили спичек. Оба были похожи на студентов, у одного - высокого и худого баскетболиста - с губы свисала незажженная сигарета.
На профессионалов они никак не смахивали. Высокий встал прямо передо мной, а второй, коренастый крепышок в толстых очках, занял позицию сбоку. Я вытащил коробок и уже открыл было рот, чтобы предложить студентам оставить спички себе, как вдруг почувствовал впившиеся в меня с двух сторон пистолетные стволы.
- Без глупостей, - спокойно пробормотал баскетболист. - Если что, мы будем стрелять.
Я был так ошеломлен, то потерял дар речи. Мальчишке было лет девятнадцать-двадцать, он явно не был ни психом, ни крутым, но его взгляд красноречиво подтверждал данное им обещание. Кто бы они ни были, я понял, что это не полицейские.
- Что это значит? - спросил я.
- Хорош дурака валять! - отозвался крепыш за моей спиной. У него был низкий хрипловатый голос.
Баскетболист держал правую руку в кармане, а левой аккуратно вытащил у меня изо рта сигару, прикурил ею свою сигарету и так же аккуратно вставил сигару между моих губ. Он проделал это так быстро и спокойно, что у меня возникло ощущение полнейшей беспомощности.
- Иди с нами, - тихо сказал высокий, потом вдруг громко хохотнул и, обняв меня за плечи, подтолкнул вперед. Его пистолет в кармане оказался с другой стороны, но хриплый голос сзади предупредил меня:
- Шаг влево-шаг вправо - и ты покойник. Веди себя хорошо, и мы тебя не тронем.
Мы топали по улице. Баскетболист громко нес какую-то ахинею про бейсбол, дружелюбно похлопывая меня по спине. Может, он был театральным актером. Со стороны мы казались тройкой закадычных друзей.
Мы свернули в переулок, прошли несколько домов и оказались на гигантской стройплощадке, откуда в кафе пришли рабочие - открывшийся вид был пугающим. Я видел такое только в Италии - так выглядели города после бомбежки союзников. Руины снесенных старых зданий тянулись на несколько кварталов. Вдалеке урчали бульдозеры и высились подъемные краны, но мы шли по совершенно пустынному месту.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19