А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– О, миссис-Престон. – Алекс шагнул ей навстречу, стараясь остановить ее приближение. – Неожиданный… сюрприз увидеть вас обоих сегодня.
– Да. Хотя я начинаю думать, что это просто судьба, чтобы вы с Уинифред лучше узнали друг друга. Куда бы мы не пошли, там – вы. – Улыбка миссис Престон дрогнула, когда Джез обошла Деклана и присоединилась к их кругу. – Уинифред как раз говорила, что надеется снова увидеть вас.
– Мама! – Мисс Престон была явно смущена, и Алекс подумал, кто из них двоих – он или дочь миссис Престон – несчастнее. Если судьба и предполагала что-то для них двоих, то явно это было публичное унижение.
Дальнейшее развитие ситуации, казалось, совсем вышло из-под контроля. Вежливость требовала, чтобы он разубедил мисс Престон в том, что слова ее матери принесли какой-то вред. Пока он разговаривал с ней, миссис Престон наклонилась к Джез и что-то сказала ей, Алекс не расслышал, но на лице Джез мелькнуло торжество. И прежде чем он смог оценить ситуацию или даже напрямую спросить, что произошло между ними, вмешался Деклан и, подхватив Изабель, повел ее к лорду Расселу.
Время выбрано, как всегда, безупречно. Проклятие!
Оставшись с миссис Престон и Уинифред, Алекс из последних сил старался сохранять спокойствие.
– Вы будете сегодня принимать участие в торгах, миссис Престон?
– Уинифред нужна хорошая лошадь, – радостно сообщила миссис Престон, – но мы пока подождем. Вы должны запастись терпением, лорд Коулвик, если хотите заполучить победителя.
Алекс мысленно попросил у неба терпения, отказываясь тратить время на дальнейшие пустые разговоры.
– Очаровательная мисс Престон способна сама сделать достойный выбор. Я желаю ей всяческой удачи. Теперь я должен извиниться, мне нужно идти. До свидания.
Алекс повернулся и пошел искать Деклана. Он нашел друга через несколько минут недалеко от огороженного выгула для еще одного дорогого жеребца.
– Деклан, ты сам доберешься домой?
– Ты уходишь? – Деклану почти удалось сохранить безразличный вид. – Не хочешь остаться на аукцион?
– Хватит с меня на сегодня.
Деклан покачал головой, понижая голос, чтобы дать другу совет:
– Не надо смущаться, Алекс. Кому какое дело, что ты ищешь развлечение в борделе? Мне никогда не приходило в голову, куда ты исчезаешь каждую ночь. Но ты должен знать, что я последний человек, который когда-нибудь подумает бросить в тебя камень.
– Деклан, если наша дружба что-нибудь значит для тебя, тогда, пожалуйста, оставь эту тему.
Деклан вздохнул:
– Ладно. Хотя я умираю от любопытства, хочу узнать, видел ли ты таинственную хозяйку этого заведения. Я слышал, что никто ни разу не видел ее лица.
– Форрестер! – прорычал Алекс последнее предупреждение.
– Больше на эту тему мы не говорим. Даю тебе слово.
Друзья пожали друг другу руки, и Алекс оставил Деклана попытать счастья на аукционе, а сам отправился в «Колокольчик», чтобы найти утешение в объятиях Джоселин.
Ко времени его прибытия Джоселин привела свои мысли в порядок и была необычайно холодна. Все свои откровения она запрятала очень глубоко. Ей не хотелось попадаться в ловушку нежных объятий. Сегодня она будет любить его так, как может любить только куртизанка. И если это поразит его настолько, что он будет готов оставить ее… Возможно, это станет спасением. В конце концов, она постарается удовлетворить его и защитить свое сердце, если сможет.
– Ты пришел. – Джоселин встала со стула в углу комнаты, взяла у Алекса пальто и шляпу и увлекла его за собой к возвышению, на котором стояла кровать.
– Мне надо было послать записку, но Деклан заставил меня пойти…
Алекс внезапно прервал свою речь, когда Джоселин опустилась перед ним на колени и коснулась рукой дорогой ткани брюк там, где уже напряженно выступала плоть.
– Джоселин…
– Ш-ш-ш… – Она начала расстегивать пуговицы на его брюках. – Я думала об этом весь день.
Она не лгала. Весь день она провела, читая главы «Камасутры», посвященные оральным ласкам. Auparishtaka. Этот урок она сотни раз преподавала другим, но теперь наступила ее очередь применить полученные знания и доставить удовольствие мужчине.
Алекс наклонился, чтобы остановить ее. И возможно, ему удалось бы это, если бы в этот момент она не коснулась губами его восставшей плоти. Вместо того чтобы поднять ее на ноги, Алекс запутался пальцами в ее волосах, и Джоселин закрыла глаза…
Даже сейчас она восхищалась его мощью и силой, совершая дразнящие прикосновения языком. Алекс застонал, не в силах сдерживать свои эмоции, а Джоселин продолжала совершать плавные движения вверх-вниз.
– О Боже, милая… не надо…
Не надо влюбляться. Джоселин была настроена решительно. Она продолжала свои ласки, доводя его до изнеможения. Он изо всех сил старался удержаться на грани, после которой нет возврата. И вскоре почти оглох от шума крови в ушах, а дыхание превратилось в короткие прерывистые вздохи. Еще секунда, и он не выдержит…
– Черт возьми, Джоселин, – прорычал Алекс сквозь сжатые зубы. – Ты убиваешь меня.
– Убиваю? – переспросила она, не переставая дразнить его плоть легкими порхающими движениями губ.
Ее тело дрожало от волнения, она сгорала от желания, хотя разум подсказывал, что сдаваться нельзя.
Она умело и уверенно возбуждала его, ее ласки и поцелуи стали требовательнее и жестче. Она чувствовала, что он скоро достигнет пика страсти, и старалась контролировать ситуацию.
Наконец она получила то, что хотела. Он выдохнул ее имя, и его плоть взорвалась, истекая живительной влагой. Джоселин наслаждалась своей властью над ним в этот момент. Она отпустила его, улыбаясь, и он со стоном упал на кровать.
– Я… хотел узнать, хочешь ли ты поужинать, – вымолвил он.
Джоселин захихикала и прикрыла его своим телом.
– Но я уже получила десерт!
Они оба рассмеялись. Алекс крепко прижал ее к себе, целуя лицо и волосы. Джоселин закрыла глаза. «Я должна действовать строго по плану. Я должна помнить, что независимо от моих ощущений он находится здесь только из-за своих денег. Мое сердце будет разбито, если я совершу глупость и скажу ему, что он завоевал его».
– Джоселин?
– Да?
– Я тоже хочу получить свой десерт.
У нее расширились от удивления глаза. Но она не успела придумать достойный ответ, потому что через секунду он лишил ее возможности думать вообще.
Глава 13
Джилли расчесывала свои длинные каштановые волосы, украдкой наблюдая за молоденькой девчушкой, которая убирала ее поднос с обедом и поправляла постель. Эдит делала неуклюжую попытку шпионить, чем вызывала у Джилли улыбку. Любопытство – сильная вещь.
– Ну, давай, – Джилли повернулась к девчонке, – спрашивай.
Эдит взволнованно закусила нижнюю губу, собирая все свое мужество.
– Миссис Брукс сказала, чтобы я никого не беспокоила своими вопросами.
Джилли согласно кивнула:
– Миссис Брукс очень добрая, и, может, тебе лучше научиться у нее обращаться с тестом и готовить соусы.
У Эдит в глазах отразилось разочарование.
– Да, я тоже так думаю.
– Но можешь спросить у меня все, что угодно. А то уже пять минут глаз с меня не сводишь.
– Вовсе нет! – пискнула Эдит.
– Я не возражаю. – Джилли рассмеялась и отложила расческу в сторону. – Просто у тебя какой-то печальный взгляд, и я подумала… Может, если ты спросишь что-нибудь, настроение у тебя изменится.
– Я хотела узнать… Я хотела…
О Господи. Джилли склонила голову набок, надеясь, что ей не придется рассказывать много. Всем им было строго приказано не шокировать бедного ребенка.
– Тебя тоже… оставили здесь?
От этого вопроса у Джилли в горле встал комок. Бедняжка.
– Нет, я сама нашла дорогу в «Колокольчик». Думаю, мне повезло. Повезло больше, чем большинству.
– Повезло? – В глазах Эдит промелькнула боль.
Джилли встала со своего стула и взяла девушку за руку.
– Мы все приземляемся где-нибудь. Некоторые прыгают вслепую, или их выталкивают, или они думают, что знают, куда им надо, хотя сами не имеют ни малейшего представления об этом. Но в конечном счете каждый находит свое место в мире. Для меня мой дом – «Колокольчик».
– А для меня? – Эдит готова была расплакаться и говорила шепотом.
Джилли покачала головой:
– Мне кажется, это замечательное место, чтобы перевести дыхание. Пусть миссис Брукс откормит тебя как следует. Выучишь французский, а Рамис позаботится о твоей безопасности.
– Он пугает меня, мисс Джиллиам, – призналась девушка.
– Рамис? – В голосе Джилли прозвучало удивление. – Почему?
– Он никогда не улыбается.
Джилли нахмурилась и задумалась на мгновение.
– Ты не права, он такой добрый, такой… – Она поймала себя на том, что замечталась о красивом и таинственном Рамисе, и поторопилась вернуться к теме разговора. – Ты здесь в полной безопасности, Эдит. Ты должна слушать миссис Брукс и выполнять все ее приказания.
Эдит слабо улыбнулась:
– Даже приказание не задавать вопросов?
Джилли рассмеялась:
– Особенно это приказание! Что-то я заболталась с тобой, иди-ка ты на кухню!
Эдит неслышно покинула комнату, и Джилли вернулась к подготовке к вечеру. Расчесывая волосы, она мысленно молилась, чтобы девушке не пришлось воспользоваться уроками, которые она может получить в «Колокольчике».
– Еще одна? – спросил Алекс, наблюдая за лицом Джоселин, когда она читала записку, присланную из «Лебедя». Они наслаждались тихим утром и обществом друг друга, лежа в кровати. Здесь же стоял поднос с завтраком. Но внешний мир вновь вторгся без приглашения, и Джоселин отодвинулась к краю кровати, чтобы собраться с мыслями.
Она разорвала записку на две части и отбросила в сторону. Джоселин не могла поверить в случившееся. На этот раз убийца оказался недалеко от ее заведения, их разделяли всего несколько улиц.
– Чем я могу помочь?
Она посмотрела на него; испугавшись его вопроса:
– Помочь?
– Чтобы защитить тебя. – Он твердо посмотрел на нее, и Джоселин поняла, что действовать открыто – это в его характере. Там, где она видела лабиринт запутанных ситуаций и опасности, он был готов бесстрашно броситься вперед, если это означало защиту ее безопасности.
Джоселин засомневалась.
– Тебе не следует вмешиваться.
– Позволь мне помочь. – Он притянул ее к себе и поцеловал в лоб. – Пожалуйста.
– Мы уже говорили об этом. – Она дотронулась до его лба, разглаживая собравшиеся морщинки. – Ты мало что можешь сделать.
– Я человек не без средств, Джоселин. Я, возможно, не всемогущ, но я все-таки способен сделать что-нибудь. Я могу связаться с властями и надавить на них, чтобы искали убийцу быстрее.
– Я всегда говорила, что ты герой. Просто… Я не хочу, чтобы ты разочаровался, если ничего не получится. Кроме того, что ты скажешь полиции, когда они спросят, почему у тебя такой интерес к этим убитым куртизанкам? Они захотят знать, почему ты обеспокоен этим.
Его карие глаза потемнели, пока он взвешивал сказанное ею.
– Справедливо, но легко разрешимо. Я скажу, что все эти события происходят слишком близко к респектабельным районам, чтобы не обращать на это внимания. Как человек, имеющий знакомых, живущих поблизости, я не могу не выразить своей обеспокоенности тем, что определенные предосудительные действия начинают привлекать нехороших людей и угрожать приличным людям. – Алекс сложил руки на груди, довольный своей импровизацией. – Что думаешь?
– Я думаю, что ты сейчас находишься как раз в заведении «предосудительных действий», власти решат, что именно о нем ты и говоришь. – В его ответе все было логично и разумно, но Джоселин чувствовала, что начинает злиться. – Думаю, я была права, посоветовав тебе не вмешиваться в это дело.
– Просто ты слишком гордая, чтобы принять мою помощь.
Джоселин опустила голову, уткнувшись ему в плечо и прижимаясь к его крепкому телу.
– Я хочу защитить их всех, Алекс. Я забываю о гордости, когда речь идет об этом. Ты нужен мне, Алекс. Больше, чем ты думаешь.
Алекс обнял ее, словно хотел защитить от ужасов внешнего мира.
– Тогда позволь мне сделать то, что в моих силах.
Джоселин тесно прижалась к нему, наслаждаясь запахом мужского тела, чувствуя его силу и удивляясь, как ей спокойно рядом с этим человеком. «Так глупо. Я влюбилась, и теперь он мне нужен. Что же я буду делать, когда он уйдет? Когда он решит, что достаточно получил за свои деньги, что сыт этим грязным и опасным делом об убийстве куртизанок? Когда он перестанет торопиться ко мне?»
Джоселин гнала эти мысли прочь, не желая тратить драгоценное время на рассуждения о том, что ждет ее в будущем. Он покинет ее, когда пожелает. Но это произойдет не сегодня. Она коснулась губами его груди, чувствуя, как сильно бьется его сердце. Алекс разочарованно вздохнул, когда она оторвалась от него и подняла голову.
– Вы можете помочь мне отвлечься от дурных мыслей, милорд. Или сделайте так, чтобы я вообще ни о чем не могла думать…
Взгляд его карих глаз потеплел, тело напряглось в ответ на хулиганскую просьбу, и он еще крепче прижал ее к себе, чтобы она уже не могла вырваться.
– Это не та помощь, которую я имел в виду, Джоселин.
– Нет? – Она игриво похлопала ресницами. – Вы уверены, милорд?
Какие бы доводы Алекс ни собирался высказать, все они испарились, когда он стал покусывать ее шею и снимать оставшееся белье.
Джоселин закрыла глаза от удовольствия и полностью растворилась в его ласках.
Алекс закрыл за собой дверь, прислонился к косяку, пытаясь привести в порядок мысли. Ему все труднее было вот так тайком исчезать отсюда, как какому-то воришке. Может быть, попытаться еще раз поговорить с ней о том, чтобы встречаться где-нибудь еще, подальше от…
– Мы в вас не нуждаемся, – тихо, но отчетливо прозвучали слова Рамиса.
Алекс обернулся и увидел, что этот гигант снова появился за его спиной без единого слова предупреждения.
– Мы? – Алекс переспросил, только чтобы убедиться, что правильно понял его мысль.
– Мы в вас не нуждаемся. – Рамис сохранил бесстрастное выражение лица. – Мне кажется, что мадам сделала ошибку, доверившись вам.
– Это будет решать сама мадам.
– Я смогу защитить «Колокольчик».
Алекс позволил себе с недоверием посмотреть на него:
– Это вы называете защитой, если такой человек, как Марш, проходит в ее комнату незамеченным? Извините, но ваши усилия по обеспечению безопасности меня не впечатляют.
Глаза Рамиса вспыхнули гневом, но выражение лица осталось беспристрастным.
– Я нахожусь здесь не ради вас. – Алекс одернул пальто и расправил плечи. – Прошу прощения, но я должен удалиться.
Алекс спустился по узкой лестнице, уверенный, что Рамис последует за ним. – На первом этаже Рамис встал в холле, как мрачный и суровый страж, чтобы убедиться, что Алекс покинул эти стены. Поведение слуги злило Алекса, он оглянулся.
– Вы меня не испугаете.
– Мне это не нужно, – спокойно ответил Рамис, – вы уйдете.
– Вы ошибаетесь. – Алекс был в ярости, но решил не вступать в бесполезную перепалку с упрямым слугой.
В другое время его грубая манера, с которой он защищал мадам, могла бы быть похвальной, но сейчас у Алекса не было настроения спорить. Он покинул бордель, стараясь не обращать внимания на тлеющий уголек ревности, который вспыхивал с новой силой всякий раз, когда он думал о связи между Джоселин и Рамисом…
Рамис постоял у входа, пока не стихли шаги Алекса. Вообще в его обязанности не входило провожать гостей. Но здесь была его жизнь и любовь, а этот мужчина ничем не отличался от других. Он приходит и уходит, не думая ни о ком, кроме себя.
Рамис хотел, чтобы он ушел навсегда, пока дело не зашло слишком далеко. Госпожа уже рисковала разбить свое сердце. Он видел, как она сияла при его появлении и как огорчалась, когда он уходил. Жизнь в «Колокольчике» изменится, если сердце Джоселин будет разбито… И Рамис сомневался, что сможет защитить девиц, если это случится. Нет, госпожа должна быть сильной ради них всех. Девицы смотрят на нее как на путеводную звезду к счастью. Но этот лорд Коулвик… Он угрожает всему, что они так долго создавали.
– Рамис?
На этот раз пришла его очередь удивляться, поскольку, погрузившись в свои мысли, он не услышал шагов Джилли.
– Мисс Джилли, я вас не заметил.
– Это правда, что еще одну девушку нашли… убитой? – Ее глаза светились тревогой, она нервно ухватилась за его руку. – Это правда, сэр?
– Одна из «Лебедя». – Рамис посмотрел на миниатюрную руку, которая держалась за его рукав. Девицы борделя не прикасались к нему, интересно, почему эта поступает так. Он чувствовал тепло ее пальцев даже через слой одежды. – Не бойтесь, мисс Джиллиам. Этот дьявол не придет в «Колокольчик». Мы с госпожой примем дополнительные меры безопасности, чтобы вы чувствовали себя спокойно. Я уже удвоил охрану на входе, так что все будет в порядке.
У Джилли посветлело лицо, на губах заиграла детская улыбка.
– Да я и не боюсь. Так, просто…
– Что?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22