Кин Кэролайн

— И ты ведь говорила, что рано утром тут побывала… как ее зовут? Лошадиный тренер.— Глория Доннер. — Коллин медленно пошла по проходу покачивая головой. — Не могу поверить, что тут замешаны Сан-Маркосы или Глория. Я хочу сказать, что у них нет на это причин. Если кто-то хочет забрать Иволгу себе, для чего подвергать ее опасности? Я бы подумала, что это просто несчастный случай, если бы не… — Она замялась.— Если бы не?.. — настойчиво повторила Нэнси. — Значит, с Иволгой случилось еще что-то? Коллин кивнула.— На прошлой неделе, когда я утром вошла в сарай, она бродила по проходу.— А не могла она сама выбраться из стойла? — спросила Бесс.— Нет, — решительно возразила Коллин. — Сейчас Иволга стоит полтораста тысяч долларов. Если она себя хорошо покажет на Среднезападных международных, ее цена поднимется до двухсот тысяч долларов.— Ты шутишь! — охнула Бесс. Коллин покачала головой, и ее лицо стало еще серьезней.— А когда у тебя такая дорогая лошадь, ты просто не можешь себе позволить никаких промахов, и уж тем более не забудешь запереть дверь стойла.— Но каким образом Иволга очутилась в проходе? — спросила Нэнси.— Понятия не имею! — Коллин покачала головой. — Мы с отцом не запираем дверь сарая на случай, если вдруг вспыхнет пожар. Но кто-нибудь из нас всегда дома.Нэнси задумалась.— Выходит, кто-то забрался туда ночью. Коллин кивнула.— Мы так и решили — папа, мама и я. Сосны по сторонам дороги заглушают шум машины. Но после этого случая мы установили сигнализацию. Она звенит в доме, если кто-то едет или идет по дороге.— Так, по-твоему, кто-то хотел украсть Иволгу? — спросила Бесс, широко открыв глаза.— Мы не знаем, — ответила Коллин. — Папа вспомнил, что услышал ночью какой-то шум и включил наружное освещение. Ну и, возможно, спугнул того, кто забрался в сарай.— Ого! — Нэнси скрестила руки на груди. — Таинственное происшествие!Бесс укоризненно покачала головой.— Нэнси Дру, ты без таинственных происшествий просто не можешь!— А вы кого-нибудь… — начала Нэнси, но рев мотора и визг тормозов заглушил ее слова на половине фразы.Громко хлопнула автомобильная дверца.— Коллин! — сердито рявкнул мужской голос снаружи.Коллин прижала ладонь ко рту.— Господи! Это Фил! Я совсем забыла позвонить ему, что мы не успеем ресторан.— Но если ты объяснишь. — начала Бесс.— Что тут происходит? — В дверях сарая появился Фил Экермен, уперев сжатые кулаки в бока. Нэнси даже почудилось, что, будь при нем пистолеты, он открыл бы стрельбу. — Я тебя больше часа ждал! — загремел Фил.— Прости, Фил, пожалуйста! — Коллин подбежала к нему, а Нэнси и Бесс остались возле стойла Иволги. — Ты, конечно, вправе сердиться, — быстро продолжала она. — Мы уже в машину садились, но тут Иволге стало плохо. Доктор Холл только что уехала, ну я и не успела тебе позвонить. Начисто забыла.Лицо Фила из розового стало багровым. Он покосился на Нэнси и Бесс, схватил Коллин за локти и вытащил наружу.— Как так — забыла? — крикнул он, и Нэнси прекрасно разобрала его слова, хотя вовсе не хотела подслушивать.Коллин что-то тихо ответила, а Фил гневно загремел:— Ты только об этом и думаешь, так? Ну, чтобы больше эта дурацкая лошадь не становилась между нами, Коллин. Если хочешь и дальше оставаться моей девушкой, откажись от Иволги! Не то…ПОДЛАЯ ШУТКАНэнси растерянно смотрела, как Фил Экермен бросился к своей спортивной машине и секунду спустя умчался в облаках пыли. Коллин нигде не было видно.— Ой-ой, — прошептала Бесс, — с чего это он, как по-твоему?— Не знаю. Но он страшно разозлился, — шепнула Нэнси в ответ. — Куда больше, чем можно было ожидать.Бесс кивнула.— Пойдем к Коллин, — сказала она.Девушки подошли к двери и посмотрели по сторонам. Коллин прислонилась к стене сарая, утирая слезы. Она помахала им с вымученной улыбкой.— Хорошенькое у вас сложилось первое впечатление! — сказала она и высморкалась в бумажную салфетку, которую протянула ей Бесс. — Вы, наверное, решили, что Фил просто дрянь.— Мы не собираемся делать никаких выводов, пока не узнаем, в чем дело, — ответила Нэнси.— Спасибо! — Коллин высморкалась еще раз и глубоко вздохнула. — Ну, все в порядке, — добавила она с широкой улыбкой. Но Нэнси заметила, что улыбка эта ей далась нелегко.— Может, перекусим? — спросила Коллин, меняя тему. — Если вас устраивает тунец с морковкой, на кухне Хили вы найдете все необходимое.— Отлично! — Бесс взяла Коллин под руку. — Я до того изголодалась, что лошадь готова съесть! — И тут же она смущенно зажала рот рукой, сообразив, что здесь такие слова не слишком уместны, — Ой!Нэнси и Коллин рассмеялись, и все трое двинулись в сарай взглянуть на Иволгу. Но когда они поравнялись с кучей сена в проходе, Коллин перестала смеяться.— Какое ужасное утро! — пробормотала она. Через десять минут подруги уже готовили на кухне бутерброды с тунцом.— Я так рада, что Иволге лучше, — сказала Нэнси. — На нее ведь страшно было смотреть.— Да уж! — Коллин налила апельсинового сока в три стакана и расставила их на столе, — С этой минуты я глаз с Иволги не спущу. Тем более, что… — Она замолчала.— Тем более, что ты не считаешь это случайностью? — докончила Нэнси, когда девушки сели за стол.Коллин кивнула.— Да, происходит что-то скверное, но я понятия не имею, что именно, и почему, и кто за всем этим стоит.Бесс поглядела на Нэнси, потом перевела взгляд на Коллин.— Может, если ты расскажешь, что у тебя с Филом, нам будет легче разобраться, — предложила она сочувственно.Коллин улыбнулась.— К тому, что у Иволги начались колики, Фил никакого отношения не имеет, поверь мне. Он любит лошадей. Лошади нас и познакомили. Мы часто соревновались друг с другом на детских состязаниях. А потом он бросил верховую езду.— Но почему? — спросила Нэнси.— Увлекся футболом, и на что-то другое у него просто времени не оставалось. И я вовсе про него забыла, пока в прошлом году не столкнулась с ним в парке. И с тех пор мы с ним вместе-то есть когда можем улучить минутку. — Коллин нахмурилась. — У меня столько времени уходит на верховую езду, на подготовку к соревнованиям, на поездки, да и родителям на ферме помогать надо, так что видимся мы редко. Неудивительно, что Фил рассердился.— Значит, лошадьми он больше не интересуется, — заметила Нэнси, беря бутерброд. — А то бы он тебе помогал.— Нет, он помогает, — сказала Коллин. — Но этому делу нужно отдаваться целиком, если хочешь чего-то добиться. Даже мои родители увлечены меньше меня. Лошади заполняют всю мою жизнь. И Филу это не нравится.Нэнси кивнула. Теперь она поняла, почему Коллин взвешивает, не продать ли Иволгу.— И ты теперь тоже не очень-то уверена, что такая жизнь тебя устраивает?— Вот именно! — Коллин отодвинула тарелку, и Бесс облизнулась, глядя на недоеденную половину бутерброда. Коллин засмеялась. — Бери, Бесс. Мне расхотелось есть.— Спасибо. — Бесс взяла оставшуюся половинку. — Значит, беда в том, что ты не хочешь продавать Иволгу, но и не хочешь тратить уйму времени на верховую езду?Коллин кивнула, потом встала и отошла к буфету за коробкой с печеньем.— Ну да.— Так почему бы тебе не оставить лошадь, чтобы просто на ней кататься? — спросила Бесс.— Потому что Иволга очень способная, было бы глупо сделать из нее обычную лошадь для прогулок, — ответила Коллин. — К тому же я мечтаю поступить в медицинский колледж. А для этого нужны большие деньги и надо еще очень постараться, чтобы их заработать.— Ну-у… — Бесс возвела глаза к потолку. — А родители тебе не помогут?— Свободных денег у них почти нет. Все уходит на ферму. — Коллин поставила коробку на стол и сняла крышку.— М-м-м! Шоколадное! — провозгласила Бесс, заглядывая в коробку. — Мое любимое!— Деньги, вырученные за Иволгу, пошли бы на колледж, — догадалась Нэнси. — Но ведь ты можешь подождать год-другой.Коллин нахмурилась.— Я и так уже слишком долго откладывала. Из-за состязаний у меня нет возможности посещать курсы. А призовые деньги не покрывают даже расходов на содержание Иволги. И я трачу свои. А главное, я люблю Фила и хочу поступить в колледж вместе с ним. Студенческая жизнь — это же так интересно!— Но ты любишь и Иволгу, — грустно улыбнулась Бесс.— Ну да! — Коллин мрачно поглядела на печенье, которое взяла из коробки.Минуту-другую девушки молча жевали печенье. Нэнси невольно попыталась найти какую-то связь между тем, что рассказала Коллин, и дурманом в сене. Вдруг Фил решил таким способом помешать Коллин принять участие в состязаниях? Нахмурившись, Нэнси откинулась на спинку стула.— Ой! Я узнаю это выражение на ее лице!Она снова превращается в сыщика! — простонала Бесс.— А ведь странно, — сказала Нэнси, — что кому-то понадобилось вредить Иволге.— Но, может, никто и не вредит, — возразила Коллин. — Я за последнее время так издергалась, что мне, наверное, просто мерещится, — добавила она, проводя рукой по волосам.Нэнси вскочила и на секунду обняла подругу.— Не думаю, что дурман нам всем померещился!— Ну уж не мне! — засмеялась Бесс. — Мне мерещится только, что я выигрываю миллион долларов и другие приятные вещи в этом роде.Подруги засмеялись и повеселели. Коллин начала собирать посуду в мойку. Нэнси доела печенье и отдала ей тарелку со стаканом.— Ты знаешь, Коллин, я бы помогла…— Нэнси, я бы очень хотела, чтобы ты…Обе девушки одновременно умолкли.Бесс отдала Коллин свою тарелку со словами:— Вы, по-моему, заговорили об одном и том же. И я согласна: будет очень хорошо, если Нэнси возьмется за это дело.— Правда, среди моих клиентов еще никогда не было лошади, — засмеялась Нэнси. — Но, Коллин, если происходит что-то странное, я попробую выяснить, в чем дело.Коллин вздохнула.— У меня бы гора с плеч свалилась! Ты не приедешь в понедельник поглядеть, как и что? Иволга к тому времени должна совсем поправиться. — Она сунула последнюю тарелку в посудомойку. — А пока мне надо навестить больную. Доктор Холл скоро опять приедет.Пять минут спустя девушки попрощались У крыльца. Нэнси проводила Коллин взглядом, а когда та вошла в сарай, забралась в красный «камаро» Бесс.— Да уж, на эту лошадку она много времени тратит, — заметила Бесс, ведя машину по извилистой дороге. — Понятно, почему Фил на стенку лезет.— И все-таки он перегнул палку, — заметила Нэнси, задумчиво сдвигая брови. — Хотела бы я знать, что он подразумевал, когда заявил: «Откажись от Иволги, а не то…»— Ну, это просто: «А не то между нами все будет кончено».Нэнси скрестила руки на груди, откинула голову на подголовник и пробормотала:— Может быть, и так.; Бесс посмотрела на нее с любопытством.— Ты же не думаешь, что Фил как-то причастен к тому, что Иволга отравилась?— Случись с ней что-нибудь, ему бы стало легче жить.— Нет и нет! — Бесс энергично мотнула головой. — Чтобы кто-то из ревности прикончил лошадь? Не представляю!— Возможно, ты права. — Нэнси вздохнула. — Я рада, что мы пообещали Коллин приехать в понедельник и попробовать во всем разобраться.Утром в понедельник Нэнси с Бесс наблюдали из прохода, как Коллин взнуздывает Иволгу. Кобылка насторожила уши и явно оживилась.— Ну, Иволга выглядит гораздо лучше, чем в субботу, — заметила Бесс.— Доктор Холл сказала, что она совсем здорова, — сообщила Коллин. — Она заезжала вчера днем. — Коллин сняла седло с двери и положила его на спину лошади.— А я по твоему лицу вижу, что вы с Филом помирились, — добродушно поддразнила ее Нэнси.— Да. — Коллин порозовела. — Вчера вечером мы ужинали в ресторане. Мне необходимо было немножко отдохнуть. Я даже сама не сознавала, в каком напряжении жила последнее время, когда готовилась к состязаниям и ломала себе голову — продавать Иволгу или не продавать.— После субботы ничего необычного больше не случалось? — спросила Нэнси.— Нет. Все было спокойно. Вчера вечером папа остался дома и присматривал за Иволгой. — Коллин постучала по дереву. — Будем надеяться, что все теперь в порядке. Верно, девочка? — Она поцеловала Иволгу в мягкие ноздри и вывела ее из стойла. Но едва кобылка вышла в проход, Нэнси заметила, что она старается не наступать на правую переднюю ногу.— Она хромает! — воскликнула Нэнси, хмурясь. — У нее что-то с правой передней ногой.— Что? — Коллин сделала еще два шага по проходу. Иволга заметно припадала на правую ногу. — Что же это! — вскрикнула Коллин. — Ничего не понимаю!— Может, ничего страшного, — постаралась Бесс утешить подругу. — Камешек застрял в копыте или еще что-нибудь…Коллин тяжело вздохнула.— Наверное, ты права. Я совсем разнервничалась… Не может быть! — Передав поводья Нэнси, она быстро нагнулась и провела рукой по больной ноге. — Нет, вы поглядите! — охнула она, выпрямляясь и протягивая ладонь.Нэнси подошла к Коллин и увидела на ее пальцах какое-то рыжевато-бурое вещество с налипшими на него гнедыми волосками.— Что это? — спросила Бесс, подходя к Коллин с другой стороны.— Понюхай! — Коллин подставила ей ладонь.— Нет уж! — Бесс попятилась, однако Нэнси нагнулась и понюхала.— Пахнет крепким сосновым дегтем, — сказала она, морща нос.— Это нарывной пластырь, — с горечью объяснила Коллин. — Накладывают на кожу лошади, и он разъедает язву. У меня уже щиплет пальцы.Нэнси недоуменно сдвинула брови.— Если ты его не накладывала, то кто это сделал?Глаза Коллин гневно блеснули.— Не знаю! Но сделали это для того, чтобы Иволга стала хромать!НЕПРИЯТНЫЙ СЮРПРИЗ— Кто-то нарочно наложил нарывной пластырь на ногу Иволги? — возмущенно повторила Нэнси.Коллин кивнула.— И сделано это или вчера глубокой ночью, или на рассвете. Вечером, когда я отвела Иволгу в стойло, она чувствовала себя прекрасно.— Но зачем кому-то понадобилось вредить твоей лошади? И откуда они взяли этот пластырь? — Бесс задала два вопроса из тех, которые вертелись на языке у Нэнси.Коллин всплеснула руками.— Кто знает! — крикнула она. — Будь мне известно, кто это, я бы… я бы… — Ее голос вдруг замер, плечи сгорбились. — Я сбегаю за теплой водой с мылом; надо смыть пластырь, пока у Иволги не начала опухать нога, — пробормотала она. — У меня все пальцы горят. — Она растопырила пальцы, вымазанные рыжевато-коричневым веществом. — Пятна от этой дряни еще долго не сойдут!К тому времени, когда Коллин вернулась с ведром, Нэнси и Бес расседлали Иволгу и надели на нее недоуздок.— Мы подумали, что сегодня ты ездить на ней не будешь, — сказала Нэнси.— Это уж точно, — угрюмо отозвалась Коллин. — Остается только надеяться, что к состязаниям Иволга придет в форму. А в запасе всего четыре дня. — Нагнувшись, Коллин принялась обмывать ноги кобылки теплой мыльной водой. — К счастью, за один раз пластырь большого вреда лошади не причиняет, да и наложили его не так уж много. Но из-за раздражения кожи Иволга избегала сгибать путо.— Э… — неуверенно сказала Бесс. — Не хочу выглядеть дурочкой, но что такое путо?Коллин указала на нижнюю часть ноги кобылки.— Вот здесь. Между копытом и предплечьем. — Она выпрямилась, и Нэнси почувствовала сильный запах дегтя.— К утру все пройдет, — сказала Коллин со вздохом. — Но в результате я не работаю с Иволгой уже третий день. А ей надо быть в отличной форме, чтобы хорошо себя показать.— Но все-таки что такое нарывной пластырь? — спросила Нэнси. — И где его можно достать?— Это раздражающая мазь, которую втирают в ногу лошади при растяжениях. Считается, что это ускоряет выздоровление.— Да? — На лице Бесс было написано недоумение. — Какое же это лечение, если у лошади будет обожжена кожа?— Считается, что вызванное пластырем раздражение усиливает приток крови к ноге, а это очень полезно при таких травмах. Но это средство Редко используют, если лошадь участвует в соревнованиях, когда имеет значение еще и внешний вид — ведь от пластыря может остаться проплешина.— Но у тебя он все-таки есть? — спросила Нэнси.— Есть одна банка в аптечке, — кивнула Коллин. — Но я им сто лет не пользуюсь.Нэнси отдала повод Бесс, а сама прошла в комнатку у входа, открыла дверцы висевшей на стене аптечки и начала читать названия на флаконах и банках. Наконец, за коробкой с ватой она нашла нарывной пластырь и взяла банку в руки, проверяя, не открывали ли ее недавно. Однако запаха дегтя она не почувствовала, и крышка была завинчена очень туго.Она присоединилась к подругам, которые вышли из сарая, чтобы Коллин могла вымыть ноги Иволги из шланга.— Кто бы ни наложил пластырь, — объявила Нэнси, — взят он был не из твоей аптечки.— Это еще ни о чем не говорит, — ответила Коллин. — Его можно купить в любой ветеринарной аптеке.— Но сделать это мог только человек, который имел дело с лошадьми.— То есть практически все, кого я знаю, — сердито фыркнула Коллин.1 2 3 4 5