Бабкин Борис Николаевич

Счета есть, но… – Он многозначительно замолчал.– Дай-то Бог, – кивнул Лобов.– Знаешь, Василий, в последнее время мне что-то не нравится твое настроение. У тебя оно какое-то пасмурное и…– Дома не все ладно. Зинаида все ворчит и ворчит.– Чего ей не хватает? Денег у вас полно. Ты ей ни в чем не отказываешь. Вообще-то, наверное, прознала про твою вспыхнувшую последним костерком любовь, – невольно хихикнул Возин, но, опомнившись, кашлянул.– Может, и это. Но молчит, не говорит ничего. Что же касается моей, как ты верно отметил, последней, вспыхнувшей костерком любви, то ты прав. Я действительно чувствую, что по-настоящему люблю. Я понимаю, что это звучит довольно глупо и смешно, но тем не менее повторю: я люблю Зойку.– Ну ты даешь. Насколько я знаю, она не дала тебе не то чтобы шанса, а даже просто возможности объясниться.– Ну и что? Чтобы по-настоящему любить, не нужно общаться тесно. Секс в любви далеко не главное.«Конечно, – мысленно усмехнулся Никита Афанасьевич. – Особенно когда этот самый секс для тебя в прошлом». А вслух сказал:– Так поговори с ней. А то ты даже к ней не подходишь…– Пытался. Но она не приняла это всерьез. А на второй раз у меня просто смелости не хватает.– Ладно, давай отложим разговор о твоих амурных делах на потом. Сейчас нужно решить, как быть с поставкой груза заказчику. Посылать машины в…– Я договорился с ним. Он сам вышлет четыре «КамАЗа» с соответствующими документами. Мы оформим груз через завод. Об этом я тоже договорился.– Подожди, но об этом никто не знает. Мы сегодня встречались, и никто об этом ни слова.– Сегодня у Ниндзи будут все. Там и решим, заказчика я хорошо знаю. Просто не успел сообщить всем о своей договоренности.– Конечно, если все так, как ты говоришь, то это отлично. Мы сможем через твоего знакомого выйти и на белорусских строителей.– Почему ты мне не веришь? Я думал…– Извини, я не так выразился. Я хотел сказать, что если твой приятель из Белоруссии поможет…– Он поможет.– Отлично. Сегодня у Валерия все обсудим. А что с Яковлевой?– Понятия не имею. Я к этому никакого отношения не имел и не хочу ввязываться в это.– Вообще-то да. Извини. Просто мы…– Я повторяю: об этом я даже слышать не хочу. Я занимаюсь работой, а не…– Все-все, – замахал руками Возин. «Если бы не твой сынок, – сунув в рот сигарету и щелкнув зажигалкой, зло подумал он, – мы бы давно дали тебе пинком под зад, трусливый старый боров».– Привет, маман. – В открытую дверь вошел молодой плечистый мужчина в красном пиджаке.– Антон! – Всплеснув руками, к нему шагнула пожилая женщина в дорогом халате.– Чао, маман. – Приподняв женщину, он чмокнул ее в лоб.– Уронишь! – испуганно воскликнула она.– Никогда в жизни, – рассмеялся Антон. Опустив мать на пол, спросил:– Где отец? Он меня вызвал зачем-то. Не знаешь зачем?Не отвечая, она тяжело вздохнула.– Что такое, маман? – осторожно взяв ее за плечи, спросил сын.– Как что – он, Антошка, по краю ходит. Связался у с этими… – Не договорив, махнула рукой.В глазах сына мелькнула усмешка.– Успокойся, маман, все нормально. Папаша – мужик башковитый и куда не надо не полезет. Так что…– Антошка, – мать укоризненно покачала она головой. – Ну что ты меня, как во Франции, маман да маман. Мама, – она вздохнула, – самое хорошее и ласковое слово. А ты меня, как мачеху – Перестань, мам, – улыбнулся он. – Я же любя. А что говорю так, – он пожал широкими плечами, – так каждый выражается по-своему. Дело не в словах. Я хороший сын. – Он снова обнял ее. Мать, вздохнув, кивнула. – Я слышал, – отпустив ее, нерешительно начал Антон, – что бате бес в ребро…– Перестань. – Мать рассердилась. – Это она виновата, строит ему глазки.– А кто? Ты знаешь?– Слышь, мужик, – осмотрев небольшое, тускло освещенное помещение, спросил один из двоих небритых мужиков. – Ты куда нас… – Повернувшись, испуганно замолчал.В дверь вошли четверо крепких мужчин в облегающей тело черной одежде с закрытыми масками лицами.– Вы чего? – с заметно побледневшим лицом отступил назад второй.– Сюда, – махнул рукой на небольшой люк один из мужчин в масках.– Да вы кто такие? – испуганно спросил первый. Четверо в масках, бросившись вперед, легко скрутили мужчин и умело нацепили им на ноги кандалы.Заглушив их испуганные крики кляпами, обоих затащили в кабину грузового лифта.– С днем рождения, Родион, – подняв бокал, с улыбкой посмотрел на сидевшего в центре богато сервированного стола Рудика средних лет мужчина с посеребренными сединой висками.– С днем рождения! – хором проскандировали сидевшие за столом семеро мужчин и восемь женщин. Рудик, довольно улыбнувшись, кивнул:– Спасибо.– Ну, – засмеялся человек с седыми висками, – благодарить пока еще рано. В день рождения приятно дарить подарки. – Все зааплодировали. – Знаю, ты мечтал о «шестисотом». Он у тебя есть. – Вытащив из нагрудного кармана пиджака связку ключей, аккуратно положил на стол.– Вот это да! – вскочив со стула, восторженно воскликнул Родион.Остальные гости стали выкладывать на стол доллары.– А где Василий? – спросил Валерий.– Его Гришка вызвал, – негромко ответила сидевшая рядом Лола.– Ясно, – расстроился Василий. – Значит, она отказывается.– Не хочет, – кивнул крепкий мужчина. – Я уж и так, и так. Она уперлась, и все. Говорит, еще раз – и в милицию буду обращаться.– В милицию… – Василий покачал головой. – Это плохо. Может, лучше оставить ее в покое? – задумчиво спросил он себя.– Как скажете, – пожал плечами крепкий, – так и сделаю. Но ведь все за то, чтобы она…– Ладно, решим после. Завтра встретимся и все обсудим.– Я могу быть свободен? – спросил крепкий.– Иди, Григорий.– Василий Григорьевич, – нерешительно начал Григорий, – нам бы…– Держи. – Василий протянул ему несколько стодолларовых купюр. – Я помню, что сегодня у вас получка, – усмехнулся он.– Лобов, – выглянув в приоткрытую дверь, позвала его Лола, – ждут только тебя.– Извините, – входя следом за ней в зал, обратился он к сидящим за длинным столом гостям. – Просто кое-что не…– Василий Григорьевич, – нетерпеливо проговорил Валерий. – Сегодня о делах ни полслова. Сегодня просто веселимся.– Мужики, – подняв голову, со страхом спросил один из небритых. – Что это? Куда я попал? – Он ухватился за кандальную цепь и несколько раз с силой дернул ее.– Не дергай, – хмуро посоветовал лежавший у стены худой мужчина. – Сначала все страшно и непонятно, потом привыкнешь. Какая погода на улице? – с тоской спросил он.– Да кто вы такие? – воскликнул небритый.– Каторжники, – выдавил один из лежавших на тюфяках трех изможденных людей. – И не знаем чьи.– Как же так? – окончательно перепугался небритый. – Ведь…– Ты наверняка один из нас, – сипло проговорил еще один, – из бомжей. В городе проездом. Клюнул на обещанный пузырь и закусон. Все через это прошли. И знаешь, что самое страшное? До нас никому нет дела. Они знают, кого берут.– Да кто они такие? – чуть слышно спросил небритый.– Мафия, – буркнул первый.– Бонжур, – сказал, подойдя к стоящим у выхода из аэропорта милиционерам, высокий подтянутый человек в белом костюме и с ярким платком на шее. – Парле ву Франсе?Милиционеры заметно смутились.– Ноу, – считая, что так иностранцу понятнее, покачал головой старший сержант. – Не говорим.– Что вы хотите? – спросил второй.– Такси.– Это там. – Старший сержант махнул рукой вправо. – Пойдемте, мы покажем.– Мерси, – благодарно улыбнулся мужчина и произнес по-французски длинную фразу. Увидев недоумевающие взгляды вновь переглянувшихся милиционеров, хлопнул себя ладонью по лбу. – Экс-кьюзе муа, силь ву пле. Момент. – Он сунул руку в висевшую на плече спортивную сумку и достал разговорник. Перелистав, нашел нужную страницу. – Я приехал друзям, – с трудом прочитал он. – Мне надо такси. Улица Фестивальная. Дом пятьдесят девят. Корпус четыре, квартира четыреста сорок два.– Посадим этого французика, – сказал старший сержант напарнику. – А то запросто нарваться может. Ты адрес запомнил?– Да, – кивнул второй милиционер.– Кто там? – услышала стоявшая перед дверью молодая красивая женщина.– Я звонила вам, мы договорились на четырнадцать тридцать. Я Люда.Послышался звук открываемых замков. Дверь приоткрылась на длину цепочки.– Вы одна? – настороженно всматриваясь в ее лицо, спросил мужчина с большими залысинами.– Разумеется.– Проходи, – буркнул мужчина, открыл и, едва она перешагнула порог, захлопнул дверь.Увидев стоявшего перед ней дога, Людмила, вскрикнув, прижала руки к лицу.– Фу, Джек, – успел остановить собаку хозяин. – Не надо резких движений, – поучительно проговорил он.– Вы Степан Викторович? – не отводя взгляда от дога, спросила Людмила.– Он самый, – кивнул мужчина. Увидев, что она по-прежнему со страхом смотрит на дога, усмехнулся:– Место, Джек. Дог ушел.– Какой большой, – провожая собаку взглядом, прошептала Людмила.– И надежный, – проговорил Степан и снова внимательно вгляделся в ее лицо.– Деньги я принесла, – сказала Людмила. – В долларах, как договорились. Вот. – Достав из сумочки конверт, протянула Степану.Он вытащил пачку стодоллоровых купюр, пересчитал и довольно сказал:– Все правильно.– Где товар? – спросила Людмила.– Пойдемте. – Степан открыл дверь. Людмила вошла в комнату и огляделась.– У вас хороший вкус, – одобрительно заметила она.– У него, – раздался за ее спиной насмешливый женский голос, – вообще нет никакого вкуса.Людмила стремительно обернулась. Увидела стоявшую в дверном проеме высокую крепкую женщину.– Степке безразлично, – улыбнулась та, – что есть в квартире. Все это, – она обвела рукой мебель, видео-и телеаппаратуру, – приобрела я. Меня зовут Галя, жена Степана.– Люда, – кивнула Людмила. – Я пришла по объявлению о…– Знаю. И сколько ты хочешь взять? Или только для себя?– Надо посмотреть. Деньги я принесла за плащ и дубленку. Хорошо, что ваша цена ниже, чем в магазине.– Деньги взял? – спросила мужа Галя. Он кивнул:– Да. В долларах.– Богатая ты. – Галина с невольным уважением взглянула на гостью. – Покажи даме товар.Степан оценивающе взглянул на покупательницу и достал из шкафа упакованные в пластик дубленку и кожаный плащ.– Можно примерить? – спросила Людмила.– Ваш размер, – улыбнулась та. – У Степки глаз наметан. Он всю жизнь портным проработал по верхней женской одежде. Я с ним в ателье и познакомилась.Трое бандитов – рослый, черноволосый и коротко стриженный парень – сидели в «шестерке».– Пора, – сказал Юрий. Все трое вышли из машины.– Я беру пять дубленок, – решила Людмила, бросая окурок сигареты в отрытую форточку, – и четыре плаща. Размеры все мои.– А деньги? – спросила Галина.– Покажите товар. Я оценю его и сразу же отправлюсь за деньгами. Можно, конечно, сделать проще – только я не уверена, что вы согласитесь.– Как именно? – спросила Галина.– Я выберу пять дубленок, четыре плаща, и мы отправляемся с вами на вашей машине в гостиницу, – улыбнулась она, заметив, как муж и жена переглянулись.– Я отдаю вам деньги, и, отметив нашу сделку в ресторане, расстаемся. Я остановилась в «Космосе», номер восемьдесят три. Панова Людмила Аркадьевна. Вот номер. – Она достала пропуск в гостиницу. – Позвоните и убедитесь, что я говорю правду.– Позвони. – Галина взяла листок и протянула его мужу.– Думаешь, подфартит? – тихо спросил рослого парень.– Мне один хрен, – спокойно отозвался тот. – Вопросы насчет везухи ему, – кивнул он на стоявшего у двери лифта Юрия.Лифт остановился. Все трое вышли. Юрий посмотрел на часы. Рослый, усмехнувшись, отвернулся.– Ну вот, видите, – улыбнулась Людмила. – Но чтобы окончательно развеять ваши вполне обоснованные по нынешним временам подозрения, поедем без товара. Возьмем деньги и вернемся. – Она остановилась у входной двери. – Дог у вас красавец, – громко сказала она. – И большой. Кто из вас поедет, – она посмотрела на Галину, – жена или муж?– Я. Сейчас оденусь, – сказала Галя и ушла в свою комнату. Людмила неожиданно, чуть поддернув короткую юбку, сильно и резко ударила Степана носком правой ноги между ног. Прыгнув вперед, успела закрыть дверь на кухню.Дверь вздрогнула от ударившего в нее лапами дога. Он коротко и громко пролаял. Людмила, дотянувшись, подставила под ручку спинку стула и метнулась навстречу выходившей из комнаты Галине. Резкий удар ногой в живот согнул ее.Людмила поймала падающую хозяйку и аккуратно положила на пол. Кухонная дверь содрогалась от ударов рвущейся собаки. Людмила прыгнула к входной двери и открыла ее. В прихожую вбежал парень. Увидев пытавшегося подняться Степана, сильно пнул его ногой в бок.– Нормалек, – войдя, оценил рослый. – На кой хрен мы? – усмехнулся он.– На кухне собака, – сказала Людмила. – Дог.– Слышали, – кивнул брюнет. Вытащив пистолет с глушителем, он подошел к подрагивающей двери, приставил к ней ствол глушителя и нажал на курок.– В ванную их, – обернувшись, бросил брюнет. Парень легко поднял Галину. Рослый, сунув за пояс пистолет, взял за ноги Степана и потащил его в ванную комнату.– Свяжите их так, чтобы могли писать правой рукой. Инструмент с собой? – взглянул он на Людмилу.– Разумеется, – улыбнулась та. Открыв сумочку вытащила перчатки, паяльник и упаковку иголок. – Мне кажется, ничего из этого не понадобится.– Дай Бог, – улыбнулся он. Вздохнув и натянув перчатки, вошел в ванную.Степан и Галина испуганно смотрели на бандитов. Рты жертв были заткнуты скрученными носовыми платками и заклеены крест-накрест полосками скотча. На кистях – наручники.– У нас мало времени, – сказал брюнет. – Нам нужны деньги. Пятьдесят тысяч долларов или рублями по сегодняшнему курсу нас устроят. Вам выгоднее отдать эту сумму. В противном случае вы испытаете сильную боль. А мы будем делать обыск и тогда заберем все, что понравится. Возможно, даже чайный сервиз. Итак, – затянувшись, он выдохнул дым в лицо женщине. – Где деньги?Замычав, она замотала головой.– Такой суммы вы набрать не сможете? – словно поняв ее, спросил брюнет.Галина энергично закивала.– Какой суммой вы располагаете? Она снова замычала.– Кричать не советую, – предупредил он и отодрал скотч.– Двенадцать тысяч, – морщась от боли, сипло проговорила Галина.– Где?– В сейфе, в спальне.– Код?Стоявшая у прикрытой двери ванной комнаты Людмила услышала два приглушенных хлопка.– Кого надобно? – подойдя к входной двери, недовольно спросил рыжий детина с трехдневной щетиной.– Бонжур, – услышал он мужской голос. – By пэрэтэ ке же фюм?– Что? – детина вытаращил глаза.– By пэрэтэ ке же фюм? – насмешливо повторил мужчина за дверью.Детина, щелкнув замком, распахнул дверь.– Что в переводе означает, – весело проговорил стоявший перед дверью высокий подтянутый смуглолицый мужчина в белом костюме, – разрешите закурить. Из всего французского у тебя получалось понятным только это.– Полковник, Артур! – взревел детина и, шагнув вперед, обнял гостя.– Эй, – засмеялся тот, – Русич, переломаешь ребра. Не для того я берег головушку, чтобы на родине сгинуть в ручищах своего подчиненного.Федор отпустил Артура, отступил на шаг, тряхнул головой.– Точно ты, – улыбнулся он. – Живой. А ведь вроде как разговор шел, что ты где-то в Африке остался.– Не всем разговорам нужно верить, – усмехнулся Артур. – Тем более что я уезжал из матушки-России только для того, чтобы вернуться. Ты давно дома?– Два года назад был с тобой в Сьерра-Леоне. Помнишь? – Русич оттянул ворот рубашки, показал широкий шрам на мускулистой груди. – Против комаджоров дрались. Потом президента, как его, гада?– Кабба, – подсказал полковник.– Во, – кивнул Русич. – Он, пес. Его скинули, ты тогда осколок в спину поймал, и тебя куда-то увезли. Вот и я через неделю нарвался. Три месяца провалялся в городе Зими, у границы с Либерией, а потом нас вернули…– Хорошо, что живой. – Артур похлопал его по плечу. – Африка с тех пор, как там научились убивать, постоянно воюет. И климат далеко не наш. Особенно тяжело приходится русским.– Точно, – кивнул Русич. – Я, когда первый раз туда прибыл, думал, Богу душу отдам. То жара, то дожди льют. Знаешь, – он широко улыбнулся, – когда в Россию вернулся в феврале, чуть не заплакал. Снежок, морозец. Никак надышаться не мог. Поехал за деньгой большой, а вернулся… – Он махнул рукой. – И растерялся. Чем заниматься, не знал. Как будто в другой мир попал. Если честно, было желание в иностранный легион вступить. Но… – Русич криво улыбнулся. – Не для меня курсантом быть. К тому же – как вспомню, что ты рассказывал… Вовремя одумался.– Ты принял мудрое решение, – кивнул Артур. – И давай закончим воспоминания.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

Хочется по Москве пройтись, просто прогуляться. Год назад я заскакивал в столицу, еще до кризиса. Сейчас, наверное, многое изменилось. Хотя, когда ехал сюда, вроде все так же. Поедем, заодно перекусим где-нибудь.– Так у меня, – признался Русич, – в кармане вошь на аркане.– Давненько мы не общались, – улыбнулся Артур. – Убери вещи, – он кивнул на чемодан и сумку, – и тронулись. Жизнь, Федор, продолжается.– Волчара, – входя в кухню, стриженый парень в спортивном костюме довольно улыбнулся, – ништякподработали. Сейчас можно…– Подвезло нам с тобой, – снимая закипевшую кружку с чифиром, кивнул тот.– Людка – деваха башковитая и в деле другому фраеру фору даст. Где она наблатыкалась так махаться? – удивленно спросил он.– Как только карате разрешили, – ответил парень, – она стала в платную секцию ходить и меня туда затащила. Я считал, что бугор все эти кьякалки. Но потом понял.– Например, я всегда говорю, – перебил его Волчара, – что опасней уличного баклана нет. Разумеется, если он по жизни хулиган и рос на улице. А все эти выкрики и удары ногами в голову – фуфло голимое. Порой в кино смотришь: он его с разворота по челюсти носком ноги садит, а тот стоит – и только брызги в разные стороны. Пока крутишься, любой увернуться успеет. Блевотину кажут, а мы рты раскроем – и сопли пузырями. Китаец тоже, наверное, каратек? Потому что кликуха такая. Из него азиат – что из меня негр, – хохотнул он.– Я не видел, как он дерется. Людка говорит, он вроде воевал где-то. Приехал мать хоронить, ну и с ментами сцепился.– Она давно его знает?– Лет десять. Я помню, он приезжал к ней часто. Вроде как расписываться собирались, но Юрка исчез куда-то. Людка вроде ездила к нему. Он в госпитале лежал. Я как раз по малолетке за мусора подсел. Показался он в баре, я ему и сломал два ребра. Менты наскочили кодляком и дубинками чуть не замочили. Пятерик оттянул. Год по малолетке, а досиживал на взросляке. Усилок был. А откуда ты Кочергу знаешь?– Я же к нему прикатил. Ну а он на иглу сел. Он еще в крытке начал легкими плеваться. Мы с ним в Балашове в одной хате торчали. Откинулся Кочерга на полгода раньше меня. В камере от нечего делать вроде как за житуху на воле базарили. Прикидывали, где можно по-крупному цепануть и на дно упасть. Сейчас житуха в общем-то нормалек катит, если, конечно, котелок на месте и варит. Я домой приехал, а там голяк. Мать в дом престарелых какой-то деляга сплавил. Хату у нее забрал и приватизировал, пес комолый. Пахан кони двинул, когда я на первый срок ушел. По бухе я в кинотеатре загул по-крупному устроил. Покалечил двоих, и мусора с боем брали. Мне и вкатили шестеру. Откинулся, через два месяца трахнули одного армяшку. Он, сука, с «дурой» был. Начал поливать. Приятелю моему ноги прособачил. Я ему жбан проломил. А тут мусора. Ну, я с «дурой» в отрыв пошел. Шмальнул в них раза четыре. Маслят больше не было. Меня на вокзале прихватили. Влупили червонец. А тут как раз кодекс менять начали. До двадцати пяти накручивают, да еще пожизненное дают. Откинулся я, что делать – не знаю. К матери скатался в дом престарелых, а она слезами умывается. Хуже, чем в тюрьме, у них там. Мы на нарах хоть знали, за что торчим, а они… Всю жизнь пахали да за колбасой в Москву катались. А сейчас там эта гребаная хозобслуга себе ряшки за счет стариков наедает – и все правильно. А мне стыдоба до не могу. Приехал к матери, привез коробку конфет. А она мне говорит, что сейчас бы с удовольствием картошки мятой с помидорами поела бы. – Волчара подрагивающими пальцами достал сигарету. Прикурил. – Я на рынок пошел, ну, одного спикуля и нагрел. Помидоров взял пакет, огурцов, бабок около двух тысяч. фруктов хапнул. В общем, успел мать подогреть. А на хвост уже мусора сели. Я тачку поймал, какой-то частник, дал ему в ухо и выбросил из машины. В общем, сумел уйти. Ништяк у него в «бардачке» бабки были. Около трех тысяч. Вот я и вспомнил базары с Кочергой. Прикатил в Рязань, – он глубоко затянулся, – нырнул на хату к Кочерге. Там его сеструха, сучка. Мол, уходи, уголовная морда. Сейчас милицию вызову. Я в городе пару дней крутился. В пивнухе узнал, что Кочерга в Подвязье. Прикатил к нему и обалдел. Он худой как скелет, да еще на кумаре. Кровью плюется, ломка началась. Дал ему на порцию. Вкатил он себе наркоты, вроде оклемался чуток. – Волчара усмехнулся. – Короче, понял я, что голяк здесь тащу. Ништяк ты заскочил. А ты откуда Кочергу знаешь?– С его братом, Саньком, вместе на взросляк поднимались. Он сейчас восемнадцать тянет.– Я сначала, – усмехнулся Волчара, – когда Кочерга за тебя сказал, прикинул, что по натуре какой-то деляга. Кочерга за тебя вроде как с уважением базарил. А увидел… – Он покачал головой. – Не обижайся, Толян, но…– Да все путем, – перебил его Толик. – Сейчас работаем и имеем прилично. Правда, я заметил, что ты на Китайца косишься, насмешливо так. Зря. Ведь у него и башка варит, ты сам говорил, и…– Да уж больно все у него с понтом под зонтом, а сам под дождем. Время какое-то, чтоб чуть ли не секунда в секунду.– Но ведь все срасталось.– Срасталось, – кивнул Волчара. – Но мне как-то непривычно. Я дважды на уши спикулей ставил. Без всякого времени, – усмехнулся он. – И тоже все путем. А тут…– Поэтому и в тюрьме сидел, – перебила его вошедшая в комнату Людмила.– Вы больно умные! – вскакивая, вспылил Волчара. – Нар не нюхали, а пальцы веером. Да я…– Вот что, Денис, – резко проговорил вошедший за Людмилой Китаец. – Надо кончать эту канитель. Я в тюрьму не собирался и не собираюсь. На рынке не торговал и не буду. Поэтому и убиваю потерпевших. К тебе претензий нет, твои взгляды искоса меня не трогают. Видел и хуже. Но давай решим: или мы работаем вместе, или расход.Волчара, покосившись, на Анатолия, шумно выдохнул.– Да я, – пробормотал он, – ничего против не имею. Я ни тебя, – он взглянул на Китайца, – и не их, – поочередно посмотрел на Людмилу и Толика, – не знал. Слишком все как-то заумно, – нашел он подходящее слово. – У нас все проще. Лапы в гору – и хапаем что есть. Но с тобой оно, конечно, ништяк.– Просто ты привык, – сказал Китаец, – быть лидером. А сейчас расклад немного другой. Думаешь, мне приятно потерпевших убивать? Я делаю это не потому, что хороший свидетель – это мертвый свидетель, нет. В таких случаях нацепил чулок на голову, и все. Но те, с кем мы работаем, повязаны с гладенькими дядями, которые и Уголовный кодекс не знают, уж не говоря о тюрьме. Для этого у них есть адвокаты и боевики. Если милиция может выйти на нас и, взяв, посадить, то эти гладенькие дяденьки и молодые люди, разъезжающие на иномарках, достанут нас где угодно. Все потерпевшие – и те, и сегодняшние – имеют «крышу». Надеюсь, я ясно объяснил.– Вполне, – кивнул Волчара. – Лично я при виде кровушки блевать не стану. Насмотрелся по самое некуда. Да и сам в ней трохи измазан. Только не привык я к таким заумным делам. Всего-то, – он махнул рукой, – взять барыг. А мы прямо как будто покушение на какого-то шишку готовим.– Для меня каждый налет, – серьезно проговорил Китаец, – больше, чем дело. Я не намерен останавливаться в самом начале. Я знаю, чего хочу от жизни, и у меня это будет. – Он вышел из комнаты.– Меня это устраивает, – негромко бросил Волчара.– Останови. – Полковник коснулся плеча водителя. Притормозив, тот взглянул на него в зеркальце заднего вида.– Если хотите бабенок, то лучше, если заскочим…– Я сказал, остановись! – резко прервал его полковник. Пожав плечами, водитель нажал на тормоз. Сидевший рядом с ним Федор, обернувшись, удивленно посмотрел на открывавшего дверцу полковника.– Вот уж не думал, Артур, что ты так по нашим шлюхам соскучился.Не ответив, Артур быстро пошел к группе молодых девушек, чья профессия не вызывала сомнений. Русич провожал его внимательным взглядом. Артур, подойдя к трем девушкам, ухватив за плечо стоявшую к нему спиной длинноволосую блондинку, развернул ее. Увидев выскочивших из стоявшей чуть в стороне иномарки двоих парней, Федор тоже вышел. Артур развел руками и, достав из кармана деньги, отдал их засмеявшейся путане.– Похоже, ты не просто подышать московским воздухом вышел, – прошептал Русич.Артур неторопливо шел к такси.– Чего это он? – спросил водитель.– Тебе-то что за дело? – огрызнулся Русич.– Да я так. – Таксист, видно, испугался. Полковник сел на заднее сиденье и прикурил.– Поехали домой, – буркнул он.– Мы долго здесь будем? – спросила лежавшая на кровати Людмила.– Я еще не решил, – ответил Китаец.– Ты сильно изменился, – сказала она. – Стал замкнутым, молчаливым. Знаешь, я знала, была уверена, что ты бандит. И если сначала как-то…– Давай не будем об этом, – недовольно оборвал ее Китаец. – Мы вместе, и все будет хорошо. Чтобы нормально жить, сейчас нужны большие деньги, а сделать их по-другому, – он усмехнулся, – я не могу.– Я люблю тебя. – Приподнявшись, она обвила его шею руками. – И верю, что у нас все будет хорошо. И знаешь, Юра, Может, это и странно, но мне нравится то, что мы делаем. Потому что эта, – она мотнула головой, – так на меня смотрела…– Поэтому ты и начала одна, – усмехнулся Китаец. – Только впредь так не делай. Можем попасть в очень глупое положение. Представь, что было бы, если дог сумел все-таки вырваться.– Китаец! – Вслед за коротким стуком в закрытую дверь они услышали голос Волчары. – Мы с Толькой в город выйдем. Надо же отметить…– Нет, – отрезал Китаец. – Если хотите отметить, то здесь. Выходить нельзя.– Это почему? – распахнув дверь, зло спросил Волчара. – Ты нас за пацанов держишь?– После того, – спокойно начал объяснять Китаец, – что произошло, наверняка вся милиция находится в состоянии повышенной…– И что, – перебил его Волчара, – нам вообще теперь носа не высовывать? Да за…– Тебя наверняка кто-нибудь узнает, – прервал его Юрий. – Сам говорил, что в столице много тех, с кем ты сидел. А сейчас все более или менее настоящие уголовники если не с мафией, то под ее контролем. Таких, как мы, называют отморозками. Те, кого мы сделали, наверняка имели «крышу», которая получала от них солидный процент. И у меня нет ни малейшего желания попасть в спортзал добрых молодцев, которые будут отрабатывать на нас удары, совершенствовать свою боевую технику. Ясно?Волчара хотел что-то сказать, но, махнув рукой, вышел.– Правильно базарит, – увидев вопрос в глазах стоявшего в коридоре Толика, буркнул он.– Превосходно, – сказал, восхищенно глядя на красиво ограненный кувшин, невысокий лысый мужчина. – Я беру партию.– Двадцать пять штук? – уточнил стоявший рядом с ним Никита Афанасьевич.– Пятьдесят.– Но цена, – напомнил Никита, – стала выше. Бензин Дорожает, а как следствие…– Я все знаю, – кивнул лысый. – Беру пятьдесят. Скажите, Никита Афанасьевич, где вы берете такое чудо? Насколько мне известно, в России давно не делают подобные изделия. Хрусталь, он, конечно, в цене, – кивнул снова лысый. – Хотя и не так, как прежде. Благодаря произошедшим в России переменам…– Анатолий Степанович, – с улыбкой прервал его Никита. – Я знаю ваш конек. Политика. Вы много и умно говорите про это. Но, смею вас заверить, мне все равно, как жили и будут жить остальные. В первую очередь…– Вот поэтому, – уже недовольно заметил лысый, – в России до сих пор нет настоящего порядка.– Как деловой человек я прежде всего думаю о своем деле, – спокойно отозвался Никита. – А уж потом – о России.– Значит, партия ушла? – спросил Василия мужчина с седыми висками.– Да, сегодня в пять утра. Они пришли в два, а в пять ушли обратно.– Почему ты ничего не говорил о том, что у тебя в Белоруссии есть знакомый, который может покупать наши изделия?– Но речь не шла о поставках в ближнее зарубежье, – пожал плечами Василий. – К тому же я не знал, чем дышит Васильке, – добавил он. – О том, что он директор строительной компании, мне было известно, но…– Его не удивила низкая цена? – спросил собеседник.– Игорь, – улыбнулся Василий, – низкая цена делового человека не удивляет, а радует. Уж если он прислал из Могилева три «КамАЗа», то, значит, ему выгодно это дело.– Отлично сказано, – кивнул Игорь. – Ты не теряй с ним связи. Вполне возможно, он найдет людей, которые тоже начнут покупать наши изделия. Конечно, твой знакомый будет иметь с этого, но если нас его предложение устроит, то немедленно сообщи.– Я закинул удочку, отправил письмо с водителем.– Правильно сделал, – одобрил Игорь, закуривая сигару. – Что с Яковлевой?– Она не соглашается, – поморщился Василий. – Говорит, если ее не оставят в покое, обратится в милицию.– Вот как, – Игорь усмехнулся.– Может, оставить ее в покое? – несмело предложил Василий. – А то действительно пойдет в…– Она прекрасный мастер, – перебил его Игорь. – Вещи с ее орнаментом экспонировались на международных выставках и пользовались большим спросом. Неужели она не понимает, что может жить по-настоящему? Ведь уже давно получает зарплату товаром. А за настоящие деньги выполнять ту же работу не хочет. Как это понять?– Игорь, – осторожно начал Василий, – надо что-то решать с так называемыми народными умельцами. Они торгуют везде – на рынках, на вокзалах. И, пытаясь сбыть товар, снижают цены. Тем более что ряд предпринимателей желают наладить поставку товара в Москву и Петербург.– Я слышал это и меры принял. Неужели ты думаешь, я за просто так отдал Родиону «мерседес»? Нашим ребятам работы хватает, и я не хочу, чтобы они привлекли внимание милиции разборками с хрустальщиками. А Родиона знают все. Он умеет дать кому нужно и сколько нужно. Хотя, если честно, сначала я в это не верил. Но ему слишком многое сходит с рук. Я размышлял о том, как привлечь его к нашим делам. Правда, думал, Валерий не согласится. Ведь он не берет его себе в солдатики.– Кстати, о Валерии, – вспомнил Василий. – Мы были у него в цехах. Условия просто ужасные. Мне кажется, и со мной согласен Никита, необходимо улучшить питание и…– Видишь ли, в чем дело, – с улыбкой перебил его Игорь. – Благодаря дешевой рабочей силе мы и там и тут имеем баснословную прибыль. Вспомни, как начинали. Деньги, конечно, были, и немалые, но сейчас, даже по прошествии почти года после кризиса, мы не уменьшили прибыль, а увеличили ее. И все это благодаря рабочим, которых поставляют люди Валерия. Конечно, если производительность начнет падать, придется что-то пересматривать, но сейчас мы идем в гору. Показатели растут. Правда, все труднее становится заключать договоры с заводом. Лубков с каждым разом все наглеет и требует уже процент с прибыли. К сожалению, он нам нужен. Но как-то воздействовать на него необходимо. Как думаешь, Григорий знает правду о нашем производстве? е – Догадывается, – немного помолчав, ответил Василий. – Несколько раз он как бы невзначай говорил о том, что было бы неплохо посмотреть наши цеха. Я уходил от ответа, – вздохнул он, – но он становится все настойчивее. Водители говорят, что на карьерах часто появляются люди Лубкова и из-за этого машинам приходится делать приличный крюк. Мы теряем деньги.– Ну что же, – решил Игорь. – С Лубковым нужно будет провести воспитательную беседу.– Насколько я знаю Григория, – сказал Василий, – словами его не проймешь. У него есть знакомые в уголовной среде, и поэтому он ведет себя вызывающе, если не сказать нагло.– Ладно, – немного помолчав, кивнул Игорь. – Лубковым займутся люди Валерия. Насчет частников успокойся, с ними уже сегодня будет проведена профилактика.– Привет, бабоньки. – Плечистый мужчина весело поздоровался со стоявшими за самодельным прилавком тремя женщинами. Позади него остановились четверо крепких парней. – Почем товар, красавицы? – взяв в руки хрустальную вазу, поинтересовался он.– За сорок отдам, – торопливо проговорила краснощекая, крепко сбитая женщина. – А если больше трех купишь, то…Договорить ей не дал короткий стук ударившейся об асфальт вазы. Открыв рот, она замерла. Парни тонкими металлическими прутами стали спокойно разбивать хрустальную посуду.– Да вы что, ироды?! – Выскочив из-за прилавка, краснощекая бросилась к одному из парней.Тот коротко и резко ударил ее кулаком в грудь. Ахнув, она упала под ноги улыбавшемуся мужчине. Начавшие было кричать женщины тут же смолкли.– Вот что, девоньки, – громко, с улыбкой проговорил мужчина, – это вам наглядный урок того, что цену сбивать нельзя. С каждым, кто будет продавать не по той цене, которую установим мы, будет так. – Он посмотрел на сверкающие под солнцем осколки хрусталя. – А если кто-то из вас пойдет в родную милицию, обещаем месячный отдых в больнице, загипсованные руки и ноги. Ну а если и это не подействует, организуем похороны за наш счет. Надеюсь, я высказался понятно. Цены будут сообщаться каждое утро. До свидания, милые, – засмеялся он и, подхватив хрустальную сахарницу, неторопливо пошел прочь.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

Они… – Замолчав, стал слушать. – Хорошо, – снова согласился он, – так и сделаем. А Эдуарду я позвоню немедленно.Отключив телефон, положил его на столик, зевнул и лег.– Нурик, – сонно пробормотала лежавшая рядом женщина, – кто звонил?– Карл. Таможня в Бресте задержала нашего человека. И еще он хочет, чтобы Лев приехал в Рим. Надо будет связаться с ним.– Господи, – зевнула женщина, – когда же ты будешь стоять во главе…– Об этом, Роза, сейчас даже думать опасно. Карл как бы читает мысли. В прошлом году… Помнишь Золотого? Так он тоже вроде как бы хотел стать вровень с Карлом. И что? – Невидимый в темноте, он усмехнулся. – Пропал. До сих пор никто не знает, где он. Надо будет часов в семь позвонить во Владимир. Сказать Льву, чтобы выезжал. И узнать, почему там Эдуард задержался.– Наверное, гуляет с девками, – сонно проговорила Роза. – Ведь все вы, мужики, кобели. А кавказцы вообще женщин за людей не считают. Только ты у меня…– Спи, – буркнул он. – И не забудь напомнить мне с утра, чтобы я связался с Владимиром.Войдя в комнату, Кардинал небрежно бросил влажное полотенце на спинку стула. Снявтренировочный костюм, начал натягивать джинсы.– Ты уже встал? – посмотрела на него с кровати Раиса.– Уже девять часов. – Он подошел и поцеловал ее в припухшие губы. – Вставайте, мадам. Сейчас легкий завтрак и небольшая экскур…– Эд, – без стука в комнату вошел Лев, – отец звонил Наврузу. Я должен лететь в Рим. И что-то, я не понял, что именно, случилось в Бресте.– Наверное, снова таможенники пытаются быть честными, – усмехнулся Кардинал. – Без меня, похоже, ничего не могут, – недовольно добавил он, подошел к зеркалу и стал причесываться. Блондинка, не стесняясь своей наготы, встала и набросила на плечи халат. – Как провел ночь? – спросил Эдуард.– Отлично, – довольно улыбнулся Лев. – Она просто душка. Я вижу, вы тоже довольны? – усмехнулся он.– Все чудесно. – Подойдя к Эдуарду, Рая поцеловала его в щеку. – Ты великолепен, – прошептала она. Обняв ее за талию. Кардинал улыбнулся:– Ты тоже просто душка. Ты заскочишь в Москву и скажешь коллегам, – обратился он ко Льву, – что я задержусь на неопределенное время.– Как здорово! – пылко воскликнула Раиса.– Я бы тоже остался, – вздыхая кивнул Лев, – но отцу возражать нельзя.– Точно, – согласился Эдуард. – Этого лучше не делать. А где хозяин?– Завтрак готов. – В комнату заглянула Алиса. – Вы что предпочитаете – свежие овощи, фрукты или…– Кофе, – сказал Эдуард. – И покрепче. Мне без сахара.– Я распоряжусь.– Секунду. – Он задержал Алису. – Где Игорь?– Его вызвали в город.– Что случилось?– Не знаю.– Ты, надеюсь, помнишь, – раздраженно проговорил он, – кто я? Не просто гость, а…– У меня есть хозяин, – с достоинством сказала Алиса. – И кроме того, я действительно не знаю, зачем он уехал. Слышала, как звонили.– Свяжись с ним и узнай.– Этого я сделать не могу, не имею права.– Мне бы такого секретаря, – немного помолчав, сказал Кардинал.– Завтрак подать сюда? – спросила Алиса.– Лучше в сад, – высказал пожелание Лев.– Отличная идея, – согласился Кардинал. * * * – Как это случилось? – нервно спросил стремительно идущий по узкому коридору Семенов.– Им, – ответил с трудом поспевавший за ним Пряхин, – как Вы велели, устроили двадцатиминутный перерыв. Принесли обед. И каждому курящему по пять сигарет. Двое рабочих подрались. Охранники попытались их разнять. Один вцепился охраннику в горло и сумел вместе с ним свалиться в форму для перекрытий. Охранника удалось вытащить. Но он здорово поломался. – Пряхин поморщился – рабочий остался там.– Это уже не первый, – усмехнулся догнавший Семенова Лобов. – Их в таких гробах из бетона полно.– И что?– Остальные прекратили работу, – возбужденно продолжил Пряхин. – Похватали кто что мог и сейчас стоят внизу и галдят.– Черт бы их побрал, – проворчал Игорь. – Где Ниндзя?– Валерий разыскивает брата Орехова, – ответил Лобов. – Он же обещал Кардиналу. Но, похоже, ничего у него не получится. Тот мужик как сквозь землю провалился. Уложил пятерых парней Ниндзи в доме тещи Орехова, брата своего захватил и исчез. Милиция Ритку пытает, – усмехнулся он. – Этот бандюга позволил ей мать в больницу отвезти. Я звонил Наседину. Тот матерится. Она, говорит, только плачет, и все. Ей уже раза два врача в милицию вызывали.– Свяжись с Кардиналом, – решил Семенов, – пусть позвонит Наседину и скажет, чтобы Орехову отпустили. Через нее нам скорее можно выйти на ее деверя.Подойдя к широкой железной двери, остановился. Из-за нее доносился гул голосов.– Скажи, чтобы наверху музыку погромче сделали, – бросил Семенов стоявшему у двери парню в черном.Тот включил висевший на шее передатчик. Трое охранников с пистолетами, распахнув дверь, вошли. Тогда Семенов осторожно шагнул следом. Вышел на помост.Внизу несколько человек в грязной одежде, исхудавшие и давно не стриженные, стоя тесной толпой, угрожающе загудели. Каждый держал в руках лопату, кирку или просто камень.– Гладиаторы, мать вашу, – усмехнулся Семенов. – Где здесь Спартак? – обратился он к охранникам.– Мы такого не знаем, – пожал плечами один.– Кто начал?– Да они как-то разом.– Дай-ка. – Семенов взял мегафон. – Внимание! – властно начал он. – Прекратите или мы открываем огонь. Таких, как вы, на улицах полно. Обещаю улучшить питание. Санитарные и жилищные условия. А также…– Ты нас на волю выпусти, – раздался хрипловатый муже кой голос, – а то…– Кто кричал? – спросил Семенов охранника. – Стреляйте в него. Если не поймут, кончайте всех. Смешаем с бетоном тогда будем думать.– Но у нас куча заказов, – возразил Лобов. – И все крупные. Мы потеряем клиентов иденьги. Работу останавливая нельзя. У нас…– Говорю в последний раз! – угрожающе прозвучал усиленный мегафоном голос Семенова. – Приступайте к работе. Все, что я обещал, будет сделано с сегодняшнего дня. Отпустить пока, – он сделал ударение на слове «пока», – мы никого не можем. Убить вас всех, а набрать других – да! Даю на размышление три минуты. Hе начнете работать – будем стрелять! Он поднес к мегафону часы. В наступившей тишине все услышали громкое тиканье.– Осталась одна минута, – услышали стоявшие плотной тол пой рабы. Трое пошли к тачкам и повезли гальку к раствору. Остальные тоже быстро разошлись.– Все, о чем я говорил, – вытерев пот со лба, с облегчением проговорил Семенов, – будет сделано. Через месяц с вами будут заключены договора. Мои предшественники неверно начали дели. Я исправлю их ошибку и надеюсь на ваше понимание. Но отпустить сейчас мы никого не можем.– Лихо он их, – усмехнулся один из охранников.– Умеет уговаривать, – кивнул второй.– Так, – взглянул на Лобова Семенов. – С сегодняшнего дня трехразовое питание. Сегодня же всех вымыть и создать более или менее человеческие условия для отдыха. Исполняй, – резко бросил он.– Может, им и женщин на ночь дать? – ехидно спросил Пряхин.– С женщинами поступить так же. Прекратить избиения. Приедет Карл – будем решать вопрос о наемных рабочих. Этих же, – он махнул рукой, – придется уничтожить. Но месяц они должны отработать. Тем, кто нуждается, оказать медицинскую помощь.– Но это какие расходы! – всплеснул руками Лобов.– Делайте, что я сказал! – бросил Семенов.– И что теперь делать будем? – тоскливо спросил лежавший на копне прошлогоднего сена Виктор. – Хорош скулить, – буркнул сидевший у выбитого окна заброшенной фермы Атаман. – На кой хрен за мной увязался? Сам же базарил, что…– Не мог же я тебя, раненного, бросить, – глухо проговорил Орехов.– Без тебя я бы себя уютней чувствовал, – огрызнулся Атаман. Взглянув на брата, покачал головой:– Хренушки подумаешь, что из одного пуза вылезли. Вообще-то паханы разные. – Но мой вроде работяга был, потом спился. Мать от него к твоему ушла. Ты появился. А он вообще запил, и привет. Где-то, говорят, по пьяному делу под поезд попал. Я сначала на мать злой был, но потом понял, что во всем виновата пьянка. Поэтому и зарок себе дал – никогда не пить помногу. Так, помаленьку, употребляю, и то без особой охоты. Приходится пить, а то подумают, что больной или закодированный. – Атаман засмеялся. – А у тебя как с этим делом?– Как и у всех, – пожал плечами Виктор. – По праздникам или после бани бывает. В общем, нормально.– Значит, ты тоже не в отца. Да, не повезло мамане с мужиками. Были два, и оба алкашня.– Как ты узнал, – спросил Виктор, – что мама умерла?– Я в зоне был, а там телеграф знаешь как пашет. Ты бабки получил?– Да, спасибо…– Ты это спасибо, – неожиданно разозлился Атаман, – знаешь куда сунь? Я матери на похороны выслал. Все-таки родила она меня. И знаешь, когда умерла, жаль стало. – Вздохнув, поморщился. – Жизнь гребаная. – Он махнул рукой. – Пока жива была, на хрен не упала. Умерла – хоть по-волчьи вой. Я сам себе судьбину делал. Почти двенадцать лет в зонах отбухал. И сейчас под ножом хожу. Но прежде чем меня зароют, я им, гребущенной породе, устрою гоп со смаком. Долго будут Степку Атамана помнить.– Почему тебя Атаманом зовут? – спросил Виктор.– Еще в школе дразнить начали, – усмехнулся Разин. – Фамилия и имя – как у атамана знаменитого. Только вот княжну в Волгу-матушку не бросал. Но все еще впереди. – Он засмеялся.– Что делать будем? – снова спросил Виктор. – Ведь…– Слушай, ты, – резко проговорил Атаман, – сделай кайф, испарись. Линяй к своей женушке под подол. Она у тебя нормалек деваха, подфартило тебе. Сейчас таких, наверное, хренушки найдешь. У меня была одна бикса. – Он криво улыбнулся. – Все в вечной любви клялась. А дела коснулось – подставила, стерва.– Перестань меня гнать, – недовольно проговорил Виктор. – Мы все-таки мой брат. Это раз. Во-вторых, из-за меня у тебя…– А вот этого не надо, – перебил его Атаман. – Я все по своей воле делаю. Сам начинаю, сам и ответ держать буду. Я к тебе только потому заскочил, что деваться некуда было. Знал, что менты тебя вычислят рано или поздно, но надеялся опередить. Ты бы пристроил меня куда-нибудь на месячишко Мне отлежаться нужно, а потом я бы по своим делам умотал. А позвонил – и обалдел. Ты меня чуть ли не на хрен посылаешь. Но выбора не было, вот и поехал к тебе. Слушай, если бы не эти козлята, ты бы меня принял, помог бы?– Не знаю, – честно ответил Виктор. – Я ведь тебя и не знал совсем. Помню, как ты за меня заступался. В общем, не знаю, – повторил он. – Если бы узнал, что тебя милиция за убийство разыскивает, наверное, даже сообщил бы о тебе.– Нормалек. Вот это братан, – усмехнулся Атаман. – Но все равно спасибо за правду.Посмотрев на него, Виктор нахмурился.– Что делать будем?– Ты задолбал своим «что»! – вспылил Степан. – Сейчас главное – разобраться с теми, кто на вас наезжает. С их стороны есть жмуры, поэтому…– Кто есть? – не понял Виктор.– Трупы. И поэтому нужно делать дырку в черепе их главшпану. Тогда все утихнет. Можно, конечно, выплатить неустойку, но дашь раз – постоянно нырять будут. У ментов на вас нет ничего. Правда, сейчас они Ритку пытают. Ну, стараются подловить ее на словах, – заметив, как встрепенулся брат, добавил он.– Если она ничего лишнего не вякнет, все будет путем. Так что выйдем на воротилу местного…– Как мы на него выйдем?– У нас есть адресок Бугая, – усмехнулся Атаман. – Если тот звонил насчет вас, значит, он с ними повязан. Вот он нам все и скажет.– Ты Бугая не знаешь, – усмехнулся Виктор. – Его не зря Костоломом прозвали. Там такой…– Видел я и блатней, – пренебрежительно бросил Атаман. – Все выложит, как грешник на исповеди.– Значит, думаешь, с Ритой все будет нормально? – спросил Виктор.– Ну, нервы ей потреплют, это точно, но она не дубоголо-вая и лишнего говорить не станет. А так вы как потерпевшие проходите. И вот еще что: если Какая война с ментами – не влазь, даже если меня запинывать будут. У тебя жена и сыновья. – Он вздохнул. – Ты им нужен. Если менты хапнут, вали все на меня. Мол, ей угрожал «дурой», ну, пистолетом, – поправился он, – чуть не убил. Мол, ты нужен был как шофер. И какой-нибудь жути подбрось, какая я псина. Иначе по делу поедешь – и все, суши весла. Кто раз в тюрягу занырнет, выбираться на пляж где загорают, не получается. И не надо ля-ля. – Увидев, брат хочет что-то сказать, он недовольно опередил его:– Я двою судьбинушку выбрал и знаю, чего стою и куда плыву. У тебя другой расклад. А сейчас давай пожуем. Что-то мы взяли у того коновала, мать его, козла, – сплюнул он. Опомнившись, взглянул на брата. – А женушку коновала ведь ты грохнул, – уверенно проговорил он. – Ты Ритку спасал.– Ты ей не скажи, – вздохнул Виктор, – я и то как-то…– Открывай консервы, – перебил его Степан, – надо трохи подзаправиться.– Добрый день, – почтительно проговорил Кардинал.– Здравствуйте, – улыбнулась вошедшая Мила. – Я могу видеть Игоря?– Он уехал по делам, – опередила открывшего рот Эдуарда вошедшая в комнату Алиса.– Вот ты где. – Шагнув вперед. Мила ударила Алису по щеке. – Стерва! – Ты понимаешь, куда…Ответная пощечина не дала ей договорить. Мила, поддернув юбку, пнула Алису в живот. Та отскочила и снова бросилась вперед. Мила блокировала удар.Лев вскочил и, желая остановить женщин, бросился к ним. Эдуард поймал его за руку. Остановившись, тот недоуменно взглянул на него.– Осади, – бросил Кардинал.Женщины, кружа, наносили и успешно отбивали удары. Заглянувшая в дверь Раиса, на мгновение остановившись, бросилась на помощь подруге.– Держи ее, – кивнул на нее Кардинал и встал между Алисой и Милой. – Я умоляю вас, дамы, – улыбнулся он, – не надо заходить столь далеко. Это приятное зрелище – поединок Двух красивых сильных женщин, но, когда он переходит границы, становится скучно. Женская драка – это для баб из подвалов. Вы же… – Не выдержав, рассмеялся.– Я тебя убью, – не сводя горящих ненавистью глаз с Алисы, бросила Мила.Тряхнув головой, та вызывающе бросила:– Отойди, Эдуард. Сейчас мы…– Знай свое место, стерва! – взглянув на нее, заорал он. – Она жена Игоря. А ты просто работаешь у него. Вам тоже не стоит вести себя подобным образом, – повернулся он к Миле. – Ревновать мужа к женщине, которая работает под его началом, – Привилегия посудомоек и уличных торговок. Не уподобляйтесь им.Разъяренная Алиса выскочила из комнаты. Раиса бросилась за ней.– Извините, – улыбнулась Мила. – У меня с этой гадиной старые счеты. Извините. Увидела ее – и не смогла сдержаться. Вы и есть тот знаменитый Кардинал? – Она внимательно посмотрела ему в глаза. – Рада видеть вас. – Она протянула руку. – Мила Анатольевна.– Эдуард. – Кардинал поцеловал ее руку. – Но ради Бога давайте не будем старить друг друга, величая по имени-отчеству, – улыбаясь попросил он. – Зовите меня просто Эдуард.– Хорошо. И давай на ты.– Она уехала, – сообщил подошедший к окну Лев.– Тебе, по-моему, тоже пора, – взглянул на него Эдуард.– Ох да, я и забыл.– Поедешь на машине, – спросил Кардинал, – или самолетом?– Машина, – улыбнулся Лев. – Боюсь летать с детства. Рожденный ездить летать не может.– Ну, стерва, – зло прошептала вцепившаяся в руль «девяносто девятой» Алиса. – Твое счастье, гадина, что помешали. Я бы тебя… – Переключив скорость, грубо выругалась.– Как провели время? – спросила Екатерина одетую в камуфляж Светлану.– Прекрасно, – улыбнулась та.– Знаешь, – с завистью сказала рыжая, – правильно говорят – с кем поведешься, от того и наберешься. Ты с ним всего два раза встретилась, а уже и говоришь по-другому. И глаза веселые.– Потому что мне с ним действительно хорошо. И не только из-за подарков или денег. Как с человеком. Я чувствую…– Как он в постели? – перебила подруга.– Самое то, – натягивая маску, ответила Светлана.– Значит, придется заняться им вплотную.– Знаешь, подруженька, все знают, что Пряхин бабник. Мне плевать на это. Если ты с ним переспишь так, чтоб я не знала, ради Бога. Но если узнаю, я тебе рожу расшибу. Поняла?– Ну, это мы посмотрим, кто кому. Был бы он свободен, я бы тебя поняла, но он женат, есть ребенок. Так что здесь у нас равные права. Мы обе будем шлюхами, которые затащили к себе в постель женатого мужика.– Я тебя предупредила. – Светлана хлопнула дубинкой по ладони. – Дело твое. Я свое не отдам. – Она быстро вышла.– Посмотрим, – прошептала Екатерина.Ангелина подошла к двери, за которой слышались глухие удары, и припала к глазку. По пояс голый Федор наносил быстрые сильные удары попеременно обеими руками по центовому мешку. Довольно улыбнувшись, она повернулась к стоявшим рядом двум парням.– Как он? – Восстановился после камеры очень быстро, – ответил первый. А ведь уже все-таки не мальчик.– Точно, – поддержал его второй. – Не хотел бы я с ним на узкой дорожке без пистолета повстречаться.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

– Классно, – подтвердил слова сестры Толик.– На ваш вкус, – отдав меню официанту, небрежно бросил Юрий. – Что-нибудь легкое. Салаты и какие-нибудь рыбные блюда. Ну а насчет спиртного…– Он взглянул на Толика. – Каждый берет по своему желанию.– Я – как ты, – бросил тот.– Хочу шампанского, – сказала Людмила. – Холодного. И мороженого.– Закуску на ваше усмотрение, – посмотрел на официанта Китаец. – Бутылку хорошего шампанского. Нам с молодым человеком, – он кивнул на Толика, – по сто пятьдесят коньяку. Не спрашивайте, какого, – опередил он официанта. – Здесь столько названий, что хочется перепробовать все. Я вам доверяю. Думаю, вы сумеете угостить нас превосходным ужином.– Разумеется, – улыбаясь, заверил официант.– Ты, надеюсь, без пистолета? – тихо спросила брата Людмила, как только официант отошел.Тот, хмыкнув, посмотрел на Китайца.– На этот раз, – улыбнулся тот, – я сам посоветовал Анатолию взять оружие. Нельзя забывать об обещании Волчары. Это раз. И второе: все-таки он был в баре, и его могут узнать. И в этом случае лучше стрелять первым. Или хотя бы успеть пару раз выстрелить, пока не убили.– Ну вас. – Людмила недовольно надула губы.– Что? – Аркадий вскочил с кресла. – Ты уверен?– Абсолютно, – ответил мужчина по телефону. – Это он.– Вот это да, – опешил Аркадий. – Значит, он, вполне возможно, затеял все это…– Что делать? – спросил собеседник.– Не упускай его из виду. Но так, чтобы он тебя не заметил. Судя по всему, он не так прост. И постоянно держи со мной связь. – Отключив сотовый телефон, задумчиво посмотрел в окно. – Совпадение или случайность? – пробормотал он. – Впрочем, это легко узнать. Смит! – позвал он. В кабинет быстро вошел рослый парень в темных очках. – Где-то в районе кафе «Росинка» обитают двое бомжей. Они проходят по делу о нападении трех наркоманов на мальчишку. Дом совсем рядом. В общем, узнаешь, где именно. Мне нужны эти двое. И немедленно.– Понял, – кивнул Смит и вышел.– Это становится все более интересным, – покачал головой Бакин.– Видишь вон того здоровяка? – спросил коренастый мужчина.– Ну, – мотнул головой сидевший рядом с водителем крепкий парень в спортивной одежде.– Иди за ним, – проговорил коренастый. – А ты держись немного в стороне, – велел он сидящему рядом парню. – Через каждые десять минут меняйтесь. Я хочу знать, куда он идет.Парни вылезли из «фольксвагена».Артур неторопливо шел по улице. Ему захотелось пройтись одному. Просто так. Идти по улице, улыбаться хорошеньким женщинам, в конце концов, радоваться тому, что он на родине и живой.– Мам, – услышал он жалобный детский голос, – ну купи мороженого. Я…– Отстань, – ответила молодая женщина. – Почем виноград? – спросила она.Ей что-то ответила продавщица в грязном халате.– Послушайте, – вздохнула женщина, – а чуть не уступите? Понимаете, сегодня брат домой вернется. Он почти год был в Чечне. Его освободили из плена месяц назад. В госпитале…– Проходи, милая, – выдохнув дым, огрызнулась продавщица. – Здесь не рынок. Цену не я устанавливаю.– Но поймите, – снова начала женщина. – Я…– Что угодно? – засуетилась продавщица, увидев двух подошедших небрежно-ленивой походкой молодых мужчин в дорогих костюмах.– Три кило винограда, – бросил один из них. – Помидоры свежие? – Протянув руку, всем видом выражая брезгливость, потрогал один помидор.– Мама, – снова заныл мальчик, – ну купи мороженого.– Я сказала, нет, – рассердившись, видимо, после разговора с продавщицей, отрезала она.– Господи! – громко ахнул Артур. – Зина! Вы ли это? Женщина удивленно посмотрела на него.– Какая удача, – поняв, что угадал имя, шагнул он к ней. – Эта встреча сэкономила мне уйму времени. Ваш брат еще не приехал?– Кто вы? – Женщина удивилась.– Я из центра реабилитации побывавших в плену, – вспомнил он услышанное по телевизору. – Понимаете, – вздохнул Артур. – Всем, кто был в плену, выдается денежное пособие. Но чтобы не травмировать самого освобожденного из плена, деньги выдаются его родственникам. Я вас видел в аэропорту, – наугад бросил он.– И вдруг вижу – вы. Мне поручено отдать небольшую сумму денег родственникам вашего брата. – Он, вытащив пачку пятидесятирублевок, сунул их в руку растерявшейся женщине. – Большое спасибо, – поблагодарил он, – а то мне нужно в аэропорт. До свидания.Не давая ей опомниться, Артур выскочил на проезжую часть, голосуя, вскинул руку.– Подождите, – проговорила женщина, – но…– Прямо, – едва машина остановилась, бросил Бонич. – И быстрей. Там разберемся куда.– Вот это да! – обрадовался мальчик. – Сколько денег. Это…– Это просто хороший человек, – глядя вслед машине, прошептала женщина.– Ты веришь в Деда Мороза? – неожиданно спросила она.– А что? – растерялся мальчик. – Новый год еще не скоро, – улыбнулась она, – а тебе уже подарок сделали. И все-таки чудеса бывают.Мальчик с удивлением смотрел на вдруг подобревшую маму.– Во, – увидев впереди небольшой стеклянный коммерческий магазин, кивнул Артур. – Останови здесь. Потом отвезешь назад, туда, где взял. Это за доставку сюда. – Он отдал водителю пятьдесят рублей. – И столько же за назад, – улыбнулся он.– Во чудик, – усмехнулся водитель, убирая деньги в карман и глядя вслед идущему к магазину Артуру. – Побольше бы таких, и жить веселее бы стало.«Похоже, мне на хвост эти двое упали», – усаживаясь за столик в баре, хмыкнул Волчара. Он, сославшись на то, что пойдет за сигаретами, вышел вслед за Артуром. Попив пива в небольшом буфете, вышел на улицу. И как-то неожиданно для себя отметил, что его ведут двое парней. Покрутившись по улице, убедился, что прав. Увидев пивной бар, зашел.«Какого хрена им надо? – заказав официантке пиво, зло подумал он. – Может, прав старик и это приятели пострадавших? Но тогда чего лазают за мной? Где старик живет – наверняка они в курсе. Да и не похоже, чтоб они хотели меня вырубить где-нибудь в темном уголке. Я давал им такую возможность. Не клюнули, суки».Взяв принесенное официанткой пиво, начал пить. Парни, сев у входа, тоже взяли по кружке.– Слышь, Коль, – обратился подошедший к «Волге» мужчина, – чего-то Андрея не видать. Где он, не знаешь?– Черт его знает, – пожал плечами сидевший за рулем пожилой мужчина. – Мужики говорят, видели, как он на иномарке с какими-то пареньками катался.– Наверное, все-таки решил показать того мужика, – сказал подошедший, – которого он по фотороботу узнал. Денег загрести захотел. Во дурень-то. Загребет столько, что хрен унесет.– Точно, – согласился пожилой. – Он им покажет, а его и того. – Он провел ребром ладони по горлу.– Ты уверен, что это он? – Араб положил фоторобот перед сидевшим с сигаретой коренастым мужчиной.– Точно, – кивнул тот. – Правда, я его, парня, еще одного мужика и бабу с Савеловского отвез…– Это сейчас не важно. Коньяку не желаешь?– Налей, – кивнул таксист.«Вот это неожиданный сюрприз. Выходит, мужик что-то свое хочет. Но как он вышел на нас? – задумался Аркадий. – Ведь перед ней этот спектакль разыграл лишь для того, чтобы… Наверное, просто в тебе, Аркаша, говорит ревность. Ведь Софи сказала, что все было спонтанно. К тому же нет никакой уверенности, что это именно он. Хотя вышел он из квартиры, где стоит телефон с номером; Значит, он звонил Жанне. Хозяин этой квартиры – старый полковник в отставке, бывший сотрудник специальной группы КГБ. Был инструктором в лагере спецгрупп. Впрочем, все это объясняет умение этого типа. Он легко прорвался к выходу из бара. Что ж, можно звонить Наврузу. – Протянув руку к телефону, остановил себя:– Рано. Надо сначала все окончательно выяснить. – Он снова посмотрел на экран видеомагнитофона. Развалившийся в кресле таксист залпом выпил рюмку коньяку, взял из вазы виноградинку. – Побалдей пока, – усмехнулся Аркадий. – Сейчас он чувствует себя суперменом, такое внимание и почет». Усмехнувшись, закурил.– Кто? – Жанна подошла к двери.– Навеки ваш Артур, – услышала она знакомый голос. Когда она открыла дверь, то увидела большой букет роз.– Какая красота! – Ахнув, взяла букет и, прижав к груди, засмеялась. – Спасибо, – прошептала она. – Мне очень давно не дарили цветов от сердца. Она вздохнула и поцеловала Артура. – Спасибо, милый.– Это тебе спасибо.– За что же? – сказала Жанна, сделав шаг на кухню, чтобы налить воды в вазу.– За то, что ты есть.Жанна замерла.– Мне так никогда не говорили.– Потому что ты не знала меня.– Что там случилось с твоим учителем?– Ничего страшного. Подвыпившие юнцы решили поучить старика жизни. Вмещался прохожий, гость Москвы. Все хорошо.Войдя в комнату, Артур остановился. Стол был празднично накрыт.– И все-таки в жизни бывают праздники, – улыбнулся он.«Вот сучата, – зло думал Волчара. Парни, уже не скрывать, ходили за ним.– Какого хрена им надо?» – старался понять он.Не найдя даже приблизительно правильного ответа, выругался.Остановившись, повернулся. Парни тоже остановились и закурили.– Вы, кашалоты, – зло спросил он, – какого хрена вам нужно?– Ты чего базаришь? – рванулся вперед один. Взвизгнув, схватился за ляжку и упал. Рванувшийся было за ним второй парень замер.– Ты это… – вытягивая перед собой руки, забормотал он, – спокойнее. Я…– Кто послал? – Вытащив пистолет с глушителем Волчара направил его на парня.– Это… – Уткнувшись спиной в опору качелей, парень застыл. – Не убивай, – неожиданно жалобно попросил он. – Нам Ленька Араб тебя показал. И сказал – ходите за ним. Сначала вроде как незаметно, а потом в открытую.– Кто такой Араб? – спросил Денис. – Где его можно найти? Лежавший рядом, видимо, сначала потеряв от боли сознание, очнулся и громко застонал, обхватив простреленное бедро.– Заткнись! – Прыгнув к нему, Волчара ударил его по голове рукояткой пистолета.Второй парень воспользовался этим и прыгнул за угол дома. Волчара вскинул пистолет и нажал на курок. Чуть слышный хлопок выстрела – и пуля выбила фонтанчик бетонной пыли из стены. Выматерившись, он сильно пнул лежащего парня.И сразу побежал через двор. Выскочив на улицу, замедлил шаг и неторопливо пошел вперед.«Надо сваливать отсюда, – решил Денис. – Похоже, меня вычислили эти сучары. Не попал я во второго, – недовольно думал он. – Тары-бары развел. Надо было сначала пулю всадить, а потом и базарить».Он увидел идущие на скорости три иномарки. Они шли одна за другой, непрерывно сигналя. Инстинктивно рванулся назад. Опомнившись, остановился, но тут же прыгнул за коммерческий ларек. Машины, притормаживая, замедлили ход и, перестав сигналить, свернули ко двору, откуда вышел Волчара. Он рванул в сторону. Забежав за угол ларька, остановился. Две машины прошли дальше. Третья остановилась у проезжей части.«Козлы вонючие», – стараясь держаться за ларьком, думал он.Из машины вышли по крайней мере трое. Волчара слышал три хлопка дверцами и попятился назад. Увидев слева «Москвич», присел за ним. И сделал это своевременно. Появились трое крепких парней, на них, несмотря на жару, были куртки. Волчара лег.«Только бы хозяин этого драндулета не вышел», – подумал он. И увидел, как от ларьков с двумя пакетами в руках быстро идет молодой мужчина в камуфляже.Волчара выругался про себя и отполз к двери переднего пассажира.Мужчина открыл дверцу водителя и, поставив пакеты на сиденье для пассажира, сел сам. Волчара откатился вправо и метнулся за большой железный ящик. Вытащив из сумки пистолет, облизнул пересохшие губы.«Вот это влип», – затравленно оглядываясь, подумал он и увидел проезжавшую мимо третью иномарку. В машине было четверо. Как только машина въехала во двор, сунул пистолет в сумку и побежал вперед. Выскочил на проезжую часть, поднял руку.– Куда? – остановив «шестерку», спросил длинноволосый парень.– Павелецкий, – ответил Волчара. – Сотню даю.– Поехали.Волчара посмотрел назад. Вздохнув, усмехнулся:– Короче, вот что, земеля, даю двести. Тормозни минут на десять. Мне тут посмотреть кое на что нужно.– Бабки вперед, – останавливая машину, сказал парень.– Вот сотня, другая – на вокзале.Артур и Жанна, плотно прижавшись друг к другу, танцевали под медленную музыку.– Я люблю тебя, – прошептал Бонич и легко коснулся ее губ.– Я тоже люблю, – улыбнулась она, – очень люблю тебя. Знаешь, – остановившись, неожиданно предложила она, – давай сходим к женщине с сыном, благодаря которым мы познакомились.– Давай, – охотно согласился он.– Разумеется, там его нет, – усмехнулся Аркадий. – Я знаю, где он. Смит! Собери парней. Прогуляемся в одно место. И будьте начеку.– Привет, земляк, – услышали они хрипловатый голос. Артур и Жанна остановились, к ним подходили двое вчерашних бомжей.– Курить нужно? – улыбнулся Артур. – Держите.– Спасибочки, – буркнул второй. – Ты это, будь настороже. Тобой какой-то новый русский интересуется. Нас к нему возили. Он про эту бойню с наркоманами очень интересовался. Как все началось, о чем ты с бабой разговаривал. С ней. – Он мотнул головой на Жанну. – В общем, интерес к тебе у него имеется. А мужик крутой. Парнишки со стволами у него на подхвате. Нам по стаканчику накапали, закусить трохи дали. Но мы чего? Ничего, говорим, не знаем. Видим – драка и мусора какого-то мужика вяжут. А тут его половина подскочила с подругой и отмазала от ментов. Если что не так вякнули, ты уж извини, земеля. Лишнего вроде не базарили.– А куда вас возили? – быстро спросила Жанна.– Хрен его знает, – пожал плечами первый. – Контора какая-то. Ну, офис сейчас называют. Да, земляк, у них номер твоего телефона. Вроде адрес шукать по нему хотят.Артур холодно взглянул на Жанну.– Это Аркадий, – поняв его взгляд, прошептала она. – Он был, когда ты звонил. Я на кухню ушла, он кофе попросил и сказал, что руки мыть пошел. А у меня телефон с автоответчиком. Он, наверное, номер и переписал. Ты поезжай домой, – Жанна вздохнула. – И увези своего учителя. Аркадий это. – Не стесняясь бомжей и на мгновение прижавшись к Артуру, поцеловала его и быстро пошла к подъезду.– Тебе-то тогда досталось, – увидев синяк под глазом бомжа, улыбнулся Артур. – Ты его за ногу держал. Это…– Нет, – показал головой мужик с подбитым глазом. – Держал он. – Он кивнул в сторону приятеля. – Это мне мусора тогда в отделении заехали. Нас же ночь продержали. Ну и, как всегда, трохи поддали. Не от злости, а для профилактики. – Он усмехнулся.– Ладно, мужики, – сказал Артур, – поеду. Спасибо за предупреждение. И вот еще что. – Сунув руку в задний карман, достал деньги. – Держите. И за ней приглядывайте. Это вроде как аванс за охрану.Сказал это потому, что увидел, как, переглянувшись при виде денег, бомжи сделали шаг назад. У него в этот раз они деньги не взяли бы.– Ништяк. – Мужик с подбитым глазом взял купюру. – Присмотрим за девкой. Ты не боись, у нас здесь все схвачено. Если чего, мужики подмогут. Вон в том дворце, – он показал на недостроенный корпус пятнадцатиэтажки, – их полно.– Пока. – Артур махнул рукой и рванулся к проезжей части.– Ништяк мужик, – глядя ему вслед, буркнул «подбитый глаз». – Придется присматривать за девахой.– Конечно, – потирая руки, согласно кивнул его приятель. – Сейчас похавать возьмем, пузырек, и в дозоре веселей будет. Надо еще Митяя кликнуть. Раньше, до того как на улицу ушел, какой-то борьбой занимался. Если что – он мужик ломовой. Я раз видел, как он троих охаживал.– Планы меняются, – посмотрев на часы, сказал Волчара. – Ты поторчи здесь с часик. Дождешься – двести маешь. Вот задаток. – Он сунул водителю полсотни. – А не дождешься – потом подловлю и колеса хавать заставлю.Не дожидаясь ответа, быстро пошел к дому напротив. «Похоже, они, сучары, адрес срисовали, – на ходу думал Волчара, – и сейчас в гости к старикану нарисуются. Артура нет, они деда и сделают. Мне бы, конечно, на хрен этот дед упал, но мужик хороший. Если, в натуре, они там, с ходу шмалять буду», – решил он.Артур вытащил сто долларов.– Вот, – показал он водителю. – Нужно быстро, но аккуратно.– Сделаем, – кивнул рослый молодой мужчина.– Приготовьтесь, – тихо сказал Смит четверым парням с пистолетами.Подняв руку, нажал на звонок.– Артур, – вслед за щелчком отпираемого замка услышали они голос Жанны.– Ты? Вернулся?.. – Открыв дверь, оборвала себя на полуслове. – Что вам нужно? – холодно спросила она.– Разрешите. – Смит оттолкнул ее плечом.– Да как вы смеете?! – возмутилась она. Смит шагнул вперед и, хрипло вскрикнув, согнулся. Парни вскинули пистолеты. Жанна захлопнула дверь.– Не стрелять, – поняв, что в квартире, кроме женщины, никого нет, помня наказ шефа вести себя с ней предельно вежливо, остановил парней коротко стриженный крепыш.– Эй! – раздался бас поднимавшегося по лестнице лохматого здоровяка.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

– Какого вы здесь делаете? Ну-ка свалили на хрен!– Сдерни, гнида, – презрительно бросил один из парней. Подкрепляя свои слова, он выбросил ногу. Детина, поймав ступню под мышку, повернулся. Взвыв от боли в вывернутой ступне, парень покатился по лестнице. Еще один от мощного удара в грудь взмахнул руками, выпустил пистолет и упал на площадку. Третий с коротким криком-выдохом ударил детину ногой в голову. Тот, ухватившись за перила, устоял и подсек ноги шагнувшему к нему четвертому. Тот рухнул спиной на площадку и ударился затылком. Последний снова выбросил ногу. Детина, по-боксерски поднырнув под ногу, сильным ударом в живот согнул парня и, выпрямляясь, кулаком отбросил его назад.– Суки, – прогудел он.Сухо треснул выстрел. Покачнувшись, детина снова попытался ухватиться за перила, но не смог и рухнул головой вниз на ступеньки. С трудом поднявшись, Смит с пистолетом в руке начал спускаться. Навстречу ему бежал Араб. За ним – трое крепких ребят.– Ты куда? – зло спросил Араб и прорычал:– Забирайте этих недобитков! Оружие возьмите.Глядя на лежащего с разбитой головой детину, хмыкнул. Парни помогли подняться двоим и, подхватив двух других, начали спускаться вниз.– Господи, – качая головой, промычал сидевший на заднем сиденье «шестисотого» Аркадий, – какие идиоты. Трогай, – приказал он.– Где же Михай? – тихо спросил сидевший на корточках за бортиком детской песочницы бомж с подбитым глазом. – Видал, сколько их? – Он мотнул головой на три машины. – Не прибили бы его там.– Наверно, замочили, – прошептал другой. – Троих вынесли. Он им успел навесить, а остальные его сделали. Сейчас уедут – посмотрим.– Если там трупы, – сказал первый, – то и соваться не стоит. Потому…– Стоять! – раздались властные крики. – На землю! Мордами вниз!Хлопнул выстрел. Коротко простучала автоматная очередь. Послышались удары и вскрики.– Сваливаем, – прошептал «подбитый глаз».– Вы звонили? – спросил рослый омоновец с закрытым лицом открывшую дверь Жанну.– Я, – кивнула она. – Услышала шум драки. И, кажется, выстрел. Сразу позвонила. Я… – Не договорив, уставилась немигающим взглядом вниз.Омоновец понял – она увидела лежащего на лестнице детину с разбитой головой и раной в груди.– Извините. – Мягко, но настойчиво омоновец оттеснил ее назад. – Вам это ни к чему.– Я знаю, кто и зачем прислал сюда парней, – прошептала побледневшая Жанна.– Что? – не расслышал омоновец.– Кого убили? – чуть громче спросила она.– Судя по виду, какого-то бомжа. Вы не узнали его?– Неужели вы считаете, – пришла в себя Жанна, – что среди моих знакомых могут быть нищие?– Я думал, вы лучше, – сухо проговорил омоновец и вышел. Повернувшись, не дал ей закрыть дверь. – Сейчас с вами будет говорить сотрудник милиции, – по-прежнему казенно-официальным тоном проговорил он. – Расскажете, что слышали.– Я не могу оставаться в открытой квартире, – рассердилась Жанна и хлопнула дверью.Волчара, осторожно поднявшись по ступенькам, подошел к квартире Владимира Ивановича. Достал пистолет, взглянул на лестницу сверху. Потом вздохнул, достал из заднего кармана ключ, который дал ему старик, и сунул в замочную скважину. Дверь открылась. Выставив вперед руку с пистолетом, замер.Шумно вздохнув, ногой толкнул дверь и прыгнул вперед. Споткнувшись о выставленную ногу, упал. Пытаясь смягчить падение, инстинктивно выбросил вперед руки. Пистолет отскочил в сторону. Едва Волчара коснулся руками пола, сильный удар по затылку выбил из него сознание.– А говорили – крутой, – усмехнулся один из троих парней.– Видали мы таких, – кивнул второй.– Теперь можете спокойно отдыхать, – улыбнулся сидевший в кресле рядом с кроватью мускулистый мужчина. – Все кончено. И впредь выбирайте себе знакомых. – Он кивнул и, поднявшись, шагнул к двери.– Стоять, – услышал он негромкий голос. – И руки за голову.Удивленно повернувшись, увидел в руке Владимира Ивановича направленный на него револьвер.– Вот это да, – удивился мускулистый.– Советую выполнять мои команды, – спокойно проговорил Владимир Иванович.– Стреляю я прекрасно. Калибр пять и шесть, – улыбнулся он. – Ствол чуть расширен. Уверяю вас, молодой человек, выстрела никто не услышит, поэтому не надо делать глупостей.– Чего ты хочешь? – Мускулистый сглотнул.– Скажите своим людям, – тем же тоном проговорил Владимир Иванович, – чтобы они немедленно оставили в покое Дениса и убирались. Ты останешься попить чайку. У меня есть замечательное варенье, клубничное.– Обожаю клубнику, – постарался казаться героем мускулистый, хотя чувствовал себя совсем по-другому. Какой-то старик угрожает ему! Однако пистолет в старой руке не подрагивал, – Парни! – громко проговорил мускулистый. – Оставьте этого и уезжайте! Сюда не входить!– Последнее сказано зря, – спокойно отметил старик. – Тебе все равно никто не поможет.За дверью раздался грохот упавшего тела. И тут же звон разбитого стекла.– Зеркало, – поморщился Владимир Иванович. – Из Германии привез. Жалко.Послышался сдавленный стон. Снова упало что-то тяжелое.– Этого не трогать! – приказал старик.Дверь распахнулась, и ворвался Артур. На его щеке была кровь.– Где ты был? – недовольно спросил Владимир Иванович. – Ведь понял, что у нас неприятности. Квартиру нашли по номеру телефона. – Он кивнул на стоявшего с поднятыми руками мускулистого. – Мне этот молодой человек сообщил. Как там Денис? – Опустив пистолет, он начал подниматься.Мускулистый, крутанувшись, нанес удар ребром ладони. Артур, поднырнув под обдавшую голову воздухом ладонь, всадил кулак в солнечное сплетение противника. Тот, охнув, начал падать головой вперед. Бонич поймал его и осторожно положил на пол.– Как вы? – взглянул он на старика.– Будет еще лучше, если мы немедленно уедем отсюда. Как там Денис? – с тревогой спросил Владимир Иванович.– Вполне, – кивнул Бонич. – Даже умудрился одного довольно сильно ударить ногами. Сейчас, по-моему, разбирается с ними. – Он кивнул на дверь, из-за которой доносились мат и звуки ударов. – Он лучше, чем я думал. Пришел, хотя наверняка знал, что здесь гости.– Бери свои вещи, – сказал старик, – и мы немедленно уезжаем. У меня в гараже «Таврия». Ключи в тумбочке под телевизором.Артур недоуменно взглянул на Владимира Ивановича. Тот никогда не говорил о том, что у него есть машина.– Я не хотел, чтобы ты раскатывал по городу на машине, проворчал тот. – Сейчас столько аварий.– Ну, – заглянул в комнату Волчара, – как здесь? Увидев лежащего мускулистого, с матом прыгнул к нему и с силой пнул в голову. И еще раз.– Хватит, – приказал старик, – не то убьешь. Тогда милиция проявит интерес, а мне этого совсем не хочется. Надеюсь, там, – он посмотрел на дверь, – живые остались?– Остались, – хмуро кивнул Волчара. – Гребни поганые.– Что у тебя с головой? – увидев кровь на его шее, спросил старик.– По башке чем-то смазали.– Скорее всего пистолетом, – сказал Артур. – Я жду вас внизу.– Забирай свое имущество, – оглядев спальню, сказал Владимир Иванович.– Мы переезжаем.– Вы это… – Волчара кашлянул. – Езжайте. Ведь эти псы на меня охоту устроили. Я знаю почему, так что…– Ты слышал, что я сказал? – сурово посмотрел на него Владимир Иванович.– Мы переезжаем. Так что делай, как тебе сказано.– Этих я связал, – услышали они голос Артура. – Все живы. Но здоровьем похвастать не могут.– Они, – вытирая кровь, буркнул Волчара, – за…– Разговоры потом, – резко оборвал его Владимир Иванович. – Уходим. – Постукивая тростью, двинулся к выходу.– Кретины, – обхватив голову руками, простонал Аркадий. – Что же я наделал? – Надо все исправлять. Но как? – с отчаянием спросил он. – Ведь эти болваны наверняка будут давать показания, потому что там есть труп. Господи, что же делать? – Он с шумом выдохнул. – Вообще-то заставить замолчать боевиков нетрудно. Сейчас только Жанна может приобщить меня к этому делу. Да, только она. – Протянув руку, взял сотовый телефон.– Да ты что? – испуганно воскликнула Софи.– То, – сердито проговорила Жанна, – что я сказала. Люди Аркадия пришли, чтобы убить Артура. И во многом благодаря тебе, подруженька.– Значит, по-твоему, – вспылила Софи, – я виновата в том, что ты затащила Артура к себе, а теперь, когда Аркадий узнал об этом… Извини, – прошептала она. – Я что-то не то говорю. Но пойми, я не думала, что так получится. Просто позвонила Павлу…– Вот, – перебила ее Жанна, – ты немедленно позвонишь Павлу и узнаешь, почему устроили охоту на Артура. В чем он виноват перед ними? Если это ревность, я обращусь к людям Карла, и они поговорят с ним.– Жанка, – опустив голову, вздохнула Софи, – понимаешь, в чем дело. Помнишь, многие говорили о перестрелке в баре «У Флинта» на Петровке?– И что? При чем здесь… – Нахмурившись, Жанна замолчала.– Вот именно, – обрадовалась Софи. – Артур был в том баре. Так сказал один таксист. Он и увидел его случайно в каком-то переулке на Кутузовском проспекте. Потом проверили номер телефона и вышли на квартиру. В ней какой-то старый военный живет. Теперь понимаешь, кто такой твой разлюбезный Артур?– Я не верю в это. Не может он быть преступником. Не может! Он совсем недавно приехал из Франции. Не знаю, что он там делал, но…– И ты поверила? – покачала головой Софи. – Я, когда все узнала от Павла, очень за тебя испугалась. – Она, прижав ладони к вискам, покачала головой. – Я из любопытства съездила к бару. Господи, что же там творится! – Софи всплеснула руками. – Теперь понятно и то, почему он так легко разделался с наркоманами. Он профессиональный киллер.– Нет. – Жанна покачала головой. – Артур не киллер. Я чувствую, он прекрасный человек. И не потому, что люблю его. Хотя и поэтому тоже. Я не могла бы полюбить негодяя.– А кто сказал, – услышали они насмешливый голос, – что киллер обязательно негодяй? Это просто такая профессия. Как говорится, призвание. – В комнату, улыбаясь, вошел Павел.– Убивать людей – призвание? – покачала головой Жанна. – Что ты такое говоришь?– Подожди, – чмокнув Софи в щеку, улыбнулся он. – Раньше, когда приговаривали к расстрелу, исполнителем мог быть не каждый. К этому нужен талант. Да, расстреливали убийц, садистов и прочую нечисть. Но где гарантия, что убитый по заказу человек не мразь, место которого в гробу?– Что с Артуром? – тихо спросила Жанна.– Ничего, – усмехнулся Павел. – У него отличная бригада. Отделали четверых парней Смита. На квартире старика уложили Рэма с его боевиками. Слава Богу, – он шутливо перекрестился, – никого не убили.– Как? – испуганно спросила Софи. – Он ушел от ваших людей?– Да, и довольно легко. Аркадий послал туда парней, чтобы забрать тело ее кавалера. – Он рассмеялся. – А они привозят Рэма и четверых еле живых парнишек. Правда, Рэм что-то и про старика говорил. Но так, оправдывался. Аркадий сегодня понес весьма ощутимые потери у твоей квартиры. Кто-то уложил парней Смита. Ему тоже перепало от какого-то амбала. Его шлепнули.– Ты так спокойно говоришь об убийстве человека? – ужаснулась Жанна.– А что, я должен рыдать и посыпать голову пеплом? Все, кто не с нами, против нас. Следовательно, и я буду спать спокойно, зная, что еще один враг спит вечным сном.– Ты хоть знаешь, кого убили на лестнице?! – не выдержав его издевательски-спокойного тона, закричала Жанна. – Бомжа, который жил в недостроенном доме! И почему вдруг эти несчастные стали вашими врагами?– Подожди, – опешил он, – как бомж? Ведь…– Да. Убитый – бомж…– Вот это да, – растерялся Павел. Выхватив сотовый телефон, прожал было номер, но тут же отключил телефон и спросил Жанну:– Ты точно знаешь?– Я опознавала его. Вместе с другими жильцами. И приводили бомжей, товарищей этого бродяги.– Лихо. А мы хотели было послать парнишек выгнать этих бомжей. Фирма, которая строит дом, пыталась, но безрезультатно. Если там все такие, как этот бродяга, то мы понесли бы ощутимые потери. А теперь давай вернемся к твоему знакомому, – серьезно проговорил он. – Ты знаешь…– Мне Софи рассказала, – опередила его Жанна. – Я не верю в это. Не мог Артур…– Так, – недобро взглянул на опустившую голову Софи Павел. – Вот что значит женский язык. Впрочем, я сам виноват. Но ладно. Где он сейчас может быть?– Если бы даже я знала, – перебила его Жанна, – то все равно не сказала бы. Вы же убьете его. Я видела лица тех парней, которые пришли…– А ты действительно ударила Смита? – весело спросил он. И, увидев ее утвердительный кивок, захохотал. – Теперь Смиту не жить. Его задолбают этим. Баба уложила хваленого Смита. – Павел оборвал смех и серьезно предупредил:– Я вам ничего не говорил, ясно? И вообще у нас с вами о твоем знакомом разговора не было. Надеюсь, вы поймете меня правильно. И еще… – Вздохнув, он некоторое время молча смотрел на Жанну. – Мой тебе совет: не встречайся с ним. Если будет звонить, сразу скажи, что между вами все кончено. Это лучшее, что ты можешь для себя сделать. С ним все равно рано или поздно будет кончено. По крайней мере из Москвы ему уже не уйти. Так что последуй моему совету. А сейчас давайте поужинаем. И необходимо выпить. Сегодня был очень нелегкий день. Надеюсь, у тебя найдется что-нибудь…– Паша, – немного виновато проговорила Софи, – но ты же знаешь, что у меня сейчас…– Понял, – улыбнулся он. – Что дамы будут пить? – доставая сотовый телефон, спросил он.– Мне нужно идти, – вздохнула Жанна. – Уже поздно и…– Тебя отвезут, – сказал Павел. – Только ради Бога, – весело попросил он, – если объявится твой друг, пожалей моих парней. Пусть он их отпустит с миром. Они не будут прибегать к крайним мерам.– А вы боитесь Артура, – сказала Жанна.– Боимся – пожалуй, слишком сильно сказано. Но все непонятно и чрезвычайно запутанно. Появилась третья сила, с которой мы не знакомы. И этим она опасна. Но бывало и похуже, а мы пока живы. Тут расклад прост – мы организация со своими порядками и законами. У нас прекрасные связи, и мы можем практически все. В случае с твоим знакомым нас подвела самоуверенность – кто он такой, мы его пальцем придавим. Оказалось, что нет. Но сейчас к этому вопросу отнесутся серьезно, и все будет сделано так, как следовало сделать с самого начала. И давай закончим этот разговор. Скажите, что вы желаете, и минут через десять все будет здесь. Цветы – это, конечно, обязательно, – наклонившись, поцеловал руку Софи, – потому как…– Я пойду, – сказала Жанна. – Вам лучше остаться вдвоем.– Ни в коем разе. – Павел загородил дверь. – Я тебя не отпущу. Вполне возможно, что возле твоей квартиры крутятся боевики, ждут Артура. Вообще мы о нем совершенно ничего не знаем. У него прекрасно налажено дело и тренированные ребята. С парнями Рэма они управились очень легко.– Кто эти ребята? – удивленно оглянулся Владимир Иванович.– Понятия не имею, – улыбнулся Артур. – Я подумал, что у вас гости. Вот и подобрал по дороге троицу крепких молодцов. Сказал, что на квартире моего знакомого очень грубые люди с оружием и нужна помощь. Число я угадал. За триста долларов они согласились. И все получилось прекрасно. Все-таки я не ошибся в выборе.– Ты рисковал, – возразил Владимир Иванович. – Ведь парни могли оказаться проходимцами. Или…– Ребята сделали все, что было нужно. И честно заработали деньги, – весело сказал Артур.– Нормалек, – сунув в карман триста долларов, подмигнул своим приятелем по-спортивному подтянутый блондин. – Правда, если бы их было больше, у нас могли бы быть неприятности.– Откуда ты этого мужика знаешь? – поинтересовался приятель.– Вместе в Израиле на тренировочной базе были, – ответил «спортсмен». – Его полковником зовут. Он в каком-то государстве несколько дней был вместо президента. Об этом до сих пор легенды ходят. Впрочем, и анекдотов предостаточно. – Он засмеялся.– Похоже, твой полковник серьезно влип, – сделал вывод третий. – Парнишки на квартире не раздумывая начали бы стрелять. Я, если честно, пожалел, что согласился, но только сначала. Как увидел связанного, во мне злость проснулась. У моего приятеля такое было, его тоже прямо на квартире сделали.– Так, парни, – сказал «спортсмен», – не забудьте слова полковника. Об этом никто не должен знать. Иначе нам всем каюк.– Понятное дело, – согласились парни.– Располагайтесь, – вздохнул Владимир Иванович. – И ради Бога, заварите мне чаю покрепче. Устал я сильно.– Можно вопрос, товарищ полковник? – осматривая трехкомнатную квартиру, спросил Артур.– Это квартира моего друга, – проговорил старик. – Он сейчас в больнице. Попросил меня хоть изредка навещать квартиру. Сообщил код, сигнализацию ему поставил сын, тот в Бонне в какой-то фирме работает. Вот я и приходил иногда сюда. А сейчас очень даже пригодилось.– А как же потом?1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

Мы еще с месяц удерживали алмазные копи Тонго-фильд, но потом отступили и оттуда. Меня ранило. Четыре месяца госпиталя. Там я и встретил одного парня… Надо сказать, что перед отправкой в Афган я служил на Камчатке. Там познакомился с журналисткой Ниной. Мы друг другу понравились. Ну и как водится, – Артур усмехнулся, – переспали. И вот в госпитале во Франции, куда меня привезли из Африки после ранения, я узнаю, что у меня есть дочь. Марина. – Он вздохнул. – И можно было бы радоваться, но этот парень сообщил мне, что Нина погибла три года назад. Была в Дагестане и в перестрелке милиционеров с чеченскими боевиками была убита. А вторая новость, – опустил голову Артур, – добила меня. Марина, по словам парня, была у Нининой матери. Она умерла от рака, и Марина поехала в Москву искать отца, то есть меня. Разумеется, не нашла. Парень сказал, что видел ее… – Артур, с шумом выдохнув, достал сигарету.– Это все слова, – сказал Владимир Иванович, – не более. Тебе надо было сделать проще – ехать туда, где Марина жила с бабушкой, и все хорошенько выяснить. Вполне возможно, она и живет там. Кстати, а где именно жила Нинина мать?– Да в том-то и дело, что не знаю. Я помню московский адрес Нины. Но она там не живет. Я еще из Парижа звонил и выяснил. А вот насчет вашего, ну, того, что…– Вот что, – перебил его Владимир Иванович, – скажи мне все, что знаешь о Нине. И я постараюсь выяснить, где жила ее мать. А заодно и о Нининой дочери.– Отличная мысль, – обрадовался Артур.– Вот это дела, – покрутил головой Волчара. – Полковник. В Африке воевал. Городом правил. Ни хрена себе.– Нет никого на квартире, – буркнул Араб. – Там мои сидят. Никто и не появлялся. Он, этот дед, и остальные как сквозь землю провалились.– Не спускать глаз с квартиры Иванова, – строго наказал Аркадий. – Нужно покончить с ними.– Лады. А с Малкиной что? Мы телефон Иванова на прослушивание поставили. Она звонила четыре раза. Номер определили. Только она и звонила, – добавил он.– А вот об этом, – приказал Аркадий, – никому.– Ясное дело, – кивнул с усмешкой Араб. – Я только вам говорю. И вот еще что. Мне Клим информацию выдал: Падишах на хвост Нонне парней хотел посадить. Она у него, оказывается, наркоту брала. Он думал, может, сама нет-нет да ширнется. Оказывается, нет. Но берет Нонка маленькими порциями. И…– Знаю, – кивнул Аркадий. – Ты в это не лезь.– Ясное дело.– Черт бы побрал этого Атамана, – проворчал Аркадий. – Он нам руки связал. И никак с ним покончить не удается. Милиция тоже выйти на него не может. Если его все-таки милиционеры прихватят, останется надеяться только на то, что он застрелится.– А мне кажется, вы зря волнуетесь, – неожиданно сказал Араб. – Атаман о том, чтобы что-то вякнуть ментам, даже и не подумает. Он считается козырным. Так что зря…– Тебя это не касается, – оборвал его Аркадий. – Даже если это так, то милиция сможет разговорить его. Вот мы и сидим, как в ожидании поезда, который идет где-то, и никто не знает, когда и откуда придет. И не забудь, – сменил он тему, – о том, что Малкина звонила на квартиру Иванова, никто не должен знать. Надеюсь, ты меня понял правильно, – вздохнул он.– Чего уж тут не понять, – усмехнулся Араб.– Господи, – вздохнула сидевшая в кресле Жанна, – да я, честное слово, не знаю, где он. Я пыталась связаться с ним или хотя бы с хозяином квартиры, никто не берет трубку.– А вот это ты сделала зря, – недовольно проговорил Павел. – Телефон наверняка прослушивается, и они сумели определить, откуда звонили.– Ну и что? – вызывающе спросила она. – Да, я звонила, потому что люблю этого человека. Что же теперь – меня убить за это надо?– Ты никак не поймешь, ведь сейчас могут подумать, я говорю о центре, что он через тебя подобрался к нам. Ты знаешь, что убит человек Кардинала? Вернее, его жены Нонны. – Его нашли где-то за Кольцевой, в лесополосе. И знаешь, что странно: его пытали, значит, хотели что-то узнать. Выходит, не исключено, что твой знакомый Артур из той же компании. В баре на Петровке он был, и – вспомнив, усмехнулся он, – оттуда ушел с какой-то женщиной. Я не уточнил, с кем именно и кто она…– Зачем ты мне это говоришь? – спросила Жанна. – Хочешь, чтобы я разозлилась на Артура и помогла вам его найти? Этого не будет. Даже если он был с женщиной в ресторане, а потом спал с ней, все это было до меня. Потому что сейчас он не с ней, – улыбнулась Жанна. – Если вы уж знаете о ней, то наверняка…– Она исчезла, – перебил ее Павел. – Обманула боевиков и испарилась. И не исключено, что сейчас они вместе. Эта дамочка, твой милый мужчина, дедуля и все остальные.– Чтобы заставить женщину предать, – Жанна с улыбкой вспомнила французскую пословицу, – сделай так, чтобы она ревновала.– Софи, милая, – вздохнув, обратился Павел к подруге Жанны, – ради Бога, объясни ей, что все гораздо серьезнее и, я бы даже сказал, опаснее, чем она думает. А я, – он встал, – на час-другой уеду.– Паша прав, – едва тот вышел, сказала Софи, – у тебя могут быть большие неприятности. Сейчас об этом знают только он и Аркадий. Но Аркашка влюблен в тебя, и опасаться его пока не приходится. Павел – мой друг, а я твоя подруга. И он…– Господи, – насмешливо перебила ее Жанна, – вот, оказывается, благодаря кому я до сих пор жива. А то, что приходили ко мне домой и, если бы не этот здоровяк пьяница, меня бы убили, в расчет не берется. Ты забыла, кто такие Павел, Аркадий и все остальные. Они мафия. Сами они не воруют, не грабят и не убивают. По их приказу это делают другие. Они остаются чистенькими. Подают нищим, дают большие суммы на благотворительность или на постройку храмов. Но ты понимаешь, что из-за этого они только опасней? Они…– А ты, – резко перебила ее Софи, – сама разве не благодаря Карлу, а потом Аркадию сделала себе деньги? Или…– Ты права, – перебила ее Жанна. – Но тут, видишь ли, в чем дело. Начинала я все на свои кровные. Продала дачу, которую мне оставил отец, его же машину. Вложила деньги, которые опять-таки остались мне после гибели отца, и начала заниматься верхней одеждой. И, разумеется, появились те, кого в народе величают рэкетом, это та же мафия. Так почему я должна платить кому-то, если мой отец дважды спасал от тюрьмы известного мафиози Карла? Я обратилась к нему. Он в память о моем отце позвонил куда-то, и все – те, кто еще вчера пугал меня, стали охранять. – Взглянув на Софи, Жанна покачала головой. – А ты гораздо хуже, чем я думала. Делаешь себе успех за мой счет? Зря.– Вот ты как думаешь обо мне? – холодно спросила Софи. – Я защищаю тебя перед Павлом, его слова все-таки что-то значат там. – Она махнула рукой вверх.– А ты меня чуть ли не дрянью обзываешь. У тебя была прекрасная возможность стать счастливой. Не отталкивай Аркадия, и ты будешь иметь все, о чем только может мечтать женщина.– Например, ты, – спокойно заметила Жанна. – Мне не надо счастья от счета в банке или дорогих мехов и украшений. Я довольна тем, что у меня есть. А у меня все-таки много чего есть. – Она засмеялась. – Ты просто завидуешь мне.– Да если бы не твой отец, – не выдержала Софи, – кем бы ты сейчас была?!– Человеком, – опять спокойно сказала Жанна. – Правда, может, не такой состоятельной, как сейчас, но все-таки у меня что-то было бы. Я ленивая и довольствуюсь малым.Софи хотела что-то сказать, но сдержалась и вышла из комнаты, Жанна услышала хлопок входной двери.– Артур, – прошептала она, – если бы ты знал, как ты мне сейчас нужен.– Я уверен, – говорил Абрам Давыдыч, – она с ними заодно, и Атаман тоже. Слишком много совпадений. Малкина сообщает нам о том, что ее продавцы убиты. Это так, только причина здесь не в том, как это она преподнесла нам и милиции. Скорее всего именно у убитых жили те люди, которые устроили перестрелку в баре. Они дали нам понять, что сильны и скоро придут.– Хватит, Абрам, – возразил седобородый интеллигент, – мы собрались по очень серьезному вопросу, а ты, извини, занимаешься ерундой. Малкина случайно встретила того мужчину. Это подтверждает и Софи. Я не думаю, что он причастен к перестрелке в баре. И я не понимаю, почему мы уделили этому столько внимания. Кто-то решил напугать Атамана и послал двух одуревших от наркотиков людей убить его. Он знал, что ничего не выйдет. А тут сидевшие за соседним столом Атамана двое увидели оружие в руках наркоманов и, естественно, открыли огонь. Наверное, они сами кого-нибудь боялись. Ведь кровавые разборки среди криминальной публики – дело обычное. А мы почему-то решили…– Тогда как объяснить то, – вмешался Павел, – что на квартире Иванова наших людей явно ожидали и встретили…– Люди защищали себя и свое жилье, не более того. Иванов – бывший инструктор специальных войск, и, следовательно, у него наверняка есть ученики, которые просто навещают старого инструктора и, разумеется, не дают его в обиду. Вот и здесь…– Альберт Макарович, – недовольно сказал Навруз, – давайте не будем разглагольствовать на эту тему. Нам брошен вызов, и мы обязаны найти и уничтожить тех, кто это сделал. Но сейчас дело не столько в них, сколько в Атамане. Вот от кого в любую минуту можно ожидать удара в спину. Надеюсь, больше подобных ошибок мы не допустим. У нас есть свои люди, а мы прибегали к услугам уголовника, и вот что из этого вышло. А…– Навруз, – перебил его Альберт. – Мне в последнее время не нравится твой тон. Мы все, – он обвел взглядом остальных, – равно как и отсутствующие, имеем такое же право на предложение или мнение. Почему же ты…– Что? – поразился Навруз. – Ты хочешь сказать…– Я тоже так думаю, – спокойно проговорил Абрам.– Мы все почувствовали, что ты рвешься в лидеры, – сказал и Чарли. – Не надо, Навруз, – усмехнулся он. – Ты ничем не отличаешься от нас. Карл собрал нас вместе и…– Да вы что?! – воскликнул кавказец. – Забыли, что Карл…– Ты сейчас, – перебил его Альберт, – просто координатор. Вроде как телефонный узел. Решения принимаем все мы, а ты уже не в первый раз пытаешься навязать нам свое мнение. Не надо.Навруз почувствовал в его словах угрозу. Оглядел остальных и понял, что они согласны с Альбертом.– Извините, – буркнул он. – Возможно, я зарвался. Дело в том, что…– Ты зарвался, – подсказал под дружный смех других Альберт.– Надо что-то решать с таджиками, – сказал Абрам. – Они пошли нам навстречу и держат партию героина, за которой должен был поехать человек Падишаха. Но дело в том, что этот способ доставки с заправщиком знает и Атаман.Я предлагаю рискнуть. Вложенные нами деньги уже окупились. Падишах сейчас' сам платит за партии и доставку. Мы лишь контролируем его. Поэтому, я думаю, можно и даже нужно дать «добро» Падишаху.– А что, – поддержал его Павел, – правильное решение. Мы ничем не рискуем.– Кроме одного, – сказал Альберт. – Падишаха арестуют сразу, как только задержат его людей. И он, в этом я уверен, выдаст нас милиции.– Но этого легко избежать. – Павел усмехнулся. – Как только люди Падишаха прибудут за грузом, его нужно изолировать до их возвращения. А все контролировать со стороны, и при малейшей опасности Падишах умрет легко и безболезненно. Его люди не могут вывести на нас милицию. Тех, кто слишком много знает… У наших парней великий опыт в подобных делах. Они умеют убедить человека молчать. – Он засмеялся.– Прекрасная мысль, – согласился Навруз. – Но насчет алмазов и золота мы такое решение не примем? – вкрадчиво поинтересовался он.Ответить Павлу помешал женский голос:– Навруз Али, с вами просит немедленной связи Булат.– Соединяй, – кивнул Навруз.– Мы вышли на деятелей, – услышали все громкий возбужденный мужской голос, – которые в баре пальбу устроили! Сегодня охранник из бара узнал парня, который…– Взяли?! – вскакивая, крикнул Навруз. Другие, приподнявшись, замерли.– Нет. Но мы знаем, где он живет.– Так чего ждете?! – по-прежнему громко спросил Навруз. – Надо немедленно…– Но это стрельба. Вы же сами говорили, что шум ни к чему и их нужно брать живыми.– Он прав, – кивнул Павел. – Пусть установят наблюдение. И пошлем туда Араба. Как только кто-то выйдет, пусть берут. Значит, и старик, и Артур там.– Где шлялся? – недовольно спросил Китаец вошедшего Толика. Не отвечая, тот быстро прошел на кухню и выглянул в окно.– Что? – спросил вошедший следом Китаец.– Точно, он, – мрачно кивнул Толик.– Да что такое-то? – Китаец осторожно выглянул в окно. Он увидел стоявший у подъезда «опель-кадет».– Я сигареты в пивнушке за углом покупал, – нервно сказал парень. – Туда трое зашли. Один вроде меня узнал. Взгляд у него какой-то не такой был. Кажется, он в баре был, и…Китаец коротким рубящим ударом в шею уложил его на пол и грубо выругался.– Что у вас здесь? – Вытирая волосы, в дверь заглянула Людмила. Увидела лежащего брата, вскрикнула и присела рядом. – Что с ним? – Проверяя пульс Толика, она взглянула на отвернувшегося к окну Китайца.– Он «хвост» привел, – пробурчал тот. – Вон стоят. И по телефону разговаривают. Собирайся. – Он шагнул к двери. – Бери деньги, документы – и уходим. Немедленно собирайся.Толик открыл затуманенные глаза, помотал головой, схватился за шею и застонал.– Что с тобой? – спросила Людмила.– Китаец вырубил. – Он попытался подняться. Сестра помогла ему встать.– Меня узнал кто-то из бара. И сейчас они здесь. Кажется, кто-то даже до квартиры за мной поднимался.– Берите деньги, – заглянул в кухню разъяренный Китаец. – Уходить надо.– А как же Петр? – спросила Людмила.– Черт с ним. Самим надо шкуры спасать. Твой братец, умник хренов… – Он со злобой взглянул на Толика. – Да уходим же! – прорычал он. Людмила выскочила из кухни. – Бери все свое, кретин, – прошипел Юрий. – Шустрей.Толик рванулся в комнату.– Чья квартира? – взглянув вверх на окна, спросил подошедшего к джипу парня Араб.– Петр Буров. Тридцать девять лет. Холост. Жена свинтила с хахалем, – усмехнулся он. – Гостей у него трое – баба и два мужика. Было четверо, но одного уже дня три соседки не видят. Болтливые бабуси – все знают.– Значит, вместе с хозяином их четверо, – раздумывая, повторил Араб. – Вламываться на ура нельзя, они с ходу поливать начнут. Будем пасти здесь. А этот парень вас не срисовал?– Щекотнулся, по-моему, – кивнул подошедший здоровяк. – Он охранника срисовал. Тот аж рот от удивления раскрыл. Мы его еле увести смогли – все хотел парню по зубам настучать.– Я бы ему настучал, – буркнул Араб, – если бы парень ушел или вас менты повязали. Так, топай к бабусям, ты уже с ними в хороших, и пусть они тебе бабу и того, третьего, мужика опишут. А то сейчас проскочат мимо, а мы не знаем, как они выглядят.– Мы с тобой уходим, – остановившись перед входной дверью, сказал Китаец Людмиле. – Они нас не знают. Он, – Юрий кивнул на нервно кусавшего губы парня, – пусть поднимается на этаж выше и сидит там. Мы, как выйдем, сразу в милицию позвоним. Когда они приедут, спускайся.– Я без него не пойду, – твердо сказала Людмила.– Как хочешь, – неожиданно кивнул он и, открыв дверь, быстро вышел.– Иди. – Толик толкнул сестру.– Я сказала! Я без тебя не пойду! Я тебя в это втянула, вместе и отвечать будем. Помнишь, как мама говорила – жаль, что сестра старше, ведь за младшего и заступиться некому. Не уйду я без тебя.– Тогда ждем Петьку, – решил Толик и, пройдя на кухню, осторожно подошел к окну. – Еще приехали, – буркнул он. – Юрка где? * * * – Да где же ты? – стоя на площадке между первым и вторым этажами, смотрел в окно Китаец. – Скорей бы пришел. Хотя, может, они уже узнали, кто хозяин квартиры. Ну и Толик. Кусок дерьма. – Он зло сплюнул. Услышав шум сзади, развернулся.Молодая женщина, держа на руках малыша, осторожно спускала коляску. – Давайте помогу. – Китаец бросился вверх по ступенькам.– Спасибо большое, – вздохнула она. – Лифт уже три дня не работает. А мы гулять хотим. – Она улыбнулась малышу. – Прогулка – великое дело, – кивнул он, осторожно спуская коляску по ступенькам.Петр, заехав на стареньком «Москвиче» во двор, остановил машину. Он увидел во дворе четыре иномарки. Около них, покуривая, переговаривались несколько парней.– Точно по нашу душу, – чертыхнулся он. – Хорошо, я «Москвич» у приятеля взял.Вздохнув, включил заднюю скорость и тут увидел, как из подъезда выходит Китаец с коляской. Рядом с ним шла молодая женщина, живущая на втором этаже. Ее недавно из роддома привезли родители, что стало темой разговора соседей. Петр остановил начавшую двигаться задом машину.– Спасибо вам, – улыбнулась женщина.– Я довезу, куда вам надо, – бросив быстрый взгляд на стоявших у машин парней, сказал Китаец.– А мы около дома стоим.– Девушка, – тихо и очень настойчиво проговорил Китаец. – Только ради Бога тише. Проводите меня до выезда со двора, очень прошу.– Оставьте нас! – схватившись за ручку коляски, отчаянно воскликнула женщина.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

Сидевший на лавке с тремя пожилыми женщинами парень рванулся вперед и, в прыжке достав руками Китайца, сбил его на бетон. Юрий, падая, сгруппировался и, ткнув стволом выхваченного из-за ремня пистолета в живот нападающего, нажал на курок. Раздался приглушенный выстрел. Юрий, закрываясь телом убитого, открыл огонь в сторону машин. С коротким треском Разлетелось стекло правого подфарника, лопнуло пробитое пулей переднее левое колесо. Одному из бросившихся вперед парней пуля попала в колено. Заорав, он упал. Женщина, закрывая собой выхваченного из коляски младенца, с криком бросилась в подъезд. Несколько пуль ударили во вздрагивающее от пуль тело парня. Юрий, отбросив убитого, вскочил и, трижды выстрелив, рванулся к подъезду. Взмахнув руками, упал. К нему подскочили четверо парней и, подхватив, потащили к машинам. Трое рванулись в подъезд. За ними еще трое.– Уходим! – заорал Араб.Услышав его крик, парни побежали к машинам. Петр пытался завести машину и не мог.– С дороги! – чуть не ткнувшись ему в перед бампером, остановилась белая «ауди». – Отвали!– Да не заведу никак! – заорал побледневший Петр. Из машины выскочили трое парней. От других подбежали еще четверо. Они ухватились за «Москвич» и опрокинули его. Иномарки, взвизгнув колесами, вылетели со двора, у подъезда закричали сжавшиеся на лавке старушки.– В милицию звоните! – кричал какой-то мужчина.– Нам тоже надо уходить. – Схватив брата за руку, Людмила потащила его из кухни.– Убили Китайца. – Он сглотнул слюну. – Видала? Его…– Да черт с ним! – С силой рванув брата за руку, она выбросила его из кухни. – Уходить надо! – Людмила бросилась к двери.– Нельзя сейчас, – попытался остановить ее Толик. – Нас же все видели с Юркой и знают…– Вот в том-то и дело. – Она открыла дверь. – Сейчас милиция приедет. Что мы говорить будем?Петр выбрался в разбитое окно «Москвича».– Ты как? – спросил один из подбежавших к перевернувшейся машине мужчин.– Живой, – бросил он. Поднялся, отряхивая рубашку и брюки, посмотрел на дом.– Я номера записал, – протянул ему листок пожилой мужчина. – Ты в милицию…– Да иди ты, – отмахнулся Петр и бросился к подъезду.– Убери бумажку, Антоныч, – посоветовал кто-то. – А то хапнешь горя, борец за справедливость.– Давай, мужики, ее на колеса поставим, – предложил другой.– Вот они, – прошептала одна из старушек, показывая рукой на встретившихся на улице перед подъездом с Петром Людмилу и Анатолия. – Я парню, который подсел, показала этого, – она вздохнула, – который стрелять начал. И того и этого убили. – Она поджала губы.– Я с вами. – Петр рванулся следом за побежавшими от подъезда со двора братом и сестрой.– Как он? – спросил в сотовый телефон Араб.– Жив. Мы его трохи подлечили. Он, сука, ногу одному прострелил и колесо…– Не трогать, – рявкнул Араб. – Он живой нужен. Того, которого он шлепнул, взяли?– А как же.– Жаль, остальных не смогли, – отключив сотовый, недовольно буркнул Араб. И снова прожал номер.– Что? – тут же услышал он голос Навруза.– Одного взяли. Он прорваться попытался, одного из наших убил. Ранил другого. Ну, его…– Везите к Лапе, – велел Навруз.– Куда нам теперь? – оглядываясь, спросил Петр.– Мы-то откуда знаем, – огрызнулась Людмила.– Хорошо, Китаец попробовал их увести, – озираясь, пробормотал Петр. – Иначе бы…– Он, гнида, сам хотел уйти, – перебил его Толик. – И ее звал. Мол, нас не знают, проскочим. А на тебя и на меня он хрен с просвистом забил. На Волчару все думали, а я говорил, что он не сдаст.– Так откуда эти гаврики взялись? – нервно спросил Петр. – Хорошо, я у приятеля «москвичонок» по доверенности взял. Как чувствовал.– Заезжаю, а…– Меня один узнал, – признался Толик, – в пивнушке за углом.– Надо думать, что делать, – вздохнула Людмила, – а уж потом выяснять, кто виноват.– Вот связался я с вами, – покрутил головой Петр. – Мне-то что делать? – испуганно взглянул он на Людмилу. – Они же меня теперь…– Ты им и не нужен, – перебил его Толик. – Скажешь, квартиранты. Мы же так всем говорили. Вот и ты, если еще прикатят…– Так сейчас милиция там. Ей-то я что скажу? Тоже квартирантов…– А что ты еще можешь? – усмехнулся Толик. – Откуда ты знал, что они преступники?– А что? – немного приободрился Петр. – Точно. Меня, конечно, сразу заберут, но выпустят. Упрусь на своем, и точка. Как они мне докажут…– Не милиции нужно бояться, – вздохнула Людмила, – а этих, которые твою машину перевернули.– В рот компот и четыре вишни! – ахнул Петр. – Меня же Васек прибьет. Теперь стекло покупать. Да и бок помялся, и крыша, наверно. Быки какие накачанные. А этот «москвичонок» заглох, гаденыш, и все, хоть лопни. Амбалы подскочили, и чувствую, переворачиваюсь. – Переживая заново тот миг, передернул плечами и выругался.– Ты молись Богу, – сказала Людмила, – что не оставили тебя возле машины. А то бы застрелили, и все.– Вообще-то точно, – согласился Петр. – Не, ребята, на квартиру мне теперь соваться никак нельзя. Они, гады, вернутся и с меня голову снимут. Мы вот что сделаем – к моей зазнобе двинем. О ней никто не знает. Так что будем сидеть как в танке.– А ты откуда Китайца знаешь? – неожиданно спросила Людмила. – Он мне говорил, что ты вроде в розыске, что жена от тебя…– Ушла, крыса, – кивнул Петр. – А насчет розыска… Он мне, видать, цену поднимал. Я с милицией пока делов не имел, да и не собираюсь. Теперь, правда, они меня на заметку поставят. А с Юркой мы давно знакомы. Он же в Москве жил пару лет. У него здесь дамочка была, но не сошлись характерами. А тут заявляется он, и с ходу в лоб: пошли, говорит, на дело. Ты будешь за рулем, и все. Я сначала вроде как уперся. Милиции, а тем более тюрьмы, с детства боюсь. Но потом покумекал маленько и думаю – была не была. Юрка – парень умный. За просто так голову подставлять не станет. Вот я и клюнул. Раза три мы с ним катались. Потом с вами в Тулу съездил, деньжата появились. Вроде и плевать на все. Тем более что вы там делаете, мне, как говорится, побоку. Хотя, если честно, боялся я вас. Особенно Волчару. Этот, думаю, нож всадит, как в консервную банку, – и глазом не моргнет.– Ты на москвича и не похож, – усмехнулся Толик.– Так я ж за рулем все время, в Москве только числился. Правда, последние два года почти постоянно здесь. Квартиру жалко, – поморщился он. – Ведь я ее приватизировал, дубина стоеросовая.– Ты нас вести к своей бабе хотел, – напомнил Толик.– Вот ты, значит, какой, – остановившись перед привязанным к стулу Китайцем, сказал Навруз. – А остальные где? Иванова мне очень увидеть хочется.– Ведь за главного у вас дед?– Какой дед? – простонал Юрий. – Не было никакого деда. Слышь, – он тряхнул головой, – отпустите вы меня. Все, что хотите, сделаю. Отпустите…– Давай начнем сначала, – проговорил сидевший напротив Араб. – Ты сейчас называешь всех, с кем был. Все, что делали. И все такое прочее. Адреса, клички и…– Да иди ты, – огрызнулся Китаец. – Думаешь…– Думать тебе надо, – рассмеялся Араб и сильно ударил его кулаком.Голова Китайца мотнулась, и из распухшего носа обильно пошла кровь.Всхлипнув, он дернулся и хрипло выматерился.– Помнишь вопросы? – насмешливо поинтересовался Араб. Достав зажигалку, щелкнул. – Ну?– Хорошо, – облизывая попадавшую с разбитого носа на губы кровь, просипел Юрий. – Я все скажу. Только не трожь. Но чужого мне не надо.– Ты свое нам расскажи, – засмеялся Араб. Одобрительно посмотрев на него, Навруз вышел.– Здравствуй. – Аркадий поцеловал руку Жанне.– Добрый день, – холодно отозвалась она. – С чем пожаловал?– Есть хорошие новости. Мне можно войти?– Разумеется.– Мы, кажется, нашли тех, кто убил твоих работников.– Кажется, это не значит нашли. А тем более если ты говоришь об Артуре…– Нет, – улыбнулся он. – Артур в этом, кажется, не замешан.– Я не узнаю тебя. Ты никогда раньше не говорил «кажется». Что произошло?– Отвергнут женщиной, которую полюбил. И…– Аркадий, мы уже говорили об этом, и умоляю – давай не будем повторять все снова.– Жанна, не отбирай у меня надежду, очень прошу. Потому что, пока есть надежда на то, что ты будешь со мной, я делай все, даже во вред себе, чтобы не испортить тебе жизнь. А я мог бы. Для этого мне нужно было просто промолчать. Но…– А вот пугать меня не надо. Я с детства не терплю, когда меня пугают, и делаю все наоборот. Даже если мне от этого становится хуже.– Ты меня не правильно поняла, я сказал так, как есть. Пугать…– Что тебе надо? Твоей я не буду, И знаешь, кто в этом виноват? Ты! Потому что мне никогда не забыть глаз убитого твоими парнями бездомного, который нашел в себе мужество заступиться за меня. Да, – увидев насмешку в глазах Аркадия, кивнула Жанна, – по пьянке, но тем не менее он сделал это, и выходит, что пьяный и без завтрашнего дня бомж оказался благородней и мужественней, чем все вы, упитанные, прекрасно одетые, которые привыкли распоряжаться чужими жизнями. А сейчас уходи. Нам больше не о чем говорить.– Я бы на твоем месте не торопился… – Вон! – распахнув дверь, гневно крикнула Жанна. Увидев стоящих на площадке троих молодцов, усмехнулась. – А ты трус. Даже ко мне ходишь с охраной. Пошел вон. – Она сильно толкнула его в спину и захлопнула дверь.– Стерва. – Он с силой ударил по двери кулаком.– Я вызову милицию, – громко сказала Жанна. Оглянувшись, Бакин увидел насмешливые лица боевиков. Выматерился и шагнул к лифту.– Брат и сестра Судаковы, – выслушав магнитофонную запись с голосом быстро говорившего Китайца, сказал Павел. – Отец – в прошлом карманник, Витька Судак. Волчара – Денис Денисов, детдомовец. Трижды судим. Тогда ясно, почему он стрелять сразу начал. Эта публика не раздумывая открывает огонь. Тем более Китаец перепугал их, – усмехнулся он. – И самое интересное, что недалек от истины. Ведь будь отец Малкиной жив, мы бы сразу начали искать налетчиков. Все-таки затронуты интересы его дочери. Но он… – Усмехнувшись, перекрестился.– Пусть земля ему будет пухом. Хозяин – Петр Буров. Не судим. Знакомый Китайца, а сам он, значит, в прошлом военный, даже в Чечне побывал. Но сломался быстро. Так. Нужно, навестить этого, как его? – Он протянул руку, чтобы включить магнитофон, но Араб молча протянул ему листок. – Научился работать, – одобрительно кивнул Павел и прочитал:– «Игнат Шмагин». Где же он патроны берет? Нужно выяснить. А куда могли деться брат с сестрой и Буров? Скорее всего, как сказал Китаец, пошли к знакомой Петра. Надо выяснить, кто она, и, если они там, взять всех. Впрочем, просто уничтожить. Нам они уже не нужны. Но тогда получается, что Артур не был в баре? Но ведь Волчара был на квартире. Непонятно. Вот эту головоломку нужно обязательно решить. Потому что мы сами втянули в это Артура, Иванова и тех, кто был на квартире. Получается, что там тоже своя команда. Узнать бы все об Артуре. О нем мы вообще ничего не знаем. В этом может помочь Жанна, – пробормотал он. – Но она или действительно ничего не знает, или… – Павел взглянул на Араба. – Ты делаешь успехи, молодец. Но…– Машины пришлось сжечь, – сказал Араб. – Парни, на кого они записаны, заявляют об угоне. Какой-то мужичишко дал милиции номера.– Надо потолковать с ним, – хмыкнул Павел, – и популярно объяснить, что нельзя вмешиваться в чужие дела и тем более обращаться в милицию.– Сделаем, – кивнул Араб. – А что с этим?– Отдадим ему последние почести, – усмехнулся Павел. – Он сдал своих друзей и даже женщину, которая его наверняка любила. Так что приговорил себя сам. Если человек предатель, то это навсегда. Узнай у него о знакомой Бурова, какие хвосты есть за Судаковыми, кроме того, что они делали вместе. Ну а потом…– Привет всем, – услышали сидевшие на полу в пустой неоштукатуренной комнате пятеро мужчин неопределенного возраста в грязной и драной одежде.– Мать честная. – Вскочив, один шагнул вперед. – Ты. Вот он. – Повернувшись, кивнул на вошедшего Артура. – Мужик, про которого я говорил.Остальные нестройно поздоровались.– Ты знаешь, что здесь было? – быстро начал знакомый Артура. – Мы…– Слышал, – кивнул Артур. – Поэтому и пришел. На разговоры времени нет. Мне нужно увидеть женщину, желательно…– Сделаю, – кивнул «подбитый глаз». – Сейчас пошлем Светку. У нас девчонка есть, ей всего четырнадцать, она ходит по квартирам. Ей кто-нибудь чего-нибудь да даст. Вот…– Отдайте ей вот это. – Артур протянул запечатанный конверт. – А это вам.– Он сунул в руки бомжа деньги.– Не надо. – Тот отступил на шаг. – Мы…– Слушай, – улыбнулся Бонич. – Ты хоть назови свое имя. А то вместе в схватке были, а по-прежнему без имен разговариваем.– Лукашов Роман, – назвался бомж.– Шилов Иван, – представился второй.– Знаете что, – сказал Артур, – давайте не будем выпячивать грудь и делать гордый вид. Деньги вам нужны. Я же не милостыню даю, а просто, как говорится, плачу за работу. Вы много сделали…– Работу ты нам уже оплатил, – недовольно буркнул сидевший под окном старик. – Амбала нашего пристрелили. Думаешь, это стоит денег?– Думаю, да, – кивнул Артур. – Он умер по-настоящему, как мужчина. А так, как вы, жить…– Ты нашу жизнь не цепляй, – перебил его старик. – Как живем, так и живем. Видать, на роду так написано. За деньги благодарствуем. Сегодня…– Меня это не касается, – сунув деньги в карман драной Рубашки Шилова, буркнул Артур. – Здесь, кстати, и за молчание, – предупредил он. – Обо мне желательно никого не оповещать. Я не люблю известности и не всегда бываю добрым. А сейчас прощайте. Скорее всего мы больше не увидимся. Хотя, как говорят, земля круглая. – Он быстро вышел. – Серьезный фрукт, – кивнул старик. – Я таких на зонах видал. Они знают, чего могут в этой жизни. Посылайте Светика к бабе, – взглянул он на Ивана и Романа. – Ей купите что-нибудь. Конечно, и нас не забудьте.Услышав вызов сотового телефона, Жанна встала и выключила телевизор.– Да.– Жанна, – услышала она голос Навруза, – не желаете взглянуть на главаря шайки, которая убила ваших…– Нет. Вы поэтому и звоните?– И поэтому тоже. Нам нужно встретиться. Сегодня же, – требовательно, исключая возможность отказа, добавил он.– Можете приехать, – вздохнула она, – я буду дома.– Во сколько вас устроит?– Меня очень устроило бы, если бы вы не приезжали и даже не звонили. Но приехать можете в любое время. Я никуда не собираюсь, – сухо закончила она и отключила телефон. И тут же в дверь позвонили.– Какая женщина! – показал головой Навруз. – Гордая. Красивая. Мне нравятся такие. – Он взглянул на Падишаха. – Можешь посылать людей за товаром. Таджики твою партию держат и, разумеется, недовольны. Но им объяснили, что твоей вины в этом нет.– Наконец-то, – облегченно вздохнул Адам.Валентин вошел в комнату и сунул руку в задний карман.– Принес? – взглянул на него лежавший на кровати худой человек.– Да. – Но знаешь, чего я боюсь? – Он положил на стоявшую у кровати табуретку маленький пакетик с белым порошком. – Ты уже привык и…– Больно, – не дал договорить ему лежавший. – А уколюсь, боль исчезает. Я же в мышцу. Что-то, конечно, есть, такой легкий, приятный кайф. Для меня такие секунды просто праздник. Я устал от постоянной боли. Все время думаю о смерти и ужасно боюсь ее. Ведь тогда все кончится. Абсолютно все. А так…– Давай не будем об этом, – вздохнул Валентин. Осторожно надрезав уголок пакетика, высыпал порошок в пробирку и приготовился сделать укол, но с треском вырванных петель на пол грохнулось выбитая дверь. Валентин бросил руку к стоявшей в ногах сумке. Ворвавшиеся четыре парня вскинули пистолеты с глушителями. Захлопали выстрелы. Отброшенный попавшими в грудь пулями, Валентин упал головой на лежавшего человека и сполз, оставляя на белом пододеяльнике кровавую полосу. Парни, подойдя, наставили пистолеты на наркомана, с болью смотревшего на разбитую пробирку.Жанна, войдя в небольшой сквер, осмотрелась. Никого не увидела, вздохнула и посмотрела на часы.– Здравствуй, – услышала она сзади тихий голос. Повернувшись, увидела Артура. Она обняла его, уткнулась ему в грудь и всхлипнула.– Перестань, – мягко освободившись, вздохнул Артур. – Я не мог появиться раньше. Наверное, ты думаешь обо мне очень плохо…– Нет, – всхлипнула Жанна. – Впервые в жизни я не думаю о человеке плохо, хотя многие пытаются убедить меня в этом. Наверное, я просто люблю тебя.– Ты изумительная женщина, – прошептал Артур. – Где ты была все эти годы?– Ждала тебя, – улыбнулась Жанна, – и дождалась. Я люблю тебя, Артур, и мне все равно, кто ты и какой. Я верю в тебя и знаю, ты – настоящий человек. Быть другим ты просто не имеешь права. Правда? – чуть слышно спросила Жанна.– Конечно. И все-таки я должен тебе кое-что сказать. Начались крупные неприятности. Как я понял, один наш знакомый, который спас Владимира Ивановича, замешан в…– Вот почему решили, что это ты, – догадалась Жанна.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

– Ты о чем? – удивился Артур.– Я поняла, почему тебя ищут, – нервничая и не зная, как он воспримет ее слова, быстро сказала она. – Видишь ли, в баре…– Ну, у тебя и знакомые, – усмехнулся Артур.– Это папины знакомые, – опустив голову, негромко сказала она. – Он был адвокатом у одного, если так можно сказать, крестного отца, поэтому…– Перестань. – Он не дал ей договорить. – И прости. Наверное, я слишком долго не видел людей. Извини.– Ты меня прости, – прошептала она. – Потому что я должна была тебе сказать это раньше. Я просто боялась. Не того, что ты можешь понять это не правильно. Нет. Я испугалась, что ты… – Недоговорив, вздохнула.– Начну разбираться с этими мафиозниками, – закончил он за нее.– Ты же не станешь этого делать? Я боюсь за тебя. Ведь они могут все.Порой мне кажется, что именно из-за них или… – Не Договорив, улыбнулась. – Мы так и будем стоять здесь? – Жанна отступила назад и смущенно посмотрела на с осуждением глядевшую на них пожилую женщину, – Почему же? – засмеялся Артур. – Сегодня наш вечер, и мы отправимся куда-нибудь шиковать. Я столько лет мечтал вернуться в Россию, найти свою женщину и посидеть с ней в шикарном дорогом ресторане.– Давай выберем что-нибудь попроще, – попросила Жанна, – потому что в таких ресторанах бывают…– Жанка, – он улыбнулся, – пусть они нас боятся. Я требую карету для доставки нас в шикарный ресторан.– Ладно, не могу же я возражать настоящему мужчине. Да, может, ты мне соврешь, но соври так, чтобы мне было приятно. Какая женщина была с тобой в баре, где…– Вот это размах! – искренне восхитился Артур. – Они и это знают. Насчет женщины буду честен. Ты во мне не разочаруешься?– Никогда. – Жанна засмеялась.– Та дама во мне разочаровалась. Она уверена, что я импотент.– Кто они? – тихо спросила невысокая толстушка.– Брат с сестрой, – отпив из бутылки пива, ответил Петр. – Нам – им и мне – нужно некоторое время пожить у тебя. Надеюсь, возражать ты не станешь? – Он снова припал к бутылке.– Они будут у меня? Да ты что? Сейчас же провожай их. – Толстушка махнула на дверь. – Немедленно!– Саша, – умоляюще сказал Петр, – но…– Все! Забирай и уводи их…– День – пятьсот рублей, – входя на кухню, сказала Людмила. Мы пробудем самое большее неделю. Устраивает?– Конечно, – торопливо согласилась Саша. – Извините, – вздохнула она. – Я подумала…– Вода в ванной есть? – заглянул в дверь Толик.– Кого надо? – подошел к двери Игнат.– Мы от Китайца, – услышал он негромкий голос.– А, – кивнул он и, щелкнув замком, открыл дверь. – Заходите.Двое парней вошли сразу. Третий, задержавшись, осмотрелся и только после этого шагнул в дверь.– Чего ему надо? – захлопнув дверь, спросил Игнат. – Неужели снова патроны?– Ага, – кивнул первый парень. – Но ты сведешь нас с продавцами.– Ну что ты, – усмехнулся Игнат, – тут…– Получишь в два раза больше, – буркнул второй.– Точно?Парень молча вытащил из кармана пачку долларов.– Годится, – кивнул Игнат. – Поехали. Только предупреждаю, мужики, там ребята серьезные. Армия, одним словом. Малейшее…– Все будет о'кей, – перебил его второй.– Подождите-ка, – оглядел их Игнат, – вы точно от Китайца?– Вот номер. – Второй протянул ему бумажку с номером сотового телефона.– Звякни.– Давай я позвоню. – Выйдя из кухни, Софья протянула руку.– У него брат там лежал, – отдавая фотографию, сказал парень. – Рак желудка. Боли страшные. Вот он ему наркотики и брал. Чтобы не тратить деньги, тащил их с Нонны. Он ее родственник какой-то дальний, но у них вроде любовь была. Валентин протолкнул Эдуарда в Москву, в Министерство путей сообщения, и считал, что тот ему всем обязан.– Откуда такие сведения? – удивленно спросил Аркадий.– Нам больной рассказал, – входя, ответил за боевика Араб. – Мы его ширнули, он и распелся, как курский соловей. Хрен остановишь.– Вы обоих?..– Разумеется.– Стерва, – прошипел стоявший перед дверью Жанны Навруз. – За дурачка меня держишь. Я тебе, сучка… – Он быстро побежал вниз по лестнице.Трое парней рванулись следом. Стоявшие на межлестничной площадке трое, увидев кавказца, быстро начали спускаться впереди него.– Как себя чувствуете, маркиза? – танцуя с Жанной, спросил Артур.– Лучше не было никогда, – засмеялась она.– Рад это слышать. – Он поцеловал ее. Музыка кончилась. Танцующие, поаплодировав, разошлись за свои столики.– Это точно она? – спросила пышногрудая женщина средних лет сидевшую рядом крепко сбитую брюнетку.– По-моему, да, – кивнула та. – Я, правда, не уверена, но… – Не договорив, взмахом руки подозвала к себе метрдотеля.– Скажите, – когда метрдотель подошел, спросила женщина, – дама, которая сидит за третьим столиком от нас, не дочь погибшего адвоката Малкина?– Это она, – кивнул метрдотель. – Жанна…– Спасибо.– С кем она? – как только метрдотель отошел, спросила женщина.– Я его, например, – брюнетка пристально посмотрела на Артура, – впервые вижу. На что на что, – она засмеялась, – а на мужчин у меня память прекрасная.– Вот, значит, где Аркашина пассия, – улыбнулась пышногрудая. – А он страдает. Говорят, его Люська совсем не может утешить мужика.– Смотри, Эля, – кивнула брюнетка, – здесь Альберт.– Где? А… вижу. Очень интеллигентный мужчина. Он в прошлом, говорят, был тележурналистом.– Я слышала, что он работал в каком-то театре администратором.– Почему бы тебе, Клавдия, не попробовать закрутить с ним роман? – улыбнулась Эля. – Он мужчина свободный. Внешне вполне импозантен. Прекрасные связи, обеспечен…– Хватит перечислять достоинства Альбертика, – засмеялась Клавдия. – А то действительно начну его охмурять.– Он звонит кому-то, – сказала Эля. – Наверное, любовнице. Опоздала ты, милая.– Понятно, – кивнул Владимир Иванович. – Ты мог бы и не говорить, что ты в ресторане, это слышно. Еще раз спасибо за звонок – и не смею больше задерживать. Побольше внимания даме. Надеюсь, когда-нибудь ты нас познакомишь?– Разумеется, – ответил Артур.– Здравствуйте, – раздался в трубке веселый женский голос. – Меня зовут Жанна. Я не знаю вас лично, но очень, очень уважаю. Потому что люблю вашего ученика. До встречи.– До встречи, – повторил Владимир Иванович и положил трубку.– Где они? – спросил куривший у раскрытого окна Волчара.– В гостинице «Космос».– Почему вы так думаете? – недоверчиво спросил Денис.– У меня телефон с определителем. Он не сработал. Значит, звонили с сотового. Во время разговора с женщиной я слышал объявление о лотерее. Я не завсегдатай ресторанов, тем более дорогих, но есть кое-что, что запоминается. Проводится космическая лотерея, – постарался придать он своему голосу зазывную веселость рекламных агентов. – А почему ты спросил?– Мало ли что, – буркнул Денис. – Ведь на нас вполне могут…– На тебя, – перебил его Иванов. – Впрочем, ты прав. Артура видели у меня и наверняка нас считают одной шайкой. Будет лучше, если ты поедешь к «Космосу». Только не заходи в ресторан.– А что? – усмехнулся Волчара. – Мордой не вышел?– Почему вы, молодые, все так воспринимаете? – вздохнул Владимир Иванович. – Тебя могут узнать. «Космос» сейчас – обычное место встречи криминальных авторитетов. К тому же твоя задача – подстраховать Артура на случай неприятностей. Крупных. С мелкими, типа уличных грабителей или просто любителей похулиганить, он сумеет справиться сам.– Понял, – кивнул Волчара. – Разрешите приступить к выполнению поставленной задачи? – вспомнил он фразу из кинофильма.– Разрешаю, – без тени улыбки кивнул Владимир Иванович.– Что? – переспросил Навруз. – В «Космосе»? С мужиком? – Он витиевато выматерился. Стоявший у двери Араб удивленно покачал головой.– Я в России с десяти лет, – правильно понял его кавказец. – И поэтому воспитание на русских улицах получил. Отправляйся в ресторан, возьми с собой парня, которого тогда на квартире отделали. Если узнает кого, берите. Но желательно без шума. Если уж их там много будет, провожайте до места и берите там. Они мне нужны живыми. Желательно все.– Мужик наверняка поедет Жанну провожать, – буркнул сидевший рядом Аркадий. – Вот у ее дома его и надо ждать.– А если она к нему поедет? – спросил Навруз. Аркадий промолчал.– Навруз желает стать во главе совета! – уверенно и горячо сказал Абрам.– Так это давно понятно, – кивнул сидевший в кресле-качалке Чарли. – Его сегодня наконец-то обрезали. Видели, как он скосоротился?– А мне непонятно поведение Карла, – проговорил Павел. Уезжает в Германию. Затем связывается с нами из Англии и, наконец, вызывает сына в Рим. Я узнал, что он почти все свои деньги перевел в швейцарский банк через Аэрофлот. У него там есть влиятельные люди, и поэтому он не опасается проверки счетов. А она вот-вот может начаться. Помните, прилетала прокурор-баба? Тогда еще Степашин был министром внутренних дел. Что-то крутили с какой-то строительной компанией. И тогда пошел разговор, что начнут проверять поступившие после кризиса счета. Если это действительно будет, нам всем крышка. Даже застрелиться не успеем, – вздохнул он.– Типун тебе на язык. – Абрам сердито взглянул на поверх очков. – К тому же врасплох нас не застать. У нас есть очень высокие знакомые. Они заинтересованы в том чтобы мы успели забрать свои деньги целиком. В противном случае они потеряют гораздо больше. – Кто думает о том, – оглядел всех Чарли, – что Бак заодно с Наврузом?– Исключено, – уверенно заявил Абрам. – Бакин терпеть н может этого азербайджанца. Тем более сейчас, – усмехнулся он.– Может, просветишь? – с интересом спросил Павел.– Между ними женщина, – поправив очки, улыбнулся Абрам. – А это никогда не сближало мужчин.– Ты о Жанне? – спросил Павел.– Да, – кивнул Абрам.– Меня больше волнует вопрос с Камчаткой, – вздохнул до этого молчавший плотный мужчина с квадратным подбородком. – Если там все наладится, мы потеряем на рыбопродуктах большие деньги. Ведь в условиях дефицита электричества и тепла мы получали все это почти даром.– Цены сильно не опустятся, – успокоил Абрам, – потому…– Мы боимся, что они поднимутся для оптовых покупателей, – поправил его плотный.– Когда это еще будет, – махнул рукой Чарли. – В нынешней России порядок наводят очень долго. Еще и детям нашим хватит времени руки на бедах россиян погреть.Толик выключил телевизор и, потянувшись, вышел из комнаты. Увидев на кухне свет, заглянул. За столом сидел Петр и читал книгу.– Что читаешь? – от нечего делать спросил Толик.– Современный российский детектив. – Петр показал обложку. – «Ожерелье смерти». Ну и намутил тут автор. – Он покачал головой. – Почти весь мир ухватил. Я полистал историю – кое-что было. Например, императрица Цыси. Неужели…– Мура все это, – отмахнулся Толик. – Я вообще книг не читаю. Как можно писать про тюрьму, если ты там не был? А писатели почти все менты да прокуроры. Они и видели камеру только во время проверок. А накатают такой блевотины. Вот есть писаки, которые срок мотали. Так у тех все ясно и понятно. Или о драках некоторые пишут. «Он нанес ему удар карате», – процитировал он. – Какой удар? В карате этих ударов до гребаной матери. Или…– Тут все понятно, – перебил его Петр.– Ты чего свою пышку не ласкаешь? – понизил голос Толик. – Она у тебя ништяк, сдобная булочка. Как ее Людка на место поставила? – рассмеялся он.– Чего у вас тут? – услышали они.В кухню вошла Людмила в накинутом халате.– Да так, – усмехнулся Толик.– Где твоя Сашка? – спросила она.– Вы сговорились, что ли? – удивился Петр. – На работу пошла. Она барменша в ночном клубе. Сегодня ночь отпашет, полтора дня дома. Позвонить должна, – кивнул он на стоявший подоконнике телефон.– Толик, – посмотрев на часы, неожиданно предложила сестра-давай куда-нибудь сходим? Я тут поблизости бар ночной видела. Пойдем?– А что? Потопали. Ты поедешь? – шагнув к двери, спросил Петра Толик.– Нет, мне надо от Сашки звонка дождаться.– Мы быстренько, – сказала Людмила. – Не влипните куда-нибудь, – предостерег Петр. – В ночных барах крутых полно. Сами-то они сыроваты, но, когда их много, все крутые.Волчара отдал таксисту деньги, поглядел на высотное здание гостиницы.– Вон кабак, – увидев ярко освещенные переливающейся радугой окна, решил он.– Женщина не нужна? – раздался за его спиной игривый женский голос.– Сдерни, сучка, – не оборачиваясь, бросил Денис.– Жанка, – покосившись в сторону входа, спокойно сказал Артур, – ты сможешь уйти отсюда не через парадный выход?– А что? – проследив его взгляд, с тревогой спросила она.– Кое-какие знакомые, – улыбнулся Артур.– Ты имеешь в виду тех пятерых парней? – наблюдая за остановившимися у бара парнями, спросила она.– Да.– Араб, – узнала она вошедшего с тремя боевиками Леонида.– Ты кого-то знаешь?– Встречала. И этого отпустили, – сказала она сердито. – он тот, который сейчас разговаривает с метрдотелем, убил того несчастного, который заступился за меня. Я не стала говорить милиции…– Мы уже обсуждали, – перебил ее Артур. – А сейчас тебе чадо уходить.– Нет – твердо заявила она. – Я от тебя никуда не пойду.– Жанка, – беспомощно, не зная, как убедить ее, сказал Артур, – я тебя…– Я уже сказала, – отрезала Жанна. – Подожди меня. – Она поднялась. – Я быстро.Она пошла к столику, за которым сидели трое мужчин. А к столику Артура приближались четверо парней. Одного из них он узнал сразу. Это был тот, которого Владимир Иванович держал под прицелом.– Привет, – бесцеремонно усаживаясь рядом, бросил Рэм. – Узнал?– Ну как же, – с улыбкой кивнул Артур. – Такие встречи трудно забываются.– Вот и отлично. Сейчас ты встанешь и пойдешь с нами.– А если нет? – взяв бокал, спросил Бонич.– Твоя дама умрет, – усмехнулся Рэм. Артур увидел, что Жанна села к пожилому интеллигентного вида мужчине.– Не думаю, – улыбнулся он.– И зря, – усмехнулся подошедший Араб. – Мы не шутим. Ты увел Жанну у большого человека. Он кавказец, и, следовательно, она нанесла ему обиду, которая смывается только кровью.Артур увидел, как к Жанне подошли двое крепких молодых людей. Она вскочила. Парни взяли ее под руки, она коротко крикнула и тут же обмякла. Никто из посетителей большого ресторана на это не обратил внимания. Стоявшие у выхода охранники демонстративно отвернулись.– Я пойду, – кивнул Артур, – но при условии…– Условия сейчас ставим мы, – перебил его Араб. – И не вздумай что-нибудь выкинуть. – Мы знаем, что ты мужчина лихой, и поэтому к шуткам не расположены.– Можно, я вино допью?– Разумеется. И заплатить не забудь.– Мне кажется, вы захотите это сделать, – сделав глоток, сказал Артур.– Каков нахал, – засмеялся Араб. Он хотел сказать еще что-то, но услышал громкий мужской голос:– Здравствуйте, полковник! Можно присоединиться? Обвернувшись, Артур увидел двоих мужчин.– Ба! – весело удивился крепкий молодой блондин. – Какая встреча! Или вы нас не помните? – усмехнувшись, обратился он к Рэму.– Извините, ребята, – улыбнулся Араб, – но у полковника нет…– Зато у нас такое желание имеется, – бесцеремонно усаживаясь за стол рядом с ним, широко улыбнулся блондин. – Официант! Водки. Русской, без примеси.Подошедший с ним улыбающийся верзила с короткой стрижкой подошел к Арабу справа. Тот почувствовал, как в его бок уперлось что-то маленькое и твердое.– Скажи своим приятелям, – тихо проговорил верзила, – чтобы уматывали. А то получишь пулю. Уйти мы сумеем, сам знаешь. Пара выстрелов – и здесь все придет в движение. Ну? – Ствол, а в этом Араб не сомневался, вдавился чуть сильнее.– Отвалите, – сказал он боевикам.– Там Жанна. – Артур порывисто поднялся.– Все в порядке, полковник, – улыбнулся блондин и негромко и очень серьезно сказал Арабу:– Слушай, гнида, и запоминай: еще раз дернешься на него или его знакомых – заказывай гроб.– Ты знаешь, на кого вякаешь? – усмехнулся Араб. – Есть такое произведение, называется «Мафия бессмертна». Так что…– Мы не мафия, – допивая вино, перебил его Артур, – мы хуже. Ты вникни в то, что тебе сказали, и сделай правильный вывод. О ревуар, мсье, – поднимаясь, проговорил Бонич. – Мерси де вотр аттэнсьон. Экскюзэмуа де ву козэ де л'амабара. – Кивнув, неторопливо пошел к выходу.– Чего? – Араб удивленно посмотрел на блондина.– До свидания господин, – улыбнулся тот. – Спасибо за внимание. Извините, что я причинил вам столько хлопот.– Это на каком?– Французский, – вздохнул блондин.– У тебя, в натуре, ствол или чем другим под лопатку тычешь? – не поворачиваясь, спросил детину Араб.– Сюда с оружием не пускают, – усмехнулся тот. – Я бы тебе просто сломал шею.– Значит, я правильно сделал, – усмехнулся Араб, – что не рыпнулся. Но не потому, что испугался.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

– Стой, – задержав жену, Жуков выхватил нож. Осторожно открыв дверь, застыл. Простоял неподвижно несколько бесконечно долгих для перепуганной Маши секунд, прыгнул вперед. Она сразу же шагнула в открытую дверь.– Нет! – услышала Маша сдавленный крик мужа.– Что там? – Она прошла в квартиру. Увидев приоткрытую дверь в ванную, включила свет и вошла.– Илья, – присев рядом с изуродованным другом, прошептал Евгений, – кто тебя так? – Подняв голову, увидел окровавленное тело женщины. – Вика…– Женя! – раздался отчаянный крик Маши.Он прыгнул назад. С отведенной для удара ножом рукой влетел в ванную.Стоя на коленях. Маша сдавленно мычала. Ее вырвало. Он увидел распухшее лицо мальчишки лет пятнадцати в наполненной водой ванне.– Пойдем. – Подняв за плечи жену, закрывая собой ванну, вывел ее в прихожую. – Все, Маша, – прошептал он, – успокойся, пойдем. – Не давая ей увидеть тела в комнате, вывел из квартиры.Остановив «Ниву», рослый мужчина в спортивном костюме, насвистывая, вошел в подъезд. Тут же отдернулся и резко стукнул по лицу ударившего его снизу ножом парня. Тот завалился на бетонный пол. Рослый, отскочив назад, ушел от удара ноги бросившегося на него второго парня и резко пнул его ногой по голени.Вскрикнув, тот упал. Мужчина подпрыгнул и приземлился на живот упавшего парня.С площадки первого этажа дважды выстрелили из пистолета. Рослый, ухватив лежавшего под ним парня, рванул на себя, поднялся и, закрываясь его телом, попятился назад. Пистолет выстрелил трижды.– Звоните в милицию! – громко закричал мужчина. – Разбойное нападение на сотрудника налоговой службы!К нему из подъезда выскочили трое. Он с силой толкнул на них тело мертвого и ударил одного ногой. Второй, сбитый телом убитого, упал. Третий вскинул руку с пистолетом. Рослый резким пинком по кисти выбил пистолет и толкнул пяткой парня в грудь. Споткнувшись о пытавшегося встать подельника, тот, взмахнув руками, упал. Рослый прыгнул вперед. Резким пинком ударил его в горло. Согнув правую ногу в колене, всем весом тела опустился на грудь последнего. Тот обмяк.– Кто послал? – хлестнув его по лицу, спросил рослый. Не услышав ответа, вскочил, бросился к машине и рванул с места.Из подъезда выбежали еще четверо и вскинули руки с пистолетами. Он пригнулся и переключил на третью скорость. Над головой рослого, оставив в заднем и переднем стеклах три аккуратные дырочки, просвистели пули.– А в кино стекла разлетаются, – буркнул он и резко вывернул руль влево. Заюзив, «Нива» свернула. Остановив машину, он выскочил и бросился по улице.– Черти! – разъяренно заорал длинноволосый амбал. – Берите этих – и ходу!К подъезду подкатили три машины. Он впрыгнул в открытую водителем первую.– Дави на газ! – заорал амбал. – Сейчас менты прикатят!– С какого хрена мы сваливаем-то? – недовольно прогудел спускавшийся следом за Владимиром Ивановичем Волчара. – Так нормалек было. Чего он дернулся куда-то?– Значит, так нужно, – спокойно ответил постукивающий тростью по ступенькам Иванов.– А он где? – обернувшись, спросил Денис. – Чего застрял?– Сюрприз готовит, – усмехнулся Иванов, – по моей подсказке.Жанна шла впереди.– Вот этот подъезд, – услышала она голос. – Он сказал, что они все туда вошли.Остановившись, она испуганно замерла.– За мной, – прошипел старик. Ухватив Жанну за руку, с неожиданной силой потащил назад. Остановившись на площадке первого этажа сунул руку в карман. Достал авторучку. Сняв колпачок, нажал на кнопку. С коротким стуком выскочил короткий тонкий щуп. Он сунул его в замочную скважину и дважды повернул. – Быстрее, – чуть слышно позвал он и шагнул вперед.– Вам как домушнику, – пропуская Жанну вперед, восхищенно бросил Волчара, – цены бы не было.Заскочив следом за ней, закрыл дверь и, выхватив пистолет, шагнул вперед.– Убери, – недовольно прошептал Иванов.– А хозяева? – приглушенно спросил он.– Они на работе до восемнадцати ноль-ноль. Я же говорил, что несколько раз приходил в эту квартиру. И первым делом по старой привычке узнал о хозяевах всех квартир подъезда все.– Вот это да, – вновь восхитился Денис. – А ручка ваша любой замок открывает?– Почти.– Может, подарите на память?– Вы куда? – Шагнув вперед, Иванов схватил собиравшуюся открыть дверь Жанну.– Там Артур. – Она попыталась вырваться.– Он их ждет, – кивнул Иванов. – Сейчас им будет впечатляющий сюрприз.– А как они квартиру найдут? – не понял Волчара.– Спросят кого-нибудь, – прислушиваясь, ответил Владимир Иванович.– Вот она. – Вытащив пистолет, один из парней подошел к двери с номером сто двадцать три. – Открыто, – обернувшись, прошептал он.– Пошли. – Еще четверо с пистолетами в руках распахнули дверь и ворвались в прихожую.Один остался у двери на площадке. Сверху быстро и почти бесшумно спускался Артур. Парень услышал его шаги, когда он был рядом. Повернулся.Резкий удар в подбородок забросил его в квартиру. В это время внизу раздались возбужденные голоса и шаги бегом поднимавшихся людей. Артур рванулся наверх.– Сто двадцать третья! – По лестнице бежали несколько милиционеров. – Сигналка сработала. Вот. – Они остановились перед приоткрытой дверью. Оттуда грохнули выстрелы.– Ну и домушник пошел, – прижавшись спиной к стене справа от двери, усмехнулся капитан милиции. – С артиллерией на дело начал ходить. Вызывай ОМОН. Это их клиенты.– Нам бы придержать этих, – сказал старший сержант. – А то пойдут в психическую. Наркоманы скорее всего. Милиция! – заорал он и, выставив руку, выстрелил в квартиру. В ответ залпом ударили пять пистолетов.– Не дразни ты их, – теснее прижимаясь спиной к стене, усмехнулся капитан. – ОМОН любит с такими беседовать.Стрельба прекратилась. Проскакивая мимо двери, капитан успел дважды нажать на курок. Из квартиры загремели выстрелы.– Нас начальник дэза съест, – усмехнулся немного побледневший старший сержант. – Всю стену изрешетили. Никому не выходить! – увидев приоткрывшуюся соседнюю дверь крикнул он.– Похоже, здесь мы не по профилю, – милиционеры услышали насмешливый голос снизу и увидели двух мужчин в штатском. – Нам говорят, хату подломили, – вытаскивая пистолет, хмыкнул один. – А тут, похоже, гражданская началась.– Кто это? – шепотом спросил третий милиционер капитана.– Петровка.– Сейчас ребятам, которые нас не застали, весело будет, – усмехнулся Владимир Иванович. – ОМОН приехал.– Где Артур? – прошептала Жанна.– Успокойся, – улыбнулся Иванов. – Артур твой пол-Африки прошел. Неужели каким-то разбойникам подставится?– Вы не наезжайте на разбойников, – с обидой заметил Денис. – Разбой – это гоп-стоп с оружием. Моя статейка.– Извини, – засмеялся Иванов.– Где Артур? – сердито повторила Жанна.– Он нас будет ждать у метро, – сказал Владимир Иванович. – Или на остановке у магазина.– А что он там делал? – поинтересовался Денис.– Сначала вытер отпечатки, – ответил Иванов. – Затем включил сигнализацию и вышел. Она сработала. Он сейчас на этаж вышел. А может, и спускается уже.– Как эти сучата узнали, что мы здесь? – спросил Денис. – Ништяк Артур со своим чувством опасности вылез. А так бы хана.– Положим, хана была бы им, – возразил Иванов. – Врасплох они нас все равно не застали бы. А чувство опасности есть и у меня. Ведь мы вчера говорили об этом. Они найдут водителя, который нас сюда привез. Он им все скажет.Заставить говорить даже сильного, уверенного в себе человека труда не составляет. Угроза смерти близких – беспроигрышный вариант в таких случаях. По времени они уже должны были появиться. А Артур совсем недавно был на войне, где каждая секунда – цена жизни, вот поэтому в нем и проснулось чувство тревоги.– Все, – кивнул Денис. – Теперь малехо не по себе – дергаю сразу. А то ведь по натуре: сидел на хате у подруги одной, мы с приятелем магазин на гоп-стоп взяли, и на душе кошки скребут. Свалил бы, хрен им, а не я. Теперь все, малехо не то – дергаю в разные стороны.Жанна засмеялась. Артур, подталкиваемый милиционером, быстро спускался по лестнице.– Проходите, граждане, – скомандовал любопытствующим жильцам преисполненный важности милиционер. – Не задерживайтесь.Он спустился на первый этаж.– Артур! – Открылась дверь квартиры, и к нему бросилась Жанна.Они обнялись.– Не время, ребята, – недовольно проворчал вышедший Иванов. – Уходим, и чем быстрее, тем лучше. Сейчас едем в одно место. Но очень аккуратно. Выгоняй машину. Мы ждем у выезда со двора.Взяв у него ключи от гаража хозяина квартиры, где стояла машина Владимира Ивановича, Артур быстро вышел.– Толька, – приглушенно позвала Людмила. Из ванной раздался недовольный голос брата:– Чего тебе? Дай отмоюсь. Почти сутки на стройке с бомжами жили. Денег требовали. Ты еще молоток, сумела с бабой насчет… – Не договорив, замер.Выматерившись, выскочил, бросился в комнату и выхватил из-под подушки пистолет.Теперь и он услышал доносившиеся выстрелы.– Это там, – махнула рукой сестра, – по-моему, через дом. Где-то…– Тихо, – попросил Толик. Они, затаив дыхание, вслушались. Стрельба прекратилась.– Чего мы-то заволновались? – Усмехнувшись, он отшвырнул пистолет на диван. – В Москве каждый день стреляют.– Не знаю, – вздохнула Людмила, – но я почему-то стала всего бояться. И знаешь, уже не раз думала о том, чтобы пойти в милицию …– Тронулась! – рассердился Толик. – К мусорам топать… Представляешь, что будет? На нас трупов…– Я убила Кочергу, – чуть слышно проговорила сестра.– Что? – опешил он.– Китаец велел. Дал наркотик и велел через кого-нибудь передать Кочерге. Сказал, что тот знает о нас – о тебе, обо мне, обо всех нас, и, значит, должен умереть. И я… – Не договорив, порывисто вздохнула и закурила.Толик молча смотрел на сестру.– И вот только сейчас я почему-то очень часто вспоминаю Кочергу. Наверное, после того, как поняла, что Юрка использовал меня, а потом предал, спасая себе жизнь. Сволочь, – с ненавистью прошептала она. – И если бы сейчас я увидела его, убила бы. Без сожаления влепила бы пулю.– Где его, козла, подловишь? – усмехнулся Толик. – А что касается Кочерги – не думай. Ты ему подарок сделала. Видела, г какой он был. Если честно, мне его и не жаль. Когда человек на кумаре – он скотина гольная. А с чего это ты вдруг вспомнила Кочергу?– Не Кочергу, а этого гада Юрку все никак забыть не могу. Ведь любила я его. А сейчас, – ее голос зазвенел от ненависти, – своими руками придушила бы. Уж Петька-то, можно сказать, трус, а если бы не он… – Представив, что было бы, зябко передернула плечами.– Я бы его, козла, – буркнул Толик, – сам по частям разобрал. Гребень поганый. Строил из себя заблатненного. Жалко, Волчара ушел. Мы с тобой еще месяц протянем, и все. А что делать – не будешь же на первого встречного кидаться. Хотя подопрет, и кого хочешь на уши поставишь.– Я за месяц заплатила за квартиру, – сказала Людмила. – Сто баксов. Но, наверное, нужно будет раньше уезжать. А вот куда? Ведь у нас нет никого. – Людмила заплакала. – Одни мы с тобой.– Да хорош тебе, – неумело попытался успокоить ее Толик. Подойдя, обнял громко плакавшую сестру. – Куда-нибудь в деревню двинем. Я же многое в селе могу. Огород посадим. Не волнуйся, все будет хорошо.– Давай прямо сейчас поедем, – всхлипнула она. – Деньги есть. Купим домик и…– Сейчас рано, – перебил ее Толик. – Сейчас нам лучше не высовываться.– Да, ты прав. – Людмила опять разрыдалась.– Ну, хватит. – Парень растерялся. Его сестра все время была уверенной в себе, сильной женщиной. Она ни перед чем не останавливалась, и вдруг такое.– Еще несколько дней, – проговорил он, – и уедем в какую-нибудь глушь. Все будет хорошо. Успокойся.– Это точно? – спросил стоявшего у стола Смита капитан милиции.– На все сто, – кивнул тот и, не прощаясь, вышел.– Интересно, – пробормотал милиционер. – Судакова Людмила Викторовна, – прочитал он, – подсунула наркотик с ядом Кочергину Александру. Надо запрос делать. Подтвердится – в Розыск эту Судакову. Но почему они ее отдали?– Правильно, – согласно кивнул Аркадий. – Что на них время терять. Даже если ее возьмут, что она может сказать о нас? То, что их преследует мафия? – Он рассмеялся. – В это никто не поверит. В общем, сделали все правильно.Он хотел добавить еще что-то, но в кабинет стремительно вошел Араб.Бакин вопросительно уставился на него.– Они были там. И смотались, сучары, – процедил араб. – Наших парней подставили. Квартира с сигнализацией. В общем, одного убили, двоих ранили и двоих взяли. Говорить они, конечно, не будут. На этот счет…– Все было так хорошо, – сказал Аркадий, – с Сенатором и друзьями Жеки. А где, кстати, сам Жуков?– Черт его знает, – недовольно прогудел Араб. – И Медведь, его ближайший соратник, исчез. Отделал, сука, четверых, один труп, – и свалил. С ним потруднее будет. У него никого нет в Москве. Та еще сука. Был прапором в морской пехоте, затем судим военным трибуналом. Оружие вроде продавал. Но не посадили. По заказу убрал троих. Может, и больше, но троих точно – из люберецких двоих и одного питерского. Засветился. Но сумел снова выкрутиться. Вел секцию джиу-джитсу. Имеет черный пояс по таэквондо. Кандидат в мастера спорта по рукопашному бою, Единственный минус – плохо водит машину. Вот с ним придется повозиться.– Зачем ты мне так подробно рассказал об этом, – Бакин нахмурился, – как его?..– Медведев Матвей Сергеевич, – буркнул Араб. – А говорю потому, что этот Медведь, его так зовут, не похож на настоящего медведя. Мстителен и дерзок. Утешает одно – друзей у него нет и не было. Только партнеры. А за них он мстить не станет. Если убит, значит, слабак – это его жизненное правило.– Погоди-ка, – удивленно взглянул на него Бакин. – Мне показалось, что ты опасаешься мести этого Медведева. Или я…– Сейчас слишком много врагов, – опередил Араба вошедший в кабинет Альберт. – Ты отключи телефон, – кивнул он на сотовый в руке Бакина.Повернувшись, внимательно и, как показалось Аркадию, немного удивленно посмотрел на Араба. – Ты здорово изменился. Стал думать. Даже говоришь как-то по-другому. Я не ошибся в тебе. Что с уголовниками?– Расписной будет убит сегодня. С другими пока не ясно, убирать их мы запретили. Стараемся выяснить их отношение к истории с Атаманом.– Ты подключи их к поиску Артура и Иванова, – подсказал Бакин, – а заодно и Медведя. Жукова желательно взять живым. К нему есть несколько вопросов. Но совсем необязательно, – тут же добавил он. – А вот Малкину – живой обязательно.Аркадий бросил на него быстрый взгляд.– Куда мы? – спросил сидевший на заднем сиденье с Жанной Волчара.– В одно уютное место, – ответил Владимир Иванович.– А вы не боитесь, – спросил Денис, – что нас засекут на вашей тачке? Ведь номер…– Машина моя, – кивнул Иванов, – но зарегистрирована на одного приятеля. Я ездил по доверенности. Впрочем, уже почти год никуда не выезжал. Люблю скорость, – признался он, – грешен. А реакция да и зрение уже не те. Себя, конечно, жалко, но ведь могу еще кого-нибудь угробить. Так что решил за руль не садиться.– А все-таки, – кашлянул Денис, – куда мы катим?– Я уже ответил.– Может, давайте ко мне заедем? – нерешительно предложила Жанна. – Я возьму что-нибудь из одежды и денег. А то…– Купишь себе все, – перебил ее Иванов, – что захочешь. Артур – богатый тип, а деньги тратит как попало. Однажды, когда мы с ним встретились, – усмехнулся он, – накупил каких-то банок. А там отвратительная по вкусу, запаху и даже цвету зелень. Точнее, зеленью назвать это очень трудно, – рассмеялся он.– Так и выбросили, не попробовав.– Я рискнул, – признался Артур, – потом минут десять зубы чистил. Это, оказывается, какие-то витамины для кошек, – рассмеялся он, – а я не знал. Уж больно банка понравилась, такая…– И брал бы одну, – проворчал Иванов. – А он целых пять штук притащил.– А если бы понравились? – посмотрел на него Артур.– Положим, у меня, – неожиданно для всех серьезно проговорила Жанна, – подобного ты делать не будешь. Потому что я считаю, что деньги общие и должны находиться у женщины. У мужчины, разумеется, должна быть энная сумма, – кивнула она. – Вот с ней и будешь покупать все, что захочешь.– Это называется, – повернулся к ней Иванов, – без меня меня женили.– Лично я не против, – весело сказал Артур. – И даже совсем наоборот. Согласен – и деньги отдавать, и все остальное. Только чтобы с тобой быть.– Или жена и муж, – улыбнулась Жанна, – или никак.– Извини за нескромный и, наверное, даже неуместный вопрос, – вздохнул Иванов. – Ты была замужем?– Разумеется. Целых три года. Даже родила сына, – чуть слышно добавила она и замолчала.– Останови, – поняв, что с ней что-то не так, бросил Иванов. – Мне очень захотелось эскимо.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

– Он понимает, что ты сейчас думаешь о встрече с дочерью.– Так оно и есть. А как попала к нему телеграмма?– Он просил какого-то знакомого найти твою дочь. Дал данные, которые собрал. Тот пришел к нему домой, и соседка, какая-то пожилая женщина – Владимир Иванович говорит, что она получает почту, когда его не бывает, – отдала этому парню телеграмму. Она пришла вчера. Владимир Иванович сегодня как раз позвонил этому мужчине по сотовому, вот и…– Не вовремя, – вздохнул Артур.– Может, там что-нибудь с мужем дочери? Помнишь, Владимир Иванович говорил, что он парализован. Или, может, она себя плохо почувствовала? Тем более ты сам сказал, что телеграмма послана не дочерью Владимира Ивановича.– Но все равно, – буркнул Артур. – Одного я его не могу отпустить.– Почему одного? – вздохнула Жанна. – С ним поеду я. Мы возьмем с собой Дениса. Он, по-моему, в обиду нас не даст. Если там что-то серьезное, договоримся, как сообщить тебе.– Это мысль, – немного подумав, согласился он. – Впрочем, с вами, наверное, и Матвей отправится. Я с ним поговорю.– Он мне не нравится. Какой-то самодовольный тип. Строит из себя супермена, что ли. Денис и то лучше.«Знала бы ты, – мысленно возразил Бонич, – кто убил твоих работников, по-другому бы говорила». А вслух заметил:– Иногда первое впечатление о человеке бывает неверным. Например, мне он… – Подыскивая подходящее слово, замолчал. – Я ему доверяю, – наконец сказал он.– А про Дениса ты говорил сразу, значит…– Ты скоро будешь профессиональным разведчиком. – Смеясь, Артур обнял ее.– Знаешь, как бы я хотел не расставаться с тобой, но не могу. Я привык жить один. Я люблю тебя.– Нет, полковник. – Жанна помотала головой. – Я тебк никуда не отпущу.Отстранившись, Артур некоторое время смотрел ей в глаза.– Я солдат удачи, – чуть слышно проговорил он. – Моя работа – воевать.Я не умею, да и не хочу жить так, как сейчас живут в России. Сейчас ради денег люди идут на все. Правда, те, кто умеет что-то делать законно, могут жить по-человечески. Я ничего не умею. Только воевать. Ты понимаешь? А жить на деньги, что зарабатывает женщина, не смогу. Извини, что…– Ты удивительный человек, – улыбнулась она. – Я таких, как ты, не встречала. И все понимаю. И знаю, что ты сможешь найти дело по душе в России и зарабатывать деньги. Я люблю тебя, Артур.– Ты замечательная. – Артур обнял Жанну. – Но ты забыла, что у тебя тоже не все в порядке. Ты сама слышала, что…– Я слышала и еще кое-что. Что они мне не сделают ничего плохого.– Это только слова, – заметил Артур.– Знаешь, я поняла вот что: меня в последнее время стали как бы опекать. И все время была какая-то недоговоренность. Я сначала не обращала на это внимания, считая, что это в память о папе, который очень много сделал для Карла Игоревича. Кстати, имя свое он получил в честь Маркса.– Ты сказала об этом очень вовремя, – недовольно отметил Артур.Жанна улыбнулась:– Тебе совсем не идет быть сердитым.– Да я беспокоюсь за тебя. События этих дней показали, что поводов для этого больше чем достаточно. А тут еще телеграмма.– Я поеду один, – услышал он голос Иванова. – Ты приехал ради дочери и поедешь к ней. Со мной поедут Денис и Матвей. Я с ними говорил, оба согласились. Ты, – он повернулся к Жанне, – поедешь с Артуром. Его нельзя отпускать одного. – Владимир Иванович вышел.– Если хоть один из твоих заговорит, – кричал Аркадий, – я с тебя с живого кожу сниму! Понял?! – Шагнув вперед, потряс кулаком перед носом Араба. – Почему…– Смита нужно спросить, – пробурчал тот.– Смит убит, – заметил куривший в кресле Устранитель. – Мусора взяли пятерых. Семеро убиты. Я говорю о группе Смита. Ранены двое омоновцев и один убит. С ав…– Что случилось с Нонной? – вопросом перебил его вошедший Абрам.– Подожди ты с Нонной, – отмахнулся Бакин. – Здесь…– Из сейфа пропали договоры с прибалтами, – нервно заговорил Абрам, – и наши счета в банках Грузии, Украины, Армении и Молдавии. Ты понимаешь, что это такое?!– Тогда был кто-то третий, – опешил Аркадий. – Мне Альберт сказал…– Альберт сам ничего не знал! Об этом знают Кардинал, я и Карл. Вы сами постановили, что бумажная волокита вам ни к чему. Помнишь, как ты возражал против вкладывания долларов в банки бывших советских республик? Но мы это сделали и получаем неплохую прибыль, потому как там доллар дорожает гораздо быстрее, чем у нас. Если эти счета попадут в органы, нам конец. Всем конец, – чуть слышно произнес Абрам. – Я спрашивал всех о Глобусе, – немного помолчав, продолжил он. – Никто ничего не знает. Кроме того, что он кого-то где-то встречал. Нонна была у себя на даче. Ей кто-то позвонил, и она уехала. Одна уехала. И я понимаю почему. Она давно хотела прибрать к рукам эти счета и тогда держала бы за горло всех, включая своего мужа. Бросьте все дела. Необходимо найти эти бумаги. Опросите всех, кто мог что-то видеть. И найдите эти бумаги!– А Жанна? – напомнил Аркадий. – Ведь она тоже…– Ее поисками занимаются мои люди и уголовники. Я сумел договориться с Косым, Днепром и Вялым. За деньги их парни перевернут всю Москву и Московскую область и найдут ее. Они умеют работать.– Но они могут ее убить, – сказал Аркадий.– Исключено, – заверил Абрам. – Они просто найдут ее и сообщат нам. При этом постоянно будут держать в поле зрения. Если, конечно, будет возможность захватить Жанну, сделают это. У них, кстати, неплохие парни работают. Сейчас нет явных исколотых уголовников. Тренированные, крепкие ребята. Так что ваша задача, – строго обратился он к Устранителю и Арабу, – узнать все, что можно, о бумагах. Кому они могли понадобиться? И кто эта баба, которую убила Нонна? Кто убил ее и Глобуса? Как открыли сейф? Сплошные вопросы и ни малейшей зацепки.– Что решили с Жекой? – неожиданно спросил Устранитель.– Решать будешь сам, – буркнул Абрам. – Он ваших боевиков бил.– Ясно, – довольно улыбнулся Устранитель.– Я – за, – кивнул Волчара. – Поеду. Хоть куда покачу. Мне без…– Надолго? – спросил Медведь.– Мы уже говорили об этом, – заметил Иванов. – А ты снова спрашиваешь. Почему?– Потому что чем дольше меня не будет в столице, тем лучше, – улыбнулся Матвей.– Я не знаю, – признался Владимир Иванович. – Все выясним на месте.– Отлично, – довольно улыбнулся Кардинал, погладив тонкую кожаную папку. Стоявшие перед ним Клещ и Рекс недоуменно пере-глянулись. – Вы даже не заглянули в нее. Я бы на вашем месте, наверное, не упустил шанс стать сказочно богатым. Здесь, – он хлопнул ладонью по папке, – счета восьмерых человек, и от каждого имеется чек на предъявителя. Абрам и я решили, что, как только дело запахнет жареным, мы покинем Россию, прокатимся по странам ближнего зарубежья, соберем деньги и уже оттуда – куда-нибудь в Пакистан. Это всего лишь разговоры, что страны Азии нищие. С деньгами даже в России живут прекрасно. Но потом я подумал: а почему я должен делиться с Абрамом? – Он усмехнулся. – И решил это до гениальности просто. Правда, сейчас сюда нужно ожидать гостей. Хотя, кроме вас, против меня свидетелей нет. Но я надеюсь, вы останетесь по-прежнему верными мне?– Конечно, – за обоих ответил Клещ.– Тогда возьми в баре бутылочку коньяка и съездим на речку, – улыбнулся Кардинал. – Обмоем это дело. Впрочем, – он взглянул на часы, – сначала обмоем, а потом поедем.Раздался вызов сотового телефона. Подмигнув боевикам, Кардинал приложил его к уху.– Да.– Эдуард, – взволнованно сказал Абрам, – произошло ужасное. Похищены бумаги из твоего сейфа.– Когда? – стараясь, чтобы голос прозвучал испуганно, крикнул Эд.– Вчера. Убиты Нонна, Глобус и какая-то женщина. При ней не обнаружено никаких документов. Я пытаюсь найти того, кто это сделал. Ты мне вот что скажи: ты посылал в Москву кого-нибудь из своих парней?– Разумеется, нет. А почему ты спросил?– В Москве кое-кто из парней видел Рекса. Он где сейчас?– Сейчас узнаю, – кивнул Эдуард. Подмигнув ничего не слышавшим парням, быстро вышел. – Лад! – громко спросил он. – Где Рекс? – И затряс головой.Сидевший в машине парень удивленно посмотрел на него.– Ты его не видел уже сутки, – прошипел Кардинал.– Куда-то уехал, – сообразил парень. – Уже сутки нет.Подмигнув парню и вытащив из кармана сотню долларов, Кардинал положил ее на пенек, кивнул парню и вернулся в комнату.– Его уже сутки нет, – ответил он. – Если…– Я слышал, – перебил его Абрам. – Значит, он приложил к этому руку. Если сможешь, перехвати его и сразу же свяжись со мной. Я тоже буду его искать.– Отлично. – Кардинал отключил телефон. Посмотрев на молча стоявших боевиков, рассмеялся. – Абрам, – сказал он. – Пропажа обнаружилась. Никаких зацепок – думают на Шакала. Я поддержал их подозрение. Поехали. – Шагнул к двери, но остановился. «Как же я мог забыть? – подумал он. – Что делать? Убивать? Нельзя. Но что-то предпринять надо. Что? – посмотрев на сидевших в джипе парней, усмехнулся. – С вами будет все просто. А вот с ним… – Сплюнув, махнул рукой. – Надеюсь, в ближайшие полчаса у него разговора с Москвой не будет. А если?.. Тогда все».– Парни, – позвал он. – Я совсем забыл, – с деланным огорчением проговорил он, – у меня очень важный разговор. Идите, отметим удачное дело здесь.Рекс и Клещ уже не в первый раз удивленно переглянулись. Шеф никогда не был так радушен и приветлив. Они пошли к дверям двухэтажного охотничьего домика. Кардинал наполнил рюмки. Повернувшись, кивнул.– Спасибо, и давайте за то, чтоб и дальше все было удачно. Парни, подойдя, взяли рюмки.– Новостей никаких не узнали? – чокаясь с ними, поинтересовался Кардинал.– У него сын родился, – кивнул на Рекса Клещ.– Сын? – Эдуард поставил рюмку. – Пьянка отменяется, – твердо проговорил он. Боевики тоже поставили рюмки. – Вы сейчас же отправляетесь в один город, – быстро проговорил Кардинал. – Немедленно, и вот что вы там должны сделать…– Ему паралитик Яковлев топором всю тыкву размолотил, – посмеиваясь, говорил Родион. – Его туда сунули, чтоб баба на работу к нам вышла. А тут Наседина в эту же клинику отвезли. Потом чухнулись – он же всех вломить может.Ну, двое мусоров, которые на нас вместе с Насединым пахали, поехали туда. И так, словно нечаянно, меж собой базарок пустили: Наседин Зойку Яковлеву вместе с дочкой хотел завалить. И вроде кого-то крепко подранил. Это под балконом, на котором калека в кресле сидел. Тот, говорят, чуть с балкона не упал. Они и свинтили сразу. А тут медсестра в палату Яковлеву таблетки принесла. Он ее и спрашивает про Наседина. А та в масть попадает. Да, говорит, здесь он. Какую-то женщину с ребенком хотел убить. И все. – Родион захохотал. – Калека на свой самокат – и вперед. С пожарного щита топор хвать, и старшую медсестру на гоп-стоп: где Наседин лежит? Та топор увидела, полные штаны наложила и сказала.Он закатился туда и по раненой ноге ему хрясь. А затем давай череп кромсать. В общем, все ништяк вышло.– Нормально, – усмехнулся Фалин. – А что теперь с женой?– Она мастер отличный, – вступил в разговор Валерий. – Ее давно в цех хотели заиметь. Она – ни в какую. Я даже предлагал в каторгу ее спустить. Но муж, сука, заяву бы написал. А тут прихватили: у нее дочка в деревне у свекрови. Туда и поехали наши. Сейчас уже три дня работает. – Он засмеялся.– Пашет, как пятилетку за два года.– А чего она не шла-то? – удивился Шустрый. – Ведь деньги хорошие платят. И «крыша» была бы.– У нее пахан воду мутил, – объяснил Ниндзя, – против директоров наших. Телеги катал в суд, ментовскую и прокуратуру. Но у тех везде блат, так что ни хрена у него не получалось. Он тогда прессу на уши хотел поставить. Его вовремя тормознули. Она, видимо, поняла, что наших рук дело, ну и завыпендривалась.– А сейчас будет работать? – спросил Шустрый. – Свекровь, наверное, прикатила вместе с внучкой.– Нет. Внучка там под бдительным оком наших. Кто там сейчас? – поинтересовался он у брата.– Четверых каких-то Стилист отвез.– А шум баба не поднимет? – спросил Фалин. – Дочь на похороны не приехала.– Бабка говорит, что с расстройства внучка слегла, – засмеялся Валерий.– Ведь понимает, что ее сразу шлепнут, если шум какой поднимется, – добавил он.– Собственно, насчет Наседина интересно, – опомнился Фалин. – Хоть спокойнее стало. А эта баба, – он махнул рукой, – это ваши дела. Сейчас Атамана надо как-то выкурить. Мусора сняли бы посты, вот бы класс был.– Есть идея, – сказал Валерий.– Какая же? – в один голос спросили Шустрый и Фалин.– Двоих, хоть чем-то похожих на Атамана и его братка, засветить в соседней области, – усмехнулся Ниндзя. – Пусть мусора какого-нибудь подстрелят. Менты, мне кажется, клюнут. Какого хрена им людей в районе держать, если Атаман с братцем в соседней области загуливают?– Точно, – немного подумав, согласился Фалин. – Чего же ты раньше молчал?– Мне Лолка эту идейку подкинула.– А где найдешь таких, – засомневался Шустрый, – чтоб на Атамана с братом похожи были?– А тут очень красиво мусоров обуем, – засмеялся Валерий. – В Рязанской области, в Туме, у нас небольшой филиал есть. Так что свидетелей набрать – дело плевое. К тому же есть один мусор. Он хоть что скажет. Вот в него и его напарника Атаман и стрелять будет. Там же человека четыре увидят это. И в ментовскую они звякнут. Потом в один голос пропоют приметы. И мусора поймут, что Атаман обул их и уже в Рязанской области гулеванит.– Точно, – энергично кивнул Шустрый. – Ох и головушка у твоей женушки, – подмигнул он Валерию.– Так. Кого пошлем?– Я поеду, – сказал Родион. – Все равно надо внешние данные Атамана давать. Приметы, – уточнил он. – И братика его. Я им фотки покажу, чтоб каждый из свидетелей те же приметы описывал.– Вот это класс, – снова восхитился Фалин.– Ты чего меня звал? – Войдя в охотничий домик, Семенов хмуро взглянул на шагнувшего навстречу Кардинала.– Просто выпить, – протягивая руку, улыбнулся тот. – И еще кое-что. В общем, часов восемь ты будешь нужен.– Не могу, – покачал головой Игорь, – сына встречаю.– Как сына? – Кардинал заметно растерялся.– Сегодня Алешка приезжает. Я позвонил и сказал, что мама уехала. Ты почему еще здесь? – усмехнулся он. – Или она там жилье обихаживает? А может, ты ее не для себя нашел?– Подожди, – остановил его Кардинал. – Мила уехала? Куда? Когда?– Хватит, Эдик, – поморщился Семенов, – из меня дурака делать. Мало того, что ты мне рога наставил, так еще…– Постой. Я тебе серьезно говорю, что не знал о том, что она куда-то собирается. А вот насчет сына ты меня огорошил. Я думал, он у тещи твоей.– Тебе-то какая разница, где он.«Если бы ты знал, как ты вовремя появился», – мысленно усмехнулся Кардинал.– Я сейчас. – Он вышел.– Мне нужно уезжать, – громко проговорил Семенов. – В семнадцать двадцать пять самолет из Москвы. Я Алешку встретить должен.– Умница! – услышал он громкий веселый голос Эдуарда.Нахмурился и бросился к выходу.Кардинал, стоя у джипа с двумя парнями, что-то им говорил.– Я поехал, – бросил Семенов, направляясь к своей машине.– Взять! – услышал он голос Кардинала.На него бросились четверо. Он успел ударить одного кулаком в лицо и упал.– Не трогать! – крикнул Эдуард. – Свяжите – и наверх.Семенова подняли, нацепили наручники и поволокли к дому.– Сына тронешь, – крикнул Семенов, – я тебя убью! Всю вашу организацию сдам!– Ничего ты не сделаешь, папашка, – улыбнулся Кардинал, – потому что дороже сынка у тебя ничего нет. Да. – Взмахом руки он остановил парней, тащивших Семенова к двери. – Хочу тебя обрадовать: ты вдовец. Твоя женушка оказалась агентом вражеской стороны и хотела похитить счета нашей фирмы. Убила мою жену, своего сообщника и погибла сама. Так что к тебе возможны претензии со стороны центра. Но, надеюсь, ты сумеешь выкрутиться. Если хоть слово вякнешь, Алешка умрет, – жестко добавил он.– Гнида! – пытаясь вырваться, заорал Семенов. – Сволочь! Я тебе кишки выпущу! Мразь!Кардинал с улыбкой слушал оскорбления в свой адрес. Затем коротко и резко ударил Игоря кулаком в живот.– Заприте его наверху, – бросил он державшим обмякшего в их руках Игоря парням. – И глаз с него не спускать. Как все удачно получилось. – Он засмеялся.– К турниру все готово, – довольно улыбнулась Алиса.– Когда он будет? – спросил Пряхин.– Ниндзя сказал, дня через три.– Ставить на кого-нибудь будешь?– Конечно.– В йогурт ни с кем не собираешься? – Пряхин игриво хлопнул ее по ягодицам.– Собираюсь, – засмеялась она. – И не в йогурт. С Лолкой разобраться хочу. – Вот это вечер будет, – рассмеялся Григорий.– Как дела, подружка? – насмешливо спросила вошедшую в раздевалку Светлану Екатерина.Не отвечая, та подошла к своему шкафчику.– Да ты никак на меня обиделась, – засмеялась Екатерина. – Кончилась ваша любовь, – ехидно констатировала она.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62