День гнева

Дронго – 35OCR & SpellCheck: Zmiy«День гнева»: АСТ; 2002ISBN 5-17-012438-4Аннотация Покушение на жизнь министра финансов, к счастью, по чистой случайности оказалось неудачным. Однако — кто может быть уверен, что суперпрофессиональный киллер, получивший дорогостоящий заказ, не повторит свою попытку снова? Агент Дронго, который начинает расследование, уверен в одном: чтобы остановить убийцу, необходимо прежде всего найти заказчика. Вот только — как отыскать убийцу среди множества людей, которым министр успел помешать, единственного, действительно решившего убрать его с дороги? Ведь времени на размышления у Дронго просто нет…Чингиз АбдуллаевДень гневаГнев есть оружие бессилияС.СегюрНачало— Слепнев, на выход! — крикнул дежурный, гремя ключами.Приделанная к двери цепь позволяла открыть ее ровно настолько, чтобы из камеры можно было выходить только по одному. Зэк кивнул сокамерникам и не торопясь вышел в коридор.— Руки за спину, — приказал дежурный, — вперед!Слепнев выполнил приказ и двинулся к выходу.— Послушай, полковник, — раздался за спиной у него горячий шепот, — как только выйдем, я тебя передам постовому контролеру. Вместе с ним дойдешь до стены. Там будет веревка. Понял?— Понял, — не оборачиваясь, ответил Слепнев. Он так давно ждал этого дня!— Иди, иди, — заторопил дежурный, заметив, что в конце коридора появился кто-то посторонний.Когда подошли к выходу, дежурный открыл одну дверь, затем вторую, они спустились с лестницы и очутились в другом, более коротком коридоре, где за решеткой их вот уже пятнадцать минут, нетерпеливо поглядывая на часы, дожидался постовой контролер. Он видел Слепнева впервые, но понимал, что именно этот человек резко изменил его жизнь. Контролер ни о чем не жалел. За такие бабки стоило не только распрощаться с работой и поменять место жительства, но и при необходимости с оружием в руках проложить путь к побегу этого заключенного. Он только не понимал, какую такую ценность представляет собой этот отставной полковник. Главное, это было контролеру на руку, и он кивнул дежурному, зная, что тот тоже получил довольно-таки солидный куш.— Это он? — на всякий случай негромко спросил контролер, с интересом глянув на седовласого, чуть выше среднего роста заключенного. Сопровождавший узника дежурный кивнул, открывая дверь и пропуская заключенного. Потом, не оглядываясь, зашагал обратно. Его задача была доставить узника до этого коридора. Поэтому ему заплатили не так щедро, как контролеру, сопровождавшему заключенного дальше. Но даже полученные двадцать тысяч долларов были для него целым состоянием, таких денег он не смог бы заработать и за десять лет честной службы в тюрьме.Он знал, что через несколько часов будет объявлена тревога. Начнутся допросы, подозрения, обвинения. Но деньги он уже надежно спрятал, а побег этого опасного заключенного можно списать на постового контролера, исчезнувшего вместе с узником. И сейчас надзиратель думал больше о приваливших ему деньгах, чем об узнике, все еще удивляясь, почему за него отвалили такие бабки. В отличие от контролера он хорошо знал заключенного, но здраво рассудил, что большие деньги просто так никто не платит.В этой тюрьме сидели особо опасные преступники и криминальные авторитеты. Это была своего рода тюрьма в тюрьме. Девятый корпус, или сизо номер четыре, охранялся с особой строгостью. Тюрьма, известная в народе как «Матросская тишина», состояла из двух корпусов. В сизо номер один отправляли всякую уголовную шушеру, в сизо номер четыре — не только самых известных криминальных авторитетов страны, но и бывших сотрудников милиции и прокуратуры, которых невозможно было сажать в общие камеры обычных изоляторов. Побег отсюда практически исключался. Достаточно сказать, что раньше этот корпус находился в ведении КГБ СССР. Но за последние десять лет уже случился один побег, тоже с помощью подкупленных охранников: сбежал известный киллер. Итак, тревога была объявлена только через два часа, когда заключенный и офицер были уже далеко за пределами города. Несмотря на все усилия сотрудников ФСБ и милиции, поиски успехом не увенчались — заключенный и офицер исчезли бесследно.День первый. Москва. Утро.6 часов 21 минутаОн услышал звонок и взглянул на часы. Черт возьми! Только начало седьмого. Что за идиот звонит в такую рань? Он покосился на аппарат. Тот продолжал трезвонить. Какая наглость звонить ни свет ни заря. Обычно все неприятности случаются по понедельникам, а сегодня вторник. Неужели опять что-то неожиданное? Но что могло произойти этой ночью? Другое дело в пятницу. Но до пятницы еще два дня. Жаль, что жена уехала на дачу к внукам. А то могла бы снять трубку. Она спала как раз с левой стороны, у самого аппарата.Телефон не умолкал. Ну кому охота разговаривать в такое время? Но тот, кто звонит, этого не понимает. Так что придется ответить. И, подвинувшись ближе к аппарату, он снял трубку.— Слушаю, — голос у него был недовольный и сонный.— Артем, ты? — Сон как рукой сняло. Жена! Он понял: что-то стряслось.— Что-нибудь случилось? — закричал он вне себя от волнения.— У нас несчастье, — сообщила жена, не думая о том, что может буквально убить подобным сообщением своего сорокасемилетнего супруга, страдающего сосудистыми заболеваниями. Впрочем, особой деликатностью она никогда не отличалась. У него кольнуло сердце.— Какое несчастье? О чем ты говоришь? Что случилось? Что-нибудь с Катей? — Он засыпал жену вопросами, не давая ей вставить и слово.— С Димой, — сказала она наконец, — он поел у соседей грибы. Очевидно, домашнего приготовления. Я ему сто раз говорила, чтобы не ел ничего в гостях…— Что с ним? — остановил он словесный поток жены.— Ребенок отравился. Его рвет, кружится голова, боли в животе. Необходимо срочно промыть желудок.— А где Леонид? — Он имел в виду зятя. Тот был неплохим художником, но они с женой считали его непутевым. Не о такой партии мечтали супруги для своей единственной дочери, выскочившей в девятнадцать лет замуж. Теперь у нее уже было двое детей: пятилетний мальчик и трехлетняя девочка. Против внуков молодые дедушка и бабушка не очень-то возражали. Это даже примирило их с вечно разболтанным Леонидом.— Его, как всегда, нет, — произнесла жена убитым голосом, — заночевал в мастерской. Я сразу подумала, что нужно взять у соседей машину и отвезти Диму в больницу. А то, пока вызовем машину, пока она приедет в наш поселок, пройдет несколько часов.— Вы сейчас на даче?— Конечно, нет. Я разбудила Евгения Константиновича, и он любезно согласился подвезти нас до больницы. На даче остались Катя с малышкой. Будь добр, пошли за ними машину, надо их забрать в город. Представляешь, в каком сейчас состоянии Катя?— Откуда ты говоришь? — Он все еще не мог ничего понять.— Мы едем в больницу, — недовольно сообщила она, — я говорю по мобильному. Ты, видно, еще не проснулся, слышал, что я сказала про Диму?— Конечно, слышал, — пробормотал он, вскакивая с постели, — я сейчас позвоню Кате и пошлю за ней машину. А сам приеду к тебе. В какой вы больнице будете?— В местной. Пожалуйста, приезжай, пусть видят, что Дима — твой внук. Иначе сам понимаешь, что может быть.— Конечно, приеду, — кивнул он, словно жена была здесь, — сейчас же позвоню Кате и вышлю за ней машину, — повторил он.— А мы будем ждать тебя в больнице. Не забудь захватить мобильный телефон, чтобы я могла тебя найти.— Хорошо. — Он бросил трубку. Когда живешь с женщиной больше четверти века, начинаешь ненавидеть ее, но еще больше — себя. За то, что терпишь ее вечно недовольное лицо.Ведь ни разу в жизни он не видел ее довольной. Ни когда они поженились, будучи студентами экономического факультета. Ни когда поехали в Харьков, куда он получил распределение. Ни когда вернулись в Москву и жили втроем в маленькой комнатке без удобств. Из научного института он перешел на работу в банк. Потом они поехали в Австрию, где он представлял интересы Внешторгбанка. В начале девяностых вернулся и поступил на службу в крупный коммерческий банк. Лишь тогда она немного успокоилась. К тому времени появилась роскошная квартира в центре Москвы, большая дача в престижном дачном поселке, свои машины, водитель, помощник, няня, кухарка. Но лицо жены по-прежнему оставалось недовольным, и она всегда находила повод, чтобы испортить ему настроение. Впрочем, за долгие годы совместной жизни он привык к ней. Привык к ее вздорному, взбалмошному характеру. И иногда с удивлением замечал, что относится к ней намного лучше, чем в молодые годы, когда семейные ссоры, казалось, неминуемо должны были закончиться разводом.Артем Сергеевич Полетаев был назначен министром финансов страны полгода назад, как раз когда вице-премьером стал его друг и бывший однокашник Сережа Шумский, с которым они вместе учились на экономическом факультете. Нужно отдать должное Шумскому. Всего за полгода он успел проявить себя как человек твердых принципов, неуклонно проводивший в жизнь экономические решения правительства, невзирая на критику со всех сторон.Полетаеву было сорок семь лет. Высокий, с красивой густой шевелюрой и правильными чертами лица, он очень нравился женщинам. Особенно привлекали его глаза, серые, с загадочным выражением. Многие считали, что с такой внешностью Полетаеву нужно было идти в киноартисты, а не в экономисты. Жену раздражали подобные разговоры, поскольку сама она уже растеряла былую красоту, располнела, погрубела, ноги портило варикозное расширение вен. Словом, она была стареющая женщина, под пятьдесят, в климактерическом возрасте, а он — полный сил и хорошо сохранившийся мужчина, тоже под пятьдесят, до сих пор нравившийся женщинам, в том числе и собственным секретаршам.Артем набрал номер дачного телефона. Трубку сразу взяла Катя. Видимо, еще не ложилась.— Алло!— Катя, это папа. Как дела? Все в порядке?— Ты знаешь про Диму?— Знаю. Сейчас поеду в больницу, а за тобой и малышкой пришлю моего водителя. Так что собирайся.— Хорошо. Может, по дороге заехать в больницу?— Без тебя обойдемся. Будь готова, машина приедет минут через тридцать-сорок. И позвони Леониду, — с нотками недовольства в голосе сказал отец, — пусть хотя бы встретит вас.Поговорив с дочерью, Артем Сергеевич позвонил водителю. С ним они работали еще в коммерческом банке. Уходя в министерство, Артем оставил его в качестве личного водителя для семьи. По службе ему полагался шофер, который заезжал за ним по утрам вместе с охранником и отвозил в министерство. Личный водитель, татарин, работал вместе с Полетаевым уже шесть лет. Артем довольно долго ждал, пока тот поднял трубку, — очевидно, спал.— Доброе утро, Ханифа, — Артем посмотрел на часы, — извини, что беспокою тебя так рано.— Ничего, Артем Сергеевич, я всегда встаю в половине восьмого. Что-нибудь случилось?— Случилось. С Димой плохо. Отравился грибами. Его повезли в больницу. А Катя одна на даче, с дочуркой. Поезжай за ними и привези их в город. Только не торопись. Я возьму свою машину.— Понял, Артем Сергеевич. А может, вызвать вашего водителя с охранником?— Они еще спят. Ничего страшного. Надеюсь, меня не похитят, а я успею вернуться до половины девятого, когда они приедут за мной.— Хорошо, Артем Сергеевич. Буду у Кати через полчаса.Полетаев тряхнул головой. В пятницу у него такой важный доклад, а он должен сейчас заниматься внуком. Впрочем, жена права, в больницу ехать нужно обязательно. Мало ли что там может случиться. Дима — вылитый дедушка, а на отца, к счастью, совсем не похож. Сыновей у Полетаева не было, он испытывал к Диме отцовские чувства и очень гордился им. Все надежды были на внука.Артем побрился и начал одеваться. По привычке достал свежую белую рубашку. И на мгновение заколебался, решая, как именно ему одеться. Дачный костюм явно не подходит, он может не успеть вернуться домой, чтобы переодеться. Да и жена не одобрит, если он приедет в больницу в куртке и джинсах. Он подумал, что день начинается трудно.Но, завязывая галстук и глядя в окно, Полетаев даже представить себе не мог, каким сложным окажется нынешний день: через два часа возле его дома будет двое убитых… Начнется самая страшная история в его жизни.День первый. Москва.6 часов 23 минуты.В двадцати пяти километрах от аэропорта ДомодедовоОчевидно, оба не любили лишних слов, так как сидели в автомобиле, почти не разговаривая, ожидая, когда наконец появятся нужные им люди. Машина стояла на проселочной дороге, недалеко от леса. Со стороны шоссе ее не было видно, и в предрассветной тишине «Рено» казался лишь деталью пейзажа. В половине седьмого утра, когда солнце уже поднялось над горизонтом, послышался наконец шум подъезжавшей машины и появилась «Волга» белого цвета, в которой, кроме водителя, находились еще два пассажира.— Они, — сказал сидевший рядом с водителем «Рено» мужчина, кивая в сторону «Волги». Второй, не произнеся ни слова, вышел из автомобиля, ожидая, когда «Волга» приблизится. Она остановилась в двадцати метрах от него, и ее водитель, увидев стоявшего на дороге человека, быстро вышел и поспешил к нему. Незнакомцу на вид было лет сорок пять. Коротко подстриженные седые волосы, резкие черты лица, брезгливое выражение, тонкие губы, проницательные темные, глубоко посаженные глаза, словно сделанные из стекла и существующие как бы сами по себе. Короткая темная куртка, темные брюки, темная рубашка. Если бы приехавшие могли обойти его сзади, то наверняка заметили бы у него пистолет, закрепленный в кобуре под курткой с правой стороны. Пистолет имел непропорционально длинное дуло, и только профессионал мог догадаться, что на него надет глушитель.Водитель «Волги», подходя к нему, оглянулся на своих пассажиров, оставшихся в машине.— Приехали, — сообщил он, тяжело дыша, — они немного задержались.— Где ты их взял?— У станции метро, как вы говорили.— Надеюсь, у тебя хватило ума подождать, пока они подойдут к твоей машине?— Конечно, — выдохнул водитель и торопливо добавил: — Все в порядке, — словно опасался, что ему не поверят. Водителю было лет тридцать пять. На небольшом покатом черепе у него росли редкие волосы. Несмотря на довольно прохладную погоду, он все время потел, словно ему было жарко или же он боялся стоявшего перед ним человека. Второе предположение было, пожалуй, ближе к истине, так как он испуганно следил за выражением лица седовласого. Но тот как-то неопределенно кивнул, сделав знак остальным пассажирам подойти.Двое подошли молча, лишь кивнув в знак приветствия. Все было обговорено заранее. На обоих были темные костюмы и голубые рубашки. Лица одинаково упрямые, какие бывают у жестоких и недалеких людей. Они подошли и застыли в трех метрах от седовласого незнакомца, которого, очевидно, знали в лицо. Еще они знали, что тот не любит лишних слов.— У нас все готово, — доложил один, — весь груз в машине. Вчера еще раз все проверили. Он выезжает на работу обычно в половине девятого. В восемь часов мы будем на месте.— Хорошо, — кивнул седовласый, — но всего один выстрел. И наверняка. Подъедете на своей машине. Потом бросите ее в переулке, как договаривались, а Марек заберет вас на другом конце улицы. У вас будет четыре минуты. Ровно четыре.— Мы помним, — сказал один из них. У обоих были характерные азиатские лица, широкоскулые, с мешками под узкими глазами.— Где машина?— Уже стоит в гараже.— Сейчас половина седьмого, — посмотрел на часы седовласый, — успеете до восьми?— Конечно, успеем. До гаража полчаса. Еще полчаса до его дома. У нас в запасе тридцать минут.— До свидания, — кивнул седовласый, и все трое вернулись к «Волге».Он смотрел, как они садятся в автомобиль, как автомобиль разворачивается и отъезжает. Подождав еще минуту, пока «Волга» исчезла в утреннем тумане, седовласый пошел к своей машине. Сквозь темные стекла «Рено» никто из приехавших на «Волге» так и не смог увидеть находившегося там пассажира.— Все в порядке, — бросил седовласый, усаживаясь за руль.— Вы им доверяете? — спросил пассажир, все время, пока шел разговор, наблюдавший за приехавшими.— Я никому не доверяю, — хмуро ответил седовласый, — но это лучший материал, который удалось отобрать.Его собеседнику на вид было не больше пятидесяти: лысоватый, с крупным мясистым носом, полными щеками, маленькими круглыми глазами-буравчиками, спрятанными за большими стеклами очков.— Разве можно таким типам поручать столь важное дело? — недовольно спросил он. — Конечно, полковник, это ваше личное дело, но лица у них как у настоящих головорезов.— Они бывшие уголовники, — небрежно бросил полковник, — их лица меня не особенно интересовали. Я отобрал самых лучших.— Надеюсь, — кивнул пассажир, — извините, что я вам еще раз напоминаю, полковник, но все нужно решить сегодня.1 2 3 4 5 6

Обязательно сегодня.— Это вы мне уже говорили.— Да, да, простите. Но это очень важно.Полковник кивнул и, оглядевшись, плавно тронул автомобиль с места.— И еще, — торопливо добавил пассажир, чуть запнувшись, — думаю, вы предусмотрели вариант на случай, если их схватят. Меня они, конечно, не могли видеть, и все-таки… Надеюсь, вы понимаете, как важно их молчание? В ФСБ умеют допрашивать…— Они справятся, — кивнул полковник, выруливая на дорогу.— Может, пару выстрелов они и успеют сделать. Но их могут схватить. Что тогда?— Нет, — ответил полковник, — не могут.— И не забывайте, что у них есть обратные билеты в Киев. На сегодня. После операции они не должны оставаться в городе. — Пассажир снял очки и протер стекла неизвестно откуда появившимся у него большим носовым платком. — Вы помните все детали операции?— Не помню, — ответил полковник, — вы сами говорите, что в ФСБ работают не дураки. Думаю, эту парочку нельзя отпускать в Киев, откуда они могут вернуться к себе на родину.— Что вы хотите этим сказать? — спросил пассажир, торопливо водружая очки на прежнее место.— Насколько я вас понял, в любом случае все должно быть решено сегодня. Вы не знаете, убить любого человека достаточно легко, — продолжил полковник, — от профессионального убийцы не защитит ни одна охрана в мире, но главное не это. Убить политика не проблема. Убить известного политика тем более не проблема. Важнее другое. Кого подставить в качестве убийцы? Трудно найти убийцу, которого можно было бы подставить и показать обычным людям. Именно это самое сложное в нашем деле.— Это ваши проблемы, господин Слепнев, — быстро пробормотал пассажир, — мне они неинтересны.— Конечно, — усмехнулся полковник, — мои. Именно поэтому вам не нужно беспокоиться. Эти двое умеют стрелять. Судя хотя бы по их лицам, которые вам так не понравились. А ничего другого от них и не требуется.— Извините, — с тревогой произнес собеседник, — но сохранение всей операции в тайне — первейшее условие нашего с вами договора. Вы их предупредили об этом?— Все сохранится в тайне, — угрюмо ответил полковник. — А кто именно будет стрелять, не так важно. Я искал по всему бывшему Союзу, просил найти двух опытных стрелков, не очень известных в Москве. А насчет тайны не беспокойтесь. Там все будет идти по плану, стрелки и дня не проживут после выполнения задачи.В салоне наступило молчание. Одна секунда, вторая, третья…— Что вы сказали? — медленно спросил пассажир.— Я пошутил, — мрачно ответил полковник, глядя прямо перед собой.— Да, — быстро кивнул собеседник, — конечно же, пошутили. Теперь я вас понял.Седовласый вел машину осторожно, не спеша, и мимо поста ГАИ они проехали на скорости семьдесят километров.— Не опоздаем? — спросил пассажир, взглянув на часы.— Нет, — ответил полковник, — приедем даже раньше. Билеты уже заказаны, и места в первом ряду гарантированы. Нужно только успеть пересесть в другой автомобиль.Пассажир нервно дернулся. Он хотел было возразить, но передумал, еще раз взглянул на часы и не произнес больше ни слова. В конце концов, через два часа все будет кончено, и они, видимо, никогда больше не увидятся с полковником.День первый. Москва.7 часов 35 минутОн взял свой автомобиль из гаража. Предыдущая работа в банке принесла свои ощутимые плоды не только в виде большой роскошной квартиры в центре города, но и нескольких личных автомобилей, которые он приобрел за последние три года. И если Ханифа ездил на темно-синем «Вольво», то сам Полетаев предпочитал новый «СААБ», серии девять-пять. Потрясающая отделка внутреннего салона, изысканный дизайн и новейшие достижения в области безопасности делали эту машину лучшей не только в своей серии, но и вообще в Европе. Особые устройства в спинках сидений обеспечивали подъем подголовников в случае столкновения. На лобовом стекле работали три «дворника», каждый с парой разбрызгивателей. И, наконец, в самом салоне была установлена система вентиляции спинок сиденья. Полетаеву больше других нравились шведские автомобили, потому он и остановил свой выбор на «Вольво» и на «СААБе».Кроме того, в гараже стояли джип «Чероки» — обязательный атрибут любого богатого человека в Москве — и обычные старые «Жигули» шестой модели, оставшиеся еще от прошлой жизни. Открыв гараж, находившийся во дворе, Полетаев посмотрел на часы. Еще не было семи, когда он выезжал со двора, справедливо решив, что пока рано звонить охраннику или водителю служебной машины, чтобы предупредить о своем отсутствии. «Позвоню попозже», — решил Полетаев, не подозревая, что это станет его роковой ошибкой.Он знал, в какой стороне находится больница, куда могли отвезти Диму, и, выжимая из своего «СААБа» все, на что была способна эта великолепная машина, старался быстрее попасть за город. Благо в это время суток улицы были еще пустынны. Уже на выезде из города его остановили двое офицеров ГАИ, неизвестно каким образом оказавшиеся в столь раннее утро на трассе. Чертыхнувшись, он мягко затормозил машину.— Извините, — подошел к нему один из офицеров, — вы нарушили правила. Здесь нельзя ездить на такой скорости.— Знаю, лейтенант, — кивнул Полетаев, — у меня внук в больнице, я очень спешу.— Ваши документы, — строго сказал старший лейтенант. Второй офицер предусмотрительно стоял чуть в стороне.Полетаев достал права, протянул офицеру. Что-то насторожило стража порядка. То ли легкость, с какой Полетаев протянул документы, то ли его непонятное равнодушие к самому факту задержания. Офицер взглянул на права, потом на человека, сидевшего за рулем.— Я, кажется, вас где-то видел, — нерешительно сказал он.— Возможно, — улыбнулся Полетаев, — я иногда выступаю по телевизору.Он действительно только вчера в информационной программе объяснял смысл новых предложений, с которыми должен был выступить через два дня в Государственной думе.— Больше не нарушайте, — вернул ему документы офицер.Когда машина уже отъехала, он сказал своему напарнику:— Артист попался.Полетаев, продолжая наращивать скорость, торопился к больнице, когда в салоне раздался вызов его мобильного телефона. Это был Ханифа. Он сообщил, что на даче все в порядке. Полетаев напомнил, чтобы они не спешили в город, и снова увеличил скорость.Больница находилась в пяти километрах от трассы, и Артем, не заметив указателя, проехал мимо. Сделав круг, он вернулся и проехал к больнице. Ранним утром в кремлевской поликлинике, куда обычно прикрепляли семьи министров, наверняка никого не было, так что жена сделала правильно, решив отвезти ребенка в местную больницу. Или же она отвезла Диму в ближайшее лечебное заведение потому, что ему было совсем плохо? Подумав об этом, Полетаев еще прибавил скорости и через минуту уже тормозил около больницы.У трехэтажного здания было припарковано всего несколько автомобилей, а также машина «Скорой помощи». Бросившись в здание, Полетаев подскочил к сидевшей за столиком сонной дежурной медсестре.— Сюда должны были привезти мальчика, — взволнованно обратился он к девушке.— Какого мальчика? — не поняла она. — При чем тут мальчик?— К вам должны были привезти мальчика, отравившегося грибами, — разозлился Полетаев, доставая свой мобильный телефон, — может, скажете, куда его направили?Он уже набирал номер телефона супруги, намереваясь узнать, где она находится, когда дежурная наконец вспомнила.— Ах, мальчик, — сказала она, — на втором этаже. Он, наверно, у Володи.— Кто такой Володя? — едва сдерживая ярость, спросил Артем Сергеевич, убирая телефон.— Дежурный врач, — пояснила она.Девушка еще что-то говорила, когда он помчался к лестнице. Неужели с ребенком что-то серьезное? На втором этаже в коридорах никого не было. Рывком раскрывая двери, он заглядывал в кабинеты, пока не обнаружил в одном из них молоденькую медсестру, испуганно вскрикнувшую при виде незнакомого человека.— Извините, — пробормотал Артем Сергеевич, — мне нужен Володя…— Пойдемте со мной, — сказала девушка.Она шла, то и дело оглядываясь на Полетаева. Его лицо ей показалось знакомым. «Черт подери, — раздраженно подумал он. — Неужели и она меня узнала?»Девушка провела его к кабинету в самом конце коридора и открыла дверь. Полетаев вошел и увидел сидевшего за столом молодого врача и свою супругу.— Люда, что случилось?Супруга подняла глаза, покачала головой:— Он еще спрашивает. Ты представляешь, у ребенка отравление, нужно срочно делать промывание желудка.— А где сам Дима?— Я здесь, дедушка, — раздался из соседней комнаты Димин голос, и Артем Сергеевич поспешил туда. Дима лежал на кушетке и улыбался. Видимо, ничего страшного с мальчиком не случилось. Супруга зря подняла панику. Полетаев сел рядом с внуком.— У тебя что-нибудь болит? — спросил.— Нет, — улыбаясь, ответил Дима, — меня вырвало, а бабушка сказала, что я отравился.— Ты много грибов съел?— Нет, только попробовал. Они кислые были, мне не понравились. Я только один гриб съел.— Как кислые? — не понял Полетаев.— Из банки, кислые, — подтвердил Дима, — они ее только открыли, и я попробовал.— Он отравился, — сказала жена убежденно, — нужно срочно делать промывание. Я попросила доктора еще раз осмотреть ребенка. Но промывание мы можем сделать и в кремлевке.Она специально произнесла это слово громко, чтобы слышали и дежурный врач с усталым лицом и добрыми глазами доктора Айболита, и медсестра, с испуганным видом стоявшая у дверей. В комнату вошел Евгений Константинович, их сосед по даче, бывший военком, а сейчас пенсионер. Ему перевалило за шестьдесят, но это был еще крепкий мужчина с густой копной седых волос.— Здравствуйте, Артем Сергеевич, — поздоровался он, проходя во вторую комнату.— Здравствуйте, — кивнул Полетаев, — спасибо, что помогли нашим.— Ты слышал, что я сказала, — перебила его жена, — ребенка нужно срочно везти в нашу поликлинику.— Он не отравился, — произнес Полетаев, — он попробовал маринованных грибов из банки.— Каких маринованных? — разозлилась жена. — Кто тебе сказал?— Дима сказал. От одного гриба ничего серьезного случиться не может.— Как это не может? Как это не может?! — Ее лицо пошло красными пятнами, как бывало всегда, когда она нервничала. — Что ты говоришь? Ребенка нужно спасать, а ты приехал сюда со своими советами. Мне даже неудобно перед Евгением Константиновичем.Когда она заводилась, ее трудно было остановить. Полетаев вышел в другую комнату, сел на стул, стоявший у стола, и спросил у врача:— Что-нибудь серьезное?— По-моему, нет, — ответил врач, усаживаясь напротив. Очевидно, это и был тот самый Володя. — Я осмотрел мальчика. Все нормально. Можно ограничиться антибиотиками. Судя по всему, ничего серьезного. Тем более если он съел всего один гриб.— Как это ничего серьезного? — вышла из другой комнаты Люда. — Нужно немедленно везти ребенка в кремлевку, не то мы можем потерять внука.— Хорошо, — поморщился Полетаев, — но сейчас там еще никого нет. Ведь только половина восьмого утра.— Ничего, — нервно сказала жена, — там более квалифицированные врачи.— Пусть ребенок полежит немного, — предложил врач, — не нужно его дергать.— Это наш внук, — зло ответила Люда, — и мы сами решим, что с ним делать.Она снова пошла в комнату к мальчику. Врач посмотрел на Полетаева, сочувственно вздохнул. Тот достал пачку сигарет, протянул врачу, словно извиняясь перед ним за поведение супруги. Врач усмехнулся, увидев пачку «Картье».— Вы бизнесмен? — спросил, доставая сигарету.— Нет, — Полетаев щелкнул зажигалкой, дал прикурить врачу, закурил сам, — но одно время служил в коммерческом банке.— Лицо у вас очень знакомое, — кивнул врач, — я думал, вы бизнесмен. Ваша жена говорила про кремлевку.— В наше время министров знали в лицо, — строго сказал Евгений Константинович, появляясь в первой комнате.Володя вытащил изо рта сигарету.— Серьезно? — спросил он как ни в чем не бывало. — Вы действительно министр? — Медсестра, близкая к обмороку, с ужасом смотрела на Полетаева.— Серьезно, — кивнул Полетаев, — уже несколько месяцев.— Это вы вчера выступали по телевизору? — вспомнила медсестра. — Я видела вас в информационной программе.— А я не смотрю эти программы, — честно признался врач, — надеюсь, вы не министр здравоохранения?— Хуже. Министр финансов.— Так вот кто нам не платит зарплату уже три месяца, — добродушно заметил врач, — теперь буду знать.Из второй комнаты вышла Люда с ребенком.— Мы едем в кремлевку, — заявила она, — ребенку необходимо промывание. Я не могу доверить жизнь нашего мальчика всяким дежурным врачам, — сказала она, глядя на Володю. Но тот оставался невозмутимым. Он пожал плечами.— Если вы так считаете, — сказал он, — но ничего опасного нет.— Это нам решать, — твердо сказала Люда. — Артем, мы едем в кремлевку. Или на Грановского. Там наверняка есть дежурные врачи.Больницу на Грановского, обслуживавшую высшее руководство, раньше называли «заслуженным клизматорием страны». Рассказывали, будто именно здесь лечились престарелые члены Политбюро, некоторые даже уезжали отсюда на работу, а потом возвращались.— Поедем, — обреченно согласился Полетаев, вставая. Он достал начатую пачку сигарет и протянул врачу. — В качестве моральной компенсации, — пробормотал, усмехнувшись.— Вместо зарплаты? — улыбнулся Володя, тоже поднявшись, но сигареты взял.— Спасибо вам, Евгений Константинович, — Полетаев пожал руку военкому.— Если хотите, повезу их в Москву, — предложил сосед.— Ничего, — улыбнулся Полетаев, — у меня еще есть время до девяти.Жена, не дожидаясь его, уже вышла, крепко схватив за руку внука. Артем Сергеевич, кивнув врачу и медсестре, вышел следом. Когда Полетаев и его экзальтированная супруга скрылись за дверью вместе с мальчиком, он сказал медсестре:— Хороший мужик, понимающий.День первый. Москва.8 часов 09 минут«Волга» остановилась у гаража, и оба пассажира быстро вышли из салона. Вокруг было многолюдно, из соседних гаражей выезжали автомобили, увозя хозяев на работу. Пассажиры «Волги» не очень выделялись на их фоне, и на них никто не обращал внимания.Один открывал ворота, пока второй прогревал в гараже мотор стоявшего там автомобиля. Через несколько минут оттуда выехала черная «девятка». Второй пассажир закрыл ворота и сел на заднее сиденье автомобиля. Водитель «Волги», наблюдавший за ними, кивнул на прощание. Со стороны могло показаться, что он просто подвез двух своих знакомых до гаража. Когда «девятка» отъехала, он достал мобильный телефон, набрал номер.— Все в порядке, — доложил он, — ребята уже выехали.— Поезжай к «дяде», — приказал полковник, — и жди их там. Они выехали, — сказал Слепнев, убирая свой телефон. Сидевший рядом мужчина в ответ кивнул. Пока все шло точно по плану.Оба уже пересели из «Рено» в серебристую «Хонду Аккорд». Полковник хорошо знал, что в большинстве своем даже москвичи все еще с трудом различают иномарки, но, верный своим принципам, не собирался рисковать.— Они должны быть на месте примерно через девять минут, — посмотрел на часы полковник, — мы можем подъехать чуть позже, чтобы проконтролировать их действия.— Вы всегда все лично контролируете? — спросил пассажир.— Всегда, — полковник надел темные очки и, повернув руль, направил машину в сторону площади. Слепнев был в легких кожаных перчатках и, кажется, не особенно торопился. Остановил машину, когда зеленый свет менялся на желтый и вполне можно было проскочить. Пассажир недовольно посмотрел на полковника, но ничего не сказал. Не решился.— У нас еще много времени, — бросил полковник, заметив его взгляд, — не следует особенно торопиться.— У меня нет вашего опыта, — не выдержав, огрызнулся пассажир.В его словах таился оскорбительный намек, но полковник лишь усмехнулся в ответ. «Хонда» продолжала двигаться в сторону центра. В это время «девятка» затормозила у магазина канцелярских товаров, который еще не открылся. Убийца на заднем сиденье потрогал лежавший рядом гранатомет и чему-то улыбнулся. Второй убийца, водитель, сказал:— Приехали. — И указал на новый шестнадцатиэтажный дом.— Не подъезжай, — предупредил второй, — еще есть несколько минут. Не торопись.Часы показывали семь минут девятого. Через полторы минуты на другой стороне улицы у нужного им дома появилась «Хонда», которая медленно проехала мимо них. Убийцы не обратили внимания на сидевших в машине людей.— Куда это мы направляемся? — спросил пассажир «Хонды» у полковника Слепнева.— Мы подъедем сюда через двадцать минут, — ответил Слепнев, доставая телефон. Набрав номер, спросил: — Как у вас дела?— Стоим у гаража, — ответили ему, — как только их автомобиль проедет мимо, я вам позвоню.1 2 3 4 5 6

— Хорошо. — Полковник убрал телефон и посмотрел на пассажира: — Их машина еще не выехала из гаража.— Вы следите за ней? — догадался пассажир.— Конечно. Как только они выедут из гаража, за ними будет установлена слежка. Вы, смотрю, еще не поняли, что мы работаем на профессиональном уровне?— Это я давно понял, — кивнул пассажир, — но зачем следить за машиной? Она ведь все равно приедет к дому.— А если это засада? Если ваша информация уже просочилась и нас будут ждать, когда мы попытаемся нанести удар? Такое вполне возможно!— Вы нам не доверяете, — усмехнулся пассажир, — но ведь это мы вас вытащили из тюрьмы.— Я помню. Но вы могли сделать это специально, чтобы затем подставить меня во время покушения.— Что? — изумился пассажир. — Вы серьезно могли так подумать?— После того как меня один раз подставили, я могу думать все, что угодно, — ответил Слепнев. — В прошлый раз я тоже не думал, что окажусь в тюрьме, тем не менее меня сдали самым постыдным образом. А я всего лишь выполнял данное мне задание. Именно поэтому я теперь никому не верю и вариант с моей подставкой тоже не могу исключить. Я слишком выгодный «убийца», которого можно предъявить в случае необходимости. Кроме того, я должен был иметь гарантии. И в любом случае нужно отследить, кто именно поедет за министром. Кроме водителя и охранника, там никого не должно быть.— Делайте, как считаете нужным, — согласился пассажир, — главное, чтобы все случилось именно сегодня. У нас не так много времени в запасе. Завтра утром он улетает. Значит, либо сегодня, либо никогда. Как вы добиваетесь результата, это не столь важно. Только поэтому и было решено обратиться к вашему опыту. Ваши методы апробированы, и вы, очевидно, знаете, что делаете.— Вот именно, — сказал полковник. Посмотрел на часы и добавил: — У нас в запасе еще около двадцати минут.День первый. Москва.8 часов 25 минутПолетаев посмотрел на часы. Нужно предупредить водителя служебной машины, что он уже выехал из дома. Артем Сергеевич достал мобильный телефон, чтобы набрать номер, когда торопившийся «жигуленок» едва не подрезал его автомобиль. Полетаев резко затормозил. Жена, сидевшая на заднем сиденье вместе с внуком, успела удержать мальчика, но сама больно ушибла руку и злобно зашипела:— Тебе обязательно нужно звонить именно сейчас?— Хотел предупредить водителя, — объяснил Полетаев, — они приедут за мной, а меня дома нет. Им придется ждать, я не успею вернуться до половины девятого.— Ничего, подождут, — разозлилась жена, — ребенок важнее, чем твой новый водитель. Он не один приедет, с охранником. Ничего с ними не случится.— Неудобно, — пытался возражать Полетаев, но телефон убрал.— Не отвлекайся, — шипела жена, — нужно быстрее доехать до поликлиники.Он едва не сорвался, хотел сказать все, что думает. Но, посмотрев на притихшего внука, в который уже раз промолчал. Сейчас не время спорить. Он довезет их до поликлиники и оттуда позвонит Ханифе. Тот, наверно, уже вернулся в город.Недалеко от поликлиники ребенка снова стошнило. Он что-то пробормотал, бабушка наклонилась к нему, и его вырвало.— Один гриб! — гневно сказала жена.Полетаев протянул ей платок и увеличил скорость. Она явно нервничала. Неудивительно, тревожится за внука — подумал муж. Впрочем, взрывалась она постоянно. Еще задолго до его рождения. Когда подъехали к поликлинике, Полетаев вынес мальчика из машины и поспешил к зданию. Жена побежала следом. Врачи уже были на месте. Людмила сразу направилась в известный ей четырнадцатый кабинет, а Полетаев передал ребенка врачу. Но только достал телефон и набрал нужный номер, как его позвала жена.— Артем Сергеевич, — на публике Людмила теперь называла мужа не иначе как по имени-отчеству, полагая, что это прибавляет ему веса, и желая привлечь внимание к его высокой должности. Однако звучало это достаточно странно, если не сказать фальшиво.Полетаев убрал телефон, и с губ его едва не сорвалось ругательство. Рядом с женой стоял заместитель главного врача. Пока мальчиком занимались сразу несколько специалистов в белых халатах, заместитель главного рассыпался в любезностях перед семейной четой Полетаевых. Артем Сергеевич не выдержал и посмотрел на часы — половина девятого. Извинившись и не обращая внимания на возмущенный взгляд жены, Полетаев отошел в сторону и уже в третий раз достал свой мобильный телефон. Теперь он позвонил сначала Ханифе. Тот подтвердил, что привез в город Катю с девочкой и Катя уже успела вызвать няню.— Приезжай за женой в поликлинику, — сказал Полетаев, — я возвращаюсь домой. Там меня наверняка уже ждут.— Будем через пятнадцать минут, — ответил Ханифа, — Катя со мной.После этого Полетаев позвонил новому водителю и, когда тот снял трубку, спросил:— Давно ждете?— Только подъехали, Артем Сергеевич, — доложил водитель, — Славе подняться к вам?Славой звали прикрепленного к министру охранника.— Нет, — ответил Полетаев, — я не дома. Давайте лучше я сам доеду до министерства, и там мы с вами увидимся.— Может, заехать за вами? — предложил водитель. Где вы сейчас находитесь?— Нет, я на машине, — ответил Полетаев, подумав, что водитель, наверно, прав. В министерстве не поймут, почему новый министр приезжает на собственной машине, да еще сам сидит за рулем. Как бы это не сказалось на его авторитете.— Приезжайте, — согласился Полетаев, — я в поликлинике. Адрес знаете?Водитель сказал, что знает. Полетаев подошел к жене, беседующей с врачом.— Вы можете ехать на работу, — сказал заместитель главного врача, — если торопитесь. Не беспокойтесь, мы приняли все меры.— Не сомневаюсь, — улыбнулся Полетаев, — у меня еще есть немного времени. Сейчас приедет мой водитель.— Хочешь оставить нас здесь одних? — спросила жена. Вместо того чтобы пройти к ребенку, она разговаривала с заместителем главного врача. Ей нравился статус жены члена правительства, и она буквально купалась в лучах славы своего высокопоставленного супруга.— Вы не останетесь одни, — мягко объяснил Полетаев, — сейчас приедут Ханифа с Катей.— Она взяла девочку с собой? — Кажется, жена искала повод, чтобы выказать свое недовольство, а заодно и подчеркнуть перед посторонним, кто в доме главный. Но на Полетаева такие приемы уже давно не действовали.— Она успела вызвать няню, — сказал он жене, — так что не беспокойся. Можешь ехать домой, Катя останется с мальчиком.— Только этого не хватало, — возразила жена, — я останусь здесь, если нужно, на весь день.— Хорошо. Ханифа будет ждать вас.— Ты поедешь в министерство на своей машине? — переспросила она. — На «СААБе»?Полетаев усмехнулся. Ведь и он об этом подумал. За долгие годы совместной жизни они научились мыслить почти одинаково, несмотря на постоянные стычки и ссоры.— Чему ты улыбаешься? — спросила Людмила.— За мной приедет служебная машина. Я уже позвонил, — объяснил Полетаев.По коридору к ним спешил главный врач, узнавший о том, кто пожаловал в поликлинику с самого утра. Ведь как бы то ни было, члены правительства — не обычные пациенты, даже в элитарной поликлинике.День первый. Москва.8 часов 34 минутыВ любой стране мира, где есть автомобильная промышленность, члены правительства пользуются, как правило, служебными машинами отечественного производства. В любой стране мира, кроме России, где члены правительства и депутаты предпочитают германские или шведские автомобили. И хотя качество российских автомобилей зачастую оставляло желать лучшего, столь непатриотичный выбор в любой другой стране сразу бы сказался на голосах избирателей.Служебным автомобилем, закрепленным за министром финансов, раньше был «шестисотый» «Мерседес», но потом его заменили на более новую «Ауди» из серии А8, и теперь эта большая черная машина подъезжала каждое утро к дому министра, чтобы отвезти его на работу. В автомобиле, кроме водителя, сидел еще охранник, Вячеслав Руднев, которому шел двадцать седьмой год. Отслужив два года в армии, он поступил в университет, на заочный факультет, и устроился в небольшую охранную фирму, откуда перешел потом в службу охраны, где и получил назначение сначала рядовым охранником в кабинет министров, а затем телохранителем к министру финансов.Они подъехали к дому в половине девятого и остановились, согласно инструкции, напротив подъезда, откуда должен был выйти министр. Руднев ждал звонка министра, чтобы подняться за ним. Автомобиль стоял у дома, и соседи, уже привыкшие к тому, что машина министра въезжает во двор, спешили на работу, обходя «Ауди».Черная «девятка» отъехала от канцелярского магазина и подъехала к дому с другой стороны, откуда не было въезда во двор. Высокая решетка преграждала въезд с этой стороны дома, и ворота почти всегда были закрыты. «Девятка» встала рядом с решеткой, и оба находившихся в ней пассажира посмотрели на стоявшую у третьего подъезда «Ауди».— Они здесь, — сказал водитель. Второй, сидевший на заднем сиденье, кивнул.— Они проедут мимо нас, — продолжал водитель, очевидно, успокаивая себя подобным образом. Второй продолжал хранить молчание.Они не могли видеть стоявшую в конце улицы «Хонду», в которой сидели полковник Слепнев и его пассажир.— Почему мы встали здесь? — спросил пассажир. — Отсюда ничего не видно. Или вы подъедете ближе?— Зачем? — усмехнулся полковник. — То, что нам нужно, мы увидим, а ближе чем на пятьсот метров подъезжать опасно. Машину могут заметить, могут запомнить наши лица. А мне это ни к чему. Да и вам, по-моему, не нужно.— Вы видите их «девятку»? До нее больше километра. Отсюда она кажется черным пятнышком.— Зато второе пятнышко мы увидим. А оно для нас гораздо важнее первого.— Как знаете, — пожал плечами пассажир, — нас интересует результат.В «Ауди», стоявшей у дома, раздался звонок. Полетаеву удалось наконец дозвониться до своего водителя. Водитель снял трубку.— Слушаю вас, — сказал он и, узнав голос министра, кивнул сидевшему рядом Рудневу. Тот открыл дверцу, уже готовый выйти из автомобиля.В этот момент Полетаев спросил:— Давно ждете?— Только подъехали, Артем Сергеевич. — Охранник держал дверцу открытой, ожидая знака водителя. Наконец тот кивнул Рудневу. Вячеслав вышел из машины, и в этот момент водитель спросил: — Славе подняться к вам?— Нет, — ответил министр, — я не дома.Водитель увидел, как Руднев отошел от автомобиля и набрал код, чтобы открыть дверь в подъезд. Водитель прикрыл телефон рукой и крикнул:— Стой!Руднев обернулся, а министр сказал водителю:— Давайте лучше я сам доеду до министерства, и мы с вами там увидимся.Водитель удивился. Обычно министры так себя не вели, даже молодые. Может, он у любовницы? Впрочем, это его дело.— Может, за вами заехать? — на всякий случай уточнил водитель. — Где вы сейчас находитесь? — Руднев в это время открывал дверцу, собираясь сесть в автомобиль.— Нет, я на машине, — ответил министр, удивив водителя еще больше. Может, Полетаев уехал со своим личным водителем, Ханифой? И вдруг министр сказал: — Приезжайте, я в поликлинике. Адрес знаете?Водитель сказал, что знает, Руднев залез в машину и спросил:— Что случилось?— Наш шеф в поликлинике, — пояснил водитель, — поехали за ним. Наверно, вызвал своего семейного водителя. Может, плохо себя почувствовал ночью?— Подожди, — сказал Руднев, — я, кажется, не закрыл дверь подъезда.Убийцы видели, как охранник снова вышел из автомобиля и быстрыми шагами направился к подъезду.— Наверно, министр спустился, — сказал водитель.Для его напарника это был сигнал. Он склонился над гранатометом. Водитель продолжал следить за охранником. Тот подошел к двери. В этот момент рядом с машиной появилась высокая блондинка в мини-юбке. Водитель бросил на нее взгляд и улыбнулся. Девушка ответила улыбкой. Когда он снова посмотрел на машину, охранник уже закрывал дверцу «Ауди», после чего она мягко выехала со двора.— Все, — сказал водитель, — они выезжают.Он готов был поклясться, что министр вышел из дома и сел в машину. Они собственными глазами видели, как охранник вылез из машины, подошел к двери, как потом вторично вышел из машины. И снова сел в нее. Как вышел из дома министр, водитель не видел, но не сомневался в этом, полагая, что это произошло, когда он отвлекся на блондинку. А потому, показав на «Ауди», громко сказал:— Сейчас будут.Второй убийца поднял гранатомет, прицеливаясь. Машина должна была проехать в нескольких метрах от них, и, следовательно стрелять нужно было до того, как она окажется рядом. Водитель огляделся. После выстрела нужно будет быстро уехать. Пока все было спокойно. Водитель слегка дрожащей рукой открыл «бардачок», достал пистолет. На всякий случай положил его на заднее сиденье.Показалась «Ауди». Она обогнула дом, чтобы выехать на проспект.— Едут, — сообщил водитель.Второй убийца поднял гранатомет. «Ауди» приближалась. В последнее мгновение водителю показалось, что в машине сидят только двое, но сказать об этом он не успел. Убийца выстрелил. Граната попала в «Ауди», когда она находилась в тридцати метрах от «девятки». Громкий взрыв заставил вздрогнуть прохожих. «Ауди» на полном ходу взорвалась, но не перевернулась.Ехавшая следом «семерка» резко затормозила, и в нее врезалась идущая сзади «Тойота».— Уезжай! — крикнул убийца, видя, что напарник замешкался. Но у водителя дрожали руки, и он никак не мог завести машину. Наконец «девятка» рванулась с места. Громко кричала женщина, отовсюду спешили люди.— Вот и все, — сказал Слепнев, увидев в конце улицы яркую вспышку, — мы выполнили ваше задание.— Выполнили, — подтвердил пассажир, вытирая пот, — все сделали идеально.— Нет, — усмехнулся Слепнев, — еще не все…День первый. Москва.8 часов 58 минутХанифа приехал ровно через двенадцать минут. Он вошел в поликлинику, приблизительно зная, где может находиться его хозяйка. Полетаев подумал, что личные водители и секретари обычно знают о семье своих начальников больше, чем сами члены семьи. Ханифа нашел нужный кабинет гораздо быстрее, чем это сделал бы сам Полетаев. Впрочем, найти главного врача оказалось несложно. Главный любезно отвел Артема Сергеевича в свой кабинет, распорядился принести чаю. Войдя, Ханифа вежливо поздоровался, и в тот же момент в кабинет буквально ворвалась Катя. Увидев отца, она бросилась к нему.— Где Дима?— Ничего страшного, — попытался успокоить ее отец, — он с бабушкой. Ему делают промывание.— Можете не беспокоиться, — сказал главный врач, вставая, — мы примем все необходимые меры.— Я хочу знать, где мой сын, — решительно заявила Катя.Главврач посмотрел на Полетаева, тот кивнул, и врач повел Катю к сыну. В конце концов, не каждый день к ним приезжают министры. Нужно проявить личное участие. Когда Катя и врач вышли, Полетаев вздохнул. Женщины вечно переживают по поводу и без повода. Он позвал Ханифу.— Машина внизу?— Не видел, — ответил водитель. — Наверно, еще не успели доехать. Везде пробки, — добавил и предложил: — Хотите, отвезу вас на работу?— Нет, — возразил Артем Сергеевич, — они будут с минуты на минуту.Он набрал на мобильном номер. Не соединился. Странно! Будь номер отключен, ему сообщили бы в компании. Снова набрал номер и на этот раз услышал, что номер отключен.— Черт возьми, — пробормотал он, — почему? Что там у них стряслось?— Может, случайно задели? — Ханифа не хотел подставлять второго водителя.— Как это «случайно»? — разозлился Полетаев. — Там же их двое. Водитель и охранник. Чем они занимаются? И как можно отключать телефон в служебной машине?— Может, батарейка села?— Какая батарейка? Там есть еще правительственный телефон. — Он снова посмотрел на часы. — Я опаздываю на работу.— Сейчас спущусь вниз, посмотрю. Может, уже приехали, — предложил Ханифа, видя, как нервничает Артем Сергеевич, и выбежал из кабинета. Полетаев в свою очередь вышел в коридор и спросил у миловидной девушки-секретаря:— Не знаете, где мой внук?— Я думала, это ваш сын, — кокетливо улыбнулась девушка, — ему делают промывание. Не беспокойтесь, с ним все в порядке.В этот момент в приемную вошла Катя.— Как мальчик? — спросил Артем Сергеевич. Очевидно, в тот кабинет, где была Люда, ее не пустили.— Они там, — нервно ответила дочь, доставая сигареты, но тут же смутилась и спрятала их в сумочку, вспомнив, что при отце не курит. Полетаев вышел из приемной. Настроение было испорчено окончательно. Он то и дело поглядывал на часы, снова стал набирать нужный номер и снова услышал, что аппарат отключен. Едва сдерживая ярость, он позвонил в свою приемную, рассчитывая, что секретарша уже на месте. И действительно, она сразу взяла трубку.— Здравствуй, Инна, — поздоровался Полетаев.— Доброе утро, Артем Сергеевич.1 2 3 4 5 6

И только через пятнадцать минут, когда премьер уже подъезжал к Белому дому, ему сообщили, что министр финансов каким-то чудом остался жив, а его водитель и охранник погибли.И только в кабинете премьер наконец узнал, что министра в служебной машине не было и что стреляли по ней из гранатомета. Получив это известие, премьер попросил ни с кем его не соединять и целых пять минут сидел, уставившись на свой стол. Ко всем проблемам, навалившимся на него в последнее время, прибавилась еще одна, совершенно невероятная: покушение на члена правительства. Представив себе, как эта новость может отразиться на завтрашних переговорах в Лондоне, премьер даже застонал. Не хватало только террористических актов в самом центре Москвы. Господи, теперь все газеты про это напишут.Премьер схватил телефонную трубку и набрал прямой номер министра внутренних дел.— Что у вас случилось? — прохрипел он. — Вместо того чтобы за порядком следить на улицах города, вы только и знаете, что деньги у нас клянчить. Скоро бандиты начнут нас отстреливать прямо в кабинетах.— Разрешите доложить, — торопливо сказал министр внутренних дел, только что появившийся в своем кабинете, — мы сейчас проверяем случившееся. На месте преступления уже работают оперативные группы сотрудников МВД и ФСБ.— Поздно спохватились, — рявкнул премьер, — ведь министр чудом остался жив! Хорошо, что его не было в машине. А если бы был?— Мы найдем террористов, — твердо заявил министр, — все сделаем, но найдем.— Надеюсь, вы понимаете, что это политическая акция. Покушение на жизнь члена кабинета. Такого в Москве еще не было. И когда? — продолжал бушевать премьер. — Накануне переговоров в Лондоне, накануне решающего выступления в Думе по бюджету на будущий год… — Он вдруг осекся, пораженный пришедшей в голову мыслью.Министр внутренних дел терпеливо ждал. Премьер молчал долго, почти минуту. Обмозговывал мысль, которую вдруг отчетливо осознал, и, неожиданно для собеседника, тихо закончил:— Продолжайте работать. — Он даже не попрощался и положил трубку.Через три дня министр финансов должен был выступить в Государственной думе с проектом нового бюджета. Если парламент его примет, длившийся уже несколько месяцев кризис будет разрешен. Но если не примет… Тогда правительству придется уйти в отставку. Отставка не исключена и в том случае, если не удастся стабилизировать экономическое положение в стране. В создавшейся ситуации неожиданная смерть министра финансов повлекла бы за собой неминуемый крах. Дума отказалась бы принять бюджет, рубль рухнул, и правительство было бы отправлено в отставку. Получается, что теракт был направлен против правительства и лично против премьера. Как же он не подумал об этом сразу? Смерть министра финансов — и как следствие паника на рынке, девальвация рубля, срыв международных переговоров в Лондоне, отказ депутатов от согласованного бюджета и отставка правительства.В этот момент раздался телефонный звонок. Премьер покосился на телефон и поднял трубку. Это был директор Федеральной службы безопасности.— Вы уже знаете, что случилось? — спросил премьер.— Так точно, Николай Николаевич. Меня информировали сразу после взрыва. Наши сотрудники уже работают вместе с офицерами МВД на месте преступления.— Помогите им, — сказал премьер, — у вас все?— Нет, Николай Николаевич, необходимо срочно встретиться.— Приезжайте ко мне, — проговорил премьер.— Я звоню из машины. Уже подъезжаю к вашему зданию. Через несколько минут буду.— Хорошо. — Премьер положил трубку и позвонил своему помощнику, который уже ждал в приемной. — Ни с кем не соединять. Никого не принимать. Сейчас ко мне приедет директор ФСБ.— Все понял, Николай Николаевич, — сказал помощник. Как и все остальные чиновники, он выглядел перепуганным. Такого еще не бывало. Стреляли банкиров и бандитов, коммерсантов и рэкетиров, но чтобы политиков такого ранга! Покушение на министра было вызывающим и циничным, но никто не мог исключить повторения подобного инцидента.— И еще, — поморщился премьер, — срочно подготовьте информацию о неудавшемся теракте. Передайте ее на все каналы телевидения и во все информационные агентства. Это должно быть сделано до десяти утра, начала торгов на валютной бирже. Вы меня поняли? Чтобы в момент открытия биржи все уже знали о неудачном покушении. Если нужно, передайте срочное сообщение по телевидению и по радио. Но только до десяти часов.— Не успеем, Николай Николаевич, — пробормотал помощник. — Уже половина десятого.— А вы постарайтесь! — крикнул премьер, бросив трубку. Сегодня все шло не так, как ему хотелось.Нужно позвонить президенту — подумал премьер, взглянув на часы. Доложить о случившемся. Хотя он, наверно, еще спит. Премьер позвонил министру финансов. Ему доложили, что Полетаев уже у себя в кабинете. Трубку взял сам министр.— Добрый день, Артем Сергеевич. — Премьер говорил как только мог мягко, но был взволнован не меньше самого министра. — Хотя для вас он, насколько я понимаю, вовсе не добрый, — добавил премьер. — Что произошло с вашей машиной?— Не знаю, Николай Николаевич, ничего не могу понять. Кто-то обстрелял мою машину. Сотрудники ФСБ считают, что из гранатомета. Мой водитель и охранник погибли.— Вы не ранены?— Меня не было в автомобиле. Утром позвонила супруга с дачи и сообщила, что внука нужно отвезти в больницу. Так что все произошло, пока я ездил в поликлинику. Бандиты, очевидно, не знали, что меня нет в машине.— Кто это мог быть? — спросил премьер, как будто Полетаев мог ответить на этот вопрос.— Не знаю, — сказал Артем Сергеевич, — врагов у меня как будто нет. Понятия не имею.— Так, — проговорил премьер, сообразив, что задал дурацкий вопрос, — ясно. Заезжайте через полчасика ко мне.Только он положил трубку, как секретарша доложила, что в приемной ждет директор ФСБ.— Пусть войдет. — Премьер поднялся со своего места.Директор ФСБ в это мрачное утро выглядел особенно замкнуто и настороженно. Войдя в кабинет, он почему-то огляделся и, подойдя к премьеру, крепко пожал ему руку.— Извините, Николай Николаевич, — вдруг сказал он, — может, пройдем в вашу комнату отдыха?— Зачем? — изумился премьер.— Мне не хотелось бы здесь вести разговор, — уклонился от прямого ответа директор ФСБ.Премьер нахмурился. Значит, разговоры о том, что его кабинет прослушивается, не лишены оснований. И устроить такую подлянку могла либо ФСБ, либо Администрация президента, вернее, служба его охраны. Главу государства традиционно волновало все, что касалось второго человека в стране, фактически заместителя главы государства. В стране, где второй всегда ненавидел первого, где Хрущев выступил с докладом против прежнего вождя, Брежнев убрал Хрущева, Андропов сменил брежневских любимцев, Черненко потеснил фаворитов Андропова, а Горбачев расправился со старыми кадрами, не привыкли доверять вторым лицам. Кроме того, сказывался и печальный опыт. Против первого президента Советского Союза выступили вице-президент и председатель парламента, отправленные позже в тюрьму. Против первого президента России тоже выступили вице-президент и председатель парламента, после чего также очутились в тюрьме. Должность вице-президента тогда упразднили, но недоверие ко вторым лицам сохранилось.Премьер не стал ничего говорить директору ФСБ, поднялся и прошел в комнату отдыха. Директор ФСБ последовал за ним. Они сели в кресла, почти рядом друг с другом.— Николай Николаевич, вам известно, что случилось с автомобилем вашего министра? — спросил гость.— Теперь уже известно, — мрачно сказал премьер, — я думал, это вы мне расскажете, как такое могло случиться?— Мы сейчас отрабатываем все возможные версии. Пока ясно одно: ваш министр уцелел чудом. Только потому, что в тот момент его не было в машине.— Чудом, — прохрипел премьер, — а где были наши службы?— Мы не думали, что кто-то решится на подобное, хотя и не исключали такого развития событий.— Вы знали, что Полетаева хотят убрать? — возмутился премьер.— Предполагали, что такое может случиться.— Что? — Премьеру показалось, что он ослышался. Валившиеся на него в это утро новости, одна мрачнее другой, окончательно испортили ему настроение.— Несколько дней назад мы передали президенту нашу информацию, — сообщил директор ФСБ, — отпечатанную в одном экземпляре и предназначенную ему лично.— Что вы имеете в виду?— Наши источники сообщили, что в ближайшие дни может быть совершено покушение на одно из высших должностных лиц в стране.Директор ФСБ умолк и почему-то оглянулся на дверь. «Неужели даже он опасается подслушивания?» — подумал премьер с раздражением, но не стал распространяться на эту тему, только спросил:— Значит, кого-то из нас хотят убить? Кто следующий?— Могу лишь сказать, что угроза террористического акта значительно возросла.— Ваше дело ловить преступников и обеспечивать безопасность государства, — строго напомнил премьер. — Итак, почему вы думаете, что именно сейчас нас хотят убрать?— Вы лучше моего знаете положение в стране, — сказал директор ФСБ. — Оснований для тревоги больше чем достаточно. Несколько месяцев назад при загадочных обстоятельствах из «Матросской тишины» исчез полковник Слепнев, бывший сотрудник КГБ и ФСБ. Вместе с ним исчез и его охранник, которого наверняка подкупили за огромные деньги. Слепнев был не просто сотрудником службы безопасности. Он один из лучших в мире специалистов по нейтрализации. Попросту говоря, «ликвидатор», прошедший специальную выучку сотрудник госбезопасности. Почти нет сомнений, что именно ему будет поручена организация покушения на одного из членов правительства. Может быть, даже на вас. Кто-то из наших, правда, вычислил, и вполне справедливо, что скорее всего жертвой может стать министр финансов. Он чуть было и не стал.Премьер почувствовал себя так, словно ему в затылок уже целился невидимый киллер.— Что же теперь делать? — спросил он. — Отправиться в ваш подвал и запереться там вместе со всем правительством? Может, еще и президента туда пригласить? А страну оставить на произвол судьбы.— Нет, — директор ФСБ улыбнулся, впервые за все время разговора, — не нужно запираться в подвале. Но максимальная осторожность не помешает. Я поговорю с начальником вашей личной охраны. Он человек опытный и надежный. А Полетаева нужно по возможности изолировать на несколько дней. Вряд ли его вторично спасет чудо. Мы усилим его охрану. А руководить он может и из своего кабинета.— Может, и мне запереться в кабинете? На всякий случай? — зло спросил премьер. — Или у вас есть другие предложения?— Возможно, все это лишь версии, — сказал директор ФСБ, — но я обязан был вам о них сообщить. Не исключено, что Слепневу помогли бежать. Может быть, тут замешан кто-то из нашей службы. Ведь он исчез за день до его перевода в другую тюрьму. Именно за день. Выходит, кто-то его информировал. И этот же «кто-то», возможно, подкупил охранника. А если дело обстоит так, предотвратить покушение практически невозможно. Самое страшное, когда вместе с убийцей действует кто-то из своих.— Но Полетаева нельзя спрятать, — мрачно ответил премьер, — сегодня у него встреча с западными бизнесменами. Завтра переговоры в Лондоне. Послезавтра выступление на встрече с представителями МВФ. Если он не появится на переговорах, мы понесем весьма ощутимый ущерб. Он единственный способен вести эти сложные переговоры. Без него с нами и разговаривать не станут. Мы и так сменили за этот год троих министров финансов. Я не могу держать Полетаева в стеклянной банке.— Понимаю, — кивнул директор ФСБ, — поэтому и изложил вам обстоятельства побега Слепнева. Конечно, мы усилим охрану Артема Сергеевича, сделаем все, что от нас зависит. Но и вы постарайтесь ситуацию держать под контролем.Он помолчал какое-то время и продолжил:— Не хотел говорить вам, Николай Николаевич, но Слепнев не просто убийца. Он в своем роде гений. И неудачное покушение воспримет как личный провал. И сделает все, абсолютно все, чтобы исправить ошибку. Он не остановится.— Значит, так. — Премьер резко поднялся. Вскочил и директор ФСБ. — Ваша задача нас охранять. И задержать сбежавшего преступника. Остановится он или нет — это проблема ФСБ и службы безопасности. Прятаться мы не собираемся. Найдите кого-нибудь, кто остановит вашего гениального «специалиста». Думаю, во вверенном вам ведомстве есть сотрудники, специально подготовленные для такого рода акции.— По идее, должны быть, — сказал директор ФСБ. — Раньше у нас все было. Но за годы после развала Советского Союза никого не осталось — ни специалистов, ни нормальных сотрудников. Только директоров каждый год меняют.— Обратитесь к кому-нибудь из пенсионеров, — пожал плечами премьер, — для этого вас и поставили директором ФСБ.— Конечно, — кивнул директор. Он уже пожалел о том, что рассказал премьеру о бежавшем Слепневе. Но не молчать же. Тем более после покушения на министра финансов.После ухода директора ФСБ премьер долго сидел в одиночестве, никого не вызывал, ни с кем не разговаривал, даже по телефону, будто этим утром ничего особенного не случилось. Позвонил помощник, доложил, что все материалы уже переданы в информационные агентства.— Хорошо, — равнодушно бросил премьер и положил трубку. Интересно, кому могло прийти в голову устранить министра финансов и добиться смены правительства? Эта мысль не давала премьеру покоя. Вообще-то он догадывался, кому это на руку. Таких было несколько. Но неужели они связаны с убийцами? Он написал на листе бумаги несколько фамилий. Кто же из них желает именно его отставки? Было над чем задуматься.День первый. Москва.10 часов 15 минутВсе было как всегда. Сначала в кабинете появились сотрудники МВД, затем офицеры ФСБ и, наконец, представители городской прокуратуры, — словом, началась обычная работа со свидетелем, чудом оставшимся в живых. Никто не сомневался в том, что покушение было совершено именно на министра финансов. В десять часов утра все информационные агентства России передали эту сенсационную новость. Некоторые телевизионные программы сообщили, что министр погиб в результате террористического акта.Секретарю приходилось отвечать на многочисленные телефонные звонки, убеждая звонивших, что министр цел и невредим. Один из каналов продемонстрировал остов сгоревшего автомобиля министра финансов, после чего никто уже не сомневался в гибели самого Полетаева. Начались звонки от знакомых и друзей. Полетаев с ужасом подумал, что о случившемся могут узнать члены его семьи, и бросился звонить супруге по мобильному телефону.— Люда, здравствуй, как у вас дела? — взволнованно спросил он, едва жена подняла трубку.— Я же тебе сказала, что ребенок отравился, — возмутилась жена, — а ты все шутил, говоря про какую-то там банку.— Он не съел целую банку, — мягко возразил муж, но Людмила слушать ничего не хотела.— Мальчик чуть не умер, а ты тут рассуждаешь.— Я тоже чуть не умер… — стал было объяснять Артем Сергеевич.Людмила его перебила:— Я не отхожу от Димы, перезвони через полтора часа. Может, он наконец уснет. Надо срочно положить его в больницу. У него наверняка общая интоксикация.— Хорошо, хорошо. — Неудобно было пререкаться с женой при сотрудниках службы безопасности, которые терпеливо ждали, когда он окончит разговор, и министр положил трубку. Тут же зазвонил другой аппарат, Полетаев услышал голос премьера.Тот снова пытался выяснить, что именно произошло с машиной Полетаева, но, как и в первый раз, вразумительного ответа не получил. Министр решительно ничего не знал и мог лишь недоумевать по поводу случившегося.— Я просил вас заехать, Артем Сергеевич, надо переговорить с глазу на глаз. Вся эта история мне очень не нравится.— Мне тоже, — сказал Полетаев. — Сейчас тут сотрудники ФСБ. Как только освобожусь, сразу приеду. Не знаю, сколько понадобится времени на разговор с ними.— Дело не терпит отлагательств. — В голосе премьера звучала тревога. — Я получил неприятную информацию. От самого директора ФСБ. Пораскиньте мозгами, Артем Сергеевич. Может, сообразите, кто за всем этим стоит. Ситуация, сами понимаете, не из простых. Шоковая, можно сказать. Так что думайте, думайте… И непременно приезжайте. Буду ждать. — Премьер положил трубку, оставив Полетаева в полной растерянности.— Премьер-министр звонил, — почему-то очень тихо произнес Полетаев.— Когда вы уехали из дома? — спросил старший офицер ФСБ, пропустив его слова мимо ушей.— Я уже говорил вам, когда и куда поехал, — устало ответил министр. — Или вы подозреваете, что я сам организовал нападение на свою машину?— Никто этого не думает, — возразил полковник.Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру — распространителю легального контента "ЛитРес":
Полная версия книги 'День гнева'1 2 3 4 5 6

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру — распространителю легального контента "ЛитРес":
Полная версия книги 'День гнева'1 2 3 4 5 6