Полякова Татьяна

Было ветрено, стоять на мосту вскоре сделалось невозможным и я, смирившись, побрела к дому. Чем ближе я к нему подходила, тем медленнее передвигала ноги. Что, если уехать к родителям? Первый автобус в 6.20, до этого времени можно посидеть на вокзале, там тепло… Завтра к вечеру явится Виктор и все вернется на круги своя, а до этого момента мне предстоят ненужные объяснения с мамой, укоризненные взгляды отчима… Я вздохнула и решительно зашагала к калитке. Дверь в дом оказалась не запертой, это меня удивило, впрочем, возможно я сама забыла ее закрыть, а Виктор не удосужился проверить. Я вошла в холл, сняла шубу, все время прислушиваясь. В доме стояла тишина, ни шагов, ни шороха, вообще ни звука. С большой неохотой я поднялась на второй этаж, свет горел только в гостиной, дверь слегка приоткрыта. Заглянув в гостиную, мужа я там не обнаружила и прошла к себе. Разделась, набросила халат, все еще прислушиваясь. За стеной, в спальной мужа, тишина. Я вышла в коридор и громко позвала: — Виктор. Он не ответил. Я направилась в ванную, но в последний момент передумала и спустилась в гараж. Машина Виктора стояла там. Что за чертовщина происходит? Если он в доме, почему не отвечает? Поднимаясь по лестнице, я позвала еще раз: — Виктор… — И вновь не услышала ответ. Боже, как мне надоели его фокусы. Я опять заглянула в гостиную, она, вне всякого сомнения, была пуста. Чертыхаясь, я пошла к себе, чувствуя странное беспокойство, и вдруг подумала, что я, скорее всего, одна в этом огромном доме, охранника Виктор отпустил и сам куда-то испарился, а входная дверь была открыта… Не помню, чтобы муж любил совершать пешие прогулки, особенно в такую ночь. Если машина в гараже, значит он в доме. Я постучала к нему в спальную, не дождавшись ответа, вошла, включила свет. Комната пуста, непохоже, чтобы он сегодня вообще сюда заглядывал. Беспокойство нарастало. — Виктор, ты дома? — крикнула я. — Пожалуйста, ответь мне. В кухне что-то со звоном упало, я бросилась туда, торопливо включила свет, ваза, до сей поры стоявшая на холодильнике, теперь валялась на полу, разлетевшись вдребезги. Я хотела убрать осколки, но неизвестно чего испугавшись, выскочила из кухни, забыв выключить свет, и вбежала в свою спальную. С трудом отдышалась и подумала, что самое время выпить валерьянки. Вот тогда я и увидела свое платье. Я была убеждена, что убирала его в шкаф, но оно лежало на постели, небрежно брошенное поверх одеяла. — Это нервы, — жалобно сказала я и тут совершенно отчетливо вспомнила: вот я вешаю его на плечики, вот убираю в шкаф… Каким образом оно могло оказаться на постели? Я затравленно огляделась и посоветовала взять себя в руки. Я помню, что убирала платье в шкаф, теперь оно лежит на кровати, значит оставил его здесь Виктор, одному дьяволу ведомо, зачем ему это понадобилось. Я разозлилась и страх мгновенно отступил. Взяла платье, с намерением убрать его в шкаф, и растерянно уставилась на рукав платья: он был забрызган кровью. Я испуганно осмотрела платье: на подоле несколько пятен и еще на плече. Не может быть, откуда? Я скомкала платье, зачем-то прижала его к груди, а потом бросилась в гостиную. Она по-прежнему была пуста, я с облегчением вздохнула, прошла к камину. Огонь потух, из углей торчал клочок бумаги, я потянула за него и обнаружила обгоревшую фотографию, ту самую, что мне показывал Виктор. Крови на мраморе и возле камина не было. Виктор навел в гостиной образцовый порядок, чего за ним никогда не водилось. Тщательно вытер стол, ни рюмок, ни чашек, ни бутылки, даже замыл ковер в том месте, где он разлил коньяк. Не знаю, почему меня это так напугало. Я перевела взгляд на платье, которое все еще держала в руках. Откуда на нем взялась кровь? Может я порезала руки и не заметила этого? Чепуха. На всякий случай я осмотрела свои руки, разумеется никаких кровавых ран. Значит я испачкалась, когда подошла к Виктору? Тоже глупость. Да, я видела кровь на камине, должно быть он ударился довольно сильно, да вот только испачкаться я никак не могла, а чтобы так извозить платье нескольких капель крови явно недостаточно. Беспокойство все нарастало, по неведомой причине мне хотелось бежать из гостиной, сломя голову. Тут я обратила внимание на штору, закрывающую дверь на балкон, она слабо колыхалась, точно дверь закрыта неплотно. Я подошла и увидела, что дверь в самом деле не заперта, потянулась к ручке, с намерением запереть ее, но вдруг, повинуясь безотчетному порыву, распахнула дверь настежь. Балкон был ярко освещен горевшим здесь фонарем, разумеется я никого не обнаружила. Почему я решила подойти к перилам? Мне совершенно нечего делать на балконе, к тому же было очень холодно и все же я подошла, а потом посмотрела вниз. На мраморных плитах между цветочными горшками лежал Виктор, нелепо подвернув ноги. Лоб его был залит кровью, глаза смотрели не мигая, рот открыт и отсюда мне казалось, что муж улыбается. Я попятилась, хотела закричать, но крика не получилось, лишь слабое шипение. Я налетела на дверь, беспомощно огляделась, а потом бросилась вниз. Руки Виктора были безжизненными и холодными, как лед. — Виктор, — позвала я, понимая всю бессмысленность этого. Он был мертв. Он зачем-то вышел на балкон, возможно курил, подскользнулся и упал… И тут я вспомнила о своем платье. Господи, оно же все в крови… Если его кто-нибудь увидит… Что же получается, мы поссорились с мужем, я его толкнула и он… Я действительно его толкнула, только упал он вовсе не с балкона, он ударился затылком о камин и когда я уходила умирать не собирался. Боже мой, боже мой… Я вскочила и побежала в дом, схватила шубу, поднялась в гостиную, платье валялось рядом с креслом, руки у меня так дрожали, что потребовалось несколько минут на то, чтобы свернуть его и затолкать в пакет. Не помню как я оказалась на улице, бросилась к калитке, но в последний момент передумала и повернула к гаражу, позади дома была еще калитка, выходящая в переулок. Фонарь там не горел, чему я в настоящий момент порадовалась. Я торопливо зашагала в сторону реки и тут увидела милицейскую машину, она как раз сворачивала в переулок. Не помня себя, я шарахнулась в сторону, надеясь укрыться в тени соседнего дома, споткнулась и повалилась в кусты, вскрикнув от боли. Машина остановилась в нескольких метрах от меня, из кабины никто не появлялся, сине-красные блики придавали стене напротив какой-то фантастический вид, а я лежала зажмурившись, боясь, что потеряю сознание. «Что им здесь надо?» — с отчаянием подумала я и тут вспомнила о платье. Если меня заметят, как я объясню, что делаю в кустах с окровавленным платьем в пакете, в то время когда мой муж лежит под балконом собственного дома с пробитой головой? Стараясь не шуметь, я на четвереньках пятилась к стене, моля Бога, чтобы меня не увидели и вскоре достигла каменной ограды. Рядом с ней стояли два мусорных контейнера, не раздумывая, я забросила пакет в один из них и согнувшись побежала вдоль стены, через минуту оказавшись во дворе какого-то дома. В окне возле двери первого подъезда горел свет, я испуганно попятилась. Не помня себя от страха, бросилась через двор и вскоре стояла на проспекте, здесь горели фонари, но было также безлюдно. Я укрылась под козырьком какого-то здания, прячась за колонной от ветра, вспомнила о сотовом в кармане шубы и торопливо набрала номер Сергея. — Да, — ответил он сонно после четвертого гудка. — Сережа, ради Бога, — закричала я испуганно, а потом заговорила тише, изо всех сил пытаясь успокоиться. — Лили? — Теперь голос звучал настороженно. — Что случилось? — Виктор погиб. Упал с балкона. Я не знаю, что делать? — Упал с балкона? — В вопросе недоумение. — Как упал? То есть, где ты? Ты вызвала милицию? — Сережа, что-то происходит, — чувствуя, как меня захлестывает паника, шептала я. — Прости, что я звоню, мне не к кому больше обратиться… — Ты с ума сошла, что ты говоришь, какие извинения? Скажи где ты, я сейчас же приеду. Ты дома? Вызови милицию, нет, я сам вызову. — Сергей, — крикнула я, — не надо милиции, то есть… Пожалуйста, приезжай, я на проспекте, буду ждать возле старой аптеки. Я закончила разговор, кое-как смогла отдышаться и направилась к аптеке. Я шла, прикидывая, сколько Сергею потребуется времени, чтобы приехать. Если он поспешит, хватит и пятнадцати минут. Когда я подошла к аптеке «мерседес» Сергея уже был там, дверь распахнулась и он вышел мне навстречу. Пальто расстегнуто, под ним костюм, рубашка и галстук, впрочем, в тот момент мне было не до этого. — Лили, — он схватил меня за плечи и прижал к груди, затем отстранился и заглянул в глаза. — Что случилось? — Этот вопрос показался невероятно глупым. — Я ведь сказала… — Извини, — испуганно прошептал он. — Я хотел спросить… Пожалуйста, объясни, что происходит? — Не знаю, — честно ответила я и заревела. Он стал меня целовать, пятясь к машине, затем устроил на переднем сидении и сам устроился рядом. — Успокойся, — попросил он, — и расскажи мне, что случилось. Я вытерла глаза платком, вздохнула и попыталась взять себя в руки. Время шло, мне надо было принять решение, а между тем, пребывая в состоянии панического ужаса, я сейчас не способна соображать. От этой мысли мне сделалось нехорошо. Виктор все еще лежит под нашим балконом и если я… В конце концов я смогла вымолвить несколько слов: — Когда я вернулась, он был дома… — Муж? — Нелепость вопроса вновь разозлила меня. — Разумеется. Он узнал о тебе. Показал фотографию. Мы в теннисном клубе. Я сказала, что мы случайно оказались за одним столом. Он не поверил. Хотел ударить меня, я толкнула его и он упал, ударился головой об угол камина. Я испугалась и убежала. — Он сильно ударился? — Нет, не думаю. Правда, когда я подошла к нему, увидела кровь. — Ты подошла к нему? — Да. Я испугалась, когда он упал. — Ты сказала, что убежала. — Это потом. Сначала я подошла к нему. — Он был жив? — помедлив, спросил Сергей. — Конечно. Мы разговаривали… Потом я ушла из дома, не могла больше там находиться. А когда вернулась… — Я сглотнула, дернулась и сжала пальцы Сергея. — Что? — Я нашла его под балконом. — Значит, он упал с балкона? — спросил тот с облегчением. — Не знаю, то есть конечно, он упал с балкона… только… — Лили, пожалуйста, что значит «только»? — Мое платье. Оно все в крови. Этого не могло быть, этого не могло быть, — в ужасе повторила я. — Успокойся, какое платье? — То самое платье, в котором я была сегодня, — пробормотала я, Сергей оглядел меня и кивнул: шуба была распахнута и он, конечно, заметил, что я в халате. — И это платье в крови? — Вопрос вызвал у меня настоящее бешенство. «Он не понимает, он ничего не понимает», — в отчаянии думала я. Если честно, я сама мало что понимала, но одно было ясно: происходит что-то чудовищное. — Прости, что задаю эти вопросы, — торопливо сказал Сергей, коснулся ладонью моей щеки, а потом порывисто обнял меня. Он весь дрожал и глаза испуганные, мне стало стыдно, что я могла злиться на него, Сергей единственный близкий мне человек, единственный, кто готов помочь, я должна собраться с силами и все рассказать, и как можно скорее, время идет и оно работает против меня. — Сережа, я его толкнула и он ударился об угол камина. Я видела кровь, но мой муж был жив и я не могла испачкать платье, потому что крови было совсем немного. — Дорогая, успокойся, я не понимаю, причем здесь платье… — Когда я вернулась, в доме было тихо и сначала я решила, что Виктор уехал, поднялась к себе, переоделась. Я точно помню, что убрала платье в шкаф. Потом я спустилась в гараж, увидела, что машина мужа на месте и удивилась. Я звала его, но он не ответил. Я вернулась к себе, платье валялось на кровати, выпачканное кровью. Я перепугалась и бросилась искать Виктора, он лежал под балконом… Сережа, я ничего не понимаю… — Успокойся, прошу тебя. Это платье, где оно? — Я выбросила его. — Выбросила? — Да, я испугалась, там в переулке была милицейская машина. Сережа, они решат, что это я его убила. — Господи, Лили, что за глупость? Ты убила своего мужа? Он ведь упал с балкона. Ведь ты сказала, что он лежит внизу. — Да, но мое платье… Как это могло произойти? — Послушай меня. Когда ты нашла мужа? Сколько времени прошло с тех пор? — Не знаю, минут двадцать наверное. Что делать, Сережа? — Вернуться в дом. Вызвать милицию. — Но… — Успокойся, дорогая. Ты вызовешь милицию и расскажешь им как все было. Вы поссорились и ты ушла из дома. Куда ты отправилась? — Я… просто гуляла. — Где? — Шла по улице, потом постояла на мосту. — Стояла на мосту? — вроде бы не поверил Сергей, сердце мое мучительно сжалось. — Да, — тихо ответила я. — Но почему ты не позвонила мне? — Я не хотела тебя впутывать… — Что? — Сережа, я не убивала его, — крикнула я в отчаянии. — О, Господи, дорогая, конечно нет. Мне это даже в голову не пришло. — Он улыбнулся, поспешно отвел взгляд, а я поняла, в какой ловушке оказалась: если Сергей сомневается в моих словах, что говорить о милиции. Мне сделалось нехорошо, я толкнула дверь и выскочила на улицу, он бросился за мной. — Куда ты? — крикнул испуганно. Я махнула рукой, но уйти далеко не смогла: привалившись к стене дома, изо всех сил старалась удержаться на ногах. — Пожалуйста, подожди в машине, — жалобно попросила я, но Сергей бросился за мной. — Тебе необходим врач, ты так бледна, — сказал он. Ненужные слова, ненужное сочувствие, а время идет. — Сергей, — крикнула я. — Я не могла испачкать платье кровью. Ты понимаешь? — Конечно. — Нет, ты не понимаешь. Кто-то нарочно подставляет меня. Кто-то убрал посуду, вычистил ковер и испачкал мое платье, все для того, чтобы в милиции решили… — Подожди, ведь ты переоделась уже после возвращения, так? — Да. — Выходит, платье могли испачкать лишь в тот момент, когда ты находилась в гараже? — Конечно. — Значит, кто-то в это время был в доме? — Когда я вернулась, дверь нашла открытой. — Убийца был в доме и теперь подставляет тебя? — Вот именно. — Мы разберемся с этим, дорогая. В любом случае надо звонить в милицию, будет гораздо хуже, если о трупе им сообщит кто-то другой. Куда ты выбросила платье? — В мусорный контейнер, в переулке. — Поехали туда, платье надо уничтожить. Если его найдут, это создаст лишние сложности. * * * Милицейская машина исчезла, переулок был пуст. — Здесь есть калитка? — косясь на стену, окружающую мой дом, спросил Сергей. — Конечно. Ты же… — Да-да, я просто забыл. Где контейнеры? — Вот там дальше, возле домов. Мы проехали еще немного и остановились возле контейнеров. Сергей вышел и долго шарил в темноте. Я сидела, закрыв глаза, боясь потерять сознание. Пакет с платьем должен валяться сверху, находись он там и сейчас Сергей сразу бы его обнаружил. Наконец Сережа вернулся, лицо его выражало недоумение. — Пакета нет. Ты уверена, что выбросила его именно здесь? — Конечно. Я сама посмотрю. К контейнерам мы отправились вместе и несколько минут я исправно копалась в мусоре, пытаясь отыскать пакет. Сергей, стоя рядом, освещая контейнер фонариком, прихваченным из машины. — Его здесь нет, — устало сказала я. — Теперь ты понял? Кто-то хочет… — Он перебил меня, не дав договорить: — Где ты покупала платье? — В салоне Эльзы Штоц. — О, черт… если… вот что. Идем в дом. Я должен взглянуть. — Нет. Не стоит тебе влезать во все это. Я справлюсь. Уезжай. — Ты с ума сошла. Я тебя не оставлю. Никогда и ни за что. Нам потребуется адвокат, слава Богу, у меня есть один на примете. Сейчас я хочу взглянуть на труп. — Зачем? — Если он упал с балкона… — Сергей, я его не убивала. — Разумеется, дорогая. Я просто хочу взглянуть до приезда милиции. Мы можем пройти через эту калитку? — Да, конечно. Оставив машину в конце переулка, мы вошли через калитку в сад и приблизились к дому. В гостиной и моей спальной горел свет. — Балкон выходит в сад? — спросил Сергей. — Да, вот здесь налево. Через мгновение мы оказались на площадке под балконом, выложенной мрамором. Она была пуста. В первое мгновение я поняла только это. Свет фонаря по-прежнему освещал балкон, площадку, вазоны, мокрую плитку. Мокрую… Тут я услышала характерный звук, повернула голову и заметила шланг, небрежно брошенный возле вазона. В этом году поливальную установку ни разу не включали, что неудивительно: погода на весеннюю походила мало, садовник все еще в отпуске. — Что это? — спросил Сергей, прислушиваясь. — Кто-то включил воду, — пролепетала я. — Воду? Зачем? И где труп? Ты ведь говорила, что видела его здесь? — Я боюсь, — вцепившись в рукав его пальто, зашептала я. — Я ничего не понимаю. — Ты здесь его видела? — Конечно. — Тогда куда он делся? — Не знаю. Кто-то убрал его отсюда и включил воду. — Какого черта включать воду? — взорвался он. — У Виктора голова была в крови… Сергей тревожно огляделся. — Вот что, детка, идем в дом. Я хочу все как следует осмотреть. Он старался держаться спокойно, но я видела, как дрожат его руки. Мы поднялись на второй этаж и вошли в гостиную. Сергей прошел к балкону, дверь была чуть приоткрыта. — Он лежал внизу? — Да, вон там. Сергей, я… — Подожди, девочка. Ты подходила к нему? — Конечно. — И он был мертв? — У него были такие холодные руки и взгляд… — Холодные руки — это чепуха, а взгляд…. Лили, а что, если твой чокнутый муж просто решил тебя напугать? — Ты думаешь? — опешила я. — Вот-вот, почему бы нет? Ты бросилась в гараж, он испачкал твое платье, а потом улегся внизу. Когда ты убежала, встал и включил воду, чтобы смыть кровь. Кровь вряд ли настоящая, милиция бы в этом быстро разобралась. — Но зачем ему это? — Понятия не имею. Вы поссорились. Ты сказала, что толкнула его? — Да, он упал… — Ты убежала, а в голову этому сукиному сыну пришла мысль хорошенько тебя напугать. — Нет, Сергей, нет. Он был мертв. Я видела. — Девочка моя, успокойся, ты испугана, ты вся дрожишь… Подумай сама, если это не дурацкий розыгрыш, куда делся труп? — А если… — Если кто-то подставляет тебя, то убирать труп очень глупо. Сиди здесь, я пройдусь по дому и все как следует осмотрю. Сергей вышел, но через десять минут вернулся, лицо его было встревоженным. — Там милиция. — Где? — испугалась я. — Возле ворот. Подъехали на двух машинах. В этот момент раздался звонок и мы оба вздрогнули. — Что же делать? — пролепетала я. — Открывать. Они видели свет, если мы не откроем, это покажется подозрительным. О трупе ни слова. — Но… — Ни слова, ты поняла? Иди, не заставляй их ждать. — А ты? — Я спрячусь. Если будут спрашивать, скажи, что ты вернулась пятнадцать минут назад. Это, кстати, правда. Иди, Лили, и ради Бога, держи себя в руках. * * * — В чем дело? — нажав кнопку переговорного устройства, спросила я. — Нам позвонили, сказали, что слышали выстрелы. У вас все в порядке? — Да, — растерянно ответила я, лихорадочно соображая: какие еще выстрелы? Я накинула шубу и вышла на крыльцо. — Заходите, — крикнула милиционерам и махнула рукой. Один из мужчин остался возле машины, а трое направились ко мне. — Что за выстрелы? — спросила я, когда они приблизились. — Позвонили в отделение. Вы ничего не слышали? — Я вернулась минут пятнадцать назад. — В доме еще кто-нибудь есть? — Нет. Муж отсутствует. Хотите зайти? — Если у вас все в порядке… А кто живет рядом? — Извините, никого из соседей я не знаю. А эти выстрелы… Не мог кто-нибудь пошутить? — Дураков сколько угодно. И все же будьте поосторожнее. Одна в таком доме, не боитесь? — Я привыкла. К тому же муж должен сейчас появиться. Через минуту они сели в машину и вскоре покинули переулок. Я вернулась в дом и позвала: — Сережа. Он вышел из кухни. — Кто-то позвонил и сказал, что слышал выстрелы. — Сергей нахмурился, его тревога мгновенно передалась мне. — Ты думаешь… — Вот что, давай как следует осмотрим дом. Ты заперла входную дверь? — Конечно. — Я проверю на всякий случай. Входная дверь была заперта, это как будто немного успокоило Сергея. Он оглядел холл и вдруг спросил: — Твоему мужу угрожали? — Нет… Я не знаю, вряд ли. — У него ведь была охрана? — Да, разумеется. — Постоянная или только когда он выезжал? — Один охранник живет в доме. — А где он сейчас? — Виктор отпустил его. — Такое случается часто? — Не знаю. Я не обращаю внимания на охрану. Сережа, почему ты задаешь эти вопросы? — Все это очень странно. Тебе не кажется? Твой муж специально отпустил парня, затем прикинулся мертвым. — Сергей, думай что хочешь, но он не прикидывался. Виктор мертв. — Тогда где он? — Я не знаю. — Твой муж спятил и зачем-то устроил дурацкий розыгрыш. Ты сказала, он узнал о нас? — Да, он показывал мне фотографию. — Где она? — Он ее сжег. Я нашла клочок в камине. — И где этот самый клочок? — спросил Сергей, а я вновь перепугалась: — Не знаю. По-моему, я сунула его в пакет вместе с платьем. — А пакет исчез. Любопытно, где он появится, — пробормотал Сергей. — Что? — не поняла я. — Ничего, дорогая, просто размышляю вслух. — Может быть мне следовало все рассказать милиционерам? Ведь кто-то слышал выстрелы. — Разве кто-нибудь стрелял? Я имею ввиду… — Я в ужасе закрыла лицо руками, Сергей торопливо обнял меня. — Успокойся, пока я не увижу труп, я буду считать все это глупой шуткой. Если твой муж упал с балкона, он до сих пор должен был лежать под ним. — А если он не сам упал, если его кто-то толкнул, а потом решил все свалить на меня? — Тогда он тем более должен лежать там. А его нет. Если труп был, какой смысл его прятать? — Я не знаю, — всхлипнула я. — Не знаю. Боюсь, только, что смысл все-таки есть. — Только при условии, что это проделки твоего мужа. Ты видишь труп, потом он исчезает, его все ищут, у тебя полно неприятностей, затем он появляется, а все довольны и счастливы. — Не думаю, что Виктор способен на такое. — Он мог здорово разозлиться и решил проучить тебя. — Что же делать? — немного успокоившись, спросила я. — Ничего, — улыбнулся Сергей. — Забыть о трупе и жить как ни в чем не бывало. Когда твоему мужу надоест валять дурака, он объявится. Поехали ко мне, тебе не следует оставаться одной в таком состоянии. — Я никуда не поеду, — чересчур поспешно сказала я, Сергей нахмурился и посмотрел укоризненно. — Я… вдруг он вернется, — отводя взгляд, добавила я, ни секунды не веря в то, что такое могло бы произойти в действительности, Виктор мертв и сколько бы Сережа не говорил… А если все-таки прав Сергей и это всего лишь глупая шутка? Но как же так, ведь я видела… — Я думаю, мне следует остаться здесь, — собрав всю свою твердость, сказала я. — Хорошо, — кивнул он, — тогда я останусь с тобой. — Нет. Уезжай. Если вдруг… я не хочу, чтобы кто-то застал тебя здесь. — И ты не боишься остаться одна? — Он обнял меня и осторожно поцеловал. — Это ведь мой дом… — Когда вернется охранник? — Не знаю. Не беспокойся обо мне. — Если вдруг… мало ли что… сразу звони мне. Идет? — Конечно. Кому еще я могла бы позвонить? — Это было сущей правдой. — Я выйду через калитку, — кивнул он. Я проводила его и вернулась в дом. Прошла по всем комнатам, заглянула в ванные и даже зачем-то в шкафы в гардеробной. В доме стояла странная тишина, лишь в кухне едва слышно работал холодильник. Я включила радио, но тут же выключила, почему-то стало еще страшнее. Мне и раньше приходилось оставаться одной, я закрывалась в своей комнате и не испытывала никакого беспокойства. Но сегодня… — Виктор жив, — пробормотала я и усмехнулась. Дом таил угрозу, я чувствовала это и пожалела, что не уехала с Сергеем. Торопливо поднялась к себе, закрыла дверь и легла на кровать поверх покрывала, подтянула колени к подбородку, обняла себя за плечи и попробовала успокоиться. — Виктор жив, — повторяла я вновь и вновь. — Все это глупая шутка. Он здорово разозлился. Он в самом деле способен на многое в своем стремлении побольнее ударить. Возможно, я бы поверила в это, если б не его лицо, когда он лежал там, на плитах. У живого человека не может быть такого лица. Я тихо плакала, натянула покрывало на плечи и наконец задремала. Меня разбудили шаги. Кто-то подошел к двери и подергал ручку. — Кто здесь? — вскочила я и позвала тише: — Виктор. Мне никто не ответил, вновь тишина, только стук собственного сердца. — Мне показалось, — прошептала я и замерла, прислушиваясь. Почудилось или кто-то осторожно сделал шаг, второй… нет, в доме тишина. Я вцепилась в покрывало, чувствуя, что могу потерять сознание от охватившего меня ужаса. Я заставила себя дышать ровнее. Вдох, выдох, сосчитала до тысячи, способность соображать постепенно вернулась. — Там никого нет, — сказала я громко. — Мне просто показалось. Я поднялась и осторожно сделала несколько шагов. Повернула ручку, резко толкнула дверь. В коридоре горела только одна лампочка, он тонул в полумраке, но был пуст. Спрятаться здесь просто негде. Я направилась к гостиной. Там все еще горел свет. Заглянула, вздохнула с облегчением и приблизилась к телефону. И тут вновь раздались шаги. Я слышала их совершенно отчетливо, кто-то шел по коридору в направлении лестницы. В каком-то отчаянии я схватила кочергу, сжала ее до ломоты в пальцах и крикнула: — Кто здесь? — Шаги стихли, а я приблизилась к двери. — Виктор, если это ты, прекрати немедленно. Слышишь? Ответь мне. Я толкнула ногой стеклянную дверь, с трудом сделала несколько шагов. Неужели у меня галлюцинации? Нет. Кто-то спускался по лестнице. Я бросилась туда, на мгновение забыв обо всех страхах, мне только хотелось увидеть… Лестница была пуста. И тут шаги раздались вновь, скрипнула дверь, ведущая в гараж. Я стала медленно спускаться по лестнице. Так и есть, дверь осталась приоткрытой, со своего места я видела часть гаража, «БМВ» мужа с поднятой крышкой багажника… Почему багажник открыт? Разве он… Открытый багажник гипнотизировал. Я сделала несколько шагов, на мгновение замерла перед дверью, затем вошла. Машина стояла в паре метров от меня, я преодолела это расстояние, не отводя взгляда от багажника. Там что-то лежало, что-то, завернутое в покрывало. Я протянула руку, уже зная, что увижу, рывком дернула за край. Передо мной было лицо мужа. Взгляд невидящих глаз, устремленных куда-то вверх, жуткий оскал, лицо залито кровью, зубы на красном фоне казались ослепительно белыми. Я попятилась, что-то шепча, выронила кочергу, споткнулась и бросилась из гаража. Я плохо понимала, что делаю, мне хотелось кричать и я закричала, схватилась за перила лестницы, чтобы удержать равновесие, и тут почувствовала чьи-то руки на своих плечах, я замерла в ужасе и вдруг услышала: — Лили, это я… Передо мной стоял Сергей. Я начала медленно оседать на ступеньки, но он подхватил меня за локти, встряхнул. — Что случилось? — спросил испуганно. — Ты… ты… у тебя безумное лицо. Я с трудом сглотнула и задала свой вопрос: — Как ты здесь оказался? — Услышал крик. Ты так кричала. — Услышал крик? — не поняла я. — Да. Я бродил возле дома. Не мог же я в самом деле уехать. — Так это ты? Это твои шаги я слышала? Чепуха. Кто-то ходил по дому. Как ты вошел? — Входная дверь была открыта. — Что? — Входная дверь была открыта, — повторил он. — Я ходил под окнами и вдруг услышал твой крик. — О, Господи, — пробормотала я. — Я нашла труп мужа. Он в багажнике его машины. — Ты… — начал Сергей, замолчал и направился в гараж. Вернулся очень быстро, лицо его было бледным до синевы, взгляд затравленно метался. — Ты видел? — тихо спросила я. — Разумеется. Значит, его действительно убили. О том, что он просто упал с балкона, мечтать не приходится. — Он кусал губы, старательно избегая моего взгляда, потом спросил: — Лили, ты мне все рассказала? — Я его не убивала, — в отчаянии прошептала я. — Успокойся, конечно нет. И у тебя просто не хватит сил затащить его в багажник. Ты слышала шаги? — Он тревожно огляделся. — Да, я проснулась оттого, что кто-то ходил по дому. Я пошла проверить… — Ты пошла проверить? — вроде бы усомнился он. — Да, я подумала, может это действительно Виктор? Как глупо, глупо, — в отчаянии я била кулаком по колену. — Мне надо было сразу вызвать милицию, в тот самый момент, когда я увидела его там, под балконом. Теперь мне никто не поверит. — Успокойся, я люблю тебя, слышишь? Я все сделаю. Иди наверх в свою комнату.Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру — распространителю легального контента "ЛитРес":
Полная версия книги 'Любовь очень зла'1 2 3

 смотри здесь