3. Утверждение Мифа Мифоуказания — Асприн Роберт

.. — Я буду не одинок, — возразил я. — Со мной будет Тананда. -…будучи идеальной мишенью для всякого идиота, пожелавшегопричислить к своим трофеям демона, — продолжал Ааз, игнорируя мои пылкиевозражения, — просто для того, чтобы у тебя было вьючное животное дляпутешествия по магазинам, ну тогда тебе лучше подумать еще разок. — Ты закончил? — раздраженно спросила Тананда. — Пока да, — кивнул Ааз, отвечая на ее горячий взгляд таким же. — Во-первых, — начала она, — как сказал Скив, если ты потрудилсяприслушаться, он будет не один. С ним буду я. Во-вторых, это означает, чтоон не будет беззащитен. И в-третьих, то, что я больше не числюсь в ГильдииУбийц, не означает, будто я все позабыла. — Да, Ааз, — влез с поддержкой я. — Заткнись, малыш, — отрезал он. — В-четвертых, ты должен перестать обращаться со Скивом как с малышом.Он остановил армию Большого Джули. Помнишь? И кроме того, он ведь твойученик. Я надеюсь, ты хоть чему-нибудь научил его за это время? Это ударило Ааза по второму чувствительному месту — его тщеславию. Асамым чувствительным местом у него является сума с деньгами. — Но… — заколебался он. — Брось, Ааз, — взмолился я. — Ну что может случиться? — Страшно подумать, — мрачно огрызнулся он. — Не преувеличивай, Ааз, — сделала ему замечание Тананда. — Это я-то преувеличиваю?! — снова взорвался мой наставник. — Когда явпервые взял этого вундеркинда в иное Измерение, он сразу же купил тамсовершенно ненужного нам дракона и чуть не погиб в драке со стаейголоворезов. — В той схватке он, помнится, победил, — заметила Тананда. — Когда мы выбрались туда во второй раз, — непоколебимо продолжал Ааз,- я оставил его в скромном заведении, где он быстро завербовал в свою армиюполовину бездельников Базара. — Они выиграли войну, — возразил я. — Не в этом суть, — проворчал Ааз. — Суть в том, что всякий раз, когдамалыш оказывается в другом Измерении, он тут же попадает в беду. Онпритягивает к себе неприятности как магнит. — На сей раз с ним буду я и не спущу с него глаз, — успокаивала егоТананда. — Ты была там и в те оба раза, — мрачно заметил Ааз. — Так же, как и ты! — парировала Тананда. — Совершенно верно, — согласился мой учитель. — Мы вдвоем не сумелиуберечь его от неприятностей. Теперь ты понимаешь, почему я хочу держатьего здесь, на Пенте? — Хм… — задумчиво произнесла Танда. — Я понимаю твой довод, Ааз… У меня екнуло сердце. -…Только я с ним не согласна, — закончила она. — Черт возьми, Тананда… — начал Ааз, но она взмахом руки велела емузамолчать. — Давай я расскажу тебе одну сказку, — улыбнулась Тананда. — Жила-былаодна пара. И был у них малыш, которого они просто обожали. Родители были онем такого высокого мнения, что, когда он родился, они изолировали его вособой комнате. Просто для гарантии, чтобы с ним ничего не случилось. Онипроверяли все, что стояло в комнате: мебель, книги, еду, игрушки… Онидаже воздух профильтровывали, чтобы он не подхватил никаких болезней. — И? — с подозрением спросил Ааз. — И когда ему исполнилось восемнадцать лет, они открыли комнату ивыпустили его, — продолжала Тананда. — "Малыш" сделал два шага и умер отволнения. — В самом деле? — в ужасе переспросил я. — Я немного преувеличиваю, — призналась она, — но, думаю, Ааз понялнамек. — Я не держал его в изоляции, — промямлил мой учитель. — Но ты все же опекал его, не так ли? — мягко нажала Тананда. Ааз некоторое время помолчал, избегая встречаться с нами взглядом, апотом, вздохнув, сказал: — Ладно. Ступай, малыш. Только не вздумай прибегать ко мне плакаться,если тебя убьют. — Как я смог бы это сделать? — нахмурился я. Тананда двинула меня локтем под ребро, и я понял намек. — Прежде чем вы отправитесь, я хотел бы кое-что уладить, — грубозаявил Ааз: к нему начал возвращаться его прежний дух. Он принялся расхаживать взад-вперед по комнате, собирая какие-то вещи. — Во-первых, вот тебе кое-какие деньги на дорогу. Они, вероятно, непонадобятся, но с деньгами чувствуешь себя увереннее. — Сказав это, онотсчитал мне двадцать золотых. Учитывая, что я нанял целую команду демонов за пять золотых, он далмне в руки целое состояние. — Вот это да! — воскликнул я. — Во-вторых, — продолжал Ааз, — вот тебе И-Скакун. — Он заткнул мнеего за пояс. — Я настроил его на возвращение сюда. Если попадешь в беду илиесли только подумаешь, что попал в беду, жми на кнопку и отчаливай домой.Никакой героики, никаких горячих речей. Просто жми и сматывайся. Ты меняпонял? — Да, Ааз, — послушно ответил я. — И наконец, — объявил он, вытягиваясь во вест рост. — Драконостанется здесь. Ты не будешь таскать за собой своего глупого зверя. И этоокончательно. Знаю, ты хотел бы взять его с собой, но он доставит вам массухлопот. — Ладно, Ааз, — согласно кивнул я. На самом деле я сам собирался оставить Глипа тут, но мне казалосьнетактичным просить учителя об этом. — Ну, — вздохнул Ааз, окидывая суровым взглядом нас обоих, — это все.Жаль, что я не смогу быть рядом, чтобы посмотреть, как ты действуешь. Меняждут дела поважнее. С этими словами он круто повернулся и вышел, закрыв за собой дверь сбольшей силой, чем это требовалось. — Вот странно, — сказал я, когда он вышел. — А я думал, что у него нетникаких важных дел. Ведь перед тем, как ты появилась, он жаловался наскуку. — Ты знаешь, Скив, — тихо произнесла Тананда, поглядев на меня как-тостранно, — Ааз действительно очень сильно привязался к тебе. — В самом деле? — удивленно спросил я. — Почему ты так думаешь? — Просто пришла в голову такая мысль, — улыбнулась она. — Ну, ты готовк отправке? — Не только готов, но и жажду, — уверенно произнес я. — Где перваяостановка? На Базаре Девы? — О боги! Нет. Мы ищем нечто действительно уникальное, а не обычныйтовар, какой есть на Базаре. Я думаю, что нам надо прогуляться по некоторымотдаленным Измерениям. Чем отдаленнее, тем лучше. При этом ее заявлении у меня в затылочной части мозга включился сигналтревоги. — А что мы, собственно, ищем? — спросил я. Тананда бросила быстрый взгляд на дверь, а затем, заговорщицкиподмигнув, нагнулась поближе ко мне и шепнула на ухо: — Я не могла сказать раньше. Мы будем искать подарок ко дню рожденияАаза. ___________________________________ ГЛАВА 3 Вот странно, у меня никогда не возникает никаких осложнений с сервисом. Кинг-Конг С тех пор, как Ааз взял меня в ученики, он постоянно сетовал на моюлень. Жаль, что его не было на этой прогулке по магазинам. Первые же тридня с начала нашего путешествия я потратил на занятия магией. Это больше,чем за весь предыдущий год. Тананда предусмотрительно прихватила в дорогу парукулонов-переводчиков, помогавших в общении с аборигенами посещаемых намиИзмерений. Но оставалась такая маленькая деталь, как наша внешность. Личиныбыли моей задачей. Кроме умения летать, Ааз научил меня еще одному заклинанию,повысившему мою способность выживать в сомнительных ситуациях, — умениюменять свою и чужую внешность. Путешествие с Танандой предоставило мневозможность по-настоящему поупражняться в этом виде магии. Процедура была достаточно простой: Мы прятались в каком-нибудьуединенном месте, где я мог понаблюдать за местным населением, затем ядублировал их внешность на наших личинах, и мы сливались с толпой. Конечно,мне приходилось сдерживаться, чтобы не выскочить из собственной шкуры приодном только взгляде на этих существ. Если вы из этого сделаете вывод, что посещаемые нами Измерения былинаселены жителями, выглядевшими немного странно, то вы не правы. Потому чтовыглядели они слишком странно. Ни одно из мест, где мы побывали, с моей точки зрения, не выгляделонормально. Но некоторые в моей памяти выделяются особо, как исключительнонеобычные. Например, Измерение Авис оказалось заселенным птицеобразнымисуществами с перьями и клювами. Там мне приходилось не только поддерживатьнаши личины, но и время от времени левитировать нас с насеста на насестсогласно правилам местного передвижения. Вместо того чтобы, как я ожидал,направиться в торговый центр, мы провели немало времени, обозревая ихнациональные сокровища. Они, на мой взгляд, оказались никчемными, битымикусками цветного стекла и обрезками сверкающего металла. Но Тананда,похоже, изучала их с пристальным вниманием. Для поддержания наших личин нам пришлось пить и есть без рук, и этооказалось труднее, чем думалось. Поскольку пища состояла исключительно изживых личинок и червей, я упустил возможность попробовать местную кухню.Однако Тананда буквально уткнулась клювом в полную тарелку. Не важно,почему она облизывала губы — то ли потому, что находила это блюдо особенновкусным, то ли пыталась поймать живые лакомства, старающиеся избежать своейучасти, — я находил это зрелище отталкивающим. Чтобы не смотреть на нее, япринялся дегустировать местное вино. Необычный стиль питья привел к тому, что в результате я глотал больше,чем обычно. Но я не возражал, так как вино оказалось изысканным и приятным.Кстати, оно было немного крепче того, которое мне приходилось пробоватьраньше. И когда я, левитируя нас, чуть не налетел на довольно большоедерево, Танда решила, что нам пора перебираться в другое Измерение. В качестве подстрочного примечания к этому отдельному приключению. Увина оказалось два побочных действия: во-первых, меня сильно тошнило, аво-вторых, голова просто раскалывалась на части. Первое происходило оттого,что Тананда весело объясняла мне, как на Ависе делают вино. До сих пор немогу слышать слово "Авис" без возникающих перед глазами полетов в вышине исмутного предвкушения воздушной болезни. С моей точки зрения, еслиоценивать Измерения по десятибальной системе, Авис достоин только двойки. Еще одно довольно сомнительное Измерение, где мы провели немаловремени, называлось Гастроно. Продолжительность нашего пребывания там неимела никакого отношения к поиску. После нескольких остановок Танандарешила, что это Измерение не может предложить ничего достойного служитьподарком Аазу. Задержало же нас не что иное, как наши личины. Прежде чем кто-то станет смеяться над моими, признаться, ограниченнымиспособностями, позвольте кое-что объяснить. В физической внешности никакихзатруднений не возникло. Как я уже говорил, заклинание личины удавалось мненеплохо. А затормозил нас способ передвижения. Перелетая на Ависе с деревана дерево, я спокойно мог добраться от пункта А в пункт Б. Но, какпредупреждал меня Ааз, Измерения — бесконечный источник сюрпризов. Гастроноды оказались улитками. Хотя и большими, но все же улитками.Винтовые раковины, глаза на стебельках — все как положено. С этим я могсправиться. Вот к чему я никак не мог привыкнуть, так это к необходимостиплестись со скоростью местных пешеходов — извиняюсь, пешеползов. — Танда, — проворчал я. — Сколько еще мы будем находиться в этомчудовищном Измерении? — Успокойся, красавчик, — мягко проговорила она, переползая на дюймвперед. — Наслаждайся окружающим пейзажем. — Я уже полдня любуюсь этим куском пейзажа, — похаловался я. — И такхорошо изучил его, что запомнил наизусть. — Не преувеличивай, — урезонила она меня. — Сегодня утром мынаходились по ту сторону дерева. Я закрыл глаза и проглотил напрашивающийся ответ на ее поправку. И сколько же еще нам предстоит ползти? — поинтересовался я. — Думаю, мы можем свалить, после того как свернем вон за тот угол. — Но до него добрых двадцать пять футов! — запротестовал я. — Совершенно верно, — подтвердила Танда. — Мы будем там на заходесолнца. — Неужели нам нельзя дойти туда простым способом? — Ни в коем случае! Нас заметят. — Кто? — Кто угодно. Ну, например, твоя поклонница. — Моя… что? — моргнул я. И верно: за нами, героически пыхтя, двигалась какая-то гастронодка.Поняв, что я на нее смотрю, она принялась медленными, полными энтузиазмадвижениями вращать глазами на стебельках. — Она уже почти целый час ползает за тобой, — доверительно сообщиламне Тананда. — Вот поэтому-то я и спешила. — Это решает дело, — заявил я, переходя на нормальный шаг. — Пошли.Надо как можно быстрее убираться отсюда. Когда я вместе с последовавшей за мной спутницей завернул за угол,гастроноиды подняли пронзительные крики. — Что с тобой случилось? — возмутилась Тананда. — Мы могли бы… — Убираемся отсюда. Сейчас же! — приказал я. — Но… — Помнишь, как я приобрел дракона? — рявкнул я. — Если я позволювлюбленной улитке следовать за мной домой, Ааз вышвырнет меня за дверь. Вконце концов, ты собираешься вытаскивать нас отсюда? Или мне следуетприменить И-Скакуна? — Не злись, — успокоила она, начиная ритуал смены Измерения. — Тебе неследует зря беспокоиться. Мы ищем товар, а не живой груз. Мы оказались в другом Измерении прежде, чем я успел у нее спросить,почему она хихикает. Так и шло — Измерение за Измерением. Пока я не прекратил попыткипредсказывать непредсказуемое и довольствовался возможностью постоянноупражняться в изменении ее и своей внешности. Это оказалось не таким ужпростым делом. Хотя бы потому, что у меня возникли некоторые осложнения смоей спутницей. Раньше я никогда не замечал, что она очень суетливая особа.Тананда хотела выглядеть не просто как туземка, она хотела выглядеть какпривлекательная туземка. Всякому, кто думает, будто красота — понятие неизменное, следуетпосетить некоторые Измерения, в которых побывал я. Какую бы гротескнуюформу я не копировал, Тананда всегда очень вежливо просила улучшить еевнешность. Наслушавшись за несколько дней выражений типа: "Волосы должныбыть более тусклыми", или: "Разве мои глаза не надо сделать чуточку болееналитыми кровью?", или: "Немножко больше слизи под мышками", — я был готовзавопить благим матом. Вероятно, это было бы не так обидно, если бы еевнимание хоть на самую малость распространялось и на мою внешность. А яслышал только одно: "Ты? Ты выглядишь отлично". Но не только это заботило меня в поведении Тананды. Несмотря на ееутверждение, что мы отправились в это путешествие за покупками, она наотрезотказалась посещать центры розничной торговли любого Измерения. И базары, иярмарки, и блошиные рынки, и все прочее встречались с тем же брезгливымвыражением на лице и словами: "Туда нам ходить незачем". Вместо этого она,кажется, довольствовалась ролью туристки. А еще я заметил, что ее расспросынеизменно приводили нас к национальным святилищам или выставленным дляобозрения королевским сокровищам. Осмотрев несколько таких выставок, мыотправлялись в очередное Измерение. В некотором смысле меня это вполне устраивало: я не только совершалбеглую летную или ползучую экскурсию по Измерениям, но и получалудовольствие оттого, что совершал ее вместе с Танандой. Моя спутницапознакомила меня с обычаями более чем сотни Измерений, и в каждом она былаименно такой — светской. Я быстро усвоил, что не только ее красота, но иэтика тоже варьировались от Измерения к Измерению. Способы выражения ееприязни ко мне в некоторых из них не поддаются описанию и неизменнозаставляют меня краснеть при воспоминании. Незачем говорить, что после трехдней такой экскурсии я не смог всерьез продвинуться дальше уровня обычнойдружбы с моим прекрасным гидом. Я имею в виду, что Танандино истолкованиедружбы и так уже серьезно угрожало нормальной работе моего сердца, неговоря уже о других органах. Однако мой ум занимала мысль о более неотложной проблеме. После трехдней разъездов по различным мирам я настолько проголодался, что был готовпрокусить собственную руку и напиться крови. Говорят, что, если сильнопроголодаешься, сможешь съесть все что угодно. Не верьте этому. Несмотря настрашный голод, все, выложенное передо мной и называемое пищей, оставалосьдля меня несъедобным. Иной раз от отчаяния я пробовал это съесть, но тут жеотторгал… наряду со всем прочим, находившимся в моем желудке. Видсидевшей напротив меня Тананды, радостно жующей тварь с щупальцами,извивающуюся, высовывающуюся из ее рта, нисколько не помогал делу. Наконец я сообщил Тананде о своей беде. — Я-то думаю, почему ты так мало ешь! — нахмурилась она. — Я решила,что ты на диете или что-то в этом роде. Жаль, что ты не сказал мне об этомраньше. — Не хотел беспокоить, — неловко объяснил я. — Не в этом дело, — усмехнулась Тананда.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

___________________________________ ГЛАВА 10 Старые герои никогда не умирают, они появляются в продолжениях. М.Муркок Внешне Квингли ничуть не изменился с тех пор, как мы видели его впоследний раз: такой же поджарый и мускулистый. Он выглядел бы внушительнеев доспехах и размахивая мечом, чем сидя в мантии и попивая вино. Однако мывстретились именно в такой обстановке, собравшись на совещание, не имевшееничего общего с первоначально задуманной беседой. — Когда охрана схватила Тананду, я испугался, что скоро заявитесь вы,- вздохнул бывший охотник на демонов. — Испугался? — нахмурился я, искренне озадаченный. — С какой статитебе нас бояться? — Да брось ты, паренек, — горько улыбнулся Квингли. — Мои магическиеспособности не идут ни в какое сравнение с твоими. Я отлично понимаю, чтотеперь, когда ты здесь, тебе не составит особого труда отбить у меняработу. Ты либо просто отнимешь ее, либо выставишь меня перед нанимателямив невыгодном свете, и ни тут же уволят меня. — Какая чушь! — воскликнул я, даже обидившись. — Слушай, Квингли, яобещаю тебе, что, пока мы здесь, мы не станем отнимать у тебя работу иливыставлять тебя глупцом. — В самом деле? — Квингли просто воспрянул духом. — Тебе не кажется, что ты чуточку спешишь с обещаниями, малыш? -спросил мой учитель язвительным тоном. — Брось, Ааз, — поморщился я. — Ты же знаешь, что мы прибыли сюда неза этим. — Но, малыш… Я проигнорировал его, снова повернувшись к Квингли. — Повторяю: я не претендую на твое место, и мы не сделаем ничего,угрожающего твоему положению здесь. Дело в том, что у меня и так уже естьработа в должности мага. Удивительно, почему Танда не сообщила тебе обэтом. Странно, но, вместо того чтобы успокоиться, Квингли, казалось,почувствовал себя еще более неловко, избегая встречаться с нами взглядом. — Танда вообще ничего не говорила с тех пор, как ее передали под моюохрану, — смущенно пробормотал он. — Да? — удивился я. — Это странно. Обычно ее трудно заставитьзамолчать. — Совершенно верно, — нервно засмеялся Квингли. — За исключениемданного случая. Она… ну… еще не пришла в сознание. — Ты хочешь сказать, что она все еще в отрубе?! — воскликнул Ааз,вскакивая на ноги. — Что же ты сразу не сказал? Давай, Квингли, тащи еесюда. Возможно, тут что-то серьезное. — Нет, нет. Вы неправильно меня поняли, — замахал руками тахойскиймаг. — Она не пришла в сознание, потому что я наложил на нее сонные чары. — Сонные чары? — нахмурился я. — Совершенно верно, — кивнул Квингли. — Тананда сама научила меня им.И это первое усвоенное мной заклинание, в действительности очень простое.Как я понимаю, этим искусством владеют все члены Гильдии Убийц. — Зачем? — перебил Ааз. — Я никогда не задумывался над этим, — ответил Квингли. — Наверное,это помогает им в работе. Ведь проще расправиться с жертвой, когда онаспит. — Я не об этом, — прорычал Ааз. — Мне лучше твоего известно, какдействуют наемные убийцы. Я хочу узнать, зачем ты применил сонные чары наТананде? — Ну, конечно же, чтобы не дать ей прийти в сознание, — пожал плечамиКвингли. — Блестяще, — пробормотал я. — И как это мы сами не додумались? — Заткнись, малыш! — рявкнул на меня Ааз. — Ладно, Квингли, давайпопробуем еще раз. Почему тебе не хочется увидеть ее бодрствующей? Когда явидел вас в последний раз, мне показалось, что вы довольно неплохо поладилидруг с другом. — Да, — краснея, признался Квингли. — Но теперь я работаю магом, хотяи не заблуждаюсь насчет своих способностей. Если бы я дал ей очнуться, мнени за что не удалось бы помешать ей скрыться. — Ты не хочешь, чтобы она исчезла? — удивился я. — Конечно нет. Это означало бы для меня потерю работы, — вздохнул он.- И я очень рад, что ты пообещал мне не делать ничего, угрожающего моейрепутации. Внутри у меня все сжалось. — Ловкий ход, — сухо заметил Ааз. — Малыш, может быть, в следующий разты все-таки прислушаешься к моим советам? Я хотел хоть что-нибудь сказать в свое оправдание, но в голову ничегоне приходило, и поэтому я промолчал. — Ну, господа, — просиял, потирая руки, Квингли. — Раз все улажено, вытеперь отправитесь туда, куда шли. — Не так быстро, Квингли, — осадил его Ааз. — Мне кажется, ты обязаннам кое-что объяснить. Когда мы виделись в последний раз, ты был охотникомна демонов, собиравшимся отправиться с Танандой в путешествие поИзмерениям, дабы поближе познакомиться с магией. Так вот, у меняскладывается впечатление, что ты уже тогда решил использовать эти знаниядля продолжения своей карьеры. Что привело тебя на нашу сторону баррикад? Квингли помолчал с минуту, а затем, пожав плечами, произнес: — Ну что же, думаю, я могу рассказать вам все, так как мы одно времябыли товарищами по оружию. Он остановился, чтобы глотнуть вина, прежде чем продолжить: — Как вы, наверное, помните, наша компания отправилась на Деву. Прибывтуда, мы обнаружили вашу шуточку с нашим возвращением… то естьневозвращением обратно на Пент. Танда и я нашли ее забавной, но остальныеочень расстроились, особенно Иштван. Вскоре мы покинули их и отправилисьдальше сами по себе. Глаза бывшего охотника на демонов слегка затуманились, когда онпогрузился в воспоминания. — Мы отправились в путешествие по Измерениям. И должен признаться, этобыло прекрасное время. Я много узнал о демонах и немного о магии. Этозаставило меня задуматься об избранном мной ремесле охотника на демонов.Оказалось, что демоны не такой уж плохой народ, а магия куда лучшеразмахивания мечом. — Надеюсь, ты внимательно слушаешь, малыш? — усмехнулся Ааз, пнув меняв плечо. Я кивнул и продолжил внимать Квингли. — А потом, — тяжело вздохнул бывший охотник на демонов, — возниклиобстоятельства, побудившие Танду бросить меня без денег и возможностивернуться в родное Измерение. — Минутку, — перебил его Ааз. — Это на нее не похоже. Что это заупомянутые тобой обстоятельства? — На самом деле это было просто недоразумение, — вновь краснея,объяснил Квингли. — Если не вдаваться в трагические подробности, всеслучилось из-за того, что я провел ночь с другой женщиной. — Теперь мне ясно, почему она сбежала от тебя, — нахмурился Ааз. — Ноя не понимаю, почему она забрала твои деньги. — ну, по правде говоря, кошелек облегчила та юная особа, с которой япровел время, — признался Квингли, краснея еще больше. — Ясно, — кивнул Ааз. — Похоже, ты узнал не только о магии и демонах,но и кое-что о женщинах. Я бы и сам не возражал против нескольких уроков в данной области, норешил, что сейчас не самое подходящее время заводить об этом речь. — Так или иначе, — продолжал Квингли, — я застрял в этом Измерении безгроша в кармане. Мне оставалось только одно: пойти в бюро потрудоустройству. — В бюро по трудоустройству? — моргнул Ааз. — А где ты застрял-то? — Да, конечно же, на Базаре Девы, — ответил Квингли. — Разве я неупоминал, что мы вернулись туда? — Базар-на-Деве! — вздохнул мой наставник. — Мне следовало быдогадаться. Ладно, продолжай свой рассказ. — Да рассказывать больше, в общем-то, не о чем, — пожал плечамиКвингли. — Для охотников на демонов там не было никаких вакансий, но мнепообещали найти должность здесь, на Валлете, сыграв на том, что яинтересуюсь магией. Все шло нормально до того момента, пока у моей двери непоявились охранники, принесшие Тананду. Я стал гадать, пригоден ли любой придворный маг для занимаемойдолжности. — Ты что, не позволишь Танде уйти? — нахмурился Ааз. — Поймите меня правильно, — настаивал зажатый в угол Квингли. — Яхотел бы позволить ей уйти. Это, возможно, разрешило бы возникшее междумной и Тандой недоразумение. К несчастью, я просто не вижу никакого способадать ей скрыться, не потеряв своей работы ввиду несоответствия занимаемойдолжности. — Слушай, возможно, нам удастся найти тебе работу в Поссилтуме, -находчиво предложил я. — Малыш! — Ааз улыбнулся своей знаменитой улыбкой. — Ты сам прикусишьязык или мне вырвать его с корнем? Я понял намек и заткнулся. — Спасибо, паренек, — поблагодарил меня Квингли. — Но я не могу этогосделать. В отличие от тебя я все еще только пытаюсь создать себе репутациюмага. И как же я брошу свою первую работу, сбежав поджав хвост? — У тебя нет хвоста, — указал Ааз. — Я выразился фигурально, — улыбнулся Квингли. — А, — кивнул мой учитель. — Ну, если ты, друг мой, считаешь поспешноеотступление с места своей последней работы чем-то необычным, то тебепридется еще многое узнать о профессии мага. — Разве я не говорю то же самое? — обиделся Квингли. Я слушал их перепалку вполуха. Мои мысли вращались вокруг скрытогокомплимента Квингли. Если верить слухам, у меня начала-таки складыватьсярепутация сильного мага. Никто не мог отрицать, что мы обставили Иштвана вего же игре и что я действительно командовал группой, остановившей армиюБольшого Джули, которого я потом завербовал. Да ведь в определенных кругахмое имя должно быть… — Враки! — прорычал Ааз, хлопнув по столу ладонью с такой силой, чтодаже стулья подпрыгнули. — Говорю тебе, не похищала она этот проклятыйПриз! Я срочно переключился на разговор. — Да брось, Ааз, — поморщился Квингли. — Я достаточно долгопутешествовал с Тандой и знаю, что она не прочь украсть что-нибудьприглянувшееся ей. Равно, как мне думается, и вы. — Верно, — легко признался Ааз. — Но если бы кто-нибудь из нас захотелэто сделать, мы бы не попались. Можешь быть уверен. — Поймите, — взмолился Квингли, — даже если я вам поверю, то сделатьвсе равно ничего не смогу. Главное, что Совет считает Танду соучастницей, ион не станет рассматривать вопрос о ее освобождении, пока Приз не будетвозвращен. — Ах вот как? — улыбнулся Ааз, показывая все свои зубы. — Скольковсего членов Совета и как они охраняются? — Ааз! — строго произнес Квингли. — Если с ними что-нибудь случится,боюсь, мне придется рассматривать это как угрозу моей работе и прямоенарушение обещания мастера Скива. Мой наставник откинулся на спинку стула и уставился в потолок. Винныйкубок из тяжелого металла внезапно превратился в его руке в комок. Но,кроме этого жеста, он ничем больше не выдал своих чувств. — Гм… Квингли, — осторожно обратился я к нему. У меня в головевозник образ собственного языка в руках Ааза вместо винного кубка. — Да, мальчуган? — вскинул бровь Квингли. — Как ты сказал? Что случится, если Приз возвратят? Голова Ааза медленно повернулась, и наши взгляды встретились. Но егоглаза с крапинками золота сделались теперь задумчивыми. — Ну я об этом ничего не говорил, — пробурчал Квингли. — Но это все быизменило. С возвращением Приза Совет будет в экстазе и определенноснисходительно отнесется к Танде… Да, если Приз вернется, мне думается, ясмогу подыскать предлог для ее освобождения. — Обещаешь? — Я, может, и невежда, но учусь быстро. Прежде чем ответить, Квингли с минуту изучал меня взглядом. — Даю слово, — наконец произнес он. — А почему ты об этом спрашиваешь? Я бросил взгляд на Ааза. Одно его веко медленно закрылось вподмигивании, а затем он снова принялся за изучение потолка. — Мне думается, я нашел возможность решить все проблемы одним махом, -объявил я с нахлынувшим чувством облегчения. — Мы освободим Танду, неповредив твоей репутации, и остановим войну. ___________________________________ ГЛАВА 11 Что значит: "У меня есть для тебя небольшая работенка"? Геракл — Снова выкрасть Приз из Вейгаса, ни больше ни меньше, — в сотый разпробурчал Ааз. — Мы обречены, — мрачно предсказал Гриффин. — Заткнись! — закричал я на него. Мне пришло в голову, что в последнее время я перенял от Ааза многодурного. — Но я же вам говорил, что не знаю Вейгаса, — запротестовал юнец. -Отныне не надейтесь на мою помощь. Пожалуйста, отпустите меня в Та-Хо! — Давай иди, — подтолкнул я его. — Надо смотреть правде в глаза, сынок, — улыбнулся Ааз, небрежноположив руку ему на плечо. — Мы оставим тебя в покое только послезавершения этого дела. Чем раньше мы попадем в Вейгас, тем раньше тыизбавишься от нас. — Но почему? — заныл Гриффин. — Мы уже об этом говорили, — вздохнул мой наставник. — Это мероприятиебудет достаточно трудным, хотя о нем вейгасцы еще и не знают. Аединственный способ избежать огласки — это взять тебя с собой. Кроме того,ты — наш пропуск через патрули Та-Хо, если мы их, конечно, встретим. — Встречи с патрулем можно легко избежать, — стоял на своем юноша. — Ия никому не скажу о вашей миссии. Честное слово! Неужели я не заслуживаюдоверия? — Ну… — протянул Ааз, — полагаю, это еще один выход. — В самом деле? — с надеждой спросил Гриффин. — Как по-твоему, Скив? — окликнул меня наставник. — Ты готовпревратить нашего друга в скалу ил дерево, пока мы не закончим работу? — В скалу или дерево? — вытаращил глаза наш проводник. — Разумеется, — пожал плечами Ааз. — Но я предлагаю делать это тольков исключительных случаях. Потом всегда бывает трудно найти нужный каменьили дерево для обратного превращения. Иногда приходится искать не один год.Случается, что маг просто сдается. — Вы не могли бы идти побыстрее? — произнес Гриффин, ускоряя шаг. — Стакими темпами мы никогда не доберемся до Вейгаса. — Полагаю, вопрос решен, — улыбнулся я и подмигнул Аазу, показывая,что оценил его блеф. — Подумать только — кража Приза из Вейгаса! — отозвался мой учитель,сменив тему. — Не больше ни меньше. — Брось, Ааз, — отбивался я. — Ты согласился на это прежде, чем явысказал свою мысль. — Я ничего не говорил, — возразил он. — Ты подмигнул, — настаивал я. — Откуда ты знаешь, что мне не попала в глаз соринка? — привелконтрдовод Ааз. — Ниоткуда, — признался я. — Так она попала или нет? — Нет, — вздохнул он. — Я действительно подмигнул. но только потому,что это был единственный выход из положения, в которое мы попали из-затебя. Тут он меня достал. — Не важно, как мы оказались в этом положении, — отрезал я. — Главноев том, как нам из него выйти. — Понятно, — хмыкнул Ааз. — Когда ты впутываешь нас в неприятности,это несущественно. — Приз — это свобода Тананды, — напомнил я. — Ну… — начал мой наставник, клюнув на эту приманку, — мы не можемразрабатывать план, пока не ивидим что к чему и не оценим обстановку. Какты думаешь, Гриффин, с чем мы можем столкнуться? Насколько опасны эти люди? — Вейгасцы? — скривился наш проводник. — Я бы на вашем месте неволновался по поводу их охраны. Они и горошины не сберегут. Даже еслипроглотят ее. — Такие уж глупцы, да? — вскинул бровь Ааз. — Глупцы? Да они просто смех! — рассмеялся Гриффин. — На свете нет ниодного вейгасца, способного правильно развить стратегию, не говоря уж о ееприменении. — Мне показалось, ты говорил, что ничего не знаешь о Вейгасе, — сподозрением сказал Ааз. — Ну… я почти ничего не знаю, — признался юноша. — Я видел только,как играет их команда в Большой Игре. И если это самое лучшее, на что ониспособны… — Ты хочешь сказать, что все поведанное тобой было не больше какпредположениями, основанными на том, как играет их команда? — перебил егоАаз. — Совершенно верно, — кивнул Гриффин. — Та самая команда, которая последние пять лет обыгрывала Та-Хо? Голова нашего проводника вскинулась, словно ему только что далиоплеуху. — В этом году выиграли мы! — гордо заявил он. — А они потом вернулись и украли Приз прямо из-под вашего носа, -парировал мой наставник. — Боюсь, они не такие глупые, как ты думаешь. — Время от времени им везет, — мрачно пробурчал Гриффин. — Возможно, тебе следует подумать о том, стоит ли твердить на каждомуглу, что вас победил слабый противник, — посоветовал я. — Если у Та-Хотакая хорошая команда, а й Вейгаса такая плохая, то как ты объяснишь пятьпроигрышей подряд? Для пяти побед сразу одной удачи маловато. — Мы стали чересчур самоуверенными, — признался юноша. — А этогоследует избегать тем, кто так хорош, как мы. — Я понимаю, что ты имеешь в виду, — кивнул Ааз. — У нас с моимпартнером та же проблема. Скромность и Ааз — понятия несовместимые, и все же было приятноуслышать, что он включает в свое последнее заявление и меня. Я почувствовалсебя так, словно достиг в ученичестве колоссальных успехов. — С чем еще, кроме военных, мы столкнемся? — спросил Ааз. — Как насчетмагии, о которой ты все время твердишь? У них есть маг? — Разумеется, — кивнул Гриффин. — Ее зовут Маша.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

— проревел Ааз. — Быстрок южной стене! Всякого, кто попытается отстать, я обвиню в трусости передлицом неприятеля. Вам известно, какое наказание за это полагается? Они, безусловно, знали, потому что сломя голову бросились к южнойстене. Вот вам и военный эскорт Приза! Однако я не знал, что Ааз намеревалсяделать с оставшимися здесь горожанами. — Граждане Вейгаса! — крикнул он, словно отвечая на мой безмолвныйвопрос. — Враг атакует наш город. Я знаю, что все вы готовы записатьсядобровольцами, чтобы получить почетную возможность сложить голову за роднуюземлю. Но для действенности такой помощи вам нужно соблюдать порядок идисциплину, выстроиться здесь передо мной и прослушать инструктаж. Всенепригодные к службе должны срочно разойтись по домам, чтобы освободитьместо ополчению для маневров. Добровольцы, стройся! Буквально через несколько секунд мы с Аазом остались на улицесовершенно одни. Толпа потенциальных добровольцев испарилась быстрее, чемвода на раскаленной сковородке. — Вот так-то, — усмехнулся, подмигнув мне, Ааз. — куда же они все разбежались? — спросил я, вытянув шею и оглядываясь. — Конечно же, по домам. Никто не любит призыв, особенно если делокасается его лично. Я прислушался. — По-моему, никто никого не призывает. Мне показалось, что это замечание не понравилось моему наставнику. Онсхватился руками за голову и хотел было что-то рявкнуть, но передумал. — Слушай, давай прекратим болтать и просто хапнем Приз, идет? -предложил он. — Эта шуточка с южной стеной не надолго задержит армию. Личноя не хочу быть здесь, когда они вернутся. На этот счет я был полностью с ним согласен. — Правильно, Ааз, — кивнул я. — Но как мы вынесем его из города? — Нет проблем, — отмахнулся он. — Вспомни, я ведь не такой уж дурак. И с этими словами он спрятал Приз, просто сунув его под мышку. — Но, Ааз… — начал было я. — Я знаю, что ты собираешься сказать, — опередил меня он, подняв руку.- И ты прав. Легче было бы украсть тележку зеленщика. Однако ты прогляделтот факт, что тележка — личная собственность, в то время как Призпринадлежит всему городу. — Но, Ааз… -…А это означает, что каждый полагает, будто Приз стережет кто-тодругой, и поэтому его похищение может сойти с рук. А вот если бы мы укралитележку, то владелец мигом поднял бы тревогу. Теперь ты понял, что легчеукрасть? — Я не имел в виду то, как мы унесем его. Я хочу знать, как мыпронесем его мимо часовых у ворот? — Что-что? — нахмурился Ааз. — Они не позволят нам спокойно вынести этот Приз. И я не могузамаскировать его личиной. Ведь он же металлический. — Хм… ты прав, малыш, — задумчиво произнес мой наставник. — Ну,возможно, нам удастся… О, шикарно! — Что такое? — испугался я. — Солдаты возвращаются, — объявил он, склонив голову набок иприслушиваясь. Как я уже упоминал, у Ааза исключительный слух. — Намследует поторапливаться. Доставай И-Скакун. — Чего? — моргнул я. — И-Скакун! — зарычал он. — Нам придется пока взять эту штуку с собойна Пент. Я поспешно вытащил из сумки И-Скакун и отдал его Аазу для настройки. — А как же Танда? — Позже мы доставим груз обратно и освободим ее, — ответил он. — Я нерассчитывал заниматься освобождением Тананды сразу же после кражи. Всегдасуществует вероятность, что… А, ладно. Держись поближе, малыш. Поехали. Я прижался к нему и стал ждать, когда он нажмет на кнопку, запускаяИ-Скакун. Перемещение на Пент не состоялось. ___________________________________ ГЛАВА 15 Сначала нужно было отпереть сейф, а уж потом всплывать на поверхность. Г.Гуддини — Не получается, — тихо произнес я. — Сам вижу, — отрезал Ааз, проверяя настройку И-Скакуна. — Вся беда втом, что мы слишком полагаемся на механические средства передвижения,которые в самый неподходящий момент запросто могут подвести. — Что стряслось? — нервно спросил я. — Этой проклятой штуке нужна перезарядка, — простонал Ааз. — А мы неуспеем этого сделать прежде, чем сюда прибудут солдаты. — Тогда давай пока спрячемся. — Где? — зарычал он. — Ты что, собираешься попросить убежища укого-нибудь из горожан? — Ладно, предложи что-нибудь сам! — огрызнулся я. — Я работаю над этим, — проворчал Ааз, оглядываясь вокруг. — Нам нужнони что иное, как… Вот! Прежде чем я успел понять, что он делает, Ааз вошел в находившуюсярядом лавку, сорвал со стены звериную шкуру и принялся заворачивать в нееПриз. — Восхитительно, — сухо заметил я. — Теперь у нас мохнатый Приз.Думаю, стражников это не одурачит. — Одурачит, коль скоро ты замаскируешь его личиной, — усмехнулся Ааз. — Я же тебе уже говорил, что не могу этого сделать! — взмолился я. -Он ведь металлический! — Не Приз, дубина! — резко бросил он. — Шкуру! Преврати ее во чтоугодно. Или лучше переделай ее в раненого солдата. Я не был уверен, что что-нибудь получится, но все же закрыл глаза ипопробовал… Получился раненый солдат в комплекте с порванным иокровавленным мундиром. — Неплохо, малыш, — кивнул Ааз, засовывая мое произведение под мышку. Как обычно, я видел все недостатки своего камуфляжа. Передо мной стоялотнюдь не офицер стражи с раненым солдатом под мышкой, а Ааз, державшийподозрительно громоздкий сверток. — Ты уверен, что все в порядке? — с сомнением спросил я. — Уверен, — кивнул Ааз. — Только… А вот и они. Предоставьдействовать мне. По-моему, я когда-то это уже слышал… В поле зрения появились солдаты, с хмурыми лицами приближавшиесь кнам. Это не предвещало ничего хорошего. — В ту сторону! Быстро! Они уходят! От рева Ааза я чуть не выскочил из собственной шкуры, хотя должен былуже привыкнуть к его неожиданным выходкам. — За ними! — кричал Ааз. — Чарли ранен! — Какой Чарли? — не понял я. — Заткнись, малыш, — прошипел мой наставник, одарив меня уничтожающимвзглядом. Солдаты замедлили шаг, посматривая по сторонам, но своего курса неизменили. На наше счастье, изображаемого Аазом офицера с ними не было. — Вы что, не поняли? — крикнул Ааз. — Они утащили Приз! Быстро заними! Наконец-то сработало. Солдаты быстро развернулись и бросились вуказанном Аазом направлении. — Вот это да! — воскликнул я, искренне восхищаясь. — Я бы не хотелдержать в руках этот Приз, если бы они меня догнали. — Да уж, — согласился со мной Ааз. — Поэтому, если ты не против,поспешим восвояси. — О, верно, Ааз… — начал я, но он уже пожирал метровыми шагамибольшие отрезки дистанции. Я припустил вдогонку, твердо решив не спрашивать его о том, как мысможем миновать часовых у ворот. Я знал, что раздражаю его своимипостоянными вопросами, и кроме того, ответы только расстраивали меня. Однако, когда мы приблизились к воротам, нервозность моя усилилась, арешимость ослабла. — Э-э-э… ты хочешь, чтобы я переменил личину на Призе? — спросил яна пробу. — Нет, — отрезал он. — Но ты мог бы вывалять нас в грязи. — Вывалять нас? — не понял я. — Немного грязи и крови на мундирах, — разрешил Ааз. — Чтобы мыдействительно выглядели побывавшими в бою. Я согласился поправить наши личины. Между прочим, это не так легко,как может показаться. Попробуйте закрыть глаза и представить себе грязныемундиры, когда несешься рысью по незнакомым переулкам. К счастью, жизнь сАазом научила меня работать в экстремальных условиях, и поэтому я выполнилзадачу как раз вовремя: мы уже добежали до ворот. Мои труды были вознаграждены: часовой посмотрел на нас, разинув рот, ивдруг заорал, вызывая караульного офицера. К тому времени, как тотпоявился, мы достаточно приблизились, чтобы дотянуться до его отвисшейчелюсти. — Что здесь происходит? — потребовал он ответа, снова овладев собой. — Бои на улицах, — выдохнул Ааз, довольно реалистично изображаяусталого воина. — Им нужна ваша помощь. Мы пришли вас сменить. — В самом деле? — нахмурился офицер. — У вас такой вид, словно… Высказали, бои? — У нас еще хватает сил, чтобы встать на охрану ворот, — заметил Ааз.- Все что угодно, лишь бы выделить для боев свежие силы. — Каких боев? — переспросил офицер, и было видно, что он едваподавляет желание встряхнуть Ааза, чтобы привести его в чувство. — Уличные беспорядки, — выдохнул Ааз. — Букмекеры изменили ставки и несобираются выполнять свои обязательства. Это просто ужасно! Офицер побледнел и отшатнулся, словно его ударили. — Но ведь это означает… Все мои сбережения поставлены на войну! Онине могут этого сделать. — Вам лучше поторопиться, — настаивал Ааз. — Если толпа разорветбукмекеров на части, то никто не сможет вернуть своих денег. — За мной! Все за мной! — заревел офицер, хотя в этом не былонадобности. Часовые уже побежали в город. Офицер был явно не единственным,кто вверил свои заботы букмекерам. Он бросился было за ними, но вдруг остановился и, посмотрев на нассочувственным взглядом, сказал: — Не знаю, получите ли вы за это награду, но я этого точно не забуду.Не знаю, как и благодарить вас. — Не за что6 индюк, — пробормотал Ааз себе под нос, когда офицеротбежал на приличное расстояние. — Знаешь, бьюсь об заклад, он-таки этого действительно не забудет…Никогда, — улыбнулся я. — Чувствую, что ты весьма доволен собой. Не так ли, малыш? -поинтересовался Ааз. — Да, — скромно признался я. — И заслуженно! — рассмеялся он, хлопнув меня по спине. — Однако,думаю, нам следует отпраздновать победу, отойдя подальше. — Совершенно верно, — согласился я и, сделав приглашающий жест рукой всторону ворот, добавил: — Прошу вас. — Нет, только после вас! — возразил он, повторяя мой жест. Мы гордо прошли через неохраняемые теперь ворота Вейгаса бок о бок,унося с собой этот злополучный Приз. Казалось, все уже позади. После успешного завершения дела намнадлежало вернуться в Та-Хо, обменять Приз на Тананду и спокойноотправиться на Пент. Мне следовало бы знать, что на это лучше нерассчитывать. всякий раз, когда положение кажется простым, случается что-нибудьтакое, что расстраивает все наши планы. Если нет никаких осложнений, либоя, либо Ааз распускаем свой длинный язык. В данном случае никаких внешнихосложнений не было, но наше везение иссякло. Ни меня, ни Ааза винить неприходилось — мы были виноваты оба. Ааз из-за своей вспыльчивости, а яиз-за своего длинного языка. Мы уже почти подходили к тому месту, где оставили Гриффина, когда Аазподал неожиданную идею. — Слушай, малыш, — сказал он. — Как насчет того, чтобы на времясбросить личины? — Зачем? — логично спросил я. == Просто хочу взглянуть на этот вызвавший столько хлопот Приз, -пожал он плечами. — Разве ты не видел его там, в Вейгасе? — нахмурился я. — В подробностях — нет, — признался мой наставник. — Сначала я былслишком занят, погоняя солдат, а потом он стал для меня просто грузом.По-настоящему я его так и не видел. Удаление личин заняло всего лишь несколько секунд. Делать это легче,чем наводить, поскольку я в деталях знаю, как должен выглядеть конечныйрезультат. — Прошу, — объявил я. — Спасибо, малыш, — улыбнулся Ааз, торопливо развязывая сверток. Приз был так же безобразен, как и всегда. Не то чтобы я ожидал, что онизменится, но, когда Ааз рассматривал его, я подумал, что вблизи онвыглядит еще хуже, чем издали. Затем Ааз отступил на шаг, посмотрел снова,обойдя вокруг и изучая эту удивительную скульптуру со всех точек зрения. Почему-то его безмолвное разглядывание встревожило меня. — Ну и что ты о нем думаешь? — спросил я, пытаясь завести разговор. Он медленно повернулся ко мне лицом, и я заметил, что его чешуя сталатемнее, чем обычно. — Это он? — потребовал ответа Ааз, ткнув пальцем в сторону статуи. -Это и есть ваш хваленый Приз?! Ты довел до ареста Танду, заставил наспройти через все эти передряги ради вот этого образчика скульптуры?! В голове у меня что-то тихо щелкнуло, разжигая уголек гнева. Я никогдане притворялся, будто восхищаюсь Призом, но ведь он был выбран Танандой! — Да, Ааз, — ответил я. — Это он. — Из всех выкинутых тобой идиотских выходок эта побила все рекорды! -бушевал мой наставник. — Ты забросил занятия, потратил на эти прогулки поИзмерениям целое состояние, не говоря уже о том, что подставил наши головыпод удар. И ради чего?! — Ааз… — А Тананда! Я знал, что она немного чокнутая. Но это! У меня появилсябольшой соблазн оставить ее там, где она находится. Навсегда! Я попытался что-нибудь возразить, но он не дал мне возможностивставить хоть словечко. — ученик, я хочу услышать от тебя только одно — зачем? Что высобирались делать с этим барахлом, если бы тогда успели первыми украстьего? Скажи мне, будь любезен. — Он предназначался тебе в подарок ко дню рождения! — крикнул я.Плотина наконец прорвалась. Ааз застыл на месте как вкопанный. По его лицу было видно, что онпросто поражен. — Мне… подарок… ко дню рождения? — переспросил притихшим голосоммой учитель. — Совершенно верно, — буркнул я. — Сюрприз, так сказать. Мы хотелидостать тебе в подарок нечто особенное, нечто такое, чего ни у кого большенет… чего бы нам это ни стоило. Разумеется, это было глупо с нашейстороны, не так ли? — Подарок мне ко дню рождения, — пробормотал Ааз, обойдя Приз и сновауставившись на него. — Ну, теперь все кончено, — радостно подытожил я. — Мы растяпы:откусили гораздо больше того, что могли прожевать. А тебе пришлось насвыручать. Давай освободим Тананду и отправимся поскорее домой. Может, тогданам удастся забыть обо всех этих передрягах… если, конечно, ты нампозволишь. Ааз стоял неподвижно, спиной ко мне. Теперь, излив весь свои гнев, ястал жалеть, что проявил его в такой яростной форме. — Эй! Ааз! — окликнул я, подходя к нему сзади. — Пошли. Нам предстоитеще вернуть Приз и освободить Тананду. Он медленно повернул голову, и наши взгляды встретились. В его глазахгорел никогда мною раньше не виданный мечтательный свет. — Вернуть?.. Его?.. — тихо переспросил мой наставник. — Что значит -вернуть? — В его голосе появились стальные нотки. — Это же подарок мне кодню рождения! ___________________________________ ГЛАВА 16 … А потом началось самое забавное. Наполеон Мне уже не раз доводилось присутствовать на военных советах. Этовремяпрепровождение никогда не вызывало у меня восторга, но я терпел. Наэтот раз должна будет собраться магия трех сторон, поэтому присутствоватьна сегодняшнем совете мне и подавно не хотелось. — Может, они и не явятся, — с надеждой предположил я. — Когда в опасности их драгоценный Приз? — усмехнулся Ааз. — Не можетбыть. Они будут с минуты на минуту. — Если только они получили сообщение, — добавил я. — Гриффин могпросто уйти куда глаза глядят. Мой наставник внимательно посмотрел на меня. — Вспомни времена, когда ты еще даже не был учеником, малыш, -предложил он. — Если бы маг попросил тебя доставить сообщение, ты быскрылся? — Нет, конечно. — Они придут, — твердо заключил он. — И я могу поспорить, что Квинглипоявится первым. С исчезновением последней надежды я покорился неизбежности встречи ипереключил внимание на окружавшую нас обстановку. — Ты не мог бы по крайней мере объяснить мне, почему мы назначиливстречу именно здесь? — спросил я Ааза. — Почему не в лесу, где мы могли быв случае чего скрыться за деревьями? Что такого особенного в этомстафатории? — Это стадион, малыш, — поправил меня наставник. — А для назначениявстречи именно здесь были три веские причины. Во-первых, и вейгасцы итахойцы знают, где он находится. Во-вторых, и те и другие признают егонейтральной территорией. — А в-третьих? — поинтересовался я. — Ты сам назвал третью причину — тут негде укрыться. Значит, негдеспрятаться. — И это хорошо? — Подумай как следует, малыш, — вздохнул Ааз. — Если мы можемспрятаться за деревом, значит, то же самое могут сделать и другие. Разницалишь в том, что у них больше народу. — Ты хочешь сказать, что они могут попытаться устроить нам засаду? — Такое вполне возможно. Я лишь надеюсь, что при массовой встрече этавероятность уменьшится. Вынужден признать, что у Ааза есть одно очень неприятное качество.Всякий раз, когда я нервничаю, он обязательно скажет нечто такое, чтопревращает мою нервозность просто в истерический страх. — Гм… Ааз, — осторожно начал я. — Может быть, ты наконец посвятишьменя в свои гениальные планы? — разумеется, — улыбнулся он. — Нам предстоит встреча спредставителями Та-Хо и Вейгаса.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

— Но что ты собираешься им сказать? — не отставал я. — Ты упускаешь из виду саму суть дела, малыш. Я собираюсь встретитьсясразу и с теми и с другими, потому что не хочу лишний раз повторяться. Таквот, если я сейчас объясню тебе все, то на встрече мне придется всезаводить сначала. Понятно? — Нет, — напрямик заявил я. — Непонятно. Я ведь вроде в твоей команде,не так ли? — Ну так. — А как я могу помогать тебе, если не знаю, что ты задумал? — Это неплохой довод. Жаль, что ты не привел его раньше, потому чтотеперь уже слишком поздно. К нам наконец-то пожаловали гости. Я повернулся и, посмотрев в указанную сторону, обнаружил, что он, ксожалению, прав. Около одного из выходов на трибуны появилась группа игуськом начала спускаться по лестнице на поле, где находились мы. Теперь,видя какой крошечной кажется в этой обстановке группа, я невольно осознал,как же велик на самом деле этот стадион. Пока мы ждали их, я попыталсяпредставить себе трибуны, заполненные десятками тысяч зрителей. К счастью,шансов, что я когда-нибудь увижу это в действительности, было очень мало. Группа все приближалась, и теперь мы уже могли различить отдельныелица. Хотя это мало что давало, так как мы никого из них не знали. И вдругя увидел Гриффина и сделал вывод, что это делегация Та-Хо. А еще я сумелзаметить замыкающего шествие Квингли, вернее, догадался, что это он, таккак теперь он носил личину валлета. Это имело смысл. Я имею в виду, что размы с Аазом в настоящее время носили личины валлетов, то было внолнелогично, что Квингли тоже скрывает свое нездешнее происхождение. — Достаточно! — крикнул Ааз. группа послушно остановилась на расстоянии броска камня. Я считал, чтоони подошли слишком близко, но промолчал. — Мы готовы обсудить условия возвращения Приза, — шагнул вперед одиниз делегатов. — А мы — нет, — парировал мой наставник. Это вызвало смятение в группе, и они начали оживленно перешептываться. — Ааз! — призвал я. — Я имею в виду, — поспешил добавить Ааз, — что с обсуждением этоговопроса придется подождать. Еще не прибыла другая делегация. А пока я хотелбы переговорить с вашим мастером-магом. После непродолжительного шушуканья Квингли выступил вперед иприсоединился к нам. Я заметил, что он чем-то расстроен. — Привет, Квингли, — улыбнулся Ааз. — Как продвигаются твои фокусы? — Я надеюсь, что у вас есть объяснение этому, — игнорируя приветствиеАаза, задал вопрос бывший охотник на демонов. — Объяснение чему? — невинно спросил мой учитель. — Вы обещали… точнее, мастер Скив обещал, что вы не сделаете ничегоугрожающего моей репутации мага. — А мы ничего и не сделали, — пожал плечами Ааз. — Нет, сделали! — настаивал Квингли. — Совет ожидает, что я с помощьюмагии отниму у вас Приз. А если я этого не сделаю, то могу смелораспрощаться с работой. — Не беспокойся, — успокоил его Ааз. — Мы учитывали это. — Да? — удивился я. Ааз бросил на меня сумрачный взгляд и продолжал: — Гарантирую, что к концу этой встречи Совет не будет требовать оттебя применения магии против нас. — Вы хотите сказать, что по доброй воле отдадите Приз? — обрадовалсяКвингли. — Должен сказать, что это очень любезно с вашей стороны. — Нет, не очень, — сказал ему Ааз. — Мы не собираемся ничего отдавать.Я имею в виду, что они не будут ждать от тебя возвращения Приза. — Но… — А поговорить с тобой я хотел потому, что нужно уточнить кое-какиедетали. — Какие именно? — нахмурился Квингли. — Ты обещал нам отпустить Тананду, если Приз будет возвращен. Так вот,если Та-Хо, имея шанс вернуть его, не воспользуется им, договоренностьпо-прежнему остается в силе. Ты отпустишь ее? — Я полагаю… да, — неохотно согласился та-хойский маг. — Но я немогу даже представить, что они не пожелают вернуть Приз. — Желать чего-то и что-то иметь — две большие разницы, — усмехнулсяАаз. — Но я должен помогать им своей магией! — Нет, на сей раз не должен, — поправил его мой наставник. — Я ужеговорил тебе, что… — Это разговор тет-а-тет, мальчики, или можно присоединиться? Мы обернулись и увидели незаметно приблизившуюся к нам Машу. Позадинее стояла делегация Вейгаса, которая прибыла, пока мы болтали с Квингли. — Господи! Что это? — ахнул Квингли, глядя на нее разинув рот. — Это Маша, — представил я. — Маг Вейгаса. — Это Маша, — повторил он словно эхо. — Если ты не возражаешь, нам нужно кое-что обсудить перед встречей сглазу на глаз, — обратился Ааз к Квингли. — Да, конечно… разумеется, — пробормотал маг. Бывший охотник на демонов быстро повернулся и припустил к своейгруппе, явно радуясь возможности избежать встречи лицом к лицу со своейсоперницей. — Совет сказал мне, что вы что-то обсуждали с Квингли, — объявилаМаша, наблюдая за его бегством с легкой улыбкой. — В общем-то да, — признался я. — Ведь вы, мальчики, не собираетеся обманывать старушку Машу? Не такли? — спросила она недовольным тоном, и я заметил, как ее глаза сузились. — Милостивая государыня! — ахнул Ааз. — Вы меня обижаете. Разве вы непомните, что мы обещали вам нейтрализовать демона, которого держит прозапас Квингли? — Разумеется, обещали. — Это было бы крайне трудно устроить, даже не познакомившись с ним. Высо мной согласны? — Ну… да. — Итак, не успели мы начать работу над этим проектом, как вы ужеобвинили нас в двурушничестве. Нам следовало бы уйти немедленно ипредоставить вам самим решать свои проблемы. Мне с трудом удавалось сдерживать смех. Ааз в позе оскорбленногодостоинства — зрелище в высшей степени комическое. Однако Маша проглотила икрючок, и леску, и поплавок. — Ну не надо так, — промурлыкала она. — Я вовсе не хотела вас обидеть.Кроме того, можно ли обвинять меня в некоторой подозрительности после того,как вы украли Приз? Ааз драматично вздохнул. — А разве мы не просили тебя не удивляться никаким нашим действиям? Нудела! Полагаю, именно этого и следовало ожидать, если мы связались с тобой,не способной уразуметь всех тонкостей нашего плана. — Вы хотите сказать, что похищение Приза — часть вашего плананейтрализации демона? — широко открыв глаза от удивления, спросила Маша. — Конечно! — подтвердил Ааз. — Видите ли, Квингли вызвал демона, чтобытот помог ему отнять Приз у Вейгаса. Так вот если у Вейгаса Приза нет, тодемон ему не нужен. Верно? — Мне все эти рассуждения кажутся несколько шаткими, — нахмуриласьчародейка. — Вы правы, — признал Ааз. — Вот потому-то я так обрадовался, когдама… я хотел сказать, мастер Скив придумал этот план. — Неужели он? Рука Ааза схватила мое плечо железной хваткой, исключавшей любые мыслио возражении. — Скив такой скромный, — объяснил мой наставник. — Но вы ведь слышали,какой он гениальный тактик? Это он придумал способ, как нейтрализоватьдемона и дать Вейгасу шанс вернуть Приз. — До смерти хочется услышать об этом, — с энтузиазмом откликнуласьМаша. — Мне тоже, — пробормотал я себе под нос. Рука Ааза еще сильнее стиснула мое плечо. — Итак, полагаю, пора начинать, — объявил он и добавил, обратившисьнепосредственно к Маше: — Будет лучше, если вы снова присоединитесь к своейделегации. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь заподозрил, что мы отдаемкому-то предпочтение. И помните: что бы мы ни сделали, соглашайтесь со всембез лишних раздумий. Мы на вашей стороне. — Прекрасно! — просияла Маша и отправилась к своим. — Скажи-ка, Ааз, — обратился я. — Да, малыш? — Если ты на стороне Квингли и на стороне Маши, то кто же на моейстороне? — Я, конечно. Именно это я и боялся услышать. С каждой минутой становилось всеяснее, что Ааз затеял какую-то опасную игру, из которой он рассчитываетвыйти победителем. Но разобраться в сложившейся ситуации я уже не успел. Ааз жестомпредложил группам подойти и открыл собрание. ___________________________________ ГЛАВА 17 Уверен, что мы сможем поговорить обо всем как цивилизованные люди. Дж.Уэйн — Вы, наверное, гадаете, почему я собрал всех своих друзей вместе и наодном поле, — улыбнувшись произнес Ааз. Я уже привык к его шуточка типа "жду смеха". Но сейчас перед ним былане та аудитория: валлеты никогда не отличались чувством юмора. — Полагаю, для разговора о Призе, — сухо заметил представительта-хойской группы. — Иначе мы зря теряем время. — Вы правы, речь пойдет о Призе, — поспешно заверил его Ааз. — Который вы у нас похитили, — зло вставил один из вейгасцев. — После того как вы похитили его у нас, — парировал тахоец. — Только после того, как вы жульничеством отняли его у нас в БольшойИгре. — Игра была совершенно законной. Правила говорят о… — Те правила не применяются уже триста лет. В анналах записаны четырепостановления, которые с тех пор опровергались… — Прекратите, господа! — призвал их к порядку Ааз. — Все это деладавно минувших дней, и они не имеют никакого отношения к нашему делу.Вспомните: в настоящее время Приза нет ни у тех, ни у других. Он у нас! Наступила долгая минута напряженного молчания, пока обе стороныпереваривали это заявление. Наконец вперед вышел представитель Та-Хо. — Отлично, — твердо произнес он. — Назовите свою цену. Совет Та-Хоготов предложить… — Вейгас дает больше любой суммы, предложенной Та-Хо… — А Та-Хо удвоит любую сумму, предложенную Вейгасом… Это становилось даже забавным. Возможно, я слишком долго болталсяоколо Ааза, но потенциальные финансовые выгоды нашего положения казалисьмне очень большими, и я сразу же оценил это. Был только один нюанс:настойчивое желание Ааза оставить Приз себе в качестве подарка ко днюрождения. — Если вы что-нибудь затеваете, наш маг… — Ваш маг! Если только она попробует что-либо сделать, наш маг… Спор разгорелся с новой силой. Эти угрозы предвещали в скором временивполне серьезные неприятности. Я бросил нервный взгляд на Ааза. — Господа! Господа! — воззвал он, поднимая руку. — Вы кого это называете господином? — возмутилась Маша. — И дамы, — поправился мой наставник и, прищурившись, поискал глазамиисточник голоса. — Ну что ты скажешь! ОРПВ' снова наносит удар. — Что значит "орпэвэ"? — нахмурился __________________ 'ОРПВ — Общество равных прав для всех — феминистическая организация наЗападе. представитель Та-Хо, в точности копируя мои мысли. — Мне кажется, — продолжал Ааз, проигнорировав вопрос, — что нашимотивы поняты неправильно. Мы завладели Призом не с целью получения выгоды.Совсем наоборот. Мы собирались позаботиться о возвращении его законнымвладельцам. Вейгасцы недовольно заворчали. — превосходно! — просиял представитель та-хойской группы. — Если выотказываетесь от вознаграждения, то, надеюсь, согласитесь сопровождать насобратно в город в качестве почетных гостей. Само собой, будет празднествои… — Я ведь сказал "законному владельцу", перебивая его, уточнил Ааз. Представитель Та-Хо замолчал, и его улыбка мгновенно растаяла. — Вы хотите сказать, что мы незаконные владельцы? — зарычал он. — Есливы считаете притензии Вейгаса более весомыми, то зачем вы вообще похищалиего? — Позвольте мне повториться, — вздохнул мой наставник. — Призотправится к своему законному владельцу. Следовательно, Вейгас тожеотпадает. Это окончательно сбило с толку представителя Та-Хо. Я его понимаю.Меня логика Ааза тоже привела в замешательство… А ведь мы с ним были водной команде! — Если я правильно разбираюсь в вашей политике, — спокойно продолжалАаз, — Приз переходит к победившей команде в качестве награды. Верно? — Конечно, — кивнул тахоец. — А почему вы считаете, что команда, победившая в Большой Игре,наилучшая? — невинно спросил Ааз. — Потому что существует только две команды. Отсюда вытекает, что… — Вот в этом-то вы и ошибаетесь, — перебил его мой наставник. — Естьеще одна команда. — Еще одна? — изумился делегат. — Совершенно верно. Команда, с которой обе ваши даже и не встречались,не говоря уже о том, чтобы играть с ней. Так вот, мы утверждаем, что до техпор, пока эта команда не потерпит поражения, ни Та-Хо, ни Вейгас не имеютправа считать свою команду лучшей командой года! У меня в затылочной части опять включился сигнал тревоги. — это просто нелепость какая-то! — воскликнул представитель Вейгаса. -Мы никогда не слышали ни о какой другой команде. Что это, собственно, закоманда? — Наша, — улыбнулся Ааз. — И мы вызываем обе ваши команды насостязание, точнее, на товарищеский матч, который состоится здесь черезтридцать дней. Приз получит победитель. Мои опасения подтвердились. Я начал подумывать о том, чтобы сменитьличину и улизнуть с одной из групп. Но потом я сообразил, что этот вариантдля меня закрыт. Обе группы отступили за пределы слышимости, дабы обсудитьпредложение Ааза. Это разделило нас, поэтому я не мог незаметноприсоединиться к ним. Не имея другого выбора, я оглянулся на Ааза. — Это и есть твой план? — накинулся я на него. — Устроить Игру, окоторой мы абсолютно ничего не знаем, и даже не с одной, а с двумякомандами, играющими в нее шестьсот лет? Этот план — наша погибель! — Я считаю, что это для нас единственный шанс освободить Тананду,сохранив при этом Приз, — пожал плечами мой наставник. — Это отличный шанс потерять голову, — поправил его я. — Есть болеелегкий способ решить наши проблемы. — Да, был такой, — согласился Ааз. — К сожалению, ты ликвидировал его,когда от нашего имени пообещал не делать ничего угрожающего репутацииКвингли. я терпеть не могу, когда Ааз говорит правильные вещи. Для меня этотакже нестерпимо, как попасться на собственных глупых ляпах. Чаще всего этидва события происходят в моей жизни одновременно. — Почему ты мне раньше не сообщил об этом плане? — раздраженно спросиля. — А ты согласился бы с ним, если бы узнал о нем раньше? — Нет. — Вот именно поэтому я ничего тебе и не сказал. — Что будет, если мы откажемся принять ваш вызов? — окликнул наспредводитель тахойцев. — Тогда мы будем считать себя победителями ввиду неявки противника, -ответил Ааз. — Ну, Вейгас-то на нее явится, — откликнулся представитель Машинойгруппы. — Так же как и Та-Хо, — послышалось в ответ. — Можно мне спросить? — осведомился делегат Та-Хо. — Почему выназначили матч через тридцать дней? — Вам потребуется время на устройство треугольного поля, — объяснилмой наставник. — И кроме того, вашим коммерсантам необходимо больше неделидля производства сувениров. Услышав эти доводы, обе группы согласно закивали. — Вижу, вы согласны, — подвел итоги Ааз. — Согласны! — проревели вейгасцы. — Согласны! — словно эхо повторили тахойцы. — Кстати, о сувенирах, — заметил представитель Вейгаса. — Какназывается ваша команда? — "Демоны", — ответил Ааз, хитро подмигнув мне. — Хотите знать почему? Я сразу же понял его план. — Ну, я полагаю, что вы играете словно демоны, — произнеспредставитель Та-Хо. — Не "словно демоны"! — рассмеялся мой наставник. — Ну что, покажемим6 партнер? — Почему бы и нет? — улыбнулся я, закрыв глаза. — Спустя мгновение наши личины пропали, и делегаты впервые смоглиувидеть действительных своих соперников. — Команда "Демоны" налицо, — произнес Ааз, обнажая в улыбке все своизубы. Это был хороший ход, и он должен был сработать. Любой нормальныйчеловек не может ждать ничего хорошего от схватки с демоном. Никакая жертване покажется слишком большой, чтобы только избежать такого столкновения.Однако мы проглядели одну мелкую деталь: валлеты — не нормальный народ. — Превосходно! — воскликнул представитель Та-Хо. — Да? — моргнул Ааз, и его улыбка растаяла. — Это должно уравновесить шансы, — продолжал тахоец. — До сих пор мыобсуждали, сможете ли вы выставить на поле достаточно хорошую команду,чтобы сделать схватку серьезной. Но теперь… Да, этот матч захотят увидетьвсе. — Вы не боитесь играть против демонов? — спросил мой наставник. Его вопрос очень развеселил группу тахойцев. — Дорогой мой, — хохотнул валлет, — если бы вы когда-нибудь видели,как играют наши команды, вам бы и в голову не пришло задавать такой вопрос. С этими словами он повернулся и присоединился к своей делегации. Обегруппы приготовились покинуть собрание. — Разве ты не подслушивал их разговоры? — прошипел я. — Если ты помнишь, — проворчал в ответ Ааз, — я все время болтал стобой. — Значит, мы влипли, — ответил я и добавил: — Квингли, нам нужноперекинуться с тобой парой слов.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

На краю поля подпрыгивал на месте Гриффин и отчаянно размахивалруками, стремясь привлечь мое внимание. Как только он увидел, что я смотрюна него, он принялся энергично подзывать меня к себе. Ааз в это время был поглощен разговором с представителем Та-Хо,поэтому я один отправился узнавать, что от меня надо Гриффину. — Здравствуй, Гриффин, — улыбнулся я. — Как поживаешь? — Я просто хотел сказать вам, — выдохнул он, запыхавшись от своихупражнений, — что перешел на вашу сторону. Если я могу вам чем-нибудьпомочь, то только свистните. — В самом деле? — удивился я. — А с чего это ты вдруг изменил своисимпатии? — Можете называть это моим пунктиком честной игры, — ответил он. — Мнене нравится то, что они собираются с вами сделать. Даже учитывая, что вэтом участвует моя команда. — И что же они собираются с нами сделать? — спросил я, став предельновнимательным. — Обе команды провели совещание, обсуждая эту Игру, — начал он. — Ирешили, что, как бы сильно они ни ненавидели друг друга, они не хотят,чтобы Приз попал в чужие руки. — Это вполне естественно, — ответил я. — Но что… — Вы не понимаете, — перебил меня юноша. — Они намерены выставитьпротив вас сдвоенную команду! Они объявили перемирие между собой на времяэтого матча. Когда Игра начнется, вы столкнетесь с двумя командами,действующими заодно! — Малыш! Иди сюда! — Рев Ааза напомнил мне, что неподалеку происходитеще одно совещание. — Я должен идти, Гриффин, — извинился я. — Спасибо за предупреждение! — Желаю удачи! — крикнул он. — Она вам понадобится. Я устремился обратно на поле и обнаружил, что собравшиеся поджидаютменя с нетерпением. — Они хотят увидеть Приз, — уведомил меня Ааз и подмигнул. — Так полагается по нашему трехстороннему соглашению, — добавилпредставитель Та-Хо. — Он должен быть здесь для награждениякоманды-победительницы. — Не бойтесь, он здесь, — заверил я его. — Прошу прощения?.. — моргнул старик, оглядываясь по сторонам. — Покажи им, малыш, — усмехнулся мой наставник. — Хорошо, — кивнул я. — Всем отойти на несколько шагов. Сконцентрировав свои мысли на левитировании, я принялся за работу. Вцентре поля приподнялся большой кусок дерна и отодвинулся в сторону. Затемв другую сторону полетела обнажившаяся земля, и наконец в поле зренияпоявился Приз. Я дал ему немного повисеть в воздухе, затем отправил обратнопод землю и надвинул дерн. Толпа одобрительно заревела. Правда, не знаю, вчью честь — моей магии или самого приза. — Весьма недурно! — воскликнул Ааз, слегка хлопнув меня по спине. — Глип! — произнес мой друг, добавляя к поздравлениям свой липкийязык. — Очень умно, — признал представитель Та-Хо. — Мы бы никогда недодумались искать его там. Хотя немного жестковато, не так ли? Я имею ввиду поле. — Сегодня его все равно вспашут, — пожал плечами мой учитель. — Междупрочим, не пора ли начинать Игру? Словно в ответ на его вопрос, трибуны взорвались вновь. Я не думал,что стадион может сделаться настолько шумным. Вокруг бушевала лавинаторжествующих криков. На другом конце стадиона появились две колонны и затрусили по полю.Желто-синие мундиры одной команды контрастировали с красно-белыми мундирамидругой. Это были наши противники. Команда Та-Хо но сила шлемы с длинными острыми шишками. На шлемах ихколлег из Вейгаса по бокам выступали длинные изогнутые рога, придавая имзвериный вид. Но особо примечательным было то, что все игроки были рослыми- более рослыми, чем другие валлеты, встреченные мной до этого. Почти такиеже рослые, как Корреш, но более мускулистые, и с такими короткими шеями,что их головы, казалось, росли из плеч. Как я уже говорил, я умею считать до пяти. А в каждой команде былокуда больше пяти игроков. ___________________________________ ГЛАВА 23 Жизнь полна всевозможных сюрпризов. Пандора Следуя своей привычке в кризисных ситуациях обращаться за помощью кАазу, я повернулся к нему и увидел картину, вполне достойную моего учителя. Схватив представителя Та-Хо за грудки, Ааз оторвал его от земли инесколько раз сильно встряхнул. — Что это?! — потребовал он ответа. — Бла… а… за… — лепетала жертва. — Послушай, Ааз, — вмешался я. — Возможно, его будет легче понять,если он сможет дышать. — О! Верно, — кивнул мой наставник, опуская тахойца на землю. — Ладно.Давай объясняй. — Что… об… объяснять? — запинаясь, спросил старик. — Это командыдвух наших городов. Их можно различить по шлемам… — Не заливай мне! — прогремел Ааз. — Это не валлеты! Валлеты тощие инизкие или чрезмерно упитанные, но все равно невысокие. — О! Понимаю, — вздохнул представитель. — Видите ли, вы введены взаблуждение. Одни валлеты — болельщики, а другие — игроки-атлеты.Болельщики… немного не в форме. Но этого и следовало ожидать: они жерабочие. А игроки — совсем другой коленкор. Они занимаются лишьтренировками и тому подобным. За много поколений они стали заметно большеостальных граждан. — Заметно больше? — нахмурился, глядя на поле горящим взглядом Ааз. -Да они вообще не из той оперы! — Я знаю, что такое иногда случается. Видел в других Измерениях, -заметил Гэс. — Но до такой степени — никогда. — Большой Джули предупреждал нас относительно излишнейсамоуверенности, — вздохнул Корреш. — Относительно чего? — переспросил старик. — Хочу драться! — заявил Корреш, снова входя в роль "Грызь любитдраться". — О, — нахмурился представитель тахойцев. — Отлично. Если большевопросов нет, то я просто… — Не так быстро, — остановил его Ааз. — Я хочу знать, почему у васстолько игроков. Ведь по правилам в Игре должна участвовать команда из пятиигроков, не так ли? — Совершенно верно, — кивнул старик. — Остальные игроки — замена.Ну… знаете ли, тех, кого ранят или убьют во время матча. — Убьют? — переспросил я. — Как я уже говорил, я восхищаюсь вашей уверенностью в своих силах,раз вы привели только пять игроков, — убегая, крикнул тахоец. — Убьют? — повторил вопрос я, поворачиваясь к Аазу. — Без паники, малыш, — проворчал мой наставник, обводя взглядом своихпротивников. — Это несколько неожиданно, но мы можем пересмотреть своюстратегию. — Как насчет старого приема "разделяй и властвуй"? — предложилПлохсекир, присоединяясь к нам. — Совершенно верно, — кивнул Гэс. — Они не привыкли играть втрехстороннюю Игру. Возможно, нам удастся их разыграть друг против друга. — Не выйдет, — решительно заявил я. — Не будь таким упрямым, малыш, — прошипел Ааз. — Сейчас это самоелучшее, что мы можем сделать. — Не выйдет, потому что они не будут играть друг против друга. И я рассказал им все, что мне недавно поведал Гриффин. Когда язакончил, наша команда стала непривычно молчаливой. — Ну могло быть и хуже, — сказал наконец Ааз. — Глип! — Мой дракон заметил нечто упущенное мной из виду. Команды выводили на поле своих верховых животных. В отличие от игроковзверей не пометили цветами… впрочем, в этом не было необходимости. Зверь Вейгаса был кошкообразной тварью с уродливой головой. Почтитакой же длинный, как и Глип, он крался по земле с плавной грацией,нарушаемой только неровной походкой его неестественно длинных лап. Хотясейчас эти движения казались медленными и ленивыми, судя по его виду, онмог, когда хотел, двигаться с удивительной скоростью. А еще он выгляделочень и очень гибким. Я был уверен, что эта тварь могла загнать врага вугол, как… ну, как кошка. Скакун Та-Хо был равно приметным, но намного труднее поддавалсяописанию. С виду он походил на небольшой бронированный курган с гребнемкостяных пластинок. У него была сотня ног, двигавшихся, казалось, с равнойлегкостью в любом направлении. Когда он останавливался, его броняопускалась на землю, пряча и защищая крошечные ноги. Я не мог разобрать,где у него находились глаза, но заметил, что он никогда не натыкался наприпятствия. Глип повернул голову и посмотрел на меня. Если он надеялся получитьразъяснения или инструкции, ему не повезло. Я не имел ни малейшегопредставления, как обходиться с этими странными созданиями. Вместо этого яуспокаивающе погладил ему усы. Хотя я и не хотел признаваться в этом моимтоварищам, у меня оставалось все меньше и меньше уверенности в исходеИгры… — Я заметил Танду, — шепнул Гэс. — Где? — встрепенулся Корреш, вытягивая шею в направлении, кудапоказывал горгул. Конечно, я увидел Тананду раньше, но забыл сказать об этом остальным.Я почувствовал себя немного глупо, хотя это ощущение для меня не ново.Чтобы скрыть свое смущение, я принялся вместе с остальными глазеть наплавающую в воздухе фигуру Танды. Квингли заметил, что мы смотрим в его сторону, и нервно заерзал. Онявно был не уверен в своих недавно приобретенных силах, чтобы спокойновыдержать наше пристальное наблюдение. Это, естественно, повлияло на егомагию, по крайней мере, на левитацию. Тело Тананды наклонилось изакачалось. Я испугался, как бы она не упала головой вниз. — Если на нашем пути стоит только этот маг, — заметил Гэс, — то, мнекажется, достаточно просто рвануть туда и отнять ее. — Нельзя, — отрезал Ааз. — Малыш обещал, что мы не сделаем ничеговыставляющего этого мага в невыгодном свете. — Это касается лишь вас, — возразил горгул. — Мы с Коррешем ничего емуне обещали. — Слушай, Гэс, — вмешался Корреш. — Мы не можем подводить Скива. Этобыло бы не по правилам. — Полагаю, ты прав, — пробурчал Гэс. — Просто я подумал, что это будетлегче, чем ждать, когда нам вышибут мозги в этой глупой Игре. — Мне кажется, господин маг, — пробормотал Плохсекир, — что данноевами обещание было не самой умной вещью. — Вот как?! — зарычал, повернувшись к нему, Ааз. — Вы, генерал,конечно, говорите, основываясь на долгом опыте знакомства с демонами. — Ну… на самом деле… — Тогда я попрошу вас держать при себе свое мнение о мудрости испособностях господина Скива. Помните: он — ваш билет на выезд отсюда. Безнего вы домой попадете очень не скоро… если попадете вообще. Посрамленный генерал пошел на попятную в прямом и переносном смысле. — Спасибо, Ааз. — Заткнись, малыш, — прошипел Ааз. — Он прав: это был глупый шаг. Нонужно еще заслужить право критиковать моего ученика… А этот образчикпентийского военного опыта на такое не тянет. — Ну… все равно спасибо, — повторил я. — Не стоит благодарностей. — Эй, Ааз! — окликнул Корреш. — Давай-ка удалим Приз подальше с поля испрячем его в каком-нибудь безопасном месте. — Где, к примеру? — огрызнулся мой учитель. — На этом стадионе ядоверяю только нам. — А как насчет ворот? — предложил Гэс, показывая на крупную сетку внашем углу треугольника. — Вроде неплохо, — согласился Ааз. — Я скоро вернусь, малыш. Я настолько привык к бедламу на стадионе, что почти не замечал его.Однако, когда мои товарищи по команде начали переносить Приз, разразившийсяхор оскорбленных и негодующих криков просто оглушил меня. Мои коллегиответили надлежащим образом: грозя кулаками и корча рожи. Еще немного, изрители вырвались бы на поле, разнося всех и вся. Я собирался попросить своих друзей прекратить дразнить толпу, когдагенерал Плохсекир отозвал меня в сторону. — Господин маг, — осторожно начал он. — Надеюсь, вы понимаете, что яникак не хотел оскорблять вас своим предыдущим замечанием. Я был немного нев себе. Мне никогда раньше не приходилось вести военные действия на глазаху стольких зрителей. — Забудь об этом, — отмахнулся я. — Я и сам задним числом понял, чтомое обещание было глупым. Между прочим, зови меня просто Скив. Если уж мывместе участвуем в этой передряге, то соблюдать формальности глупо. — Благодарю вас… Скив, — кивнул генерал. — На самом деле я собираюсьпоговорить с вами по личному вопросу. — Пожалуйста. Я вас слушаю. — Вы не могли бы побольше рассказать мне о том чудесном создании, скоторым недавно познакомили меня? — Чудесном создании? — моргнул я. — Это о ком же? — Да вы знаете… О Маше. — О Маше? — рассмеялся я, но вовремя заметил, как нахмурился генерал.- Ах, об ЭТОМ чудесном создании! И что же вы хотите узнать? — Она замужем? — Маша?! Нет, не думаю. Генерал облегченно вздохнул. — Есть ли вероятность того, что она когда-нибудь навестит нас вПоссилтуме? — Сомневаюсь, — ответил я. — Но, если хотите, я могу спросить ее обэтом. — Прекрасно, — просиял генерал, опуская руку мне на плечо в знакпризнательности. — Буду считать это вашим обещанием. — Чем? — переспросил я. Эти слова почему-то укололи меня. — Я уже знаю, как вы держите свои обещания, — сказал Плохсекир. -Выполните эту клятву, и вы обнаружите, что я могу быть неплохим другом…Точно так же, как могу стать непримиримым врагом, когда мне становятсяпоперек дороги. Мы понимаем друг друга? — Но я… — Эй, малыш! — крикнул Ааз. — Влезай скорее на этого глупого дракона!Игра вот-вот начнется! Я был настолько поглощен разговором с Плохсекиром, что совершеннозабыл о ситуации на поле. Команды из Та-Хо и Вейгаса отошли за боковые линии, оставив на полетолько по пять игроков. Кошка и жук обрели теперь всадников и расхаживаливзад-вперед в нервозном предвкушении битвы. На середине поля, там, где раньше находился Приз, стоял валлет, одетыйв мундир с черно белыми полосками, и держал мяч. Слово "мяч" я употребил,конечно, слишком вольно. Предмет, который он держал, был кубом из серогогубчатого материала. Квадратный мяч! Еще одна мелкая деталь, о которойЖивоглот не счел нужным упомянуть. Не попрощавшись с генералом, я повернулся и бросился бежать к Глипу.Что бы ни случилось, я, разумеется, не хотел столкнуться с противникомпешим. ___________________________________ ГЛАВА 24 Это состязание следует считать самой глупой затеей, которую я когда-либо видел. Х.Коссел Не успел я оседлать Глипа, как валлет на середине поля поставил мяч истал пятиться к боковой линии. — Эй, Ааз! — позвал я. — Что делать с этим парнем в полосатом мундире? — Оставь его в покое! — крикнул в ответ мой наставник. — Оннейтральный. На самом деле я не собирался нападать на него, но обрадовался, узнав,что он не входит в число наших противников. Я оказался последним, занявшим свое место в команде. Ааз и Коррешстраховали меня по бокам в качестве "клыков". Гэс разминался позади меня,дожидаясь случая воспользоваться своей мобильностью в качестве защитника.Плохсекир находился в роли "замка". Казалось, мы были настолько готовы,насколько вообще способны к этому. — Эй, малыш! — окликнул меня Ааз. — Где твоя дубинка? Я был так поглощен своими мыслями, что его слова не сразу дошли доменя. Потом я страшно испугался. Мне вдруг показалось, что я оставил свойпосох на Пенте, но, оглядевшись, заметил его лежащим в траве на местенашего появления. Сосредоточение мысли — и он переместился мне в руку. — Она здесь, Ааз, — помахал я ему в ответ. Свисток судьи прервал нас и привлек внимание к центру поля. Корреш ижук двинулись к мячу с максимальной для них скоростью, а остальные членыкоманд бросились за ними. Игра уже началась, а мы все еще стояли разинув рты. Как всегда Аазопомнился первым. — Не стой как истукан! — крикнул он. — Давай доставай мяч! — Но я… Я собирался сказать Аазу, что кошка-то уже почти добралась до мяча.Понимая, что мне никак не поспеть туда первым, я считал, что нам следуетукрепить свою оборону. Мой зверек, однако, решил иначе. То ли он откликнулся на команду Ааза "достань мяч" — что маловероятно,- то ли ему просто не терпелось встретиться с новыми товарищами по играм -что более вероятно, — но итог был один. Он рванулся вперед, оборвав меня насередине фразы и установив курс на столкновение с кошкой. Зрителям это очень понравилось. Что касается меня, то я испытывал кудаменьший восторг. Сидевший на кошке всадник теперь завладел мячом и удерживал позицию вцентре поля, вместо того чтобы сразу же наступать на наши ворота. Делал онэто, надо полагать, для того, чтобы дать возможность своим товарищам покоманде догнать его и таким образом получить прекрытие. Это означало, чтоему не хотелось сражаться с нами в одиночку. Я оценил его стратегию и желал лишь иметь возможность следовать ейсамому. Энтузиазм Глипа ставил меня в положение, которого я собиралсяизбежать любой ценой — встречаться с объединенными силами обеихнеприятельских команд, не имея рядом ни одного товарища, поддерживающегоменя.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18