1. «Вор!» — сказал кот — Фоули Луиза Манро

Или это ветер? Она ещё раз обогнула дом, оказавшись с западной его стороны. Здесь все окна были темными, и Кики с сожалением вспомнила о фонарике, который миссис Кендрик достала из ящика на случай неполадок с электричеством. Подняв глаза к темному окну, она мысленно представила себе план дома. Должно быть, это кабинет мистера Кендрика, уставленный юридическими справочниками, с огромным столом из красного дерева посередине и таким же большим кожаным вертящимся креслом, со старомодным телевизором на ножках в углу. Миссис Кендрик водила её в эту комнату на прошлой неделе. «Он здесь работает не меньше, чем в городе», – сказала она с улыбкой, показывая на беспорядок.У дальней стены выстроились коробки с бумагами. «Дела, которые мистер Кендрик вел в суде», – решила Кики. Рядом со столом на специальной тумбочке стоял компьютер. Кики помнила, что в той комнате был телефон. Если бы ей удалось пробраться внутрь, она бы могла позвонить оттуда с просьбой о помощи. Кухня для этих целей не годилась: в холле такой яркий свет, что ей никогда не прошмыгнуть в кухню незамеченной. Кики осторожно двинулась вдоль западной стены.У последнего окна валялся брезент, которым воры накрывали розовый куст. Кики посмотрела вверх: окно было открыто. «Это, наверное, спальня», – подумала она, поднимаясь на цыпочки и с опаской заглядывая внутрь. Если они охотятся за драгоценностями миссис Кендрик, то попали по назначению. Кики обратила внимание, что на миссис Кендрик в тот вечер была изящная бриллиантовая брошь и дорогие кольца.Но в спальне, судя по всему, никого не было. Кики на секунду замерла. А что, если они вовсе не воры? Что. если они хотят выкрасть Джеффри? Она отогнала эту мысль. Нужно любой ценой попасть в дом. Нельзя терять ни минуты!Уцепившись руками за край подоконника, она рывком подтянулась и, подавшись вперед, ввалилась в комнату вниз головой. Ковер на полу приглушил звук падения, и какое-то время она лежала не шевелясь, вслушиваясь. Однако ничего не услышала, кроме завываний ветра за окном.Где они могли быть?Кики на цыпочках подкралась к двери и выглянула в холл. Слабый свет карманного фонарика шёл из кабинета мистера Кендрика. Что им там нужно? Кики затаила дыхание и прислушалась. Казалось, воры о чем-то спорили, и каждые несколько секунд раздавался стук ящика. Наверное, выдвигая ящик за ящиком, искали что-то в столе.– Посвети сюда! Я ничего не вижу!– Вряд ли она в столе! Проверь телек и те коробки. Воры шныряли с фонарем по комнате, и в холл через дверной проем выскакивали нелепые тени.– Бумаги и больше ничего, одни бумаги!В спальне над кроватью крякнул селектор и разразился детским плачем – ошибиться было трудно. Джеффри! Джеффри проснулся. Раз она его слышит, то услышат и те двое. Она должна во что бы то ни стало добраться до телефона! Разглядев аппарат на тумбочке у кровати, Кики бросилась к нему и дрожащими руками подняла трубку. Однако циферблат не зажегся и не было гудка. Никакого. Телефон не работал. Кики охватил ужас. Ветер? Или воры перерезали провода?Забыв о всякой осторожности, она кинулась обратно к двери, как раз чтобы услышать слова Лео: «Давай возьмем младенца, Коротышка, а потом попробуем его обменять». Они направлялись прямиком в её сторону, и, чтобы попасть в детскую, ей пришлось бы проскользнуть мимо них.– А где, интересно, девчонка? – спросил Коротышка. – Лучше сначала её найти. Давай посмотрим в гостиной. Кендрики не могли оставить ребенка одного, говорю тебе, я слышал, как жена договаривалась с нянькой.Не успел он докончить фразу, как навстречу им метнулся дикий вопль.Мя-я-о-у!– О-о-ой! – Было трудно разобрать, где человеческий крик, а где разъяренные вопли животного.– У-у-у! Этот маленький звереныш укусил меня за щиколотку! Лови его! Вот он!– Что это у него во рту? Чёрт! Как больно! Что-то свалилось, пока воры носились в темноте, стараясь увернуться от рассвирепевшего Рыжика. Мя-я-я-о-у!– Убери от меня этого проклятого кота! Бей его! Бей фонарем!– Я пытаюсь! У-у-у! Это чудовище укусило меня за руку!«Давай, Рыжик! Ты как раз вовремя, отвлеки их внимание», – молила про себя Кики.Проникнувшись к кому-нибудь неприязнью, Рыжик превращался в грозного врага. Мальчишка-разносчик сказал однажды Кики, что он предпочитает встретиться лицом к лицу с крокодилом, чем уносить ноги от её кота. – Чёрт!Бумс!Сейчас или никогда! Кики выскочила в холл и метнулась к открытой двери детской.– Вот она! – крикнул один из грабителей, бросившись за ней.На мгновение Кики ослепил свет фонарика, но она была гораздо проворней незваных гостей. По счастью, Рыжик не уступал ей в проворстве. Он влетел в комнату как раз в тот момент, когда она захлопнула перед самым носом вора дверь и повернула ключ в замке. Кики задыхалась, колени у неё были как ватные. Ей хотелось в изнеможении повалиться куда-нибудь, но она не могла оставить свой пост. Что, если они попытаются выломать дверь? Она быстро оглядела комнату. У стены стоял комодик в три ящика. Кики подтащила его к двери, с громким стуком повалила набок и взгромоздила наверх стул и детский столик. Рыжик запрыгнул на вершину этой баррикады и фыркнул.За дверью громким шепотом держали совет.– Похищение ребенка не шутка, Лео. Если нас поймают, смертный приговор обеспечен. Обещаешь половинную долю, тогда я готов подумать.Рыжик снова фыркнул.– Нет уж. Ладно, плюнем на ребенка. Давай только осмотрим его комнату и уберемся отсюда, пока Кендрики не вернулись. Вдруг оно там.Рыжик ещё раз фыркнул, погромче.– В детской? С какой стати ему быть в детской?– Кендрик вполне мог его там оставить. Сейчас почти в каждой детской стоит телевизор.– Да ведь их сын совсем младенец! И потом там этот дикий кот.Твоя правда. Пусть он лучше сидит за дверью с девчонкой, чем наскакивает на нас. Спокойно оглядев тоненькую дверь, отделявшую её от грабителей, Кики выхватила из ящика с игрушками тяжелый деревянный грузовик, приготовившись использовать его как оружие, если понадобится защищать себя и Джеффри. Что им стоит сломать замок? Затаив дыхание, она смотрела на пришедшую в движение ручку – дверь несколько раз дернулась, но не поддалась.Рыжик с диким воплем бросился на неё.– Пойдем, наверняка его там нет. Говорю тебе, если это здесь, то где-нибудь в другой комнате. А девчонка теперь отсюда никуда не денется, пока мы не исчезнем. Ты ведь не собираешься никуда звонить, золотко? – повысил он голос, чтобы Кики могла его хорошо слышать. – Мы позаботились об этом! – И он мерзко расхохотался.– Я уже позвонила в полицию! – прокричала в ответ Кики. – Из подвала, пока вы ковырялись под кустом. Полиция уже едет! Так что вас ждет приятная встреча.За дверью состоялся торопливый обмен мнениями, а затем воцарилась тишина. Убедившись, что грабители пошли к выходу, Кики подошла к кровати и села рядом с Джеффри, который с интересом прислушивался к происходящему, не подозревая об опасности. Кики погладила его по голове и крепко прижала к себе. Его волосы приятно пахли шампунем, от его маленького, запакованного в байку тельца шло тепло, которое немного успокоило Кики. Она вдруг поняла, что вся дрожит.Что им было нужно? Они собирались делить какие-то деньги, говорили о телевизоре.– Кики! – позвал Джеффри, ерзая у неё на коленях, чтобы высвободиться из объятий.Вместо неё отозвался Рыжик – он тут же запрыгнул на кровать и свернулся калачиком у них под боком. Не отпуская мальчика, Кики долго гладила кота. Наконец она услышала, как взревел мотор… и через секунду смолк. Потом опять заурчал. Лишь на третий раз двигатель завелся, но Кики ждала, пока шум не смолкнет в отдалении, и лишь затем, отодвинув от двери мебель, открыла её.В другом конце дома пробили часы. Кики включила над кроватью лампочку и посмотрела на свои часики. Была только половина девятого, а казалось, что уже полночь.Она направлялась в гостиную, чтобы полюбоваться на учиненный ворами беспорядок, когда услышала, как во входной двери поворачивается ключ.– Что ещё? – простонала Кики, замерев посреди холла.Побелев как мел, она в ужасе смотрела на распахивающуюся дверь.Глава третья– Кики! – воскликнул мистер Кендрик, врываясь в дверь вместе с женой. – На тебе лица нет! Что случилось? Мы пробовали дозвониться, но телефон не отвечал!– С Джеффри всё в порядке? – задыхаясь, выпалила миссис Кендрик.Кики с облегчением вздохнула. Мало-помалу к ней возвращался румянец и дар речи.– С Джеффри ничего не случилось, – сказала она. – Он даже не понял, что что-то произошло. Они его не видели.И, словно в подтверждение её слов, в холл притопал сам Джеффри, волоча за собой деревянный грузовик, который Кики собиралась использовать как оружие. Следом за ним, игриво потрагивая грузовик лапой, скакал Рыжик, сама покладистость и благовоспитанность.Миссис Кендрик бросилась к сыну и сжала его в объятиях.– Мой мальчик! – воскликнула она. – Мы так волновались!– Кто здесь был, Кики? О чем ты говоришь? – спросил мистер Кендрик.– Два грабителя, – ответила Кики. – Нас только что пытались обворовать.О нет! – простонала миссис Кендрик. Подхватив Джеффри; она взяла Кики за руку. – Какой ужас! С тобой всё в порядке? Иди сюда и садись. – Она провела Кики в гостиную и села рядом с ней на диван.Кики посмотрела на валявшуюся на полу разбитую лампу– Вот, значит, что упало, когда Рыжик гонялся за ними, – в задумчивости произнесла она.Мистер Кендрик взял у жены сына и поцеловал его в макушку.– А теперь поцелуй маму и тебе пора назад в постель. Я мигом вернусь, – бросил он через плечо, направляясь к двери.– Пойдём в кухню, – предложила миссис Кендрик. – Я приготовлю тебе чего-нибудь горячего.Кики последовала за ней и села к столу, неожиданно почувствовав себя смертельно усталой.– Как насчёт чашечки горячего шоколада? – спросила миссис Кендрик, нервно перебегая от буфета к холодильнику. – Ты выглядишь совершенно измученной.– Так оно и есть, – призналась Кики, но не успела она открыть рот, как в кухне возник непонятно откуда взявшийся Рыжик, который запрыгнул прямо на стол.– Привет! – сказала миссис Кендрик. Она старалась говорить спокойно, но её голос всё ещё дрожал. – Кажется, я произнесла то самое заветное слово. – Она взъерошила коту шерсть. – Ты сегодня, как я понимаю, был героем, поэтому я тебя тоже угощу.– А теперь, Кики, расскажи, что произошло, – сказал мистер Кендрик, входя в кухню. Он внимательно оглядел её. – У тебя весь свитер рваный. А это что, кровь?Кики опустила глаза на свитер.– Это всё розовый куст, – объяснила она, закатывая рукава и осматривая руки. На обеих были глубокие царапины.– О Боже! – ужаснулась миссис Кендрик. – Надо их чем-то обработать.Она поставила перед Кики большую чашку горячего шоколада и пододвинула блюдце Рыжику, который одобрительно замурлыкал.– Нет, не нужно, – помотала головой Кики. – Я в полном порядке. Это всего-навсего царапины. Они даже не болят.Но миссис Кендрик уже полезла в буфет за йодом.– Слава Богу, что мы вернулись домой, Лорн, – сказала она, промывая царапины. -Знаешь, Кики, ведь это вышло по чистой случайности. Я решила позвонить тебе, чтобы узнать, как дела, но линия не срабатывала. Сначала я подумала, что что-нибудь вышло из строя из-за сильного ветра, но телефонистка сказала мне, что у всех соседей есть связь. Тогда я забеспокоилась.– Так что же всё-таки произошло? – снова спросил мистер Кендрик.– Сразу после вашего отъезда я спустилась в подвал, чтобы вынуть из сушилки белье, – начала Кики. – Джеффри с Рыжиком играли в кухне. Очевидно, они толкнули дверь, и она захлопнулась.И Кики рассказала все до самого конца. Как, волнуясь за Джеффри, она слушала в подвале селектор; как пролезла через крошечное окошко и забралась в дом через спальню; как Рыжик напал на грабителей и как наконец она промчалась в детскую и забаррикадировала дверь.– Мне очень жаль, что все так случилось, простите меня, – виновато сказала она, переводя взгляд с одного на другого.– Простить тебя? Тебе не за что просить прощения! – воскликнула миссис Кендрик.– Конечно, не за что, – поддакнул прокурор. – Ты отважно защищала Джеффри в наихудших обстоятельствах из всех возможных!– Значит, вы не сердитесь, что я оказалась закрытой в подвале?– Нет, – покачал головой мистер Кендрик. – Само Провидение тебя туда отправило. Лучше места не придумаешь, благодаря этому ты смогла застать воров врасплох. Ты вела себя молодцом. Хотя в следующий раз всё-таки лучше беги к соседям и вызывай полицию, – предостерег он её. – А теперь пойдем посмотрим, где они побывали. Что-то я не вижу, чтобы что-нибудь пропало.– Кстати, о полиции, – сказала миссис Кендрик. – Сейчас я им позвоню.Кики провела прокурора по комнатам. Шкатулка с драгоценностями миссис Кендрик казалась вроде бы нетронутой на месте были стереомагнитофон, телевизор, видео и лазерный проигрыватель. Когда они дошли до кабинета мистера Кендрика, он быстро осмотрел его и сказал:– Здесь ничего нет, что могло бы их заинтересовать. Одни только юридические бумаги. На этом не наживешься. Единственная ценная вещь – компьютер, но он на месте. Правда, вот «мышь» оторвали, я нашёл её в гостиной, – Он вытащил из кармана коробочку. – Вырвали и почему-то не взяли.– Можно посмотреть? – попросила Кики. Взяв «мышь» в руки, она насмешливо хмыкнула.– Не думаю, что её вырвали воры. Посмотрите на эти следы от зубов.– Рыжик? – догадался мистер Кендрик. Кики кивнула.– Он, наверное, сжал шнур в зубах и вертелся, чтобы «мышь» била по ногам, – предположила она.Как раз на эти слова явился Рыжик и, подпрыгнув, выхватил из рук Кики коробочку. Вцепившись зубами в завивающийся спиралью провод, он бешено завертелся вокруг своей оси.Кики и мистер Кендрик отпрянули от стремительно несущейся по кругу «мыши», которая врезалась во все, что ей попадалось на пути.– Молодец, Рыжик, – похвалила Кики, на лету схватив изобретенное котом оружие. – Спасибо, что показал. Мистер Кендрик был озадачен.– Не могу понять, – произнес он, – зачем они залезли в дом, если ничего не взяли?– Из их слов следовало, что они искали что-то определенное, – сказала Кики. – Они всё время возвращались в эту комнату. И говорили о каком-то телеке – телевизоре, наверное. Одного звали Коротышкой, это он приходил к миссис Кендрик договариваться насчёт работы в саду. Он и украл ключ.– Вот и объяснение! – воскликнул мистер Кендрик. – Полагайся после этого на женщин! – добавил он с мрачной усмешкой. – Но что они могли искать?..Они завершили обход и вернулись в кухню вместе с миссис Кендрик, которая выходила в гараж.– Я позвонила в полицию из машины, – сказала она. – Сейчас они кого-нибудь пришлют. Тебе придется дать показания, Кики. Ты в состоянии?– Вполне, – кивнула Кики.Им пришлось ждать почти час, пока не приехали полицейские. Они заставили Кики повторить весь рассказ с начала до конца. Потом один из них начал задавать вопросы.– Можешь ли ты описать, как выглядели воры?– Не совсем, – призналась Кики. – Я хорошо видела только их ноги. На одном были высокие фиолетовые кеды, а на другом ковбойские сапоги. Позднее, когда я видела их уже в доме, было темно, и я не разглядела лиц. Думаю, что на головы у них были натянуты чулки, потому что волосы казались гладко прилизанными.– Они были высокие, ростом с мистера Кендрика?– Тот, кого звали Лео, был ниже ростом и более худым, чем мистер Кендрик. А другой, Коротышка, был очень высокий. Мне показалось, что у него британский акцент. Миссис Кендрик может его вам описать, она видела его сегодня утром.– Я уже беседовал с миссис Кендрик, – недовольно буркнул полицейский, – сейчас я разговариваю с тобой. Цвет волос?– Не знаю, ведь было темно. Честное слово, кроме ног, я толком ничего не видела.Полицейский поднял на неё глаза.– Следствие начнут с изучения фотоархива, – сказал он – Ты могла бы узнать их по фотографиям? Кики отрицательно помотала головой.– Может, стоит поискать отпечатки пальцев или ещё что-нибудь в этом роде?– Мой коллега сейчас этим как раз занимается, но результаты часто неубедительны. Показания свидетеля более надежны. Теперь посмотрим, что у нас получилось. Ты была в доме одна с маленьким мальчиком, так? Кики кивнула, добавив:– Ещё с нами был мой кот.Рыжик лениво возлежал на ковре, вытянув задние ноги.– Да-да, но кот вряд ли годится в свидетели, – возразил полицейский.Рыжик поднялся. Его устремленный ввысь хвост явно выражал неодобрение. Однако полицейский не обратил на кота ни малейшего внимания.– Ты видела их автомобиль? – спросил он.– Да, – ответила Кики. – Старый фордовский грузовичок, либо чеёный, либо тёмно-синий.– Какой модели?– Не знаю, было слишком темно.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Полицейский нахмурился.– Что значит старый? Какого года выпуска? Пять, десять лет назад?У Кики возникло чувство, что с ней обращаются скорее как с преступником, чем как со свидетелем, и она возмутилась.– Десять лет, а то и больше, – отрезала она. – Машина сильно потрепана. Со стороны водителя большая царапина, как будто он за что-то зацепился, и левая передняя фара помята.Полицейский сменил тон.– Какой номер? – спросил он, слегка подняв бровь.– Номера не было ни спереди, ни сзади. Закрыв блокнот, он посмотрел на Кики.– Ещё что-нибудь можешь сказать?Кики напрягла память, изо всех сил пытаясь сосредоточиться.– Ещё вот что. С зеркала что-то свисало. Какое-то украшение. Что-то вроде пушистой обезьянки.Полицейский вновь открыл блокнот и черкнул пару слов. Затем он зевнул, и Кики поняла, что он, наверное, устал не меньше её. Она пожалела о своей резкости.– Простите, что больше ничем не могу вам помочь, сказала она.– Всё в порядке, – успокоил её полицейский. – Лучше сказать правду, чем насочинять с три короба. И если учесть обстоятельства, – добавил он, – ты запомнила немало. – Он улыбнулся и протянул Кики листок бумаги с именем и номером телефона. – Вот, возьми. Если завтра вспомнишь ещё что-нибудь, позвони мне.– Хотите ещё кофе? – предложила миссис Кендрик.– Нет, спасибо. Сержант Ролинс, думаю, уже заканчивает. Я подожду её на улице.Только он начал собирать свои вещи, как задняя дверь открылась и вошел мистер Кендрик с другим представителем закона. Им оказалась толстенная негритянка. Она улыбнулась Кики, у которой на коленях уже успел свернуться Рыжик.– Это, должно быть, наш доблестный боец, – сказала она, почесав кота за ухом. – А ты мисс Коллир. Кики кивнула.– Что-нибудь нашли?– Около куста осталась парочка следов, но отпечатки пальцев на подоконнике затерты.– Это из-за меня, – посетовала Кики. – Я же следом за ними лезла. Хороша помощница – уничтожила улики!– Ты всё сделала правильно, – успокоила её сержант Ролинс.– А в кабинете и в гостиной вы посмотрели?– Единственные вещественные доказательства, которые нам удалось обнаружить, – усмехнулся мистер Кендрик, – это клочки рыжей шерсти, и мы знаем, откуда они взялись!– А вы сняли отпечатки пальцев с ручки на двери детской? Я точно знаю, что они трогали её. Изнутри я видела, как ручка поворачивалась.– Сняли, но улов невелик.Полицейские уехали, и Кики принялась упаковывать Рыжика в рюкзак.– Оставайся у нас ночевать, Кики, или хотя бы побудь, не вернется с работы мама, – предложила миссис Кендрик. – Тебе, наверное, неуютно будет сейчас дома одной.Спасибо, я уже в полном порядке.– В любом случае пешком ты не пойдешь, я отвезу тебя, – сказал мистер Кендрик тоном, не допускающим возражений.Кики последовала за ним в гараж.– Так, значит, они ничего не взяли? – спросила она.– Из спальни пропало жемчужное ожерелье Сьюзен, ответил прокурор. – Но старинное опаловое кольцо, которое лежало на туалетном столике, они почему-то оставили.– Ожерелье дорогое?– Да нет. Девятнадцать долларов девяносто пять центов, куплено в нашем местном универмаге там, где мы раньше жили. Не могу понять, что им было нужно. У них был грузовик, они могли вывезти телевизор, видео, компьютер или микроволновую печь. Продать и получить кругленькую сумму. Просто загадка.Кики откинулась на роскошное сиденье автомобиля.– Они что-то искали в вашем кабинете, – сказала она. – Там они провели больше всего времени.– Ума не приложу, – продолжал недоумевать мистер Кендрик. – Может, они искали секретный сейф? В некоторых домах бывают такие.Он затормозил у дома Кики и протянул ей чек на двадцать долларов.– Так много! – запротестовала Кики.– Ты заработала эти деньги. Я плачу тебе за ум, сообразительность и находчивость.Мя-я-у! Рыжик высунул голову из рюкзака.– И тебе тоже, Рыжик, – сказал мистер Кендрик, почесав его за ушком. – Мне очень жаль, Кики, что все так случилось. Приходи к нам ещё раз посидеть с Джеффри, если тебя не пугает эта мысль.Кики покачала головой, но мистер Кендрик, не дав сказать ей ни слова, продолжил:– Завтра я попрошу сделать на окнах засовы и ещё раз поменяю все дверные замки, ведь они могли снять копию с ключа.– Хорошо, – согласилась Кики, вылезая из машины. Спасибо, – она попробовала улыбнуться. – Поздравляю с новосельем!Мистер Кендрик поднял брови.– Что ж, во всем есть свои хорошие стороны. Во всяком случае, нам удалось найти отважную няню, которая приходит со своим четвероногим охранным устройством.Смутившись, Кики рассмеялась и вошла в дом.Там она выпустила кота из рюкзака и посмотрела на часы. Была почти полночь. Писать маме записку или не писать? После гибели отца маме пришлось вернуться на полную ставку и, поскольку бывали дни, когда они с Кики почти не виделись – только коротко за завтраком или за обедом, они договорились оставлять друг другу записки под большой магнитной маргариткой на холодильнике. Идея о записках пришла в голову маме, и Кики поначалу думала о них с тоской, но постепенно привыкла и иногда даже радовалась возможности черкнуть маме пару слов.Но сегодня был не тот случай. История получилась бы слишком длинной, а у Кики не было сил излагать всё ещё раз. А если написать что-нибудь вроде: «Привет, мам, пока я сегодня сидела у Кендриков, их ограбили», – маму хватит удар. «Лучше отложить до утра и самой все рассказать» – сонно решила Кики.Глава четвёртаяУтром будильник успел изрядно потрезвонить, прежде чем Кики услышала его, а услышав, с досадой отключила и продолжала спать, пока её не разбудила мама. Еле-еле натягивала она на себя одежду; после неспокойного, полного кошмаров сна в голове стоял туман. Когда она спустилась вниз завтракать, доктор Коллир сидела за столом ещё в халате, с чашкой кофе и утренней газетой.Привет, детка, – сказала она, подняв глаза. – Не нашла от тебя никакого послания. Как вчера прошло у Кендриков?Кики уселась напротив матери.– И что это у тебя за царапины? – спросила та, оглядывая дочь уже более озабоченно– Ты не поверишь, – начала Кики и рассказала все по порядку.– Какой ужас, Кики! – воскликнула доктор Коллир, побледнев, и потянулась, чтобы взять дочь за руку. – Слава Богу, что все окончилось благополучно. Я бы перепугалась до смерти!– Я тоже перепугалась, но у меня не было времени думать об этом.– Твой отец лопнул бы от гордости! Его малышка прогнала воров! – Она издала горький смешок и оглядела кухню. – А где Рыжик? Впредь я буду относиться к нему с большим почтением.– Отсыпается наверху, – ответила Кики, как всегда почувствовав при упоминании об отце ком в горле. – У него ведь нет сегодня математики. – Она хлопнула себя ладонями по голове. – Ой! Уроки-то я не сделала! Старик Таннинг снимет с меня шкуру!– Объясни ему, в чём дело. Уверена, он войдет в положение.– Его ничем не проймешь, разве что третья мировая война могла бы меня оправдать. Ты сегодня работаешь? Мать кивнула.– Я сегодня с десяти до пяти в филиале в Клоувердоне. К шести буду дома. Оттуда всего тридцать пять миль. – Помолчав, она добавила: – Будь осторожна, родная.– Не волнуйся, мам. Не думаю, что эти воры вернутся после того, как Рыжик почтил их своим вниманием. Наверняка они сегодня тоже маются от царапин. И вовсе не от розового куста! – Она чмокнула мать в щёку. – До скорого! Я приготовлю на обед блинчики с мясом. Кажется, я поняла, что нужно делать, чтобы не превращать блинчики в угольки.Кики подхватила в холле рюкзак и выскочила за дверь.Эндрю вешал на велосипед замок, когда Кики затормозила у стойки.– Какие новости, господин редактор? – спросила она, обматывая цепью раму велосипеда. – Есть что-нибудь интересненькое?Эндрю был редактором школьной газеты «Курьер», а Кики одним из членов редколлегии. Он был на год старше её, за полугодие, что она сотрудничала в газете, они стали хорошими друзьями.– Не хочешь ли обратить свой взор на нашу школьную столовую? – поддразнил он её, пряча в карих глазах насмешку.– Нет уж, пусть Елена обращает, – ответила Кики. – Может, глотнет между делом птомаину. – Она понизила голос: – Вот было бы счастье.– Идёт, док, – согласился Эндрю. – А что такое птомаин? Это заставит её замолчать хоть на пару часов?– Ещё бы, – кивнула Кики. – Это яд, вызывающий острое пищевое отравление.Девятиклассница Елена Морган была третьим членом редколлегии. Когда куратор газеты Сесилия Ламберт назначила Эндрю редактором, Елена не пришла в восторг. Но Эндрю летом стажировался в течение двух недель в местной газете и собирался стать журналистом. Кроме того, успел получить первую премию за лучшую статью на конкурсе штата. Как новичок, Кики не раз становилась мишенью для саркастических выпадов Елены, хотя оба они с Эндрю признавали, что та пишет хорошо и на новости у неё просто нюх.Мя-я-у!Кики обернулась.– О нет! – воскликнула она. – Должно быть, он прокрался вниз и выскочил через заднюю дверь, пока я была на кухне.– Из-за дерева выглядывал подергивающийся нос и навостренные в ожидании уши.– Ты уже не успеешь отвести его домой, – со смехом сказал Эндрю. – Он может побыть пока со мной в редакции, у меня нет утром уроков.Придётся так и сделать, – согласилась Кики. Она Щелкнула пальцами, и Рыжик радостно бросился к ней. – У нас сейчас Таннинг, а у меня с уроками полный крах. – Эндрю помог ей засунуть кота в рюкзак.– Спасибо. Я провела весёленькую ночку, – продолжала она.Лестница была запружена поднимающимися в классы учениками, поэтому Кики быстро изложила случившееся. Она была так поглощена рассказом, что, пока они не дошли до двери редакции, даже не заметила, что по пятам идёт Елена.– Да это же настоящая сенсация! – довольно воскликнула та. – Представьте заголовок: «Приходящая няня в подвале – воры бесчинствуют в доме».– Не наступай на пятки, Елена, не то ты сейчас собьешь с ног Кики, – сказал Эндрю, открывая дверь. – Все это пока только слухи, у нас нет никаких фактов.Елена шмякнула книги на свой стол, один из трех, втиснутых в крошечную комнату.– Факты можно выяснить, – сказала она, глядя на Кики. – Сначала никогда ничего неизвестно.Мя-я-у!Рыжик ракетой вылетел из рюкзака и приземлился на стол Елены, фырча и шипя.– Этого ещё не хватало, я что, опять должна сидеть с этим… существом? – возмутилась Елена, отпрянув от рассерженного кота. Своей длинной шерстью он напоминал сейчас рыжую швабру, глаза его сузились в щелочки. – В школу запрещено приносить животных!Эндрю привалился плечом к ящику-картотеке.– У всех знаменитых писателей, про которых я читал, были любимые животные, – сказал он. – У Хемингуэя, Джека Лондона, Мадлен Л'Энгл… Кроме того, ты же знаешь, что на нас здесь правила не распространяются. Как говорит мисс Ламберт, «члены редколлегии должны нести ответственность за то, что происходит в редакции и вне её. Они должны научиться сносить синяки и шишки, потому что в жизни их на долю журналистов приходится немало». Конец цитаты.Мя-у! Рыжик спрыгнул на пол и начал тереться о ноги Эндрю.– Ну хорошо, только держите его от меня подальше, – сказала Елена. – У меня аллергия на котов.– Кажется… это взаимно, – бросил Эндрю, глядя, как Рыжик вскочил на подоконник как можно дальше от черноволосой девочки и зашипел. – Умный кот, – прошептал Эндрю так, чтобы Кики его слышала.Прозвенел звонок.– Мне пора идти! – спохватилась Кики.Она благодарно улыбнулась Эндрю и, взъерошив на прощание шерсть коту, исчезла за дверью и растворилась в толпе учеников.Выслушав объяснения Кики, мистер Таннинг и не подумал проявить снисхождение.– Принесешь домашнее задание завтра, – сказал он. – Пока я ничего тебе не ставлю. Но если завтра задания не будет, получишь большой жирный кол. Единственная уважительная причина – это болезнь.Кики плюхнулась на стул и постаралась сосредоточиться. Но мысли о волнениях прошедшей ночи и страшная усталость мешали ей вникнуть в материал. Поэтому когда голос в репродукторе призвал её немедленно явиться в кабинет директора, она почувствовала одновременно и испуг, и облегчение. Она собрала книги и вышла из класса, полного сгорающих от любопытства учеников. Столь срочный вызов к директору следовал обыкновенно за серьезным нарушением дисциплины.Кики сразу вычислила, в чем дело. Эндрю куда-нибудь отошёл, а Елена не упустила случая накляузничать. На скамейке в канцелярии сидели двое малышей. То, что провинились они, не оставляло сомнений: на одном была разорвана рубашка, а другой прижимал к перемазанному кровью носу бумажное полотенце.Входи, Кики, – сказала секретарша. – Они тебя ждут.Они? В недоумении Кики открыла дверь и вошла в кабинет директора. Быстро огляделась: Рыжика нигде не видно.Вместе с директором в кабинете находился высокий белокурый мужчина с аккуратными усиками, который встретил её доброжелательной улыбкой.– Кики – сказал директор, – это детектив Пелли из полицейского управления.Тот открыл кожаный бумажник и показал Кики свой значок, а потом протянул ей руку.Я – следователь, но в штатском, мисс Коллир, – пояснил он, отвечая на её изучающий взгляд.– Вы, наверное, по поводу прошлой ночи? – спросила Кики.Детектив кивнул.– Да, мистер Кендрик попросил меня заехать за тобой. Он ждет тебя в окружном управлении. Ты вправе не ехать, но ему нужно с тобой поговорить.– Конечно, я поеду. Если можно, – она вопросительно посмотрела на директора.– Я отпускаю тебя, – ответил тот. – Когда вернешься, возьми у миссис Джонсон записку для учителей.Детектив обменялся с директором рукопожатием и открыл перед Кики дверь. Они были почти у выхода, когда Кики вспомнила о Рыжике.– О! – воскликнула она, остановившись. – Можно я сначала зайду в нашу редакцию? Я там кое-что забыла. Я только туда и обратно.И, не дожидаясь ответа, Кики помчалась вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Подбежав к двери, она услышала стук пишущей машинки. Кики недовольно поморщилась: она надеялась, что Елена ушла. Отвечай теперь на вопросы! Кики открыла дверь и чуть не расхохоталась. Елена возвела вокруг себя настоящую стену из трех мусорных корзин и столика для пишущей машинки, а коварный неприятель, взгромоздившись на самый верх картотеки, наблюдал с высоты, как она печатает.Когда Кики вошла, он покинул свой наблюдательный пост и подлетел к ней для приветствия.– Пойдём, Рыжик, – сказала она. – Мы едем кататься. Она подобрала в углу свой рюкзак и сунула туда учебник математики, а потом и Рыжика.– Какое счастье, что ты забираешь отсюда этого проклятого кота, – сказала Елена. Рыжик высунул голову из рюкзака и злобно зашипел в ответ. – Он меня замучил с тех пор, как ты ушла. Эндрю, конечно, почти сразу же куда-то сбежал. – Елена внимательно оглядела свою левую руку. – Он чуть не откусил мне палец, когда я хотела подвинуть твой рюкзак.– Он просто защищал свое имущество, – объяснила Кики, стараясь скрыть улыбку, когда она мысленно представила себе эту сцену. – Рюкзак – его второй дом.– Однако редакция не его второй дом, – огрызнулась Елена. – Если это существо здесь ещё раз появится, я на тебя нажалуюсь. От кошачьих укусов может быть заражение; – крикнула она вдогонку уходящей Кики. – И вообще, что это ты разгуливаешь посреди урока? Куда тебя несет?Но Кики с Рыжиком были уже на лестнице.Детектив Пелли по-прежнему ждал у выхода.– Ты готова? – спросил он.– Готова. Спасибо, что подождали.– Какие тут могут быть разговоры.Во дворе они подошли к зелёному седану. «Машина тоже по виду не полицейская, как и её хозяин», – подумала Кики, окинув взглядом коричневые брюки, рубашку с открытым воротом и спортивный пиджак детектива.– Даже не догадаешься, что это полицейская машина, – сказала она, не без злорадства подумав о том, что Елена наверняка подглядывает из окна. – Пока не попадешь внутрь. – Под щитком притаилась внушительного вида рация, и когда они съехали с обочины, детектив взял микрофон и произнес в него какую-то тарабарщину.– Именно это нам и нужно, – кладя микрофон, ответил он Кики.Рация затрещала, и голос назвал какие-то цифры. Мя-я-у!Детектив Пелли недоуменно сдвинул брови.– О, это всего-навсего мой кот, – быстро объяснила Кики, выпуская Рыжика на волю. – Я из-за него задержалась.– Ты всегда берёшь с собой в школу кота?– «Берёшь» не совсем то слово, – усмехнулась Кики, – тот кот любит неожиданно появляться.– Самостоятельная кошечка, – сказал детектив Пелли. – Люблю таких.– Не кошечка, а кот, – поправила Кики.– Прости, дружище, – извинился детектив, погладив кота по рыжей шерстке. – Вы – подходящая пара. И волосы одного цвета, – засмеялся он. – Как его зовут?– Рыжик.– Рыжик? – переспросил он.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Кот перелез через спинку сиденья, растянулся на коленях у детектива, сладко зевнул и закрыл глаза.– Э, да вы ему нравитесь! – улыбнулась Кики.– Умный котик.– Что касается имени, то все вышло совершенно случайно, хотя он действительно рыжий, – продолжала Кики. – Я помогаю одной семье, где четверо детей, и в последние года два мы ездим перед Хэллоуином за город на ферму, чтобы сорвать тыквы. Каждому ребенку по рыжей тыкве. Я при них что-то вроде сторожа, потому что их мама не может уследить за всеми четырьмя сразу, когда они разбредутся по полю. За двумя из них следит она, за другими двумя – я. Так вот: когда мы ездили туда в прошлом году, этот кот вдруг появился откуда ни возьмись на поле и уже не отставал от меня ни на шаг. Стоило мне оглянуться, как я натыкалась взглядом на кота.– И фермер тебе его подарил.– Нет, все было гораздо таинственнее, – возразила Кики. – Мы погрузили детей и тыквы в машину и поехали домой…– А кот оказался в грузовике вместе с тыквами, угадал?– Нет. Но через два дня, когда я вышла из школы, он сидел возле моего велосипеда. Я принесла его домой, и мама велела мне позвонить фермеру и сказать, что кот у нас. Что я и сделала. И представьте себе – это самое загадочное, – фермер сказал, что у него нет и никогда не было рыжего кота. У него было два, но оба серых. И он даже не помнил, чтобы рыжий кот хоть раз попался ему в тот день на глаза! Он сказал, что я могу оставить его себе, ему больше котов не нужно, вот я и назвала его Рыжик, потому что он прикатился ко мне, как рыжая тыква посреди поля.Рыжик удовлетворенно вздохнул, словно одобряя рассказ о его жизни, и поудобнее улегся на коленях детектива.– Отличное начало! – сказал детектив, скосив глаз на рыжика, и въехал на дорожку, ведущую к подземному гаражу окружного управления.– Вы не знаете, они поймали тех двоих? – спросила Кики. – Мистер Кендрик не по этому поводу собирается со мной разговаривать?– Не думаю, чтобы поймали, – ответил Пелли. – Миссис Кендрик приходила в управление, и ей показали снимки преступников, но она не нашла среди них человека, который нанимался в садовники. Но пусть мистер Кендрик сам тебе все расскажет.Он остановил машину на площадке с отметкой «Только для служебного транспорта» и, подождав, пока Кики засунет Рыжика в рюкзак, направился к лифту. Кики никогда здесь раньше не бывала, поэтому детектив Пелли взял её за руку и подвел к контрольному устройству перед лифтом.«Такие обычно стоят в аэропорту, – подумала Кики. – Странно, что в суде тоже проверяют посетителей».– Сумку клади сюда, – сказал охранник, указывая на резиновую ленту транспортера.Кики положила рюкзак, но, вспомнив о Рыжике, тут же потянулась, чтобы снова схватить его. Однако рюкзак уже отъехал. Почувствовав движение, кот выбрался наружу и начал бешено перебирать лапами, пытаясь остаться на месте в то время, как рюкзак постепенно скрывался в рентгеновской камере. Кики бросилась к нему и прижала к себе.– Извините, мисс, сюда запрещено приводить животных, – с нескрываемым удивлением сказал полицейский. – Право на вход имеют только служебные собаки.Кики готова была запротестовать, но детектив Пелли уже встал на её защиту.– Это свидетель, – сказал он охраннику, забирая из рук девочки кота. – Мы к окружному прокурору. – И он показал полицейскому свою бляху.– Меня уже ничем не удивишь, – подняв глаза к небу, пробормотал тот.Они вошли в лифт с пометкой «Служебный» и поднялись на пятый этаж.– Спасибо вам за поддержку, – сказала Кики. – Как вы догадались, что Рыжик свидетель?– Мне Лорн рассказывал о произошедшем, – сказал детектив. Вокруг глаз его собрались морщинки, когда он с улыбкой посмотрел на Рыжика. – Этот кот всем котам кот!– А полицейские не должны проходить через детектор? – спросила Кики.– И да, и нет. Одни должны, а другие – нет. Смотря по ситуации.– А что, если у кого-то есть бляха, а на самом деле он не полицейский?– Хороший вопрос. Большинство тех, кто работает в управлении, охранники знают в лицо. Когда приходит новенький, он специально представляется. Если что-то не так, мы проходим через детектор, как любой другой человек. Ты что, собираешь информацию для школьной газеты?Кики вспыхнула. И как он догадался?– Я подумала, что может получиться интересный материал. Ведь вам известно, чем здесь занимаются помимо того, что взимают штрафы и выдают свидетельства о браке. – На первом этаже Кики приметила указатели с соответствующими надписями.– Пожалуй, ты права, – согласился детектив Пелли. – Через это здание ежедневно проходит множество интересных людей, иногда опасных. Но вот мы и прибыли. – Лифт остановился, и двери открылись.Они пересекли холл и подошли к кабинету с надписью «Окружной прокурор». Детектив распахнул дверь и кивком пригласил Кики войти. Мистер Кендрик разговаривал с сидевшей за столом женщиной.– Привет, Кики, – поздоровался он, подходя, и улыбнулся Пелли, который всё ещё держал кота. – Я вижу, ты подружился с нашим знаменитым котом, Джордж. Пойдемте ко мне.Он провёл их во внутреннюю комнату и усадил в кресла. «Совсем как у него дома, – подумала Кики, оглядываясь. – Разве что ещё больше беспорядка». Она озадаченно нахмурилась. Часть комнаты, как раз та, где громоздились коробки бумагами, была огорожена желтым пластиковым барьером.– Извини за беспорядок, – сказал мистер Кендрик, проследив за взглядом Кики. – Судя по всему, грабители, которые побывали у меня, и сюда исхитрились пробраться.«Ну конечно, – подумала Кики. – Желтый барьер отгораживает место преступления от остальной части комнаты».– По нашим предположениям, это произошло где-то между двумя и пятью часами утра, – продолжал мистер Кендрик. – В два заканчивается смена, и на ночь остается только один охранник. Скорее всего это была та же парочка, но непонятно, как им удалось пробраться внутрь. Возможно, им помогал кто-то отсюда, из управления. Нигде никаких следов взлома, только дверь моего кабинета разбита.Обернувшись, Кики увидела, что дверь заклеена крест-накрест полосками бумаги, а в нижнем углу зияет дыра.– Я попросил детектива Пелли съездить за тобой по нескольким причинам, – сказал мистер Кендрик. – Во-первых, мне нужна твоя помощь. – Сидя за огромным письменным столом, он выглядел очень внушительно – совсем не так, как дома, когда относил в постель Джеффри и кормил Рыжика шоколадными кексами. – Ты – единственное связующее звено с этими людьми, потому что ты хотя и плохо, но все же видела их. Сьюзен не нашла на фотоснимках человека, который к нам приходил. Я хочу, чтобы ты тоже попробовала. Быть может, тебе удастся узнать второго. – Он пододвинул к ней несколько толстых альбомов. – Полистай, возможно, кто-то покажется тебе знакомым.– Сейчас посмотрю. – Кики открыла альбом и надолго углубилась в изучение фотографий, но никто из них не напомнил ей грабителей. – Нет, никого не узнаю, – с сожалением сказала она. – Было слишком темно, чтобы что-нибудь разглядеть. И потом мне показалось, что у них на голову натянуты чулки.Ну, хорошо, – сказал мистер Кендрик. – Кстати, ты в тот вечер не видела моего портфеля?Видела, он стоял в холле. Когда пришла, я положила рядом с ним рюкзак, потом, правда, забрала и оттащила в кухню потому что там был Рыжик.– Так я и думал, – воскликнул мистер Кендрик. – Значит, я не оставил его…– Портфель пропал? Мистер Кендрик кивнул.– Уходя сегодня утром из дома, я хотел его взять и не нашёл.– Там могло быть что-то для воров соблазнительное?– Одни только дела. К счастью, у меня есть их копии.– Что-то я не понимаю. Если они охотились за вашими бумагами, зачем тогда они взяли жемчуг?– Возможно, для отвода глаз. Чтобы все выглядело, как обыкновенное ограбление. Скажи мне, Кики, эти люди видели тебя хотя бы мельком?– Видели, – кивнув, подтвердила Кики. – Когда я бежала через холл в комнату Джеффри. Но было очень темно. Рыжика они разглядели гораздо лучше!– Это уж точно! – улыбнулся мистер Кендрик.Рыжик вырвался из объятий детектива Пелли и бродил по комнате, подозрительно пофыркивая на желтую ленту. Его особенно заинтересовало одно место, где он стал скрести когтями по полу, ворошить лапами бумаги и расталкивать их носом в разные стороны. В конце концов он уселся поверх кипы бумаг и громко мяукнул.– Поди сюда, Рыжик, – строго позвала Кики.Но кот не двинулся с места. Кики опустилась на корточки и попробовала уговорить его, но огромный котище нахально не обращал на неё никакого внимания: уставясь в дальний угол, он делал вид, что её вообще нет в комнате. Кики протянула руку, чтобы снять его с бумаг, но Рыжик злобно зашипел.– Он никогда так себя не ведет без причины, – обернувшись к своим собеседникам, сказала девочка. – Он хочет нам что-то сообщить.– Что ты имеешь в виду? – спросил детектив Пелли.– Иногда он так себя ведет, чтобы привлечь моё внимание, – поколебавшись, объяснила Кики. – Словно даёт понять, что не просто играет, что с его стороны это серьезный шаг и я должна обратить внимание на то, что он делает.Мистер Кендрик улыбнулся, а Кики смутилась, не в силах объяснить.– То есть как бы занимается внушением? – подсказал Пелли.– Именно! – подхватила Кики, обрадовавшись. – Однажды я потеряла книгу, а он вышел и уселся на задней веранде, и ни с места. А потом оказалось, что книга была под подушками на диване-качалке. Вчера вечером он тоже так себя повел, когда выкопал под кустом ключ. Словно он знал, что что-то должно произойти. Поэтому не исключено, что эти бумаги имеют какое-то отношение к взломщикам.– У меня когда-то была собака, которая умела читать мои мысли, – сказал детектив Пелли. – Джейк частенько выручал меня из беды. Но, бывало, втягивал и в передряги тоже, – рассмеялся Пелли.– Боюсь, Рыжику не под силу разрешить наши проблемы, – сказал мистер Кендрик. – Но защитник из него отличный!Кики ничего не сказала. Взрослые редко понимали её, когда она пыталась объяснить, что у Рыжика есть что-то вроде шестого чувства. Не то чтобы она вещала об этом на каждом углу; вот Эндрю она рассказала, и он поверил, особенно после того, как Рыжик нашёл её часы – через целую неделю после пропажи. Но даже её мама, уж на что у них с Кики почти не было разногласий, к этой идее относилась скептически.Кики вытащила из кармана плитку шоколада и, отломив кусочек, бросила его коту. Кот по-прежнему не шевелился.– Сейчас поскачет, – доверительно сообщил детективу мистер Кендрик. – Шоколад – его слабость. Мистер Кендрик ошибался. Покосившись на шоколад Рыжик издал такой пронзительный вопль, что Кики вздрогнула. Затем он пустился в какой-то неистовый пляс, расшвыривая лапами бумаги, пока они не разлетелись во все стороны.– Немедленно прекрати, Рыжик! – крикнула Кики, мечась по комнате в надежде поймать бумаги.На всех листках был один и тот же заголовок: «Верховный суд 36251 – Смит против Лейтема». Складывая листки в стопку, Кики задумалась над номером. «Три-шесть-два-пять-один. Смит против Лейтема, – повторяла она про себя. – Надо обязательно вспомнить». Она была уверена, что Рыжик не случайно переворошил бумаги. Но не успела она хоть как-то прибраться, как кот подкрался к её рюкзаку и принялся методично, с поразительным проворством опустошать его, выпихивая всеми доступными ему способами книги, пока они не оказались на полу. Тогда он с возмущенным фырканьем забрался внутрь.– Наверное, на него действует непривычная обстановка, – сказала Кики, пытаясь как-то оправдать кота. Мужчины хохотали.– Может быть, – согласился мистер Кендрик, наклоняясь к ней через стол. – Кики, меня беспокоит твоё участие в этом деле. Я хочу, чтобы детектив Пелли последил за тобой, пока не выяснится, что ищут грабители, и пока есть опасность, что они могут тебя узнать.– Чтобы он ходил за мной по пятам? – поморщилась Кики.– Нет, ты его даже не увидишь, но он будет дежурить возле школы, когда ты приходишь и уходишь, и возле твоего дома тоже. Я уверен, что это продлится всего несколько дней. С твоей мамой я уже говорил по этому поводу, и она считает моё предложение разумным.– Но ведь мамы сегодня нет в городе, – произнесла Кики, нахмурившись.– Да, она в филиале своей клиники в Клоувердоне.– А вы откуда знаете?– Как-никак расследование – наша специальность! – притворившись обиженным, воскликнул мистер Кендрик. – Мы умеем добывать информацию. – Он сдвинул очки на лоб. – Излишняя осторожность никогда не помешает. Так ты согласна?– У меня есть выбор?– Не думаю, – хмыкнул мистер Кендрик.– Так я и знала, – кивнула Кики. – У вас есть какие-нибудь улики по этому делу?– Ни одной.Мя-я-о-у!Продолжить разговор не удалось, поскольку Рыжик, словно комета Галлея, вылетел из рюкзака, сделал круг по комнате и с истошным воплем остановился перед Кики, пристально заглядывая ей в глаза.– Что это у тебя во рту, Рыжик? – спросила она, наклоняясь, чтобы взять нечто, свисающее между стиснутыми зубами кота.Задержав взгляд на кусочке фиолетового холста, она протянула его мистеру Кендрику.Она – теперь у вас есть улика, – значительно произнесла она. – Должно быть вчера ночью Рыжик вырвал этот клочок из кеда грабителя и спрятал его в рюкзаке.Глава пятаяНа обратном пути в школу детектив Пелли остановился у кафе и купил им по двойному гамбургеру и молочному коктейлю.– Ты пропустила завтрак и должна перекусить, – объяснил он. – Не голодать же тебе.Рыжик растянулся на полу, довольно вылизывая стаканчик Кики. Покончив с остатками её порции, он принялся бить лапой Пелли, пока тот не отдал ему свой стакан.– Имей в виду, Кики, – сказал детектив, – то, что я буду рядом, тебе нисколько не помешает. Часто ты даже не будешь знать, что я где-то поблизости, поэтому можешь не смущаться, встречаясь с мальчиками. Или девочками, все равно.– Я не встречаюсь с мальчиками, – ответила Кики, покраснев. – То есть я дружу с одним, с Эндрю, но…– Ты такая хорошенькая, что мальчишки очень скоро будут бегать за тобой стаями. Позволь, однако, дать тебе совет. Не бери с собой на свидания Рыжика.– Да уж, особенно если он будет вести себя как сегодня, – рассмеявшись, согласилась Кики.– Если вдруг мне понадобится поговорить с тобой, пока ты в школе, – голос детектива Пелли стал серьезным, – и кто-нибудь спросит, кто я такой, скажи, что я твой знакомый Джордж. Если ты будешь называть меня «детектив Пелли», наверняка кто-нибудь заинтересуется, с какой стати Кики общается с детективом.– Хорошо, – ответила Кики.– Телефон, который дал тебе мистер Кендрик, у тебя с собой?– Да, в бумажнике, вместе с другими телефонами. – И она вытащила карточку, чтобы показать ему.– Отлично. В случае необходимости не стесняйся и звони. Это прямой телефон в кабинет Лорна, и даже если его не будет, ему обязательно передадут твоё сообщение. Договорились?– Хорошо. Только полицейский, который вчера со мной разговаривал, тоже дал мне свой телефон.– Знаешь, поскольку мы с Лорном сейчас вплотную занялись этим делом, думаю, лучше тебе позвонить Лорну А уж он, если понадобится, свяжется с полицией. Ещё, Кики, я хочу, чтобы ты знала, что в девяносто пяти процентах случаев, когда я кого-то охраняю, как сейчас тебя, ничего плохого не происходит. Абсолютно ничего. Поэтому не надо пугаться. Мы даже не знаем, за чем охотились воры, но, как мистер Кендрик сказал тебе, он чувствует свою ответственность, потому что ты была у него в доме… и потому что они видели тебя. Всего только миг, я знаю, но всё-таки видели.В памяти Кики возникла та сцена, когда фонарный луч выхватил её, бегущую через холл, из темноты. Она решила ничего не говорить.Детектив Пелли включил зажигание.– И хочу тебя ещё раз предупредить: никому об этом не говори.– Но я уже рассказала маме и Эндрю, – призналась Кики. – И Елена могла меня слышать, когда мы разговаривали с Эндрю в холле. Кроме того, мне пришлось объясняться с мистером Таннингом, правда, я сказала ему только, что в дом влезли грабители, пока я там была, но без подробностей.– Не волнуйся, просто ни с кем этого больше не обсуждай, хорошо? Ещё какие-нибудь вопросы есть?Кики подняла с пола сонно урчащего Рыжика и положила его к себе на колени.– Только один. Нельзя ли нам сначала заскочить ко мне домой и оставить там этот спящий куль? У него сейчас время дневного отдыха.– Считай, что это уже сделано!Когда Кики вернулась, оставалось всего два урока – домоводство и самоподготовка. Миссис Аткинсон рассказывала о ручных видах швов, сделав попутно обзор об истории развития швейного дела. Она поведала им грустную историю о маленьких крестьянках из Китая, которые слепли, расшивая вручную крошечными стежками одежду для богачей. Урок был интересным: обычно Кики на домоводстве скучала, если только они не готовили или пекли что-нибудь, – этим она любила заниматься.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Няне изо всех сил помогал её приблудный зверюга из семейства кошачьих, который, носясь по кухне с младенцем, имел неосторожность закрыть её в подвале. По-видимому кот взял обязанности няни на себя, пока наш репортер пытался вновь оказаться на высоте положения (то есть подняться наверх в жилые комнаты).Двое воров были встречены котом (однако, к сожалению, не арестованы), впрочем, полиция утверждает, что ущерб ничтожен. Возможно, имущество и не пострадало, но наверняка пострадала репутация няни, на чье попечение были оставлены дом и ребенок нашего нового окружного прокурора.Нет сомнения в том, что моя догадка верна. Кому ещё нужна приходящая няня?»Кики нервно теребила прядь волос. Конечно, неприятно, что Елена выставила её всем на посмешище, но хуже другое – как быть с её обещанием молчать? Теперь, когда триста экземпляров «Курьера» разошлись по школе, сохранить её имя в тайне невозможно. Когда закончатся уроки, газеты будут разбросаны всюду: в пиццерии, в кондитерской – где угодно. Любой может подобрать и без особого труда выяснить имя неназванной няни-репортера. Совершивший разбойное нападение на детектива Лео Лейтем выпущен под залог и разгуливает на свободе. Если он – один из воров и решит, что она может узнать его, то ей угрожает опасность! Она готова была растерзать Елену вместе с её иссиня-чёрными волосами и правильным носиком!Через пять минут вернулся Эндрю. Его вид свидетельствовал о том, что разговор с мисс Ламберт не увенчался Успехом.– Ну, что? – спросила Кики.– Она сказала, что сам по себе материал, цитирую, не нарушает журналистских норм. Присутствует, конечно, оценочный фактор, но что попишешь, раз дело сделано. Конец Цитаты. Как говорится, слово не воробей, вылетит – не поймаешь. А если станешь пытаться, то только привлечешь всеобщее внимание.– Вот этого я и боюсь, – сказала Кики. – Насколько широко это станет известно? Ведь я обещала детективу Пелли молчать, хотя он знает, что вы с мамой в курсе. Но теперь почти любой может выяснить, что это я.– Я уже подумал об этом. И порадовался, что у тебя есть телохранитель.– Я тоже рада.Вторая половина дня пролетела быстро. Большинство ребят, знавшие ехидный язычок Елены, сочувствовали Кики, но у неё в голове занозой застряла мысль, что «Курьер» может попасть в не те руки.По дороге домой она насчитала целые три валявшиеся на улице газеты. «Елене бы следовало написать статью о несознательных элементах, разбрасывающих в публичных местах мусор», – мрачно подумала Кики.Войдя в дом через гараж, она столкнулась с радостно встретившим её Рыжиком, который повел её на кухню и принялся жалобно мяукать перед буфетом, где хранилась его еда. Кики бросила взгляд на его пустую миску.– Прости, старина, из-за всех этих глупостей про тебя забыли, – сказала она, доставая пакет. – А ведь ты даже не знаешь, что сегодня твоё имя было увековечено в прессе.Она насыпала в миску шариков и полезла в другой шкаф за шоколадными чипсами. Держа кота на расстоянии, зарыла несколько чипсов в груде шариков и только потом отошла.Кот бросился к миске. Шарики фонтаном брызнули в разные стороны, когда он принялся носом выковыривать шоколад. Кики засмеялась, наблюдая за ним.– Опять ешь на первое десерт! В понедельник же поведу тебя к диетологу!Однако кот, полный решимости добраться до лакомства, не обратил на неё ни малейшего внимания.– Ладно, пока ты здесь украшаешь наш линолеум, пойду сделаю уроки, – сказала Кики.Она пошла за рюкзаком, а заодно проверить, закрыла ли дверь в гараж. Она полагала, что у детектива Пелли уже кончился рабочий день. Наверное, стоит позвонить мистеру Кендрику и рассказать ему о заметке в газете. Кики порылась в кармане куртки и нашла карточку, которую он ей вручил. Сначала было занято, но через пять минут ответил какой-то женский голос.– Мистера Кендрика, пожалуйста, – сказала Кики.– Кто его просит?– Кики Коллир.Прокурор ответил почти тотчас же.– Привет, Кики. Какие новости?Она быстро рассказала ему о Елене и газетной заметке.– Печально, – посетовал он, – но не думаю, что стоит беспокоиться. Маловероятно, что газета попадет в руки ворам… Раз уж ты позвонила, Кики, хочу спросить тебя, не видела ли ты у нас в среду учебную видеокассету Сьюзен? Ей кажется, что она лежала в гостиной на видео.– Нет, я не заходила в гостиную. Хотя, может, Рыжик её свалил. Он в последнее время играет с кассетами, как с игрушками.– Что ж, придется посмотреть под диваном, – рассмеялся мистер Кендрик. – Передавай Рыжику привет. И не волнуйся, Кики, детектив Пелли на месте.С секунду Кики поколебалась, не рассказать ли ему о раздобытой Эндрю информации о деле «Смит против Лейтема». Но решила ничего не говорить. У неё не было никаких зацепок, позволяющих связать вторжение грабителей в дом с процессом о наследстве. А сказать, что на эту мысль её натолкнул Рыжик, разбросавший бумаги в его кабинете, значило только рассмешить его. Над ней и так уже сегодня довольно смеялись. Конечно, в обоих случаях мужчин звали Лео, – но мало ли Лео на свете. В конце концов она решила, что лучше подождать, пока они с Эндрю не выяснят что-нибудь в доме, где жила старушка.– Кстати, Кики, – сказал мистер Кендрик, – ты нашла свои шарф? Тот самый, который искала у нас твоя подруга?Какая подруга? – спросила Кики, насторожившись.Сейчас вспомню. Сьюзен говорила её имя, кажется, Элейн. Она заходила к нам вчера во время большой перемены, сказала, что ты забыла шарф и просила его забрать. Так вот как Елена проверила факты! Выпытала все у Кендриков!– Её звали Елена? – спросила Кики.– Правильно, Елена. Я чувствовал, что Элейн не совсем то. Так ты его нашла?– Да, – соврала Кики. – Спасибо.– Ну и хорошо. Знаешь что, сделай мне одолжение, занеси нам экземпляр школьной газеты. Просто положи под коврик у двери и все. Я на выходные тоже собираюсь уехать к сестре Сьюзен, но в воскресенье вечером мы вернемся.– Конечно, – ответила Кики. – Вам удалось что-нибудь выяснить о кусочке фиолетовой ткани, которую Рыжик вырвал из кеда?– Я поручил одному из своих сотрудников заняться этим, но в округе продали сотни пар таких кед. Не говоря о том, что он мог купить их вовсе не здесь.– Понятно, – сказала Кики, стараясь скрыть свое разочарование. – Что ж, желаю вам хорошо провести выходные. – Она повесила трубку и уставилась в пространство.Решила было позвонить Эндрю и рассказать ему о Елене и шарфе, но передумала. Подождет до завтра. А сейчас надо разделаться с домашним заданием. Кики полезла в рюкзак, но рука не нащупала нужного учебника. В раздражении она вывалила все из рюкзака на пол. Рыжик с интересом наблюдал за операцией и, думая, что это новая игра, стал прыгать от рюкзака к кипе книг, а затем опять к рюкзаку, куда наконец и забрался, урча от наслаждения, что все это необъятное пространство принадлежит ему.– Чёрт! – выругалась Кики, обернувшись к коту, чья голова высовывалась из голубого рюкзака и с любопытством взирала на неё. – Придется тебе, Рыжик, прокатиться, я оставила учебник в редакции.Детектива Пелли нигде не было видно, пока она, крутя педалями, неслась назад к школе. Она злилась на себя за то, что забыла учебник, и даже Рыжик, лизавший ей своим шершавым язычком шею, не мог поднять ей настроения.Приехав, она обнаружила на велосипедной стоянке не свойственное для этого времени дня оживление. Уроки закончились полтора часа назад.– Что происходит? – спросила она какого-то восьмиклассника. – Вся школа оставлена в наказание после уроков?– Почти, – усмехнулся тот. – Генеральная репетиция, ведь на будущей неделе премьера. Надо же было назначить именно на пятницу!– Это уж как водится, – улыбнулась ему в ответ Кики.Елена прожужжала им этим мюзиклом все уши, дважды писала о предстоящей премьере в своей рубрике и уговорила их с Эндрю купить на один из спектаклей билеты. «Все думают только о баскетболе, – жаловалась она. – Почему никто не хочет поддержать искусство?»Насколько Кики знала, Елена была лично заинтересована в том, чтобы привлечь как можно больше публики – она играла одну из главных ролей. Но они с Эндрю в конце концов сдались и купили билеты. Знай Кики, что Елена выкинет номер с сегодняшней статьей, ни за что бы не купила.– Это и есть тот самый «приблудный зверюга»? – спросил восьмиклассник, указывая на Рыжика свернутой газетой.– Он самый, – ответила Кики, надевая на велосипед замок.– Приятно повстречаться со знаменитостью, – бросил мальчик, отъезжая.Двор опустел. Кики поспешила к школе, боясь, что двери закроют. Тогда придется искать сторожа. Но ей повезло. Она вошла, захлопнув за собой тяжелую дверь. В пустынном холле пахло мелом и, по сравнению с обычным гамом, стояла зловещая тишина.Кики помедлила у лестницы, оглядывая коридор первого этажа. Все двери – кабинетов, классов, кладовок – были закрыты. Бр-р, неуютно. Вздрогнув, Кики стала подниматься по лестнице, и её шаги отдавались на этажах гулким эхом. Пройдя несколько пролетов, она услышала наверху голоса. Один показался ей знакомым – и говорил с ясным британским акцентом! Волосы у Кики встали дыбом, в горле комом застрял страх. Она оцепенела. Но Рыжик вывернулся из рюкзака у неё за спиной и галопом помчался по лестнице. Она услышала, как его упитанное тело шмякнулось о дверь, и тут же раздался крик. Елена! Кики в три прыжка одолела последний пролёт. Дверь редакции была распахнута, и внутри творилось нечто невообразимое. Елена продолжала вопить, а мужчина кричал:– Это тот самый чёртов кот! Уберите его от меня!На что Рыжик ответил воплем – тем самым пронзительным, напористым воплем, который превращал его из безобидного домашнего кота в дикого зверя. Кики быстро сняла со спины рюкзак. Держа его за лямки перед лицом, она ворвалась в комнату в тот момент, когда мужчины один за другим пронеслись мимо неё к лестнице, преследуемые Рыжиком. Их шаги прогромыхали внизу по холлу, хлопнула входная дверь, оставив визжащего Рыжика внутри.Кики подбежала к окну. От обочины отъезжал старый чёрный грузовик. Она в изнеможении опустилась на стул и перевела дух.Елена стояла у своего стола, ещё не переодевшаяся после генеральной репетиции. Она была явно напугана.– Чего они хотели? – запинаясь, спросила она.– Меня – отрезала Кики. – Это были те самые воры, которые забрались к Кендрикам. Твой «ответственный» материал, судя по всему, стал известен за пределами школы.– Но… – запротестовала Елена.– Только безголовый дурак мог позволить себе такое! Ты сделала все, чтобы меня подставить! Надеюсь, теперь ты удовлетворена. Сама чуть не влипла из-за своей дурацкой заметки.– Ты думаешь, они решили, что я – это ты? – спросила Елена. – Но я не похожа на тебя.– Ты сейчас и на себя-то не похожа! – съязвила Кики, несмотря на то, что её трясло.На Елене был голубой матросский костюм, длинные чёрные волосы запрятаны под мужской парик, а поверх него натянута бескозырка. Обыкновенно розовые щеки намазаны углем, чтобы казалось, будто у неё растет борода.– Не похожа, – согласилась Елена, подойдя к зеркалу на двери и пытливо окинув себя взглядом. – Я выгляжу ужасно.Нос у неё тоже был в угле, и на шее виднелись чёрные полосы.В приоткрытую дверь просунулась лапа, и Елена вздрогнула при появлении Рыжика. Проходя мимо, он недовольно покосился на неё и сердито фыркнул, свалившись у ног Кики.– Спасибо, дружище, – гладя, поблагодарила она кота. – Если бы не ты, все могло кончиться гораздо хуже.От её ласки у Рыжика, казалось, мурлыкало все тело.– Я всё-таки не понимаю, – произнесла Елена (она переборола свой страх и опять превращалась в дотошного репортера). – Я зашла сюда на минутку переодеться, и они решили, что я – это ты. Почему они так решили?– Потому что той ночью они толком меня не разглядели. Было темно.– Но зачем ты им вообще понадобилась? Я думала, они просто хотели обокрасть дом.– Они боятся, что я их узнаю.– А ты узнаешь?– Теперь да.– Что они собирались делать, как ты думаешь?– Угрожать. Или, может быть, подкупить меня. Кто знает. Они что-нибудь говорили?– Один назвал меня острой на язычок… а второй сказал: «Вот ты и попалась, няня из подвала!» – Елена вспыхнула под гримом и опустила глаза: – Я сама виновата. Прости меня, Кики, я не хотела… – Голос изменил ей. – Правда, не хотела.Кики поколебалась. Первый приступ злости уже прошёл, и, хотя Елена никогда ни за что не извинялась, сейчас она казалась искренней.– Ладно, – буркнула она. – Единственный, кого они точно могут узнать, – это Рыжик, но я не думаю, что они захотят ещё раз с ним встретиться. – Кот урчанием выразил свое согласие. – Переодевайся скорей, выйдем вместе.– Спасибо. Ты думаешь, они вернутся?– Сомневаюсь, разве что они ещё глупее, чем я думаю.Когда Кики добралась до дома, было почти пять. Мама оставила на автоответчике сообщение, что вернется поздно, так что Кики сделала себе бутерброд и жевала его, пока делала уроки. По дороге домой она все оглядывалась в поисках детектива Пелли, однако безуспешно; хотела позвонить мистеру Кендрику, но вспомнила, что он уехал на выходные из города. Елена поклялась молчать, и на этот раз Кики была уверена, что слово она сдержит.В десять, измученная, она повалилась в постель, Рыжик свернулся клубочком радом.Глава восьмаяЭндрю, подкативший к дому ровно в десять, с такой силой нажал на тормоза, что Кики ещё до звонка услышала визг шин.– Я ухожу, мам! – крикнула она, открывая дверь.– Здравствуй, Эндрю, – поздоровалась доктор Коллир, выходя из кухни. – Как ты себя чувствуешь?– Здоров, как бык! – отрапортовал Эндрю, по-военному отдав честь.– Молодцом! – Доктор Коллир повернулась к Кики. – Ты надолго уходишь?Кики вопросительно посмотрела на Эндрю. Она чувствовала себя неловко, обманывая мать, и была рада, что он ответил за неё:– Мы сыграем пару партий в теннис, потом перекусим и, быть может, сходим в кино, если не будет большой очереди. Думаю, Кики вернется не позже четырех. Но перед кино мы обязательно закинем Рыжика.– Программа почти на целый день, – заметила мама. – Хорошо, увидимся вечером. Я сегодня с полудня до девяти снова на вызовах. Пожалуйста, не забывай об осторожности, Кики.– Клянусь. Но ты можешь не волноваться: пока Рыжик со мной, эти головорезы не приблизятся ни на шаг.Рыжик высунул голову из рюкзака, куда он был упакован вместе с ракеткой.– Ах, вот как нас здесь ценят! – буркнул Эндрю, изображая обиду.– Видишь, мама! У меня целых два защитника, так что не волнуйся.– Это у твоей мамы такая запоздалая реакция на события у Кендриков? – спросил Эндрю, пока они, крутя педалями, мчали мимо соседнего видеосалона по направлению к городскому парку, где находились корты.Кики рассказала ему о том, что случилось в редакции «Курьера».В голосе Эндрю сразу послышалась тревога.– Кажется, эти парни полны решимости!– Неудивительно, если учесть, что Лео может остаться без миллиона.– Да, пожалуй, – согласился Эндрю, съезжая на дорожку, ведущую к кортам. – Надеюсь, нам не придётся долго ждать. Многие должны испугаться такой погоды.– Давай вообще плюнем на теннис, – предложила Кики. – Лучше поскорее попасть в дом миссис Лейтем и попытаться что-нибудь узнать.– И лишить меня возможности отыграться?! Ну уж нет! – В прошлую субботу Кики обыграла Эндрю со счетом 2:1. – Кроме того, ещё слишком рано для визитов. Ты же знаешь, старики долго спят.– Моя бабушка в шесть уже на ногах, – возразила Кики.– Вот как? – удивился Эндрю.Но в одном он был прав: плохая погода охладила пыл большинства игроков, и два корта из трех пустовали. Они поставили велосипеды, и Кики завязала вокруг шеи Рыжика длинный нейлоновый шнурок, другой конец которого Эндрю закрепил на дереве.– Вот так и живи, приятель! Тебе хватит веревки, чтобы как-то передвигаться, но не хватит на всякие безобразия. А то белки от тебя просто стонут.В прошлый раз Рыжик загнал на самую макушку двух белок и как раз собирался присоединиться к ним, когда Кики удалось его схватить.Они сыграли две партии вничью.– Ну что, последнюю решающую? – предложил Эндрю, вытирая лоб.– В следующий раз, – сказала Кики. – Голова совсем не тем занята.– У меня тоже, – согласился Эндрю. – Но я такой потный, что должен принять душ, прежде чем идти к кому-то, особенно к незнакомому человеку.– Да, и мне не помешает. Заезжай, когда помоешься, за мной, а я приготовлю бутерброды.Когда Кики вернулась домой, мама уже ушла в больницу.Она приняла душ, переоделась и к приходу Эндрю сделала целую тарелку сандвичей с тунцом.– Рыжика с собой возьмем? – спросила она, скармливая коту последний бутерброд.– Неплохая идея, – воодушевился Эндрю. – Пожилые люди обычно любят всяких зверюшек.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

С ним будет легче завести разговор. Знаешь, милый котик и все такое… – «Милый котик» тем временем слизывал с Кикиной руки последние крошки тунца, урчанием выражая свое полное одобрение. – Мы уже идём?– Сейчас идём, – сказала Кики. – А где, собственно, этот дом?– Недалеко, по другую сторону парка. Они проделали тот же путь, что и утром, свернув на улочку за входом на теннисные корты.– Это что-то вроде дома для малоимущих?– Наоборот, – принялся объяснять Эндрю. – Я посмотрел в справочнике, это дом для богатых пенсионеров. Все жилые блоки совершенно изолированы. – И он заговорил голосом радиодиктора, читающего рекламное объявление. – Квартиры разного размера. Чем выше этаж, тем богаче владелец. Прекрасный ресторан, комната для отдыха, гимнастический зал, бассейн…– На каком этаже жила Абигейл Лейтем?– На одном из лучших, на пятнадцатом! – Эндрю затормозил и жестом призвал Кики остановиться. – Приехали.Через дорогу от них возвышался роскошный дом из стекла и чёрного мрамора. Швейцар помогал какой-то женщине сесть в такси.– Знаешь, наверное, несолидно подъезжать к такому дому на велосипеде, – сказал Эндрю.– Наверняка Давай оставим велосипеды в парке и вернёмся пешком.– Давай, только я сомневаюсь, что нас пустят. Рыжик-то уж точно не пройдёт мимо этого швейцара. Ты его можешь как-нибудь спрятать?– Попробую, только не уверена, что это поможет, – нервничая, ответила Кики. – Этот дом похож на хорошо защищенный бастион.Они отвели велосипеды в парк, и Кики, затолкав Рыжика в рюкзак, со словами «Прости, дружище» застегнула ремешки.– Не будем тянуть резину, пойдём. Не пустит – так не пустит.– Подожди, пока этого типа что-нибудь отвлечёт, – шепнула Кики, хватая Эндрю за руку. – Смотри, ещё одна машина подъезжает.К дому подкатил длинный белый лимузин, и швейцар вышел навстречу. Из машины, держа в руках кремового пуделя, вылезла изящная старушка с серебряными волосами.– Пора! – подал сигнал Эндрю.Схватив Кики за руку, он втащил её в парадное. Холл был устлан малиновым ковром и увешан белыми портьерами, слева располагалась комната ожидания, уставленная мягкими креслами. Направо – ряды встроенных в стену почтовых ящиков, каждый с кнопкой домофона. Лифт был чуть подальше, у покатого коридора, ведущего вниз, в подвал, где находились дорогие магазины.– Что теперь, командир? – прошептал Эндрю. – Сейчас придёт домоуправитель или кто-нибудь из охраны и…Но Кики пропустила его слова мимо ушей, спешно изучая надписи на ящиках. Швейцар как раз направился к ним, когда она нажала на кнопку.– Да? – произнес голос в домофоне, и одновременно швейцар спросил:– Могу я вам чем-нибудь помочь?Эндрю переводил взгляд со швейцара на Кики и даже открыл рот, чтобы что-нибудь сказать, но не успел, ибо в тот самый момент к ним подошла дама с серебряными волосами и кремовым пуделем – и рюкзак за спиной у Кики угрожающе изогнулся. У Эндрю округлились глаза, и он придвинулся к Кики, чтобы загородить собой извивающийся рюкзак.– Я вас слушаю, – повторил голос в домофоне. – Кто это?– Кэтрин Кристин Коллир, – ответила Кики.Но её слова заглушил пудель, который, скуля и тявкая, стал рваться из рук хозяйки к рюкзаку.– Дела… – буркнул Эндрю и, потянувшись к собаке, умильным голосом произнёс: – Миленький пёсик…Однако тот недовольно огрызнулся.– Адольфу редко нравятся мужчины, – с улыбкой обратилась к Эндрю старая леди. – Ваш вид его взволновал…– Чтоб не сказать больше, – пробормотал Эндрю.– Могу я вам чем-нибудь помочь? – настойчиво повторил швейцар.– Нет, спасибо, – ответила Кики, бросаясь к лифту с извивающимся в рюкзаке Рыжиком. – Мы пришли навестить мою тетю… тетю Милли. Пойдем, Эндрю!– Милли Остенбуш? – воскликнула леди. – Прекрасно, значит, нам на один этаж! Идите за мной! – Она повернулась к швейцару. – Спасибо, Фред, дальше мы справимся.Швейцар ретировался, увидев, как ребята входят за дамой в лифт. Эндрю настороженно покосился на пуделя. Тот рычал и скалился. Кики забилась в самый угол, надеясь скрыть ёрзающий рюкзак.– Вот мы и приехали! – радостно воскликнула старушка. Она хлопнула продолжавшего рычать пуделя по голове и виновато посмотрела на Эндрю. – Я хочу извиниться за Адольфа. Наверное, вы ему всё-таки не понравились. Однако не расстраивайтесь – он почти ко всем мужчинам так относится. – Она бросила взгляд на не двинувшуюся с места Кики. – Что это с вашей подружкой? Столбняк напал?– Что-то вроде того, – попытался улыбнуться Эндрю.– Квартира Милли первая справа, – показала рукой дама. – Желаю вам приятно провести время.Она пересекла холл и скрылась за углом.Корчась от смеха, Кики повалилась на пол, а Рыжик продолжал отплясывать в рюкзаке свой безумный танец. Эндрю привалился к стене и тоже едва не задохнулся от хохота.– Какая, к чёрту, тетя Милли? – спросил он наконец, отдышавшись.– Какое-то имя, которое я вычитала на ящике, когда искала кого-нибудь на пятнадцатом этаже. Я подумала, что большинство стариков плохо слышат, поэтому можно смело назваться. К тому же к ним редко приходят, и они вряд ли откажутся от встречи.– Ты прямо психолог, – сказал Эндрю. – Хорошо, что ты не Джек-Потрошитель.Кики хотела сунуть Рыжику кусочек шоколада, но тот, не преминув воспользоваться случаем, пулей вылетел из рюкзака и принялся носиться по просторному холлу, время от времени останавливаясь перед первой дверью справа. Кики схватила его и снова упрятала в рюкзак.– Иногда ты бываешь несносным, Рыжик, – строго сказала она.Белая массивная двустворчатая дверь с золочеными витыми ручками выглядела очень внушительно. Над входом золотыми цифрами был выведен номер «1510», сбоку горела кнопка звонка. Кики позвонила. Рыжик стал наскакивать на неё, сидя в своем рюкзаке, и Кики через плечо успокаивающе похлопала по нему.– Надеюсь, у неё нет собаки, – шепнул Эндрю.– Собака бы залаяла на звонок.– Не удивлюсь, если в этом доме имеется свой космодром. Звони ещё раз!Но ещё раз звонить не пришлось. Не успел Эндрю договорить, как дверь медленно распахнулась, открыв их взору огромную гостиную в белых и золотых тонах, с окнами от пола до потолка. Перед ними стояла невысокая, полная пожилая дама со светлыми волосами и довольно морщинистым лицом. На ней были парчовые шаровары, подходящий к ним по стилю жакет со стоячим воротником и золотые туфли на высоких каблуках.– Ну, что же вы стоите? Входите! – скомандовала она.Но Кики словно оцепенела. В жизни своей она не видела такой роскошной комнаты. Все было, как в кино. Эндрю подтолкнул её в спину, и она прошла мимо женщины, по-прежнему тараща в изумлении глаза. За гостиной, где в центре возвышался белый рояль, виднелась столовая с белой с золотом мебелью и хрустальной люстрой. Кики посмотрела на свои джинсы и пожалела, что не надела юбки.– Вы, наверное, из музыкального клуба, – сказала хозяйка, улыбнувшись, от чего морщины на её круглом лице стали ещё глубже.– Нет, мэм, мы… – начал Эндрю, но она перебила его.– Позвольте я угадаю. Вы – контральто. – И она ткнула пальцем в плечо Кики. Рыжик подал голос, но она или не заметила, или сделала вид, что не заметила, продолжая говорить. – А вы, – тут она повернулась к Эндрю, – вы – бас! С первого взгляда видно!– Нет, мэм…Он умолк, поскольку она снова заговорила:– Я рада, что могу поддерживать искусство в наших школах, особенно музыку. На изобразительные искусства я не даю ни цента. Эти художники… они такие халтурщики, согласитесь. – Слово «халтурщики» она произнесла с отвращением и скривила губы. – Намажут холст краской, прибьют посередине пакет от молока и называют это искусством. Я тоже так могу, даже лучше, протащу хвост енота через томатный соус – чем не картина?– Конечно, мэм, – улыбаясь во весь рот, согласился Эндрю.– А вот музыка, музыка другое дело! Музыка – это точность. Это не только искусство, но и мастерство. Музыка требует таланта, отточенного до совершенства. – Её полные руки двигались в такт словам, и Кики, как завороженная, не могла оторвать от них глаз: на ней было целых шесть золотых колец с бриллиантами! – Только неустанный труд доводит талант до совершенства, вот что я всегда говорила своим ученикам. Я учила вокалу двадцать три года, а до этого сама десять лет пела на сцене. Я говорила: «Вам дан талант, ваша задача – совершенствовать его!» – Она опять улыбнулась. – Проходите и садитесь. – Она показала на белый с золотом парчовый диван. – Я схожу за чековой книжкой.– Миссис Остенбуш, – произнесла наконец Кики, вытягивая вперед руку, – мы пришли…Но миссис Остенбуш уже скрылась в другой комнате.– Можем и сесть, – сказал Эндрю, направляясь к дивану и таща за собой Кики. – Как бы её выключить? Она как рекламный ролик.– Может, ей просто надо выговориться, – прошептала Кики, аккуратно ставя рюкзак на пол рядом с диваном. Изнутри донесся булькающий звук, а затем несколько жалобных «мяу». – Ш-ш-ш! – зашипела Кики, похлопывая по рюкзаку. – Она возвращается. Я не могу выпустить тебя в этом… дворце.Миссис Остенбуш подошла к белому бархатному креслу напротив дивана и плюхнулась в него. В одной руке она держала чековую книжку в золотом с тиснением окладе, в другой – золотую ручку.– Сколько вам нужно на следующую постановку? – спросила она, словно дирижерской палочкой размахивая ручкой и улыбаясь.– Мы пришли не за деньгами, миссис Остенбуш, – выговорила наконец Кики.Миссис Остенбуш бросила ручку и в удивлении воззрилась на них.– Вы пришли не за деньгами? – повторила она. – Очень странно! Все, кто сюда приходят, приходят за деньгами. – Она начала загибать свои пухлые пальцы, и Кики с изумлением отметила, что даже её тщательно ухоженные ногти покрыты золотым лаком. – На прошлой неделе это был детский симфонический оркестр, а за неделю до этого ансамбль местной школы, а за неделю до этого… нет, не помню, нужно посмотреть. – Она открыла чековую книжку и провела пальцем по записям. – Вот, духовой оркестр инженерных войск. – Её голубые глаза с вниманием остановились на Кики. – Если вы пришли не за деньгами, то тогда за чем же?– Мы пришли за информацией, – сказал Эндрю. – Мы пришли узнать, не были ли вы знакомы с Абигейл Лейтем.– О, Абигейл! – Глаза миссис Остенбуш наполнились слезами, и она полезла в карман за платком. – Дорогая Абигейл! Как мне её не хватает! – Она высморкалась в льняной платок с золотым ободком. – Абигейл была моей лучшей подругой. Мы были неразлучны… Простите, но куда это направляется ваш рюкзак?Кики тихонько ойкнула и вскочила, чтобы поймать рюкзак, который неуклонно продвигался в сторону столовой. Она нагнулась, чтобы поднять его, и грозным шепотом скомандовала: «Прекрати, Рыжик!»– Какая, однако, оригинальная затея! – воскликнула миссис Остенбуш, рывком поднимаясь с кресла. – Механизированный рюкзак! Техника на грани фантастики, замечательно, правда? Хотя, должна вам признаться, что меня пугают все эти новомодные штучки – все эти микроволновые печи, и видео, и охранная система на дистанционном управлении.Она потянулась к ремешкам рюкзака, и Рыжик, высунув передние лапы, обхватил её руку с обеих сторон.– О! – воскликнула миссис Остенбуш, отдергивая руку. Но Рыжик не отпускал.– Прекрати, Рыжик! – прикрикнула Кики, пытаясь высвободить из его лап сверкающую драгоценностями руку. – Прошу прощения, миссис Остенбуш, это не механизированный рюкзак, это мой кот. Я его так ношу. Он уже давно там сидит и устал.– Значит, надо его выпустить!– Он может натворить глупостей в незнакомом месте, – объяснила Кики. – Я не хочу, чтобы он что-нибудь сломал.– Но здесь ничего нет, что он мог бы испортить! – возразила миссис Остенбуш, глядя на Кики так, словно перед ней был хулиган, избивающий младенца. – Выпусти его!Её пальцы принялись теребить застежку, а Кики тем временем оглядывала комнату. На столах красовались хрустальные вазы со свежесрезанными чайными розами; на кофейном столике выстроились изящные фигурки из дутого стекла; на этажерке приютился старинный китайский сервиз, но главную опасность, конечно, представляла люстра над обеденным столом. Кики бросила умоляющий взгляд на Эндрю но было уже поздно.– Вот так! – сказала миссис Остенбуш, вытаскивая Рыжика из рюкзака. – О, да он просто великолепен! Божественно красив!И, придерживая кота, она тяжело опустилась в кресло. Рыжик, как младенец, прижался к её груди и довольно урчал.– Какое же имя носит эта царственная особа?Кики поперхнулась. Мелькнула мысль, что надо бы сказать другое имя, более соответствующее окружающей обстановке, но ничего не приходило в голову. Принц? Не слишком ли вычурно?..– Рыжик, – выпалила она, так ничего и не придумав.– Рыжик, – повторила миссис Остенбуш, как будто пробуя слово на язык. Она подняла бровь. – На твоем месте я бы придумала что-нибудь другое, но Рыжик всё-таки лучше, чем Мурзик, у тебя есть вкус.В знак одобрения кот принялся лизать её в шею, на что она только засмеялась.Не зная, что делать дальше, Кики села обратно на диван.– Представь же мне своего друга, Кэтрин Кристин, – сказала миссис Остенбуш, устремив на Кики взгляд своих голубых глаз.– Так вы слышали моё имя? – в изумлении воскликнула Кики.– Конечно, слышала. А разве не должна была? Ты что, думаешь, что все старики глухие? Какая глупость!В смущении Кики уставилась на свои ноги. Положение спас Эндрю, который встал и представился.– Эндрю Карлайл, – сказал он, протягивая руку, которую миссис Остенбуш пожала, предварительно перехватив другой рукой Рыжика.– Вы – мудрый молодой человек, Эндрю Карлайл, – хмыкнула она и показала жестом, чтобы он сел обратно на диван. – Вы умеете наблюдать и не стремитесь непременно встрять в разговор. Это похвально. Я знала ещё только одного человека, который обладал этим качеством, – покойного мистера Остенбуша.– Спасибо, – поблагодарил Эндрю, пряча улыбку.У Кики тоже дрогнули губы. Она подумала, что мистер Остенбуш за все годы супружества вряд ли имел возможность сказать две фразы подряд.– А теперь, молодые люди, объясните мне, что вы хотите знать об Абигейл Лейтем. Кики и Эндрю переглянулись.– Понимаете, мы оба состоим в редколлегии школьной газеты, – начала Кики. – И… и… – Она судорожно подыскивала подходящую причину.– Скоро ведь неделя «Женщины в истории США», – подхватил Эндрю, – и мы хотели сделать статью о какой-нибудь местной жительнице, которая преуспела в профессиональных делах.– Но поскольку речь идет об истории, нужен был пример из прошлого, – добавила Кики, боясь, что миссис Остенбуш обидится из-за того, что они выбрали не её.– А почему вы пришли ко мне? – спросила та, наклоняясь и опуская Рыжика на белый ковер.– По чистой случайности, – призналась Кики. – Мы хотели найти кого-нибудь, кто жил с миссис Лейтем на одном этаже, где наверняка все знакомы. А Рыжик сбежал и принялся носиться по холлу, а потом остановился возле вашей двери…– Нет, это не случайность, – сказала миссис Остенбуш. – Я уверена, что вы не случайно нажали мою кнопку и не случайно Рыжик подбежал именно к моей двери. У животных гораздо более развито чутье, чем у нас, людей. Он точно знал, что делает, правда, Рыжик? – В поисках кота она обвела глазами комнату.– Рыжик! – завопила Кики, остановив взгляд на хрустальной люстре. – Слезь немедленно!Решительным шагом она двинулась в столовую. Рыжик скосил на неё глаз и зашипел.Миссис Остенбуш замахала руками.– Не трогай его, дорогая, пусть делает, что хочет, он ничего не испортит. Он просто обозревает свои владения.Рыжик громко мяукал и слегка раскачивался на люстре из стороны в сторону. Хрустальные подвески звенели. Кики нахмурилась.– Он – очень тяжелый кот, миссис Остенбуш, – решил объяснить Эндрю. – Крюк ослабнет, и однажды вечером люстра может оказаться в вашем супе.Лицо хозяйки расплылось в улыбке так, словно ей достался приз.– Это – моя забота, Эндрю, – сказала она.Люстра ещё раз звякнула, и, возвращаясь к дивану Кики представлял победное выражение на физиономии Рыжика.– Так вы расскажете нам об Абигейл Лейтем? – спросила она,– Конечно, расскажу, – ответила миссис Остенбуш, снова вынимая носовой платок и прикладывая его к глазам. – Для меня это огромное удовольствие. Невозможно поверить, что уже год, как она умерла. – Она подняла взгляд на гостей. – Но вы садитесь поудобнее. Снимите ботинки! Подожмите ноги!Кики с сомнением посмотрела на парчовый диван.– Это всего-навсего диван. Кэтрин Кристин! Делайте, что вам говорят!И миссис Остенбуш сбросила свои золотые туфельки и заёрзала в бархатном кресле, устраиваясь поудобнее.Ребята послушно последовали её примеру.– Вот вам история Абигейл…Глава девятаяУтонув в кресле, миссис Остенбуш уставилась в потолок невидящим взглядом.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12