Райс Крэйг

— Бегите домой. Тут сейчас начнутся печальные дела.— Не для нас, — парировала Эйприл.Из полицейской машины, остановившейся возле серого кабриолета, выскочили четверо мужчин в штатских костюмах. Двое из них, устремив взгляды на — виллу, явно ожидали приказаний. Двое других, обойдя свою машину, подошли к Полли Уолкер. Один из них, человек среднего роста, худощавый, с пышными гладко зачесанными седыми волосами, загорелый и голубоглазый, выглядел начальником. У второго, здоровенного толстяка, было полное красное лицо, жирные черные волосы и неизменно скептический взгляд.— Где труп? — спросил толстяк.Вздрогнув, Полли показала пальцем на дом. Толстяк кивнул ожидавшим перед домом полицейским и направился к дверям. Седой начальник тем временем обратился к Полли:— Как вас зовут?— Полли Уолкер. Это я вам позвонила. Я нашла ее… — Голос Полли звучал уже спокойно и уверенно, но кожа вокруг губ заметно побледнела.Офицер полиции записал ответ и огляделся:— Это ее дети?— Мы живем здесь рядом, — с достоинством сообщила Дина.Из дома выбежал краснолицый толстяк и доложил:— Женщина. Действительно мертва. Ее застрелили.— Миссис Сэнфорд пригласила меня на чай, — пояснила Полли. — Я подъехала к дому и позвонила у дверей. Никто мне не открыл, и я в конце концов вошла сама… и увидела ее… Я сразу же сообщила в полицию.— Служанка, видимо, вышла, господин лейтенант, — продолжал толстяк. — В доме никого нет, может быть, здесь побывал какой-нибудь бандит.— Возможно, — не слишком уверенно согласился лейтенант. — Сообщите дежурному полицейскому врачу, а затем постарайтесь найти мужа убитой.— Слушаюсь! — сержант повернулся и возвратился на виллу.— А теперь поговорим. — Лейтенант внимательно поглядел на Полли, предложил ей сигарету, чиркнул зажигалкой. — Понимаю, что вы пережили сильное потрясение. Мне жаль, что я должен сейчас мучить вас вопросами. Но… — тут лицо его осветилось приветливой обезоруживающей улыбкой. — Может быть, сначала я представлюсь: лейтенант Смит из отдела по расследованию убийств…— Ох! — громкий возглас, сорвавшийся с губ Дины, прервал лейтенанта на половине фразы. — А ваше имя?— Меня зовут Билл, — взглянул на нее лейтенант с видимым нетерпением, но не успел он снова повернуться к Полли, как Дина вскрикнула еще громче.— В чем дело? — полюбопытствовал лейтенант.— Такое странное совпадение…— Странно, что меня зовут Билл? Это имя носят миллионы людей.— Это правда. Но Билл Смит!— Наверное, миллион людей имеет имя Билл, а фамилию Смит. Что в этом удивительного?Дина не могла спокойно стоять от охватившего ее возбуждения.— Вы детектив, сэр, а наша мать как раз под таким именем… — Она замолчала. — Впрочем, это не имеет значения.— Деточка, я здесь на службе, — нахмурился лейтенант. — У меня нет времени на пустые разговоры. Прошу оставить меня в покое. Дети, идите домой.— Извините, сэр, я совсем не хотела вам помешать. Вы женаты?— Нет! — гаркнул лейтенант. Он еще пару раз раскрыл рот, словно желая что-то сказать, но так ничего и не произнес. — Деточка, — продолжил он, наконец" — прошу уйти домой. Марш! Марш! Убирайтесь отсюда.Но троица Кэрстейрсов даже не шевельнулась.— Свенсон уже вызвал врача, — доложил объявившийся вновь сержант О'Хара. — Мистер Сэнфорд еще раньше ушел из конторы, скоро должен появиться здесь. — Он перевел взгляд на детей. — Не беспокойтесь, господин лейтенант, я с ними справлюсь. Недаром сам девятерых вырастил.Подойдя к детям, он с грозным видом прорычал:— Ну, что вам здесь надо?!— Прошу не кричать на нас, — невозмутимо отпарировала Эйприл, выпрямившись во весь рост, составлявший целых пять футов и один дюйм, и отвечая толстяку смелым взглядом, — Мы пришли сюда потому, что услышали выстрелы.Лейтенант и сержант молча переглянулись.— Ты уверена, что это были выстрелы, а не автомобильные выхлопы? — мягко, почти ласково спросил лейтенант.Эйприл в ответ лишь пренебрежительно фыркнула.— Не думаю, — подхватил сержант нарочито небрежным тоном, — чтобы ты могла определить, в котором часу вы слышали выстрелы.— Конечно же могу. Я как раз вошла в дом, чтобы посмотреть, на часы — не пора ли ставить картошку. И тогда мы услышали выстрелы. Кого-то убили! Убили!!! — Голос Эйприл внезапно поднялся до крика, и, зарыдав, она бессильно опустилась на траву.Дина опустилась на колени рядом с ней, взывая: "Эйприл! Эйприл!"— Быстрее доктора! — крикнула Полли Уолкер, вскочив с автомобильной подножки.— Что случилось с девочкой? — встревожился побледневший лейтенант.Дина почувствовала, как Эйприл, не прекращая рыданий, сильно ее ущипнула. Медленно переводя взгляд кверху, она объяснила:— Это нервное потрясение, моя сестра очень слаба.— Доктора! — повторила Полли Уолкер. — Бедная малышка…Склонившаяся над сестрой Дина услышала от нее лишь единственное слово "Домой!", которое та прошептала тоном приказа. Дина снова взглянула на лейтенанта:— Отведу ее домой. Боюсь, начнется приступ…— Когда у Эйприл начинается приступ, — немедленно добавил Арчи, — она швыряет в людей все, что ей подвернется под руку.— Может быть, я ее донесу? — предложил Билл Смит.— Не надо. Она сможет дойти сама, — быстро отреагировала Дина, заметив предостерегающий взгляд Эйприл. — Это ей даже пойдет на пользу.Дина помогла подняться сестре, которая все еще громко всхлипывала.— Мы сами отведем ее домой. Мамуся знает, что нужно сделать.— Мамуся! — с подвыванием заголосила Эйприл. — Хочу к маме!— Очень хорошо. Отведите ее, пожалуйста, домой к маме. — Лейтенант отер с лица крупные капли пота. Потом он словно что-то припомнил: — Зайду к вам позже. Я хотел бы с вами поговорить.Всхлипывания бедняжки Эйприл уже затихали вдали, когда лейтенант сочувственно промолвил:— Бедная малышка.Сержант О'Хара холодно взглянул на него.— Я сам вырастил девятерых, — еще раз провозгласил он, — и хорошо знаю детей. Но такой бесстыдной симуляции в жизни не видывал, 'разве только в зале суда.Когда семейка оказалась за пределами видимости и слышимости оставшихся у виллы Сэнфор-дов, Эйприл остановилась и перевела дух.— Напомните мне, чтобы я отказалась от всего плохого, что говорила о преподавательнице театрального искусства.— Прежде всего напоминаю тебе, — сердито возразила Дина, — чтобы ты объяснила нам, зачем разыграла всю эту комедию.Арчи удивленно вытаращил глаза.— Оставь свои поучения, — запротестовала Эйприл. — Мы ведь самые важные свидетели, так как можем точно определить время преступления. Но сейчас мы не хотим устанавливать точное время. Может быть, понадобится обеспечить алиби кому-нибудь.— О-о-о! — протянула ошеломленная Дина. — Но кому?— Еще не знаю. Именно поэтому мы должны пока тянуть время.— Объясните мне! Объясните, объясните! — заорал Арчи, нетерпеливо подпрыгивая. — Не понимаю, о чем вы говорите!— Поймешь, когда станешь старше, — ответила Эйприл.У дверей дома все трое немного задержались, раздумывая, что делать дальше. Со второго этажа доносилось непрерывное стрекотание пишущей машинки.— Как-то все это уладится, — заключила Эйприл.В карих глазах Дины отразилось раздумье.— Я сама приготовлю сегодня обед, — прошептала она. — Мамусе не придется прерывать работу. Запеку кусочек свинины, сделаю имбирный соус, картофельное пюре, бататы в сахаре, приготовлю чудесный салат с острым сыром и горячие кукурузные оладьи.— Ты не умеешь готовить оладьи, — заметил Арчи.— У меня есть поваренная книга, и я умею читать. Сделаю еще сливочный крем. Мамуся очень любит крем. — Дина задумчиво кивнула. — Идемте лучше со мной на кухню, там сможем свободно поговорить. Нужно составить план действий. Речь идет об очень важных вещах.ГЛАВА 2Мариан Кэрстейрс — а, вернее, пока что Дж. Дж. Лейн — обвела взглядом стол и пересчитала свои чада. Все трое были на месте, и она облегченно вздохнула.Стол, накрытый чистой кружевной скатертью и озаренный свечами, украшала стоявшая посредине ваза, полная великолепных желтых роз. Свинина, слегка приправленная кореньями, оказалась сочной и мягкой, бататы плавали в густом коричневом сиропе, кукурузные оладьи были горячие и воздушные, а изобретательно скомпонованный салат просто превосходен.Эйприл — это золотое дитятко — принесла наверх перед обедом рюмочку хереса и так ласково, так мило заговорила с матерью!— Мамуся, голубой халатик идет тебе гораздо лучше. Позволь, я сегодня сама уложу тебе волосы. Обязательно подкрась губы. Как приятно видеть тебя за столом такой привлекательной.И в завершение:— Сделай это для меня, мамуся, укрась волосырозой!Кто еще, какая мать могла бы похвалиться такими чудесными детьми? Мариан растроганно глядела на свою троицу — какие они добрые, умные и красивые! Лучезарно улыбаясь им, она в душе горько упрекала себя, что могла обидеть этих ангелочков хотя бы малейшим подозрением.И все-таки… Умилительная эта картина что-то напоминала. Уже не первый раз ей случалось наблюдать такую идиллию. Наученная опытом прошлого, Мариан не могла избавиться от подозрения, что в любой момент дети выступят с каким-нибудь необычным проектом. Мариан снова вздохнула, но уже менее радостно. Всякий раз это были очень привлекательные и понятные, но, к сожалению, чересчур рискованные, слишком дорогостоящие либо прерывающие ее рабочий ритм проекты. Чаще же всего в них сочетались все три недостатка одновременно.— Вувсусе вув пупорурядудкуке? — обратилась Дина к Эйприл.— Абубсусолулютутнуно, — весело отозвалась та.— Пожалуйста, говорите по-человечески! — воззвала к ним Мариан, стараясь выглядеть построже.— Да ведь это и есть по-человечески! — крикнул Арчи. — На языке мум-мум. Я сейчас все объясню маме, — похвалился он с сияющей улыбкой. — Нужно только каждую букву…— Мумолулчучи, — быстро проговорила Эйприл, дав брату пинка под столом. Арчи легонько ойкнул и сразу же присмирел.После обеда Эйприл подала кофе в маленькую гостиную, а усердный и преисполненный готовности Арчи принес сигареты, спички и пепельницу. Мариан все более утверждалась в своих подозрениях. Но как можно не верить невинному взгляду больших глаз маленькой Эйприл?— Мамуся, наверно, страшно устала, — выразила сочувствие Дина. — Может быть, принести скамеечку? — И, не дожидаясь ответа, подставила скамеечку под ноги матери.— Мамуся не должна так зарабатываться, — утвердительно произнес Арчи.— Правда, — поддержала Эйприл. — Мамусе надо как-то развлечься. А лучше всего, если бы развлечение помогло работе.Мариан словно окаменела. Ей припомнились уроки подводного плавания, которые брала вся семья якобы с целью изучения "реальных условий". Впрочем, надо признать, в результате возникла одна из самых читаемых книжек Дж. Дж. Лейна — тайна пронзенного кинжалом мужчины, оказавшегося в костюме для подводного плавания… И все же…— Мамуся, — живо продолжила Эйприл, — если бы какую-то особу нашли мертвой в ее собственной гостиной и если бы спустя несколько минут к дому подъехала кинозвезда и сказала, что ее пригласили на чай, и если бы кто-то слышал два выстрела, а та особа была убита только одной пулей, и если бы ее муж исчез и не имел алиби, хотя ни та звезда, ни этот муж не виноваты… — Здесь Эйприл не хватило дыхания, она поперхнулась и кончила вопросом — …то кто, по мнению мамы, убил ту особу?— Господи Боже мой, — удивилась Мариан, — где ты вычитала всю эту белиберду?Арчи захохотал, подпрыгивая на диванных подушках.— Это совсем не чепуха! — закричал она во все горло. — И вовсе мы этого не читали. Мы это видели!— Арчи! — строго призвала к порядку Дина и, обращаясь к матери, объяснила: — Это все произошло на соседней вилле. Сегодня после полудня.Мариан Кэрстейрс широко раскрыла глаза, но затем нахмурилась.— Чепуха. На сей раз я не попадусь на эти ваши штучки.— Честное слово! — заверила ее Эйприл. — Все это правда. Об этом уже написано в вечерней газете. — Она повелительно взглянула на брата: — Принеси газету, лежит в кухне на столе.— Почему всегда я? — обиделся Арчи, но все же выбежал из комнаты.— Миссис Сэнфорд? — поразилась Мариан. — Эта женщина! Кто же ее убил?— Вот именно: кто? — повторила Эйприл. — Никто не знает. У полиции есть какая-то глупая версия, но полиция, как всегда, ошибается.Все наклонились к газете, лежащей на столике между чашками. В ней были фотографии виллы Сэнфордов, самой Флоры Сэнфорд и ее исчезнувшего мужа Уоллеса. Эффектное изображение Полли Уолкер снабжено надписью: "Кинозвезда находит труп".— Полли Уолкер — не звезда, — отметила Мариан, — а просто молодая актриса.— Теперь уже звезда, — возразила Эйприл с полным знанием дела, — по крайней мере, в прессе.Уоллес Сэнфорд вышел из конторы раньше, чем обычно, и пригородным поездом прибыл в район своего проживания в шестнадцать часов сорок семь минут. Однако с этого момента никто его больше не видел, и полиция объявила розыск. Полли Уолкер обнаружила труп и известила полицию в семнадцать часов. Следов ограбления или насилия не выявлено.— И это на соседней вилле! — прошептала Мариан.При этих ее словах у троицы разгорелись глаза.— Вот это был бы номер! — сказала Дина Эйприл. — Какую рекламу сделала бы мамуся своим книжкам, если бы раскрыла убийцу и разрешила загадку.— Нет никакой загадки, — объявила Мариан, складывая газету. — Полиция, скорее всего, без труда найдет мистера Сэнфорда. В такого рода делах она действует достаточно умело.— Но, мамуся, это сделал, несомненно, не мистер Сэнфорд, — произнесла Дина.— А кто? — Мариан удивленно взглянула на нее.— В том-то и загадка. — Набрав в грудь воздуха, Эйприл приступила к продолжительному объяснению. — Ты сама знаешь, что полиция всегда подозревает кого-нибудь в совершении преступления, а в данном случае — бедного мистера Сэнфорда. Но всегда оказывается, что подозреваемый невиновен. Раскрыть убийцу должен кто-то другой, не полиция. Кто-то вроде Дона Дрекслера из книжек Дж. Дж. Лейна.Мариан осенило. Она поняла абсолютно все, включая кукурузные лепешки и розы на обеденном столе. По крайней мере, ей казалось, что поняла.— Послушайте, дети, — голос ее звучал решительно и очень строго. — Совершенно очевидно, что мистер Сэнфорд застрелил жену и пытается скрыться от полиции. Откровенно говоря, не могу строго осуждать его, ибо Флора была действительно ужасной женщиной. Но это дело полиции, а меня оно не касается. — Мариан взглянула на часы. — Мне пора снова приниматься за работу.— Мамуся! — простонала Дина. — Умоляю," подумай об этом. Разве ты не понимаешь, какой этоудобный случай?— Я понимаю одно — нужно зарабатывать нам на жизнь, — возразила Мариан. — Через неделю я должна представить издателю рукопись, а она готова не больше, чем на две трети. У меня нет времени вмешиваться в чужие дела. А если бы время и было, мне не хотелось бы впутываться в такие истории.Огорченная Дина не сдалась. Когда не помогают словесные аргументы, в запасе остаются слезы Эйприл. Они всегда приносили желаемый эффект.— Мамуся, подумай, что за реклама! Сколько твоих книжек купили бы люди! А тогда…Но тут прозвучал дверной звонок, и Арчи побежал открыть дверь. В дом вошел лейтенант Билл Смит в сопровождении сержанта О'Хара.Эйприл окинула мать молниеносным взглядом. Все в полном порядке, ее вид растрогал бы даже медведя. Роза над ухом прикрывала поседевшую прядь волос, губная помада еще не стерлась, голубой халатик выглядел неотразимо.— Простите за беспокойство, — извинился Билл Смит. — Мы из полиции.Он назвал себя и представил сержанта О'Хара.— Чем могу служить? — холодный тон Мариан явно давал понять, что гости пришли не вовремя. Она не пригласила их пройти в комнату, не предложила сесть, но зато выразительно взглянула на часы.Дина вздохнула. Мать становится совершенно невыносимой, когда ею овладевает рабочее настроение! Обаятельно улыбаясь, Дина обратилась к вошедшим:— Пожалуйста, присаживайтесь. Поблагодарив Дину и усевшись, лейтенант восхищенно оглядел комнату.— Не хотите ли кофе? — прощебетала Эйприл, но не успел лейтенант раскрыть рот, как его опередил сержант:— Спасибо, нет. Мы здесь на службе.— На соседней вилле сегодня произошло убийство, — кашлянув, произнес Билл Смит. — Мы ведем расследование этого дела.— Об этой истории я узнала из газеты всего лишь пару минут назад. Боюсь, что ничем не смогу вам помочь. Все время после полудня я выполняла срочную работу. И я ее сегодня еще не закончила.Мариан демонстративно выделила последнюю фразу.— Мамуся пишет детективные повести, — с готовностью пояснила Дина. — Первоклассная сенсация.— Я не читаю детективных повестей, — сдержанно проинформировал Билл Смит.1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30