А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Ларкин Патрик

Прикрытие-Один - 06. Московский вектор


 

Здесь выложена электронная книга Прикрытие-Один - 06. Московский вектор автора по имени Ларкин Патрик. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Ларкин Патрик - Прикрытие-Один - 06. Московский вектор.

Размер архива с книгой Прикрытие-Один - 06. Московский вектор равняется 204.04 KB

Прикрытие-Один - 06. Московский вектор - Ларкин Патрик => скачать бесплатную электронную книгу



Прикрытие-Один – 06

OCR Дени
«Роберт Ладлэм. Московский вектор»: Эксмо; Москва; 2006
ISBN 5-699-18305-1
Оригинал: Robert Ludlum, “The Moscow Vektor”
Перевод: Ю. Волкова
Аннотация
Русский доктор Валентин Петренко сумел только прикоснуться к тайне. Больше ничего он сделать не успел — поскольку был жестоко убит. Теперь американскому военному медику подполковнику Смиту, агенту сверхсекретной разведслужбы «Прикрытие-один», придется самому расследовать причины загадочных смертей политических деятелей со всего мира, вызванных атакой нового, практически неуловимого и дьявольски быстродействующего вируса. Но Смит сумел узнать главное — следы ведут в Москву!
Роберт Ладлэм, Патрик Ларкин
Московский вектор
Пролог
14 февраля, Москва
Вдоль тротуаров на Тверской улице, центральной магистрали в одном из важнейших деловых районов российской столицы, высились кучи снега, черного от выхлопных газов и промышленных выбросов. Пешеходы, тепло укутанные в поздний морозный час, шли по освещенному фонарями обледенелому асфальту. Мимо в обоих направлениях с ревом неслись потоки легковушек, грузовиков и автобусов. Под зимними шинами хрустели песок и соль, во избежание гололеда рассыпанные по многорядной дороге.
Врач Николай Кирьянов торопливо шагал по правой стороне улицы на север, стараясь не выделяться в толпе. Каждый раз, когда прохожий, молодой или старый, мужчина либо женщина, на ходу задевал его, Кирьянов вздрагивал и подавлял в себе порыв отскочить и со всех ног броситься прочь. Стоял трескучий мороз, но по лбу Кирьянова из-под меховой шапки стекали струйки пота.
Высокий сухопарый патологоанатом нес под мышкой подарочную коробку, борясь с желанием спрятать ее за пазуху от посторонних глаз. День святого Валентина вошел в список местных праздников сравнительно недавно, но пользовался среди россиян все большей популярностью: многие пешеходы, не только Кирьянов, держали в руках коробки с печеньем или шоколадом для жен и подруг.
«Спокойно! — строго велел себе врач. — Бояться нечего. Никто ни о чем и не догадывается. О наших планах знаем пока только мы».
«Какого же черта ты шарахаешься от каждой бледной тени? — бесстрастно прозвучал в его голове тонкий голосок. — А об испуганных взглядах и странных физиономиях коллег неужели забыл? И о телефонных звонках — каждый раз, как только ты поднимал трубку, связь обрывалась».
Кирьянов оглянулся, почти боясь обнаружить за спиной отряд людей в форме — милиционеров. Однако увидел лишь погруженных в личные заботы и тревоги, спешащих спрятаться от лютого мороза москвичей. На миг приободрившись, он повернул голову и едва не натолкнулся на низкорослую толстую старуху с полными продуктов пакетами в руках.
Та обвела его гневным взглядом и что-то проворчала себе под нос.
— Извините, бабуля! — пролепетал Кирьянов, огибая ее. — Прошу прощения.
Старуха плюнула патологоанатому под ноги и снова метнула в него злобный взгляд. Кирьянов поспешно продолжил путь, чувствуя, как пульс бьется где-то в ушах.
Впереди в сгущавшихся сумерках горели неоновые рекламы, ярко контрастируя с серостью массивных жилых зданий и гостиниц, возведенных в эпоху сталинизма. Кирьянов выдохнул. До кофейни, где он договорился встретиться с проявившей к делу интерес американской журналисткой, Фионой Девин, теперь рукой подать. В кафе Кирьянову осталось вручить ей материалы, ответить на все вопросы, а после спокойно бежать домой, в свою небольшую квартирку. Он прибавил шагу, мечтая поскорее оставить секретную встречу в прошлом.
Кто-то с силой толкнул его сзади в сторону черной ледяной глыбы. Кирьянов пошатнулся. Резко вскинул руки, потерял равновесие, повалился назад. Ударился головой о скованный льдом тротуар и, оглушенный волной адской боли, почти потерял сознание. Охая, он пролежал в немом оцепенении несколько бесконечных секунд.
Потом вдруг почувствовал на плече прикосновение чьей-то руки и, морщась, раскрыл глаза.
Светловолосый человек в дорогом на вид шерстяном пальто, опустившись на колени, многословно извинялся:
— Простите, очень вас прошу! Больно? Какой же я неуклюжий! Неуклюжий донельзя! — Он схватил пятерню Кирьянова обеими руками в перчатках. — Давайте, я помогу вам подняться.
Патологоанатом почувствовал, как нечто острое вонзается в его плоть. Раскрыв рот, чтобы закричать, он с ужасом осознал, что не в состоянии даже дышать. Легкие парализовало. Еще одна отчаянная попытка втянуть в себя столь драгоценный воздух не увенчалась успехом. Ноги и руки врача задергались в предсмертной агонии, он впился взглядом в склонившегося над ним Блондина.
Тонкие губы того тронула полуулыбка.
— Прощайте, доктор Кирьянов, — пробормотал он. — Надо было следовать указаниям и держать язык за зубами.
Захваченный в плен тела, которое больше не желало его слушаться, Николай Кирьянов замер, беззвучно крича, а мир вокруг погрузился в бездну кромешной тьмы. Сердце патологоанатома еще с несколько мгновений отчаянно трепетало, потом навек остановилось.
* * *
Блондин еще секунду смотрел на мертвеца, затем, притворившись пораженным и встревоженным, вскинул голову и оглядел лица собравшихся вокруг.
— С ним что-то страшное. Видимо, какой-то приступ.
— Или слишком сильно ударился, когда упал. Надо вызвать врача, — сказала модно одетая молодая дама. — И милицию.
Блондин живо закивал.
— Да-да, вы правы. — Он осторожно снял с руки перчатку и достал из кармана пальто сотовый. — Я позвоню.
Спустя пару минут у обочины остановилась красно-белая машина «Скорой помощи». Синяя мигалка на ее крыше осветила толпу зевак; по тротуару и стенам зданий заплясали кривые тени. Из задних дверей «Скорой» выпрыгнули два высоких крепких санитара с носилками, вслед за ними — довольно молодой, усталый на вид человек в помятом белом халате и узком красном галстуке. В руке он держал черный медицинский чемоданчик.
Врач склонился над Кирьяновым. Осветил фонариком застывшие широко раскрытые глаза, проверил пульс. Покачал головой.
— Бедняга мертв. Ему уже не поможешь. — Он взглянул на людей вокруг. — Ничем. Кто видел, что произошло?
Блондин многозначительно пожал плечами.
— Несчастный случай. Мы столкнулись, он поскользнулся, упал и ударился об лед. Я хотел поднять его на ноги... но ему вдруг... гм... будто не хватило воздуха. Это все, что я могу сказать.
Врач нахмурился.
— Понятно. Боюсь, вам придется проехать с нами в больницу. Заполните кое-какие бумаги. Потом дадите официальное показание милиции. — Он посмотрел на других свидетелей. — А остальные? Кто-нибудь заметил еще что-нибудь важное?
Толпа ответила молчанием. Зеваки уже медленно отступали назад и по одному либо парами расходились в разные стороны. Нездоровое любопытство было удовлетворено; желания убить вечер, отвечая на обескураживающие вопросы в мрачном отделении милиции, не возникло ни у кого.
Молодой врач фыркнул и подал знак санитарам с носилками.
— Грузите. Поехали. Нет смысла торчать на морозе.
Тело Кирьянова быстро положили на носилки и занесли в машину. Один из санитаров, врач и Блондин сели в салоне, возле трупа. Второй санитар с шумом закрыл за ними двери и забрался в кабину. Включив мигалку, машина тронулась с места, влилась в автомобильный поток Тверской улицы и устремилась на север.
Наконец-то скрывшись от любопытных зевак, доктор проворно обшарил карманы мертвеца, проверил, нет ли тайников под одеждой, обследовал бумажник и удостоверение врача, отбросил их. И, насупившись, посмотрел на товарищей.
— Ничего. Ровным счетом ничего. Ублюдок чист.
— Загляни-ка сюда, — бесстрастно предложил Блондин, бросая ему коробку Кирьянова.
Врач поймал ее, разорвал оберточную бумагу, поднял крышку. Из коричнево-желтых папок прямо на тело посыпались документы. Бегло просмотрев их, врач довольно кивнул.
— Копии выписок из историй болезни. Отлично. Задание, можно считать, выполнено.
Блондин сдвинул брови.
— По-моему, рановато ты радуешься.
— Почему это?
— А где украденные образцы крови и тканей? — спросил Блондин, щуря холодные серые глаза.
Врач посмотрел на пустую коробку в руке.
— Черт! — Он в смятении вскинул голову. — У Кирьянова есть сообщник. Образцы у него.
— Похоже на то, — согласился Блондин и, снова достав из кармана телефон, набрал введенный в память номер. — Я Москва-1. Срочно свяжите меня с Прагой-1. У нас проблемы...
Часть I
Глава 1
15 февраля, Прага, Чешская Республика
Подполковник Джонатан Смит, доктор медицины, задержался в тени под аркой древней готической башни, что высилась на восточном берегу реки у подножия Карлова моста. Мост, длиной почти в треть мили, соорудили более шестисот лет назад. Он тянется через Влтаву, соединяя Старе Място — Старый город — и Мала-Страну. Смит долго стоял, внимательно рассматривая пространство перед собой.
Подполковник нахмурился. Для такой встречи он предпочел бы другое место — оживленнее и с подходящими прикрытиями. По более новым и широким пражским мостам ездили трамваи и автотранспорт, Карлов же берегли для тех, кому доставляло удовольствие переходить через Влтаву пешком. В унылые предвечерние часы тут практически никого не было.
Знаменитый мост почти в любое время года считался одной из основных пражских достопримечательностей, благодаря его изяществу и красоте тут постоянно собирались толпы туристов и уличных торговцев. Сейчас же Прагу окутывал зимний туман, было зябко, сыро, повсюду в долине извилистой реки пахло затхлостью и нечистотами. Грациозные силуэты дворцов, церквей, жилых зданий, выполненных в стиле ренессанс и барокко, казались из-за серой мглы размытыми, нечеткими.
Содрогнувшись от промозглого зимнего холода, Смит застегнул «молнию» на кожаной куртке и зашагал к мосту. Подполковник был рослым человеком приятной наружности. Сорока с небольшим лет, широкоскулый, с гладко зачесанными темными волосами и зоркими голубыми глазами.
Сначала его шаги приглушенно отдавались от парапета, потом все звуки поглотил туман с реки. Вскоре концов моста было уже не различить. Прохожие, в основном государственные служащие и продавцы, внезапно выныривали из густо-серой пелены, проходили мимо, даже не глядя на Смита, и так же неожиданно исчезали.
Смит шел вперед. Карлов мост с обеих сторон украшали тридцать статуй праведников — безмолвно-недвижимые фигуры, неясно вырисовывающиеся в густом тумане. По ним-то, установленным на массивных опорах, Смиту и предстояло определить, где следует ждать. Достигнув середины моста, он остановился и взглянул на умиротворенный лик святого Яна Непомуцкого, духовника, замученного до смерти в 1393 году и сброшенного в реку с этого самого моста. В одном месте потемневшая от времени бронза ярко блестела — бесчисленные прохожие прикасались к святому, веря, что он поможет обрести счастье.
Повинуясь порыву, Смит тоже подался вперед и провел по архитектурному изображению пальцами.
— Не думал, что ты суеверен, Джонатан, — раздался у него за спиной негромкий утомленный голос.
Смит повернулся, смущенно улыбаясь.
— Это я так, Валентин. На всякий случай.
Врач Валентин Петренко, крепко держа в обтянутой перчаткой руке черный портфель, подошел ближе. Российский медик был на несколько дюймов ниже Смита и более крепкого телосложения. Он часто моргал, его печальные карие глаза прятались за толстыми линзами очков.
— Спасибо, что согласился встретиться со мной за пределами конференц-зала. Наверное, я нарушил твои планы?
— Не беспокойся, — ответил Смит. Его губы искривила улыбка. — Лучше пообщаться с тобой, чем несколько часов подряд ломать голову над тем, что же конкретно хотел сказать в своем докладе об эпидемии тифа и гепатита "А" доктор Козлик.
Задумчивые глаза Петренко на миг повеселели.
— Доктор Козлик оратор неважный, — согласился он. — Но теорию развивает по большому счету серьезную.
Смит кивнул, терпеливо ожидая, когда же Петренко объяснит, зачем устроил эту таинственную встречу. Оба приехали в Прагу на крупную международную конференцию, посвященную распространявшимся в странах Восточной Европы и в России инфекциям. Смертельные болезни, на которые в развитом мире давно нашли управу, вызрев за десятилетия в запущенности старых коммунистических порядков, разносились по территории бывшей Советской империи с пугающей скоростью.
Петренко и Смит активно участвовали в предотвращении катастрофы. Джон Смит, помимо всего прочего, был высококвалифицированным микробиологом при Медицинском научно-исследовательском институте инфекционных заболеваний Армии США в Форт-Детрике, Мэриленд. Петренко числился в штате Центральной клинической больницы в Москве как эксперт по редким болезням. Они много лет знали и уважали друг друга за профессионализм и редкий ум. Потому-то, когда несколько встревоженный Петренко отвел сегодня Смита в сторону и попросил о встрече после докладов, тот, не раздумывая, согласился.
— Мне нужна твоя помощь, Джон, — проговорил наконец Петренко. Он явно волновался. — У меня есть ценные сведения, которые необходимо передать компетентным западным специалистам.
Смит пристально посмотрел на него.
— Что за сведения, Валентин?
— О вспышке заболевания в Москве... Нового... С подобным я еще не сталкивался, — тихо произнес Петренко. — На меня эта болезнь нагоняет страх.
По спине Смита пробежал холодок.
— Продолжай.
— Первого пациента я увидел два месяца назад, — сообщил Петренко. — Ребенка, семилетнего мальчика. Поступил к нам с высокой температурой и жалобами на сильные боли. Лечащие врачи решили было, что это типичный грипп. Но состояние мальчика внезапно ухудшилось. У него стали выпадать волосы, тело сплошь покрылось кровоточащими язвами, он обессилел. В итоге печень, почки и наконец сердце — у него все отказало.
— Боже!.. — пробормотал Смит. — Да ведь это симптомы лучевой болезни!
Петренко кивнул.
— Да, сначала мы тоже так подумали. — Он пожал плечами. — Но радиационных источников, которые могли бы на него воздействовать, не обнаружилось. Ни в доме больного. Ни в школе. Нигде.
— Заболевание инфекционное? — спросил Смит.
— Нет. — Русский решительно покачал головой. — Мальчик никого не заразил. Ни родителей, ни друзей, ни работников больницы. — Он поморщился. — Мы провели все возможные тесты, однако не обнаружили ни одной из известных вирусных либо бактериальных инфекций. Не дало положительных результатов и химико-токсикологическое исследование — смерть ребенка вызвана не ядами и не вредными препаратами.
Смит негромко свистнул.
— Ужасно.
— Просто мороз по коже, — согласился Петренко. Все так же крепко держа в руке портфель, российский ученый снял очки, суетливо протер их и вновь надел. — Спустя некоторое время в больницу поступили другие пациенты с теми же страшными симптомами. Сначала старик, бывший аппаратчик компартии. Потом женщина средних лет. И наконец молодой человек, чернорабочий — до недавнего времени был здоров, как бык. Все умерли в муках буквально через несколько дней.
— В общей сложности всего четверо?
На губах Петренко мелькнула горькая улыбка.
— Мне известно лишь о четверых, — произнес он тихо. — Не исключено, что пострадали не только они. Чиновники из Министерства здравоохранения ясно дали нам понять: мы не должны задавать слишком много вопросов, дескать, дабы не «возбуждать панику среди населения». И во избежание сенсационных сообщений в средствах массовой информации.
Разумеется, мы обратились в высшие инстанции, но на требования провести более серьезное расследование нам ответили отказом. Даже разговаривать об этом позволили лишь с ограниченным кругом ученых. — Глаза Петренко погрустнели еще сильнее. — Один кремлевский служащий вообще заявил мне, мол, четыре необъяснимые смерти — дело обычное, «всего лишь фоновый шум». Посоветовал сосредоточить внимание на СПИДе и прочих болезнях, от которых в России-матушке гибнет так много народа. В общем, на сегодняшний день все, что касается загадочных смертей, — государственная тайна, достояние бюрократов.
— Идиоты! — процедил сквозь зубы Смит. — Ведь попытка утаить появление нового заболевания может привести прямиком к чудовищной эпидемии.
— Возможно, — ответил Петренко, пожимая плечами. — Но я не намерен плясать под их дудку. Потому и принес вот это. — Он бережно прикоснулся к портфелю. — Здесь все необходимые документы по четверым пациентам, образцы их крови и отдельных тканей. Надеюсь, вы с коллегами на Западе успеете разобраться в механизмах развития странной болезни, пока еще не слишком поздно.
— А что станет с тобой, если российское правительство узнает-таки, что именно ты передал нам сведения? — спросил Смит. — Можешь себе представить?
— Об этом и думать страшно, — признался русский. — Поэтому я и решил сообщить тебе о болезни с глазу на глаз. — Он вздохнул. — Судьба России вызывает у меня все больше опасений, Джон. Боюсь, наши руководители решили, что в управлении важнее запугивание и диктат, а не здравый смысл и увещевания.
Смит понимающе кивнул. Развитие событий в России все сильнее пугало его и настораживало. Президент страны, Виктор Дударев, некогда служил в Комитете государственной безопасности СССР, работал в Восточной Германии. После распада Советского Союза поспешил примкнуть к реформаторам и превратился в одну из центральных политических фигур обновленной России. Сначала стал директором ФСБ, нынешнего органа безопасности, спустя время — председателем правительства и, наконец, одержал победу на выборах и занял пост главы государства. Некоторые из россиян по сей день отчаянно верили в то, что Дударев — истинный поборник демократического порядка.
Дударев оказался совсем иным. Укрепившись в президентском кресле, бывший кагэбэшник незамедлительно скинул маску, и страна увидела, что выбрала в правители не борца за идеи демократии, а человека, увлеченного достижением личных корыстных целей. Сосредоточить максимум власти в руках — своих и приспешников — вот к чему в основном стремился Дударев.
Новым независимым теле-, радиокомпаниям и печатным изданиям он тотчас подрезал крылья, а со временем перевел их под полный контроль государства. Представителей местных властей, чье мнение в том или ином вопросе шло вразрез с кремлевским, уволил, издав соответствующий указ, либо лишил средств по сфабрикованным делам о неуплате налогов. Оппонентов угрозами заставил молчать или же при помощи карманных СМИ вовсе убрал с политической арены.
Сатирики окрестили Дударева «Царем Виктором». Теперь шутка все больше отражала жестокую действительность и уже не вызывала смеха.
— Сделаю все возможное, чтобы о тебе ничего не узнали, — пообещал Смит. — Но кто-то в вашем правительстве непременно следит за сохранностью информации, и рано или поздно, когда о болезни заговорят открыто, на тебя падет подозрение. А заговорят о болезни в ближайшем будущем. — Он многозначительно посмотрел на коллегу. — Может, тебе уехать вместе с документами?
Петренко вскинул бровь.
— Попросить политического убежища?
Смит кивнул.
Русский медик покачал головой.
— Нет, не хочу. — Он пожал плечами. — Несмотря на все свои грехи, я был, есть и навек останусь россиянином. Не брошу родину из-за страха. — Он грустно улыбнулся. — Как там говорят философы? Чтобы зло восторжествовало, добропорядочным людям стоит лишь опустить руки? По-моему, верно сказано. Нет, я останусь в Москве, продолжу, как могу, бороться с безумием.
— Prosim, muzete mi pomoci? — прозвучало из тумана.
Вздрогнув, Смит и Петренко повернули головы.
На расстоянии каких-нибудь нескольких футов от них стоял с протянутой рукой, будто прося денег, моложавый на вид человек с весьма суровой физиономией. В мочке его правого уха, проглядывая сквозь длинные, сальные, спутанные темные волосы, блестел крошечный серебряный череп. Вторую руку незнакомец держал в кармане черного пальто. Прямо за его спиной темнели фигуры еще двоих — в похожих одеждах, такого же мрачного вида. И в их ушах поблескивали выполненные в форме черепов серьги. Охваченный дурным предчувствием, Смит шагнул вперед, загораживая плечом невысокого российского ученого.
— Prominte. Простите, — произнес он. — Nerozumim. He понимаю. Mluvite anlicky? По-английски говорите?
Волосатик медленно опустил руку.
— Вы американец, так?
Оттого, каким тоном он задал вопрос, Смита взяла злоба.
— Верно.
— Чудесно. Все американцы богачи, а я бедный. — Взгляд темных глаз Волосатика перескочил на Петренко и вновь устремился на Смита. Он обнажил зубы в неожиданной хищнической усмешке. — И вы согласитесь отдать мне портфель приятеля. В качестве подарка, правильно?
— Джон, — встревоженно пробормотал русский из-за спины Смита. — Они не чехи.
Волосатик услышал его.
— Доктор Петренко прав. Какая проницательность! — Резкое движение, и в руке, которую он до сих пор прятал в кармане, Петренко и Смит увидели складной нож. Секунда, и нож раскрылся. Лезвие было острым точно бритва. — Но портфель вы мне все же отдадите. Сию минуту.
Проклятие, подумал Смит, глядя на мрачную троицу, уже двинувшуюся вперед, чтобы заключить жертв в кольцо. Он сделал осторожный шаг назад и уперся в каменный, спокойно созерцающий Влтаву парапет. Плохи дела, пронеслась в голове пугающая мысль. Попасться без оружия, в густом тумане. Их больше. Плохо, очень плохо.
Когда Волосатик столь небрежно и с такой уверенностью назвал фамилию Петренко, надежда отдать портфель и уйти целым и невредимым вмиг покинула Смита. Мерзавцы не просто уличные хулиганы. Если Смита не подвело чутье, они — истинные профессионалы. Такие не оставляют свидетелей в живых.
Он заставил себя едва заметно улыбнуться.
— Гм... Конечно... То есть, если это настолько важно. Главное, чтобы никто не пострадал, согласны?
— Разумеется, приятель, — ответил обладатель ножа, продолжая зловеще скалиться. — Пусть только чудесный доктор отдаст нам портфель.
Смит под стук учащенно бьющегося сердца набрал в легкие воздуха. Жизнь вокруг как будто замедлила ход, когда в кровь хлынул адреналин и ускорилась реакция. Пригнуться к земле. Давай!
— Policii! Полиция! — заорал он что было мочи. И еще раз, пронзая тягучее туманное безмолвие: — Policii!
— Идиот! — прорычал Волосатик, устремляясь к Смиту и выбрасывая вперед руку с ножом.
Смит успел увернуться. Лезвие просвистело прямо у его лица. Слишком близко! Он нанес мощный удар по скоплению нервных окончаний на внутренней стороне неприятельского запястья.
Волосатик взревел от боли. Нож вылетел из его внезапно онемевших пальцев и поскакал по мосту в сторону. Двигаясь ловко и быстро, Смит развернулся и изо всех сил двинул противнику локтем в узкое лицо. Хрустнула кость, в воздухе вспыхнула россыпь кровавых капель. Волосатик, вопя и шатаясь, отступил назад, опустился на колено и принялся ощупывать сломанный нос.
Второй мерзавец, тоже с ножом, обогнув вожака, бросился на Смита. Американец резко наклонился, уходя от удара, и заехал обидчику в солнечное сплетение. Нападающий от приступа безумной боли сложился пополам. Смит, пока противник не пришел в себя, схватил его сзади за пальто и швырнул головой вперед к каменному парапету. Тот упал лицом вниз и так и остался лежать — не шевелясь, не издавая ни звука.
— Джон! Берегись!
Услышав крик Петренко, Смит молниеносно повернул голову. Российский ученый, неистово и бессистемно размахивая перед собой портфелем, отбивался от третьего подонка. Внезапно яростный огонь в глазах Петренко погас, сменившись совершенным ужасом. Врач опустил голову и взглянул на свой живот, откуда торчал вогнанный по рукоять нож.
Послышался одиночный выстрел, по мосту раскатилось гулкое эхо.
Во лбу Петренко заалела кровавая дыра. Из затылка вылетели осколки черепной кости и брызги мозгового вещества, выбитые девятимиллиметровой пулей. Глаза врача закатились. Умирая, но и теперь не выпуская из рук портфель, он пошатнулся, упал на парапет и полетел вниз, в реку.
Краем глаза Смит заметил, что первый его противник поднимается на ноги. Лицо Волосатика было красным от крови, алые капли задерживались на щетине и летели вниз. В темных глазах пылала ненависть, в руке он держал пистолет — старенький «Макаров» советского производства. По неровной поверхности моста медленно, как в кино, катилась стреляная гильза.
Американец предельно напрягся, уже понимая: шансов почти нет. Противник слишком далеко, добраться до него не было возможности. Смит рванул в сторону и нырнул через парапет в густой туман. Опять прогремели выстрелы. Первая пуля пронеслась у Смита прямо над головой, вторая врезалась в куртку, чиркнула по коже, и плечо опалила адская боль.
Он пробил речную поверхность, подняв облако брызг и пены, вошел в ледяную, чернильно-черную воду. И устремился вниз — в самую глубь непроглядной тьмы и абсолютного безмолвия. Подполковника подхватило быстрое течение Влтавы, и, дергая за порванную куртку, за руки и ноги, швыряя из стороны в сторону и крутя, понесло на север, прочь от каменных мостовых быков.
Легкие Смита пылали, требуя воздуха. Превозмогая себя, он принялся грести и вырвался-таки из леденящих объятий бурной воды. Его голова наконец показалась на поверхности, и, жадно ловя ртом воздух, в котором его организм так остро нуждался, подполковник на какое-то время позволил себе расслабиться.
Потом, все еще плывя по течению, повернул голову и посмотрел назад. Карлов мост из-за тумана было уже не рассмотреть. Тут и там раздавались крики и взволнованные голоса. По-видимому, звуки выстрелов изрядно напугали расслабившихся в предвечерний час пражских жителей. Смит выплюнул попавшую в рот воду, повернул в сторону, устремившись к восточному берегу, борясь с течением, упорно пытавшимся увлечь его дальше за собой. Выбраться из воды следовало как можно быстрее — пока со зверским холодом не ушли остатки сил. Когда мороз, пробравшись сквозь пропитанную водой одежду, принялся жечь тело, у Смита застучали зубы.
В минуту отчаяния ему показалось, что до покрытого туманной пеленой берега уже не дотянуть. Сознавая, что времени у него в обрез, Смит собрался с силами и в последний раз рванул вперед. Наконец руки его коснулись тины и гальки — берег! В неимоверном напряжении подполковник выбрался из Влтавы на узкую полосу жухлой травы под аккуратно остриженными деревьями.
Трясясь от холода, чувствуя страшную боль в каждой мышце, он лег на спину и уставился в хмурое серое небо. Время шло. Смит отдался в руки судьбы, слишком изнуренный, чтобы действовать дальше.
Кто-то испуганно ахнул. Смит моргнул и повернул голову. На него во все глаза боязливо и изумленно смотрела миниатюрная старушка, закутанная в шубку. Из-за ног ее выглядывала, с любопытством водя носом, крохотная собачка. Воздух вокруг темнел с каждой секундой.
— Policii! — с трудом произнес сквозь стучащие зубы Смит.
Старушка расширила глаза.
Насилу оживив в памяти неважные познания в чешском, Смит прошептал:
— Zavolejte policii. Вызовите полицию.
Не успел он добавить и слова, как его поглотила быстро сгустившаяся тьма.
Глава 2
Штаб Северного оперативного командования, Чернигов, Украина
Чернигов много веков называли «княжеским городом». Он служил укрепленной столицей огромного и могущественного княжества в самом сердце Киевской Руси — владения варягов, разделившегося позднее на Россию и Украину. Часть восхитительных черниговских церквей, соборов и монастырей воздвигнута в одиннадцатом — двенадцатом веках; их золоченые купола и шпили придают очертаниям городка умиротворение и особое изящество. Автобусы, битком набитые туристами, приезжают сюда каждый год даже из Киева, удаленного от Чернигова к югу на сто сорок километров.
Комплекс бетонно-стальных зданий на окраине, возведенных в советскую эпоху, в многообразии памятников старины почти не привлекает к себе внимания. Там-то, за оградой из колючей проволоки, под чутким надзором вооруженной охраны и располагается один из трех основных военных центров украинских вооруженных сил — штаб Северного оперативного командования.
Солнце давно закатилось за горизонт, но повсюду в комплексе до сих пор полным ходом шла работа. Автостоянки вокруг основного трехэтажного строения, во всех окнах которого горел свет, были заполнены служебными машинами. На машинах красовались флаги основных подразделений.
Майор Дмитрий Поляков стоял у дальней стены в зале для совещаний, где сегодня собралась целая толпа. Он выбрал это место не случайно: отсюда был лучше виден генерал-майор Александр Марчук, начальник штаба Северного ОК. Высокий молодой майор еще раз проверил бумаги в папке, удостоверяясь, что все доклады и проекты приказов, которые могли понадобиться на экстренном совещании генералу, при нем. Марчук был жестким, толковым военачальником, от подчиненных требовал четкости и исполнительности, и Поляков ни на минуту не забывал об этом.
Марчук, несколько нижестоящих старших офицеров, дивизионные и бригадные командиры ОК сидели с трех сторон у большого прямоугольного стола. Во главе стола пестрела укрепленная на специальной подставке подробная карта зоны военных действий. Напротив каждого из офицеров лежала папка с документами, стояли пепельница и стакан с чаем. В большинстве пепельниц тлели сигареты.
— Россия и Белоруссия значительно усилили пограничную охрану — это факт, — говорил пресс-секретарь, плотный полковник, тыча указкой то в одну, то в другую точку на карте. — Перекрыты все разъезды от Добрянки у нас, на севере, до Харькова на востоке. На главных дорогах проверочные посты, трясут абсолютно всех. На территориях Южного и Западного командования, как сообщают наши коллеги, та же картина.
— Это еще не все, — с хмурым видом произнес один из офицеров с дальнего конца стола. Он возглавлял бригаду боевого прикрытия — формирование, состоявшее из разведывательного отряда, разведывательных и штурмовых вертолетов и прекрасно оснащенных противотанковыми ракетами пехотных частей. — На отдельных участках российские разведчики проводят странные операции. Похоже, пытаются точно установить местоположение наших приграничных охранных подразделений.
— Не стоит забывать и про передислокацию войск, о которой сообщили американцы, — добавил другой полковник. На его погонах красовались знаки войск связи.

Прикрытие-Один - 06. Московский вектор - Ларкин Патрик => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Прикрытие-Один - 06. Московский вектор автора Ларкин Патрик дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Прикрытие-Один - 06. Московский вектор у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Прикрытие-Один - 06. Московский вектор своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Ларкин Патрик - Прикрытие-Один - 06. Московский вектор.
Если после завершения чтения книги Прикрытие-Один - 06. Московский вектор вы захотите почитать и другие книги Ларкин Патрик, тогда зайдите на страницу писателя Ларкин Патрик - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Прикрытие-Один - 06. Московский вектор, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Ларкин Патрик, написавшего книгу Прикрытие-Один - 06. Московский вектор, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Прикрытие-Один - 06. Московский вектор; Ларкин Патрик, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн