А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Снизу доносились звуки музыки. Посетители начали свое вечернее веселье.Кожаные облегающие штаны высохли и стали жесткими. Ей не хотелось надевать тунику, и она выбрала новое бирюзовое платье. Длинные рукава, полностью закрывающие ее руки, обхватывали запястья. Надо забыть о проблемах хотя бы на несколько часов.Дракон почистил и отполировал ее оружие, но она устала носить его. Сегодня она должна забыть и свою профессию. Она не взяла меч. Он ей не нужен, чтобы веселиться, петь, пить и танцевать. Кроме того, ее знали в Тенистом Доле. Здесь не было врагов.Она сунула кинжал в сапог. («Только потому, что кинжалы могут пригодиться в играх», — сказала она себе). Она вспомнила, что нужно купить новый взамен утраченного и тут же забыла об этом: ничего, Акабар позаботится об этом.Элия постучала в дверь к магу. Ответа не последовало, и она спустилась в таверну. Там в центре всеобщего внимания была Оливия. Дракон сидел у ее ног.Хафлинг поднесла руки ко рту, пальцы были согнуты, как чудовищные зубы.Затем она широко развела руки. Элия поняла, что она рассказывала о своей битве с калмари.Внезапно девушка почувствовала беспокойство. Глупая хафлинг могла проболтаться о рунах. Элии не пришло на ум запретить певице упоминать о них.«Тупица! Тупица! Тупица!» — ругала она себя. Могла ли она положиться на благоразумие Оливии?Сегодня ей не хотелось, чтобы в ней видели источник опасности.— Ваша подруга рассказывает какие-то сказки, — раздался мелодичный голос позади нее. Что из этого является правдой?Элия повернулась к говорившему. Это был привлекательный человек, чисто выбритый, хорошо одетый, с мощным телом борца. Единственным украшением, которое он носил, было кольцо из красного металла с тремя серебряными полумесяцами в языках голубого пламени. В нем угадывался благородный человек, вежливый и не обидчивый. Еще Элия заметила у него западный акцент. «Он из Синих Вод», — подумала она.— Это зависит от того, что она наговорила, — ответила Элия с улыбкой, — и, конечно же, от того, сколько она выпила.— Конечно, — человек улыбнулся в ответ. Она говорит, что Мглистый Провал избавлен от монстра Железного Трона. Если это правда, люди Долин должны поблагодарить вас.— О? — сказала Элия, — Оливия не рассказывает, как она одна уничтожила монстра только с помощью своей смекалки и волшебного голоса?Приятная улыбка вновь появилась на лице незнакомца.— Нет, — ответил он, — она полагалась еще на свою доблесть и меч, принадлежавший богу варваров. А по поведению ящера мы поняли, что вы и ящер тоже играли какую-то роль в этом деле.Элия нежно улыбнулась Дракону. Когда нужно, он всегда последит за хафлингом.— Мне показалось, — продолжал человек, — кроме того, что ящер присутствовал как свидетель правдивости слов хафлинга, он удерживал ее от упоминания о чем-то. Ее болтовня — это обычные сказки о путешественниках, кровожадных драконах, стихийных бедствиях, королевских свадьбах, но в каждом эпизоде было место, когда ящер подталкивал ее, и она меняла русло рассказа.Элия приложила все силы, чтобы остаться спокойной.— У нас у всех есть свои маленькие секреты… ммм… вы не сказали мне свое имя.— Морнгрим. Морнгрим Амкатра.— Элия.Морнгрим поклонился.— От имени людей Долин, я благодарю вас за то, что вы избавили нас от ужасной твари.— Принимаю вашу благодарность, — ответила Элия, скромно опустив голову.Она чувствовала себя немного виноватой. Калмари был в ущелье отчасти и из-за нее. Но она не смогла заставить себя сказать правду.Некоторая официальность в тоне Морнгрима заставила Элию гадать, кто же он.— Вы один из людей лорда Даста? — спросила она.Морнгрим улыбнулся.— Я был им вплоть до прошлого года, когда священник ушел в отставку. Не потому, что он был слишком стар для работы, а потому, что он захотел больше времени проводить со своей семьей. Сейчас он живет в Арабеле.— О, — удивилась Элия.Почему она об этом не слышала? О таком важном событии в таком важном месте должны были говорить месяцами. Она захотела узнать все подробнее. Это, должно быть, потерялось вместе с воспоминаниями последнего года.— А кто властитель Тенистого Дола сейчас?— Я, — улыбаясь, сказал Морнгрим.Элия покраснела.— Извините, — сказал он мягко, — я думал, вы знаете. Если вам что-нибудь необходимо, я уверен, мы сможем обеспечить вас этим.Она вспомнила о своем кинжале, но решила не обращаться к лорду с такой мизерной просьбой.Зазвучала музыка танца, сопровождаемого ритмичными ударами тантана.— Как насчет танца? — спросила застенчиво Элия.Морнгрим просиял. Он поднялся, предложил Элии руку, и повел в центр зала.Рил был быстрый и живой танец, и Элия любила его. Морнгрим оказался хорошим танцором, к тому же прошло много времени с тех пор, когда Элия последний раз так веселилась. Когда танец закончился, партнер проводил ее на место.— Не так просто, как действовать мечом, правда? Что вы предпочитаете, пиво или вино? — Морнгрим подозвал официанта.— Вино, пожалуйста, — ответила Элия. — Я могла танцевать рил раз десять за ночь, когда была моложе. Конечно, тогда у меня не было таких великолепных партнеров. В этой гостинице был недостаток джентльменов, и мы с Кит танцевали друг с другом.— Кит? — спросил Морнгрим.— Она была нашим магом. Давным-давно я была с отрядом Лебедей. Мы охраняли караваны, идущие через Эльфийский лес. Здесь мы зимовали.Официант подошел к Морнгриму.— Пиво для меня, Тарко, вино для леди. Лебеди, — повторил он, когда Тарко ушел. Да, Эльминстер сорви-голова, упоминал о них. Шесть женщин, все если я правильно помню.— Семь, — поправила Элия, — я была младшей.— Разве ваш маг не была младшей? — спросил он.— Это была Кит, — сказала Элия, — она была на полгода старше меня. Она некоторое время училась у Сайлины.— Да, ведьма говорила о ней, — улыбнулся Морнгрим, — не очень хорошо, насколько я припоминаю, но чародеи — вспыльчивая братия.— Кстати о вспыльчивых чародеях. Вы уже видели других моих спутников?— Термитца? — спросил Морнгрим, — Да, он заплатил золотой и просил аудиенции у Эльминстера. Час назад пришел ответ. Сообщение гласило — я цитирую слова Эльминстера: «С удовольствием. Приходите в мою контору и ожидайте там меня». Так что ваш чародей, вероятно, сейчас в башне Эльминстера.Официант вернулся с напитками.— За удачу, — сказал Морнгрим, поднимая свою кружку.— За удачу, — согласилась Элия и сделала глоток холодной розовой жидкости.Она уже поняла, что ее заклятие плохо сочетается с пивом. Напиток, который принес официант, не был настолько приятен, как то вино во сне, но тоже был вкусным и, к счастью, не очень крепким.— Бедный Акабар, — сказала Элия. — Эльминстер, должно быть, тот местный мудрец, с которым он хотел поговорить. Акабар такой ответственный, боюсь, он пропустит все веселье. Я надеюсь, он не потратит зря время. А что, этот Эльминстер, хороший мудрец?Морнгрим чуть не подавился пивом.— Эльминстер? Вы зимовали здесь и никогда не слышали о мудреце Эльминстере?Элия помотала головой.— Это было семь лет назад. Я полагала, Эльминстер — новый здесь человек.— Он новый, как Закатные Пики. Властитель Тенистого Дола одарил ее странным взглядом. — Он здесь всегда. Он мудрейший человек в Королевствах. Он — причина, из-за которой большинство людей приезжают в Тенистый Дол, хотя он редко оказывает услуги.«Проклятье, проклятье, проклятье, проклятье! — подумала Элия. — Я поспешила и опять все испортила. Как я могла помнить об этом городе и не знать о таком известном человеке?»Элия опустила глаза.— Временами мне трудно вспомнить прошлое.— Ладно, как вы сказали, это было семь лет назад. Вы были молоды, а молодые люди не обращают внимание на каких-то там старых мудрецов, — доброжелательно сказал Морнгрим.Зазвучала другая мелодия. Оливия играла на своей лютне.— Хотя я помню эту песню, — объявила Элия. Это была песня эльфов, но стихи были переведены на общий язык. В ней говорилось о Стоячем Камне, монументе, воздвигнутом в ознаменование соглашения между долинцами и лесными эльфами, заключенного около тринадцати веков назад.Чтобы замять неприятный разговор, Элия запела. Все в таверне повернулись к ней. Элия переводила быстрый взгляд с одного лица на другое, ловя взгляды аудитории, давая им понять, что она поет для них. Она заметила Дракона, улыбавшегося ей и отбивавшего ритм кончиком хвоста. Единственных глаз, которых Элия не могла увидеть, были глаза Оливии. Певица склонилась над струнами, очевидно, она была слишком занята игрой на инструменте, чтобы глядеть по сторонам.Когда Элия закончила, комната потонула в аплодисментах. Элия покраснела и вернулась к столу. «Что заставило меня сделать это?» — спрашивала себя Элия.Она всегда держалась в тени, насколько это было возможно. Сейчас же она поступила как ребенок. На миг она подумала о сигиллах, но через рукав не проникало ни их предательское тепло, ни свечение.Музыкант из оркестра подошел к ее столу.— Извините, мой господин. Госпожа, — обратился он к Элии, — если у вас будет время, не могли бы вы повторить мне слова этой песни? Они просто прекрасны. Вы их сами написали?— Нет. Я узнала эту песню здесь. Вы никогда раньше не слышали стихи?Музыкант помотал головой.— Нет, госпожа. Я узнал мотив от эльфа, но он сказал, что у него нет слов.— Но я узнала песню здесь, — настаивала Элия.— Иногда эти старые песни теряются, если их не записывают, — сказал Морнгрим. — Правда ведь, Хэн?— Да, господин, — согласился музыкант.— Я думала, это песня известна в Долинах, — сказала Элия, немного расстроившись.— Так будет, госпожа, если вы скажете мне слова. С вашего позволения, я буду петь ее отсюда до Пустодолья.— Я запишу их позднее, — пообещала Элия музыканту, — и оставлю у Джель перед тем, как уеду.— Спасибо, госпожа, — улыбнулся молодой человек, — извините меня. Он поклонился Элии и вернулся к своему месту рядом с Оливией.Элия огляделась и увидела Джель.— Извините меня, Ваша Светлость. Есть еще люди, с которыми я хочу поздороваться.— Конечно, — сказал Морнгрим, кивнув. Он проводил Элию взглядом. Когда она подошла к хозяйке гостиницы, он снова повернулся к музыкантам. «А она приятная, — решил он — немного взбалмошная, но симпатичная». Опыт подсказывал, что не вредно присмотреться к хафлингу.Элия подошла к стойке, улыбаясь Джель. Женщина улыбнулась в ответ, но все еще не подавала вида, что узнала ее. Элия спросила:— Джель, ты помнишь Лебедей?— Да, помню, — улыбка расплылась по всему лицу хозяйки. Они могли саму Бездну на уши поставить.— Сколько их было?— Два бойца, пара воришек, жрица и Кит — их маг. Всего шесть. Все — женщины.— Ты меня не помнишь?Джель уставилась на Элию.— Нет, извините, госпожа. Я не могу сказать, что помню. Лебеди временами подбирали попутчиц, но боюсь, что ни одна из них не осталась в моей памяти.Хотя теперь я вас не забуду. Ваша песня была великолепна. Я польщена честью, которую вы оказали мне, спев в моем баре.— Но, Джель, ведь ты научила меня этой песне, — настаивала Элия.Джель засмеялась.— Вы, должно быть, меня перепутали с кем-то. Я не умею петь. Никогда не умела.Элия открыла рот, чтобы засмеяться, думая что Джель просто дразнит ее, но искренность в лице хозяйки гостиницы остановила ее. Она покраснела и выбежала во двор. Джель с удивлением проследила за ней взглядом.— Она, наверное, чего-нибудь съела, — пробормотала Джель и вернулась к своим делам.Солнце только что скрылось за горами, и небо было глубокого темно-синего цвета. Ночной воздух был холоден, но Элия была слишком взбешена, чтобы заметить это. Она шагала на восток, к реке.— Это бессмысленно, — рычала она. Я не могла перепутать. Я была с ними!Три сезона!Этот новый властитель, Морнгрим, мог забыть Лебедей, но Элия зимовала дважды в «Старом Черепе». Она, Кит и Белинда провели сотню вечеров в компании Джель Сильвермейн. Хозяйка гостиницы специально для них подогревала вино и учила их непристойным песням про мужчин и про мужчин-путешественников. И Джель научила ее песне о Стоячем Камне.— Как она могли забыть меня? — шептала Элия. Комок подкатывал к горлу и слезы наворачивались на глаза. Она задыхалась.«Ты не можешь осуждать Джель, ведь ты даже не помнишь Эльминстера, — ответил ей внутренний голос. Послушав, как Морнгрим описывает его, ты поняла, что этот мудрец — городская достопримечательность. Ты не могла бы не заметить его в таком маленьком местечке, как Тенистый Дол. И даже если забыла его, то, по словам Морнгрима, должна была слышать о нем от других людей. Он, надо полагать, очень известен».«Может быть, — думала она, — Морнгрим преувеличивает славу мудреца. Так или иначе, Морнгрима здесь не было семь лет назад. Может быть, эти рассказы Эльминстера, о которых упоминал Морнгрим, неточны. Как мог этот Эльминстер говорить о Лебедях и не упомянуть меня? Как он посмел забыть меня?»Пройдя десяток домов, Элия решила вернуться в гостиницу и лечь спать.Втайне она надеялась, что когда проснется, то разочарования этого вечера окажутся частью кошмарного сна.— А еще утром исчезнут мои татуировки, — насмехалась она над собой.Она прошла дом ткачихи Тальбы. За ним была узенькая тропинка, ведущая к возвышению, известному под названием Старый Череп. Она заметила ветхую табличку около тропинки. На ней был изображен перевернутый полумесяц с шаром между двух рожек.Элия вступила на тропинку, чтобы рассмотреть табличку. Под символом было написано: «Частная собственность. Нарушители сей границы должны заранее известить своих родственников. Желаю приятно провести день — Эльминстер».Элия осмотрела тропинку до того места, где она заканчивалась около ветхого здания, неуклюже примостившегося на краю холма. Это было что-то типа башни, но с таким количеством пристроек к ней, что трудно было понять, что же такое это было сначала. Но каменный шпиль возвышался на три этажа над прочими строениями.Башня и пристройки были покрыты цветущей лозой кудзу.Элия помнила все другие строения, мимо которых она прошла, но тропинку, знак и дом она не помнила. Элия никогда не видела их раньше. Ни разу из тех тысяч раз, когда она проходила этой дорогой. Можно было не заметить мудреца — он мог оставаться дома всю зиму, спасаясь от холода, — но она не могла не заметить это здание.Тропинку могли протоптать за год, табличке могло быть меньше семи лет, но дом был древним. Да и кудзе потребовались бы столетия, чтобы стать такой толстой и высокой.«Может быть, здесь раньше было много деревьев, которые закрывали башню, — предположила Элия. — Но тогда я должна была увидеть ее с крыши» Старого Черепа «? Я ведь часто забиралась туда с Кит».От волнения Элии показалось, что, может быть, Кассана и ее компания хотели, чтобы она забыла Эльминстера. Вероятно, он мог бы рассказать ей больше о рунах, чем Димсворт. Не обращая внимания на табличку, она пошла по тропинке.Девушка надеялась встретить Акабара, если тот все еще ждет прибытия Эльминстера.Подойдя к дому, она громко постучала. Девушка подождала несколько минут, но ответа не последовало, хотя в верхних окнах башни был виден свет.Определенно, там кто-то был. Элия позвала: «Эгей!» — и постучала еще сильнее. В одном из окон промелькнула тень. Прошло еще несколько минут, но никто Не ответил ей и не пришел, чтобы впустить ее.В растерянности Элия дернула дверную ручку, но она не поворачивалась.Она попробовала другие двери и даже окно, но обнаружила, что все они плотно закрыты. В гневе она развернулась и пошла обратно по тропинке.У дороги она повернула на восток и пошла по дорожке, ведущей к Ашабе.— Я найду кого-нибудь, кто помнит обо мне, — объявила она. Сайлина вспомнит меня. Мы не были хорошо знакомы, но она никогда никого не забывает.В спешке она не обратила внимания на крики, доносившиеся из башни позади нее. Глава 14. Писарь и старик — Что вы имеете в виду? Какие еще несколько анкет? — закричал Акабар, окончательно потеряв терпение.Втайне он надеялся, что его крик привлечет внимание кого-нибудь поумнее, чем этот глупый бюрократ писарь, который стоял перед ним, кого-нибудь, кто сможет понять важность его проблемы, поможет ему выбраться из этого бумажного болота. Кого-нибудь вроде Эльминстера.— Хорошо, ммм, здесь, — писарь Лео показал на анкету, которую Акабар заполнил час назад. Он щурился на волшебника сквозь странную конструкцию из двух линз, обтянутых проволокой, которая явно ненадежно помещалась на его носу.Здесь, если вы ссылаетесь на то, что вы имеете более чем одну жену, вы должны в графе двадцать три указать имена матерей ваших жен, вместо графы двадцать два, где вы указали имя матери вашей первой жены. Эту ошибку следует указать в специальном списке, чтобы содержать наши документы в порядке.— Документы? В порядке? — закричал Акабар. — Посмотрите вокруг! Разве похоже, чтобы кто-нибудь за последнее тысячелетие наводил здесь порядок?Вопрос был чисто риторический. Контора писаря, которая также являлась и комнатой ожидания для тех, кто искал аудиенции у великого Эльминстера, казалось, ждала только искры, чтобы вспыхнуть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39