А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Жизнь растения, животного и человека так же, как жизнь государства, народа и всего человечества, имеет период своего развития, расцвета, увядания и смерти.
Все, что имеет начало, должно иметь конец. Начало конца наступает тогда, когда данный для развития жизни импульс организмом изжит и дальнейшее существование такого отжившего организма уже не только не ведет к прогрессу, к благу и добру, но грозит стать тормозом для эволюции, ибо вместо положительных качеств начинает развивать отрицательные, тогда жизни такой формы ставится предел и вместо нее создается новая форма.
Поэтому на замену отжившей цивилизации новой – должно смотреть как на нормальное явление, вытекающее из основных законов эволюции. Если такой замены не было, то и жизнь была бы невозможна, ибо нельзя себе представить, чтобы могли существовать вечно одни и те же первоначальные, однажды зародившиеся формы жизни. В результате же замены – жизнь только выигрывает. В самом деле, если вместо изнеженного и развращенного деспота, каким была Римская империя, появилось несколько новых, молодых, хотя полудиких, но способных к эволюции государств, то для жизни это был только выигрыш.
Конечно, такие замены не протекают безболезненно и сопровождаются для человечества страданием, но главной причиной страдания является не сама перемена, которая неизбежна, но незнание законов эволюции и вытекающего отсюда неумения правильно оценивать создающееся положение, чего можно избегнуть.
При сменах отживающего мира новым самое главное заключается не в политических или социальных переменах, которые при этом происходят, но в необходимости изменения мировоззрения и всех устаревших взглядов и воззрений на новые, в необходимости изменения своих верований и вообще всего уклада жизни на новые, ибо то, действительно новое, что идетна смену старому миру, бывает новым во всех отношениях и никогда не походит на старое.
Новая жизнь всегда предъявляет новые требования, и принятие этих новых требований составляет главную трудность и главное препятствие для большинства людей, считающих все старое лучшим, более для себя близким и дорогим.
Трудность усуглубляется еще тем, что перемену политическую или социальную человек вынужден принять самим ходом событий, часто после совершившегося уже факта, тогда как принятие или неприятие нового мировоззрения, или нового верования и нового уклада жизни как будто зависит от каждого лично.
Но между тем эта кажущаяся свобода выбора не более как иллюзия, порождающая двойственность, разлад и много душевных дрям и трагедий. В действительности же, человек имеет только два пути: или мудро идти по течению эволюции, или ждать, пока развивающаяся жизнь не выбросит его за борт, как ненужный балласт.
Оглянемся на историю снова и вспомним, как происходило изменение старого языческого мировоззрения на новое христианское, которое две тысячи лет тому назад тоже было новым и еще не искаженным.
Из всякого, даже популярного учебника истории нам известно, что перемена эта была весьма болезненна, сопровождалась большими страданиями и тяжелой борьбой. Мы все знаем, каким жестоким преследованиям подвергались приверженцы нового мировоззрения и как упорно языческий мир отстаивал все старое.
Но что дала эта борьба и к каким результатам она привела? Сохранения старого строя она не дала, ибо как нельзя умирающего человека поставить на ноги и заставить его ходить, так же нельзя оживить и продолжить жизнь отжившего строя, но она дала много лишнего и ненужного страдания, которого, как уже сказано, можно было избегнуть, зная космические законы, или законы эволюции, которые при этом действуют.
Эти законы можно иметь своими друзьями, своими помощниками и даже своими слугами, если их знать и уметь ими управлять, или же своими непримиримыми врагами, которые уничтожают всякого, кто думает им сопротивляться.
Они отбирают все ценное и пригодное для эволюции и отметают в сторону, как мусор, все непригодное, все отсталое. Они не знают ни пощады, ни сострадания и производят оценку каждого лишь по степени пригодности или непригодности его для дальнейшего развития.
Когда Высшим Разумом и Высшими Силами дается толчек и импульс для новой фазы жизни, для новой ступени эволюции, то никакие человеческие силы остановить это движение не могут. Борьба против течения новой жизни – явная бессмыслица, ничего кроме бесславной гибели не сулящая, ибо когда вступает в силу и начинает действовать закон замены изжитых энергий новыми, тогда все непрогрессирующее подлежит уничтожению.
Здесь своевременно упомянуть об одном факторе, который отчасти объясняет возникновение борьбы против нового течения жизни. Фактор этот -то, что всякое новое строительство начинается с разрушения старого здания. Логически иначе не может быть, ибо если на месте старого здания хотят построить новое – нужно разрушить старое. «Но человечество любит принимать вынос сора за разрушение и начало строительства за беспорядок» (Агни-Йога, 392).
Людям труднее всего, с психологической точки зрения, именно этот момент, определяющий образ действия каждого. Они не знают, что пришла пора человечеству подняться на высшую ступень сознания, не знают ни о Строителе, ни о том, как Строитель новой жизни думает провести свои реформы. Они видят разрушение, и первое решение, которое приходит в голову большинству, есть протест и противодействие. Они думают, что делают благое дело, защищая ветхий мир от разрушения, но в действительности они протиовдействуют эволюции, обрекая себя всем тем ударам и превратностям судьбы, с которыми связано протиовдействие космическим законам.
Наглядный пример такого неудачного противодействия новому течению жизни, которое не привело ни к чему, можно найти не в отдаленном прошлом, но в близком всем нам настоящем в той стране, которая в первую очередь подверглась влиянию новых течений жизни, то есть в России.
На происходящие там в настоящее время события можно смотреть как на завершение первого периода смены эпох, кргда крнчается разрушительная деятельность и должна будет начаться созидательная, когда на смену чернорабочим, производившим черную работу разрушения ветхого мира, появляются строители новых форм жизни.
На те формы жизни, которые существуют там теперь, нужно смотреть как на попытки найти истинные формы, необходимые для нового строя жизни, как на переходные, которые будут изменены, смягчены и очищены, когда появятся истинные строители, ибо первый период смены эпох, когда происходит ломка всего отжившего, неизбежно привлекает разрушителей, для которых разрушительная деятельность является родной стихией.
Но когда разрушение ветхого мира закончено настолько, что о возврате к старым формам жизни не может быть и речи, когда все попытки разрушителей создать и наладить новую жизнь оканчиваются неудачами вследствие полной их неспособности к деятельности созидательной, тогда появляются истинные строители новой жизни. Таким образом, там, где течение новой жизни уже началось, оно протекает согласно законам замены отживших форм жизни новыми формами: сначала тяжелый и болезненный период разрушения, затем радостный период созидания и творчества.
Из всего выше сказанного возникает тревожный вопрос: что же ждет те народы и государства, в которых течение новой жизни еще не началось, в которых царит старый режим и старый дух, которые прилагают все усилия к поддержанию старого и к противодействию всему новому? Неужели необходимо пройти через бездну страдания и горя и пролить море слез и крови, чтобы достигнуть радости творчества новой жизни?
Ответ на этот вопрос вытекает из предыдущих положений, в которых говорилось о хроническом характере болезни современного мира и его неспособности старыми способами и методами справиться, и о том что противодействие новому импульсу жизни ничего, кроме страдания, принести не может, благодаря чему наступление новой эпохи является неизбежным и непреложным повсюду.
Что касается сопровождающих переходные эпохи страданий, то возможность избегнуть этих страданий зависит от нас самих. В истории можно найти примеры, когда смена эпох происходила, сравнительно с тем, что было в России, безболезненно.
Если глубже вникнуть в происходящее, то можно прийти к выводу, что смена эпох началась не на всей планете сразу, но лишь в одной стране именно для того, чтобы люди к этому приготовились, чтобы изучили происходящие при этом явления и их законы, чтобы сделали соответствующие выводы и приняли соответствующие решения.
Если же такие страшные уроки проходят для людей бесследно, и они не выносят из этих уроков никаких поучений, если промежуток между началом мирового явления и неизбежным концом его люди употредляют на то, чтобы развратиться еще больше, то кто виноват, если бедствия переходной эпохи повторяются? «Ибо невозможно оставить мир в разложении», – говорит Учитель в Новом Учении (Сердце, 42).
Кто виноват, если мы сами вовремя не заменяем обветшалую форму жизни новой, если к освобождению себя от застарелых предрассудков, от заплесневелых традиций, от дедушкиных и бабушкиных обычаев, мы допускаем разрушителей и чистильщиков, а не делаем этого сами?
Кто виноват, если, живя в мире, мы не имеем ни малейшего представления о законах, управляющих этим миром? Ведь живя в государстве, мы считаем нужным быть знакомыми с законами этого государства. Насколько же важнее знать законы, которые управляют и государствами!
Истинная наука, от которой не скрыто ничего происходящего во Вселенной, говорит, что в эпохи, предшествующие наступлению нового мира, люди становятся неспособными к восприятию новых идей.
Текущая раса имеет много извращенных особенностей. Современные люди во всем хотят убедиться лично. Казалось бы, это очень хорошо, но – следствия бывают самые неожиданные. Убедившись, люди возвращаются без последствий к своим занятиям. Самое поразительное не оставляет следа на обычной жизни.
Можно удивляться, как люди, считающие себя учеными, проходят мимо самых полезных явлений. Для них все открытия моложе ста лет остаются оспоримыми гипотезами.
«Откуда пришла неподвижность мышления нашей расы? Подобное умирание сопровождало конец каждой расы. Это старость, это конец, это нежелание приобщиться к эволюции» (Агни-Йога, 246).
Не то ли мы наблюдаем теперь? Современные люди так цепко держаться за все старое, как за якорь спасения, как за свою единственную надежду, и так неохотно встречают все новое, точно своих злейших врагов.
Современный человек часто согласится, что существующий строй не годен, что необходим новый, но когда этот новый строй ему предлагается, он его не принимает, ибо у него нет знания непреложности законов эволюции и нет мужества, чтобы, отказавшись от старого, принять новое.
Всегда существовало и существует теперь три рода безумия: первое – которое категорически отвергает все, чего оно не знает; второе – которое слепо принимает на веру все слышанное, и третье – которое закрывает глаза на явления, знаменующие новую ступень эволюции. В наше время особенно пышным цветом протекает первое и третье.
«К сожалению, настоящее время совершенно соответствует последнему времени Атлантиды. Те же лжепророки, тот же лжеспаситель, те же войны, те же предательства и духовное одичание. У нас гордятся крохами цивилизации, так же точно Атланты умели промчаться над планетою, чтобы скорее обмануть друг друга: так же сквернились храмы, и наука сделалась предметом спекуляции и раздора. То же самое происходило в строительстве, точно не дерзали строить прочно. Так же восставали против Иерархии и удушались собственным эгоизмом. Так же нарушали равновесие подземных сил и создали взаимными усилиями катастрофу» (Иерархия, 145).
Потому чрезвычайно трудна и неблагодарна роль тех, кто в переходное время берется сообщить людям то, что, по условиям времени, наиболее необходимо. Как подойти к сознанию людей, чтобы они встретили ваши слова сочувственно, в какой форме предложить им то новое, которое неизбежно идет само, чтобы оно было для них приемлемо, где найти те слова, чтобы убедить, что спасение впереди, в устремлении к новому и гибель в неподвижности и в закостенелости в старом?
К счастью для человечества, в человеческом организме имеется один дивный орган, который способен разобраться во всех всмых сложных вопросах, если сознательно к нему обратиться. Орган этот – сердце.
Потому во всех сложных, запутанных и кажущихся неразрешимыми вопросах нужно обращаться не к своему уму, но к сердцу.
Наш ум – аппарат весьма несовершенный. Он требует постоянного за собой контроля и наблюдения, потому что его интересует не предмет мышления, но само мышление. Он может с одинаковой интенсивностью и напряжением мыслить как о самом возвышенном, так и о самом низменном. Он может по одному и тому же вопросу представить десять решений за и десять решений против, ибо его суждения меняются вместе с дуновением ветра.
Наш ум никогда не имеет правильного представления о текущих событиях.
Он вечно ошибается и вовлекает человека в непоправимые ошибки и заблуждения. Он не видит и не понимает угрожающих человеку опасностей и часто ввергает его в самообман, в пороки и даже преступления.
Неуправляемый и недисциплированный ум – наш враг, и доверяться ему весьма опасно. Человек должен из этого непонятного, капризного, противоречащего и опасного сотрудника сделать своего послушного слугу, который будет мыслить лишь в том направлении, которое ему указывается высшим сознанием человека.
Совершенная противоположность уму – сердце. Оно наш друг постоянный, неизменный, верный. Оно никогда не ошибается и никогда не обманет. Оно знает все и может дать ответ на любой неразрешимый для ума вопрос, если суметь к нему сознательно обратиться.
«Сердце вздрогнет первое, сердце затрепещет первое, сердце узнает много прежде, нежели рассудок мозга дерзнет помыслить» (Сердце, 353).
«Сердце человеческое престол сознания» (Там же, 354). «Человеку дано сердце для высших сношений» (Там же, 389).
Потому все, что доходит до сознания человека, должно пройти через цензуру сердца. Все, что может быть принято сразу, пусть полежит у престола сознания, в глубине сердца. Оно обсудит вопрос и вынесет правильное и безошибочное решение. Не должен лишь человек давать волю своему уму, ибо его скороспелые и необоснованные решения неизменно приведут к ошибкам.
Когда человек слышит то, чего он никогда не слышал, он никогда не должен говорить: этого не может быть, это невероятно. Это убийственная формула несознательности, которую незнание выдвигает против знания, не имеет за собой никакого подтверждения и закрывает врата для доступа знания, потому что то, что произнесено, то уже существует, но если мы его не видим, это не значит, что его нет или не может быть.
Зарождающиеся в человеческой голове идеи где-либо существовали и существуют, а если они еще не существовали, то человеческая жизнь дает им существование. Все, что зародилось в мысли человека и произнесено, – все существует, и все возможно. Человеческая мысль не может создать то, что невозможно и не может существовать, ибо для невозможного и несуществующего нет идеи, нет выражения.
Таким образом, лишь в своем сердце человек должен искать ответы на все сложные и неразрешимые вопросы. Ни книжные теории, ни мнения других людей, ни собственное спекулятивное мышление не могут служить основанием для принятия того или иного решения в столь ответственных вопросах и в столь серьезное время, когда решается судьба человека на многие тысячелетия вперед, но лишь голос своего сердца может быть единственным верным советником, правильным судьей и бесспорным авторитетом.
"У древних Учение ничиналось с положения руки на сердце. При этом Учитель спрашивал: «Слышишь ли?» И ученик отвечал: «Слышу». – "Это бьется сердце твое, но это лишь первый стук в Врата Великого Сердца.
Если не будешь внимать биению своего сердца, то оглушит тебя биение Великого Сердца". Так в простых словах давался указ, через познание самого себя, – путь к Беспредельности" (Сердце, 460).
Выше было упомянуто, что избегнуть страданий и тяжелых эксцессов, которыми сопровождается смена эпох, зависит от нас самих. Что нужно для того, чтобы ослабить силу тех ударов, которыми новая жизнь, разбивая старые формы, наносит людям наибольшее страдание?
Когда-то один из великих полководцев, спрошенный о том, что нужно для успешного ведения войны, ответил, что для этого нужны три вещи: во-первых, деньги, во-вторых, деньги и в-третьих, деньги. Пользуясь его способом определения, можно сказать, что в нашем случае нужны тоже три вещи: во-первых, знание, во-вторых, знание и в-третьих, знание.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109