А-П

П-Я

 https://1st-original.ru/goods/simone-cosac-profumi-trama-nera-5531/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Некрасова Наталья

Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды


 

Здесь выложена электронная книга Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды автора по имени Некрасова Наталья. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Некрасова Наталья - Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды.

Размер архива с книгой Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды равняется 1.04 MB

Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды - Некрасова Наталья => скачать бесплатную электронную книгу






Наталья Васильева, Наталья Некрасова: «Черная Книга Арды»

Наталья Васильева, Наталья Некрасова
Черная Книга Арды


Черная Книга Арды – 1



Сканирование, распознавание, вычитка — Глюк Файнридера
«Черная Книга Арды»: ЭКСМО-Пресс; Москва; 2000

ISBN 5-04-004204-3 Аннотация «Был Эру, Единый, которого в Арде называют Илуватар» — так начинается знаменитая книга Дж. Р. Р. Толкиена «Сильмариллион». Вроде бы все понятно и просто: Творец, Эру, — благ, восставший против него Мелькор — воплощенное Зло. Зло должно быть побеждено. Но так ли уж правы победившие и такими ли ужасными злодеями были побежденные? Об этом рассказывает «Черная Книга Арды» — взгляд с другой стороны на всем известный мир Толкиена. Наталья Васильева, Наталья НекрасоваЧерная Книга Арды С благодарностью -Ирине Шрейнер, Сергею Стучкову,Тимуру Тазетдинову и всем тем, кто мне помогал РАЗГОВОР-I: ВЕЧЕР …Темно. И тихо. Но ни тьма, ни тишина не несут тревоги или угрозы. Просто, спокойно и буднично — свет не зажгли, вот и темно… А вот уже и не темно. Чья-то рука зажгла свечу, и на кончике фитиля парит язычок пламени. В круге света, впрочем, оказывается немногое: сама свеча, поставленная прямо на стол безо всякого подсвечника, просто в застывшую лужицу воска; поверхность стола — темное, затертое дерево, кое-где в царапинах и щербинках… Старый стол. Ну и что же? Бывает. Блики света скользят по спинкам двух стульев, тоже старых, деревянных. И это бывает… Эка невидаль! Стоило ли ради такого зрелища зажигать свечу? А вот человека, который ее зажег, становится видно далеко не сразу. Точнее, его не видно вообще, только слышны где-то в темноте спокойные шаги. Ближе. Ближе. Пламя чуть вздрагивает любопытно, и свет быстро скользит по рукам человека — по книге, в его руках… Книга ложится на стол, и отблески быстро обегают название:
Черная Книга Арды
Тихо — только потрескивает иногда свечной фитиль. Свеча на столе, книга рядом со свечой, человек у стола — листает книгу, читает ли, нет — не поймешь. Наверное, все-таки нет — слишком быстро перелистывает страницы. Слишком быстро — и свет скользит летящим взглядом по буквам, по строкам, между строк… Но вот пламя вздрагивает, клонясь к свече, от мимолетной горячей ласки к столу стекает несколько быстро стынущих капель, вслед за огнем вздрагивает темнота, на миг отступая и впуская еще один луч слабого рассеянного света. Кажется, вот-вот что-то изменится — но тихий стук закрывающейся двери расставляет все по местам: просто в комнату вошел еще один человек. И снова — стол, свеча, книга… Больше ничего не видно. Все остальное — драпировка на стене (или занавешенное окно?), угол шкафа, узор мозаики, а может, ковра на полу — опять тонет в темноте. Человек у стола закрывает книгу. Гость подходит и садится на второй стул. Берет книгу, открывает наудачу, прочитывает несколько строк… — И все-таки что это? Хроника? — спрашивает он. — Не совсем, — отвечает его Собеседник и повторяет задумчиво: — Не совсем… ИЗНАЧАЛЬНЫЕ: Обретение имени Предначальная Эпоха
«Был Эру, Единый, которого в Арде называют Илуватаром, Отцом Всего Сущего; и первыми создал он Айнур, Божественных, что были порождением мысли его, и были они с ним прежде, чем было создано что-либо иное. И говорил он с ними, и давал им темы музыки, и пели они перед ним, и радовался он. Но долго пели они поодиночке или немногие — вместе, в то время как прочие внимали, ибо каждый из них постиг лишь ту часть разума Илуватара, которой был рожден, и медленно росло в них понимание собратьев своих. И все же чем больше слушали они, тем больше постигали, и увеличивались согласие и гармония в музыке их…»Так говорит эльфийское предание «Айнулиндалэ».
…Он. Суть, Сущее, Свет. Я понимаю теперь, кем мы были для него. Мы, Изначальные. Началом был — Он. Он был — Исток, Пробуждение, Творение. Мы были… нет, не орудиями Его: мы были нужны Ему, чтобы ощущать вкус, осязать, видеть, вдыхать, осознавать мир. Один мир: тот, для которого мы сами плели и пели гобелен Судьбы в Великой Музыке Айнулиндалэ. Но это я тоже понял потом. Зачем Он дал нам возможность стать иными? Я не знаю. Может быть, Ему тоже было одиноко в Его светлой пустоте. Может быть, Он не предвидел, чем обернется для нас этот нежданный Его дар. Может быть, пустота, которую предстояло заполнить Его творениям, наполняла Его тем же нетерпением, каким после она стала жечь меня. Может быть, Его слишком захватило высшее наслаждение Творения — я знаю, что это: пьянящее счастье, полет, осознание своей силы… Может быть, Он просто совершил ошибку — если, конечно, Он способен ошибаться. Он создал нас по своему образу и подобию. Может быть, Он и сам забыл потом об этом даре — если, конечно. Он может забывать. Может быть, Он вспомнил, когда увидел — меня. Может быть… Я не знаю. Он был — Начало. Я был — первым из Изначальных. Его глазами. Глазами, которым нельзя указать, куда смотреть и что видеть. Нельзя сказать: ты будешь видеть только эту звезду изо всех звезд небесных, только этот лист в кроне дерева. Но я должен был исполнять свое предназначение: иначе Он не мыслил моего бытия. Иначе не могло быть. Я должен был стать Очами Света, ибо Он есть Свет. И Он нарек мне имя, как после нарекал имена другим Изначальным. Он назвал меня — Алкар.
…Имя — не просто сплетение звуков. Это — ты, твое я. А он, не похожий на других, лишен даже этого. Алкар, Лучезарный. Имя — часть его силы, его сути — отняли. Дали — другое. Кто сделал это? Зачем? Алкар. Алкар. Чужое, холодное. Мертвое.Айнур ощущают имя частью себя, своим я-есть. Алкар повторяет их имена, и лица Айнур на миг становятся определенными. Это радость — слышать, как тебя окликают музыкальной фразой, ставшей выражением твоей сути. Глубокий пурпурно-фиолетовый аккорд: Намо, Серебряная струна, горьковатый жемчужный свет: Ниенна. Прохладно мерцающее серебристо-зеленое эхо: Ирмо. Беззвучный шорох, тихий вздох в голубоватом халцедоновом тумане: Эстэ. Медный и золотой приглушенный звон: Ауле. Зеленое и золотое, трепет новой жизни: Йаванна. Эти — ближе всех, чем-то похожие и — иные. А его имя лишено цвета и живого звука. Алкар. Ал-кар. Мертвый сверкающий камень. Невыносимая мука — слышать, но иного имени не дано. Он — чужой. Чуждый. Иной. Он. Кто — он? Алкар. Стук падающих на стекло драгоценных камней. Алкар, Око Света. Алкар, Лучезарный. Алкар, Лишенный Имени.А там, за пределами обители Единого — Пустота и вечный мрак. Так Он сказал, всеведущий Единый Творец. И в душе Айну — пустота. Не лучше ли уйти туда, в Ничто, составляющее его суть, чтобы не видеть светлой радости Айнур, чтобы не слышать этого имени — Алкар… Чужой. Иной. Одиночество и отчужденность: первые дары бытия. Лучше — не-быть, вернуться в Ничто, навсегда покинуть чертоги Эру……темнота обрушилась на него мягким оглушающим беззвучием. Значит, это и есть — Ничто? Но почему так тяжело сделать шаг вперед — словно огромная ладонь упирается в грудь, отталкивает… Если он, Алкар — часть Ничто, почему же и пустота не принимает его? Неужели — снова чужой?..Тогда он рванулся вперед с силой отчаяния сквозь упругую стену и внезапно увидел. Разве здесь, во мраке, можно — видеть? - успел подумать он. — И звуков нет в пустоте — почему я слышу? Что это?.. Музыка… слово… имя… Мелькор. Мое имя. Я. Это — я. Я помню. Знаю. Мелькор. Я. Это — мое я-есть. Бытие. Жизнь. Ясное пламя. Полет. Радость. Это — я… И все-таки даже это показалось незначительным перед способностью видеть. Он не знал, что это, но слова рвались с его губ, и тогда он сказал: Ахэ, Тьма. Ясные искры во тьме — что это? Аэ, Свет… Гэле, Звезда… Свет — только во Тьме… откуда я знаю это?.. Я знал всегда… Он протянул руки к звездам и — услышал. Это звезды поют? — он знал эту музыку, он слышал ее отголоски в мелодиях Айнур… Он понял это и рассмеялся — тихо, словно боясь, что Музыка умолкнет; но она звучала все яснее и увереннее, и его я было частью Музыки. Он становился Песнью Миров, он летел во Тьме среди бесчисленных звезд, называя их по именам, — и они откликались ему. Тогда он сказал: это Эа, Мироздание…
…Я ушел. Я увидел. Я вернулся, чтобы виденное мной увидели и другие. Тогда это казалось мне откровением — бессчетные звезды Эа, бесчисленные миры — россыпь цветного жемчуга в ладонях Тьмы… Он знал и видел все это. Знал всегда. Как всегда знал и я. Но нам Он назначил видеть, ощущать, осязать только один мир: Мир Сущий, сотворенный Им. Может быть, все остальное казалось Ему неважным, может быть, Он устал от множества чужих — или созданных Им самим миров, если, конечно, Он может уставать. Так Мастер, предчувствующий замысел нового своего творения, отрешается от мира вовне, живет только тем, что должно родиться под его руками. Но Он дал нам свободу быть собой, изменять себя, становиться иными. А я был Его глазами. Глазами, которым нельзя запретить видеть мир, сущий вовне. Я, Мелькор… Восставший.
…Айну Мелькор вернулся в чертоги Эру: изумленно встретили его собратья, ибо увидели, что иным стал облик его; и был он среди прочих Айнур, как дерзкий юноша в кругу детей. Ныне не в одеяния из переливчатого света — в одежды Тьмы был облачен он, и ночь Эа мантией легла на плечи его. Он был словно озарен изнутри трепетным мерцанием, облик его был неуловимо изменчивым — и все же определенным; взгляд — твердый и ясный, глаза светлы, как звезды. И, представ перед Эру, так говорил он: Ныне видел я бесчисленные звезды — Свет во Тьме — и множество миров. Ты говорил — вне светлой обители Твоей лишь пустота и вечный мрак. Я же видел свет, и это — Свет. Скажи, как теперь понять слова Твои? Или Ты хотел, чтобы мы увидели сами и услышали Песнь Миров? Наверно, каждый сам должен прийти к пониманию… И ответил ему Эру Илуватар: Я рек вам истину: только во Мне — начало и конец всего сущего и Неугасимый Огонь Бытия. Я знаю, сказал Айну Мелькор, я понял: Эрэ — Пламя! Ты не ведаешь, что говоришь, молвил Эру. Ибо нет ничего, кроме Меня и Айнур, рожденных мыслью Моей. Твое же видение — лишь тень Моих замыслов, отголосок музыки, еще не созданной… Но я видел. Я услышал Песнь Мироздания. Быть может, Отец, ты никогда не покидал Своих Чертогов? Тогда, если пожелаешь, я стану Твоими глазами. Я расскажу Тебе о мирах… Ты неразумен. Рожденный мыслью Моей. Замысел ведом только Мне; и ты — часть его. Как части не дано постичь целое, так и тебе открыто лишь то, для чего Я предназначил тебя. В недоумении ушел Айну Мелькор от Престола Единого; тесно было ему в Чертогах Эру, и вновь покинул он обитель Илуватара. Так начались его странствия в Эа; и все меньше мысли его походили на мысли прочих Айнур…
…Я ушел снова. И вернулся. Я уходил и возвращался снова и снова, потому что не умел еще — без того, чтобы чувствовать себя Единым. Веемы, Изначальные, были Единым. Началом был — Он. Мы были единой плотью, которая не сможет жить, если разъять ее члены. Мы были нотами Музыки, которая смолкнет, распавшись на звуки. Мы еще не умели быть без этого. Но я учился быть цельным. Я хотел стать Музыкой. Не понимая этого, я сам обрекал себя на то, чтобы остаться в одиночестве. Он вложил в нас жажду творить. Я не знаю, зачем Он это сделал: может быть, Он просто не умел иначе — ведь все мы были рождены мыслью Творца… И Замысел Его вызревал, как плод; когда же плод созрел, Он дал нам Песнь. Мы стали голосами этой Песни, нитями гобелена судеб для нового бытия, которое творил — Он. Новая грань понимания: для этого Он создал нас. Мы должны были зазвучать инструментами в Его Музыке — нами Он ощущал ее, как ощущал потом и Мир Сотворенный. Он не видел в нас иного. Но я уже был иным. Нас было четырнадцать — тех, кто слился в Песне Мира, кто вел ее. Нет, не так: нас было — тринадцать и один. И этим одним был я. Отступник. Восставший в Мощи. Я не знал, что в Его Замысле этого не было. Мы должны были творить Песнь по мыслям Его — а я изменял Песнь, и Изменение рождало в узоре гобелена-мира новое, непредсказанное, непредреченное. И рождался из хаоса звуков — мир-Песнь, бывший Его — их — моим миром; мое Изменение касалось музыки, творимой Братьями и Сестрами, оно создавало иной мир, не тот, что был задуман Им, но я не знал этого. И было: мы достигли единения, и две темы — та, что дал Он, и та, что была рождена моей душой, — сплелись, перекликаясь, но не сливаясь воедино, кроме лишь самых возвышенных прекраснейших нот… Мы творили Красоту, творили Дом и Тех, кто будет жить в Доме, и то, что украсит Дом; и единение наше звалось — Любовью, Жизнью, Миром Сущим, с которым отныне мы были связаны неразрывно — связаны нитями того гобелена-Песни, который ткали сами. Мы, четырнадцать, становились Единым. Нет. Тринадцать — и один. Тогда я еще не понимал этого…
…И было так: созвал Эру всех Айнур, и зазвучала перед ними Музыка, прекраснее которой не было еще сотворено в Чертогах. И рек Эру: Ныне хочу Я, чтобы, украсив тему Мою по силам и мыслям каждого, создали вы Великую Музыку. Я же буду внимать вам и радоваться той красоте, которую породит музыка сия. …а ему казалось — чего-то недостает в совершенной красоте Музыки; он видел в ней лишь Вечность, Неизменность и Покой. Тогда он шагнул в рождающуюся Песнь, изменяя ее, и новая Музыка Творения встала перед глазами Айнур странными, прекрасными и тревожащими образами. …глубокий многоголосый аккорд — каменная чаша, наполненная терпким рубиновым вином вибрирующих струнных нот, — зеркала, отражающие звезды, — лестницы, уводящие ввысь, — взметнувшиеся в небо острые ноты шпилей, созвучие сумрачных башен… Как смутно-тревожащий дурманящий туман рождается над озерами, как мерцающими каплями плачет высокое ночное небо — и тянутся к печальным звездам деревья — руки земли… Вкуси от плодов Кемен — ты познаешь мудрость бытия. Омой лицо живой водой лесного ручья — ты прозреешь… Чей танец в небе — неведомые знаки… темное серебро — крылья ветра… откуда эта музыка? Кто это? Еще неясные призрачные фигуры: только — тонкие летящие руки, только — сияющие глаза… Явились — и исчезли; и смутная, неясная тоска шевельнулась в душе…
…Я нарушил Его Замысел, не зная этого. Моя Песнь была чужой в согласном хоре Изначальных; Он знал исток этой Песни, но Его Музыка должна была звучать по-другому, начало ее должно было быть только в Нем. Ты — это Я, сказал Он; часть Меня, нить в ткани, нота в Музыке. Ты не можешь изменять Песнь, сказал Он: изменяя ее, ты изменяешь Меня… Он был удивлен. Он не понимал. Мы не понимали друг друга. Он был Замыслом; я стал изменением Замысла. Он был Покоем; я стал Пламенем. Он был Вечностью; я стал Временем. И мне казалось — так должно быть. Потом я понял, что ошибался. Но это — потом…
…И поднималась Песнь горько-соленой волной, и полынные искры вспыхивали на гребне ее — над золото-зелеными густыми волнами музыки Эру летела она ледяным обжигающим ветром и вспарывала, как клинок, блестящую, переливающуюся мягкими струнными аккордами глуховатую неизменность. И вот — гаснет музыка Единого, и только прекрасный и безумный голос одинокой скрипки эхом отдается в Чертогах: Время рождается из Безвременья, огнем вечного Движения пульсирует сердце неведомого…
…Мы спорили, Начало и Изначальный. Мне казалось — мы ищем единения, мы стремимся постичь друг друга: я не понимал, что Он борется со мной, пытаясь сделать меня тем, для чего я был предназначен. Его глазами, которые должны видеть только то, что хочет Он.
…Мелодия Эру, изысканно-красивая и нежная, оттененная легкой печалью, струилась пред глазами Айнур шелковистой аквамариновой прозрачностью арф: медленно текущие меж пальцев капли драгоценных камней.Но музыка Мелькора также достигла единства в себе: тяжелая черная бронза, острая вороненая сталь и светлое серебро, мерцание темных аметистов, горьковатый глубокий поток реки-Времени… Печаль и радость, хмельное вино Творения, осознание Бытия — биение сердца связывало воедино тысячи несхожих странных мелодий, и таяло сияние Чертогов, и тысячами глаз смотрела на Творящих — Тьма… …Смотри: перед тобой Путь — льдистый светлый клинок-луч; ступи на него — Врата открыты, ты свободен — словно огромные крылья за спиной. Это конец, — это начало — это неведомый дар… Это — Вечность смотрит тебе в лицо аметистовыми глазами сфинкса… Смотри, как свет рождается во Тьме, прорастает из Тьмы, как из мерцающих капель-зерен тянутся тонкими, слабыми еще ростками странные мелодии жизни… Смотри, как Тьма протягивает руку Свету: они не враждуют, они — две половины, две части целого: это — звезды, это — миры, это — Бытие, это — Эа… Смотри своими глазами: это — Пламя, это вечный огонь Движения, это — начинает отсчет Время; это — жизнь… И две темы сплелись, но не смешались, дополняя друг друга, но не сливаясь воедино; но в тот миг одним аккордом — глубже Бездны, выше Свода Небесного, пронзительным, как свет ока Илуватара, — оборвалась Музыка.
…И когда Он оборвал нити нашей Песни, я все еще не понимал, что происходит. Мне суждено было понять это только в Мире Сущем, куда пришли мы, четырнадцать Изначальных. Нет. Тринадцать, призванных воплотить Замысел, те, кем Он ощущал мир, — и один, изменяющий Замысел. Этим одним стал я. Я видел гобелен мира. Они — полотно, на котором еще предстояло выткать узор. Мне казалось — это постижение. Они знали, что это борьба. Они оставались частью Единого, частью Его Музыки. Я стал Единым и Песнью. Стал тем, кем хотел стать. Вопреки Замыслу. Вопреки Его воле. Я не знал этого. Пока еще не знал…
…И рек Илуватар: Велико могущество Айнур, и сильнейший из них Мелькор, но пусть знает он и все Айнур: Я — Илуватар; то, что было музыкой вашей, ныне покажу Я вам, дабы узрели вы то, что сотворили. И ты, Мелькор, увидишь, что нет темы, которая не имела бы абсолютного начала во Мне, и никто не может изменить музыку против воли Моей. Ибо тот, кто попытается сделать это, будет лишь орудием Моим, с помощью которого создам Я вещи более прекрасные, чем мог он представить себе. И узрели Айнур новый мир; и история мира разворачивалась перед ними подобно свитку. Тогда вновь сказал Илуватар: Воззрите — вот Музыка ваша. Здесь каждый из вас найдет вплетенное в ткань Моего Замысла воплощение своих мыслей. И может показаться, что многое создано и добавлено к Замыслу вами самими. И ты, Мелькор, найдешь в этом воплощение всех своих тайных мыслей и поймешь, что они — лишь часть целого и подчинены славе его. Но угасло видение, и стало так потому, что Илуватар оборвал Музыку. И смутились Айнур; но Илуватар воззвал к ним и рек им: Вижу Я желание ваше, чтобы дал Я музыке вашей бытие, как дал Я бытие вам. Потому скажу Я ныне: Эа! Да будет! И пошлю Я в пустоту Неугасимый Огонь, чтобы горел он в сердце мира, и станет мир. И те, что пожелают этого, смогут вступить в него. Первым из четырнадцати, избравших путь Валар, Могуществ Арды, был Мелькор, сильнейший из них. Тогда так сказал Илуватар: Ныне будет власть ваша ограничена пределами Арды, пока не будет мир этот завершен полностью. Да станет так: отныне вы — жизнь этого мира, а он — ваша жизнь. И говорили после Валар: такова необходимость любви их к миру, что не могут они покинуть пределы его.Так повествует «Айнулиндалэ».
… Он был Началом. Мы были Изначальными. Он дал нам свободу быть собой, изменять себя, становиться иными. Он вложил в нас жажду творить. Наверно, потому, что не умел по-другому. Мои Братья и Сестры стали Его чувствами — хотя никто из Воплощенных не сказал бы о них так: они стали Воздухом, Водой и Землей, Камнем, Металлом и Огнем, Памятью, Законом и Исцелением. Они были Силами Мира. Я был всеми ими. Так не должно было быть. И так было. Я еще не знал этого. Изменяясь сам, я изменял их. Тогда пришла Та, которой был открыт Замысел, Та, что стала Его новыми глазами: Воплощенные звали ее Вардой Элберет, Звездной Королевой Мира. И пришел Тот, кто уничтожал противоречившее Замыслу: Воплощенные звали его — Ороме Алдарон, Великий Охотник…
…Казалось, здесь нет ничего, кроме клубов темного пара и беснующегося пламени. Только иссиня-белые молнии хлещут из хаоса облаков, бьют в море темного огня. И почти невозможно угадать, каким станет этот юный яростный мир. Потому и прочие Валар медлят вступить в него: буйство стихий слишком не похоже на то, что открылось им в Видении Мира.Он радовался, ощущая силу пробуждающегося мира; неведомые огненные знаки обретали для него смысл, складываясь в слова мудрости бытия, он чувствовал Песнь, рождающуюся из хаоса звуков… Но тысячи мелодий, тысячи тем станут музыкой, лишь связанные единым ритмом. Тысячи тем, тысячи путей: не ему сейчас решать, каким будет путь мира, каким будет лик его. Он слушал, постигая огненную песнь мира, сливаясь с ним. Он был — пламенное сердце мира, он был — горы, столбами огня рвущиеся в небо, он был — тяжелая пелена туч и ослепительные изломы молний, он был — стремительный черный ветер… Он слышал мир, он был миром, новой мелодией, вплетающейся в вечную Песнь Эа. И биение его сердца стало той основой, что помогала миру обрести себя.Медленно успокаивалось буйство стихий, и вот — он стоит уже на вершине горы в одеждах из темного пламени, с огненными крыльями за спиной — словно воплощенная душа мира: венец из молний на челе его, и черный ветер — волосы его. Он поднимает руки к небу, и внезапно наступает оглушительная тишина: рвется плотная облачная пелена, и вспыхивает над его головой — Звезда. И звучит Музыка, и светлой горечью вплетается в нее голос Звезды…Отныне так будет всегда: нет ему жизни без этого мира, нет жизни миру без него.
…И тогда я сказал: я даю тебе имя, пламенное сердце. Я нарекаю тебя — Арта, Земля. И наши сердца стали — одно: мое сердце — и сердце Арты. Должно быть, Он предвидел это, когда говорил нам, что наши судьбы до конца времен связаны с судьбой мира — как и судьбы Воплощенных. Но я еще не знал этого. И те, что были сотворены мной, — дети моего Замысла, непредсказанные, Свободные — Смертные — были вольны выбирать любой из бесчисленных путей Эа. Единственные из Воплощенных. Тогда я еще не понимал, почему сделал это… РАЗГОВОР-II … — Вы хотите сказать, что это Мелькор создал людей ? — Гость спокоен и вежлив, однако по голосу слышно, что он несколько ошарашен. — Именно. Смотрите сами: в Третьей Теме, с которой приходят в мир Дети, тема Илуватара и тема Мелькора сплетаются, но не сливаются воедино, как судьбы Элдар и Атани. Да и сама Третья Тема не возникла бы, не будь «диссонанса» Мелькора: какой же мир хотел создать Эру? Мир без разумных существ? — Сомнительно. Говорится, что Дети Единого были созданы Им одним, и никто из Айнур не имел части в их творении. — По некоторым текстам — «ни даже Мелькор». — Хорошо; ни даже Мелькор, — смутное движение в темноте, вздрагивает огонек свечи — наверное, Гость кивнул, соглашаясь. — Конечно, кто знает замыслы Илуватара… но посмотрите, как странно: Эру творит своего рода «музыкальную шкатулку» и запирает ее на ключ. Мир не могут покинуть ни Валар — «отныне вы — жизнь этого мира, а он — ваша жизнь»… — Собеседник мрачнеет и ненадолго замолкает при этих словах. — Да… Ни майяр, ни эльфы, чьи судьбы связаны неразрывно с судьбой мира, ни даже гномы, для которых «отведены в Мандосе по просьбе Ауле отдельные чертоги»… Никто, кроме людей. Вам это не кажется нелогичным ? — А вы можете предложить какое-то объяснение? Если не ссылаться на волю Творца? — Я уже предложил его. Люди созданы не Единым; дар Смерти — не Его дар. А вот жизнь их сделал краткой именно Эру: в «Атрабет Финрод ах Андрет» говорится — за то, что они обратились к Мелькору и отвергли Единого. — Может быть, так и было? И причина недолговечности людей — их грехопадение? — Может быть; но там же говорится, что не все поддались на уговоры и посулы Отступника — а Эру карает всех, тем не менее не считая нужным разделять праведников и грешников. Справедливо? — Вряд ли мы можем судить о справедливости высших существ. — За исключением того, что и справедливость их должна быть высшей. Воплощение Закона Арды, Намо, весьма последовательно в своей справедливости — разве нет? — Не знаю пока, что вам ответить, — медленно говорит Гость. — Дайте мне собраться с мыслями — вы несколько сбили меня с толку: очень уж все это… непривычно. Скажите пока вот что: почему в «Айнулиндалэ» музыка Мелькора описывается так… непривлекательно? Похоже, Собеседник усмехается: — Кем и когда было написано это предание? — Румилом, со слов Валар… — Румилом — значит, не ранее 1236 года от Пробуждения Эльфов, в Век Оков Мелькора. А «со слов Валар» — вообще отдельный вопрос. Подозреваю, что рассказывали они не словами. Ткали видение, если угодно — подобие Музыки Айнур. При всей мудрости эльфов, при всем их утонченном восприятии — а может, именно благодаря ему — видение Музыки Айнур на Румила должно было подействовать ошеломляюще. Это ведь музыка-мир, она включает в себя все… нелегко разобраться, что к чему. А заданность восприятия «Мелькор — Враг» уже присутствует: отсюда в этом предании и те понятия, которых в Предначальи просто не может быть, — враг, война… Илуватар улыбается и гневается, Айнур пугаются, Мелькор стыдится… очень человеческое описание. Да и быть по-другому не может: «рассказ» Валар преломляется в сознании Румила, он ищет понятия и слова для того, чтобы описать это видение, среди тех, которые ему привычны и знакомы. А Эру вообще не говорил словами и вряд ли восседал на престоле. Разумеется, тем же грешит и рассказ «с другой стороны». Очень трудно человеку понять и описать нелюдей. Почти невозможно. — Ладно, не будем пока спорить. Примем, что Мелькор людей действительно создал. Что Смерть — его дар, связанный с даром Свободы — я верно вас понял? — поскольку только она и дает возможность выбора: покинуть мир или остаться в нем и прожить новую жизнь. «С чистого листа», так сказать. И что же было дальше?.. ТВОРЕНИЕ: Танцующая-в-Пламени Начало Времен
… Пламя танцует… Что ты видишь в нем ?…потрескавшаяся лава похожа на чешую, черную и золото-алую, и языки огня — крылья, узкое тело — изгиб лепестка пламени, блестящие темные камни — глаза… Ты видишь то же, что и я, Ступающий-во-Тьме ? Но разве в огне может пребывать живое?.. Попробуй, Ваятель… То, что ты видишь, — есть; дай ему плоть. Пробуди его…
…Старший из Айнур задумчиво чертит в воздухе какие-то странные фигуры.Танец пламени. Письмена Силы. Сила, которая может стать зримым образом, Сила, раскрывающаяся тому, кто может постичь суть знака…Къат-эр. Къэртар. Танец пламени в Круге силы: Тьма и Свет, Земля и Металл, Мысль и Путь, Пламя и Лед: Время…
…Гибкое чешуйчатое ящеричье тело Ваятель создал из огня, меди и черненого золота, крылья — из пламени, а большие удлиненные глаза — из обсидиановых капель. Черно-золото-алое существо с его ладони скользнуло в огненную круговерть — Ваятель застыл в изумлении и восхищении: существо танцевало, и в танце огня он узнавал те знаки, что чертил Мелькор. Основой танца был знак Пламени Земли — Ллах, назвал его Ступающий-во-Тьме, — и Ваятель подумал, что танцующая-в-огне так и должна зваться — Ллах. Ауле счастливо улыбался, глядя на новое существо, представляя себе, как будет изумлен и обрадован Мелькор — он удивительно умел радоваться творениям других… Улыбка так и застыла на его лице, обернулась больным оскалом, когда что-то жгучее, похожее на незримый раскаленный обруч, сдавило его голову. Багровые и черные круги заплясали перед глазами, и со стоном он медленно повалился на землю. Создатель… за что?.. Этого не было в Замысле. Больше он уже ничего не слышал.
В ледяной бездне безвременья: мрак и пустота. Дух скован темным льдом. Острый холодный свет: пронизывает насквозь, выискивает, высвечивает в ледяной глыбе, которая есть я, — сокровенное, потаенное. Иное. То, чего не должно быть. Выжигает, вырезает острым клинком сияющего луча. Лед. И Свет. Вечность… …обжигающие тонкие пальцы сквозь мертвое безвременье касаются руки. Вернись. Брат, очнись. Вернись… Глаза цвета темной меди с крохотными точками зрачков. Неузнающие. Слепые. Мертвые.Он приподнял Ауле — тело Ваятеля безвольно обвисло на его руках, — сжал его плечи, заглянул в глаза, повторяя, как заклинание — очнись… Медленно, медленно взгляд Ауле становился осмысленным, но теперь в его глазах появилось новое выражение — страха, всепоглощающего безумного ужаса. Что с тобой было? Тебе больно? — Больно… — внезапно вслух, бессмысленно-размеренно, по слогам выговорил Ваятель. — Это — больно. Нет. Не могу. Нельзя. Не должно быть. Нельзя. Больно. Он повторял эти слова бесконечно — ровным неживым голосом, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. Ступающий-во-Тьме начал понимать, что произошло. Твой замысел… Руки Ваятеля дрогнули: Не было в Замысле. Не должно быть. Камень, металл, скала — я. Горн, молот, огонь — я. Растущее из камня — я. Плавящееся в огне — я. Это — живое. Не должно быть. Не-я. Нет. - Брат!..Мелькор сильно тряхнул его за плечи. Кажется, подействовало; Ауле отчаянно замотал головой — и вдруг сбивчиво и горячо потекли мысли, как прорвавшая застывшую корку лава: Не могу это видеть, больно… Не хочу, чтобы не было: это живое… Возьми, охрани, ты — можешь… Разрушитель скажет — не будь… я не хочу, не могу… Узкие руки, крылья тьмы: Сила. Обнимают, заслоняют. Надежно. Идем со мной. Я сумею сохранить. Ты будешь волен создавать свою Песнь. Мы будем творить ее вместе. Идем. Отчаяние: бьется, мечется в пустоте. Не создать ничего — перестать быть. Мертвый холод, пронизывающие лучи, ощупывающие душу ледяными острыми уколами игл. Он — Замысел. Он — Воля. Он — Сила. Мы — часть Его, орудия Его. Все взвешено, отмерено, предречено. Иное — запретно. Покорись. Или — уйди, огради себя. Замысел против тебя. Ты — изменение. Ты — изменяешь меня: камень, огонь, металл. Ты изменяешь нас: Землю, живое, ветер, воды. Закон. Ты — Пламя, ты — то, чему нет имени. Уходи. Оставь меня. Не хочу изменяться: больно. Есть — Его Песнь. Иного нет. Все — в ней… Потускневшие медные глаза вдруг вспыхивают живым яростным огнем:

Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды - Некрасова Наталья => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды автора Некрасова Наталья дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Некрасова Наталья - Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды.
Если после завершения чтения книги Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды вы захотите почитать и другие книги Некрасова Наталья, тогда зайдите на страницу писателя Некрасова Наталья - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Некрасова Наталья, написавшего книгу Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Черная Книга Арды - 1. Черная Книга Арды; Некрасова Наталья, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 decanter.ru/st-pauls