А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Попытка НЭПа — у Сталина не было выбора, либо частная собственность, а ее идеология запрещала, либо конец НЭПа, что и произошло. Дальше коллективизация и лагеризация. Так же выбор был не большой, страну поднимать надо, а за работу надо платить — назад в НЭП и частную собственность. Выбираем рабский труд и сгоняем полстраны в лагеря, поднимать ту самую страну. Внедрение пятилетнего плана было также вызвано необходимостью индустриализации страны. При коммунистическом режиме пятилетний план был превращен из прозы жизни, как это при капитализме, в поэзию, из трезвой реальности в мистику. Но происходило это не только при помощи энтузиазма народа, но и путем террора. Народ был поставлен в крепостную зависимость по отношению к государству. Коммунистический строй переходного периода является строем крепостным. На трудовом энтузиазме тех лет было воспитано новое поколение молодежи, которое приняло задачу экономического развития не как личный интерес, а как социальное служение. На энтузиазм коммунистической молодежи к социалистическому строительству пошла религиозная энергия русского народа. В России это легче было сделать, чем на Западе, где капиталистическая цивилизация пустила глубокие корни. Русский человек до революции никогда не был буржуазным, он не имел буржуазных предрассудков и не поклонялся буржуазным нормам. После нескольких десятилетий труда, религиозная энергия иссякла, иссяк энтузиазм, и появилось шкурничество, произошло обуржуазивание русского народа. Именно при советском строе оно произошло, и события 90-х годов XX века это подтверждают. Похожие события произошли и в Китае, но значительно быстрее, поскольку китайская идеология не строилась на мессианстве, которая была присуща русскому коммунизму. Идея мессианства в русском коммунизме, из религиозной, переросла в классовую. Целью классового мессианства была победа пролетарской революции во всем мире. При этом цель оправдывала любые средства. Идеология была абсолютно агрессивной, наступательной. Именно, по этой причине, образовались два идеологических лагеря, началась холодная война, и необходимо признать, что именно Запад защищался от русского агрессивного мессианства. С китайским коммунизмом, не противопоставлявшим себя Западу, и не навязывавшим через силу оружия своих приоритетов, у Запада было больше точек соприкосновения. Но и Китай, и Россия строили отнюдь не социализм, строили государственный капитализм, где высшей ценностью признаются не интересы рабочих, не ценность человека и человеческого труда, а сила государства, его экономическая мощь. Коммунизм в период сталинизма является продолжением дела Петра I. Советская власть есть не только власть коммунистической партии, она также государственная власть и имеет своей природой личную защиту, и поэтому заинтересована в защите и развитии государства, в том числе и экономическом развитии. Но сталинизм очень близок к фашизму — то же тоталитарное государство, тот же государственный капитализм, национализм, вождизм, и как базис — милитаризованная молодежь. Именно в сталинизме лежат истоки падения советского режима. Сталинский режим запятнал себя жестокостью и бесчеловечием, весь в крови, державший народ в страшных тисках. И русский человек осознал, по прошествию времени, что социальная правда достигнута колоссальными жертвами, насилием, преступлениями, жестокостью и ложью. Осознал это той самой русской душой, формировавшейся тысячелетие. Царство божье не было построено, а попытка его социального строительства повлекла катастрофические последствия. И падение советского режима связано отнюдь не с действиями американской разведки, это маразм полный, а только с внутренними предпосылками. Конечно здесь наложились несколько факторов, как-то слабость верховной власти и изживание старой мессианской пролетарской идеи, обуржуазивание русского народа и властного аппарата, непомерные военные траты, составлявшие около 40% ВВП.Горбачев только предвосхитил чаяния народа. Получилось не то что ожидали, но пройдясь по истории видно, что сложно было бы придумать другой сценарий. С одной стороны отличие капитализма от социализма в одном — в личной частной собственности. Ее начали делить, без вариантов. С другой стороны подорвано доверия к власти, а конкретно к коммунистической партии. В третьих, страна полуворовской романтики, отрицавшей понятие государственного закона. Именно эти люди, отрицавшие советские государственные законы, воспитанные в традициях атеизма и советского государственного капитализма и возглавили передел собственности. Они и пришли на смену коммунистической партии со своими волчьими законами, в чем-то напоминая большевиков семнадцатого года. Теперь у власти две антагонистические группы, бандиты и бывшие комсомольцы. Идеология нынешней власти выстраивается в следующую схему.1. Формальная христианизация страны, возвращение к старым традициям. Именно к традициям, а не вере, где христианство взято в качестве лубочной картинки. Символом нынешнего бездумного смешения является расположение восстановленного в Москве Храма Христа Спасителя на метро «Кропоткинском». Князь Кропоткин, один из идеологов русского атеизма и анархизма.2. Игра на русской склонности к построению тотального государства — империи. Но в данном случае не священной империи, а империи в чисто германском смысле, основанной на подчинении. Бездарные действия в отношениях с Украиной и Белоруссией говорят только об этом.3. Построение капиталистической системы, с уклоном к государственному капитализму. Причем капитализм в российском варианте, представляет собой сырьевой придаток глобального капитализма. И эта роль ему отводится не только западными капиталистами, но и доморощенными.4. И вся эта бездумная смесь, мало что имеющая общего с русскими традициями и русской душой, смешивается идеологией национализма.Последствия этой четырехпунктовой идеологии вполне могут довести государство до развала. Вполне возможным вариантом нынешней идеологии видится втравление страны в крупный международный конфликт, например на Ближнем Востоке, что вполне укладывается в теорию империи замешанной на конкуренции и господстве, а не на братстве и сотрудничестве.Необходимо так же рассмотреть душу нынешнего российского капитализма. Душа эта очень сильно отличается от души русского купечества или русского капиталиста XIX века. Русский купец старого режима, который наживался нечистыми путями и делался миллионером, склонен был считать это грехом, замаливал этот грех и мечтал в светлые минуты о другой жизни, например, о странничестве или монашестве. Нынешний капиталист, выпестованный советским атеизмом и впитавший в себя все самое «прогрессивное» от западного капитализма, ничего общего не имеет с русским купцом, и имеет совершенно другое отношение к нажитым деньгам. Это отношение практически схоже с западным, и формулируется одним емким словом «хищническое». Выросло это отношение из атеизма, и русского отрицания законнической власти закона. Только в этом отрицании и есть различие между западным и русским капиталистом. Правда, не значительное, в главе «Окрошка духа» было показано, что западный капиталист вынужден во многом отказываться от соблюдения законов, к тому же многие законы им и написаны. В русском капиталисте присутствует еще одна отрицательная черта. Он считает себя по менталитету европейцем, западным человеком, ничего общего не имеющим с сермяжной нищей Россией. И поэтому в отдаленной перспективе видит себя и свой бизнес за пределами России, рассматривая свой бизнес как первоначальное накопление капитала. В последующем цель заключается либо в приобретении себе крупной недвижимости за границей, либо в элементарном понятии «свалить отсюда». Но проблема заключается в том, что западный капиталист не считает русского своим, считает его выходцем из второсортной страны, не пуская в свою элиту. Вторым этапом завоевания мира бизнеса является попадание в эту западную элиту, любыми путями. Самый яркий пример вышеизложенного — начальник Чукотки, Р. Абрамович. Здесь и кроется причина колоссального вывоза капиталов из России, а отнюдь не инвестиционный климат. Инвестиционный климат важен преимущественно для иностранного капитала. Но также необходимо признать, что понятие патриотического национального капитала не существует. Капиталист всегда будет искать, где ему выгоднее, отбрасываю моральную и этическую сторону вопроса. За примером далеко ходить не надо — западный капитал в Юго-Восточной Азии, и борьба европейских антиглобалистов, связанная с этим.И результаты последних 20 лет удручающи. Настоящее положение страны двойственно. С одной стороны — растущая экономика и новое поколение успешных людей, с другой — очевидное впечатление деградации, о котором говорят, в том числе, и эти самые успешные люди. Российские банкиры обсуждают не что-нибудь, а выживание самой банковской системы, с которой разрешение на открытие отделений западных конкурентов в России, видимо, покончит. Промышленники говорят о перспективе сворачивания российского автопрома и авиапрома, деятели культуры — о деградации культуры, профессора — об упадке высшей школы, политики — об угрозе развала страны и т.д. Период экономического роста после 2000 года выявил невеселую закономерность — страна может богатеть и разваливаться одновременно. Эти процессы не просто совместимы, но в некоторых исторических условиях даже дополняют друг друга. Экономический индивидуализм, на котором в Европе строится государство, в России превращается в угрозу его существованию. Это можно назвать феноменом тонущего корабля, когда индивидуальные действия не сливаются в выгодное всем единство, а, напротив, ведут к мародерству, выталкиванию женщин и детей из спасательных шлюпок. Сколько бы пассажиры ни награбили, как бы ни разбогатели, корабль все равно утонет. Засевшая в головах россиян и вполне оправданная мысль о приближении очередной, «развязки», не позволяет им думать ни о чем, кроме сколачивания индивидуальной шлюпки для своевременной эвакуации. И даже в условно-успешных отраслях, за счет которых пытаются удвоить тот самый пресловутый ВВП, нарастают проблемы, в недалекой перспективе могущие спровоцировать социальный взрыв. Например, по итогам 2005 года показатели добычи в нефтегазовом секторе лишь достигли уровня РСФСР накануне распада Советского Союза, в то время как, например, в Азербайджане добыча нефти за постсоветский период выросла вдвое, а в Казахстане — даже немного больше; производство газа в Казахстане увеличилось в 2,5 раза, а в Узбекистане — в 1,4 раза. При этом очевидно, что уже через 10—15 лет Россия не сможет оставаться глобальным экспортером энергии: с одной стороны, износ основных фондов в нефтяной и газовой промышленности превысил к настоящему времени 50%, а коэффициент извлечения ресурсов из недр упал с 50% в советские времена до самого низкого в мире показателя в 34% по итогам 2004 года; с другой стороны, и экономика страны сама требует все большего количества энергоресурсов.Итог данной главы лучше всего подведет В.С. Высоцкий, 30 лет назад сформулировавший внутренние проблемы русского народа в стихотворении «Чужой дом».
Что за дом притих,Погружен во мрак,На семи лихихПродувных ветрах,Всеми окнамиОбратясь в овраг,А воротами -На проезжий тракт?
Хоть устать я, устал, — а лошадок распряг.Эй, живой кто-нибудь, выходи, помоги!Никого, — только тень промелькнула в сенях,Да стервятник спустился и сузил круги.
В дом заходишь какВсе равно в кабак,А народишко -Каждый третий — враг.Своротят скулу,Гость непрошеный!Образа в углу -И те перекошены.
И затеялся смутный, чудной разговор,Кто-то песню стонал и гитару терзал,И припадочный малый — придурок и вор -Мне тайком из-под скатерти нож показал.
"Кто ответит мне -Что за дом такой,Почему во тьме,Как барак чумной?Свет лампад погас,Воздух вылился...Али жить у васРазучилися?
Двери настежь у вас, а душа взаперти.Кто хозяином здесь? — напоил бы вином".А в ответ мне: "Видать, был ты долго в пути -И людей позабыл, — мы всегда так живем!
Траву кушаем,Век — на щавеле,Скисли душами,Опрыщавели,Да еще виномМного тешились,-Разоряли дом,Дрались, вешались". Глава II. ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЭТИКА «Государство имеет три основные функции:безопасность жизни своих граждан;материальное благополучие;духовные свободы. Реализовать свои возможности»
В этой главе нам необходимо определиться с ответами на такие вопросы как — нового отношения русского человека к государству, места общества в государстве, отношения личности и государства.
Государство, закон. Никакой идеальной формы государства быть не может, все утопии совершенного государства порочны в корне. Возможны лишь относительные улучшения. И они связаны обыкновенно с тем, что государству ставятся границы. Государство в своей воле к могуществу всегда стремится перейти свои границы и стать абсолютной монархией, абсолютной демократией, абсолютным коммунизмом. Государство по своему происхождению, сущности и цели совсем не дышит и не движется ни пафосом свободы, ни пафосом добра, ни пафосом человеческой личности, хотя оно имеет отношение и к свободе, и к добру, и к личности. Государство есть прежде всего организатор природного хаоса, оно движется пафосом порядка, силы, мощи, экспансии, образования больших исторических тел. Принудительно поддерживая минимум добра и справедливости, государство никогда не делает этого из любви к добру и из доброты, доброта чужда государству, оно делает это потому, что без минимума добра и справедливости наступит хаос, и государство не сможет быть сильным и устойчивым. Но государство есть прежде всего сила, и оно любит силу более, чем право, чем справедливость, чем добро. Возрастание силы есть рок государств, есть демоническое в них начало. Оно влечет государства к завоеваниям, к расширению и к процветанию, но может привести их к гибели.Государство есть сфера социальной обыденности, в которую прорывается воля к могуществу. Государство имеет положительную миссию в природном мире. Начальствующий носит меч не напрасно, т. е. власть нужна в нашем мире. Государство частью эту миссию исполняет, даже самое плохое государство, частью же искажает, извращает эту миссию самодовлеющей волей к власти и к тирании, склонностью к нарушению своих границ. Государство подвержено страстям — страсти властолюбия и тиранства, страсти к могуществу, и притом государство во всех формах. Властолюбие и тиранство, неуважение к человеческой личности и свободе может проявляться в государстве демократическом в той же степени, как и в государстве монархическом, а в государстве коммунистическом оно достигает высочайшей степени. Государство не может быть священным и абсолютным, не может нимало походить на Царство Божье, потому что оно всегда основано на принудительном властвовании человека над человеком. Государство стоит под знаком закона. Правда в государстве обнаруживается не только закон, но и человеческое творчество. Идеального, совершенного государства не может быть, ибо всякое государство будет властью человека над человеком. Из этого отнюдь не вытекает принятие этики анархизма, хотя доля правды в нем есть. Анархизм совершенно неприменим к нашему миру, который подлежит закону, и анархическая утопия есть ложь и прельщение на совершенную Божественную жизнь. Неправда, несвященность государственной власти в том, что власть всегда деморализует, расковывает страсти и дает волю накопившимся бессознательным инстинктам. И как это не дико звучит для нашего сознания, но власть должна быть признана обязанностью и тяготой, а не правом и притязанием.Государство лишь отчасти связано со свободой и правом, имея вечную тенденцию к их нарушению. Основная проблема государства есть проблема отношения государства и личности. И тут более всего обнаруживается несвященный и неблагодатный характер государства, его нехристианское происхождение и нехристианская сущность. Конкретной, неповторимой индивидуальности и личности государство не знает и не хочет знать, для него закрыт внутренний мир личности и ее судьба. Это — непереходимая граница государства. Государство не знает тайны индивидуального, оно знает лишь общее и отвлеченное. И личность для него есть общее. Государство еще может признать отвлеченное субъективное право человека и гражданина, да и то неохотно, но никогда не признает индивидуальных, неповторимых, единичных, качественно своеобразных прав отдельной человеческой личности с ее индивидуальной судьбой. Этого невозможно и требовать от государства. Личная судьба не интересует государство и не может быть им замечена.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26