А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Если бы оперативник ЭУОД прислушался к своему ки, он бы сегодня даже не стал пытаться оказать сопротивление: бросив всего один взгляд на красивое безумное лицо Бобби, он понял бы, что в схватке с таким противником ловить нечего. Ему пришлось иметь дело с человеком, выбравшим для себя и своего робота прозвища: «Навахо-Волк» и «Ночной гость». Оба этих выражения имели одно и то же значение: «оборотень-вампир». Ни навахо, соплеменники Бегея, ни многочисленные среди «кабальерос» апачи не желали иметь с ним никакого дела. Этот человек старательно культивировал ненависть ко всему мирозданию и жил ради тех мгновений, когда мог дать ей выход.
Но выскочивший ему навстречу командос, облаченный во все черное, похоже, был рад расправиться со своим противником с помощью меча. Особенно с противником, угрожавшим ему всего-навсего метровой монтировкой.
Бобби «Волк», выпрямившись, смазал кровью врага у себя под глазами. Это был еще один серьезный намек на то, что с ним лучше не шутить. Правоверные атабаски относятся к трупам и всему, что с ними связано, с ужасом; для драконов, последователей буддизма, эта боязнь осквернения мертвых граничит с некрофилией.
Для оперативника ЭУОД «намек» остался непонятым. Метровый прут из полимеризированной стали предназначался для вскрытия люков искореженных в бою роботов. Первым же прямым выпадом Бобби обломил лезвие меча, возрастом 1400 лет, почти по самую гарду. Второй удар пришелся в правую ключицу врага, после чего оперативник — каким бы сильным ни был его ки, сколько бы адреналина ни бурлило у него в крови — мог забыть о том, что у него есть правая рука. Неистовый град ударов продолжался до тех пор, пока черный шлем и его содержимое не размягчились. В заключение Бобби «Волк» пронзил заостренным концом монтировки красное забрало.
Оставив инструмент в изуродованном трупе, он начал взбираться на своего нового робота, добытого на Тауне.
Для пилота «Алебарды» движение робота Кали не осталось незамеченным. Вместо того чтобы упиваться своей победой над «Светлячком» «Картошки» Эймса, он начал разворачиваться к новому противнику. Однако массивный аппарат двигался не спеша, задумчиво, а Кали тем временем не стояла на месте.
Оснащенный двумя дополнительными терморадиаторами удвоенной мощности, «Бешеный кот» способен вести огонь из всех видов энергетического оружия, не нагреваясь при этом ни на один градус. Поскольку ее робот при этом мог двигаться так же быстро, как «Алебарда», не ведущая огонь. Кали могла не замечать небольшого перегрева, как можно дольше обрабатывая всем своим оружием более тонкую бортовую броню неприятельской машины, кроме того, этим она оттягивала ответный удар. «Кот» закружился вокруг «Алебарды» против часовой стрелки, вонзив ей в левый бок и руку с ПИИ лучи своих двух ПИИ увеличенной дальности действия и двух средних ПИИ, установленных в носовой части пулевидного фюзеляжа.
Но противник Кали сориентировался быстро. Развернув корпус «Алебарды» по часовой стрелке, он подставил «Бешеному коту» свою грудь, пытаясь поразить его из ПИИ. Кали стиснула зубы, увидев, что луч заряженных частиц прочертил светящуюся линию по борту ее робота. Толщиной брони «Бешеный кот» почти не уступал «Алебарде», хотя та и была тяжелее на двадцать тонн, поэтому, имея преимущество в вооружении в ближнем бою, ее робот мог просто стоять на месте, долбя по противнику изо всех видов оружия.
Однако Кали привыкла действовать не так. Еще пилотируя стотонный «Атлас», она удивляла неприятеля подвижностью своего огромного чудовища. Теперь же, оседлав проворного робота Кланов, Кали получила возможность двигаться по-настоящему…
«Бешеный кот» быстро перемещался между стоящими боевыми машинами первого батальона, беспрерывно паля по противнику. Кали расправилась бы с врагом гораздо быстрее, если бы им с «Алебардой» предстояло сразиться один на один. Но сейчас она не могла рисковать тем, что шальной удачный выстрел выведет из строя активатор сустава, уничтожит орудие или, что совсем уж плохо, убьет ее. Впереди ее ждет еще много работы — бой не закончится тем, что она зажарит похищенную машину своего командира.
Кали скорчила гримасу Закрытая толстым транспексом тесная кабина озарилась скользнувшим лучом — даже сквозь защитный слой молодая женщина ощутила жар. Ничего, подумала она, хотя эти клоуны в черных тряпках и умеют вытворять фокусы своими мечами и лазить как обезьяны, это еще не делает их настоящими пилотами боевых машин… За ее плечами опыт, а это чего-то да стоит.
Опыт был не единственным преимуществом Кали, но она не могла об этом знать.
Таи-и Ахилл Дау зажмурился, защищая глаза от ослепительного, обжигающего света. Жар в кабине стоял такой невыносимый, что ему казалось, будто веки прикипают к глазным яблокам. Нашлемный дисплей тревожно мигал красными огоньками: движения робота заметно замедлились. В ушах Дау оглушающе звенел сигнал, предупреждающий об аварийной остановке реактора. Палец в черной перчатке ткнул кнопку отключения автоматической системы контроля.
— В чем дело, черт побери?.. — гневно воскликнул Дау. Его робот еще не получил ни одного серьезного попадания. Работа единственного ПИИ не может привести к катастрофическому перегреву терморадиаторов.
«Бешеный кот» бросился на «Алебарду», словно намереваясь сбить ее с ног и растоптать напрочь. ПИИ противника точно обезумели, расплавляя толстые бронеплиты из специального особо прочного дюраллекса, будто брикет мороженого. Кабина наполнилась зловещим ослепительным голубоватым сиянием, будто в ней работала электросварка. Беззвучно выругавшись, Дау нажал на гашетку..
Он слишком усердно заставлял компьютер не обращать внимания на состояние внутренних механизмов своей машины. Определив, что в самом ближайшем времени двигатель боевого робота неминуемо взорвется, электронный мозг заглушил реактор и отстрелил верхнюю часть головы «Алебарды» — вместе с Ахиллом Дау — в молочно-белое утреннее небо.
Даже если отбросить обычную браваду «кабальерос», лицензия водителя боевого робота еще не делает человека настоящим пилотом. Из пятнадцати сдвоенных терморадиаторов «Алебарды» десять были сняты для прочистки и ремонта и сложены в ангаре. Рассказ Зумы Гальегоса о неисправном подшипнике в бедре соответствовал действительности, но только этот дефект, давно устраненный, не имел никакого отношения к истинной причине, по которой машина дона Карлоса находилась в ремонтной мастерской. Механики Зумы очищали демонтированные радиаторы от накипи, и как раз в этот момент их захватили ворвавшиеся в ангар заговорщики. Зума, усыпив бдительность предводителя командос, подправил датчики так, чтобы они не сообщали об отсутствии радиаторов. Дау, со свойственной ЭУОД надменной пренебрежительностью, решил, что «неверный» под страхом смерти выполнит всю работу качественно, и даже не потрудился обойти робота и лично убедиться в исправности машины…
Отклонив корпус «Бешеного кота» назад, Кали проводила взглядом крошечную черную точку, взмывшую по дуге в небо и улетевшую на восток. Ярким цветком распустился желто-красный парашют. По радиопереговорам молодая женщина поняла, что имеет дело с предводителем заговорщиков, только что хладнокровно убившим Ричарда Гальегоса. Ее палец непроизвольно потянулся к гашетке. Надо поджарить его, пока будет спускаться.
Однако она не смогла заставить себя расстрелять спускающегося на парашюте бойца, какие бы преступления тот ни совершил. Кали считала большую часть кодекса пилота боевого робота вздором, но один пункт она все же не могла нарушить. «Черт побери, я стала слишком сентиментальной», — подумала она.
Страшный робот Кланов повернул свою черную акулью морду. Сейчас кое-кто почувствует на себе гнев Кали.
— Касси, — воскликнул Бак Ивенс, недоверчиво оглядывая механическую стремянку, — даже для тебя это уже слишком!..
В дальней части ангара снова вспыхнула перестрелка. На площадке, где стояли боевые роботы Семнадцатого полка, бушевал настоящий бой. Касси буквально плясала на месте от нетерпения, горя желанием покончить с позиционной войной в мастерских, пока на улице еще не перебили всех ее товарищей.
— Я сяду в люльку, а ты поведешь подъемник, — ответила она. — Если ты так боишься, я сама сяду за штурвал «Ориона».
Действительно, подъемник выглядел очень странно. Касси и Джонни с помощью транспортера-погрузчика навозили кучу снятых с роботов бронеплит. Группа ацтеков Зумы, горящих желанием отомстить за своего убитого командира, быстро навесила эту броню на кабину и люльку подъемника. В результате получилось нечто похожее на модель механической стремянки в натуральную величину, созданную не очень талантливым ребенком из больших упаковочных коробок.
Бак презрительно прищурился:
— Об этом не может быть и речи. Касс. Садись за руль этой адской машины — здесь я пилот.
Он проворно забрался в люльку. Проскользнув между листами брони, Касси плюхнулась в кресло водителя.
— А мне что делать? — спросил Джонни.
— Сиди и не высовывайся, а то нашему приятелю Лейни придется искать для своего фильма новую кинозвезду. К тому же и у меня к тебе осталось одно дело.
Джонни был ошеломлен. Он только что признался Касси в том, что является шпионом, а она шутит!..
Вдруг разведчица, схватив актера за ворот черной рубашки, притянула его к себе и чмокнула в губы, а затем завела двигатель подъемника.
Парашют вгрызся в воздух. Таи-и Дау ощутил рывок, от которого его кости едва не вышли из суставов. Магма злости, переполнившая Дау, когда бортовой компьютер принял решение о катапультировании, не остыла. Но сейчас она из бурлящего ключом гейзера превратилась в спокойное горячее озеро. Дау поднялся над обуявшей его яростью и теперь несся на ней словно на гребне волны.
С высоты невооруженным глазом капитан мало что мог разобрать на затянутом пеленой дыма поле боя, которым стала стоянка роботов «неверных». Трусливые якудза по-прежнему толпились за проволочной оградой, не решаясь ворваться внутрь и стереть наемников в порошок. Дау не мог определить, удалось ли кому-нибудь из его людей забраться в боевые машины.
Капитан ЭУОД, парящий в небе подобно богу, чувствовал уверенность в своих силах. Он ощутил странный прилив воодушевления. Его люди захватят несколько роботов, перебьют всех наемников и перейдут к осуществлению задуманного плана. Не беда, что они остановились, — он жив, полон сил и готов действовать…
Не успев приземлиться, он сразу же вступит в бой, перехватит у «неверных» инициативу и покажет им, каково шутить с отборными бойцами генерала Кигури. Дау приближался к короткой высохшей траве, и его красивое лицо цвета спелых злаков было растянуто в торжествующей улыбке.
Однако он снова ошибся.
Мэрли Джолс не была настоящим пилотом боевой машины. Она ни в грош не ставила глупое псевдорыцарское благородство. Приспешники Черных Драконов убили ее отца. В мятежном детском сознании все люди разделились на две группы: друзья и мишени.
Фигурка, болтавшаяся под ярким желто-красным куполом, представляла собой для Мэрли лишь еще одну дозу единственного наркотика, которому девочка доверяла снимать с сердца горечь утраты отца.
Поймав черную точку в перекрестие оптического прицела, Мэрли повела за ней ствол винтовки. Набрав полную грудь воздуха, она задержала дыхание и плавно нажала на курок. Тяжелая винтовка рявкнула, дернувшись на трехногой сошке.
Мэрли всем своим нутром почувствовала, что выстрел удался. Она испытала буквально физическое наслаждение, увидев, что маленькая черная фигурка, дернувшись в сбруе, обмякла, продолжая плавно спускаться вниз.
XXX
Кинемаград
Люсьен
Военный округ Пешт
Синдикат Дракона
1 июля 3058 года
— Шуазель! — крикнул О'Ханрахан. — Немедленно возвращайся!..
Пилот раненого «Шершня», взбешенный тем, что его атаковали какие-то задрипанные пехотинцы, решил отомстить за повреждения, нанесенные его машине. Обнаружив одну из «неверных», пытавшуюся спрятаться в складках местности, Шуазель с воодушевлением затаптывал ее массивной стальной ногой робота в окрасившуюся алым землю. Командир Черных Драконов сочувствовал своему подчиненному, но сейчас была дорога каждая минута.
— Сюдзин Шуазель, говорю тебе в последний раз…
Что, к ужасу, оказалось правдой. Серо-стального цвета «Ночное небо», с нарисованной на выпуклой груди волчьей мордой — с зелеными глазами и вывалившимся из раскрытой пасти красным языком, — свалился из ниоткуда прямо за спину маленького толстого робота. Прежде чем Шуазель успел что-либо предпринять, робот противника взмахнул секирой и, опустив ее с силой всех своих пятидесяти тонн, раскроил голову «Шершня», будто арбуз.
Неприятельский робот повернул свою маленькую черепашью головку к «Кусторезу» О'Ханрахана. От «Неба» буквально исходило что-то мрачное и зловещее. О'Ханрахан непроизвольно отпрянул назад. Когда он, придя в себя, открыл огонь из большого лазера и автоматической пушки среднего калибра, а также заодно и из двух мелкокалиберных пушек «Джонстон», «Ночное небо», расправившись с машиной Шуазеля, отпрыгнул в сторону, уходя из-под обстрела.
На полоске экрана кругового обзора О'Ханрахан увидел, как черный «Бешеный кот», проломив метрах в тридцати у него за спиной проволочную ограду, приближается к нему слева. Развернув «Кустореза», он привел в действие автоматическую пушку в правой руке и большой лазер в носовой части корпуса, с удовлетворением увидев, как из черной каплевидной туши вражеской машины полетели искры. Затем в том месте, где луч, спалив краску, принялся за броню, появилась черная струйка дыма.
Стремительно движущийся «Кот», развернув корпус, открыл ответный огонь. Лазерные лучи и заряд из ПИИ пролетели мимо, на мгновение озарив пилотскую кабину. Однако следующий выстрел из ПИИ попал в пусковую установку ракет дальнего действия в правой руке «Кустореза» и вывел ее из строя.
О'Ханрахан хищно усмехнулся, обнажая зубы.
— Это я как-нибудь переживу, — проскрежетал он.
Пока от РДД не было никакого толку: использовать их против простых пехотинцев было слишком большой роскошью, а сейчас, когда началась рукопашная схватка, они и вовсе стали бесполезны.
Но тотчас же пилот выругался. «Бешеный кот» закружил вокруг «Кустореза», двигаясь по часовой стрелке и постоянно ведя огонь. Это было несправедливо; чудовище, значительно лучше вооруженное и бронированное, чем робот О'Ханрахана, ничуть не уступало ему в проворстве. «Теренс, дружище, вот потому-то ты так не любил сражаться с настоящими воинами Кланов», — с горечью напомнил себе О'Ханрахан. Как, впрочем, и все до одного пилоты боевых машин Внутренней Сферы…
Он понял, что «Бешеный кот» пытается держать его «Кусторез» между собой и «Гильотиной» Солдацо. О'Ханрахан метнулся влево, продолжая при этом вращать аппарат, чтобы не выпускать неприятельского робота из прицела. Краем глаза он увидел, как пришел в движение иссиня-черный «Черный Джек».
— Должен ли я предположить, что за его штурвалом находится один из наших друзей в черном? — вслух спросил себя О'Ханрахан и тут же ответил: — Быть может, меня можно назвать излишне самоуверенным, но глупостью я никогда не отличался…
Если в спор вмешаются сорок пять тонн «Джека», чаша весов резко склонится на сторону «неверных»… и, хотя О'Ханрахан не сомневался в своих собственных способностях, он вовсе не был уверен, что три его уцелевших робота справятся с двумя машинами наемников.
— Бейтс, — передал он по радио приказ старшему сержанту, командиру среднего звена, — скорее сюда. У нас неприятности.
Несколько событий произошло практически одновременно. «Черный Джек» двинулся к ограждению, сверкая толстыми лазерными лучами из рук. Ухмыляющийся «Бешеный кот» с нарисованными на ПИИ перекрещенными мечами зашел Солдацо в тыл и стал палить изо всех своих орудий в спину «Гильотине», не обращая внимания на то, что этим он сам в свою очередь подставил спину Ояме в его крошечном «Копье».
Послышался голос Духовны, по-прежнему спокойный:
— Неприятельские роботы… они прорываются через проволоку.
И что-то опустилось на землю позади О'Ханрахана так строго посредине, что оно появилось на обеих краях полоски кругового обзора.
«Ночное небо».
«Кусторез» содрогнулся от страшного удара.
Смуглое красивое лицо Гавилана Камачо под забралом нейрошлема растянулось в улыбке. Внизу семидесятитонный «Катафрахт» младшего лейтенанта Ивонны Дельгадо пробил ограждение, как бегун, срывающий ленточку у финишной черты. Увидевший его красно-черный «Паук» застыл, словно попавший в свет фар олень. Очередь из автоматической пушки «Майдрон Эксель ЛБ-10Х» «Катафрахта» высекла сноп искр из двух средних лазеров, установленных на груди «Паука».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44